Читать онлайн Площадь Магнолий, автора - Пембертон Маргарет, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Площадь Магнолий - Пембертон Маргарет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.71 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Площадь Магнолий - Пембертон Маргарет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Площадь Магнолий - Пембертон Маргарет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пембертон Маргарет

Площадь Магнолий

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

— Ради Бога, Кристина! Объясни, за что ты меня так встречаешь? — удрученно воскликнул Джек Робсон, смахивая со лба прядь черных волос. — Даже собаки обрадовались мне больше, чем ты, жена!
Они стояли друг напротив друга, разделенные узкой кроватью. Ну почему, спрашивала себя Кристина уже в который раз, почему она не совладала с ревностью, когда увидела из полутемного коридора, как Джек кружит в воздухе Мейвис? Почему застыла как вкопанная, а не подбежала с улыбкой к мужу и не обняла его? Зачем она позволила такому пустяку омрачить столь долгожданный момент?
Множество противоречивых чувств бурлило в ее груди, но она не дала им выхода, и вместо того чтобы обежать кровать, кинуться на грудь мужу, объяснить ему, что она не умеет открыто выражать свои чувства, тем более на людях, Кристина чужим голосом произнесла:
— Извини, Джек. Я действительно рада тебя видеть.
На миг ей почудилось, что его терпение сейчас лопнет и он, резко повернувшись, покинет ее навсегда. Если бы Джек поступил так, она бы не обиделась. Ведь они провели вместе всего одну ночь после свадьбы, да и та оказалась не из лучших, потому что Кристина не смогла поведать ему свои тайные тревоги. С тех пор Джек воевал в Европе, мерз, мок, подвергался ежедневному смертельному риску и был вправе ожидать самого теплого и радушного приема, как, собственно, обычно и встречают с войны мужей. Кристина знала, что в этих краях сдержанность не в почете. А как же иначе? Женщины здесь живут разбитные и бойкие, а мужчины абсолютно не соответствуют классическому образу типичного англичанина, они полны задора и темперамента. Ей следовало броситься Джеку на шею и завизжать от радости, не обращая внимания на посторонних. Но она так не поступила. Вместо этого она застыла в коридоре, словно Снежная королева из сказки Андерсена.
В комнате повисла напряженная тишина. У Джека задергалась от обиды щека. Он не ожидал, что жена встретит его обычным холодным приветствием. И еще было задето его мужское самолюбие. Добрая половина площади наблюдала, как равнодушно встретила его Кристина, и теперь слухи распространятся по всему району. Ему будет стыдно войти в свой любимый паб. Но так ли уж это важно? Ведь ему всегда было безразлично, что думают и говорят о нем люди. Да и стоит ли волноваться из-за того, что Кристина не повисла у него на шее, как это сделала не колеблясь Мейвис? Они совершенно разные: Кристина более сдержанная, замкнутая, привыкла взвешивать каждое слово и каждый шаг.
Рассудив таким образом, Джек повеселел и улыбнулся, от его гнева не осталось и следа. Разве не холодность Кристины заинтересовала его при их первой встрече? Разве не ее загадочная улыбка Мадонны пленила его пылкое сердце? Значит, плевать на сплетни соседей. Главное ведь не то, что происходило у всех на глазах, а то, что должно произойти теперь, когда они уединились в спальне.
И Джек взволнованно произнес:
— Извини, я вел себя, как ребенок.
Он впервые в жизни произнес слова сожаления, и вознаграждением за это стали ее потеплевшие глаза.
От огромного облегчения, что он ее простил и не оставит, Кристина едва не рухнула без чувств. Ноги у нее стали словно ватные, она оперлась коленями о край кровати и чуть слышно сказала:
— И ты извини меня, что я не такая, как все девушки южного Лондона.
Из окна донеслось лошадиное ржание и скрип колес повозки старьевщика, затем тишину нарушил его зычный характерный голос. Недовольная столь шумным вторжением в ее владения, громко залаяла овчарка Куини в палисаднике Чарли Робсона. Нелли Миллер во всеуслышание объявила с крыльца своего дома, что она желает продать старый таз. Билли тотчас же откликнулся, выразив готовность выкопать таз из кучи мусора и за скромное вознаграждение отнести его в повозку скупщика тряпья и рухляди.
Но Джеку посторонние звуки нисколько не мешали. Он впился страстным взглядом в Кристину и воскликнул:
— Я тебя люблю!
И она поняла, что в следующий миг он заключит ее в свои жаркие объятия и повалит на кровать, чтобы овладеть ею немедленно, не обращая внимания ни на гвалт, царящий на площади, ни на присутствие в доме Лии, Мириам, Керри и Дэнни, наплевав даже на то, что неподалеку находятся Роза, Бонзо и еще бог знает сколько гостей.
Ее охватила паника: при всей ее безграничной любви к Джеку вряд ли она сможет преодолеть робость и скованность в постели при таком количестве свидетелей.
Ведь стенки между комнатами тонкие, а уши у любопытных соседей длинные! Но иного места для соития, кроме комнаты, которую Кристина делила с Розой, в их распоряжении не было. Сомнительно, что Чарли ради них уйдет из дома. И денег, чтобы снять номер в гостинице, у них не было, да и вряд ли такая идея понравилась бы Джеку. В лучшем случае он бы удивился, а в худшем подумал бы о ней бог знает что. Нормальные обитатели южного Лондона по отелям не шлялись, позволить себе провести в номере первую брачную ночь могли только богачи. Керри, как знала Кристина, ни разу не была в гостинице, да и Кейт тоже.
А Джек уже стремительно огибал узкую кровать. На миг в воображении Кристины возник эпизод из ее детства, когда она с родителями была в шикарном ресторане отеля «Эрнст» и ела шоколадные пирожные.
— Всего шесть пенсов? — раздался негодующий возглас возмущенной Нелли Миллер. — Шесть пенсов за такой таз? Да если его переплавить, из него можно сделать линкор!
Джек обнял Кристину и прижался к ней всем своим крепким мужским телом, жарко шепча:
— Не обращай внимания на Нелли. Забудь обо всех!
Он впервые точно угадал ее настроение и мысли.
И, благодарная ему за такую проницательность, она тоже приникла к его грубой военной форме и разрыдалась от избытка чувств. На этот раз у них все должно было получиться. На этот раз она не подведет его и не станет думать ни о чем постороннем.
— Я люблю тебя! — хрипло произнесла она. — Люблю всем сердцем, Джек, и буду любить всегда.
Он запечатал ей уста жарким поцелуем и повалил на скрипучую кровать. Страсть охватила обоих, и все завертелось и закружилось, когда они унеслись в иное измерение.
— А я могу разбить свой маленький садик, папа? — спросил у Леона Лука, когда они, закончив работу в огороде, шли через дом в палисадник.
Леон остановился на крыльце и окинул взглядом то, что когда-то было газоном, засаженным цветами и затененным старой магнолией. В начале войны правительство призвало британцев «копать во имя победы» и превратить свои участки в овощные и фруктовые плантации, тем самым обеспечив себя продуктами. Кейт откликнулась на этот патриотический призыв и принялась сажать салат, лук, помидоры и картофель. Даже вдоль садовой дорожки она посеяла в горшках пряные травы — мяту, петрушку, базилик, тимьян, розмарин и эстрагон.
— Если найдется свободное местечко, — ответил сыну Леон. — Может быть, прямо сейчас и начнем? Вот здесь, у крыльца, можно посадить куст крыжовника. Правда, нам для этого придется пожертвовать салатом. А что бы тебе самому хотелось посадить?
— Красивые оранжевые цветочки, — не задумываясь ответил мальчик.
Леон кивнул в знак того, что он одобряет задумку сына: оранжевые цветы вернули бы саду его былую живость. Но сажать семена поздно, не ждать же трехлетнему малышу почти год, пока растения вырастут и расцветут. Разумнее пересадить на его маленький участок поздноцветущие бархатцы и настурции. Их можно выкопать на месте дома сестер Хеллиуэлл.
Из размышлений Леона вывела Хетти, возвращавшаяся из похода по магазинам в Блэкхит-Виллидж. Ей пришлось постоять в длиннющих очередях и в мясную, и в бакалейную лавку, и в булочную. Хетти была возмущена до крайности и не могла не поделиться с Эмили Хеллиуэлл.
— Я терпеливо выстаивала очереди за продуктами, когда старый маразматик Гитлер испортил жизнь всей Европе. Но почему теперь, после того как он отправился в ад, я по-прежнему должна страдать? Хотелось бы мне знать, заживем ли мы когда-нибудь нормально? Когда я наконец сожгу карточки и смогу купить все за деньги?
Проходя мимо Леона, Хетти беззлобно обронила:
— Вам, наверное, в диковинку возиться с крыжовником? Вряд ли он растет там, откуда вы родом.
Леон не обиделся, а невозмутимо ответил:
— Я родом из Чатема, мадам. У нас там полно крыжовника.
Хетти надула губы. Она могла допустить, что Леон жил какое-то время в Чатеме до войны, но в то, что он уроженец этого города, ей не верилось. Вот сама она действительно коренная жительница юго-восточного Лондона: здесь родилось несколько поколений ее родственников. А Леон — африканец, ведь все чернокожие африканцы! Это она знала наверняка, хотя и не получила такого же образования, как Гарриетта Годфри и Рут Фэрберн. И еще Хетти знала, что африканцы едят странную пищу, она видела снимки африканских базаров в журнале, который просматривала в приемной доктора Робертса.
На щеках у нее вспыхнул румянец, ей вспомнилось и кое-что еще, увиденное на тех фотографиях. В Африке многие люди ходят голыми, вероятно, поэтому Леон и говорит, что он родом из Чатема.
— Вы слышали, что Джек Робсон вернулся домой? — спросила она, решив сменить тему разговора. — Он пока приехал в отпуск, но в скором времени совсем демобилизуется. Японцы капитулировали, как только американцы их хорошенько припугнули.
— Да, Кейт мне говорила.
Леону не хотелось рассуждать на глобальные темы, а тем более — о возможных последствиях для человечества атомной бомбардировки Японии. Он предпочитал обсуждать насущные проблемы.
— Я с Джеком не знаком, — продолжал он. — Когда я впервые очутился здесь, он воевал во Франции. И в отпуск мы с ним в одно и то же время не приезжали. Говорят, у него репутация героя-любовника. Это правда?
— Могу только сказать, что они с братом были в юности отчаянные ребята. — Хетти тряхнула головой в шляпке с искусственной розой. — Его брат погиб в Испании, сражаясь против Франко. По-моему, зря он туда поехал, но, наверное, уж очень захотелось прославиться.
Леон опешил от такой оценки героического поступка брата Джека, но от необходимости как-то реагировать его избавил Билли Ломакс, возвращавшийся домой после двухчасового путешествия на повозке старьевщика по окрестностям. Сейчас он изображал пикирующий бомбардировщик.
Кошка миссис Хеллиуэлл на всякий случай взлетела на дерево, а Хетти сказала:
— Раз этот сорванец мчится домой, значит, пора пить чай. Сегодня ко мне обещала заглянуть на чашечку чая Роза, так что я, пожалуй, пойду. — Она расправила плечи, приготовившись к последнему марш-броску до своего порога, и доверительно добавила: — Не скажу дурного слова о Лии, но вот из Мириам повариха никудышная. И готовит она главным образом еврейские, а не наши, английские блюда. Ну, мне пора. Пока! Как-нибудь угощу вас крыжовником с заварным кремом, вот это настоящее английское лакомство!
Она сошла с тротуара и направилась через площадь к дому номер три, чтобы приготовить для Розы исконно лондонское блюдо: гороховую кашу с корейкой.
Леон сел на ступеньку крыльца, чувствуя себя совершенно измученным. И как только ее терпит Дэниел Коллинз-старший? Наверное, притворяется глухим. Неудивительно, что он столько времени проводит в церкви. Разговоры с Бобом Джайлсом и Уилфредом Шарки кажутся ему отдыхом после многочасового общения с Хетти.
— Привет, мистер Эммерсон! — окликнул его Билли с другой стороны площади. — Вы знаете, что Джек уже дома? Хочу попросить его научить меня драться. Вы знаете, что их учат убивать голыми руками?
У любого нормального человека от таких слов мурашки побежали бы по спине, но Леон только усмехнулся:
— Если хочешь, я покажу тебе несколько приемов бокса. Это тебе наверняка пригодится в будущем.
— Нет, я непременно хочу научиться убивать врагов голыми руками, — беззаботно рассмеявшись, ответил сорванец и, раскинув в стороны руки, полетел по площади дальше.
Леон посмотрел на крохотный участок земли, который он обещал выделить сыну под личный садик. Теперь, с окончанием войны в Европе, нехватка продуктов отойдет в прошлое, так что для Луки можно отвести участок и побольше.
Пусть себе роет на нем ямки, копает, рыхлит землю, сажает цветочки и утрамбовывает клумбы и грядки, прыгая по ним в резиновых сапожках!
Представив, какая долгая и счастливая жизнь его ожидает вместе с Кейт, Дейзи, Мэтью и Лукой, Леон просиял. Ведь еще недавно он сидел в немецком лагере военнопленных, а сейчас живет в доме с садом на площади Магнолий. Нет, подумал Леон, довольно с него флота, лучше он будет, как и прежде, работать на речном судне. Темза, возле которой прошло его детство, ничем не хуже морских просторов.
Леон усадил малыша поудобнее у себя на коленях, поправил лямку на его штанишках и окинул взглядом площадь и пустошь. Налюбовавшись ими вдоволь, он взглянул на холм за площадью, тоже часть его маленького королевства, и улыбнулся.
Здесь, в этом районе, граничащем с Темзой и Гринвичем на севере, с Блэкхитом — на востоке и с шумным Льюишемом на юге, Леон чувствовал себя дома. Здесь и только здесь они с Кейт будут жить и растить своих детей, разделяя друг с другом и печаль, и радость.
— А прадедушка действительно хочет, чтобы я его навещал? — спросил Мэтью у Кейт, когда они уже огибали подножие холма. — Мистер Хеммингс заедет за мной на лимузине? А прадедушка знаком с королем и королевой? Почему он сам не приходит в гости?
— Хватит вопросов, Почемучка! — перебила его Кейт, пытаясь скрыть волнение. — Я устала и хочу поскорее попасть домой и выпить чаю.
Мэтью задрал голову и с удивлением посмотрел на маму. Отчего же она устала, если они так чудесно провели полдень с прадедушкой в кафе «Чизман», куда они раньше ходили только на Рождество или в день его рождения? И почему она хочет пить, если прадедушка заказал для нее чай и еще великолепный пломбир с орехами и фруктами? Чувствуя, что мама действительно утомлена и не станет с ним болтать, как обычно, Мэтью отпустил ее руку и побежал догонять Гектора.
Глядя ему вслед, Кейт ощутила, как тревожно заныло у нее сердце. Правильно ли она поступила, согласившись побеседовать с Джоссом Харви? Не уронила ли она своего достоинства, сев в его автомобиль и позволив ему угостить их с Мэтью чаем и сладостями? Что скажет Леон, узнав, к какому компромиссу они пришли? Не обидится ли муж на нее за то, что она с ним не посоветовалась?
— Привет, мой нежный лепесток! — дружелюбно окликнул ее Чарли с другой стороны улицы. Судя по всему, он шел в «Лебедь». — Ты слышала, что Джек сегодня устраивает в нашем пабе вечеринку для друзей и соседей? Он обещал поставить всем выпивку. Надеюсь, что пива всем хватит.
Кейт помахала ему рукой: дескать, она в курсе. Это славно, что в «Лебеде» вновь будут веселиться, как в добрые старые довоенные времена. Тогда по субботам там регулярно устраивались шумные пирушки с танцами, на которых практически не было посторонних, и атмосфера царила уютная, почти домашняя. В годы войны в пабе тоже было шумно и людно, но гуляли и пили главным образом матросы и солдаты, приезжавшие на побывку и лечение с фронта. Они набивались, как сельди в бочку, и в бар, и в общий зал, напивались, горланили песни, курили и матерились.
Мэтью и Гектор уже скрылись за холмом, но Кейт это не встревожило: она знала, что здесь им ничто не угрожает, машины и мотоциклы в эту пору ездят редко. Да и вообще автомобиль имелся только у доктора Робертса, а мотоцикл с коляской — у Теда Ломакса, на нем временно ездила Мейвис.
Гораздо чаще обитатели этого района пользовались гужевым транспортом: молочник развозил на своей повозке молочные продукты, старьевщик собирал всякий хлам, угольщик привозил уголь, а находчивый Альберт Дженнингс даже приспособил катафалк для транспортировки овощей и фруктов.
Вот почему появление на площади Магнолий лимузина Джосса Харви стало событием. Кейт стиснула зубы, подумав, что кто-то из их соседей наверняка заметил, как они с Мэтью сели в «бентли» и укатили на нем в неизвестном направлении.
Что скажет Леон? Голубые глаза Кейт потемнели. Несомненно, старик не оставит их семью в покое.
Из дома Шарки вышел викарий Боб Джайлс и торопливо направился через площадь к церкви. Провожая взглядом его сутуловатую фигуру, Кейт внезапно представила себе странную библейскую картину, от которой у нее пробежал мороз по коже. Ей привиделось, будто в их маленький рай вползает, злобно шипя, змея — порождение расистских настроений Джосса Харви, и будто бы эта гадина пытается вытолкнуть их из этого обжитого уголка в жестокий мир, полный предрассудков.
Кейт остановилась и глубоко вздохнула. Она не могла позволить воображению играть с ней злые шутки, это не пошло бы на пользу ни ей самой, ни Леону, ни детям. Нужно всегда держать себя в руках и никогда не терять самообладания. Но не утратила ли она сегодня контроль над собой, разговаривая с Джоссом Харви?
Кейт хотелось надеяться, что нет. Но почему в таком случае ее не радуют буйно цветущие розы, наперстянка и шиповник, разросшиеся вокруг воронки от бомбы? Почему она хмурится в такой чудесный день? Ведь ей удалось уговорить Джосса Харви не подавать заявления в суд и не претендовать на опекунство. Они достигли соглашения, пусть и с оговорками. Худой мир всегда лучше доброй ссоры. Сегодня вечером Джек устраивает пирушку в пабе, и они с Леоном обязательно должны туда пойти. А с детьми пусть посидит отец. Да и волноваться из-за внезапного визита доктора Робертса к викарию ей тоже не стоит. Боб Джайлс выглядел бодрым и здоровым, когда выходил от Шарки.
Проходя мимо дома Робсонов, Кейт подумала: перебралась ли в него Кристина на время отпуска Джека? Мэтью и Гектор уже забежали в свой палисадник. Она улыбнулась: может быть, Леон и Лука набрали к чаю земляники? Несколько успокоенная, она прошла мимо дома Шарки, скользнула по окнам взглядом в надежде увидеть Дорис или Пруденцию и помахать им рукой и остолбенела: шторы на окнах, несмотря на ранний час, были плотно задернуты, как будто бы в доме кто-то умер.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Площадь Магнолий - Пембертон Маргарет


Комментарии к роману "Площадь Магнолий - Пембертон Маргарет" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100