Читать онлайн Грехи людские, автора - Пембертон Маргарет, Раздел - Глава 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Грехи людские - Пембертон Маргарет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.71 (Голосов: 104)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Грехи людские - Пембертон Маргарет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Грехи людские - Пембертон Маргарет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пембертон Маргарет

Грехи людские

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 26

В дальнейшем все складывалось не самым лучшим образом. В последующие два дня бомбардировки Цзюлуна и Виктории продолжались. Если в первый день раненых в «Жокей-клубе» было немало, то потом они поступали сплошным потоком. Когда только готовили помещение клуба под госпиталь, казалось, что привезли слишком много медикаментов и перевязочных средств, но теперь их едва хватало. Приходилось разрывать на бинты старые простыни. Хлорку и каменную соль использовали в качестве главных дезинфицирующих средств, потому что ничего другого просто не было.
В первые дни войны добровольцы проявляли чудеса энтузиазма, но постепенно занервничали, стали уставать и бояться.
– Не понимаю, – раздраженно говорила Мириам Гресби, – что же делают наши войска? Почему не сбивают вражеские самолеты?
– Потому что зенитные установки не очень Эффективны, – ответила Элизабет, призывая на помощь всю выдержку и терпение. – А самолетов, чтобы вступать в воздушные схватки с японцами, у нас нет. Их уничтожили во время самого первого налета на аэропорт.
– И все-таки хоть что-то нужно делать! – задиристо произнесла Мириам. – Прошло всего три дня, а я уже совершенно издергана.
Адам вместе с остальными добровольцами находился на южной оконечности острова, на берегу Абердинского пролива. До них почти не доходили новости из внешнего мира. Утром в среду прибыл мотоциклист и рассказал о том, что на Новой территории произошло первое сражение с японцами и что вражеские части, прорвав линию укреплений, наступают на Цзюлун.
– Боже... – вырвалось у одного добровольца. – А я-то был уверен, что дальше этой оборонительной линии япошкам ни в жизнь не пройти!
Точно так же думал и Адам, и сейчас он с утроенной бдительностью наблюдал за акваторией Абердинского пролива. Приблизься хоть одно вражеское судно на дистанцию прицельной стрельбы, оно получило бы свое сполна.
– Как думаешь, они попытаются высадиться и застать нас врасплох? – спросил Адама, явно нервничая, бывший банковский клерк.
– Я был бы не против, – мрачно ответил тот. Адаму не терпелось поскорее ввязаться в драку. – Пусть бы уже быстрее началась высадка десанта.
Высоту Сайван, откуда хорошо просматривались Цзюлун и материковая часть Гонконга, защищала часть Ронни. Почти два дня на их головы сыпались бомбы.
– Эти свиньи, судя по всему, решили серьезно взяться за дело, – обратился он к Лею Стаффорду, командиру взвода.
– Похоже. Военные глубоко ошиблись, недооценив противника, – с нескрываемой горечью в голосе сказал Лей. – Все разговоры о слабости военно-воздушных сил японцев, о том, что они не умеют толком бомбить, оказались болтовней. В аэропорту они показали, что очень неплохо обучены бомбометанию. Уничтожили все наши самолеты, прежде чем хоть одной машине удалось подняться в воздух. Так что они посадили нас в лужу, это следует признать. Ближайшие дни окажутся критическими. Если японцы оттеснят нас с материка, мы окажемся в засаде, и тогда они будут день и ночь обстреливать нас из минометов и другой артиллерии.
В четверг к вечеру Алистеру и его части пришлось отступить. Несмотря на то что все шло по плану, потери среди личного состава были немалые. На новых позициях, в подземных тоннелях, на вышках и в окопах редутов они должны были встретить японцев и не допустить их дальнейшего продвижения к Цзюлуну.
– Да, тут тебе не «Ритц», – услышал он слова одного из солдат, когда они спускались в подземные казематы, вырытые много лет назад, когда строительство укреплений рассматривалось как превентивная мера для успокоения всех, кто опасался возможного внешнего вторжения.
Не «Ритц» и не линия Мажино, если уж на то пошло. Воевать на таких оборонительных позициях Алистеру представлялось весьма сомнительным предприятием, причем с каждым часом его сомнения усиливались. Некоторые амбразуры в дотах были проделаны таким образом, что при наличии пулемета невозможно было бы охватить площадь вниз по склону. Поросшие кустарником овраги вдоль линии обороны позволяли любому нападающему незамеченным подойти к дотам, а из-за изрезанного, труднопроходимого рельефа местности защитники не могли бы поддерживать друг друга.
– В случае атаки мы можем использовать редуты разве что для прикрытия, – сказал Алистер, обращаясь к своим людям. – А главная наша позиция – снаружи. Только оттуда можно вести прицельный огонь.
Ответом ему был одобрительный гул множества голосов. Но когда вечером началась атака, японцы действовали так внезапно и стремительно, что большинство защитников погибли именно в темных ходах сообщения и дурно пахнувших дотах.
Алистер только успел положить руку на свой нагрудный карман с фотографией Элен, как тотчас же нахлынула истошно кричащая орда, которая, казалось, даже внимания не обратила на пулеметный огонь «Королевских шотландцев» и на собственные потери.
Через амбразуры и вентиляционные шахты в доты кидали гранаты, подрывали снаружи стальные двери.
– Эти гады могут ворваться сюда! – заорал Алистер и кинулся от пулемета в проход, откуда раздавался стоголосый рев: «Банзай! Банзай!»
В дыму, в едко пахнувшей темноте Алистер расстрелял всю обойму своего пистолета, а когда увидел, что все новые и новые японцы бегут навстречу прямо по телам убитых товарищей, он опять бросился к пулемету, успев подумать, что ему не удастся жениться на Элен... Вообще он вряд ли сумеет с ней увидеться. Из раненого плеча текла кровь, шрапнель угодила ему в голову.
– Отступают, сэр! – торжествующе заорал юный капрал, который с начала атаки находился неподалеку от Алистера.
Краткая передышка дала возможность немного перевести дух. Враг прекратил попытки прорваться через ходы сообщения. Но тут кто-то из японцев швырнул гранату, которая упала на пол как раз между Алистером и юным капралом. Бежать было некуда, да и гранату нельзя было отбросить. Алистер увидел искаженное ужасом лицо юноши и с криком «Элен!» навалился на гранату, принимая взрыв на себя. Его тело разлетелось на куски, забрызгав чуть не потерявшего сознание, но даже не раненного капрала.
Первую весть о том, что противнику удалось прорвать линию укреплений, Элен услышала, когда старшая медсестра отозвала ее в сторону и тихо посоветовала перевезти детей из Цзюлуна на остров, где они будут в большей безопасности. После этого Элен получила разрешение идти домой.
– А как же остальные? – спросила она, ошеломленная. – Остальные сестры тоже свободны?
Мисс Джин покачала головой:
– Нет! Даже если наши войска будут вынуждены отступить на остров, нам придется остаться здесь, где мы нужны.
Даже не переодевшись, в белом халате медсестры, Элен выскочила из госпиталя. Она мчалась на машине по искореженной бомбежкой улице, кляня себя за то, что слепо верила в возможность «Королевских шотландцев» отбросить японцев. И была такой дурой, что поставила на карту жизнь своих детей, не приняв предложения Элизабет перевезти их в Викторию, пока еще было не поздно. Как только новость о прорыве линии обороны разойдется по госпиталю, сесть на паром будет невозможно. И одному Богу известно, что произойдет, если Джереми и Дженнифер попадут в руки японцев.
Она резко затормозила возле своего дома и взбежала по лестнице. Все-таки у нее еще есть время. Она успеет взять детей и их няню и через четверть часа быть на пароме. Юнг Лу сразу бы отвезла ребят к Элизабет. Об Алистере же ей лучше сейчас не думать. С ним все будет в порядке. Алистер непременно к ней вернется. Она скажет ему, что сожалеет о своих долгих колебаниях, выходить ли за него. Скажет, что больше всего хочет стать его женой.
– Мисси Николсон! В чем дело? Что случилось? – воскликнула Юнг Лу, как только Элен ворвалась в квартиру.
– Японцы приближаются к Цзюлуну! Собери самое необходимое, я отвезу тебя и детей к паромной переправе! Остановитесь у миссис Гарланд в Виктории. Вот ее адрес. Прислуга в курсе, вас там ждут.
– Нет, мисси! – сказала Юнг Лу, отчаянно качая головой. – Я не покину Цзюлун. Моя семья здесь. Моя мать, отец, сестры.
Элен спешно побросала в сумку детские вещи.
– Мы куда едем, мамочка? – спросил ее Джереми. – Можно я возьму своих солдатиков?
– А я хочу взять медвежонка, – сказала Дженнифер, хвостиком следуя по комнате за матерью. – Пожалуйста, можно взять медвежонка?
– Ну конечно, моя хорошая, – сказала Элен, мысленно добавляя к списку самого необходимого, что нужно было захватить, еще и игрушечных солдатиков и мишку.
– Ты должна отвезти детей в Викторию! – со злостью сказала Элен, обращаясь к Юнг Лу. – Потому что мне нужно срочно вернуться в госпиталь. Там я очень нужна сейчас!
Юнг Лу отрицательно покачала головой:
– Нет, мисси! Я не покину свою семью!
Сумка была уже почти полна. Элен схватила оправленную в серебряную рамку фотографию Алана, положила ее сверху и застегнула молнию.
«Господи, прошу тебя! – взмолилась она. – Не дай Алистеру погибнуть! Не допусти, чтобы мое горе стало еще страшнее!»
– Передашь детей в руки Мей Лин и можешь возвращаться домой, – сказала Элен, в последний раз оглядывая комнату и соображая, не забыла ли она чего-нибудь.
– Нет! – Юнг Лу поджала губы. – Извините, мисси. Я не поеду.
Элен почувствовала, как истерические рыдания подступили к ее горлу. Как же она ошибалась, наивно полагая, что ничего подобного не произойдет. Если она повезет детей сама, мисс Джин наверняка поймет ее. В конце концов она позволила ей уйти и не возвращаться. Но, по мнению Элен, оставить госпиталь сейчас – сродни бегству, предательству. Их маленький госпиталь рассчитан на сотню человек, а сейчас в коридорах, палатах и служебных помещениях лежало около тысячи китайцев, израненных, нуждающихся в квалифицированной медицинской помощи. Нет, она не имеет права оставаться с детьми в Виктории. И она не осталась бы, если бы смогла как-то обеспечить их безопасность. Когда Элен подняла Дженнифер на руки, вдруг неожиданно ей пришло в голову, что есть выход: Ли Пи! Ну конечно же, Ли Пи ведь еще в Цзюлуне, он также упорно отказывался принять приглашение Элизабет переехать к ней в Викторию.
– Пока! – крикнула она Юнг Лу и закрыла за собой входную дверь. Недавняя злость прошла. Элен лишь молилась о том, чтобы Юнг Лу осталась живой и невредимой. Говорили, что японцы обращаются с китайцами с невероятной жестокостью.
Посадив детей в машину, Элен поехала по заваленным камнями улицам к дому, где жил Ли Пи.
– ...я была бы вам очень благодарна, если бы вы согласились отвезти моих детей к Элизабет, – сказала она бодрым голосом, старясь скрыть переполнявшее ее отчаяние.
– Это тот самый дядя, что учит тетю Лизабет играть на рояле? – с любопытством поинтересовался Джереми, оглядывая непривычно пустую комнату, в которой стоял только огромный рояль.
Ли Пи сверху вниз посмотрел на мальчика и улыбнулся.
– А ты хотел бы научиться играть на рояле? – спросил он.
Джереми кивнул, его глаза загорелись. Элен вздохнула, стараясь успокоиться. Может, напрасно она пытается скрыть волнение и разговаривать спокойно? Что, если Ли Пи не осознает серьезности положения?
– Наши войска не могут противостоять наступлению японцев, – осторожно начала она. – Они сейчас отступают. И через некоторое время враг будет в Цзюлуне.
Ли Пи склонился к мальчику и что-то ему рассказывал; после слов Элен он выпрямился, взял Джереми за руку и сказал:
– Значит, вы хотите, чтобы я отвез малышей в Викторию?
Элен кивнула.
– Пожалуйста, Ли Пи! Там они будут в большей безопасности. Даже если японцы возьмут Цзюлун, на остров им не переправиться.
– Это им не удастся! – с улыбкой согласился Ли Пи. – Разумеется, не удастся.
Элен внимательно посмотрела на него. Внезапно она поняла, что в глубине души Ли Пи убежден в обратном. «О Господи, – в отчаянии подумала она, – кажется, я опять рассуждаю как самая настоящая идиотка-оптимистка! Неужели японцы и до острова смогут добраться?»
– Как бы то ни было, им преградят путь «Принц Уэльский» и «Репалс», – сказала Элен. – Как только они прибудут, японцы не доставят нам больше неприятностей.
Ли Пи опять с улыбкой кивнул, а затем сказал:
– Я с удовольствием отвезу ваших детей в Викторию. Но я не стал бы на вашем месте предрекать исход битвы, которая еще и не началась, миссис Николсон. Не исключено, что японцы куда более тщательно подготовились к этому вторжению, чем иные думают.
В составе Добровольческого саперного соединения Том принимал участие в подрыве – совместно с «Королевскими шотландцами» – мостов через реку Шемчан. Когда в 7.30 утра японцы перешли границу, он направился с донесением в расположение ближайшего взвода. В этом взводе он и остался. Позднее Том вместе с «Королевскими шотландцами» отошел на оборонительные позиции. С ними он отбивался от наступающих японцев. В среду к утру им пришлось отступить еще дальше, к Золотому холму, где они так часто бродили с Ламун.
Ночью десятого декабря пришлось совершить утомительный марш-бросок. Чертовски устав от длительного отступления, от того, что пришлось тащить на себе немало амуниции, Том Николсон, сжав зубы, шел и шел, то вверх по склону, то вниз, то снова вверх. Вокруг не было видно ни зги.
– Отсюда мы сможем по крайней мере заметить, если эти сволочи начнут наступление, – сказал кто-то, когда все наконец взобрались на пологую вершину очередного холма.
Том не был в этом уверен. Находясь на переднем крае обороны, он был свидетелем того, как, одетые в камуфляжную форму с пучками травы и ветками, обутые в ботинки на резиновой подошве, японцы подкрались так бесшумно, что англичане заметили их лишь тогда, когда те, поднявшись во весь рост, кинулись на оборонительные укрепления.
Он похлопал себя по бокам, пытаясь немного согреться и забыть о чудовищной усталости и голоде.
– Глотни рому! – строгим голосом сказал его сосед. – Другого завтрака сегодня не предвидится.
Наступление началось с рассветом. С неба дождем сыпались снаряды, вызывая многочисленные пожары. Едкий черный дым разъедал глаза, но англичане отчаянно отстреливались. Снаряды все сыпались и сыпались им на головы. Том без передышки стрелял из своего «брена», швырял куда-то перед собой гранаты, орал на людей, совершенно ему незнакомых. Рядом падали убитые, кричали раненые; земля под ногами стала липкой от крови. Он услышал, как кто-то слева приказал ему спрятаться в укрытии, но даже и не подумал подчиниться.
– А, гады! – орал он хриплым от непрерывного крика голосом и перебежками продвигался вперед, стреляя на бегу. – Твари! Скоты!
Он услышал, как кто-то рядом произнес:
– И все же удалось, а, приятель? Попали-таки...
Он повернул голову и увидел того самого офицера, что предлагал ему глотнуть рому вместо завтрака. Лицо этого человека выражало крайнее недоумение, он вдруг застыл, а затем плавно опустился на землю. Том на мгновение утонул в завесе дыма, который японцы умело использовали при наступлении. У него было такое чувство, словно земля разрывается на части. Грохот был оглушительным, вокруг все горело и чадило. Затем он понял, что дюйм за дюймом ползет назад. Видимо, Золотой холм они потеряли, как ранее оставили укрепления оборонительной линии.
Когда пришел приказ отходить к Цзюлуну, Тому было до того обидно, что он чуть не заплакал. Неужели они потерпели поражение? Неужели их одолели чертовы япошки?
Не успели они занять новые позиции, как пришел очередной приказ: оставить материк и перебраться на остров, предварительно взорвав все, что может быть использовано противником. Цементные заводы, доки, электростанции – все подлежало уничтожению.
Теперь все было ясно: дальнейшие военные действия неминуемо будут происходить на острове Сянган.
Накануне Элен благополучно посадила детей и Ли Пи на паром, чему была очень рада. На улицах Цзюлуна слышалась стрельба, участились бомбежки, подчас можно было видеть неубранные трупы китайцев, которые гнили рядом с еще живыми людьми. До медперсонала их госпиталя довели пожелание губернатора, несмотря на эвакуацию войск, оставаться на местах.
Даже в госпитале был слышен непривычный гул улицы. Почти во всех домах по Натан-роуд оказались выбиты стекла. Элен вернулась к своим перепуганным пациентам, раздумывая о том, где могут быть Жюльенна и Элизабет, в безопасности ли Алистер и дети.
* * *
Том курил и матерился все время, пока его и остальных посадили в автобус и переправили на пароме на остров. Для него это было последним унижением.
– Не скажешь, что тут очень живописно, – сказал один из офицеров, когда уже можно было рассмотреть следы разрушений, погромов, валявшиеся тут и там трупы.
Том хотел было отвернуться, чтобы не смотреть на обезображенную улицу, как вдруг кровь отлила от его лица.
– Ламун! – воскликнул он, когда автобус быстро проехал мимо. – Боже праведный, Ламун!
Он вскочил со своего места и, не обращая внимания на раздавшиеся крики, кинулся к выходу.
– Остановите! Выпустите меня, черт побери! – заорал Том, не задумываясь, остановится ли водитель и не придется ли ему впоследствии за свой поступок предстать перед военным трибуналом. Он не раздумывая спрыгнул с подножки на асфальт.
Тяжело приземлившись, он несколько раз перевернулся, поднялся на ноги и как одержимый кинулся по улице с криками «Ламун! Ламун!».
Застыв, она стояла на месте. Толпа обтекала ее со всех сторон. Она оглядывалась, пытаясь определить, кто и откуда кричит. Ее черные глаза были широко раскрыты, в них читался явный страх.
– Ламун! – крикнул он что было силы, протискиваясь к ней через толпу китайцев. – О Боже... О Господи... Ламун!
Увидев Николсона, она резко качнулась и не упала только потому, что вокруг было множество людей, которые то и дело толкали ее.
Наконец Том пробился к ней, его глаза горели радостным огнем.
– Ламун! – выдохнул он, отпихивая какого-то замешкавшегося китайца. – Любовь моя, дорогая Ламун!
Она упала в его объятия, ее голова оказалась на широкой груди Тома. По лицу Ламун градом катились слезы. Он прижал ее к себе, хотел что-то сказать, но из горла вырывались лишь нечленораздельные радостные восклицания, похожие на рыдания.
– О моя маленькая, любимая моя, – едва не задохнувшись, сумел выговорить Том. – Где же ты была? Что они с тобой сделали?
Завыла сирена, оповещавшая об очередном воздушном налете.
– Я думала, что уже никогда тебя не увижу! – задыхаясь, произнесла она, поднимая голову и заглядывая Тому в глаза.
Вокруг множество китайцев и европейцев мчались в укрытие.
– Любовь моя! Жизнь моя! – сдавленно шептал Том, покрывая ее лицо страстными поцелуями.
Внезапно раздался оглушительный рокот моторов. На улицы города пикировали бомбардировщики.
– Скорее! – крикнул Том, хватая Ламун за руку. – Уж теперь-то эти сволочи меня не убьют!
Не выпуская руки Ламун, Том со скоростью хорошего спринтера бросился по улице, запихнул Ламун в какую-то дверную нишу и прикрыл ее своим телом. Небо потемнело от низко летящих самолетов, затем раздался ужасный грохот бомбовых разрывов.
– Господи, не допусти, чтобы меня убили. О Боже, не дай мне погибнуть! – беззвучно взмолился Том впервые с тех пор, как началась война. Он не мог позволить себе умереть теперь, когда вновь обрел Ламун. Он должен жить хотя бы для того, чтобы защищать и любить ее, чтобы она чувствовала себя в безопасности.
Недалеко от Тома и Ламун бомбы корежили асфальт. Камни летели им под ноги, сверху сыпалась густая цементная пыль.
– Ну как, закончилось? – крикнула Ламун, стараясь перекрыть грохот взрывов, вой сирен и вопли раненых.
– Да, кажется. – Том осторожно поднял голову и посмотрел на небо, синее и безоблачное, как будто и не было никакого авиационного налета. – Пошли, я должен вывести тебя отсюда. Кстати, куда ты шла, когда я увидел тебя?
Они вновь очутились на улице. Слева, в какой-нибудь полумиле от них, в небо вздымались языки пожаров, воздух был полон дыма.
– К переправе, – выдохнула Ламун, когда люди из бомбоубежищ опять заполнили улицу. – Думаю, что на острове будет не так опасно.
– Черта с два, – мрачно сказал Том, у которого выступил холодный пот при одной только мысли, что будет с Ламун, если ее схватят японцы.
– Плохо только, что у меня нет пропуска, – сказала она, еле поспевая за Томом, который побежал к брошенному водителем такси.
– Да к черту все пропуска! – в сердцах воскликнул Том, чуть ли не силой усаживая Ламун на переднее сиденье. Сам он обогнул машину и сел за руль. – Молю Бога, чтобы в этом драндулете оказалось хоть немного бензина.
Бензин в баке был, и уже через считанные секунды они помчались по взрыхленным взрывами улицам к причалу.
– Ты так и не рассказала, что же с тобой произошло, – напомнил он, ловко огибая мчавшиеся навстречу санитарные и пожарные машины, водители которых истошно кричали.
– Меня выдали замуж, – просто сказала Ламун. Том резко повернул голову, машина сильно вильнула. Ламун обезоруживающе улыбнулась...
– Но теперь все это не имеет значения. – Ее улыбка исчезла. – Его убили во время одного из авианалетов. Мы как раз были в гостях у моего отца. – Ламун перевела взгляд с Тома на обезображенные бомбами дома. – Они все убиты. Мой отец, братья... Все мои близкие...
– Почему же, кое-кто остался, – сказал он и, убрав правую руку с руля, накрыл ею ладонь Ламун.
Она вновь повернула к нему голову, в ее глазах блестели слезы.
– Я люблю тебя, – мягко произнесла она. – И всю жизнь любила одного тебя. Ты моя единственная любовь, Том.
Цзюлунский городской причал представлял ужасное зрелище. Европейские женщины и няни-китаянки с детьми заполнили все близлежащие улицы. Всякий раз, когда подходил паром, на него набивалось столько людей, что было удивительно, почему он не тонул под огромной тяжестью.
Том, растолкав людей, подошел к добровольцу в форме морского офицера, который, судя по всему, распоряжался на причале.
– Эта дама потеряла свой пропуск, – взволнованно произнес он. – Ей срочно нужно перебраться на остров.
– Сожалею, старина, – сказал издерганный офицер. – Без пропуска никак нельзя.
Вокруг голосили дети, напуганные общим шумом и видом помертвевших от страха взрослых.
– Да черт с ним, с пропуском! – рявкнул Том в ответ. – Эта женщина – моя невеста. И я требую, лейтенант, чтобы ей было позволено сесть на паром.
– Плевать я хотел, будь она хоть сиамской королевой! – сказал лейтенант, быстро проверяя пропуска и жестом разрешая издерганным женщинам взойти на борт. – Она китаянка, поэтому у нее и нет пропуска, и ей придется обождать. Понятно?!
Глаза Тома сверкнули, руки сжались в кулаки. Ламун потянула его за руку, не желая, чтобы он ввязывался в неприятности. Внезапно раздался громкий голос:
– Сэр! Китайцы пытаются прорваться на паром. Том уже собирался вмазать по наглой роже, но тут лейтенант начал протискиваться к своему напарнику. Ламун от облегчения и радости чуть не расплакалась.
– Пожалуйста, уйдем отсюда, Том! Я переправлюсь позже, когда паника уляжется.
В неимоверном шуме вдруг раздались звуки отдаленных выстрелов.
– Никакого «позже» не будет! – резко крикнул Том. – Японцы сейчас в каких-нибудь двух милях!
– На пароме есть места, – сказал Тому молоденький матрос, оставшись за старшего. – Не хотели бы вы подняться на борт и проследить, чтобы там все было в порядке? А то от женщин всегда одни неприятности.
Том не заставил просить себя дважды. Подталкивая перед собой Ламун, он побежал на причал, к месту посадки. Уже тогда Том решил, что поселит ее в отеле «Гонконг». Его администрация хорошо знала Тома Николсона, да и фамилия Шенг была там не пустым звуком. В этом отеле даже во время войны не будут обращаться с ней как просто с очередной «желтолицей». Устроив Ламун, Том смог бы вернуться в свою часть, хотя одному Богу известно, где ее искать.
В Цзюлунском госпитале было нечем дышать: с улицы тянуло таким смрадом, что хоть святых выноси. Трупы на воздухе очень быстро разлагались, к тому же в разбомбленных хранилищах, где были уничтожены холодильные системы, быстро гнило множество овощей и фруктов, до которых теперь никому не было дела.
Пациенты Элен лежали повсюду. Счастливчики были обладателями больничных коек, другим приходилось лежать под койками, на голом полу, в коридорах. В двух небольших импровизированных операционных непрерывно работали хирурги. К вечеру пятницы Элен была уже не в состоянии припомнить, когда в последний раз спала, ела, пила. Ее белый халат задубел от крови, под ногтями тоже была засохшая кровь. Обеззараживающих растворов не осталось, как не было и простыней, которые пошли на бинты. Да и запасы драгоценной воды с каждым днем уменьшались.
Всю ночь с пятницы на субботу Элен ухаживала за ранеными и умирающими. Она не вспоминала ни об Алистере, ни об Адаме. Даже о детях она запретила себе думать, потому что стоило начать, и она уже будет не в состоянии заниматься чем-то другим. Элен очищала от гноя и зашивала чудовищные раны на ногах, руках, бедрах. Она как могла старалась успокоить молодых людей, которым пришлось ампутировать ноги и которые уже никогда не смогут ходить.
К девяти часам следующего утра резко изменился характер шума, проникающего в госпиталь с близлежащих улиц. Не было слышно разрывов бомб и сирен воздушной тревоги, от которых чуть не лопались барабанные перепонки. После недолгой тишины раздался звук множества марширующих ног. Дверь госпиталя распахнулась под ударами японских солдат, которые вошли с винтовками наперевес.
Китайцы с криками пытались покинуть пропитанные кровью койки и отползти в более тихое и безопасное место.
Японский офицер не обратил на них никакого внимания. Он с порога улыбнулся Элен, за очками в золотой оправе похотливо блеснули маленькие глаза. Офицер с видимым удовольствием оглядел роскошную фигуру Элен, задержав взгляд на бедрах.
– Иди со мной, – приказал он и прочертил в воздухе дугу винтовкой. Дуло скользнуло в считанных дюймах от лица Элен. – Тебе ходить к японским офицерам. Ты узнавать, что есть поражение для европейской женщины.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Грехи людские - Пембертон Маргарет



это что-то, не какие-то слюни и сопли
Грехи людские - Пембертон Маргаретарина
20.09.2011, 15.47





Сильно перевернулась судьба героини почти в самом конце романа тяжело дочиталось если бы автор немного подготовил читателя но скажем побольше встреч с 3 героем было бы лучше. Много глав о военных действиях малость утомляет а так в общем ничего читать можно.
Грехи людские - Пембертон МаргаретЛика
10.10.2011, 22.18





Сильная вещь!
Грехи людские - Пембертон МаргаретЛена
24.10.2011, 16.33





Роман фантастический.Читала и было ощущение как будто на самом деле все это было.Респект автору.
Грехи людские - Пембертон МаргаретАлёна
20.03.2012, 18.55





очень понравился роман, эмоции захлестывали от чтения и не могла оторваться от романа. Респект автору))
Грехи людские - Пембертон МаргаретАнастасия
5.08.2012, 14.55





Потрясающая книга.После прочтения очень долго находилась под впечатлением.Такая сильная любовь,страсть и такой неожиданный трагический финал...Но я все таки до конца надеялась,что Риф сможет вернутся.Хотя понимала ,что он погиб...
Грехи людские - Пембертон МаргаретТаня
12.08.2012, 23.01





ну прямо перл харбор,книга хорошая но конец трудный,не ожидала.нельзя лишать такой любви г.г-ев!!!
Грехи людские - Пембертон Маргаретнастя
13.08.2012, 7.07





прочитала книгу с большим удовольствием,хотя очень сильно хотелось хэппи-энда,ну очень сильно хотелось.Уж очень хорош был Риф.Книга стоит того,что бы быть прочтенной.Одна из моих любимых
Грехи людские - Пембертон МаргаретХельга
7.01.2013, 0.42





Хорошая книга. Берет за душу. Здесь нет традиционного хеппиэнда. И остается щемящее послевкусие.
Грехи людские - Пембертон МаргаретОльга
21.01.2013, 23.04





это мой самый любимый роман, читала его года 3 назад, но все еще четко помно развитие событий и имена героев!столько эмоций, не могу передать их словами!rnпосле отого романа решила прочитать все книги Маргарет Пембертон но с каждой прочитаной книгой все больше разочаровывалась, книги почти одинаковые, имена, название поместий, описание героев все одно да потому!!очень жаль, нет разнообразия! но если по отдельности то романы достойные читаются легко!
Грехи людские - Пембертон МаргаретЕкатерина
8.02.2014, 9.09





Книга эмоционально бьет в самое сердце. Такая Любовь и такая Потеря... Невольно задумываешься равна ли чаша весов, когда на одной стороне тихая упорядоченная жизнь а-ля "долго и счастливо", а на другой яркая, но трагичная кратковременная вспышка. И нет ответа.
Грехи людские - Пембертон МаргаретОльга
7.11.2014, 5.41





Рада и не рада,что нашла этот роман.Так тяжело на сердце -просто плакала,не могла остановиться в конце.Это же любовный роман в конце-то концов -так хотелось счастливой развязки как никогда.Потрясающий роман,но я оказалась не готова к такому концу.Ольга права -бьет прямо в сердце.
Грехи людские - Пембертон МаргаретТанзиля
10.11.2014, 9.31





Непередаваемые эмоции от книги! До слез жалко, что он не вернулся...роман трогает до глубины души
Грехи людские - Пембертон МаргаретJen-ka
14.11.2014, 8.44





Да, роман очень сильный. Тяжело в конце, действительно хотелось счастливой развязки.
Грехи людские - Пембертон МаргаретТатьяна
28.11.2014, 7.23





Аплодирую стоя.
Грехи людские - Пембертон Маргаретren
19.02.2015, 17.18





Первая половина книги читается легко, а дальше война-война нудно тошно и неинтересно(((
Грехи людские - Пембертон МаргаретЛана
8.09.2015, 16.22





Не могла оторваться от чтения, конец проплакала, ну почему автор закончила так роман? Так ждала хепи-энд... Очень зацепило
Грехи людские - Пембертон МаргаретЕ
17.03.2016, 18.48





Не могла оторваться от чтения, конец проплакала, ну почему автор закончила так роман? Так ждала хепи-энд... Очень зацепило
Грехи людские - Пембертон МаргаретЕ
17.03.2016, 18.48





Очень сильный жизненный роман,много страданий,потерь и сожалений,война...разлука.конец счастливый. Порой полезно и такое почитать мне очень понравилось.автор молодец!
Грехи людские - Пембертон Маргаретсоня
4.05.2016, 15.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100