Читать онлайн Гобелен, автора - Плейн Белва, Раздел - ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гобелен - Плейн Белва бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.38 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гобелен - Плейн Белва - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гобелен - Плейн Белва - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Плейн Белва

Гобелен

Читать онлайн

Загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Зима прошла спокойно. Люди назвали это время «странной войной», потому что не прогремело ни одного выстрела. Французы и немцы стояли на разных берегах Рейна, так близко, что видеть вражескую армию стало обычным делом.
По другую сторону океана интенсивно проводились военные приготовления, и это благотворно влияло на бизнес. Наконец Депрессия пошла на убыль, и так же, как во время прошлой войны, процветал рынок ценных бумаг. «Отвратительные военные прибыли», – сказал бы Дэн, ему было бы что еще сказать. В конце года Поль обналичил дивиденды, подвел итог и почувствовал, что очистил себя. Ему подумалось, что Донал, должно быть, получил еще одно состояние, и он почувствовал себя вдвойне очищенным.
Наступила весна, расцвели каштаны. Мирное течение времени было неожиданно нарушено: немецкие танки и бомбардировщики стремительно ринулись через границы, которые они обещали не нарушать. Бельгия и Голландия пали в течение часов, британцы убежали домой из Дюнкерка, и картины толп беженцев заполнили экраны кинотеатров.
Поль сидел в офисе, читая «Нью-Йорк таймс». «На всех биржах приостановились сделки ввиду возможности скорого окончания войны, – кричали черные заголовки, – волна спекуляций… если происходящий «Блицкриг» перейдет в затяжную войну… это может выразиться в спаде производства».
Он сердито отложил газету, но потом снова поднял и продолжил чтение.
«Кроме того, несомненно, что даже в случае полного пересмотра прежних взглядов на войну это серьезно повлияет на перспективы американского бизнеса…»
Гнев сменился глубокой грустью, когда он снова отложил газету. Перспективы бизнеса! А все мертвые. Перспективы бизнеса!
Прошло лето. Это было замечательное лето, если можно было бы отвлечься от ужасных новостей, сообщаемых по радио. Лондон терял в день не менее шестисот жизней, когда от бомбежек его дома превращались в груду дымящихся камней. Бомбили даже здание парламента. Немецкие подводные лодки, как киты-убийцы, угрожали просторам Атлантики. Президент Рузвельт объявил о состоянии боевой готовности нации.
В Вашингтоне всем было известно, что рано или поздно страна вступит в войну. Правительство и деловые круги начали разрабатывать совместные планы по производству самолетов, танков, стали, угля, грузовиков и железнодорожных вагонов. Все это было знакомо Полю. Поэтому он не колебался, когда его пригласили приезжать в Вашингтон на половину недели для того, чтобы помочь выбрать методы финансирования огромного количества дел.
Декабрьским воскресеньем по пути из столицы он заехал в Филадельфию, чтобы повидаться с Мэг. Маленькая квартирка стала еще более тесной и заставленной, чем была вначале. Прибавилось вещей: больше книг, велосипедов и лыж для зимних каникул, которые дети провели с Доналом в Колорадо. Было и прибавление семейства – английская овчарка. Огромное добродушное животное лежало с семью новорожденными щенками на подстилке между плитой и холодильником. В квартире был настоящий кавардак.
Однако, оглядываясь с искренним изумлением, Поль увидел, что это счастливый кавардак. Близнецов не было дома, как обычно, а Агнесс рисовала в своей комнате. Мэг мыла пол на кухне.
Она подняла глаза и улыбнулась:
– Ты думаешь, какая я неряха. Ну, Донал больше не присматривает за мной, поэтому я позволяю себе быть такой.
– Как твои дела? Хотя нет необходимости спрашивать, ты отлично выглядишь.
– У меня все прекрасно. Я делаю успехи, и мне это нравится. И я не о чем не жалею.
– Я рад. Тебе не бывает одиноко? – спросил он, подразумевая: такая молодая женщина без мужчины…
Она поняла.
– Я могла бы, да… если бы не такая чертовская нагрузка. У меня нет даже свободной минуты подумать о себе.
– Не успеешь оглянуться, как ты выйдешь на финишную прямую.
– Да, и я не могу дождаться окончания, чтобы вернуться в деревню и начать зарабатывать деньги. – Она засмеялась. – Я надеюсь, ты подождешь с долгом?
– С долгом я подожду, но с ланчем – нет. Найдется у тебя что-нибудь? Все равно что. Я непривередлив.
– Сандвичи с цыпленком. Поставь карточный столик к окну. Там мы едим.
Расставляя грубые тарелки и дешевые столовые приборы, Поль с усмешкой вспомнил тяжелое, богато украшенное столовое серебро Донала. Большой кот, прыгнув с полки и чуть не задев плечо Поля, приземлился на стол между тарелками. Вошла Агнесс, одетая в полосатый халатик, с пятном краски на подбородке. Ему запомнилось все совершенно отчетливо, даже интонация, с которой девочка обратилась к нему:
– Ой, это вы, кузен Поль! Я не слышала, как вы вошли, – а затем добавила: – Я иду помочь маме с сандвичами.
Он подумал, как все изменилось – сначала Мэг, а теперь и Агнесс.
Поль потянулся и включил переносной приемник на полке. В другой руке он держал кофейник, который чуть не уронил из-за того, что услышал.
Японцы разбомбили Перл-Харбор. Ущерб был причинен колоссальный, несчастье было ужасным. Громкий голос был возбужден, почти истеричен, бросая слова. Мэг прибежала из кухни, следом за ней Агнесс.
Все трое они стояли в маленькой комнате, не сводя глаз друг с друга. Мэг заговорила первой:
– Слава Богу, Тиму всего шестнадцать.
– Да, так оно и есть, – только и произнес Поль, чтобы что-то сказать.
Все отличалось – и время, и чувства – от того, какими они должны были быть, по его представлению, когда пришла война. И он вообразил себя через годы стоящим среди людей, вспоминающих, где они были, когда их настигла страшная весть, сразу изменившая жизнь каждого.
«Я накрывал на стол, – скажет он, – а моя кузина прибежала из кухни с щенком в одной руке и пучком салата в другой».
Той же зимой Хенк Рот пошел в армию первым лейтенантом. Проводы были в доме Ли. Она подошла к этому с позиции «дело есть дело», проявив свойственную ей выдержку, – страна должна была покончить с войной как можно быстрее и надо разумно относиться к этому. Но Поль понимал ее чувства по отношению к отцу Хенка, который уходил так героически в прошлую войну, и сейчас к Хенку, который уходил так спокойно.
Единственным относительно веселым человеком в этом собрании был Элфи. Он начал работать над проектом строительства авиационного завода и был в хорошем настроении.
– Мой партнер ничего не смыслит в строительстве, но у него есть наличные. Так что он вкладывает деньги, я делаю работу, а прибыль делим пополам. Не плохо, а? Мне пришлось сказать Доналу, что я ухожу от него.
Было приятно снова слушать, как хвастается Элфи. Хенни волновалась:
– Как ты думаешь, его сразу отправят за океан? Так много говорят о военных действиях на море.
– Ирония заключается в том, – ответил ей Поль, – что изобретение Дэна, его первая работа, сделала плавание более безопасным. У них теперь есть радио. Все приборы обнаружения основаны на изобретении Дэна.
Он хотел бы чувствовать такую же уверенность, какую пытался изобразить. С болью в сердце он смотрел, как повзрослевший Хенк, выглядевший возмужавшим в форме, идет по комнате, прощаясь с каждым.
– Ну, Поль, – сказал Хенк, подходя к нему, – ты всегда говорил, что Америке придется вмешаться.
Поль едва смог произнести:
– Только береги себя.
Они пожали руки друг другу, и Хенк ушел. Было слышно, как он сбежал по ступенькам и как хлопнула в тишине тяжелая дверь.
Жизнь изменилась быстрее, чем это можно было представить. Ввели нормы на мясо, бензин, обувь и сахар. Женщины научились носить тонкие хлопчатобумажные чулки. Мариан сворачивала бинты для Красного Креста. Ли председательствовала на показах мод, где кинозвезды выступали моделями в пользу военного займа. Хенк благополучно переплыл океан и был в Англии. А Поль чувствовал нетерпение. Проходили месяцы, и он устал мотаться между Вашингтоном и Нью-Йорком, сидеть на совещаниях и манипулировать цифрами. Все это было очень важно, но далеко от настоящих дел и не то, что ему хотелось.
А потом президент назначил гражданскую комиссию, которая будет действовать совместно с войсками, как только начнется вторжение на континент. Они должны будут наблюдать и докладывать эффективность воздушной поддержи. Перспектива была заманчивой. Это означало находиться в гуще событий. Для Поля не составило труда добиться своего назначения в эту комиссию.
Мариан была в ужасе. Целую неделю она причитала:
– Я было подумала, что ты достаточно рисковал своей жизнью в одной войне!
– В этот раз я не буду в окопах. Со мной ничего не случится.
– Ты не можешь этого знать. Все может случиться. – Ее губы дрожали.
– Мне необходимо ехать, – мягко сказал он.
– Почему? Из-за твоих родных, я полагаю.
Он подумал, что да, и еще из-за Илзе и Марио…
– Ты всегда чувствуешь себя обязанным, хотя почти наверняка они погибли.
– Тем более.
– Ты заходишь слишком далеко, как всегда.
– Уж такой я. Тебе бы следовало привыкнуть ко мне.
– О, – сказала она, – единственное, к чему я привыкла, так это к невозможности изменить твое решение, однажды принятое.
– Иногда тебе это удается, Мариан. Чаще, чем ты думаешь! Но не в этот раз.
Он чувствовал, что должен ехать. Им руководило желание сделать что-то настоящее, не быть посторонним наблюдателем катаклизмов.
Он очень волновался, получая снаряжение: дождевик, новую камеру, писчие принадлежности и бинокль.
Проходя по Медисон-авеню, он сообразил, что находится недалеко от Ли. Он собирался позвонить, но потом решил зайти. В своем кабинете она показала ему письмо от Хенка, веселый доклад, написанный с явным желанием поднять настроение матери. Они немного поговорили о Хенни, которая все еще занималась беженцами, а потом Ли перешла к личным делам:
– Полагаю, что все спрашивают тебя, почему ты это делаешь, поэтому я не буду спрашивать.
– Спасибо, – ухмыльнулся Поль. – Ценю.
– Нет, я не спрошу. Я скажу тебе. – Ли направила на него карандаш. – Ты убегаешь, Поль Вернер. Ты убегаешь от чего-то или, вернее, от кого-то. Хочешь говорить об этом?
Она коснулась больного места, о котором ему не хотелось вспоминать.
– Нет, ты не хочешь. Ты думаешь, что это не мое дело, возможно, так оно и есть. Но я знаю тебя очень хорошо, Поль, и, может быть, это заставляет меня думать, что я могу позволить себе некоторые вольности.
Она встала и положила руку ему на плечо.
– Ты хочешь сохранить свою тайну. О'кей, я больше ничего не скажу. Кроме одного, и это будет последнее. Я знаю, что ты думаешь о своей дочери и о… ней. Как долго ты собираешься еще мучить себя?
Он не ответил.
– Посмотри на себя! Ты бы мог быть счастливым, любить и быть любимым.
– Как ты? – В его словах она услышала насмешку. – Ты включаешь любовь, как кран?
– Нет, Поль! Ты неправ, я жена Билла и люблю его. Кто виноват, что ты тогда не смог удержать меня?
Поль вспомнил Париж, кровать под балдахином, обнаженную Ли, один вид которой воспламенял его; теперь все ушло, осталась только нежность. Он поцеловал ее в макушку.
– Прости, Поль. Мне не следовало так говорить. Все это из-за моего страха, что ты не вернешься.
– Я вернусь, – сказал он. – Я обязательно вернусь.
«Куин Элизабет» стояла у причала с затемненными иллюминаторами. Он прошел по причалу к трапу, остановившись, чтобы пропустить длинную колонну пехотинцев – молодых людей, которые покидали родину, совсем мальчиков, тяжело идущих под грузом рюкзаков. Потом он поднялся вслед за ними.
Заработали моторы, и без гудков, в тишине, большой корабль с грузом молодых жизней двинулся по реке. Набирая скорость, он выскользнул в океан.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гобелен - Плейн Белва



странный роман. Отнести его к любовной лирике определённо нельзя. Какая-то смесь философии с до/послевоенным жизнеописанием людей из элиты американского общества. Из всей книги я вынесла одну мысль: хорошо с тем, с кем нас нет рядом. Всё остальное - это довольно нудное повествование о том, что "богатые тоже плачут". Трудноватая книга для заявленного любовного жанра.Читать или нет - решать каждому :)
Гобелен - Плейн БелваNatali
24.10.2014, 16.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100