Читать онлайн Белое Рождество Книга 2, автора - Пембертон Маргарет, Раздел - Глава 36 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.91 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пембертон Маргарет

Белое Рождество Книга 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 36

Несмотря на то, что Скотт говорил, будто именно Эббра должна выбрать – Льюис или он, – Эббра понимала: в глубине души Скотт был уверен, что решать, в сущности, нечего. Их совместная жизнь давала Эббре то, чего не мог ей дать Льюис. Они считали себя мужем и женой два с половиной года, а усыновив Саня, стали не просто супружеской парой, но настоящей семьей.
Новый острый приступ боли пронзил Эббру. Саню придется остаться со Скоттом. Усыновление скорее всего будет признано незаконным, и Скотт превратится в единственного опекуна мальчика. Эббра потеряла не только Скотта, но и малыша, который стал ей сыном.
Четыре следующих дня Эббра прилагала нечеловеческие усилия, чтобы справиться со своим горем и помочь Льюису освоиться с непривычным для него положением свободного человека, беззаботного туриста. Они взяли напрокат лошадей в Уайт-Уолфе и неторопливой рысцой катались по глухим тропинкам округа Хай-Сьерра. Они ловили форель и ездили на машине в Гласье-Пойнт.
Когда подошло время уезжать из отеля и возвращаться в госпиталь, Льюисом овладело раздражение.
– Каждый раз одни и те же вопросы. Какую информацию хотели получить от меня вьетнамцы? Какими сведениями они уже владели? Господи, этому не будет конца!
– Осталось недолго, – возразила Эббра, понимая, что теперь, когда вот-вот завершатся предварительные опросы и медицинское освидетельствование, начнутся настоящие трудности.
Они не смогут жить в Калифорнии. Эббре была невыносима сама мысль о том, что Скотт и Сань находятся лишь на расстоянии автомобильной поездки от нее. Вдобавок, когда Льюиса выпишут из госпиталя, он уже не будет огражден от любопытства окружающих, которых интересует не столько сам офицер Эллис как военнопленный, выпущенный вьетнамцами в целях пропаганды, сколько ошибочные известия о его гибели и последовавший за ними брак его жены с младшим братом, знаменитым футболистом.
– Ты сошла с ума! Я не верю тебе! И никогда не поверю! – кричал по телефону Скотт. – Господи Боже мой! Я так и знал, что тебе нельзя самой рассказывать ему об этом!
– Мое решение никак не связано с этим, – ответила Эббра, сжимая трубку с такой силой, что побелели костяшки пальцев. – Все дело в том, что иного решения не существует. Если бы ты знал, какие он перенес страдания...
– Господи, я от всей души сочувствую Льюису, но это не значит, что ты обязана к нему вернуться! Ведь ты давно его не любишь... Ты ведь его не любишь?
Эббра знала, что Скотт обязательно задаст этот вопрос.
– Я все еще люблю его... – заговорила она ровным тоном.
– Это не ответ, – безжалостно перебил Скотт. – Любить человека еще не значит быть влюбленным в него, это разные вещи. Я тоже люблю Льюиса. Он мой брат. И я думаю, ты любишь его именно этой любовью. Но ты больше не любишь его как мужчину, потому что полюбила меня.
В голосе Скотта не угадывалось и тени сомнения, и Эббра понимала: у него нет причин сомневаться. Все, что он сказал, было истинной правдой. Но Эббра не собиралась менять свое решение остаться с Льюисом. Не могла. Если она это сделает, ей никогда не будет покоя.
– И все-таки я останусь с ним, – сказала она, и в ее негромком мягком голосе прозвучало свойственное ей упрямство.
После этих слов Эббры в голосе Скотта послышалось отчаяние.
– Ты должна его изменить, это решение! Ты не можешь бросить меня и Саня! Ведь мы семья, ради всего святого! А у вас с Льюисом никогда не было семьи. Боже мой, Эббра! Да ведь Льюис совершенно чужой тебе человек!
Эббра закрыла глаза, гадая, как после нескольких дней беспросветного отчаяния она еще сохранила способность плакать.
– Мне... очень жаль, Скотт, – запинаясь, произнесла она. – Я люблю тебя всем сердцем. Прощай, милый.
Опуская трубку на рычаг, она слышала, как Скотт кричит:
– Я приеду к тебе! Какого же дурака я свалял, отпустив тебя одну!
Она закрыла глаза руками. Ей придется сообщить врачам Льюиса о том, что произошло. Они сделают так, чтобы Скотта не пускали в здание. А что делать после того, как Льюиса выпишут из госпиталя? Она приподняла голову, упрямо и твердо выпятив подбородок.
Льюис и его командование сошлись на том, что, прежде чем решать, продолжать ли ему службу в армии, он должен получить годичный отпуск. Они с Эбброй смогут отправиться куда-нибудь вдвоем. Например, на Восточное побережье, поближе к его отцу. А то и дальше, в Париж или Лондон. Куда бы они ни поехали, Эббра сможет продолжать писать – хотя бы в этом она находила утешение. Никто и никогда не отнимет у нее ее работу.
Врачи Льюиса были единодушны в мнении, что встреча Льюиса со Скоттом принесет ему только ненужные волнения.
Невзирая на попытки Скотта взять двери штурмом, ему не позволили войти в здание. Эббра оставалась в госпитале, уединившись в отдельной комнате, которую ей предоставили на то время, пока Льюис проходит так называемую переориентацию.
Из его жизни было вычеркнуто шесть лет. Он покинул цивилизованный мир в 1966 году, и этот мир изменился. Китай уже не считался главным противником и превратился в союзника. Американское правительство делало дружеские жесты по отношению к Советскому Союзу. Все перевернулось вверх дном, и Льюису и его товарищам по несчастью требовалось войти в курс мировых событий, которые произошли за то время, что они находились в плену.
Порой Льюис едва находил в себе силы примириться с окружающим. Тяжелее всего было привыкнуть к переменам в самой Америке. Час за часом он просматривал ленты хроники, шаг за шагом постигая размах антивоенного движения. При виде длинноволосых студентов, сжигавших призывные повестки, Льюис вскакивал и в бешенстве выбегал из кинозала. Уотергейтский скандал ошеломил его. Ричард Никсон рисовался Льюису героем, которому он был обязан свободой. А еще были хиппи, и гомосексуализм каким-то непостижимым образом утвердился в качестве альтернативной нормы жизни...
Час за часом, день за днем Льюис просиживал перед экраном, читал вышедшие за шесть лет книги и газеты, прослушивал лекции на самые различные темы – от новых принципов отношений Америки с Китаем и СССР до перемен в моде и общественной морали, о развитии военной техники.
От всего этого голова Льюиса шла кругом, порой он чувствовал себя подавленным. Как могли политика, мода, мораль, музыка, технология и даже речь претерпеть столь разительные перемены? Почему семидесятые так разительно отличаются от шестидесятых? Льюис просматривал повторы популярных телевизионных шоу и «мыльных опёр».
– Больше я не намерен смотреть телевизор, – твердо заявил он Эббре по окончании «периода переориентации». – И не намерен по собственной воле слушать поп-музыку. Мне не нравились шестидесятые годы, но последние новшества попросту омерзительны.
Эббра рассмеялась, взяла его под руку, и они вышли из здания через служебные ворота, довольные тем, что навсегда покидают госпиталь. По просьбе Льюиса им позволили провести несколько дней с его отцом в Нью-Йорке. Руководство госпиталя, твердо намеренное не допустить ссоры Льюиса и Скотта, решило в течение нескольких дней сообщать в пресс-бюллетене, что Льюис по-прежнему находится на излечении и его выпишут не раньше чем в конце следующей недели, а к тому времени, если Льюис согласится, Эббра рассчитывала оказаться на другой стороне планеты, в Лондоне.
Последовавшие за этим дни, недели и месяцы не принесли Льюису и Эббре облегчения. Дела шли все хуже. Невзирая на медленное, но стабильное улучшение физического состояния, Льюиса продолжали мучить ночные кошмары. В первую их ночь в Лондоне он проснулся в три часа утра, весь покрытый испариной, с криком: «Там! Там!»
На следующий день он заперся в гостиной номера, отказываясь выходить с Эбброй и даже завтракать или обедать с ней.
Психиатр предупредил Эббру о том, что у Льюиса будет часто возникать потребность побыть одному, и рекомендовал ей смириться с его желанием, как бы тяжело это ни оказалось для нее.
В тот день, их первый день в Лондоне, Эббра позавтракала одна и все утро бродила по Национальной галерее и Национальной портретной галерее. Перед обедом она позвонила Льюису, спрашивая, не хочет ли он составить ей компанию, и когда он отказался, в одиночестве пообедала в «Фортнум энд Мэсон». Потом она прошлась по Пиккадилли и Хатчхердз, где, к своему удовольствию, обнаружила последнюю написанную ею книгу, выставленную на видном месте.
Вернувшись в отель, она опустилась на колени у кресла Льюиса и озабоченно попросила:
– Расскажи мне о том, что тебя тревожит. Ночные кошмары? Чье имя ты выкрикивал? Это был кто-нибудь из твоих тюремщиков?
Льюис сразу понял, какое имя она имеет в виду.
– Нет, – сказал он, проводя рукой по волосам, которые вновь становились густыми и волнистыми. – Мне приснилась Там, девушка-уборщица, которая работала у нас в Ваньбинь. Помнишь письмо, в котором я о ней рассказывал?
Эббра приподнялась и села на корточки. Это было очень давно, но она не забыла рассказа о девушке, с которой грубо обошелся отец, и о том, как Льюис спас ее от родственников, определив уборщицей, горничной и прачкой при штабе.
– Это та самая девушка, которая попросила тебя научить ее английскому языку?
Льюис кивнул, и при воспоминании о связывавших его и Там отношениях наставника и ученицы жесткая линия его рта чуть смягчилась.
Эббра озадаченно смотрела на него.
– Ты выкрикивал ее имя, потому что был испуган. Ты вспотел, дрожал всем телом. Отчего? Не понимаю.
Льюис встал и подошел к окну. Его лицо вновь стало суровым и мрачным.
– Америке не добиться победы во Вьетнаме, Эббра, – сказал он, глядя на умытые дождем улицы Лондона. – Будет подписано мирное соглашение, и мы выведем оттуда войска. После этого в зависимости от условий договора и их выполнения во Вьетнаме может установиться относительная стабильность, но лишь ненадолго. И когда Северный Вьетнам захватит Южный – а это обязательно произойдет, – все те, кто работал на американцев, и Там в их числе, окажутся в опасности.
– Этим и был вызван твой кошмар?
– Да, – ответил Льюис. – Именно этим.
– Если бы не твои книги, пресса не заинтересовалась бы нами, – натянутым тоном заявил Льюис, впервые увидев в журнале статью о себе, Эббре и Скотте. – Ты читала эту галиматью? Полная чепуха!
Эббра прочла куда больше заметок на эту тему, чем Льюис, и была гораздо лучше подготовлена к тому, что могло оказаться в очередной статье.
– Не так уж плохо, – примирительно отозвалась она, опуская журнал в корзину для мусора. – В средствах массовой информации подобные рассказы называются светской хроникой, и нам не приходится ожидать ничего иного.
Льюис с яростью обрушился на нее.
– Я не обязан ожидать ничего подобного! – взорвался он. – Вы со Скоттом жили как хотели, не таясь сообщества, но это еще не значит, что меня нужно втягивать в эту грязную историю!
Кровь отхлынула от лица Эббры. Она понимала: ей нельзя оставаться в одной комнате с Льюисом, иначе она наговорит ему вещей, которые разрушат все то, что они пытались воссоздать общими усилиями.
– Я иду гулять, – отрывисто бросила она и, не дожидаясь ответа, торопливо покинула комнату.
Были и другие трудности. Плотские аппетиты Льюиса не уменьшились, но любовником он был заурядным. Его ласки оставались однообразными – он был нежен и настойчив, но не умел возбуждать. Эббра стосковалась по пылкой, полной фантазии страсти Скотта, по ощущению полного единения, которое неизменно воцарялось между ними.
Порой ее охватывало чувство такого одиночества, что она начинала гадать, сумеет ли его выдержать. Даже Лондон не мог развлечь ее. Перед отъездом из Штатов командование представило Льюиса нескольким сотрудникам американского посольства. К удивлению Эббры, он тут же пустил знакомства в ход и вскоре вошел в круги, совершенно ей чуждые.
Вместо того чтобы сблизиться с женами новых друзей Льюиса, Эббра проводила долгие часы в музеях и галереях, но ее мысли занимали не картины и предметы старины, а Скотт и Сань. Порой, где бы она ни находилась, по ее лицу струились слезы. Одним утром она расплакалась в самом центре Пиккадилли, в другой день начала всхлипывать в торговом зале «Хэрродз». Она сознавала, что с ней творится, понимала, что приближается к нервному срыву, поэтому попыталась все свои силы и решимость сосредоточить на противостоянии ему.
Если не считать адвоката Эббры, единственным человеком, лондонский адрес которого она знала, была Пэтти. Весь этот год Пэтти забрасывала ее пространными письмами, истязала безжалостными вопросами. Почему Эббра не пишет? По условиям контракта она должна предоставить очередную рукопись в мае. Не забыла ли она об этом? Связалась ли со своим лондонским издателем? Как дела у Льюиса? Хорошо им вдвоем в Лондоне или они несчастны?
Может быть, именно поэтому Эббра перестала писать? Не потому ли она не пишет даже писем? Не хочет ли она встретиться и поговорить? Если так, Пэтти готова немедленно вылететь в Лондон.
Сведения, которые она сообщала в своих письмах, приносили Эббре еще большие страдания, чем ее расспросы. Скотт побывал у нее в гостях вместе с Санем. У Саня все хорошо, но Скотт держался напряженно и выглядел усталым. Он опять спрашивал у нее лондонский адрес Эббры и Льюиса, но Пэтти с прежней твердостью отказала. Это было непросто. Получив отказ во время предыдущего своего визита, Скотт так расстроился, что вышел из себя и ударом кулака пробил насквозь дверь.
Эббра отложила письмо, не в силах продолжать чтение. Она не видела возможности встречаться со Скоттом, оставаясь при этом женой Льюиса. Ну а Сань?.. Разве не может она видеться с Санем? Эббра решила посоветоваться об этом с Сереной и отправила ей письмо.
Нет, – твердо ответила Серена в своем ответном послании. – Было бы непорядочно по отношению к Саню появиться перед ним на несколько часов или дней, а потом вновь исчезнуть. Он не способен разобраться в запутанных взаимоотношениях, которые связывают тебя с Льюисом и Скоттом. Скотт по-прежнему регулярно пишет мне, и я знаю, что он посвящает мальчику все свое свободное время. В обществе Скотта Саню гарантировано душевное спокойствие, в котором он так нуждается. Если Сань будет встречаться с тобой, зная, что ты не видишься со Скоттом, это может породить столь тяжелую ситуацию, что мальчик не сумеет с ней справиться...
От того, что Эббра так любила Саня и скорее умерла бы, чем заставила его страдать, ей предстояло смириться с мыслью, что придется жить без приемного сына, как и без Скотта.
Единственным человеком, который, по-видимому, не испытывал никаких неудобств, был Льюис. По приезде в Лондон Эббра полагала, что они останутся там на несколько недель, от силы на месяц, но Льюис влюбился в британскую столицу.
Он полностью восстановил физическую форму, и теперь в его облике ничто не напоминало о плене. Он всегда был крепко и плотно сбит, и благодаря неустанным тренировкам его тело стало столь же сильным и мускулистым, как прежде. Его волосы вновь отросли, и седина в них была уже не так заметна. Она поблескивала лишь кое-где на висках и совсем не выглядела отталкивающе – наоборот, придавала Льюису еще больше привлекательности.
О том, что он по-прежнему хорош собой, красноречиво свидетельствовало поведение посольских жен, осторожно заигрывавших с ним. Было очевидно, что в глазах общества Льюис намного популярнее Эббры.
– Всякий раз, когда эти женщины смотрят на меня, мне становится совершенно ясно, о чем они думают и о чем вспоминают, – сказала она после вечеринки, на которой с ней почти никто не разговаривал, если не считать хозяйки дома.
Льюис снял пиджак и принялся за запонки.
– Боюсь, это цена, которую тебе придется заплатить, Эббра, – небрежно бросил он и продолжал раздеваться, не обращая внимания на ее пораженный, полный страдания взгляд.
Эббра отлично поняла, что он имеет в виду. Едва ли не полный бойкот – вот какова цена, которую она должна была заплатить за то, что вышла замуж за Скотта, получив известие о гибели Льюиса. Во всяком случае, ей предстояло расплачиваться за это до тех пор, пока она находилась в окружении знакомых Льюиса, среди его новых друзей.
В начале 1972 года, по мере того как отпуск Льюиса подходил к концу, Эббра все явственнее чувствовала, что они отдаляются друг от друга.
– Пришло время съехать с квартиры и купить дом, – заявил Льюис однажды утром, когда они с Эбброй сидели за чашечкой кофе, предшествующей завтраку. – Мне сделали предложение занять пост советника посольства, и я решил его принять.
Эббра дрогнувшей рукой опустила чашку на стол.
– Какого советника? Почему ты ничего мне об этом не говорил? Я полагала, ты все еще раздумываешь, продолжать ли армейскую карьеру.
– Я подумал и решил согласиться, – ответил Льюис и ловко сменил тему беседы, спросив, не забыла ли Эббра, что сегодня вечером они идут в театр.
На смену 1972 году пришел 1973-й, и временами Эббра всерьез задумывалась над тем, не работает ли Льюис на ЦРУ. Он не рассказывал ей, какие советы и кому дает. Он ничего не говорил ей о своей службе. Эббра пропустила срок сдачи рукописи – хотя она и опасалась, что издатель разорвет контракт, продолжать работу не могла.
Она продолжала получать через адвоката письма от Скотта. Как и раньше, Скотт угрожал ей, требовал, умолял бросить Льюиса и вернуться к нему. Он вкладывал в письма свои фотографии и снимки Саня, и всякий раз, когда Эббра доставала их из конверта, ей казалось, что ее сердце вот-вот разорвется. Она так любила их обоих! Но она не могла вернуться к ним после торжественного обещания, которое дала Льюису. Когда в Париже были подписаны мирные соглашения, Эббра решила, что ночные кошмары оставят его. Вместо этого они лишь становились все более частыми и все более сосредотачивались на его вьетнамской подруге.
Психиатр предупреждал Эббру, что мучительные воспоминания людей, побывавших в плену, нередко концентрируются вокруг какого-либо заурядного события. Эббра гадала, верно ли это в отношении Льюиса, или он всерьез озабочен судьбой Там, поскольку был связан с ней более тесными узами, чем говорил.
Это предположение казалось весьма интригующим, но Эббре было трудно представить Льюиса в объятиях вьетнамки. Во всем, что касалось секса, он был пуританином. Невзирая на все ухищрения женщин, восхищавшихся им, Эббра ничуть не сомневалась, что он ни разу не попался на крючок. Столь же уверена она была и в том, что Льюис оставался верен ей, находясь во Вьетнаме.
Спустя несколько недель стало ясно: Льюис был прав, перемирие между Севером и Югом не затянется. Едва ли не первыми жертвами стали девять членов миротворческой миссии, чей вертолет был сбит в воздухе партизанами Вьетконга.
К осени коммунистические войска начали проводить небольшие операции на территории Юга. В начале 1974 года нападения участились. Они приобретали все больший размах. Письма Серены, которые она ежемесячно посылала Эббре из Сайгона, были посвящены тем затруднениям, которые они испытывали с Майком, подыскивая приемных родителей для десятков детей, все еще остававшихся на их попечении.
Мы должны пристроить их как можно быстрее, – писала Серена. – Здесь, в Сайгоне, каждый понимает, что времени осталось совсем мало. Конец уже близок.
Скотт продолжал слать ей письма через адвоката, но тон их изменился. Я по-прежнему люблю тебя и буду счастлив, если ты вернешься, но я уже не живу монахом, – сообщил он ей в своем последнем послании. – Это не в моем характере, и, надеюсь, ты это понимаешь! Но мне это не нравится, Эббра. Мне не нужны другие женщины. Мне нужна только ты. Я уверен, ты понимаешь, какую ужасную ошибку совершила. Жалость – это еще не повод жить с кем-либо. Знай Льюис, что сострадание – единственная причина, по которой ты остаешься с ним, он бы тебя не поблагодарил. Я не сомневаюсь: ты веришь, что твой поступок честен и благороден, но ты ошибаешься, милая. Это не так. Истинное благородство заключалось бы в том, чтобы вернуться к людям, которых ты любишь и которые любят тебя. Возвращайся, милая. Прошу тебя.
На Рождество Пэтти сообщила ей в письме, что одна из ее авторов, девушка, с которой Эббра пару раз встречалась в Лос-Анджелесе, отправляется в Лондон:
Она замужем за дипломатом, поэтому ты обязательно встретишься с ней в посольских кругах. По-моему, в последний раз ты виделась с ней на одной из моих вечеринок. По крайней мере Скотт ее помнит. Он считает, что она тебе понравится, поэтому я надеюсь, ты не обидишься, если я попрошу ее присматривать за тобой...
Еще в прошлом году Эббра возненавидела Рождество. Уж очень оно напоминало ей о детях, о Сане, заставляя мучительно раздумывать над тем, как могла бы сложиться ее судьба.
– Я вижу, ты не любишь званых обедов, – сказал Льюис, когда Эббра нехотя одевалась к вечеринке, которая должна была состояться в резиденции французского посла. – Но сегодня будет нечто особенное. Сегодня будут много говорить об ухудшении ситуации во Вьетнаме, и я хотел бы услышать об этом лично.
Как всегда во время подобных мероприятий, Эббру и Льюиса почти немедленно разлучили и они оказались в окружении разных групп людей, потягивавших шампанское.
– ...на мой взгляд, коммунисты готовы начать полномасштабное наступление на Юг, – говорил англичанин, стоявший рядом с Эбброй.
Эббра обвела взглядом помещение и увидела Льюиса, беседовавшего со светловолосой девушкой, которая показалась ей смутно знакомой. Уголки губ Эббры дрогнули в легкой улыбке. Должно быть, это та самая писательница, которая также пользовалась услугами Пэтти. Эббра гадала, найдется ли у них общая тема для разговора.
– Простите, я не запомнила вашего имени, когда нас знакомили, – взволнованно произнесла девушка. – Тут столько людей, порой я не слышу, что говорю. – Она оглянулась, увидела знакомое лицо Эббры и воскликнула: – О Господи, неужели это Эббра Эллис?! У нас общий агент. Не понимаю, почему она в последнее время бросила писать. Как вы думаете, она не больна? Она плохо выглядит. В последний раз я видела ее со вторым мужем. Она буквально лучилась от счастья. Еще ни разу в жизни я не встречала людей, которые так любили друг друга...
Но Льюис уже не слушал ее. Он смотрел на Эббру.
– ...и Пэтти попросила меня при возможности развлекать ее, потому что она стала настоящей затворницей...
– Прошу прощения, – вежливо произнес Льюис.
Он протиснулся сквозь заполонившую комнату толпу, и при его приближении Эббра улыбнулась. Только сейчас он заметил, какая она бледная и как напряженно держится, как сильно она изменилась.
– Едем домой, – коротко бросил он, беря Эббру за руку.
– Почему? Мне казалось, ты хотел узнать, что думает генерал о положении во Вьетнаме.
– Кажется, я вел себя как последний болван, – ответил Льюис, ведя Эббру через толпу к дверям. – Мне нужно с тобой поговорить.
Они молча ехали домой по темным улицам. Оказавшись в уютном тепле квартиры, Льюис налил Эббре хереса, протянул ей бокал, а сам закурил сигару.
– Что случилось? – удивленно спросила Эббра. – Ты согласился работать в другом месте и опасаешься, что мне там не понравится?
Она сидела в кресле у маленького стола из красного дерева. Льюис продолжал стоять, глядя на нее. Несмотря на тени под глазами и бледность, она по-прежнему была очень красива. На ней было облегающее фигуру платье из черного шерстяного крепа, элегантное и дорогое.
Льюис без лишних слов начал:
– Женщина, с которой я разговаривал, сказала, что видела тебя в Калифорнии. Ты была там со Скоттом.
Пальцы Эббры крепче стиснули ножку бокала.
– Да, мы встретились у Пэтти.
Льюис не отрывал от нее печальных глаз, в глубине которых поблескивали золотистые искорки.
– Она сказала, ты лучилась от счастья. И еще она добавила, что никогда не видела женщину, которая была бы так влюблена.
Эббра выдержала его взгляд, но ничего не ответила.
– Значит, ты действительно любила Скотта? Значит, я свалял дурака, решив, будто бы ты вышла за него только потому, что видела в нем мое продолжение?
Эббра поднялась на ноги и поставила бокал на стол.
– Я очень любила Скотта, – ровным голосом отозвалась она. – Я говорила тебе в Иосемите. Но ты не обратил на мои слова никакого внимания.
– Боже мой! – негромко произнес Льюис и погасил в пепельнице едва начатую сигару. – И все это время ты продолжала его любить?
Они смотрели друг на друга в заливавшем комнату свете ламп.
– Да, – чуть слышно ответила Эббра, понимая, что больше не в силах притворяться, что больше никогда не станет лгать. Никогда.
Они стояли на расстоянии ярда, глядя друг на друга. Наконец Льюис заговорил:
– Сам не пойму, как я мог быть таким глупцом. Из-за своего эгоизма я едва не погубил тебя. И что самое ужасное, в этом не было никакой необходимости. Правда, я очень нуждался в тебе первые недели, но потом, по приезде в Лондон, я понял, что мы едва знаем друг друга. Мои интересы чужды тебе, а твои – мне. Мы стали чужими людьми, связанными друг с другом глубокой симпатией и взаимным чувством долга.
Эббра испытала столь головокружительное облегчение, что едва не потеряла сознание.
– Ты хочешь сказать, что... больше меня не любишь?
– Я люблю Там, – ответил Льюис, и в его глазах застыло страдание. – Но после того как ты доказала мне свою верность, я не решался тебе об этом сказать. Я не решался вернуться за ней во Вьетнам.
– Но теперь ты можешь это сделать.
– Да.
Внезапно рухнула разделявшая их стена. Они разом шагнули навстречу друг другу.
– Возвращайся к ней, и быстрее! – сказала Эббра, крепко обнимая Льюиса. – Серена пишет, осталось совсем мало времени.
– А ты? Что будешь делать ты? – спросил он взволнованно.
Эббра смеялась и плакала одновременно:
– Я полечу в Калифорнию первым же рейсом. Завтра в это же время я буду со Скоттом и Санем, если они меня примут!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргарет



ну такая дребедень.... Такую чуш я ещё действительно не читала... Да ещё и 2 книги... Чуш полная
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретРимма
16.08.2012, 17.25





не дребедень,не чушь,а очень даже не плохая книга.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргаретсвета
27.08.2012, 3.05





у вас римма просто не ни капли романтики, а роман очень даже ничего!!!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргареттатьяна
1.10.2012, 11.56





Какая то узкоглазая фигня! Все американцы влюбляются во вьетнамок. И еще... Война войной, а ТРАХ по расписанию
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретЛили
11.02.2014, 16.12





Роман (обе книги) потрясающий!!! Захватывает,читается на одном дыхании! Советую! Римма,попробуйте почитать сказку "Золушка" и слово чушь пишется с "ь" знаком.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретEdit
4.03.2014, 23.07





Роман очень понравился. Интересный сюжет. 10 из 10.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретДарья
5.09.2014, 8.05





Роман интересный, в нём есть смысл, читается легко,10/10
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргареттатьяна
24.11.2014, 1.40





Роман интересный, в нём есть смысл, читается легко,10/10
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргареттатьяна
24.11.2014, 1.40





сильно...очень сильно...рекомендую тем, кто хочет прочитать то, что тронет душу и заставит плакать...много трогательных моментов... Книга не похожа на обычный дамский любовный роман... Но это стоит прочитать...
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретСветлана
12.08.2015, 9.41





девушки, извините, что засоряю комментарии. Совсем недавно, на главной странице, одна читательница писала об одной книге: героиня, отца которой подозревают в серии краж богатых домов(вор оставлял отрывки из шекспира), устроилась в дом к своим родственникам. Дело вел гг, о работе которого никто не знал, ведь он из высшего общества. Помогите пожалуйста найти эту книгу.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргаретсоня с.
12.08.2015, 12.50





Соне С. Это роман "Покоренное сердце" Смит Барбара Доусон. Приятного чтения!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретРоза
12.08.2015, 13.41





Это полноценный роман!Без надоевших розовых соплей!Местами много жестокости-но ведь это война...Читала до глубокой ночи.Всё в духе Памбертон-а у неё плохих вещей просто не бывает!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретЕва
13.08.2015, 9.25





Это полноценный роман!Без надоевших розовых соплей!Местами много жестокости-но ведь это война...Читала до глубокой ночи.Всё в духе Памбертон-а у неё плохих вещей просто не бывает!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретЕва
13.08.2015, 9.25





Отличное произведение.История жизни с добрым и вечным чувством-любовью.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон Маргаретирина
1.09.2015, 12.26





Очень завараживающая книга. Об этих трёх девушках не только книги нужно писать но и фильмы снимать!!!!! За их силу воли и любовь за которую они боролись и шли на все!!!!!!
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретВалентина
2.11.2015, 8.24





Весьма неплохо.. Конечно, чересчур затянуто.. и временами нудновастенько.. но добила обе книги. Любителям не банальных историй и подробных описаний военных действий советую ... Всем остальным в любом случае, книга запомнится.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретКристина
8.04.2016, 2.49





Весьма неплохо.. Конечно, чересчур затянуто.. и временами нудновастенько.. но добила обе книги. Любителям не банальных историй и подробных описаний военных действий советую ... Всем остальным в любом случае, книга запомнится.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретКристина
8.04.2016, 2.49





Такой захватывающий роман,начало непонятное а дальше просто не оторваться так затянуло так испереживалась за героев,что до последнего не верила в счастливый конец но слава богу хэппи энд есть.....суперский роман,всем советую 10+++
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретСоня
27.04.2016, 18.24





Для тех кто любит подобные романы советую просмотреть и прочитать ПИСЬМА ИЗ САЙГОНА Даниэлы Стил.
Белое Рождество Книга 2 - Пембертон МаргаретНаталья 66
4.05.2016, 5.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100