Читать онлайн Горе от богатства, автора - Пембертон Маргарет, Раздел - ГЛАВА 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Горе от богатства - Пембертон Маргарет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.84 (Голосов: 64)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Горе от богатства - Пембертон Маргарет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Горе от богатства - Пембертон Маргарет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пембертон Маргарет

Горе от богатства

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 14

– Как это произошло? – стараясь не отстать и запыхавшись, Чарли почти бежал за Александром. Они возвращались в дом.
– Его поезд сошел с рельсов. Отец был без сознания, когда его вытащили из-под обломков. Он умер, так и не приходя в сознание.
– Господи! – Это была первая смерть среди тех, кого знал Чарли. Он считал Виктора Каролиса пожилым, но Виктор не болел, чувствовал себя хорошо. Чарли было неприятно думать, что Виктор умер так неожиданно, без всякого предупреждения. Если такое случилось с Виктором, то может случиться с любым.
– Я еду с тобой, разумеется. – Чарли торопливо следовал за Александром.
– Как ты распорядишься насчет похорон? Твой отец ведь был самый богатый человек в Нью-Йорке. На похороны соберется весь город, можешь не сомневаться.
Маура спешила за ними, чтобы не отстать. В голове у нее теснилось множество вопросов. Придется ли ей сопровождать Александра в Нью-Йорк? Сожалеет ли он о сцене, которую устроил в Китайской гостиной, когда поссорился с отцом? Придет ли со смертью отца конец их счастливой, безмятежной жизни в Тарне?
– Я напишу тебе, – сказал Александр, отвечая на ее первый вопрос. – У меня сейчас будет много дел.
Маура кивнула. После смерти лорда Клэнмара она знала, что, когда человек неожиданно умирает, всегда возникает много проблем.
Адвокат ожидал Александра в холле, он был в черном фраке, с цилиндром в руке.
– Я сейчас присоединюсь к вам, Кингстон, – на ходу бросил Александр, направляясь к парадной лестнице.
В спальне Тиль уже подготовил подходящую для случая одежду. Маура смотрела, как Александр снимает костюм для верховой езды и надевает белую рубашку с жестким высоким воротничком, черный галстук и черный костюм. Он совершенно преобразился и выглядел как чопорный незнакомец. Будто читая ее мысли, он посмотрел на Мауру.
– Я ничего не чувствую, – сказал он.
Она поняла, что так откровенно он ни с кем не говорил, даже с Чарли.
– Из-за него умерла Дженевра, умерла одна, меня не было рядом. Я не могу простить его, Маура. Ни сейчас, ни потом, никогда.
Маура подошла к Александру, обняла его, и, не обращая внимания на Тиля, глядя ему в глаза, проникновенно сказала:
– Не надо ничего объяснять. Я все понимаю.
Александр обнял ее. Он знал, что Маура говорит правду, она всегда будет понимать его.
– Я должен ехать, – произнес он неохотно.
Только когда «Росетта» уже на всех парах неслась к Нью-Йорку, Александр понял свою ошибку. Они же муж и жена Маура должна была сопровождать его. Она должна присутствовать на похоронах, она не может не присутствовать.
– Черт возьми! – вырвалось у Александра. – Ну и идиот же я!
– Что случилось? Ты что-то забыл? – спросил Чарли, очнувшись от размышлений о возможных последствиях смерти Виктора Каролиса.
– Нет, просто кое-что вспомнил.
Чарли внимательно посмотрел на него. Он не привык видеть Александра в такой строгой одежде. В черном костюме Александр чем-то напоминал адвоката.
– А я все думал, когда ты, наконец, вспомнишь, – сказал он, уверенный, что Александр говорит о завещании отца. – Надеюсь, Кингстон ввел тебя в курс дела?
Александр тупо посмотрел на Чарли. Лиэл Кингстон, как и положено служащему, сидел в смежном салоне.
– О чем это ты? Я подумал о Мауре. Я сглупил, что не взял ее с собой.
Теперь настал черед Чарли тупо уставиться на друга. Всю свою жизнь он признавал превосходство Александра. Там, где Чарли медленно и туго соображал, Александр все схватывал мгновенно. Так было всегда, и когда они учились, и потом. Так, во всяком случае, считал Чарли. Но сейчас Чарли засомневался, не ошибается ли он.
– Завещание, – сказал Чарли. Он не мог поверить, что Александр сейчас в состоянии думать о чем-то другом. – Отец лишил тебя наследства или нет?
Александр резко и шумно выдохнул воздух. Невероятно, он даже не вспомнил о завещании, пока о нем не заговорил Чарли. Он с ужасом посмотрел на друга.
– Господи! Я не знаю! Он угрожал лишить меня наследства, если я женюсь на Джинни.
– Значит, он так и сделал, – мрачно заметил Чарли. – Если он хотел сделать это из-за Джинни, то уж, конечно, сделал из-за Мауры.
Точеное лицо Александра побелело.
– Но если бы он решился на это, наверное, предупредил бы меня.
– Как он мог предупредить тебя, если вы не разговаривали? – ответил Чарли, отказываясь верить в худшее.
Капельки пота выступили на лбу у Александра. Когда отец грозил лишить его наследства, если он женится на Джинни, Александр встретил его угрозу с презрением. У него будут Дженевра и Тарна, остальное не имеет значения.
Теперь все изменилось. Что бы ни чувствовал Александр, когда схватился с отцом после возвращения из Европы, он не мог допустить, чтобы его лишили богатства, начало которому положил его дед. Он же Каролис. Он должен быть богатым. Богатство принадлежит ему по праву.
– Господи! – повторил он, вскакивая на ноги. – Если Кингстон знает об этом, и не осмелился сказать мне…
– Но ты должен быть готов ко всему… – начал Чарли, удивленный тем, как подействовали на Александра его слова.
Однако Александр уже не слушал его. Он шел к Лиэлу Кингстону.
В Тарне Маура бесшумно бродила по опустевшим комнатам. Хотя прислуги в доме было много, без Александра он казался безлюдным. Маура боялась, что Александра мучает чувство вины, которое он не может подавить – отец умер, а они так и не помирились. Проживи Виктор немного дольше, примирение непременно бы наступило. Маура была уверена в этом. И Александру не пришлось бы жить с тяжелыми воспоминаниями о последней встрече с отцом.
Был ранний вечер, Маура вышла на крыльцо, посмотрела на раскинувшуюся перед домом лужайку, на выгоны за ней, на синеющие вдали горы. В том, что произошло в Китайской гостиной, Виктор Каролис был виноват сам. Его вмешательство в переписку Александра и Дженевры просто возмутительно. Он поступил так жестоко, солгав Дженевре и ее отцу о помолвке Александра и распустив эту ложь по всему городу, что Мауре становилось нехорошо, когда она начинала об этом думать.
Она спустилась по широким и низким каменным ступеням на подъездную аллею, пересекла ее и пошла через лужайку ближайшему выгону. В который раз она подумала о Дженевре Гудзон. Александр однажды сказал Мауре, что они с Дженеврой обязательно понравились бы друг другу. Из того, что Маура услышала от него о Дженевре, ей нетрудно было поверить в это. Но Дженевра умерла, убежденная, что Александр ее разлюбил. Маура знала, что она не была бы сейчас женой Александра, не умри Дженевра, и все же искренне жалела девушку. Дженевра любила Александра, а Маура хорошо знала, что это значит. «Интересно, Дженевра тоже забавлялась всякий раз, когда Александр начинал дуться, как ребенок?» – подумала Маура. Она улыбнулась при воспоминании, что с тех пор, как вернулся домой, Александр с чувством говорил о своем желании записаться добровольцем. Он явно переигрывал, будто заупрямившийся подросток. И Маура, и Чарли видели, что последнее время Александр вообще ни о чем не думал. Он был безмерно счастлив от того, что вернулся в Тарну, что рядом была Маура.
Любопытный жеребенок потянулся мордой к ее руке. Маура погладила его и пожалела, что не захватила с собой морковку или яблоко.
Были и другие мгновения, когда, например, однажды в спальне Александр посмотрел на нее и признался, что не может простить отца. Его вид вызвал тогда в Мауре почти материнскую нежность. Но чаще он пробуждал в ней далеко не материнские чувства.
При мысли о жарких ночах, которые они провели вместе, Мауре страстно захотелось, чтобы Александр был сейчас рядом. Ей нравилось прикасаться к нему, чувствовать его тело, она любила, когда он прикасался к ней. Любила блеск его черных кудрей, его широкоскулое славянское лицо, красиво очерченные губы. Ей нравилось в нем чувство собственника, с которым он обращался с ней в минуты близости. Маура вспомнила, как искусен Александр в любви, и ее охватило безумное желание, она жаждала, чтобы он овладел ею сейчас же. Когда они бывали вместе, они сливались в одно нераздельное целое, и это было ни с чем не сравнимое ощущение.
Жеребенок разочарованно отошел, не получив лакомства. Маура смотрела ему вслед, ей очень хотелось знать, как отразится ее беременность на их близости, но самое главное – как отнесется к этой новости Александр.
Она повернулась и медленно пошла назад к дому. Маура собиралась сказать Александру, что у них будет ребенок, сразу после отъезда Чарли. Ей хотелось, чтобы они были одни в это мгновение. Но Александр неожиданно уехал, и она не представала теперь, когда увидит его. Могут пройти дни, даже недели. Маура не допускала мысли, что разлука может затянуться надолго. Она была уверена, что после похорон Александр обязательно вернется в Тарну. Через год, в это же время, они уже будут настоящей семьей.
Когда Маура проснулась на следующее утро, пришло известие от Александра.
– Бедняга посыльный, наверное, всю ночь не спал, чтобы доставить письмо как можно быстрее, – сказала Мириам, протягивая ей конверт одной рукой, а кружевной пеньюар другой.
Маура не заметила пеньюара. Александр впервые писал ей. Впервые она увидела свое имя, написанное на конверте его крупным размашистым почерком. Не дожидаясь, пока Мириам подаст ей нож для вскрытия конверта, Маура сломала печать и открыла письмо. Это была всего лишь небольшая записка, написанная торопливо и даже без обращения:
«Я сглупил, что уехал без тебя. Приезжай немедленно, я хочу, чтобы ты была со мной. Александр».
Эта короткая бесценная записка сказала ей все, что она хотела знать.
– Мы возвращаемся в Нью-Йорк! – Маура в возбуждении спрыгнула с кровати, как девчонка, к большому неодобрению Мириам, которая считала, что леди не пристало так вести себя. – Не теряй времени на сборы. Мне нужно только траурное платье.
Мириам недовольно поморщилась. Среди одежды, купленной в Нью-Йорке, нужных вещей не оказалось. Сначала не оказалось простых туфель, а теперь – траурного платья.
– Придется надеть в дорогу темно-серое платье, мадам, – сказала Мириам, размышляя, успеет ли она отделать его черным бархатом, чтобы платье соответствовало случаю. – Как только мы вернемся в Нью-Йорк, я сразу же приглашу портниху.
Маура налила воду из кувшина в умывальный тазик. Несмотря на скорбную причину, по которой Александру пришлось уехать в Ныо-Иорк, несмотря на три смерти, случившиеся за последние месяцы, Маура чувствовала только радость. Александру плохо без нее. Она нужна ему. Уже вечером они опять будут вместе.
– Надо проследить, чтобы траурный гардероб был элегантным, мадам, – повторила Мириам, помогая Мауре надеть мрачное, еще ни разу не надеванное платье. – На похороны мистера Каролиса соберется вся нью-йоркская знать и вы, как миссис Александр Каролис, будете в центре внимания.
Маура посмотрела на себя в зеркало. В этом сером платье она была похожа на школьную учительницу. Она не знала, сколько ей, как невестке, положено носить траур. Но Александру, как сыну, придется соблюдать траур целый год. Маура надеялась, что на нее этот срок не распространяется. С ее стороны даже кратковременный траур будет лицемерием, поскольку она встречалась с Виктором Каролисом всего лишь раз в жизни и ничего о нем не знает.
– Я буду носить траур по маме и лорду Клэнмару, – вслух сказала она сама себе.
Маура вспомнила могилы любимых ею людей за тысячи миль отсюда, и радость от предстоящей встречи с Александром сменилась искренней печалью. Она даже не знала, кто ухаживает за их могилами, не знала, когда сможет навестить их и положить цветы.
– Я сложила все, что вам может понадобиться, мадам, – сказала Мириам. Она с интересом отметила про себя, что мать Мауры недавно умерла, но не знала, какие отношения связывали Мауру и лорда Клэнмара.
– Тогда поехали. – Маура опять неприлично спешила.
Чем скорее она уедет, тем скорее вернется сюда. Она привыкла к жизни в Тарне, успела полюбить ее. Нью-йоркская жизнь будет совсем непохожа на здешнюю, чутье подсказывало Мауре, что она будет совсем не такой приятной.
Назад в Нью-Йорк Мауру сопровождали только Мириам и молодой посыльный, который привез письмо Александра в Тарну.
– В Нью-Йорке просто кошмар, мэм, – сказал посыльный в ответ на вопрос, который Маура задала просто из вежливости, – большие беспорядки среди негров и ирландцев.
Мириам чуть не поперхнулась, когда он упомянул о соплеменниках Мауры. Прежде чем Мириам успела предупредить его, Маура быстро спросила:
– Беспорядки? Из-за чего?
– Из-за призыва, мэм, – ответил посыльный, польщенный тем, что такая светская дама разговаривает с ним, как с равным. – Ирландцы недовольны. Они говорят, что согласны воевать только ради спасения Союза, но воевать за освобождение рабов не хотят. Ведь эти рабы потом придут на Север и займут рабочие места, на которые рассчитывают ирландцы. На Чарльстон-стрит уже линчуют…
– Негров или ирландцев? – в ужасе перебила его Маура.
– Негров, – ответил посыльный неторопливо. – Ирландцы подожгли призывной пункт и разграбили склад с оружием. Просто кошмар.
– Беспорядки еще продолжаются? – встревоженно спросила Маура. Если волнения в городе не утихли, могут возникнуть осложнения с похоронами.
– Нет, мэм. Президент отозвал часть войск с Потомака, они быстро навели порядок, утихомирили рыжих.
– А ты не знаешь, к ним очень враждебно относятся? – поинтересовалась Маура, вспомнив женщин и детей, с которыми плыла на «Скотий». Она надеялась, что их не коснется волна враждебности, вызванная этими беспорядками.
– Да, мэм, еще как! – «успокоил» ее посыльный. – В городе все настроены против негров и католиков, но им некуда податься – нигде их не принимают, потому и выгнать их из города не так-то просто.
Мириам в отчаянии закрыла глаза. Господи, неужели он совсем ничего не знает? Неужели он не знает, что миссис Каролис ирландка и католичка? Мириам боялась, что Маура сейчас вспылит, но этого не произошло. Вместо того чтобы рассердиться, Маура спокойно сказала:
– Нью-Йорк – большой город, а Америка – большая страна. Я полагаю, что если здесь хватило места для голландцев, англичан и венгров, то найдется место и для негров с ирландцами.
– Конечно, мадам, – почтительно согласился паренек Он подумал, что новая миссис Каролис, наверное, немного не в себе. Поэтому и позволяет ему сидеть рядом с собой и разговаривает, как с равным. Поэтому и горничная так беспокоится. – А вот для конфедератов места нет, – улыбнулся он. – Их всех загонят в Союз, вот увидите.
Пока они ехали от причала к особняку Каролисов, Маура все время думала о своих соотечественниках. Люди, с которыми она подружилась на «Скотий», уже, наверное, устроились. Те немногие, у которых в Нью-Йорке были родственники, дали ей свои адреса. Она собиралась навестить их. Хотела предложить им деньги, если понадобится. Александр поможет с работой, если им до сих пор не удалось устроиться.
– Где в Ныо-Иорке Бауэри и Файв-Пойнтс? – спросила она Мириам, когда их украшенная гербом карета проезжала мимо особняка Стейвесантов, издали похожего на свадебный торт.
– Б…Б…Бауэри, мадам? – еле выговорила Мириам в ужасе от того, что еще вдруг спросит хозяйка. – Ну, это не то место, где можно встретить порядочных людей, мадам.
– Это я знаю, Мириам, – отозвалась Маура сухо. – Где это? Далеко от Пятой авеню?
– Нет, мадам. Это… Это… извините меня за нескромность, мадам, но позвольте спросить, почему это вас интересует?
– Я приплыла сюда из Ирландии с людьми, которые собирались остановиться у родственников в Бауэри и Файв-Пойнтс. Я хотела бы навестить их.
Этого Мириам и боялась. Она негромко произнесла:
– Файв-Пойнтс рядом с Ист-Ривер, у пересечения улиц Бэкстер и Парковой. Но вам туда никак нельзя, мадам. Там живут самые бедные и рабы, которые получили вольную. Там полно бандитов, воров и… – она повернулась и посмотрела, не слушает ли их посыльный, который сидел рядом с кучером на козлах и вполне мог услышать разговор. Нет, он не слушал. Но Мириам все равно перешла на шепот, – …и женщин легкого поведения, мадам.
– Тогда я попрошу мистера Каролиса сопровождать меня и служить защитой, – сказала Маура, вежливо улыбаясь кислой даме во встречном экипаже, которая бесцеремонно рассматривала ее.
Мириам стало не по себе. Бесполезно надеяться, что хозяйка шутит, Маура говорила совершенно серьезно. Миссис Каролис просто не понимала всех тонкостей жизни в Нью-Йорке, а объяснять ей их не входило в обязанности горничной. Мистер Каролис должен сделать это сам. Мириам не сомневалась, что он быстро растолкует все своей жене, как только она попросит его сопроводить ее в Бауэри или Файв-Пойнтс.
Не дождавшись ответной улыбки от дамы во встречном экипаже, Маура тут же забыла о ней и мысленно вернулась к своим соотечественникам. Из рассказов лорда Клэнмара она знала, что в Америке к ирландцам относятся не лучше, чем на родине к ним относятся тамошние землевладельцы.
Маура вспомнила, как однажды лорд Клэнмар с грустью сказал: «Ирландцам понадобится немало времени, чтобы вырваться из нищеты, в которой они прозябают. То, что они невежественны, вина землевладельцев, таких, как я. Единственное для них образование – бесплатные школы, да и то не для всех. В столь бедственном положении ирландцев во многом виноваты англичане».
Ирландцы, плывшие с ней на «Скотий», освободились от ига землевладельцев, но, кажется, битва за достойное существование продолжается. Сейчас, судя по словам паренька-посыльного, ирландцы выплеснули свой страх и неизвестность в завтрашнем дне на самый обездоленный слой общества, более бесправный, чем они сами, вызывая этим нарекания в свой адрес и разжигая антиирландские настроения.
Маура смотрела на роскошные особняки по сторонам. Нью-Йорк ничем не напоминает Дублин. Здесь сосредоточены огромные богатства. Богатства, которые можно использовать на благо иммигрантов. Деньги Каролисов могли бы обеспечить приличное жилье и образование всем ирландцам, которые прибыли с ней на «Скотий». Уже через поколение невежество осталось бы в прошлом. Появились бы ирландцы-полицейские, судьи и, кто знает, может, даже сенаторы. Даст Бог, не останется ирландцев, которым пришлось бы выходить на улицы, чтобы защитить то немногое, что у них есть.
Они подъехали к особняку Каролисов, карета свернула и через позолоченные ворота въехала во двор. Маура еще не разговаривала с Александром о своих планах в отношении соотечественников. Сейчас в Нью-Йорке она обязательно выберет подходящее время и поговорит с ним.
– Мистер Каролис ждет вас в Китайской гостиной, мадам, – с ледяной вежливостью доложил ей Гейнс, как только она вошла в дом.
Маура посмотрела вокруг. Когда она впервые вошла в дом, приехав из Европы, огромный вестибюль из желтого мрамора с высоким куполом напомнил ей мавзолей. Сейчас первое впечатление еще более укрепилось. И огромный витраж с изображением английского и французского королей не понравился ей ни тогда, ни сейчас. Пышное убранство не ласкало глаз, не создавало ощущения уюта, а неприветливость Гейнса только усиливала общее впечатление холодности.
Маура пристально посмотрела на Гейнса. Он был свидетелем ужасной ссоры между Александром и Виктором. Он знал от самого Виктора Каролиса о том, что она родилась от ирландской крестьянки, что она католичка и незаконнорожденная. Маура видела, что Гейнс относится к ней с таким же презрением, как и его старый хозяин. В Тарне домашняя челядь приняла ее сразу и безоговорочно, как жену Александра, их хозяина. Гейнс всем своим видом старался выказать ей неуважение, и, несомненно, его примеру последуют остальные слуги. Маура поняла – Гейнс надеется, что она забыла, как пройти в гостиную, и потеряет самообладание, поэтому она сухо приказала:
– Тогда проводите меня к нему.
Гейне даже побледнел от того, что эта иммигрантка распоряжается в доме, как хозяйка, и приказывает ему, но ослушаться не посмел.
– Миссис Каролис, сэр, – объявил он, когда лакеи отворили тяжелые резные двери гостиной.
Александр беседовал с Лиэлом Кингстоном. Он остановился на полуслове и быстро подошел к Мауре. Его немного осунувшееся смуглое лицо озарила такая счастливая улыбка, что даже Гейнс расчувствовался.
– Слава Богу, ты приехала, любовь моя! Не могу понять, как я мог уехать без тебя! Как я мог тебя оставить?
Не обращая внимания на присутствие Кингстона и Гейнса, обнял Мауру, наклонился и крепко поцеловал в губы. Господи, как она нужна ему!
Маура обняла Александра, и счастье заполнило все ее существо. Ничто больше не имеет значения – ни чудовищно безвкусный дом, ни враждебность прислуги. Главное, они с Александром снова вместе.
Когда Александр, наконец, оторвался от Мауры, дворецкий же тактично исчез, а Лиэл Кингстон делал вид, что внимательно рассматривает что-то за окном.
– Знаешь, я не мог заснуть без тебя прошлой ночью, было так странно, что тебя нет рядом, – ласково улыбаясь, сказал Александр.
Маура зарделась. С той самой первой ночи они всегда спали вместе. Маура еще раз крепко обняла Александра и прижалась к нему. Она пожалела, что Лиэл Кингстон находится в гостиной, иначе она сразу же рассказала бы Александру о ребенке.
Александр повернулся к Кингстону, одной рукой он все еще продолжал обнимать Мауру.
– Завещание будет зачитано сразу после похорон. Но Кингстон уже подробно изложил мне его суть.
Лиэл Кингстон оторвался от окна и посмотрел на Александра и Мауру. Миссис Александр Каролис по-прежнему оставалась для него загадкой. Виктор недвусмысленно предупредил его, что представляет собой Маура. «Незаконнорожденная, охотница за состоянием и шлюха. – Виктор тогда даже сплюнул от злости. – Вдобавок ирландка и католичка».
Он не стал объяснять, как случилось, что Александр женился на этой особе, но Лиэл хорошо знал Виктора, знал об отношениях Александра с Дженеврой Гудзон, поэтому без труда догадался о причинах женитьбы Александра.
Когда Лиэл вез весть о смерти Виктора в Тарну, он сгорал от желания собственными глазами увидеть, что там происходит. Возможно, Тарну уже превратили в бордель. Или Александр грустил там в одиночестве, а его жена, охотница за состоянием и шлюха, уже сбежала от сельской скуки. Чего он не ожидал увидеть, так это хорошо налаженную жизнь и послушную прислугу. Он видел миссис Каролис только мельком, но и этого оказалось достаточно, чтобы понять – Виктор глубоко ошибся в своей оценке. Вполне вероятно, что она действительно ирландка, незаконнорожденная и католичка, возможно, она и правда охотница за состоянием. Но никак не шлюха.
Глядя на Александра и Мауру, сияющих от счастья, он уже не считал их брак странным. Они дополняют друг друга, подобно Абеляру и Элоизе, Антонию и Клеопатре, Хетклиффу и Кейти, решил романтически настроенный Кингстон. Пухлые нежные губы Мауры свидетельствовали о ее сердечности и теплоте, что должно удачно уравновешивать известный в обществе эгоизм Каролисов. Кингстону нравились живость и жизнерадостность Мауры, которые прекрасно дополняли мужественную сдержанность Александра. Кингстону не хотелось, чтобы Александр раньше времени обсуждал столь деликатную тему, как завещание, но в то же время ему понравилось, что Александр говорит с женой так откровенно и с таким доверием.
– Я просто объяснил мистеру Каролису, что он может не волноваться по поводу завещания, – осторожно добавил Кингстон.
До этого мгновения Маура и не думала о завещании покойного Виктора Каролиса. Вначале она удивилась, что оно так волнует Александра, но, вспомнив, сколько неожиданностей принесла с собой внезапная смерть лорда Клэнмара для нее самой и для Изабел, поняла, что озабоченность Александра более чем оправданна.
Маура с благодарностью улыбнулась Кингстону за то, что он сделал ее участницей разговора, и промолчала. Завещание Виктора Каролиса ее не касается.
Лиэл Кингстон испытывал необыкновенное облегчение. Его первое впечатление о миссис Александр Каролис подтверждается. Она не охотится ни за чьим состоянием. Иначе она обязательно заинтересовалась бы завещанием, спросила о размерах наследства и кому оно завещано. Но в ее глазах не было ни малейшего любопытства, ее не волновало, унаследует ли Александр фамильное богатство. Виктор Каролис хорошо разбирался в людях и редко ошибался в своих суждениях. Но на этот раз он сильно ошибся, и Лиэл искренне сожалел об этом. У него было чувство, что, будь Виктор Каролис жив, он со временем не просто признал бы свою невестку, но и восхищался бы ею.
– Вы рассказали мне все, что я хотел знать, Лиэл. Спасибо – сказал Александр с теплотой, которая удивила Кингстона. Он не привык к такому обращению со стороны Каролисов. – Официальное чтение завещания состоится здесь сразу после похорон.
Лиэл кивнул и взял со стола свой цилиндр. Он понимал, что его присутствие уже мешает, но уходить очень не хотелось. Ему так понравилось общество миссис Каролис, что он с удовольствием остался бы здесь подольше. Ему хотелось услышать, насколько силен ее ирландский акцент и так ли соблазнительно звучит ее голос, как соблазнительна она сама.
Когда он, наконец, оставил их вдвоем, Александр с облегчением сказал:
– Отец не лишил меня наследства. Чарли был уверен, что он это сделает. Да и отец угрожал не раз. – Александр улыбнулся, притягивая к себе Мауру. – Интересно, почему он этого не сделал? Думал, наверное, что он бессмертен, всегда успеет переделать завещание.
Это было не очень-то почтительно, но Маура промолчала и улыбнулась. Александр прижал ее к себе так крепко, что она слышала, как бьется его сердце. Не поднимая глаз, она негромко сказала:
– Я должна тебе что-то сообщить. Я давно хотела сказать тебе.
Его губы ласкали волосы Мауры, он все еще думал о завещании. Просто невероятно! Почему все-таки отец не лишил его наследства? Александр унизил, опозорил его, разрушил самые заветные надежды отца. Но отец не стал мстить. Александр не верил, не мог поверить этому. Жажда мести была присуща всем Каролисам. Дед Александра никому не спускал даже самой незначительной обиды, а уж стремление Виктора к беспощадной мести стало притчей во языцех среди тех, кто имел несчастье досадить ему.
И несмотря ни на что Виктор не стал мстить Александру, сделавшему своей женой девушку, не вызывающую у него ничего, кроме ужаса. Не потому ли, что чувствовал себя виновником смерти Дженевры? Или потому, что поступил бы точно так же, как Александр, если бы его собственный отец повел себя, как Виктор? Гадать можно было сколько угодно. Но сейчас Александр испытывал только благодарность. Состояние Каролисов перешло к нему. Больше его ничто не тревожило.
– У нас будет ребенок. Я окончательно уверилась в этом, когда у нас гостил Чарли. Но я не хотела тебе говорить, когда он был с нами. Я ждала, когда мы останемся одни. – Она подняла к нему сияющее от счастья лицо. – Это просто замечательно, правда? По-моему, это самое лучшее на свете.
Александр непонимающе смотрел на нее, в висках у него стучало, множество ощущений раздирали его одновременно. Ребенок! Господи, у них будет ребенок! Его ребенок! Маура права, это действительно замечательно! Это больше чем замечательно, это потрясающе. Это значит, что род Каролисов продолжается, значит, есть для кого приумножать богатства Каролисов. У него будет ребенок, к которому он будет относиться так же, как к нему самому относился его дед. Теперь его брак нельзя объявить недействительным, они с Маурой связаны навсегда, уже никогда он не сможет забыть о ее существовании.
Улыбка тронула уголки его губ, становясь все шире, и вот Александр уже улыбался, как Чеширский Кот:
– Это не просто замечательно, любимая! Это совершенно потрясающе!
Александра больше не тревожили узы, которые связывали его теперь с Маурой. Он давно отказался от мысли заплатить ей и больше никогда к этому не возвращался. Маура добилась того, что Александр считал для себя уже невозможным – она наполнила его жизнь смыслом, сделала его вновь счастливым.
Он по-прежнему часто вспоминал Дженевру, и всегда будет помнить о ней. Дженевра была любовью всей его жизни. Она вошла в его плоть и кровь и будет с ним до самой смерти. Но Александр уже не думал о Дженевре каждую минуту, как раньше, она уже не стояла между ним и Маурой. Страсть и дружба, которые подарила ему Маура, уняли боль, оживили чувства, вдохнули в него желание жить и любить. Он был безмерно благодарен за это Мауре.
– Надо отметить это событие шампанским, – сказал Александр с радостью и воодушевлением, мало заботясь о том, что шампанское в доме, где лежит покойник, неуместно. – Интересно, что скажет Чарли, когда узнает? Он обязательно будет крестным отцом. – Александр колокольчиком вызвал лакея. – Я приглашу в крестные отцы и Генри Шермехона. А как мы назовем его? Надо обязательно придумать какое-нибудь венгерское имя. Винсент, Золтан или Ференц.
– А если будет девочка? – Маура с трудом сдерживала смех. – И почему обязательно венгерское имя, можно и ирландское. Патрик или Брендон, а если девочка – Бриди.
Но Александр не слушал. Он велел ошарашенному лакею принести два фужера и шампанское.
Похороны состоялись в церкви Святого Фомы. Александр хотел, чтобы они прошли как можно тише, в семейном кругу, но нью-йоркское общество рассудило по-своему. После женитьбы Александра Виктору пришлось вынести немало унижений и враждебности от членов старой гвардии, которые стремились сохранить чистоту высшей касты, оберегая ее от общения со свекром ирландской эмигрантки.
Теперь, после его смерти, они спешили успокоить свою совесть и выказать почтение одному из богатейших людей Америки. Кроме того, это был хороший повод взглянуть на эту самую эмигрантку.
Маура полностью положилась на Мириам в выборе траурного одеяния. Ее черное платье с длинными рукавами и высоким воротом было сшито из отличного крепа. Волосы она уложила высоко на затылке, прикрыв небольшой шляпкой с вуалью. Будь на месте Мауры другая женщина, она могла бы показаться простушкой в этом мрачном наряде. Но на Мауре черное платье лишь подчеркивало безупречную белизну кожи и удивительную голубизну ее глаз. Пока они ожидали Мириам, ушедшую за черной котиковой накидкой, Александр смотрел на жену, испытывая почти болезненное наслаждение. Маура прекрасна. Она гораздо красивее Дженевры.
– Все готово, можно трогаться, – скорбным голосом сказал Александру распорядитель похорон.
Александр кивнул. Настал самый тяжелый момент, и его охватило весьма странное чувство. С каждой минутой становилось все труднее поддерживать в себе ненависть к отцу, которого он мечтал уничтожить. Сейчас вспоминалось только хорошее. Как они с отцом ходили в зоопарк Фраскони смотреть на слонов, верблюдов и скачущих верхом на пони обезьянок, как катались на санях, как ходили плавать. Слезы стояли у него в глазах. Почему отец так заупрямился из-за Дженевры? Господи, почему они не смогли остаться друзьями!
Кортеж, казалось, никогда не достигнет церкви. Стояла невыносимая жара для последнего дня августа, и Александр испытывал огромное неудобство от высокого, сильно накрахмаленного воротничка. Он знал, что в следующей за ними карете так же страдает от жары Чарли. Остальная шермехонская родня ехала за каретой Чарли. Дядя Генри выглядел очень удрученным – слишком навязчиво ему напомнили о том, что человек смертен. Александр даже не знал, кем приходились отцу остальные Шермехоны. Если вначале он хотел, чтобы на похоронах присутствовало как можно меньше народу, то сейчас был искренне рад, что все приехали проводить отца. Родство с Шермехонами много значило для Виктора, и Александру было приятно, что все они пришли почтить его память.
Каролисы отсутствовали. Единственным Каролисом был сам Александр. Впервые в жизни он вспомнил, что где-то в Венгрии у него есть родня. Наверняка его двоюродные и троюродные братья и сестры живут все в той же деревушке, откуда много-много лет назад в поисках счастья уехал его дед. Мысль эта запала глубоко в душу Александра, Возможно, придет день, когда он побывает в Венгрии. Надо будет оставить там о деде хорошую память – построить школу или больницу его имени.
В такт шагу в ярком солнечном свете вскидывался траурный плюмаж на головах лошадей, которые, наконец, выехали на улицу, ведущую к церкви Святого Фомы. Александр никогда раньше не задумывался о том, чего удалось достичь отцу и деду, но сейчас его охватил благоговейный трепет. Дед родился в нищей, забытой Богом венгерской деревушке. Фамилия Каролисов никому ничего тогда не говорила. А теперь, менее чем через сто лет, она стала таким же символом богатства, как имя царя Соломона.
Вслед за гробом отца Александр вошел в церковь и огляделся. Ее заполняли родственники и знакомые. Здесь были Шермехоны, Бревурты, Стейвесанты, Де Пейстеры, Ван Ренселеры, Райнландеры, Ван Кортландты, Бикманы, Рузвельты, Джеи – некоронованные короли Америки, равные по своим богатствам европейским Габсбургам, Гогенцоллернам и Радзивиллам. Все они пришли почтить память отца, потому что, несмотря на отчуждение в последнее время, они не могли позволить себе не прийти. Фамилия Каролисов – синоним Нью-Йорка. Каролисам принадлежит почти весь город. Только Асторы могут сравниться с Каролисами по количеству принадлежащей им недвижимости.
Едва заметная улыбка громелькнула на лице Александра. Асторы тоже были здесь. Высокая, внушительная фигура Джона Джейкоба Астора III сразу бросалась в глаза, так же как и фигура его брата – Уильяма Бэкхауза Астора-младшего.
Уильям, как и отец Александра, женился на девушке из рода Шермехонов. «Хотя далеко не на самой миловидной представительнице нашего клана», – однажды ядовито заметил Генри Александру. Вспомнив это едкое замечание, Александр задумался о браке родителей. Без него Каролисы не смогли бы так быстро укрепить свое положение в высшем свете. Неужели отец женился на матери только по этой причине? И их брак был просто браком по расчету? Если да, то неудивительно, что отец встал на дыбы, когда Александр отказался сделать то же самое. С пониманием пришло глубокое, обжигающее раскаяние. Александр все равно вел бы себя точно так же, если бы понял мотивы поведения отца раньше. Он все равно настаивал бы на своем браке с Дженеврой, точно так же стремился бы отомстить отцу за смерть Джинни. Но они хотя бы поговорили, пришли к какому-то пониманию.
Все эти размышления и воспоминания так захватили Александра, что он не заметил, как закончилась заупокойная служба, и Мауре пришлось крепко сжать ему руку, чтобы он очнулся. Когда опускали гроб в могилу, Александр не мог и не старался сдержать слезы. Он ошибся, когда сказал Мауре, что никогда не простит отца. Он уже простил его, простил в это самое мгновение. Теперь Александр был твердо уверен: завещание отца означало, что отец тоже простил его.
Александр должен был бросить первую горсть земли в могилу. Он шагнул вперед, в душе у него царили мир и спокойствие, которых он не испытывал уже долгие месяцы. Когда родится его первенец, он назовет его Виктором в честь отца. А если будет девочка – ее назовут Виктория.
Александр надеялся, что Маура не будет возражать, если полное имя дочери будет Виктория Дженевра.
Его размышления о ребенке прервал подошедший Филипп Джей.
– Прошу извинить мою жену и меня, но мы не сможем присутствовать на поминках, Александр.
Александр удивленно посмотрел на него. Он ожидал, что чета Джеев среди прочих вернется с ними на Пятую авеню помянуть отца.
– В нынешних обстоятельствах, понимаешь… – Филипп не знал, как продолжить, – Елена, видишь ли…
Александр не понял, но выяснять не стал. Присутствующие выстроились в длинную очередь, чтобы пожать Александру руку и выразить свое соболезнование. И все как один выражали сожаление, что не смогут присутствовать на поминках.
На третьем рукопожатии до Александра вдруг дошло, что происходит. Нью-йоркское общество не желает иметь с ним ничего общего. Да, они пришли почтить память отца, но не принимают его брак, который, конечно же, стал вызовом не только отцу, но и всему обществу. До этого Александр был слишком занят своими мыслями, но сейчас он, наконец, увидел, что Мауру просто не замечают. Его охватила ярость. Как они смеют?! Она – его жена! Александр не мог поверить, что на его жену никто не обращает внимания, будто ее вообще нет рядом с ним.
Подошла очередь Генри Шермехона. Александр резко спросил:
– Вы тоже приносите извинения, Генри?
Генри не обратил внимания на резкий тон Александра. Он взял обтянутую перчаткой руку Мауры и что-то негромко сказал. Александр не расслышал слов. Затем Генри обратился к Александру, отвечая на его вопрос:
– Нет, мой мальчик. Одно из преимуществ моего холостяцкого положения в том и состоит, что мне не приходится мириться с женскими капризами.
Позже, когда они возвращались домой, Александр натянуто сказал Мауре:
– Это все из-за женщин, поверь мне, дорогая. Если бы не жены, все мужья обращались бы с тобой, как положено обращаться с моей женой. Но больше ты не подвергнешься такому унижению, обещаю тебе!
– Это не имеет значения, любимый. – Она взяла его под руку. Лицо Мауры было намного бледнее обычного.
– Это имеет очень большое значение! – Губы Александра сжались, заиграли желваки. – Подумать только, какие-то Ван Реиселеры выказали мне свое презрение!
Маура крепко сжала его руку.
– Но разве ты не ожидал этого? – спросила она, не понимая, почему Александр принимает случившееся так близко к сердцу, – Чарли ведь предупреждал тебя, что от твоего отца все отвернулись.
– Я сам хотел, чтобы все отвернулись от отца, – взорвался Александр. – Но отец умер! Неужели ты не понимаешь, что теперь они отвернулись и от меня, а я на это не рассчитывал.
Маура молчала, она не знала, что сказать. Александр противоречит сам себе и отказывается признаться в этом. И вряд ли обрадуется, если Маура укажет ему на это противоречие. Им вместе придется искать выход из создавшегося положения. Кто знает, может быть, пройдет немного времени, и общество примет ее? Возможно, рождение ребенка изменит все. Маура надеялась на это. Ее переполняла любовь к нему. Какие разные качества соединились в нем! Внешняя беспечность соседствовала с высокомерием, но внутренне он был на удивление раним. Ни за что Маура ие подумала бы, что отношение общества имеет для Александра какое-то значение, но он вновь удивил ее. Признание света много для него значило. Как оказалось, ему было далеко не все равно.
Когда они приехали домой и вошли в огромную переднюю, к Мауре подошел лакей с серебряным подносом в руках.
– Вам письмо, мадам, – почтительно произнес он. – Оно пришло через Тарну.
Маура узнала почерк Кирона. На конверте стоял нью-йоркский штемпель.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Горе от богатства - Пембертон Маргарет



замечательный роман ,один из лучших у Пембертон ,читайте советую
Горе от богатства - Пембертон Маргаретлюдмила
25.12.2011, 10.39





до середины романа я была в восторге,после его первой измены заинтересовалась больше,но когда остальную часть романана все вытирали ноги в том числе и герой просто фу.сдесь полилл грязью тут же секс и признания в любви опять измены,а она "я люблю тебя"
Горе от богатства - Пембертон Маргаретвика
19.01.2012, 2.03





Очень понравилось. Немного нехватало описаний чувств и мыслей Александра, создалось впечатление, что свои подлые поступки он совершал с холодным сердцем и разумом. Героине РЕСПЕКТ.Конечно, хотелось бы от нее больше эмоций, чем просто смотреть на его выкрутасы. Но это говорит о силе ее духа и любви, которую она с гордостью пронесла через всю историю. Она оказалась выше всех "мелочей жизни".
Горе от богатства - Пембертон МаргаретЮлия
20.07.2012, 9.14





Я конечно, знаю, что такая любовь бывает: когда ты его искренне любишь, а он любит только тебя, а к другим у него только химия...Но, нафиг она нужна такая любовь?! Дамы, когда мы научимся уважать себя.Порой лучше жить по закону разума, чем по закону сердца.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретНастенка
20.07.2012, 10.01





Роман не плохой ,но от главных героев не в восторге.Хотя героиню было даже немного жаль.Какая у нее непростая жизнь,как тяжело быть женой миллионера,перед которым не может устоять ни одна из женщин.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретТаня
18.10.2012, 2.22





Читать роман было противно, гг просто подонок, пусть и богатый. Изменял жене, унижал ее, бедная женщина, неужели из-за любви стоило все это терпеть
Горе от богатства - Пембертон Маргаретнатали
18.10.2012, 8.03





Mne ojen ponravilosy!!!!//10/10
Горе от богатства - Пембертон Маргаретalla
27.10.2012, 6.27





Не знаю, но о г. герое осталось впечатление не лучшее.=, хоть его можно и понять мужчины, что с них взять срабатывает животный инстинкт и главное находят в измене себе оправдание, порой хотелось Его придушить, а в начале какой Герой прям "душка".
Горе от богатства - Пембертон МаргаретЛика
27.10.2012, 16.46





Герой слишком молод на мой вкус. 21 год - это ж мальчишка!
Горе от богатства - Пембертон МаргаретТоня
27.10.2012, 17.59





Это не женский роман, а пособие по смирению. Делить мужа с любовницей-мерзко, а тут он живет с любовницей и навещает трахаться жену, делая ей детей. Приводит с ее согласия внебрачного ребенка, так еще rnставит его выше законных детей, отдавая ему основное наследство. Чистое издевательство!rnУрод, дебил, скотина.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретЛиза
27.10.2012, 19.22





не представляю как это произведение можно отнести к жанру ЛР.я согласна со всеми отрицательными коментариями,но лично меня поразила какая-то нереальность сюжета. герои явно с серьёзными отклонениями в психике,иначе их поступков необъяснишь. предпочитаю сюжеты с адекватными героями. 1/10.
Горе от богатства - Пембертон Маргареттася
27.10.2012, 20.49





A mne ponrsvilosy horoshay kniga 10/10
Горе от богатства - Пембертон Маргаретalla
27.10.2012, 21.18





Книга интересная. Раздражает Г Г Зачем таким хранить верность? Очень любит жену и унижает ее постоянно, а она бедняжка, просто святая. Весь роман хотелось набить ему физиономию
Горе от богатства - Пембертон МаргаретМария
27.10.2012, 21.46





Роман сюжета интересный,начало многообещающее,с середины все как-то сумбурно,скомкано. Моя оценка 7 из 10 баллов.
Горе от богатства - Пембертон Маргареттая
28.10.2012, 18.35





Просто замечательная книга.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретНатали
10.12.2012, 13.20





Скучный сюжет, невыразительные герои,ничего безобразнее не читала. Одним словом ни уму ни сердцу!
Горе от богатства - Пембертон МаргаретНИКА*
24.12.2012, 0.37





Главный герой редкостный урод. Даже несмотря на концовку романа, где он "отвалил" кучу денег за спасение своей жены. Один из самых нелюбимых мной мужской персонаж.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретКлэр
30.01.2013, 20.47





Не знаю как другим,а мне очень понравилось.обалденный роман.главная героиня восхищает своей силой воли,своими чувствами к любимому человеку.несмотря ни на что,она прощала и любила всегда своего мужа.она сумела понять и простить,ю и пронесла свою любовь на протяжении всей книги,заслуживая аплодисментов
Горе от богатства - Пембертон Маргаретсветик
19.09.2013, 12.12





Роман на любителя. Но самый красивый роман Пембертон как на меня это 'не уходи' пусть с немного скучной концовкой. Для меня это лутший её роман.
Горе от богатства - Пембертон Маргаретанастасия
30.12.2013, 2.09





Прочитала роман и Ваши отзывы. Автор все сказала названием романа. Отцы кичатся своим богатством. Как можно при таких капиталах единственного внука-сироту оставить в приюте, не забрать и не вырастить! А главный герой - типичный представитель этого класса. Он никогда не забудет, что женился на нищей. И есть закон природы: чем больше у мужчины денег, тем больше у него любовниц. Хочешь верного мужа - живи с нищим.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретВ.З.,66л.
5.03.2014, 9.34





В.З.,66л я с вами прлнлстью согласна.В жизни так и бывает.....
Горе от богатства - Пембертон Маргаретлуиза
12.08.2014, 19.38





Жалко героиню.
Горе от богатства - Пембертон МаргаретКэт
5.06.2015, 21.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100