Читать онлайн Маскарад, автора - Питерс Натали, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маскарад - Питерс Натали бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.92 (Голосов: 51)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маскарад - Питерс Натали - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маскарад - Питерс Натали - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Питерс Натали

Маскарад

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6
ТОМАССО

– Вы – Леопарди, тот самый еврей? Не так ли? Раф отложил в сторону сверяемые им грузовые манифесты.
Он сидел за угловым столиком в излюбленной им таверне вблизи доков. Обратившийся к нему мужчина был без маски и шляпы, с приятным лицом, хотя и с некоторыми следами разгульного образа жизни. Несмотря на то что волосы его были не напудрены, а одежда ветхая, в нем безошибочно проглядывались черты переживающего трудные времена дворянства – высокомерие и готовность защитить себя. Не дожидаясь приглашения, незнакомец пододвинул стул и сел рядом с Рафом.
– Мы уже встречались, но вы не помните. Тогда мы оба были в масках. Меня зовут Томассо Долфин. Фоска – моя сестра.
– Мне эта синьора незнакома, – отрывисто сказал Раф. «Что на уме у этого типа? – задумался он. – Пытается меня шантажировать? Что-то вынюхал ночью?»
– Да нет же, вы знаете ее, – весело бросил Томассо. – Вы еще спрашивали меня о ней, а затем пустились за ней в погоню. Полагаю, догнали. Ведь вы молоды, сильны и скорее всего быстры.
Раф сердито посмотрел на него.
– Полагаю, вы собираетесь сообщить мужу этой дамы о моем интересе к ней, если я не заплачу вам за молчание? В таком случае, синьор, вы зря теряете время. Убирайтесь отсюда.
– Мой дорогой, вы, евреи, излишне чувствительны, – прокудахтал Томассо. – Не скрою, я постоянно нуждаюсь в деньгах, но никогда не прибегаю к шантажу. Это вроде работы, а она требует усилий. Мне очень жаль, если у вас создалось ложное впечатление. Я просто хотел продолжить знакомство с вами и полагал, что имя Фоски поможет преодолеть вашу подозрительность. К сожалению, я добился противоположного результата. Прошу извинить. – Он широко улыбнулся. – В тот день, – продолжал Томассо, – я слышал ваше выступление в сенате. На меня произвели большое впечатление ваши пыл и искренность. «На этот раз, – подумал я, – нашелся наконец человек, который сказал правду». Древние стены сената уже долгие годы ничего подобного не слышали. Я полагаю, что мы можем быть полезны друг другу, синьор Леопарди.
– Да? – сказал Раф, в душе которого крепло подозрение. Уж слишком льстил этот юноша.
– Все еще не доверяете мне, – со вздохом сожаления отметил Томассо. – Я не виню вас. В наши дни шпионы вынюхивают на каждом углу и собирают информацию под каждым столом. Знаете, что, даже когда вы пошли в «Ридотто» за моей сестрой, за вами следили? Комедия!
– Что? – Глаза Рафа потемнели. – Вы лжете.
– Зачем, приятель? – беззаботно спросил Томассо. – Вы думаете, раз они разрешили вам высказать свое мнение, то больше не будут обращать на вас внимания?
Убедитесь сами. Как раз сейчас агент инквизиторов пытается что-то выведать у входа в кафе. Я сразу признал этого кретина. Вот почему я здесь. Я не хочу, чтобы рухнуло ваше дело. Вы можете добиться многого, располагая добрым советом и поддержкой. Вы искренни, но все еще наивны в отношении наших достопочтенных…
Раф резко поднялся со стула и направился к входным дверям в таверну. Там, лениво опершись на тюк с грузом, стоял какой-то мужчина. Он был в маске, но, заметив в дверях Рафа, тут же отвернулся. Раф сжал руки в кулаки и обругал себя. Дурак! Конечно же, они должны были следить за ним. Но ему это не приходило в голову. А значит, они знают о нем и о Фоске. Его охватило возмущение. Он вернулся в таверну и сел рядом с Томассо.
– А вы не боитесь, что он донесет и на вас? – решительно спросил Раф.
– Да он даже не догадывается, что я сижу здесь. Я заметил его первым и прошел черным ходом. Ну а что случилось бы, если бы они даже увидели нас вместе? Они и без того знают мое мнение о правительстве, но у них не так уж много возможностей, чтобы заставить человека не думать или не говорить.
Раф кивнул. В этом их мысли совпадали. – Кроме того, не забывайте, я родной брат жены Лоредана. Я доставляю ему, как и Фоска, немало хлопот.
– Что вы имеете в виду?
– Вы же наверняка слышали всякого рода россказни. Женщина она шальная. Лоредан не в силах ее контролировать. Он был бы уже одним из десяти дожей, если бы не Фоска. Возможно, нам надо поблагодарить ее за это! Она излишне раскована, непредсказуема, но до сих пор не совершила ни одного по-настоящему скандального поступка. Однако такая возможность всегда существует. Впрочем, нет нужды рассказывать вам о Фоске. Ведь вы встречались с ней.
Раф глубоко вздохнул. Он не решался что-нибудь сказать. Если инквизиторы знают о нем с Фоской, то об этом, конечно, знает и Лоредан.
– Если вас напугал тот, кто увязался за вами прошлой ночью, выбросьте его из головы, – попытался успокоить его Томассо. – Он случайно споткнулся о мою трость и повредил колено. А когда пришел в себя, вы с сестрой уже ушли.
Итак, все в порядке. Никто ничего не знал. Никто и не должен ничего узнать. Он поступил неосмотрительно, приведя ее в гетто, поставил под угрозу не только себя, но и тетю Ребекку, и Лиу, и всех живущих там евреев. Ведь Фоска не обычная женщина. Она – жена Лоредана.
– Вы знаете, – медленно произнес Томассо, внимательно наблюдая за лицом Рафа, – я был бы вам весьма полезен, коль скоро вы захотите вновь повидаться с ней. Конечно, любовный роман подобного рода равносилен безумству и самоубийству…
Раф покачал головой. Он больше не встретится с ней. Такая встреча не стоит того, чтобы поставить под угрозу безопасность людей, которых он любил и в дело которых страстно верил. «В конечном счете, – решил Раф, – ведь она просто женщина».
Но почему же тогда при мысли о ней так бешено стучит сердце? Почему он с надеждой вглядывается в каждую женщину в маске или оборачивается на женский смех? Он помнил ее глаза, губы, восхитительную грудь, влекущую улыбку. Помнил миг, когда ее страх обернулся доверием, когда она обнажила перед ним свою душу, отбросив притворство и условности.
Именно тогда она предстала перед ним красивой, одинокой и жаждущей любви. Истинной любви, а не любви-игры, сотканной из стишков и сплетен. Нет, невозможно. Опасно для них обоих. Он должен оставить ее в покое.
– Вы только что предложили себя в сводники, – мрачно сказал Раф. – Ваша сестра знает об этом?
– Боже мой, конечно, нет! – В голосе Томассо прозвучала боль. – После встречи в «Ридотто» я не виделся с ней. Я всего лишь строил догадки, основанные на вашем интересе к ней. И оказался прав. Не так ли? Отрицать, что вы испытываете к ней интерес, невозможно. Против вас, синьор, – продолжал он, – я ничего не имею. Что вы еврей, знаю. У меня, кстати, возникла определенная любовь к евреям. Один Бог знает, сколько дел я вел с ними за минувшие годы. Так же поступал мой отец. Я чувствую себя как дома в ломбардах, расположенных в гетто. Все содержимое дворца Долфин уже перекочевало туда. Но вас не трогают беды моей семьи. А ведь я могу оказать весьма ценную услугу и…
– Если бы вы не были ее братом, то я вышвырнул бы вас на улицу, – проговорил Раф сквозь зубы. – Убирайтесь отсюда, пока я не свернул вам шею.
Томассо нисколько не смутился и спокойно сказал:
– Вы снова меня не поняли. Видимо, я не смог толком разъяснить свои мысли. У нас с вами, синьор, гораздо больше общего, чем просто забота о счастье моей сестры. Мы хотим одного и того же для Венеции. – Он наклонился вперед и заговорил тише: – Мы оба хотим перемен. Демократии. Власти, которая ныне в руках кучки субъектов, подобных Лоредану. Лоредан… Мы оба ненавидим его. Как я сказал, вы могли бы добиться многого. Вы талантливы. Безгранично преданы своему делу и хорошо владеете речью. До сих пор ваши амбиции не мешали вам. Но, друг мой, вы крайне нуждаетесь в руководстве. И я мог бы помочь вам.
– Я думаю, нам больше не о чем говорить, – ответил, поднимаясь со стула, Раф.
Томассо схватил его за запястье. Он оказался неожиданно сильным.
– Я могу уничтожить вас, синьор, – сладко улыбнулся он. – И могу навредить Фоске. Поэтому не торопитесь удалиться прежде, чем я скажу то, с чем пришел.
Раф снова сел.
– Хорошо, продолжайте. Только скорее.
– У бедного человека тоже есть друзья, – сказал Томассо. – Меня хорошо знают люди, живущие в окрестностях Сан-Барнабы.
Раф понял, о чем идет речь. Он знал о барнаботти, впавших в нищету аристократах, живших в приходе Сан-Барнаба, который славился своей низкой квартирной платой. В большей своей части это были сыновья из лишившихся богатства семей. Они жили на государственное вспомоществование и на подачки своих богатых друзей. Злые на свою судьбу, они могли превратиться в политическую силу. Все они были бедны, но являлись дворянами и имели голос в сенате. Многие из них полагали, что, объединившись, смогли бы добиться изменения нынешней политической системы, что вернуло бы им власть и богатство. Некоторые же, подобно Томассо, проповедовали идеи революции, следуя примеру французских якобинцев.
В глазах Томассо загорелся фанатичный блеск.
– Я хочу уничтожить лореданов этой Республики. Консерваторов. Они все с гнильцой, коррумпированы и глубоко окопались. Они привели к развалу страну. У них нет работы для тех, кто хочет трудиться. Наша промышленность свертывается… Впрочем, вы это знаете. Раф, вы обладаете большей властью, чем догадываетесь. Да, сегодня вы могли бы объединить вокруг себя простых людей. Вы – герой! Но они не готовы сражаться, и у них нет права голоса. А барнаботти могут. Нас становится все больше, но мы и поныне лишены власти. Песаро последний говорил от нашего имени. Однако его бросили в тюрьму, а затем выслали. У нас это вызвало потрясение. Все распалось. Наши люди боятся выступить вновь. Но они способны прислушаться к вам. Вы человек со стороны. Побывали в Америке. У вас новые взгляды, новый подход.
– Если меня даже арестуют, – сухо заметил Раф, – то это не опустошит ваших рядов. Верно, синьор?
– Арестуют? Они не посмеют вас арестовать. За вами слава. Арестовать человека, которого только что удостоили высоких наград? Это значит превратить себя в повод для насмешек. Время работает на нас. Вам не надо торопиться – мы продвигаемся медленно, встречаемся одновременно лишь с небольшими группами людей, беседуем с ними, заручаемся их поддержкой.
– Мне надо это обдумать, – медленно сказал Раф.
– Времени для размышлений уже нет. Настала пора действий. Вы не можете развернуть свою кампанию в гетто. Никогда не удастся собрать там сколько-нибудь значащих людей. Но в Синьории множество таких, кто согласен с вами, и не все они барнаботти. Людей, нацеленных на перемены, достаточно много. Мы можем собрать целую армию, если только станем действовать правильно. Я сейчас не пытаюсь льстить вам, но мне никогда не приходилось наблюдать в сенате столь сильного эффекта, который произвели вы. Вы пробудили множество людей. Многие из них согласны с вами, но боятся признать это публично, пока большинство составляют Лоредан и консерваторы. Послушайте, сегодня вечером состоится собрание в кафе рядом с площадью Сан-Барнаба. Приходите и посмотрите. Вот все, о чем я прошу. Придете?
– А что делать с моими тенями? – Раф кивнул в сторону двери.
– В десять вечера приходите в бордель в доме сто семнадцать по калле Баластрои, спросите там Флору. Я встречу вас и провожу дальше.
– Через задний двор? – неожиданно улыбнувшись, спросил Раф.
– Нет, по крышам. Это абсолютно безопасно. Понимаете, вы нуждаетесь в таком человеке, как я, кто приглядит за вами. Я знаю их образ мышления. Не забывайте, я один из них.
Улыбаясь сам себе, Томассо вышел из таверны. В разговоре с Рафом он больше не упомянул Фоску. Но он подал идею. И теперь осталось ждать, пока она принесет плоды. Томассо не сомневался, что Раф вскоре попросит его устроить встречу с сестрой. Этот человек не святой. А Фоска действительно очень красивая женщина.
Позже ночью Раф просматривал один из тщательно заполнявшихся его дедом гроссбухов. Он помнил, когда картина попала к ним в дом – где-то между 1799 и 1780 годами. Раф тщательно проверил каждую запись и наконец нашел ту, что искал: «Тициан. Венера и Марс. Орио Долфин. Одна тысяча дукатов».
Фоска узнала картину. Она принадлежала ее отцу. Утром надо ее упаковать и отправить ей. Конечно, не от своего имени. Никто не должен узнать, откуда она прислана. За исключением Фоски.
Раф вошел в спальню и долго рассматривал картину. Он повесил ее там, поскольку она захватила его воображение, потому что была красива и эротична и шокировала тетю Ребекку. Уж она-то будет радоваться ее исчезновению.
«Да, – решил он, – лучше всего избавиться от нее и забыть Фоску Лоредан».


«Как она попала сюда? Кто прислал ее?» – удивлялась Эмилия. Два слуги закончили распаковывать картину и приставили ее к стене.
– Это та самая картина, которую ваш отец держал в библиотеке. Какой срам!
У Фоски сильно забилось сердце, но с деланным безразличием она заметила:
– Наверняка это от Антонио. Он выяснил, кому она принадлежала, и купил ее мне в подарок на день ангела. – «Надо предупредить Антонио, – подумала Фоска, – чтобы он подтвердил эту версию. Он не подведет меня».
Взгляд Эмилии выразил сомнение.
– Но ваш день ангела в мае.
– Да, но Антонио не мог ждать. Он знал, как мне она нравится, и видел, что последнее время я чувствовала себя очень несчастной.
Эмилия, у которой о настроении Фоски сложилось совсем иное мнение, иронично фыркнула.
– Она обошлась ему в кругленькую сумму. Я и не думала, что синьор Валир столь хорошо обеспечен.
– Да, именно так, – поспешно заметила Фоска. – Правда, никто мне не поверит. Я повешу ее в своей комнате над камином, чтобы смотреть на нее прямо из постели.
Раф знал, что она жена Лоредана, размышляла Фоска. Теперь он посылает ей подарок. Зачем? Чтобы привести в негодование ее мужа или чтобы доставить ей удовольствие? Ну почему он не оставит ее в покое!
Но картина очень хороша. Как это внимательно с его стороны!
Если кто-нибудь узнает о той ночи… Ее друзья или Лоредан… Ну и скандальчик разразится! Ее любовник – еврей! Она станет посмешищем. Никто и никогда не должен узнать, откуда попала сюда эта картина. Лоредан бросит их обоих в тюрьму. Она больше никогда не должна встречаться с Рафом. Это безумие.
Да, Раф оказался очень добрым. Снял мучившую ее ужасную боль. Смешно, но оказалось, она нуждалась все время лишь в одном – в мужчине. Именно так. Теперь нужно найти другого любовника и забыть Рафа. Забыть его нежность и силу. Забыть умелые руки и обжигающие губы.
Фоска закрыла глаза и заставила себя успокоиться: «Хватит! Перестань вести себя как школьница! Все мужчины в конце концов одинаковы».
В этот момент в гостиную, где слуги распаковывали картину, вошли Алессандро Лоредан и его секретарь Пьетро Сальвино. Фоска внимательно наблюдала за Сальвино, но он ничем не выдал то, что узнал в ней женщину, выходившую из дома Рафаэлло Леопарди.
– Что это такое? – спросил Алессандро. – Разве я недавно приобрел какую-нибудь картину?
Фоска пошла навстречу, чтобы поздороваться.
– Это, синьор, моя картина.
Алессандро поцеловал ей руку и вновь обратил внимание на картину.
– Тициан?.. Не лучшая из написанных им Венер, но тем не менее работа весьма мила. Полагаю, это средний период его творчества.
– Вы правы, ваше превосходительство, – прошептал Пьетро. – Насколько я помню, в пятидесятые годы Тициан написал серию портретов Венеры.
– Вы, возможно, узнаете, синьор, эту картину, – сказала Фоска. – Она раньше принадлежала моему отцу.
– Правда? – сдвинул брови Алессандро. – Я что-то не припомню.
– Он продал ее, когда испытывал нужду в деньгах, – объяснила жена. – Он вынужден был продать все, что любил. Мой милый друг Антонио Валир был настолько любезен, что разыскал ее для меня и выкупил. Это доставило мне огромное удовольствие.
– Естественно, – кивнул Алессандро. То же самое сделал и Пьетро, эхом повторяющий поступки своего хозяина.
– Я уже приказала повесить ее в моей комнате. Если, конечно, вы не возражаете.
– А почему я должен возражать? Я очень рад, что вы вернули нечто из вашего старого дома.
– Можете считать это частью моего приданого, – любезно сказала она, когда он наклонился над ее пальцами.
Алессандро сжал губы. Он холодно улыбнулся и вышел из комнаты. Пьетро, напоминая спаниеля, последовал за ним.
– Вы что-то скрываете, – прошипела Эмилия, когда они вышли. – Не считайте меня дурой. Синьор Алессандро наверняка узнал картину!
– Принимая подарок от своего поклонника, я что, совершаю нечто ужасное? Это не касается моего мужа!
– Он не поверил, что подарок сделал синьор Валир. Впрочем, и я этому не верю. Рекомендую вам быть осторожней, донна Фоска. Вашему мужу не понравилось бы прослыть рогоносцем!
– Мой муж! Муж! – возмутилась Фоска. – Почему никого не заботит мое счастье?
– Потому что вы о нем заботитесь сами! – едко заметила Эмилия.
Фоска сверкнула глазами.
– Беда нашей Республики в том, что слуги стали забывать свое место.
Эмилия обозлилась, и ее огромная грудь заколыхалась.
– Я только хотела предупредить, пока вы не попали в глупое положение! Вы прекрасно знаете, донна Фоска, что никто не позаботится о вас так, как я. Я не хочу, чтобы вы вредили сами себе!
– Я уже столько навредила себе, – сказала Фоска. – Настало время для возмещения ущерба. Я заслужила хоть какое-то счастье, Эмилия! Почему же люди так отвратительны! Я уже решила, что больше с ним никогда не увижусь. Всех вас ненавижу!
Фоску словно ветром сдуло. Эмилия покачала ей вслед головой.
– Одни неприятности, – сказала она мрачно. – Мужчины – это сплошные неприятности.


Лиа передала Рафу блюдо с едой и уселась на свое место. Она не разговаривала с ним. Не разговаривала она и с тетей. Раф же ел с удовольствием и делал вид, что не замечает атмосферу холодности, воцарившуюся в доме после той ночи, когда он привел Фоску.
– Вы сегодня обе такие тихие, – отметил Раф. – Рекомендую попробовать тушеное мясо, Лиа. Очень вкусно!
– Я знаю. – Лиа рассеянно ковырялась в тарелке и даже не притронулась к вину. Она не поднимала глаз на Рафа.
– Уже устала от жизни в гетто? – спросил он. – Я не осуждаю тебя, Лиа. Ты не привыкла к такому. Оказаться запертой в четырех стенах, когда ты могла бы…
Лиа поднялась так резко со стула, что он с грохотом повалился на пол, и выбежала из комнаты. Раф непонимающе посмотрел ей вслед.
– Если бы ты не был моей плотью и кровью, – сказала тетя Ребекка, – я бы разбила всю посуду о твою тупую голову. Тебе мало, что ты навлек на всех нас позор и печаль, пренебрегая законами, глумясь над добрым советом наших старейшин и самого раввина – мудрого человека! Образованнейшего ученого! Нет, тебе мало того, что тебя изгоняют из гетто – первого еврея за сто лет! Ты приводишь в наш дом, в котором живут приличные женщины, проститутку! Да еще проститутку-христианку!
– Да, она христианка, – сказал спокойно Раф. – Аристократка.
– О мой Боже! Я так и знала! После того как она ушла, я в каждой щели и уголке нашего дома чувствую смрадный запах ее духов. Это отвратительно! Я понимаю, почему девочка так расстроилась. Какой пример ты ей подаешь? Вчера она отсутствовала весь день, и, если бы она не вернулась, я бы не осудила ее!
– Все, что произошло, не имеет никакого отношения ни к одной из вас, – спокойно сказал Раф. – Или ты забыла, кто теперь хозяин в этом доме?
– Хозяин! – фыркнула тетя Ребекка. – Ты что, забыл, кто тебя мыл, кормил, кто убирал за тобой и растил тебя с младенческих лет? Я живу в этом доме пятьдесят пять лет, и такого несчастья, как сегодня, никогда не испытывала! Ты разбил мое сердце! А девочка?
– А что девочка? Ты напрасно меня осуждаешь…
– Ты балбес. Разве не видишь, что она в тебя влюблена?
– Что?.. Да это смешно!
– Ты так считаешь? А она тем не менее влюблена. А ты так с ней поступаешь! Рафаэлло, то, что ты делаешь вне стен дома, не важно. Но ты приводишь шлюху…
– Она не шлюха, черт побери! – заорал Раф и стукнул ладонями по столу.
– Не ругайся на меня, мальчик. Боже, какой ты вспыльчивый. Твоя бедная мать, да будет ей земля пухом, всегда была какой-то шальной. Никогда ничему не радовалась. О, она навлекла на нас скандал и большое горе! Да и твой отец, говорят, тоже был сумасшедшим.
Раф сердито посмотрел на старую женщину, но ничего не сказал.
Она глубоко вздохнула.
– Что же, ты так никогда ничему и не научишься? Ты что, решил навлечь на всех нас гнев государства? Кем бы ни была эта женщина, она не для тебя. Дворянка!.. Господи, у нас в гетто двадцать незамужних девушек, которые отдали бы все, лишь бы ты обратил на них внимание. Даже теперь!.. Почему ты не можешь удовольствоваться тем, чем обладаешь? Почему всегда стремишься к невозможному? Почему никак не смиришься с реальностью?
– Потому что не хочу! – завопил Раф, поднимаясь со стула. – Не хочу подчиняться никакому закону, придуманному кем-то. И не хочу, чтобы мне читала проповеди женщина. Ясно?
Тетя Ребекка плотно сжала губы и неподвижным взглядом уставилась перед собой. Раф перевел дыхание.
– Прости. Я не хотел обижать тебя или Лиу. Но это моя жизнь, и я проживу ее так, как считаю разумным.
Он набросил плащ и собрался уйти из дома, но вспомнил о Лие. Надо поговорить и с ней. Эти женщины должны уяснить, что он не намерен подчиняться их настроениям.
Лиа сидела на стуле перед окном, поджав колени и обхватив их руками. Кот Джекоб и котенок дремали на подоконнике. Она не обернулась, когда в комнату вошел Раф и встал позади нее.
– И ты, Лиа, сердишься на меня?
Она слегка пожала плечами и продолжала пристально рассматривать темнеющие в сумерках крыши и небольшие островки проглядывавшего между высокими зданиями неба.
– Я не могу рассчитывать, что ты меня поймешь, Лиа, – сказал он грубовато. – Ты еще молода, и хотя видела в жизни гораздо больше, чем многие девочки твоего возраста…
Она подняла лицо. Взгляд ее был поразительно зрелым. Старые глаза на юном лице. Раф почувствовал, что он сбился уже в середине разговора. Он замолчал и откашлялся.
– Я понимаю, что ты чувствуешь, – твердо сказал он.
– Правда понимаете? – Она вновь отвернулась от него. Для столь молодого существа она держалась с поразительным самообладанием.
– Ты убедила себя, что влюблена в меня. Это не удивительно. Я, вероятно, единственный мужчина, который был добр к тебе, и естественно…
– Вы единственный, кто не изнасиловал меня, – сказала она. – Не обращайтесь со мной как с ребенком, синьор Раф. В девять лет я потеряла девственность. Я знаю о мужчинах все, знаю, что им нужно. Неро обычно позволял незнакомым мужчинам спать со мной. Они ему за это платили.
– О! – Раф нахмурился. – Я не сознавал…
– Не нужно ничего объяснять. Я была для вас чужая, но вы подобрали меня, радушно приняли, будто я действительно ваша кузина. Вы мне ничего не должны, синьор Раф. И меня не касается, что вы делаете.
Она казалась такой хрупкой и юной и вместе с тем была мудрей любой женщины, в три раза старше ее. Раф положил руку ей на плечо и почувствовал, что она дрожит.
– Мне очень жаль, Лиа.
– Все в порядке. Я на вас не сержусь, – сказала она. – Только на себя. А теперь оставьте меня, пожалуйста.
Когда он ушел, Лиа взяла кота на колени и погрузила лицо в его мягкий мех.
– О, Джекоб, как я люблю его! И как ненавижу ее! Ненавижу!


– Ума не приложу, что с вами произошло, Фоска, – озабоченно сказал Антонио Валир. – Начиная с выдумки по поводу картины. Я еле сообразил, что сказать, когда ваш муж поблагодарил меня за то, что я разыскал ее для вас. Знали ли вы, что Сальвино обнюхал весь мой дом, допрашивал слуг? Зачем вам это?
– Неужели он пошел на это? О, мой бедный Тонино, – тихо проговорила Фоска. – Простите, что я поставила вас в неловкое положение. Я знаю, что это жестоко. Но ведь я раньше от вас никогда ничего не скрывала, так? Умоляю вас, проявите терпение и не сердитесь на меня.
– Я не сержусь, просто не могу понять. Если вы больше не хотите видеть меня…
– Ничего подобного у меня и в мыслях нет, мой дражайший друг! – уверяла его Фоска. Они прогуливались рука об руку вдоль Листона по направлению к кафедральному собору. – Вы всегда в моем сердце. Вы же знаете. Но ни о чем не спрашивайте. Я сожалею по поводу случая с Лореданом. Однако поймите, я была вынуждена ему что-нибудь сказать! Сальвино… Неужели он и на меня науськал своих агентов?
– Агентов? – воскликнул Антонио. – Но почему он шпионит за вами? – Он боязливо оглянулся. Площадь была заполнена личностями в масках, каждая из которых могла нести угрозу. Вполне возможно, что рядом с ними увивалось пятьдесят шпионов.
– Кого вы высматриваете, Фоска? С кем убежали в ту ночь? Представляете, как мы разволновались, когда, подъехав к Моло, увидели, что вас нет ни в одной из двух гондол? Я был готов броситься к Лоредану и сказать ему, что вы исчезли. Только подумайте, какая бы поднялась суматоха.
Они зашли в кафе Флориана и заняли места у самого входа. Фоска заказала горячий шоколад. Антонио купил для нее у цветочницы букетик фиалок. День был теплым, в воздухе носились экзотические запахи и приглушенные голоса. Антонио что-то жужжал на ухо Фоске. Она успокаивала его, поддерживала легкую беседу, но все ее мысли были сосредоточены на Рафе. Вдруг он случайно появится на площади? Как она узнает его? Она несколько раз посетила «Ридотто». Конечно, она вовсе не хотела встретиться с ним.
Недавно в ней проснулась ненависть к своим наивным поклонникам. Их пустые фразы отвлекали ее от собственных мыслей, глупые знаки внимания и витиеватые комплименты, которые раньше доставляли ей удовольствие, выводили из себя и раздражали. Теперь все ее кавалеры казались ей женоподобными щеголями, напудренными и надушенными, как хорошо выдрессированные собачки. Они совсем не походили на Рафаэлло.


Примерно неделей позже Фоска получила записку от своего брата. «Дорогая сестра! Я в ужасно стесненном положении, но чувствую себя плоховато и, увы, не могу посетить тебя. Мы должны возможно скорее встретиться. Только, умоляю тебя, приходи одна! Ты помнишь адрес: Кампо Сан-Барнаба, 274, над мастерской сапожника. Приходи срочно, немедленно, одна! Т.».
У Фоски записка вызвала раздражение, но одновременно и заинтриговала. Что теперь понадобилось брату? Фоска не сомневалась, что речь идет о новом варианте вытрясти у нее какую-то сумму денег.
Сан-Барнаба находилась в нескольких минутах хода от дворца Лоредана. Она надела маску и плащ и никем не замеченная выскользнула из дома.
К дому Томассо Фоска пошла кружным путем. Она непрестанно оглядывалась через плечо, желая удостовериться, что за ней не следят. Она даже зашла в церковь Сан-Барнаба и, проведя несколько минут в прохладной темноте, вышла через заднюю дверь. Было два часа пополудни, когда она подошла к двери дома Томассо. Большая часть жителей города погрузилась в послеобеденный отдых. Площадь опустела.
В расположенной в мансарде квартире Томассо Фоска была лишь однажды и ненавидела ее. Темное и отвратительное жилище отдавало смрадом, словно олицетворяя собой распад семьи Долфин. Отец покончил жизнь самоубийством, не выдержав бремени неприятностей. Палаццо опустошили кредиторы и продали его бизнесмену-нуворишу, имя которого даже не значилось в «Золотой книге». Сама она сочеталась браком с человеком, к которому испытывала отвращение. Томассо, бедный Томассо – попрошайка, лгун, никчемный человек, предающийся пустым мечтаниям о революции.
Дверь в квартиру была слегка приоткрыта. Тихо произнеся имя брата, Фоска отворила ее и вошла внутрь. Комната оказалась такой, какой она запомнила ее с первого раза, – плохо освещенной, облезлой, душной. К тому же ее уродовали сходящиеся углами балки крыши над головой.
– Томассо, ты здесь? – Она откинула капюшон и сняла маску.
Внезапно она почувствовала, что задыхается, подошла к окнам и распахнула их. Порыв ветра захлопнул дверь.
– Фоска!
Она быстро обернулась. В затененном углу за дверью стоял мужчина. Он вышел на свет. Это был Раф Леопарди.
– Вы! А где Томассо? Что вы с ним сделали? Я полагала…
– С Томассо все в порядке. Я просил устроить эту встречу, заманить вас сюда. Ну а теперь он, как подобает посреднику, исчез.
– Вам не следовало бы этого делать! За вами наблюдают! – торопливо, как бы запыхавшись, сказала она. – Когда я уходила от вас… я заметила Сальвино, секретаря моего мужа. Я уверена, что он не пошел за мной, но вы…
– Значит, Лоредан выслеживает и меня? Ну, значит, все в порядке. Я принял меры предосторожности. В этом отношении ваш брат очень полезен. – Раф не отводил глаз от лица Фоски. – Я полагал, что вы с большей радостью встретите меня.
– Я просто не ожидала… Дело в том, что… – Она смешалась. – Вы знали, что я жена Алессандро Лоредана! Но ничего не сказали!
– А зачем? Я и Лоредан терпеть друг друга не можем, но это не имеет никакого отношения к нам с вами.
– Вы так считаете? Но вы знали, даже когда следовали за мной на Лидо. Вы использовали меня, чтобы навредить ему!
– Признаюсь, эта мысль приходила мне в голову. Она сжала губы.
– Тогда нам не о чем разговаривать. Она направилась к двери.
Он загородил ей путь.
– А я думаю, у нас все же есть о чем поговорить. Я не могу забыть вас и ту прекрасную ночь. А вы что думаете о ней?
В ее голосе прозвучало безразличие:
– Ничего не думаю.
– Да? – Он поднял брови. – Я и забыл, что вы просто еще одна скучающая аристократка, привыкшая к случайным эпизодам в объятиях незнакомых мужчин.
– Прошу вас, не говорите так, – тихо сказала она. – Вы же знаете, что это неправда. Я вспоминала о той ночи, один-два раза. Я вам благодарна. Вы были добры ко мне. Я не очень-то заслуживаю благодарности. Желаю вам всего хорошего, Рафаэлло. Вы прекрасный человек. Я знаю, что вы найдете кого-либо, кто… – Она замолчала и прикусила губу.
– Весьма великодушно с вашей стороны, синьора, – сказал он с сарказмом. – Уверен, что ваше пожелание счастья послужит мне хорошую службу.
Она опустила голову.
– Это все, что вы можете сказать? – спросил Раф.
– Встречаться с вами я больше не могу.
– Вы имеете в виду, не хотите? Только не лгите. Помните наш уговор?
– Ну, хорошо. Не хочу, – ответила она. – Благодарю вас за картину. Вам не следовало делать этого. Она слишком дорогая.
– Я устал от нее, – пожал он плечами. – В любом случае она по праву принадлежит вам.
– Значит, вы знаете?
– Мой дед все очень тщательно учитывал. Ну скажите хоть что-нибудь. Я знаю, вам было неприятно, что она висит в доме еврея.
Наступило тягостное молчание.
– Я лучше пойду, – сказала Фоска. – Они могут всполошиться.
Раф отступил в сторону и, когда Фоска проходила мимо него, учтиво поклонился.
– Вы всегда так торопитесь возвращаться в ненавистную вам жизнь? – сказал он ей вдогонку. – Предполагаю, что именно так можно отличить знатных венецианок от венецианок низкого происхождения: первые просто не осознают, как им плохо живется. – Фоска остановилась, но не обернулась. – Я надеялся на вас, Фоска. Вы не похожи на остальных. Видимо, вы пока еще слишком молоды и вас не успели испортить. Но недолго осталось. Через несколько лет от истинной Фоски не останется и следа. Вы станете еще одной хищницей, будете охотиться за новыми удовольствиями и развлечениями, подбирать падаль, оставленную другими хищниками. Я тогда подумал, что вы говорили правду, по крайней мере мне. Но вы предпочитаете скрываться за завесой лжи.
– Я вам не лгала. – Она медленно повернулась. Ее щеки пылали. – Я сказала правду. Я не хочу видеть вас снова.
Он медленно подошел к ней. Она затаила дыхание. Он взял в руки ее лицо и нежно поцеловал. Она почувствовала, что внутри ее что-то сжалось. С губ слетел тихий стон. Она прижалась к Рафу и ворошила пальцами его темную шевелюру.
– Лгунишка, – проворчал он. Она прижала лицо к его груди. – В чем дело, Фоска? Чего вы боитесь? Лоредана? Он никогда ничего не узнает. Это будет для всех тайной. За исключением Томассо. Он нужен нам, но думаю, что могу доверять ему.
– Он делает это за деньги, – с горечью сказала она. – Вы можете доверять ему до тех пор, пока будете оплачивать его услуги.
– Я не дал ему ни цехина. Я помогаю ему сколотить из барнаботти революционную армию. Такова назначенная им цена.
Она встревоженно взглянула на Рафа.
– Не надо связываться с ними! Инквизиторы бросят вас в тюрьму.
– Но не сразу же. Пусть это вас не тревожит. И не беспокойтесь в отношении наших свиданий. Я умею быть осторожным.
Фоска отстранилась от него.
– Я боюсь не опасности.
– Значит, все связано с тем, что я еврей? – мягко спросил он ее. – Именно поэтому…
Ее глаза расширились.
– О нет! Раньше я думала, что это имеет значение. Убеждала себя, что мы не подходим друг другу, что разница между нами чересчур велика. Боялась, что если мои друзья что-нибудь прознают, то поднимут меня на смех.
Но теперь мне на это наплевать. Клянусь. Вы стоите десятка таких, как они! Мне было бы все равно, даже если бы вы были… турком!
Он улыбнулся и прикоснулся к ее щеке.
– Синьора, у вас весьма широкие взгляды.
Нервно потирая руки, она ходила взад и вперед по комнате. Он наблюдал за ней. Она оглянулась в поисках места, куда можно было бы присесть. Стулья, стоявшие в комнате, были покрыты пылью и расшатаны. Она робко села на узкую кровать Томассо.
– Кажется, я понимаю, в чем дело, – медленно сказал Раф. – Вы боитесь, что испытаете душевную боль. Опасаетесь, что я разобью ваше сердце, как это сделал Лоредан. Предпочитаете вообще отказаться от любви, чем согласиться на любовь, омраченную возможностью подобной боли.
Она не взглянула на него. Он понял, что оказался прав.
– Вы думаете, что я хочу вас использовать, влюбить в себя, а затем, когда устану от вас, прогнать прочь, – сказал он, стоя над ней. – Но, Фоска, куда делись ваша отвага и дух?
– Я знаю, что представляют собой мужчины, – сердито запротестовала она. – Женщины для них все на одно лицо. Почему я должна принести себя в жертву мужской похоти?
Он слегка приподнял ее за подбородок.
– Послушайте меня. Если бы я заботился о том, чтобы удовлетворить свой аппетит, то вообще бы не пришел сюда. Вы думаете, мне нравится карабкаться по крышам и пять часов ждать вашего появления в этой вонючей комнатенке? Я нашел бы на улице маленькую хорошенькую штучку, заплатил ей десять цехинов и радовался бы. Но я не хочу этого. Я хочу вас, Фоска. Однако, Бог знает почему, я не стремлюсь немедленно влюбиться. Это, конечно, выглядит с моей стороны чертовски непоследовательно. Но мне предстоит так много сделать… Да, риск есть. Я могу разбить ваше сердце, как вы можете разбить мое. Мы оба вынуждены рисковать. Это единственный путь, который может принести нам радость.
– Очень убедительно, – сказала она. Улыбка заиграла в уголках ее губ.
– А как же иначе? – Он присел рядом с ней. – Я знаю, что имею дело с потрясающе логичным умом. Другую женщину я убеждал бы в постели.
– Вы всегда так грубы? – вздохнула она.
– Пытаюсь. Весьма эффективный способ для разговора с людьми, подобными вам, с теми, кто к этому не привык.
– Принимаете меня за слабоумную? – притворно возмутилась она.
– За слабоумную, за уродливую, – усмехнулся он. – Итак, Фоска, что нас ждет впереди? Безопасность и прежняя унылая жизнь или опасность и, быть может, любовь? Вам решать.
Она обвила его шею руками.
– Я хочу вас, – прошептала она. – Мне наплевать на риск. Я не боюсь переживаний. Я хочу вас.
– Я не сделаю вам больно. Клянусь. – Они поцеловались. – Я знал об этом уже в тот день в сенате. Знал, что вы перевернете мою жизнь с ног на голову.
– Я тоже знала, – сказала она. – Но что это значит? Мы что, влюбляемся?
– Вы против?
– Нет. – Она расстегнула его рубашку и легко скользнула пальцами по его крепкой груди. Он затрепетал. – Рафаэлло, займитесь со мной любовью прямо сейчас.
Он схватил ее руки.
– Вы всегда такая смелая?
– Пытаюсь быть такой, особенно с людьми, которым, как вам, не хватает утонченности.
– Вы забыли, синьора, что любите вкушать сладость ожидания? Я заставлю вас ждать.
– Не хочу ждать! – Она придвинулась к нему. – Не хочу ждать, никогда!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Маскарад - Питерс Натали



Жаль,что у Натали Питерс издано всего три чудесных романа.Все превосходные.В "Маскараде" они были женаты,но жили каждый своей жизнью.Таковы были жизненные принципы в Венеции тех лет.Но в конце любовь восторжествует.
Маскарад - Питерс НаталиНатали
10.12.2012, 13.53





Очень понравилось - и герои, и описание Венеции и исторических событий, и сюжет, и развитие отношений. Героиня, конечно, инфантильна, но это делает ее реальнее, впрочем, как и недостатки других действующих лиц. Возможно, буду перечитывать: 9/10.
Маскарад - Питерс Наталиязвочка
22.01.2013, 19.08





Чудовий роман. Перечитувала його кілька разів. Де можна знайти інші романи Натали Питерс?
Маскарад - Питерс НаталиМарина
5.03.2013, 19.17





Да простят меня оппоненты Но меня он не вдохновил. Скучный во всех отношениях.
Маскарад - Питерс Наталиксю
21.07.2013, 12.43





Roman potrjasajuwij- 10+
Маскарад - Питерс НаталиEdit
18.09.2013, 1.30





Уже люблю этого автора... Это надо уметь,- ни одного симпатичного персонажа, а читается взахлёб. Хотя нет, был один, но сказано автором, на весь город - всего два дееспособных венецианца, значит, господин Антонио, распишитесь в своей мужской несостоятельности... Эх, я уже сравнивала её с Маргарэт Митчел, которая наплевала на цензуру и историческую справку... В общем, если вы интересуетесь, читать ли Натали Питерс , попытаюсь осветить принципиальные особенности двух(уверена, что и трех) её книг:rn1. Раскачивается долго. Но т.к. приличные герои должны разбираться в своих чувствах лет 10, поскучайте глав семь.:-) "Маскарад" я чуть было не бросила, что не в моих привычках. 2. Рыцари без страха и упрёка - не наш профиль. К диалогу не приспособен физически, но всегда даму хотеть изволит! Если глупая артачится,- дубиной по голове и в пещеру... 3. Первый мужчина, он же единственный - нонсенс. Уважающая себя героиня должна сменить три постели и одну подворотню! Маскарад даже утомил малость: любовник\муж\любовник\моряк(!)\муж... Вообще, нежно и предано любить двоих - обычное дело. 4. Здоровая женщина хочет и может всегда! А не хочет - смотри п.2 5. В отношениях нельзя разобраться, пока прекрасной даме лицо не разобьют. Восстаёт во мне юношеский максимализм, но автор утверждает, что с милым рай и без зубов:-( 6. И то, чем я восхищаюсь, герои взрослеют. Им есть чего стыдится и в чем каяться, все живые и интересные, а приторного "Мы такие славные, но весь мир против нас" тут нет. Заметно, что мне хочется диалога, да? Не подскажете ли сайт? кто дочитал - спасибо)
Маскарад - Питерс НаталиSmallQueen
1.02.2014, 22.27





SmallQueen, браво! Шикарная анотация на романы Питерс. И, главное, абсолютно точная. Спасибо.
Маскарад - Питерс Наталиren
21.05.2014, 13.11





Грустно все это
Маскарад - Питерс НаталиЛиза
21.05.2014, 15.10





Ой, ren, как приятно:) А приходите на Litmir.net Там я нашла то, что мне было нужно - возможность читать все комментарии заинтриговавших рецензентов.
Маскарад - Питерс НаталиSmallQueen
11.06.2014, 16.12





Роман суперский.Сложный и неоднозначный.Когда-нибудь перечитаю.Писательница одна из лучших на сайте.
Маскарад - Питерс НаталиОльга
22.11.2014, 21.28





SmallQueen прочитала аннотацию вашу-скажу вам браво....роман не почитала так как поняла что схема та же что и в Опасном окружении...хочу конечно еще сказать вот многим нравится слащаво..а некоторым хочется дубинкой по голове и в пещеру...а есть те кто хочет..слащаво дубинкой по голове и в пещеру..по мне..так в итоге результат один и тот же..хотя опять же повторюсь для разнообразия можно почитать..но не перечитывать...
Маскарад - Питерс НаталиНика
12.12.2014, 9.59





Не могу точно определить свою мысль о выборе Фоски, ведь любовь была и к Лоредану, и к Рафу. Плюсы и минусы имели чувства к им обоим. И я не смогла бы без последнего случая все таки решить для себя правильность выбора Фоски. Но случай все решил сам собой. Невероятно счастлива, что история Розальбы Лоредан оказалась лживой, просто во имя ее сына Алессандро. rnЕдинственной и решившей все (в противовес один голос) точкой стало то, что Раф был пропитан из нутри бунтарством, радикализмом, переменами, революцией хоть и за современные вещи ( сейчас которые кажутся правильными в современном мире) , но по истории любви они его желания этой революции сыграли ему в минус. Так как он хотел разрушить мир, частью которого была Фоска, его возлюбленная. Только это изменило ровно на один голос чашу весов "Раф-Лоредан".
Маскарад - Питерс НаталиДаша
6.01.2015, 0.57





Отличная книга...Фоска выбрала нужного ей мужчину...правда,немного нудновато в начале но потом, феерия чувств!
Маскарад - Питерс Наталивасилиса
23.07.2015, 13.18





Смело
Маскарад - Питерс Наталиольга
15.08.2015, 19.29





Замечательная книга о любви , о жизни . Все так естественно , вроде бы происходят грандиозные события, :падение Венеции , захват ее наполеоном , но все передано без излишного пафоса , Гг ои со своими слабостями и недостатками , они ошибаются , любят , ревнуют , боятся , сомневаются . роман полностью погоужает в эпоху и атмосферу Венеции 18 века , и как бы проэиваешь жизнь вместе с героями . Замечательный автор эта Питерс ,жаль мало романов написала , но зато какие романы !!!
Маскарад - Питерс НаталиПривет
13.06.2016, 9.57





Дорогие читательница , если знаете еще авторов подобных Натали Питерс , порекомендуйте !
Маскарад - Питерс НаталиПривет
13.06.2016, 10.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100