Читать онлайн Белое Рождество Книга 2, автора - Пембертон Маргарет, Раздел - Глава 37 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.91 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пембертон Маргарет

Белое Рождество Книга 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 37

В течение всего 1974 года в Сайгоне нарастала напряженность. Вблизи демилитаризованной зоны то и дело вспыхивали стычки между правительственными и коммунистическими отрядами. Парижское перемирие оказалось чистой формальностью. Американские войска покинули вьетнамскую землю, но кровопролитие продолжалось.
Майк и Серена работали по восемнадцать часов в сутки, непрерывно сражаясь с бюрократической машиной в надежде найти для оставшихся детей приемных родителей в Америке и Европе и получить выездные визы, прежде чем Сайгон падет.
Жизнерадостность и заразительное веселье Габриэль сделали ее всеобщей любимицей. Дети были очарованы ее пламенно-рыжими волосами и способностью бегло говорить по-вьетнамски. К ее удивлению и удивлению Серены, хотя они и не предпринимали ни малейших усилий, чтобы сдружить крошку Гэвина и Кайли, малыши стали неразлучны. Может, так случилось из-за того, что они оба несколько отличались от большинства питомцев приюта. В Гэвине угадывалась вьетнамская кровь, хотя его волосы представляли собой нечто среднее между огненной шевелюрой Габриэль и светлыми волосами отца, а переносица до сих пор была усыпана веснушками. Кайли выглядела типичной метиской, но живые голубые глаза, кремовая кожа и черные волосы делали ее похожей скорее на ирландку, чем на вьетнамку.
Ни Габриэль, ни Серена не мешали их дружбе. После гибели Кайла сложные чувства, которые Серена питала к его дочери, уже не так мучили ее. Она все чаще проводила время с Кайли, подружилась с ней, чего уже давно хотела. Ее отношения с Чинь также наладились. Они не стали близкими подругами и не могли стать ими в дальнейшем, но все же Серена сделала копию фотографии Кайла и подарила ее Чинь вместе со снимком усыпанной цветами могилы Кайла, который его мать прислала Серене спустя несколько недель после похорон. В ответ Чинь, приводя в приют Кайли, неизменно приносила Серене то букет цветов, то домашнее хао том – маленькие палочки креветочной пасты домашнего приготовления.
– Ты не предлагала Чинь покинуть Сайгон вместе с Кайли? – спросил Майк вскоре после того, как они услышали о взятии северовьетнамцами Пхуокбинь, города, расположенного в восьмидесяти милях к северу от Сайгона.
Серена промывала рану ребенку, в которого угодил осколок стекла, вылетевший при взрыве гранаты в одном из сайгонских кафе.
Она на мгновение оторвалась от работы.
– Нет, но ведь никаких затруднений не предвидится, не так ли? Отец Кайли – американец, и, насколько мне известно, жены и дети американских служащих получат преимущество, когда дойдет до эвакуации.
– Чинь не была его женой, – заметил Майк, начиная накладывать швы на рану ребенка.
– Мы можем засвидетельствовать, что они состояли в гражданском браке.
– Верно. Но все же мне кажется, ты должна обсудить с ней это. Может быть, она не хочет уезжать. Вьетнамцы горячо любят свою родину. Ты должна убедить ее в том, что всякий, кто каким-либо образом был связан с американцами, не может рассчитывать на хорошее обращение при коммунистическом режиме. А поскольку Кайли – явная полукровка, она никогда не сможет стать полнокровным членом общества, какая бы система ни возобладала во Вьетнаме после его объединения.
Стоило Серене заговорить об этом, Чинь упрямо покачала головой:
– Нет. Куда я поеду? Где я буду жить?
– Ты поедешь в Америку, Чинь. Тебе предоставят все необходимое, я позабочусь об этом. Ты хорошо говоришь по-английски, никаких затруднений не будет.
– Но Вьетнам – моя родина. В Сайгоне мой дом.
– Коммунисты захватили столицу провинции Пхуок-лонг. Америка не вмешивалась и больше не будет вмешиваться, если не считать заявления, в котором выражается протест против этой операции. Через несколько месяцев, а то и недель северовьетнамская армия нанесет удар по Сайгону.
В глазах Чинь промелькнул испуг, но она вновь покачала головой:
– Нет, я не верю в это. В шестьдесят восьмом году они обстреляли Сайгон, прорвались на Президентскую площадь и в американское посольство, но чтобы северовьетнамские войска прошагали по улице Тюдо? Нет. Америка никогда этого не допустит. Это невозможно.
– Очень даже возможно, – хмуро отозвалась Серена. – Ради Кайли и себя самой ты должна уехать, а для этого потребуются соответствующие документы. Я не могу получить их без твоего согласия, Чинь.
– Поговорим потом, – нехотя отозвалась Чинь. – Сейчас я даже думать об этом не могу. Это слишком серьезное решение. Я дам свой ответ позже.
Больше Серена ничего не могла сделать. В январе коммунисты продвинулись еще ближе к Сайгону. Президент Тхиеу запаниковал. В безуспешной попытке обезопасить прилегающие к столице провинции он велел своим войскам отступить к югу. Этот приказ разом отдал северянам половину Южного Вьетнама. Сотни тысяч беженцев хлынули с севера, борясь за дорожные пространства с отходящими войсками.
Двадцать первого марта северовьетнамцы начали наступление на Хюэ, древнюю императорскую столицу. Трое суток продолжался мощный артиллерийский обстрел предместий, после чего командир южновьетнамских войск отдал приказ оставить город и вместе с армией бежал морем в Дананг, бросив жителей Хюэ на произвол судьбы.
Майк торопливо вошел в переполненную палату «Кей-тонг» и коротко произнес, обращаясь к Серене:
– Пришел американец, спрашивает тебя. Судя по всему, ты знакома с его женой.
Серена ввела иглу капельницы в предплечье младенца и туго перевязала, чтобы она не выскочила.
– Наверное, он спутал меня с кем-нибудь.
– Нет, не спутал. Его зовут Льюис Эллис. Он собирается спуститься на юг дельты Меконга до Ваньбинь и отыскать там девушку, которая работала у него в шестьдесят шестом. Он спрашивает, не можем ли мы ему чем-либо помочь.
– Льюис? – недоверчиво переспросила Серена. – Муж Эббры?
– Он самый. – Майк устало улыбнулся. – Но у меня сложилось впечатление, что, судя по его твердому намерению найти эту девушку, он уже не муж Эббры.
Изумленная, Серена побежала к поджидавшему ее Льюису. На первый взгляд он показался ей старше, чем она представляла, но потом она вспомнила, сколько времени ему пришлось провести в плену в лесном лагере. Ей сразу понравилось лицо Льюиса – строгое и непреклонное, но теплота, которой лучились его глаза, смягчала жесткую прямую линию его губ.
– Здравствуйте, – сказала она, протягивая ему руку. – Я Серена Андерсон.
Рукопожатие Льюиса под стать всему его облику было твердым и крепким.
– Я очень рад познакомиться с вами. – У него был глубокий звучный голос, и Серена сразу поняла, отчего восемнадцатилетняя Эббра так страстно влюбилась в него. – Эббра много рассказывала о вас.
Времени на обмен любезностями не было, и Серена сразу приступила к делу:
– Майк сказал, вы собираетесь отправиться в Дельту?
– Да, я еду завтра. Поскольку вы и Майк лучше многих знакомы с ситуацией, я хочу посоветоваться с вами, как это лучше всего сделать.
– Лучше всего было бы не делать этого, – сухо отозвался Майк. – Одному Богу известно, сколько батальонов северян приближается к Сайгону. Ваши шансы добраться до Ваньбинь чрезвычайно малы.
– И тем не менее я еду, – заявил Льюис голосом, в котором не угадывалось и тени сомнения. – Я должен найти девушку, которая там живет. Ее зовут Нгуен Ван Там. Я хочу забрать ее с собой в Штаты.
– Прошло девять лет, – осторожно заметила Серена, радуясь в душе тому, что Эббра вернулась к Скотту. – Какие бы отношения ни связывали вас с Там, вы вряд ли можете надеяться, что она по-прежнему ждет вас.
Глаза Льюиса потемнели:
– Вы правы. Но я могу по крайней мере встретиться с ней, предоставить ей возможность уехать со мной, если она того пожелает.
– Неподалеку от Ваньбинь находится маленький приют под покровительством католических монахинь, – заговорил Майк. – Детей необходимо срочно доставить в Сайгон. Еще сохраняется некоторая возможность включить их в программу по усыновлению.
– Хотите сказать – вы поедете со мной? – отрывисто спросил Льюис.
Майк кивнул, отлично понимая, сколь ничтожны их шансы предпринять это путешествие и остаться в живых. Он знал о том, что Льюис находился в плену в джунглях Юминь, и считал, что этот человек достаточно настрадался. Если девушка, которую ищет Льюис, так важна для него, Майк будет лишь счастлив помочь ему отыскать свою любовь.
Спустя несколько часов после их отъезда из города Габриэль ворвалась в приют с сияющим лицом.
– Ну наконец-то, cherie!У меня новости! Настоящие новости! Один сайгонский журналист, который работал на западные агентства, а на самом деле был тайным агентом коммунистов, связался с Нху и сказал ей, что Ханой намерен в ближайшие несколько недель взять Сайгон и после этого Гэви-на доставят на Юг вместе с наступающими войсками!
– Ох, Габи! – Серена крепко обняла подругу. – Но откуда тебе знать, что этот человек говорит правду? Зачем военным везти с собой Гэвина?
– Из уважения к памяти Диня, Именно этого хотел Динь. Будучи журналистом, сочувствующим Северу, Гэвин – наилучший кандидат на роль летописца исторического завоевания Юга!
– Может, он и был наилучшим кандидатом девять лет назад, но вряд ли можно рассчитывать, что Гэвин по-прежнему сочувствует коммунистам, после того как они долгие годы держали его на Севере вопреки его воле.
Габриэль беспомощно пожала плечами, но ее глаза продолжали сверкать.
– Быть может, мои слова покажутся тебе бессмыслицей, Серена, но вьетнамцы рассуждают иначе. Нам не известно, что сказал им Гэвин, на что он согласился. Главное, что человек, связавшийся с Нху, утверждает, будто его сведения совершенно надежны. Когда северовьетнамские войска займут Сайгон, Гэвин будет вместе с ними!
В пасхальное воскресенье пал прибрежный город Дананг. Там воцарился еще больший хаос, чем в Хюэ. Город был переполнен беженцами из уже занятых городов, и сотни тысяч людей, опасаясь коммунистических репрессий, пытались спастись морем. Солдаты боролись с гражданскими за обладание судами. Детей разлучали с родителями, давили и топили в поднявшейся панике.
В тот день в Дананге армия Южного Вьетнама достигла дна своего падения. Потеряв командиров, никем не управляемые, солдаты срывали с себя форму и терроризировали местных жителей хуже коммунистов.
– Тебе нельзя больше ждать, – с печалью сказала Габриэль Серене, когда их ушей достигла весть о сдаче Дананга. – Невзирая на все бюрократические препоны, оформление документов на усыновление и выездных виз должно быть завершено в ближайшее время. Ты должна еще раз поговорить с Чинь. Нужно сделать все, чтобы она и Кайли могли выехать в Америку.
– А как же крошка Гэвин? – спросила Серена.
С тех пор как стало известно, что Гэвин появится в Сайгоне вместе с наступающими войсками, она не сомневалась, что Габриэль ни при каких обстоятельствах не покинет город.
– Я хочу, чтобы вы с Майком взяли его с собой, когда будете уезжать.
Серена кивнула. Ни она, ни Майк не хотели бежать, но и его, и ее посольства совершенно ясно дали понять, что, когда начнется полномасштабная эвакуация зарубежного персонала, им волей-неволей придется войти в число тех, кого вывезут из города по воздуху.
Тем же вечером Серена вновь встретилась с Чинь и на сей раз проявила настойчивость:
– Пойми, Чинь, теперь уже ничто не может остановить наступление Севера. Неужели ты хочешь, чтобы Кайли росла при коммунистическом режиме? Неужели хочешь, чтобы она страдала от того, что ее отец американец?
В черных миндалевидных глазах Чинь появилось загнанное выражение.
– Нет, конечно, не хочу, – ответила она, заламывая руки. – Но у меня семья в Сайгоне. Моя сестра...
– Я позабочусь и о твоей сестре, – заверила ее Серена, гадая, каким образом удастся выполнить это обещание. – Собери сумку и держи наготове, а все прочее предоставь мне.
Расставшись с Чинь, она поехала в американское посольство. Сотрудник, с которым она заговорила, поначалу смотрел на нее с восхищением, а после того как она сообщила, чего от него хочет, – с жалостью.
– Леди, – утомленно произнес он. – Имеете ли вы представление о том, сколько вьетнамцев желали бы унести ноги из Сайгона? В нашем списке сто сорок тысяч имен, и это только верхушка айсберга!
– Эта женщина состояла в гражданском браке с Кайлом Андерсоном, пилотом Первого авиационного полка, который погиб под пыткой в Хоало, – ледяным тоном заявила Серена. – Она родила от него ребенка. Кайл погиб, защищая интересы вашей страны. И самое меньшее, что может сделать Америка, – это отправить в безопасное место его ребенка и женщину, которую он любил.
Служащий посмотрел на нее с интересом:
– Откуда вы все это знаете?
– Оттуда, что хотя она и была его неофициальной женой, но законным браком сочеталась с ним я, – невозмутимо ответила она. – Перед тем как его убили, он написал мне послание с просьбой о разводе. У меня нет ни малейших сомнений в том, что у них была настоящая любовь и что Чинь и ее дочь заслуживают того, чтобы их эвакуировали, не меньше прочих вьетнамцев, которые были тесно связаны с американскими гражданами.
– Ну и ну, – произнес служащий, вглядываясь в Серену со всевозрастающим интересом. – За этим столом мне довелось выслушать немало потрясающих откровений, но впервые я вижу перед собой супругу, которая просит место в самолете для любовницы собственного мужа. Подобный рассказ заслуживает определенного доверия, и я признаюсь, что верю вам и готов оформить необходимые бумаги и проследить за тем, чтобы эту женщину и ее дочь внесли в списки эвакуируемых.
– А также еще одного члена семьи Чинь, ее сестру, – безжалостно добавила Серена и, послав собеседнику ослепительную улыбку, запечатлела на его щеке благодарный поцелуй и покинула комнату, прежде чем он успел ответить ей отказом.
И лишь вернувшись из посольства в приют, она услышала известие, которое явилось для нее самым тяжелым ударом за всю войну.
Вскоре после трех часов пополудни американский военный самолет «С-5А» поднялся в воздух. Он был до предела нагружен сиротами, которым предстояло обрести новых родителей в Штатах. Рейс организовала Розмари Тейлор, молодая австралийка, распорядительница бюро усыновления, к которой Серена и Майк питали глубочайшее уважение.
На борту лайнера находились 243 ребенка и сопровождающие, которые должны были заботиться о них в течение долгого путешествия. Через несколько минут после взлета разгерметизировался кормовой багажный люк, и самолет начал терять высоту. Перевалив через реку Сайгон, он рухнул на рисовые поля и переломился надвое. Хвостовую часть фюзеляжа охватил пожар, а носовой отсек вспахивал землю еще с четверть мили.
Погибли сто тридцать пять человек, в том числе семьдесят восемь детей.
– Господи, мне страшно даже подумать об этом! – всхлипнула Серена, выслушав Габриэль.
Габриэль обняла подругу, успокаивая ее. Лицо француженки стало серым. На борту «С-5А» вполне могли бы оказаться питомцы «Кейтонг». Среди них могли бы быть Кайли и крошка Гэвин.
Миновало уже почти три недели, с тех пор как Майк и Льюис пустились в путешествие к Дельте на реквизированном армейском грузовике. Если не считать Серены и Габриэль, никто из тех, кто знал об экспедиции, не верил, что когда-либо увидит Майка и Льюиса вновь. По мере того как подходила к концу первая неделя апреля, а вокруг Сайгона затягивалась петля войск Ханоя, Габриэль с Сереной начинали терять надежду.
– Даже если им удалось пробраться в Ваньбинь, как они сумеют избежать встречи с коммунистами на обратном пути? – с отчаянием спросила однажды Габриэль. – Это невозможно!
– Обязательно сумеют! – с жаром отозвалась Серена. – Если Майк погибнет, умру и я. Без него мне и жить незачем.
Габриэль ничего не сказала. Она отправилась в ближайший католический храм и впервые за долгие годы помолилась.
Утром 8 апреля едва ли не каждый в Сайгоне решил, что финал близок. Прилетевший с юга истребитель-бомбардировщик сбросил свой груз на Президентский дворец и гигантские емкости с топливом, расположенные к западу от города. Услышав ответный огонь зенитных орудий, Габриэль и Серена выскочили из приюта на улицу, уверенные, что вот-вот начнется полномасштабное наступление. Но они увидели лишь одинокий самолет, который круто взмыл в небо и удалился от города, а также пробиравшийся к ним потрепанный грузовик с большими красными крестами на крыше и боках кабины.
– Это Майк! – пронзительно вскрикнула Серена. – Святой Боже! Это Майк! – Она ринулась бежать по улице, и машина, кашлянув, остановилась. Майк выскочил из кабины, хмурый и усталый. Густая длинная борода делала его почти неузнаваемым. Серена бросилась ему на шею. – Я думала, ты погиб, – всхлипнула она и обняла Майка так крепко, что едва не повалила его на тротуар. – Никогда больше не делай этого со мной! Никогда!
Кроме Льюиса и казавшейся совершенно невозмутимой Там, в грузовике оказались еще тринадцать детей. Все они были измучены жаждой и голодом и утомлены до такой степени, что едва волочили ноги.
– Ведите детей в помещение, – сказала Габриэль, обнимая Льюиса и Там. Она чувствовала такое облегчение, что не знала, плакать ей или смеяться.
– Мы отправляемся на рейсовом самолете, – объявил Льюис Майку вечером того же дня. – Я заглянул в посольство и получил разрешение на выезд Там. Теперь, хвала Всевышнему, правила стали более гибкими.
Майк ничего не ответил, но ему было трудно отделаться от насмешливой мысли: не оттого ли правила «стали более гибкими», что Льюис окончил Вест-Пойнт, побывал в плену, а теперь занимал пост советника американского посольства в Лондоне?
На следующее утро он повез Льюиса и Там на американскую базу. Дорога была до такой степени запружена автомобилями бегущих из города состоятельных вьетнамцев, что недолгий в обычных условиях путь занял почти два часа.
– Ты уверен, что для вас зарезервированы места? – с тревогой спросил он Льюиса. – Каждый из этих людей готов заплатить тысячи долларов, лишь бы вырваться из Сайгона.
– Не беспокойся, – ответил Льюис, обнимая Там за плечи. – Я сделал все необходимое, и теперь ничто не помешает нам улететь в Штаты и навсегда забыть о Вьетнаме.
Во время изнурительного путешествия из Ваньбинь Майк обмолвился с Там лишь несколькими словами, но он отлично разбирался в людях и не волновался за нее. Поначалу Америка покажется ей совершенно чужой страной, но Там – девушка незаурядная, она не позволит обстоятельствам сбить себя с толку. Было очевидно, что Льюис для нее – небеса, солнце и звезды. Учитывая, что Эббра была обвенчана со Скоттом, добиться развода не составит труда, и уже через несколько месяцев, а то и недель Там превратится в миссис Льюис Эллис. Майк подумал, что, когда это произойдет, Там станет такой женой, о которой любой мужчина может только мечтать.
Приближаясь к воротам аэропорта, они увидели проволочные заграждения. Многочисленные полицейские останавливали прибывающие автомобили и, как решил Майк, вымогали взятки. Однако когда Льюис показал документ, выданный в посольстве, их пропустили без задержки. Наконец они добрались до здания аэропорта. Невзирая на огромные очереди и давку у стоек регистрации, пропуск Льюиса дал им возможность выйти прямо к галерее вылета.
– Уж не знаю, что написано в этой бумаге, но я не отказался бы иметь такую же, – с почтением произнес Майк.
Настало время прощаться. За время поездки в Ваньбинь и возвращения в Сайгон между ними установились отношения истинной дружбы и взаимного уважения, и Льюис с Майком обменялись горячими рукопожатиями, похлопав друг друга по спинам.
– Присмотри за тем, чтобы Серена и крошка Гэвин благополучно выбрались отсюда, – с нажимом сказал Льюис. – Осталось не так много времени, Майк. Может, всего несколько дней.
– Знаю. – Майк в последний раз крепко стиснул руку Льюиса, чмокнул Там в щеку и отступил назад, а они повернулись и зашагали по галерее к поджидавшему их самолету.
Выполнению программы по усыновлению детей из приюта «Кейтонг» немало способствовало решение австралийского правительства принять неограниченное количество маленьких вьетнамцев при условии, что их приемными родителями станут австралийцы. Страна предоставила детям свои самолеты. Лайнеры «Эр Франс» и «Пан-Ам» продолжали вывозить детей, направляющихся к своим новым семьям в Европе и Америке. Дни Майка и Серены были наполнены хлопотами по уходу за детьми и оформлению виз и проездных документов для тех малышей, которые были готовы покинуть Вьетнам. Они подыскивали сопровождающих и вывозили детей на американскую военную базу.
17 апреля посольства Серены и Майка официально предупредили их о необходимости приготовиться к отъезду, пока продолжают летать коммерческие рейсы.
– Я никуда не поеду, пока сохраняется хотя бы малейшая возможность отправлять отсюда детей! – с жаром заявила Серена.
– А как же Чинь? – спросила Габриэль. – Она знает, что ей делать?
Сотрудник американского посольства, с которым беседовала Серена, согласился обеспечить отъезд Кайли, Чинь и ее сестры, когда будет объявлена окончательная эвакуация. Для этого по городу должны были курсировать автобусы, подбирая американцев и вьетнамцев в условленных местах, и доставлять их на вертолетные площадки. Оттуда их перевезут на американские корабли, стоящие на рейде. Серена кивнула:
– Да. Она получила все необходимые документы и адрес, куда должна явиться сразу после того, как по американским армейским радиоканалам будет передан сигнал к эвакуации.
– Что же это за сигнал? – с любопытством спросила Габриэль. Сигнал до сих пор держался в секрете, но она знала: Льюис сообщил его Серене и Майку.
– Когда настанет решительный момент и северовьетнамцы подступят к Сайгону на расстояние часа пути, военные рации начнут каждые пятнадцать минут транслировать сообщение: «Температура воздуха в Сайгоне сто пять градусов и продолжает расти». Вслед за сообщением будут передавать песню Бинга Кросби «Белое Рождество».
Габриэль рассмеялась:
– В Сайгоне не бывает снежного Рождества, cherie! Тем более в апреле!
24 апреля в Америку отправились последние дети, которым Серена и Майк сумели найти приемных родителей. Серена сама отвезла их в аэропорт. «Радио Ханоя» объявило, что все вьетнамцы, причастные к вывозу сирот за границу, будут считаться военными преступниками. Майк расспросил сотрудников приюта, не хотят ли они покинуть страну. Те, кто изъявил желание уехать, были включены в официальные списки лиц, которым предстояло сопровождать отбывающих детей.
Они вылетали последним рейсом компании «Пан-Ам» из Сайгона. Несложная задача провести детей через пограничный контроль в зону вылета превратилась в настоящий кошмар. Зал был забит охваченными паникой людьми, тщетно умолявшими продать им билет, и даже те, кто его имел, продирались сквозь толпу, опасаясь, что в любой момент у них выхватят из рук билет и не позволят подняться на борт самолета.
Серена держалась с великолепным британским хладнокровием. В большинстве своем люди, ломившиеся в галерею вылета, были вьетнамцами, имевшими французское подданство и французские паспорта. Это были счастливчики. Избранные.
В ту минуту, когда Серена прощалась с детьми и вьетнамками, которые отправлялись с ними сопровождающими, над летным полем низко промчались несколько истребителей, обстреливая аэропорт.
– Что случилось?! – сквозь слезы воскликнула одна из вьетнамок, вцепившись в руку Серены. – Мы не смажем вылететь? Наш самолет разбомбят?
Сквозь грохот артиллерийской и минометной стрельбы Серена заверила ее, что самолет отправится в путь без всяких приключений.
Минуты спустя, как только исчезли истребители, в динамиках раздался голос, приглашавший пассажиров занять места в самолете.
Серена смотрела им вслед, чувствуя, как неистово колотится ее сердце. Но истребители больше не появлялись. Огромный лайнер пробежал по взлетной полосе и плавно взмыл в воздух, унося на борту последних сирот, которым удалось найти приемных родителей. У них по крайней мере есть будущее. Они станут членами семей, которые будут любить и лелеять их. Война уже не будет калечить их жизни. Серена отвернулась, внезапно ощутив такую усталость, что едва устояла на ногах. Не замечая ничего вокруг, она проехала по запруженным беженцами улицам, направляясь к «Континенталю». Оказавшись в номере, который уже много лет служил ей домом, она, даже не сняв одежды, свернулась калачиком на постели и через несколько секунд забылась сном.
Через два дня, 26 апреля, было официально объявлено, что пост президента Южного Вьетнама займет генерал Ван Минь. К этому времени в Сайгоне почти не осталось иностранцев. Британский посол уехал, новозеландское представительство опустело и словно вымерло; даже подавляющее большинство журналистов покинули страну.
Избавившись от хлопот по получению необходимых документов и мест в самолете для детей, которые обрели новые семьи, Майк проводил все свое время в попытках облегчить страдания больных и измученных тяготами военного времени беженцев, которые по-прежнему устремлялись в город.
Весь следующий день Серена не разлучалась с Чинь. Она уже позвонила Эббре, подробно описала ей ситуацию и попросила встретить Чинь, Май и Кайли, когда те прибудут в Штаты. Эббра с готовностью согласилась и, в свою очередь, сообщила, что они со Скоттом и Санем вновь живут вместе единой семьей. При этом ее голос буквально звенел от счастья. Серена втолковала Чинь, кто такая Эббра и как с ней связаться в случае непредвиденных затруднений.
– Вот фотографии Эббры, – сказала она, протягивая Чинь пачку снимков Эббры, Скотта и Саня.
Чинь бросила взгляд на карточки и вновь подняла глаза на Серену:
– Ее мальчик – он вьетнамец?
– Да, Эббра и Скотт усыновили его. Я уверена, он будет рад гостям из Вьетнама. Кайли подружится с ним так же быстро, как подружилась с крошкой Гэвином.
– Теперь Гэвин не такой уж и крошка, – заметила Чинь с улыбкой, столь редко появлявшейся на ее лице. – Госпоже Райан скоро придется придумать другое имя, чтобы не путать ребенка с отцом.
Как ни старались Серена и Габриэль уговорить вьетнамку звать их по именам, Чинь неизменно отвечала отказом.
– Возможно, сегодня мы в последний раз видимся на вьетнамской земле, – внезапно становясь серьезной, произнесла Серена и поднялась, собираясь уходить. – Завтра Большого Миня введут в должность президента, и мне кажется, что, как только это произойдет, развязка не заставит себя долго ждать.
– Но я встречусь с вами в Америке? – В темных глазах Чинь промелькнуло беспокойство. Останься Кайл в живых, Америка не внушала бы ей опасений. Но Кайл погиб, и теперь Штаты казались ей пугающе чужой страной.
– Да, – уверенно отозвалась Серена. – Я навещу вас в Штатах. Хао, Чинь.
– Хао, Серена, – чуть застенчиво произнесла Чинь. Серена улыбнулась. Наконец-то по прошествии столь долгого времени – пожалуй, даже слишком долгого – ей удалось пробить стену недоверия Чинь и заручиться ее дружбой. Кайл был бы доволен.
На следующий день небо было серым и зловещим, плотные тучи сулили первый в эту весну муссон. Инаугурация генерала Миня началась в пять часов. Церемонию показывали по телевизору, и Серена с Майком и Габриэль смотрели ее в номере Серены в «Континентале».
Как только генерал заговорил, небеса разверзлись и на крыши и тротуары города хлынул ливень.
– Положение крайне серьезное, – говорил Минь, с трудом слыша собственные слова сквозь шум грозы. – Я считаю своим долгом прекратить огонь и установить мир на основе Парижских соглашений...
Над отелем сверкали молнии, вслед за которыми раздавались долгие раскаты грома. Одновременно доносились другие грохочущие звуки. Серена с опаской посмотрела на Майка.
– Что это? Артиллерийские разрывы? – спросила она.
Майк покачал головой и торопливо подошел к окну, более не прислушиваясь к словам человека, ставшего отныне президентом Южного Вьетнама.
– Да, и еще самолеты. Кажется, их цель – база Тансонхат...
Майк не успел закончить фразу, когда они услышали близкие звуки стрельбы, доносившиеся со стороны Президентского дворца. Майк отпрянул от окна и коротко скомандовал:
– Ложитесь! Истребители движутся в нашем направлении, стреляя на лету!
С улицы донеслись крики, и все трое повалились на пол, оглушенные очередями зениток.
Как только налет закончился, Серена бросилась к телефону и набрала номер Чинь. Никто не ответил.
– Ядолжна ехать к ней, должна убедиться, что у нее все в порядке! – неистово воскликнула она.
Майк подошел к Серене и забрал у нее телефонную трубку.
– Ни в коем случае, – твердо сказал он. – На улицах небезопасно, до сих пор продолжается обстрел. Чинь прекрасно знает, что ей делать. У нее есть радиоприемник, все документы при ней, она упаковала сумки. Ехать к ней бесполезно.
Серена прильнула к Майку, понимая, что он прав, и надеясь, что теперь, когда город оказался в безвыходном положении, развязка наступит быстро.
Эту ночь Майк провел вместе с Сереной и Габриэль в их гостиничном номере. Никто из них не сомкнул глаз. База Тансонхат подвергалась непрерывным бомбежкам. Ночной небосклон освещали огни ракет, и когда наконец пришел рассвет, Серена и Майк поняли, что наступающий день окажется последним их днем в Сайгоне.
Пока артиллерийские снаряды взрывались в предместьях города, Майк торопливо пробрался по вымершим улицам в приют. Здесь уже не осталось детей, поскольку «Кей-тонг» не принимал новичков с тех пор, когда отправили в Штаты последнюю партию сирот. Майк вошел в контору и принялся разбирать бумаги, откладывая самые важные и уничтожая второстепенные. Потом он быстро собрал в небольшую сумку личные вещи и отправился обратно в «Континенталь».
Как только Майк появился в номере, Серена сказала ему:
– Передали сигнал к эвакуации. Его повторяют каждые четверть часа. Слушай.
Она повернула ручку приемника, прибавив громкость. Играла музыка. Через несколько минут она утихла и спокойный, невозмутимый голос объявил: «Температура воздуха сто пять градусов и продолжает расти», – после чего послышался мягкий приятный голос Бинга Кросби: «Мне снится белое Рождество...»
– Все кончено, – сказал Майк. – Пора в путь. – Он повернулся к Габриэль: – Вы уверены, что правильно поступаете, задерживаясь в городе?
– Oui, – ответила та, широко улыбаясь. – Через несколько часов Гэвин может появиться в Сайгоне. Надеюсь, он уже сейчас входит вместе с армией в предместья города. Сейчас ничто на свете не заставит меня покинуть Сайгон.
Глядя на нее, такую миниатюрную и такую трогательно-отважную, Майк почувствовал, как у него сжимается горло.
– Давно ли вас разлучили с Гэвином, Габриэль? – спросил он. – Сколько лет прошло?
Габриэль посмотрела на него горящими глазами.
– Neuf Noels, – охрипшим голосом отозвалась она. – Девять Рождеств. – Она перевела взгляд на сына, который глазел на улицу, с восторженным нетерпением рассматривая площадь. – Нам пора ненадолго сказать друг другу au'voir, милый, – ласково произнесла Габриэль. – Не отходи от Майка и Серены ни на шаг. Крепко держи руку Серены и не отпускай, обещаешь?
Гэвин кивнул. Уже несколько дней он подолгу упрашивал мать разрешить ему остаться с ней, но его надежды были напрасны. Габриэль была непреклонна в своем решении отправить его вместе с Сереной и Майком. И теперь, понимая, что дальнейшие уговоры бесполезны, и с нетерпением дожидаясь обещанного полета на вертолете от крыши посольства до палубы корабля 7-го флота США, он лишь сказал:
– Обещаю, maman. – И, словно в раннем детстве, подбежал к ней и крепко обнял со словами: – Я люблю тебя!
– Я тоже тебя люблю, милый. – Габриэль с трудом сдерживала подступившие слезы. – Au'voir, береги себя.
Улицы, все утро казавшиеся вымершими, внезапно пробудились к жизни. По дорогам мчались автобусы, частные автомобили и такси – это оставшиеся в Сайгоне американцы, получив сигнал, бросились к заранее условленным сборным пунктам.
В ту же минуту жители Сайгона, покинув свои убежища, словно лемминги, кинулись к американскому посольству в последней отчаянной попытке попасть на вертолет и покинуть обреченный город.
Майку, Серене и Гэвину не требовался транспорт, чтобы добраться до посольства. Оно располагалось всего в нескольких кварталах от отеля. Взяв сумки и ручную кладь, они торопливо прошагали по улице Тюдо, минуя двуглавое здание кафедрального собора из красного кирпича, и вышли на бульвар, где находилось посольство.
Бросив взгляд на отчаявшихся вьетнамцев, осаждавших ворота и стены, Майк мрачно произнес:
– Нам ни за что не пробраться внутрь. Во всяком случае, через этот вход.
Поверх стен высотой в девять футов была натянута колючая проволока, за которой виднелись морские пехотинцы с автоматами на изготовку. Они следили за тем, чтобы никто не перебрался поверх колючки и не перепрыгнул стену со столба уличного освещения.
– Что будем делать? – крикнула Серена, крепко стискивая руку крошки Гэвина. – Может, попробуем пройти через боковые ворота?
Майк кивнул, и они начали протискиваться сквозь толпу испуганных людей. Многие из них обращались к пехотинцам со страстными речами, размахивая клочками бумаги, крича, что работали на американцев и их обещали эвакуировать. Северовьетнамцы расстреляют их за лояльность американцам. Но пехотинцы были глухи к мольбам. Серена заметила, как один из солдат ударил башмаком в лицо юного вьетнамца, сумевшего взобраться на стену, а другой с силой лупил прикладом по пальцам, отчаянно цеплявшимся за ее край.
Пока они пробирались к боковым воротам, кто-то выхватил сумку из рук Серены. Она была лишь рада тому, что ее избавили от лишнего груза. В сумке не было ничего ценного, а без нее Серене было легче следовать за Майком.
Пехотинец, стоявший у ворот, высмотрел их в толпе и крикнул:
– Пробирайтесь в первые ряды! Я впущу вас! Легко сказать, да трудно сделать. При одной мысли о том, что счастливчиков американцев пустят в безопасное место, а их оставят снаружи, люди пришли в неистовство. Серена почувствовала, как на нее градом посыпались удары, а Майк буквально продирался сквозь толпу, прокладывая путь.
– Гэвин! – крикнула Серена. – Пусть первым войдет Гэвин!
Майк поднял мальчика и посадил на плечо. Пехотинец перегнулся, схватил Гэвина за руки и потянул кверху. После этого Майк подал солдату свою сумку, а затем вещи Гэвина.
– У меня есть паспорт! У меня есть паспорт! – пронзительно крикнула вьетнамка, обращаясь к Серене. – Скажите им, пусть меня тоже возьмут! Скажите, что мои муж и сын работали на американцев! Сейчас они оба в Бангкоке! Я не могу оставаться здесь одна! Попросите их, мадам! Скажите им!
– Я чуть-чуть приоткрою ворота! – крикнул пехотинец Майку. – Постарайтесь как можно быстрее проскользнуть внутрь! Другой возможности не будет!
Ворота чуть раздвинулись, и Серена почувствовала, как под напором толпы из ее легких улетучиваются последние глотки воздуха. Майк протиснул ее перед собой, и, как только толпа хлынула вперед, Серена буквально влетела на территорию посольства.
– Там женщина с паспортом! Ее сын и муж работали на американцев! Вы обязаны впустить ее! – крикнула она пехотинцу. Но было уже поздно. Пока Майк переводил дух, солдаты захлопнули ворота за его спиной, не обращая внимания на руки, отчаянно цеплявшиеся за решетку.
– Господи! Я даже не могла представить себе такой кошмар, – всхлипнула Серена, крепко обнимая испуганного Гэвина. – Несчастные! Что их ждет? Я была уверена, что всем, кто работал на американцев, обещан безопасный выезд.
– Так и планировалось, но получилось иначе, – сказал Майк, обнимая Серену за плечо и поднимая свою сумку и сумку Гэвина. – Время вышло. База Тансонхат блокирована, оттуда невозможно проводить эвакуацию. Это мероприятие нужно было начинать несколько недель назад, не откладывая на последний день.
Территория посольства была заполнена американцами, гражданами других стран, такими, как Майк и Серена, и высокопоставленными вьетнамцами. Посадочная площадка на автостоянке была расчищена, чтобы на нее могли опускаться вертолеты, но до сих пор не прибыл ни один.
– Здесь больше двух тысяч людей, – заметил Майк, вытирая со лба крупные горошины пота. – Сколько помещается в «Хью»? Четырнадцать человек? Шестнадцать?
Было ясно, что вылета ждать придется долго, и они протиснулись сквозь толпу, намереваясь отыскать свободное место, где можно было усесться.
Едва Серена подумала, что совершила ошибку, не захватив в собой пищи и воды, как ее внимание привлекли слова стоявшего рядом американца:
– Подумать только, я ведь мог остаться в городе! Мне велели явиться на сборный пункт Нюнгок, но потом сказали, что забирать оттуда не будут и чтобы мы сами шли сюда. Если бы за нами не прислали автобус, мы бы ни за что не пробрались в посольство. Вы только посмотрите, какой кошмар творится снаружи!
Серена рывком повернулась к нему.
– Улица Нюнгок? Вы сказали, Нюнгок?
Американец кивнул, и Серену охватила паника.
– Скажите, с вами были вьетнамцы? С вами в автобусе ехали вьетнамцы?
Американец покачал головой.
– Насколько я помню, там не было ни одного вьетнамца. Да и откуда, черт побери, им было взяться? Тот сборный пункт предназначался только для американских граждан.
Серена знала об этом. Но служащий посольства заверил ее, что с такими документами, как у Чинь, у нее не будет никаких затруднений. И если бы туда прислали вертолет, все было бы в порядке. Но смогут ли Чинь, Май и Кайли пробраться в посольство? Серена вспомнила отчаявшихся вьетнамцев, которые размахивали паспортами, письмами и листками каких-то документов в надежде, что все-таки смогут бежать из страны.
Она повернулась к Майку и взяла его за руку.
– Ты слышал? Чинь не на что рассчитывать. Я уверена, она не сумеет добраться сюда!
Майк обвел глазами толпу, собравшуюся в посольском городке. Высматривать в ней Чинь, Май и Кайли было бессмысленно. Поиски могут затянуться, и если их здесь не окажется, будет слишком поздно искать их снаружи.
– Я выйду за ворота и попробую найти их, – коротко бросил он. – Чинь вполне могла отчаяться и вернуться домой либо отправиться к Габриэль в «Континенталь».
– О Господи! – охрипшим голосом воскликнула Серена. – Будь осторожен, Майк! Будь осторожен!
Майк прижался к ее губам долгим крепким поцелуем и, не говоря более ни слова, повернулся и бросился к ближайшему выходу, подумав о том, что в это мгновение он – единственный человек в Сайгоне, который стремится покинуть американское посольство.
Следующие несколько часов были самыми длинными в жизни Серены. В пять вечера прибыли первые вертолеты, и морские пехотинцы принялись наводить в двухтысячной толпе некое подобие порядка.
Майк не вернулся к сумеркам, и британское хладнокровие быстро начало покидать Серену. Они с Гэвином вновь и вновь обходили территорию, но так и не встретили Чинь, Май и Кайли.
Шум за воротами неимоверно усилился, смешиваясь со звуками мощных взрывов в городских предместьях.
– Им не удастся вывезти нас всех до того, как город будет взят, – негромко сказала Серене элегантно одетая американка. – На вашем месте я бы заняла очередь, иначе вас и вашего мальчика могут оставить здесь.
Серена была готова остаться, но не могла рисковать жизнью Гэвина. Она нехотя встала в очередь, медленно продвигавшуюся к ступеням лестницы, ведущей на крышу.
Около восьми часов напротив посольства раздался громкий взрыв. Кто-то сказал, что это ручная граната, кто-то утверждал, будто в бензобак машины бросили горящую спичку. Никто не знал наверняка.
К этому времени Серена и Гэвин приблизились к верхней площадке шестого лестничного пролета, и она поняла, что вот-вот окажется на борту вертолета и помчится над Южно-Китайским морем, не ведая, где сейчас Майк и что с ним стряслось.
Она наклонилась так, что ее лицо оказалось вровень с глазами Гэвина.
– Слушай внимательно, милый. Я иду вниз искать Майка. Что бы ни случилось, не уходи отсюда. Держись очереди, и если придет время садиться в вертолет, а я не вернусь, садись сам. Понял?
Гэвин кивнул. Несмотря на то что ему исполнилось только девять лет, он обладал здравым смыслом, присущим его матери, и Серена знала, что может на него положиться.
– Вот твои бумаги, – продолжала она, вкладывая во внутренний карман куртки Гэвина паспорт и проездные документы. – Береги их как зеницу ока. – Она прикоснулась губами ко лбу мальчика. – Мы скоро увидимся – здесь либо на борту американского корабля, далеко в море.
Гэвин улыбнулся. Он не боялся остаться один. От этого приключение казалось еще более захватывающим. Он с нетерпением дожидался посадки в вертолет и полета в ночи.
Серена спустилась по лестнице и вышла во двор. Убедившись, что там нет ни Майка, ни Чинь, она протиснулась к центральным воротам. Теперь стены охраняло еще больше пехотинцев, а от доносившихся снаружи умоляющих криков закладывало уши.
– Вы не видели здесь новозеландца? – спросила Серена у солдата, стоявшего ближе всех. – Крупного, широкоплечего мужчину?
Толпа за стенами не на шутку разгорячилась, и пехотинец, не отрывая от нее взгляда, лишь покачал головой.
В темно-пурпурном небе раздавался шум вертолетных лопастей, заглушаемый грохотом артиллерийской и минометной стрельбы. Серена пыталась угадать, сколько еще людей ждут эвакуации, сколько еще рейсов удастся сделать и сколько человек останется в городе, после того как отправится последняя машина.
Внезапно, обводя взглядом лица людей, заполонивших улицу за решеткой ворот, она увидела мелькнувшего Майка.
– Это он! – крикнула Серена пехотинцу. – Вы видите его? Он один или с ним есть еще кто-нибудь?
Ее пальцы отыскали свободное место на прутьях решетки среди множества прочих цеплявшихся за нее рук.
– Майк! – во весь голос закричала она. – Майк!
Майк услышал ее. Он нес на руках Кайли, рядом с ним шагала Чинь, но Май не было видно.
Пехотинцы что-то кричали Майку и, наклоняясь, насколько могли решиться, отпихивали толпу автоматными прикладами, расчищая ему путь. Серена увидела Майка у самой решетки, увидела испуганное лицо Чинь, и за секунду до того, как перед ними распахнулись ворота, толпа набросилась на Майка. Какой-то юнец замахнулся бейсбольной битой и обрушил ее на голову новозеландца. Он пошатнулся, уронил девочку и упал.
Серена крикнула, чтобы пехотинцы открыли ворота, чтобы она могла добраться до Майка, но солдаты смотрели прямо перед собой, не спуская глаз с толпы. Чинь, всхлипывая, подняла Кайли.
Серена вцепилась в стоявшего рядом человека, не разбирая, мужчина это или женщина, вьетнамец или американец.
– Поднимите меня! – завизжала она. – Ради всего святого, поднимите меня!
Тот, к кому обращалась Серена, внял ее просьбе, и сильные руки подкинули ее высоко в воздух. Отсюда она не видела Майка, но видела Чинь и Кайли.
– Давай сюда девочку, Чинь! – кричала она.
Уголком глаза она заметила, что бесчувственного Майка уже подтаскивают к стене под прицелом двух автоматов. Теперь ему ничто не угрожало, и Серене оставалось лишь позаботиться о Кайли и Чинь. Чинь уже протягивала ей девочку.
Малышка визжала от страха, но Серене удалось ухватить ее. С силой, которой она в себе даже не подозревала, она подняла Кайли над воротами и опустила ее по свою сторону стены. Всхлипывая от облегчения, она повернулась, ловя протянутые кверху руки Чинь. Их пальцы соприкоснулись и сцепились намертво. Женщин начали забрасывать камнями, и один из них угодил в левый висок Серены. Серена вскрикнула от боли, но не выпустила пальцев Чинь. Пехотинец протянул руку и уже начал втаскивать девушку на стену, когда какой-то вьетнамец, долгие часы умолявший солдат впустить его, выхватил пистолет и выстрелил в голову несчастной.
По рукам Серены побежала кровь. Осколки черепа Чинь разметались по сторонам. Она повалилась навзничь, и толпа сомкнулась над ней, охваченная жаждой крови. Американской крови.
Человек, державший Серену, устало опустил ее на землю.
– Прошу прощения, леди, – смущенно произнес он, протягивая ей носовой платок.
Серена приложила платок к рассеченному лицу и только теперь в первый раз посмотрела на соседа. Это был рослый грузный австралиец, похожий на строителя.
– Да... – растерянно промолвила она и сразу добавила: – Спасибо вам.
Она наклонилась, обняла Кайли за плечи и прижала к себе, гадая, понимает ли девочка, что произошло.
– Нам пора, – раздался совсем рядом дорогой и любимый голос.
Серена подняла глаза. Майк, покачиваясь, стоял рядом с ней. Его лицо было пепельно-серым.
– Да. – Серена выпрямилась, по-прежнему придерживая Кайли за плечи. – А где Май? – спросила она. – Разве она не с тобой?
Майк покачал головой.
– Она передумала в последнюю минуту. Чинь и Кайли отправились на сборный пункт без нее.
От крыши здания оторвался вертолет. Он прошел над садом французского посольства, примыкавшего к американскому, и, набирая высоту, полетел на восток.
– Нам пора, – повторил Майк и пошел к очереди, ведущей на крышу. У него было тяжело на сердце, в глазах застыла печаль.
Им удалось вылететь лишь в начале третьего утра. Когда они наконец заняли места в кабине вертолета, а Кайли, которую Майк бережно держал на коленях, прекратила плакать и лишь чуть слышно лепетала что-то, Серена бросила взгляд на город, раскинувшийся внизу. Дороги, ведущие в Сайгон, были залиты огнями. Это были фары грузовиков северовьетнамской армии. Возможно, на одном из них ехал Гэвин Райан. Возможно, через несколько часов они с Габриэль наконец вновь обретут друг друга. Серене оставалось лишь надеяться на это. Надеяться, что предсмертная агония Сайгона хотя бы кому-нибудь принесет счастье.
Серена протянула руку и легонько прикоснулась к волосам Кайли. Разумеется, она удочерит девочку. Она гадала, что сказал бы Кайл, сумей он заглянуть в такое будущее. Серена была уверена в одном: Кайлу всегда нравился Бедингхэм. Он был бы рад узнать, что его дочь вырастет в Бедингхэме.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет



ну такая дребедень.... Такую чуш я ещё действительно не читала... Да ещё и 2 книги... Чуш полная
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретРимма
16.08.2012, 17.25





не дребедень,не чушь,а очень даже не плохая книга.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргаретсвета
27.08.2012, 3.05





у вас римма просто не ни капли романтики, а роман очень даже ничего!!!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргареттатьяна
1.10.2012, 11.56





Какая то узкоглазая фигня! Все американцы влюбляются во вьетнамок. И еще... Война войной, а ТРАХ по расписанию
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретЛили
11.02.2014, 16.12





Роман (обе книги) потрясающий!!! Захватывает,читается на одном дыхании! Советую! Римма,попробуйте почитать сказку "Золушка" и слово чушь пишется с "ь" знаком.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретEdit
4.03.2014, 23.07





Роман очень понравился. Интересный сюжет. 10 из 10.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретДарья
5.09.2014, 8.05





Роман интересный, в нём есть смысл, читается легко,10/10
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргареттатьяна
24.11.2014, 1.40





Роман интересный, в нём есть смысл, читается легко,10/10
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргареттатьяна
24.11.2014, 1.40





сильно...очень сильно...рекомендую тем, кто хочет прочитать то, что тронет душу и заставит плакать...много трогательных моментов... Книга не похожа на обычный дамский любовный роман... Но это стоит прочитать...
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретСветлана
12.08.2015, 9.41





девушки, извините, что засоряю комментарии. Совсем недавно, на главной странице, одна читательница писала об одной книге: героиня, отца которой подозревают в серии краж богатых домов(вор оставлял отрывки из шекспира), устроилась в дом к своим родственникам. Дело вел гг, о работе которого никто не знал, ведь он из высшего общества. Помогите пожалуйста найти эту книгу.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргаретсоня с.
12.08.2015, 12.50





Соне С. Это роман "Покоренное сердце" Смит Барбара Доусон. Приятного чтения!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретРоза
12.08.2015, 13.41





Это полноценный роман!Без надоевших розовых соплей!Местами много жестокости-но ведь это война...Читала до глубокой ночи.Всё в духе Памбертон-а у неё плохих вещей просто не бывает!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретЕва
13.08.2015, 9.25





Это полноценный роман!Без надоевших розовых соплей!Местами много жестокости-но ведь это война...Читала до глубокой ночи.Всё в духе Памбертон-а у неё плохих вещей просто не бывает!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретЕва
13.08.2015, 9.25





Отличное произведение.История жизни с добрым и вечным чувством-любовью.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргаретирина
1.09.2015, 12.26





Очень завараживающая книга. Об этих трёх девушках не только книги нужно писать но и фильмы снимать!!!!! За их силу воли и любовь за которую они боролись и шли на все!!!!!!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретВалентина
2.11.2015, 8.24





Весьма неплохо.. Конечно, чересчур затянуто.. и временами нудновастенько.. но добила обе книги. Любителям не банальных историй и подробных описаний военных действий советую ... Всем остальным в любом случае, книга запомнится.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретКристина
8.04.2016, 2.49





Весьма неплохо.. Конечно, чересчур затянуто.. и временами нудновастенько.. но добила обе книги. Любителям не банальных историй и подробных описаний военных действий советую ... Всем остальным в любом случае, книга запомнится.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретКристина
8.04.2016, 2.49





Такой захватывающий роман,начало непонятное а дальше просто не оторваться так затянуло так испереживалась за героев,что до последнего не верила в счастливый конец но слава богу хэппи энд есть.....суперский роман,всем советую 10+++
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретСоня
27.04.2016, 18.24





Для тех кто любит подобные романы советую просмотреть и прочитать ПИСЬМА ИЗ САЙГОНА Даниэлы Стил.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретНаталья 66
4.05.2016, 5.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100