Читать онлайн Платиновое побережье, автора - Пембертон Линн, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Платиновое побережье - Пембертон Линн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.8 (Голосов: 49)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Платиновое побережье - Пембертон Линн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Платиновое побережье - Пембертон Линн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пембертон Линн

Платиновое побережье

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Электронные ворота бесшумно распахнулись, и машина поехала по длинной гаревой дорожке мимо пастбища площадью не менее двух акров. Темноволосая девочка вела породистую гнедую пони по ярко-зеленой траве к хозяйственной постройке, отгороженной деревянным забором. Заметив машину, девочка радостно замахала рукой. Впереди. Кристина увидела свод из переплетенных веток вязов и платанов. Легкий ветерок шевелил листья, и тогда в просветах были видны голубые блики чистого высокого неба. Дорога неожиданно сузилась, и они поехали вдоль высокой каменной стены, увитой зеленью и розовыми цветами рододендрона. И вдруг Кристина замерла от изумления. Перед ней возник деревянный помещичий дом семнадцатого века. Его многостворчатые окна светились в широких лучах солнца. Рядом, словно сторож, возвышался вековой дуб. Стивен остановил машину возле массивной резной двери с медным блестящим молоточком в центре. Кристина вышла из машины и задрала голову, чтобы получше рассмотреть каменного конька над дверью и чуть ниже дату – «1626». На какое-то время она потеряла дар речи, потому что никогда не видела такого красивого дома.
– Мило, не правда, ли? – сказал Стивен, открывая багажник машины, чтобы вытащить оттуда вещи.
– Не то слово… – завороженно ответила Кристина. Входная дверь открылась, и на пороге появилась полная маленькая женщина. Не успела она сделать и шагу по лестнице, как мимо нее стрелой проскочил коккер-спаниель и бросился к Стивену.
– Мистер Рис-Карлтон, добро пожаловать! – Женщина улыбнулась, и ее темно-карие глаза стали совсем крошечными на большом полном лице. Стивен потрепал по спине возбужденно лающую собаку и улыбнулся домоправительнице.
– Дороти, позвольте мне представить вам мисс Кристину О'Нейли.
Кристина сделала шаг вперед и протянула руку:
– Здравствуйте, миссис Дороти. Я много о вас слышала.
Домоправительница торжественно подала Кристине пухлую руку с натруженными узловатыми пальцами и изучающе оглядела гостью.
– Рада познакомиться, – сказала она, почти не разжимая губ, и обратила все внимание на Стивена, пытавшегося успокоить шумливого спаниеля.
– Пойдемте в дом, мистер Рис-Карлтон. У меня есть для вас кое-что.
Стивен похлопал себя по животу:
– Дороти, неужели яблочный торт с корицей и домашним кремом?
Дороти просветлела.
– И еще фруктовый кекс! Это его самое любимое блюдо, – на ходу бросила она, не глядя на Кристину, пропуская их вперед в большой квадратный холл с дубовыми панелями.
Кристина удивилась тому, как гулко отдается стук ее каблуков по каменному полу. Она была ошеломлена размерами дома.
Дороти Барнс продолжала засыпать вопросами Стивена.
– Хорошо доехали? Какое было движение? В пятницу к вечеру бывает так много машин.
– Нам повезло. Я забрал Кристину в Гатвике, и мы успели добраться раньше, чем машины забили дорогу. – Стивен оставил сумки у лестницы, и они пошли за Дороти в большую, светлую кухню.
– Садитесь, – по-хозяйски приказала она. – Сейчас будете пить чай.
А сама поспешила к ярко-красной плите, на которой уже кипел чайник.
Стивен и Кристина сели за длинный сосновый стол, сервированный для чая белыми с синим рисунком чашками и блюдцами. В центре стола стояла большая фаянсовая ваза, в которой разноцветьем пестрели свежесрезанные цветы. Кристина с интересом оглядывала кухню. Горшки и сковородки висели на крюках, прибитых к балкам низкого потолка рядом с пучками засушенных цветов и свежих трав. На деревянных полках стояли керамические банки и посуда из дельфтского фаянса. К стене были прикреплены детские рисунки. А на толстой каменной доске над глубоким, почерневшим от возраста камином стояли большие современные и старинные поваренные книги.
– Эта кухня очень напоминает мою, – неожиданно для всех произнесла Кристина.
– Правда? – брови Дороти недоверчиво поднялись.
– Я не про то. Моя кухня по размерам меньше вашей кладовки. Но атмосфера такая же.
Выражение лица домоправительницы смягчилось.
– Раньше эта кухня была маленькая и неудобная. Но несколько лет назад мистер и миссис Рис-Карлтон увеличили ее. Целое строительство произвели.
Она поставила на стол чайник для заварки, накрыла его красным стеганым чехлом. Потом торжественно и неторопливо она поставила на стол блюдо с темно-коричневым фруктовым пирогом, а на высокую, увитую виноградной лозой фарфоровую вазу положила лимонного цвета торт с темно-красными цветами из крема.
– М-м-м… Выглядит соблазнительно, – Стивен потер руки.
– Набрасывайтесь. Я надеюсь, вы голодны? У меня еще припасены ячменные лепешки. – Дороти критически посмотрела на стройную фигуру Кристины. – Вас надо немного откормить.
– У меня и так отличный аппетит, – и, как бы в подтверждение своих слов, Кристина положила на тарелку толстый кусок фруктового кекса.
Зазвонил телефон, Стивен поднялся из-за стола.
– Извини, я жду звонка от Роберта.
Дороти щелкнула языком, вздохнула и принялась тщательно вытирать поверхность рабочего стола, выложенного голубыми и белыми плитками. При этом она недовольно ворчала:
– Вечно эти звонки во время еды.
– Да, да! Телефон нужно повесить на яблоню в саду! – звонкий голосок заставил Кристину вздрогнуть. Он принадлежал очаровательной маленькой девочке, вбежавшей на кухню. Это была та самая девочка с пастбища, наверняка дочь Стивена. Она была одета в бежевые бриджи для верховой езды и белую коттоновую рубашку. Ее длинные черные волосы были стянуты сзади в беспорядочный хвостик, маленькое личико раскраснелось.
– Только твоих советов здесь не хватало, – добродушно проворчала Дороти.
– А где папа? – спросила девочка, затем перевела взгляд с домоправительницы на Кристину. У нее были неулыбчивые, широко раскрытые серо-голубые глаза, напоминавшие море в штормовую погоду. Кристина решила представиться первой. Но ее опередила Дороти:
– Это Кристина. Подруга твоего папы. Приехала с ним на уик-энд.
– Папа никогда не говорил о ней, – резко оборвала ее девочка.
– Ах, ах, Виктория, где же твои манеры? Разве о гостье можно говорить – она? – укоризненно произнес вернувшийся после разговора Стивен. Не дождавшись от дочери извинений, представил:
– Кристина, позволь я познакомлю тебя с моей дочерью Викторией.
Кристина поднялась и как могла приветливо заглянула в нахмурившееся лицо девочки:
– Рада познакомиться с тобой. Твой отец так много говорил о тебе. Я давно хотела увидеть тебя.
Это была правда. Поначалу Стивен старался не упоминать о дочери, но потом часто рассказывал Кристине о ней. Его сердце разрывалось во время каждого уик-энда. Ведь в последнее время он проводил все выходные здесь. Совместная поездка представлялась единственно возможным решением в данной ситуации. Но первая реакция дочери была вполне определенной. Виктория не улыбнулась, а пробубнила в нос:
– Рада познакомиться, – и тут же повернулась к отцу. – Пойдем ко мне наверх. Мне нужно кое-что тебе показать. Ну, пожалуйста, прямо сейчас!
Стивен беспомощно взглянул на Кристину.
– А нельзя ли, Викки, немного подождать? Я как раз собирался полакомиться пирогами Дороти.
– Нет. Это срочно! – настаивала девочка.
– Хорошо. Только на пять минут, – Стивен улыбнулся Кристине. – Не съешьте тут все пироги!
– В таком случае, вам придется поторопиться, – улыбнулась она в ответ.
– Ну, вот! Стоило мне целый день стоять у плиты, чтобы никто не оценил мой пирог с корицей! – деланно сердито воскликнула домоправительница.
– Ничего, Дороти. Ты готовишь не для того, чтобы ели, а по привычке! – крикнула Виктория, увлекая отца за собой.
– Ух, отшлепаю тебя, наглая обезьянка! – Дороти погрозила ей вслед пальцем.
Кристина тем временем положила себе на тарелку большой кусок и успокоила ее:
– Ничего, миссис Дороти, я с удовольствием попробую ваш чудесный пирог.
– Спасибо, Господи, хоть кто-то оценил мою работу, – Дороти уселась рядом с Кристиной. Навалилась грудью на стол и налила себе чай.
Чтобы не возникло неловкое молчание, Кристина вежливо поинтересовалась:
– Вы давно здесь работаете?
– Да уж, давненько, – Дороти положила себе еще кусок пирога – Приехала сюда, когда моему старшему сыну Джону было пятнадцать лет. Сейчас ему двадцать восемь. Почти тридцать. В то время здесь жила семья Лайтонов. Они были американцы. Приезжали сюда пару раз в год Суматошные такие. А до них дом принадлежал старой милой женщине – леди Сомервиль. Это она меня наняла. Но работала у нее я недолго. Месяцев шесть. Она внезапно умерла. Мой старик бывало шутил, что ее погубил мой суп из гороха и ветчины. А уж мистер и миссис Рис-Карлтон купили этот дом в семьдесят шестом. И попросили меня остаться…
Она громко отхлебнула чай и немного пролила на передник, но продолжала, не обратив на это внимания.
– Миссис Рис-Карлтон была настоящая леди, щедрая и правильная. Такая трагедия, вспоминать страшно… – она вдруг замолчала и быстро встала, услышав в холле голос Стивена, за которым последовал детский смех.
Виктория вбежала на кухню:
– Папочка обещал взять меня завтра на стадион! Досси, ты приготовишь нам сэндвичи?
– Конечно, я отправлю вас на пикник со всеми вашими любимыми блюдами, – и ласково потрепала девочку по голове. Та отмахнулась от нее и поглядела сузившимися глазками на Кристину:
– Вы хотите поехать с нами на стадион? – Не дожидаясь ответа, она подбежала к холодильнику, налила себе апельсиновый сок и уселась за стол так близко к отцу, что казалось, будто они приклеились друг к другу. Стивен отодвинулся, чувствуя неловкость, но и Виктория не захотела оставаться на месте. Она поглядела на Кристину исподлобья, явно желая продемонстрировать свои права на отца.
– На вашем месте я бы не затрудняла себя поездкой с нами. Вы ведь лошадей не любите, и вам там будет смертельно скучно. – Она обернулась к отцу, ища поддержки. – Правда, папа?
– Мы решим, как поступить.
Кристина заставила себя изобразить на лице некое подобие улыбки. Ощутив на себе жесткий недетский взгляд Виктории, она поняла, как девочка похожа характером на отца. А это не сулило легких отношений.
– Лично я уверен, – продолжил Стивен, – что Кристина получит большое удовольствие от поездки с нами.
– Мое дело предупредить, – пожала плечами Виктория и показала отцу язык. За что получила пальцем по носу.
– Ты же знаешь, что язык показывают только доктору.
Виктория засмеялась и еще несколько раз высунула язык, ловко уклоняясь от щелчков Стивена. Кристина встала:
– Мне бы хотелось устроиться и немного отдохнуть.
Стивен поднялся из-за стола.
– Давай я покажу тебе твои апартаменты, – он дернул дочку за волосы. – Пока, мисс Рис-Карлтон.
– Я побегу в конюшню. Приходи ко мне туда, – ответила она.
– Спасибо за чай, Дороти. Ваш фруктовый кекс – просто чудо. Совсем как у моей мамы, – с этим словами Кристина поспешно направилась за Стивеном.
– На здоровье. Я люблю людей, которые хорошо едят и ценят мою еду, – услышала она в ответ.
Они покинули кухню. Стивен прихватил сумку, и они стали подниматься наверх по широкой лестнице из темного дуба. Кристина поскользнулась на отполированной ступеньке. Стивен поддержал ее, не дав упасть. Каждый их шаг сопровождался скрипом. На стене вдоль лестницы висели картины в роскошных тяжелых рамах. Стивен остановился у двери с аркой, легко толкнул ее, и взору Кристины предстала небольшая комната с широкой высокой кроватью под балдахином времен Регентства. Стены были оклеены обоями в желтые и голубые цветочки. Те же цвета с разными оттенками преобладали на покрывале, занавесках, подушках и драпировке. Другая дверь вела в узкую светлую ванную комнату с белой старомодной ванной и маленькой раковиной. На белых полках стояло несколько изящных кувшинов, лежали голубые полотенца с каймой лимонного цвета.
Пока Кристина осматривала ванную комнату, Стивен из окна смотрел в сад. Она подошла сзади, прижалась к нему и тоже взглянула в окно. Сад был разбит в староанглийском стиле – с ровными зелеными лужайками, с дорожками, выложенными плоскими каменными плитками. Аккуратные зеленые изгороди огораживали пестрые цветочные клумбы. Сад раскинулся широко, и где-то далеко впереди были видны округло подстриженные кроны деревьев.
– Какой изумительный, волшебный сад, – сказала Кристина, целуя Стивена в ухо. – Я ничего подобного не видела. Разве что в кино.
– Это всего лишь часть его. Давай я устрою тебе маленькую экскурсию. Надень только обувь поудобнее и спускайся вниз. Я подожду.
Кристина переоделась и, бросив вещи на кровать, легко сбежала вниз по скрипучей лестнице. Стивен сидел на корточках рядом с тяжело дышавшим спаниелем. Она спросила, как зовут собаку.
– Маффи, – Стивен поднялся, взял Кристину за руку и позвал с собой спаниеля. Но Маффи улегся на теплых ступеньках и положил голову на лапы, не собираясь следовать за хозяином.
– Он, должно быть, целый день провел с Викторией на конюшне, – объяснил Стивен. – Оттуда они оба возвращаются без сил.
Поддерживая Кристину под руку, он повел ее вокруг дома. Они шли друг за другом по узкой дорожке, огибающей чудесный розарий, где гордо и независимо, словно красуясь на зависть другим, цвели старые и совсем еще молодые кусты английских роз. С ними спорили миниатюрные и гибридные камелии с множеством оттенков – от белого до бледно-лимонного, от розового до нежно-малинового. Сад был наполнен густым цветочным ароматом.
– Здесь больше пятидесяти разновидностей растений. Этот сад разбили по желанию моей жены. Она была прирожденным садовником. Гордилась своим садом, – тихо сказал Стивен.
– А ты?
– Боюсь, в этом деле я профан. Мне нравится, что здесь так красиво. Но предпочитаю платить садовнику, а не копаться в земле.
Дорожка привела их к заброшенному летнему домику, стены которого обвивала белая ползущая роза.
– Идем. – Стивен открыл дверь, и они вошли внутрь. Там пахло сыростью и плесенью.
– Здесь владение Виктории, – он указал рукой на груду пыльных игрушек, валявшихся в углу. Протерев оконное стекло ладонью, он сделал знак Кристине, предлагая взглянуть.
Прильнув к окну, она увидела внутренний дворик. Растения беспорядочно пробивались сквозь камни. Жимолость и ломонос ползли вверх по выбоинам стен. В центре дворика находился бассейн. По всему было видно, что им давно не пользовались. Желтые листья и сломанные ветки плавали на поверхности подернутой зеленью воды.
– Вы не пользуетесь бассейном? – спросила Кристина.
– В общем-то, нет. Виктория боится воды. Она чуть не утонула, когда ей было всего два года. До сих пор не может этого забыть.
– А я обожаю плавать.
– Отлично. Я поручу Джеку, нашему садовнику, вычистить бассейн сегодня же. И если будет достаточно тепло, мы сможем поплавать.
– Давай поплаваем сегодня, когда стемнеет. Стивен прижал ее к себе и прошептал на ухо:
– Тогда холод нам не страшен, правда?
Взявшись за руки, они еще долго гуляли по лесистой местности, пока не забрели на конюшню, где Виктория чистила своего пони.
– Идем, идем, познакомишься с Проказником, – подтолкнул ее Стивен, заметив, что Кристина замешкалась, собираясь с духом.
Лошадка была не выше полутора метров. Виктория расчесывала ей хвост. Кристина осторожно погладила лошадь по гриве.
– Давно у тебя такая прелесть?
– Папочка купил мне его в день рождения. Когда мне исполнилось десять лет. Очень неожиданный подарок. Правда же, папочка?
Стивен кивнул и улыбнулся. Виктория продолжала говорить, обращаясь только к нему:
– Помнишь, как ты привязал к его хвосту и гриве много атласных красных лент, ужасно весело мы тогда праздновали! Я никогда не расстанусь с Проказником. Даже когда вырасту большая, – она закончила расчесывать хвост, положила щетку на скамейку у ног:
– Папочка всегда знает, что мне купить. – Она взяла пони за ухо и потянула за собой. Но Проказнику понравилось внимание Кристины, и он не двигался с места.
– Со мной, мальчик! – зло приказала девочка и сильно хлопнула его по крупу. Животное отпрянуло от нее и наступило копытцем Кристине на ногу. Та вскрикнула, пони испугался и дернулся. Виктория бесстрашно обхватила его шею и принялась успокаивать. Кристина не могла ступить на отдавленную ногу. Стивен бросился к Кристине. Нога опухала на глазах.
– Ничего, папочка, не беспокойся, со мной такое каждый день случается, – она завела Проказника в стойло, дала ему конфетку и закрыла задвижку на низкой калитке – До завтра, мой дорогой. – Затем повернулась к Кристине и притворно посочувствовала:
– Как же вы завтра пойдете с нами на стадион? Там будет много лошадей, и они могут снова наступить вам на ногу. Не боитесь?
Стивен сердито оборвал дочь:
– Виктория, разве у тебя нет сочувствия? Ты не видишь, что Кристине больно?
Кристина решила не реагировать на детскую ревность и, прихрамывая, вышла из загона. Виктория презрительно посмотрела в ее сторону и сказала довольно громко:
– Надо же, какая изнеженная. Нарочно прикидывается, чтобы ее пожалели! – и прежде, чем отец успел возмутиться, пробежала мимо них по тропинке, круто поднимающейся к дому.
Кристина оперлась на руку Стивена. Он попытался смягчить обиду, нанесенную дочерью.
– Она ко всем так относится, поэтому я никогда не привозил своих знакомых женщин сюда. Ты – первая после смерти Барбары.
Кристина застонала от боли и подумала, что если Виктория и дальше будет так себя вести, то, очевидно, она станет и последней приехавшей сюда женщиной. Но сдержалась и вместо этого примирительно произнесла:
– Надеюсь, со временем она привыкнет ко мне. За несколько часов нога Кристины раздулась до угрожающих размеров, и Стивен вызвал доктора. Осмотрев ногу, доктор предположил, что возможна небольшая трещина или, в лучшем случае, растяжение связок. Так или иначе в понедельник следовало сделать рентген. Доктор туго перевязал ей ногу эластичным бинтом, дал болеутоляющее и посоветовал соблюдать покой и держать ногу повыше.
Стивен планировал пообедать в итальянском ресторанчике, находившемся неподалеку, поэтому отпустил Дороти. Кристина настаивала, чтобы он поехал в ресторан с Викторией.
– Ну правда, Стивен. Будет замечательно, если ты сделаешь мне сэндвичи с сыром и оставишь у телевизора.
Он колебался:
– Мне, право, не хочется уезжать без тебя, – они сидели перед камином и разговаривали. – Хочешь я зажгу камин? – Стивен показал на решетку, на которой лежали приготовленные щепки и старые газеты для растопки. Рядом с тускло поблескивающей медной решеткой стояла прогрызенная собакой плетеная корзина, в которой были сложены ровные поленья.
Кристина покачала головой:
– Мне тепло, спасибо, – она устроилась на диване, подоткнув под себя подушки, вышитые чьей-то заботливой рукой. Нога покоилась на скамеечке. – Как бы то ни было, ты не должен разочаровывать Викторию. Она так хочет поехать с тобой. – Кристина невольно отметила про себя, как привлекательно выглядит Стивен в спортивной куртке цвета морской волны и зеленой рубашке, очень подходившей к его глазам. Конечно, она хотела бы услышать от него, что на этот раз дочка обойдется без похода в ресторан, но совсем не удивилась, когда он медленно произнес:
– Мы съездим ненадолго. Не больше, чем на пару часов.
В ответ она кивнула головой. На его лице отразилось облегчение и благодарность. В это время в комнату вошла Виктория, она улыбалась.
– Я искренне сожалею по поводу вашей ноги, Кристина. Мне жаль, что вы не поедете с нами.
Марио наверняка приготовит самую вкусную лазанью на свете.
Стивен смотрел на нее с любовью.
– Как тебе идет этот свитер, доченька! – восхищенно воскликнул он.
Виктория была в бледно-розовой кофте из ангоры, на груди красовалась мордочка персидской кошки. Свитер был заправлен в линялые голубые джинсы с заклепками на карманах. На ногах девочки были розовые носочки и такого же цвета матерчатые туфли. Густые блестящие волосы она распустила, и они, рассыпавшись по плечам, спускались почти до пояса.
– Ты же этот свитер видел в прошлый раз! Неужели забыл?
– У меня память на такие вещи отсутствует, ты же знаешь, – оправдывался Стивен, встал и, направляясь в кухню, сказал: – Пойду сделаю сэндвичи, а ты пока поговори с Кристиной.
Виктория присела на диван. Кристина первая завела разговор:
– Я понимаю, ты привыкла к тому, что отец, когда приезжает, все свое время посвящает тебе. Я не собираюсь портить тебе уик-энд.
– Вот и прекрасно, – согласилась Виктория, резко вставая с дивана. – Тем более, я бы все равно вам этого не позволила. Держитесь-ка лучше от нас подальше.
Кристину бросило в дрожь от этих слов. Глаза девочки пылали ненавистью. Ни на какое сочувствие с ее стороны рассчитывать не приходилось.
– Пойду-ка лучше помогу папе, он же сам ничего не умеет, – сказала она и выбежала из комнаты.
Кристине стало страшно и захотелось плакать. Но тут вошел Стивен с большим подносом в руках, накрытым белой кружевной салфеткой. Он торжественно поставил его перед Кристиной.
– Обед подан.
– Благодарю, – она посмотрела на поднос, осторожно сняла салфетку. На тарелке лежали тосты с сыром и помидорами, украшенные листьями салата. Кусок яблочного торта лежал на тарелке рядом с охлажденной бутылкой «Фраскати», а в высоком стакане стояла роза абрикосового цвета. Сверху на сэндвичах лежал маленький белый конвертик. Кристина вопросительно посмотрела на Стивена.
– Прочтешь позже, – он положил ей руку на плечо и наклонился. – Мы ненадолго, я обещаю.
В дверях, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, его ждала Виктория.
– Желаю вам приятно провести время, – произнесла Кристина и услышала, как, выходя на улицу, Виктория крикнула:
– Не беспокойтесь, повеселимся!
У Кристины не было аппетита, но незаметно для себя она принялась за еду и выпила почти всю бутылку вина. И тут же вспомнила про записку. Открыла конвертик, прочла написанное крупным почерком на карточке: «Вспомни, когда мы в последний раз ели тосты с сыром и помидорами?
Я никогда этого не забуду. Люблю. С».
Кристина вздохнула и с грустью подумала о тех днях, когда им было так хорошо вдвоем. Тогда Стивен был совершенно другим…
…Она дремала и в легком полусне ощущала ноющую боль. А еще она томительно ждала, когда придет Стивен. Он вернулся вместе с Викторией через два часа, как и обещал. Она открыла глаза и первое, что определила, – он пил. На его щеках алели два красных пятна.
– Какой фильм смотрит моя милая ушибленная?
– Не знаю. Просто ждала тебя, – она дотронулась рукой до его пылающих щек. Стивен наклонился, чтобы поцеловать, и тут же отпрянул, как ужаленный, потому что в комнату ворвалась Виктория.
– А что если нам сыграть в «монополию»?! – Она стала рыться в старом красного дерева комоде, вытаскивая оттуда свои настольные игры.
Внутри Кристины все бунтовало против подобного издевательства. Они ни минуты не могли побыть вдвоем со Стивеном. Он, как всегда, почувствовал ее состояние, посмотрел на старинные каретные часы, стоявшие на комоде, и безо всякой родительской строгости объявил:
– Я думаю, тебе, моя милая, пора спать. Виктория надулась:
– Только десять часов. По уик-эндам я ложусь спать позже.
Она протянула коробку с «монополией».
– Пожалуйста, один разочек. Быстро, быстро!
– В «монополию» не получится быстро. На это потребуется несколько часов, ты же прекрасно знаешь!
– Но мне же не нужно завтра вставать рано в школу. Папа, ну пожалуйста, – ее большие глаза умоляюще смотрели на него.
– Может, нам действительно сыграть? – словно извиняясь, спросил Стивен Кристину.
– Лучше всего играть за большим столом в гостиной. А Кристине, наверное, там будет неудобно, – Виктория схватила отца за руку.
– Я полагаю, что втроем играть интереснее, – возразил Стивен.
Девочка продолжала дергать отца за рукав и с вызовом поглядывала на Кристину:
– Ведь в прошлый раз, когда мы играли вдвоем, я не сумела купить все твои владения.
Кристина поняла, что игра для нее превратится в пытку, поэтому приняла наиболее разумное решение. Умышленно зевая и потягиваясь, она отказалась:
– Я слишком устала, и к тому же я едва знаю правила.
Она увидела, как глаза Виктории вспыхнули от восторга.
– Ты поможешь мне, Стивен?
– Конечно же, – он наклонился, одной рукой обнял Кристину за плечи, другой обхватил ноги и выпрямился. – Раскладывай, Викки. Я спущусь через несколько минут.
– Только не задерживайся, – крикнула им вслед девочка.
Стивен отнес Кристину наверх и положил на кровать. Она очень хотела скрыть свое раздражение, но у нее это плохо получилось. Поэтому на ее слова «иди и поиграй с Викторией» он сухо ответил:
– Это мой единственный ребенок, и я вижу ее гораздо реже, чем мне бы этого хотелось.
Кристина вздохнула. Умом она понимала, что Виктория – всего лишь маленькая девочка, пережившая трагическую смерть матери. И вполне естественно, что для отца на первом месте стоит его дочь. Но сердце ее желало любви.
– Я так мечтала побыть с тобой наедине и так ждала этот уик-энд.
– Я чувствую то же самое. Но мне трудно ей в чем-либо отказать. – Он присел на краешек постели и взял руки Кристины в свои.
– Не обращай на меня внимания, я просто немного раскисла, – ей вдруг безумно стало жалко Стивена. Она приподнялась и осыпала короткими поцелуями его руки.
– Подожди немного, я ее скоро уложу и тогда постараюсь сделать все, чтобы ты забыла о своей боли.
Кристина благодарно положила руку на брюки Стивена и погладила его напрягшийся член.
– А я обещаю, что ты вообще забудешь обо всем. Он крепко поцеловал ее в губы и рукой поласкал ее грудь с набухшими сосками. Кристина обвила руками его шею, прижалась к нему, и он почувствовал, как дрожь желания сводит ее тело.
– Папа, папа! Все готово! Ты будешь какао или бренди? – кричала снизу Виктория.
Стивен с трудом оторвался от Кристины. Ее разомкнутые руки тяжело упали на кровать.
– Я пойду.
– Только недолго, иначе я не дождусь тебя и засну.
– Надеюсь, мои объятия тебя разбудят.
Он вышел, а она принялась медленно раздеваться. Потом долго стояла под душем, стараясь не замочить повязку на ноге. Почистила зубы, надушилась и, не надевая ночной рубашки, захромала к кровати. Она долго лежала в предвкушении любовных ласк Стивена и незаметно для себя заснула.
Разбудили ее стук дождя, барабанившего в окно, и нестерпимая боль в лодыжке. При сером свете рассвета она с трудом разглядела время на стенных часах. Было десять минут седьмого. Кристина встала и не слишком уверенно проковыляла в ванную. Там она нашла таблетки, оставленные ей доктором, растворила две в стакане с водой, выпила и вернулась в кровать. Ей стало грустно и одиноко, и она постаралась побыстрее заснуть. Когда через три часа Кристина снова открыла глаза, в комнате уже хозяйничал Стивен. На подносе ее ждал принесенный им завтрак.
– «Как радостно твое увидеть пробужденье», – торжественно произнес он, цитируя строчку из старинной ирландской баллады.
– Что случилось? Почему ты не пришел? – обиженно спросила она и уселась на кровати, протирая глаза. – Мне казалось: ждала тебя вечность.
– Мы играли меньше часа, потом я, как заботливый отец, заставил ее улечься в постель и на цыпочках пробрался сюда в надежде превратиться в страстного любовника. Но ты… – он ущипнул Кристину за ногу, – ты пребывала в сладких объятиях. Морфея.
– Даже во сне я ждала, когда ты, наконец, разбудишь меня.
– Прости, но ты выглядела такой умиротворенной…
– Ладно, извинения ни к чему, – она свесила ноги с кровати. – Ты потерял эту ночь, впрочем, как и я.
– Пустяки. Сегодня вечером обязательно компенсируем, – он произнес это бодрым голосом.
Она прохромала мимо него в ванную, заметив:
– Не давай обещаний, если не уверен, что сможешь их исполнить.
Стивен хотел поддержать Кристину, но она проигнорировала его помощь. Он проводил ее взглядом, и точеная фигура Кристины еще раз убедила его в том, что он действительно украл у себя часы блаженства.
– По-моему, ты почти не хромаешь, а значит, поедешь с нами на ипподром?
– Обязательно! – крикнула из ванной комнаты Кристина. – Даже если меня там затопчут насмерть.
Ипподром был переполнен, несмотря на то, что было ветрено, холодно и сыро. Под большим зонтом Стивен, под руку с Кристиной, бродили по грязному полю больше часа, а Виктория, сидя в машине, становилась все более мрачной. Зато она выиграла приз, так как лошадь, на которую она поставила, пришла второй. Этого было достаточно, чтобы она, не переставая, болтала о лошадях и скачках во время долгого пути домой. Около шести вечера машина подкатила к дому. У Кристины раскалывалась голова. Она сразу поднялась в свою комнату, чтобы выпить таблетку.
Когда она заскучала от одиночества и, держась за перила, с трудом спустилась вниз, то увидела сидящих в обнимку Стивена и Викторию возле жарко пышущего огнем камина. Они впились глазами в видео и активно обсуждали фильм. Стивен взглянул на Кристину:
– Сейчас заканчивается. Это действительно захватывает.
Ничего не ответив, Кристина пошла в кухню. Там Дороти жарила мясо к ужину.
– У нас обычно бывает воскресный обед. Но господин Рис-Карлтон завтра улетает за границу, поэтому мы устраиваем сегодня ужин, – проинформировала ее толстуха-домоправительница.
Сообщение поразило Кристину. Она не подала вида, но Стивен ей ничего не говорил об отъезде. Он вообще не считал нужным посвящать ее в свои планы. Раньше она не придавала этому значения, а теперь впервые почувствовала обиду. Запах мяса щекотал нос. Ко всему, ужасно захотелось есть. Она тяжело опустилась на стул возле деревянного кухонного стола. С удовольствием выпила бы чашечку чая, но стеснялась попросить об этом монументальную домоправительницу.
Дороти обрадовалась, что появилась возможность посудачить:
– Уж поверьте мне, что-что, а мясо я готовить умею, – она гордо выпятила свою необъятную грудь. – Господин Рис-Карлтон утверждает, что никогда в жизни нигде вкуснее не пробовал.
Она продолжала расточать хвалу собственным кулинарным способностям, одновременно взбивая тесто для йоркширского пудинга.
– Как ваша нога? – спросила она, оставаясь тем не менее безучастной.
Кристина оглядела свою распухшую лодыжку и без всякого выражения ответила:
– Спасибо, уже намного лучше.
– Уверяю вас, после ужина вы почувствуете себя совершенно здоровой, – она вылила жидкое тесто на разогретый противень и поставила его в духовку. – Через двадцать минут пудинг будет готов.
На кухню вошел Стивен. И сразу занялся поиском вина. Бутылки лежали на стеллаже под разделочным столом. Вынул бутылку сухого «Сент Эмильон», открыл ее и перелил в графин. Кристина отвела глаза в сторону и ничего не сказала ему.
Сначала был подан йоркширский пудинг. Так в этом доме повелось – этот порядок завела еще мать Стивена, и сын неукоснительно ему следовал. Пудинг оказался просто воздушным и рассыпался во рту. Жареное мясо действительно было достойно всяческих похвал, и Кристина попросила еще и мяса, и золотистого жареного картофеля, и густого благоухающего соуса.
За столом Виктория, к удивлению Кристины, говорила очень мало.
Потом Дороти принесла пирог со сливками и разлила чай. Стивен спросил Викторию:
– Ты ждешь в гости свою подружку Каролину? Виктория отрицательно завертела головой и, облизывая пальцы, объяснила:
– Она, конечно, хотела прийти ко мне, но когда я узнала, что ты приезжаешь, попросила ее не приходить. Когда мы вместе, нам никто не нужен, правда?
Девочка поморщилась. «Да, эта девочка может любому отравить настроение», – подумала Кристина. Чтобы хоть как-то поддержать разговор, она показала рукой на висящую в рамке на стене фотографию молодой женщины, смотревшей куда-то далеко, за горизонт, светлыми глазами под тяжелыми веками.
– Это твоя жена, Стивен?
– Да, это Барбара.
– Привлекательная женщина, – искренне воскликнула Кристина.
– Скажете тоже! Она была красавица! – возмущенно проговорила Виктория. Оглянулась на портрет, затем сузившимися глазами вперилась в Кристину:
– Никто не сможет заменить мне маму! Кристина выдержала ее упрямый взгляд и сказала:
– Вряд ли кто-нибудь захочет это сделать. Тебе нечего беспокоиться.
Закончив с десертом она поблагодарила Дороти и тут узнала, что Виктория и Стивен собираются смотреть фильм про Джеймса Бонда. Вот уж что она ненавидела! Но пришлось забиться в угол дивана и смотреть «Голдфингера». Виктория растянулась на диване во весь рост, положив ноги отцу на колени.
Кристина вздохнула с облегчением, когда выяснилось, что девочка заснула посередине фильма, и Стивен отнес ее на руках в кровать.
– Она крепко спит, – уверенно сказал Стивен, вернувшись к Кристине с двумя рюмками бренди.
Она взяла бренди, сделала глоток и как можно спокойнее спросила:
– Ты, оказывается, собираешься завтра уезжать? Стивен обреченно вздохнул.
– Прости. Это выяснилось вчера, когда позвонил Роберт Лейтон. Мне придется лететь в Испанию. Я сразу забыл тебе про это сказать, а потом ты повредила ногу, – он провел рукой по ее волосам, погладил шею. – Скорее всего мне надо успеть на самолет в 11.30 из Гатвика в Малагу. Мы там закладываем парк отдыха, и я должен встретиться с проектировщиками рано утром в понедельник. Я и тебе заказал билет в Манчестер. Твой самолет вылетает через пятнадцать минут после моего. Вряд ли ты захочешь остаться здесь без меня.
– Да уж, благодарю. Чтобы твоя дочь здесь меня с потрохами съела!
– Ну, ладно, Кристина. Она не настолько плохая. Кристина подавила в себе желание продолжить разговор о его дочери. Она погладила Стивена по щеке и прошептала:
– У нас последняя возможность побыть вместе. Не будем тратить попусту время.
Подняла его темно-зеленый свитер и кончиками пальцев погладила волосы на его животе. Стивен напрягся и шумно вздохнул. Кристина молча расстегнула его брюки, и ее рука проникла в трусы. Стивен застонал. Кристина наклонилась, чтобы поцеловать его, и в ужасе отпрянула. В дверях маячила маленькая фигурка в белой ночной рубашке.
– Папа! Мне приснился кошмар! Я не могу заснуть! Ужас, как страшно…
Виктория подошла к дивану и уставилась на Стивена, лихорадочно застегивающего молнию на брюках.
– Что ты делаешь? – она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он быстро притянул ее к себе, чтобы скрыть смущение. Откинул слипшиеся волосы с ее лба.
– Ничего, малышка. Папа рядом, расскажи мне об этом кошмаре, и я тебя успокою.
Кристина молча встала с дивана и, не прощаясь, медленно поднялась в свою комнату. Она упала на постель, расстроенная и подавленная. Ждать Стивена не было никакого смысла. Она поняла – пока его дочь будет рядом, он не придет.
Они сидели в баре отеля «Мидленд» в Манчестере, и Стивен, заметив, что несколько человек с любопытством посматривают на них, наклонился к Кристине и настойчиво попросил:
– Говори тише. На нас обращают внимание.
– Мне плевать! – резко ответила она и продолжала: – Твоя дочь невыносима! Она симулирует болезнь, лишь бы разрушить наши отношения, и ты тут же отменяешь наш уик-энд в Испании, которого я так ждала!
Стивен устало и раздраженно принялся снова доказывать:
– Ты необъективна. Доктор Мантегю считает, что у Викки какой-то вирус. Рисковать нельзя. Представляешь, вдруг она серьезно заболеет, когда меня не будет?
– Она знала о нашей поездке в Испанию неделю назад. Не находишь ли ты слишком странное совпадение между ее болезнью и днем нашего отъезда?
– Прости меня. Ты же знаешь, как я ждал этой поездки. Тем более следующий уик-энд придется провести в школе Викки. У них там какой-то спектакль. Я обещал.
– Я не знаю, где буду через две недели. Мне некоторое время необходимо провести в Ирландии. Моя мать очень больна.
Стивен одним глотком допил содержимое стакана и, словно вдруг решившись, сказал:
– А что, если тебе поехать со мной во Францию на среду и четверг?
Он взял Кристину за руку, но она резко выдернула ее. Кристина не хотела прощать.
– Ты разве не помнишь, что я работаю? На хлеб себе зарабатываю!
– Кому нужна твоя дурацкая работа для футбольного клуба «Манчестер Юнайтед»? Отмени ее, – в его голосе зазвучали безапелляционные нотки, от которых она пришла в бешенство.
– Мне, Стивен, нужны деньги!
Он отвернулся от ее перекошенного лица и махнул рукой проходящему официанту. Тот подошел к их столику, и Стивен заказал еще один джин с тоником.
– Не говори при мне, что тебе нужны деньги! – его голос стал пронзительным. – Я предлагал тебе и деньги, и прекрасную квартиру на твое имя. Но из-за своей дурацкой детской гордости ты продолжаешь жить в какой-то конуре с сумасшедшей подругой! Продолжаешь болтаться здесь по унизительным работам, вместо того, чтобы жить рядом со мной в Лондоне.
К столику подошел официант с джином на подносе. Но он чуть не опрокинул стакан, когда ставил его перед Стивеном – крик Кристины изумил его.
– Нет, нет и нет! Сколько раз тебе повторять, что меня нельзя купить! – кричала она.
Официант поставил стакан и поспешил отойти от их столика. Опомнившись, Кристина посмотрела на Стивена и натолкнулась на немигающий взгляд его сузившихся глаз. Она почувствовала внутренний озноб. Стивен показался ей холодным и бесконечно далеким.
– Я не собираюсь тебя покупать. Просто хочу облегчить тебе жизнь и натыкаюсь на… детскую глупость! – он старательно контролировал свою речь, будучи уже на сильном взводе.
Кристина поднялась из-за столика. Было видно, как она взволнована.
– Может, я и дура, но не глухая и не слепая. Я прекрасно вижу, что ты хочешь получить меня на своих условиях. Аккуратно запихнешь меня в удобную квартирку в Лондоне, куда сможешь наведываться в удобное для тебя время и еще делать это так, чтобы не узнала твоя драгоценная дочь!
– Кристина, ты же знаешь ситуацию не хуже меня. С нашего первого уик-энда, который мы провели в Перли Холле, прошло почти шесть месяцев, но ты до сих пор никак не хочешь понять, что Виктория нуждается во мне. Я не могу лишить ее еще и отца, – после этих слов он тоже поднялся.
Кристина глубоко вздохнула.
– Я понимаю, Стивен… ты должен идти. Успеть на самолет в Лондон… Ты прав. Сейчас ты нужен Виктории, – она подняла свой чемодан, который с такой радостью упаковывала утром. Глаза ее были полны слез, и, чтобы не расплакаться, она заморгала часто-часто. Кристина набрала дыхание и произнесла решительно: – Ты мне больше не нужен. По крайней мере, пока ты так безраздельно принадлежишь своей дочери…
Она повернулась и вышла из отеля «Мидленд», надеясь, что Стивен догонит ее, хотя в глубине души она знала – это не произойдет.
Кристина прикрывала один глаз рукой, стараясь сфокусировать взгляд на Мартине Ворде. Но Вордов почему-то оказывалось сразу двое. К счастью, когда он приблизился, Кристина убедилась, что Ворд пребывает в единственном числе.
– Где ты пропадаешь? Я уже обыскался тебя, – спросил он, будто и впрямь страдал без нее.
– Пила. И еще хочу пить, – она наклонилась, чтобы привлечь внимание бармена, и чуть не упала с табурета.
Мартин подхватил ее.
– Думаю, тебе достаточно. Давай-ка поедем ко мне. Выпьешь кофе, съешь чего-нибудь, может, и протрезвеешь.
– К тебе? – непонимающе уставилась на него Кристина.
Она напоминала ему маленького полосатого котенка, которого когда-то, когда был ребенком, он спас из-под трамвая. Тогда он сам был тонкокостным, с широко раскрытыми глазами и презрительным непониманием опасности мальчишкой.
– Ладно уж, все равно сегодня от тебя в постели мало толка. Пошли, дорогая, отвезу тебя домой, – крепкой рукой он подхватил ее и, прижимая к себе, повел из бара.
Они пересекли танцевальный зал. На них смотрели с удивлением. Мартин злился на себя за то, что не сумел уделить Кристине достаточно времени. С начала вечера он не мог отвязаться от президента клуба «Манчестер Юнайтед». Тот был в плохом настроении и постоянно привязывался к Мартину. Потом пришлось по традиции танцевать с женами игроков команды, затем с девчушками-поклонницами. А в это время приглашенная им Кристина, в отличие от женщин, не сводивших глаз с его широкоплечей фигуры, не обращала на него внимания и надиралась за стойкой бара. Он хотел ее с шиком заарканить, а ей, оказывается, нужно плечо, в которое можно поплакаться.
Он, конечно, догадывался, что виной всему тот самый мужчина, которого он видел с Кристиной в гостинице «Мидленд». Усевшись в «БМВ», Кристина вроде немного пришла в себя.
– Извини, Мартин. Мне так стыдно. Я совсем плоха, да?
– Ничего, со всеми когда-нибудь такое случается. Это еще не конец света. Я в таких ситуациях выглядел гораздо большим дураком. Однажды меня принесли домой в дупель пьяным.
Кристина чихнула, шмыгнула носом, высморкалась и откинулась на подголовник. Голова кружилась, и хотелось спать.
– Поверь, Мартин, меня просто не хватит провести с тобой ночь. Не сердись, отложим до следующей встречи…
Мартин слушал ее и насвистывал прицепившийся танцевальный мотив.
– Я давно хочу переспать с тобой. И если быть честным, очень надеялся на сегодняшний день… – он осторожно подбирал слова. – Но не собираюсь воспользоваться твоим состоянием. Я не привык, чтобы спали со мной, а думали о другом.
Кристина фыркнула, хохотнула пьяным смехом, ничего не ответила и уставилась в раскрытое окно автомобиля. Мартин не продолжал свое признание, и она подумала, что он обиделся, поэтому решила его поддержать:
– Ты прав! Очень редко мужчины разбираются в этом. Спасибо тебе. Как хорошо, что ничего не нужно объяснять. Сжалься надо мной, довези до дома.
Он остановил машину напротив двери ее дома.
– Мне хотелось бы с тобой увидеться завтра, в крайнем случае, послезавтра. Ведь я сейчас оформляю лист перевода и скорее всего подпишу контракт с «Тоттенхемом». На следующей неделе я уеду из Манчестера… – он сделал паузу, – я знаю, ты собираешься искать работу в Лондоне, мы могли бы… – он намеревался предложить поехать вместе, но голос его дрогнул, и фраза осталась незаконченной.
Кристина как-то странно улыбнулась и сказала:
– Я уверена, все у тебя будет хорошо.
Она вышла из машины, слегка пошатнувшись, замерла на тротуаре, но увидев, что и он собирается вылезти из машины, наклонилась к окошку:
– Не выходи, Мартин. Я в порядке. Прости за испорченный вечер.
– Нет проблем. Подумай о Лондоне. Я позвоню утром, – он махнул на прощание рукой, и машина резко сорвалась с места.
Она долго смотрела вслед удаляющимся огонькам. Половина девушек Манчестера отдали бы все на свете, чтобы получить приглашение от Мартин Ворда. Он красивый, богатый, знаменитый. Но не для нее. Существовал лишь один человек, которого она хотела…
Следующее утро началось с непрерывного телефонного звона. Кристина с неохотой взяла трубку, уверенная, что услышит голос Мартина. Но это звонила ее сестра.
– Плохие новости, доктора говорят, мама не проживет и ночь.
Кристина уставилась на свое отражение в треснувшем зеркале над телефоном. Бледное лицо с запавшими глазами очень подходило для такого известия.
– Но ведь они говорили, что она продержится как минимум несколько месяцев! – закричала Кристина в трубку. – Я бы давно отменила все дела и приехала.
В голосе сестры послышалось едва сдерживаемое рыдание:
– Мама ни за что не согласилась бы на твой приезд. Ведь она так гордилась тобой, – она говорила так, словно мамы уже не было в живых.
– Я еду… – всхлипнула Кристина.
Тошнота, которую она испытывала поутру, оказалась детским лепетом по сравнению с морской болезнью, мучившей ее на пароме Ливерпуль – Дублин. Она стояла на палубе, впившись руками в поручни. Жгучий ветер обдувал ее лицо. Но и это не помогало. Тошнота подступала с равными промежутками, не позволяя сосредоточиться на чем-то другом, кроме этого гнусного состояния. Никогда еще Дублин не казался ей таким приветливым, как в этот раз, когда паром вошел в бухту, сверкавшую огнями в серых сумерках.
Муж сестры Райан терпеливо ждал у выхода из зала таможни, откуда неверной походкой появилась Кристина. Она с трудом помахала ему рукой, но тут же испугалась мрачного выражения его лица.
– Мама скончалась два часа назад, – сквозь гул в ушах услышала она.
Кристина не сводила глаз с румяного крупного лица Райана. Она никак не могла осознать того, что он произнес.
– Не может быть, Райан! Ей же всего пятьдесят шесть лет! В таком возрасте не умирают! – Голос ее был потерянным и по-детски жалобным. Неужели я уже никогда не увижу ее живой?!
– Прими мои соболезнования, – не умея утешать, ответил ей этот большой человек. – Я тоже любил ее. Но никто бы не пожелал продолжения ее страданий, особенно в самом конце, – его глаза были полны слез. Он раскрыл свои широкие объятья, и Кристина упала ему на грудь. Грубый материал пиджака больно терся о ее лицо. Она онемела от поглотившей ее боли и одновременно от ощущения какой-то пустоты. Через три недели ей исполнится двадцать лет, и она безумно одинока на этой жестокой земле.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Платиновое побережье - Пембертон Линн

Разделы:
Пролог1234567891011121314151617181920Эпилог

Ваши комментарии
к роману Платиновое побережье - Пембертон Линн



Супер
Платиновое побережье - Пембертон ЛиннЛиза
12.03.2014, 6.23





Прочитала с удовольствием! Очень интересный сюжет. Читайте и не пожалеете.
Платиновое побережье - Пембертон ЛиннЮля
4.03.2016, 23.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100