Читать онлайн Очарованный красотой, автора - Пелликейн Патриция, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Очарованный красотой - Пелликейн Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Очарованный красотой - Пелликейн Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Очарованный красотой - Пелликейн Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Пелликейн Патриция

Очарованный красотой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Даже не будучи великим сыщиком, нетрудно было сообразить, откуда вернулась Фелисити. На дворе стояла ночь, а она только вошла в дом, причем поначалу Джаред даже не обратил внимания на тот странный способ, которым она появилась в комнате. Очевидно, в гардеробе была потайная дверь, однако сейчас ему было не до этого.
Увидев на щеке Фелисити кровь, он страшно перепугался. Внутри все так и сжалось от ужаса. Была ли это ее кровь? Он окинул жену внимательным взглядом и понял, что одежда чистая. Значит, она не ранена.
Джаред испытал внезапное облегчение, от которого едва не рухнул на пол. Но в следующий миг это чувство сменилось такой невероятной яростью, что он даже удивился, как ему удалось удержать при себе руки. Очевидно, его жена этой ночью кого-то убила. Эта милая, застенчивая, скромная барышня, на которой он женился, стала убийцей!
– Он мертв?
– Кто?
– Человек, в которого ты стреляла.
– Стреляла не я, а Бр… – Она вовремя спохватилась. – Другой человек стрелял. Нет, он не убил его. – Фелисити была слишком измотана и ждала возможности наконец-то отдохнуть, добравшись до своей комнаты, чтобы теперь отрицать очевидное. Она побывала сегодня в перестрелке, как герой какого-нибудь захватывающего романа. Прямо в самом центре схватки! Только это вовсе не было так уж романтично. На деле это выглядело ужасно. Наверное, если бы Брайан не утащил ее от упавшего солдата, она до сих пор так и стояла бы там, в потрясении глядя на несчастного.
– У тебя кровь на лице.
– Да? – Фелисити вытерла красно-бурые пятна рукавом сюртука, но лишь размазала их. – Просто я стояла слишком близко.
Джаред глубоко вдохнул и медленно выдохнул, спросив:
– И как часто ты это делаешь?
– Что? Выхожу на улицу в таком виде?
– Ну, или, говоря по-вашему, борешься за свободу колоний, – с нескрываемым раздражением проговорил муж.
Фелисити, однако, пропустила мимо ушей и эти слова, и сарказм, звучавший в его голосе, и ответила:
– Это впервые.
– Нет, не впервые, – напомнил Джаред, ведь оба они знали, что она уже однажды переодевалась мужчиной.
– О, если не считать того случая, – согласилась Фелисити, заметив, как проницательно он на нее смотрит, – если не считать твоего похищения, то это действительно впервые.
– Но гораздо важнее то, что ты занимаешься подобными вещами в последний раз. Ты поклянешься мне в этом, Фелисити. Поклянешься на могиле матери, что никогда больше не сделаешь ничего подобного.
Джаред удивлялся самому себе, тому, что он вообще может говорить, а уж тем более таким уверенным, спокойным голосом и такими разумными, взвешенными фразами.
После того как ему сказали, что Фелисити отправилась спать, он пришел к ней в комнату и просидел тут весь вечер, ожидая ее возвращения. Входя сюда, он намеревался разбудить ее поцелуями и взять то, чего она не желала отдавать ему, когда бодрствовала… Но, к своему удивлению, обнаружил постель пустой и холодной. Очевидно, она ушла из дома. Может быть, к Кэролайн, чтобы сделать последние приготовления к свадьбе. Но самым неожиданным было даже не это возвращение через двери стенного шкафа, а мужской костюм, в который она была одета, и эта кровь на лице. Бог знает каких усилий ему стоило не ударить ее, потому что он еще не видел женщины, которая так заслужила бы ярость своего супруга.
И пока эмоциональный порыв не одержал верх над его разумом, Джаред отвернулся от жены, пройдя через комнату, взялся за бутылку вина, которую принес сюда, чтобы скоротать время в ожидании. Он налил два бокала и вернулся к Фелисити как раз в тот момент, когда она снимала сюртук. За поясом у нее было два пистолета. При виде их Джаред удивленно покачал головой, искренне недоумевая, как его угораздило увлечься такой женщиной, а тем более влюбиться в нее.
Фелисити осушила бокал тремя большими жадными глотками. Утерев губы тыльной стороной ладони и устало вздохнув, она вернула бокал Джареду:
– Спасибо.
– На вот, возьми еще этот, – сказал он, протягивая ей свое вино.
Пока Фелисити пила его, муж вытащил оружие из-за ее пояса. Не обратив на это внимания, она выпила все до капли. Джаред убрал пистолеты в комод.
– Полагаю, бесполезно просить тебя показать мне, как ты отсюда выходишь?
Не ответив на вопрос, Фелисити сказала:
– Ты слышал новость? Сегодня в Йорктауне капитулировал Корнуоллис.
Джаред решил, что все равно рано или поздно отыщет тайный ход и прочно заделает его.
– Слышал, – ответил он, поскольку об этой новости знал уже весь город.
– Война закончилась.
– Я полагаю, она еще некоторое время продлится.
– Но по крайней мере военных действий больше не будет.
– Это возможно. Однако до тех пор, пока в Париже не подпишут мир, мы останемся здесь.
– И что это значит? Что и ты не уедешь?
– Я остаюсь вне зависимости от того, как развернутся события. Ты знала об этом давно.
Налив воды в таз, Фелисити отмыла лицо и руки от крови. Вытирая их насухо, она сказала:
– Но я не хочу тебя видеть в своем доме.
– Не верю.
– Придется поверить. Это правда.
– Фелисити, ты сама не стала бы мириться с такой правдой, которая бьет тебя по лицу, как оплеуха.
Она рассмеялась и сбросила сапоги.
– Хочешь сказать, что я снова от тебя прячусь?
– А разве не так?
– Нет! Я с самого начала говорила тебе, что…
– Я помню все, что ты говорила, – перебил ее Джаред, глядя, как жена удаляется за ширму. – Но больше это не имеет значения. Все изменилось.
– Что это «все»?
– Мы полюбили друг друга.
– Нет! Ты просто думаешь, что это любовь, но на самом деле, увы, это всего лишь похоть.
– Неужели?
Увидев, что Джаред внезапно очутился рядом с ней за ширмой, Фелисити ахнула. Она уже успела раздеться до панталон; рубашка валялась на полу. Когда она протянула руку к халату, Джаред поймал ее за оба запястья.
– Я не стану отрицать, что хочу тебя. Не стану отрицать, что ты самая красивая из женщин, которых я знал, но это не только похоть, как ты говоришь. Я люблю тебя. Бывают моменты, как сегодня, когда я увидел, что ты выходишь из этого шкафа, и я хочу избавиться от этих чувств к тебе, но не могу.
Руки ее были несвободны, и она не могла даже ладонями прикрыться от его взгляда, обволакивающего все ее тело.
– Джаред, не надо. – Фелисити попыталась вырваться, но он лишь крепче сжал ее запястья и привлек к себе.
– Я люблю тебя. И ты – моя жена.
Больше у нее не оставалось сомнений насчет намерений Джареда. Она еще раз попыталась освободиться. Ей не хотелось, чтобы все повторилось снова. Она ведь из кожи вон лезла, стараясь не допустить этого! И все же не могла отрицать волнения, которое внезапно охватило ее.
Казалось, сейчас он овладеет ею, не дожидаясь согласия. Но, заглянув в его глаза, Фелисити содрогнулась. Она поняла, что он вот-вот убедит ее согласиться. Этого она боялась куда сильнее, чем насилия, потому что стремление к этому человеку неизменно лишало ее всякой воли, а безвольное существо может лишь страдать, попавшись в сети любовной страсти.
Запустив пальцы в ее волосы, Джаред потянул к себе голову жены, приближаясь к побледневшему лицу губами.
– Но я не хочу, не… – начала было Фелисити, но остаток фразы растворился в соблазнительном обещании экстаза, который хранился на кончике его языка. Довольно было одного лишь прикосновения, одного взгляда и одного поцелуя, чтобы воскресить в ней желание. Все ее тело устремилось навстречу Джареду. Внизу живота разлилось мучительное томление, заставляя жаждать большего, мечтать обо всем, что может дать ей этот мужчина. Под натиском неодолимых эмоций Фелисити совершенно смешалась, ноги более не держали ее, но в то же время она казалась себе гораздо сильнее, чем когда-либо прежде. Наверное, именно поэтому тихий шепот рассудка, предупреждавшего об опасности, вскоре потонул в буре чувств и ощущений, и в следующий миг она уже крепко обвила руками его шею, все ближе, крепче привлекая голову Джареда, и в конце концов всякие разумные предосторожности испарились, как единственная капля дождя, упавшая на раскаленный песок пустыни.
Она глубоко вдохнула, но и легкие ее, и разум, и чувства были наполнены только им. И по мере того как каждая клеточка ее существа впитывала вкус, аромат, нежность Джареда, силы Фелисити все возрастали. Она еще крепче прижималась к мужу, и вскоре губы их слились в страстном поцелуе, жадно предаваясь восторгу и стремясь отдать взамен не меньшие наслаждения.
О да, этот мужчина способен влить в нее небывалые силы! Так думала Фелисити, сходя с ума от его ласки. Теперь она ощущала такой прилив энергии, что могла бы противостоять чему угодно. Оказывается, она ошибалась: прикосновения к нему, даже само стремление к нему отнюдь не делали ее слабее. И даже ей было ясно, что лишь любовь способна на такое…
Она уже плыла у него на руках к своей постели, но Джаред нашел в ней не просто податливую и благосклонную партнершу. Вместо этого он обнаружил страсть, вероятно, более сильную, чем его собственная. Он уложил ее на кровать, и тут Фелисити сама сорвала с себя остатки одежды. Потом так же быстро сняла с него рубашку, чтобы поскорее прикоснуться к коже Джареда. Она сама взяла рукой его вожделение и направила в тепло своего тела.
Они не стали тратить время на ласки. Над обоими властвовало желание. Обыкновенное животное влечение, которое можно было утолить только одним – завершающим, торжественным в своей простоте актом.
Она вовлекла его в это сумасшествие, в этот жар, в эту радость слияния, и Джаред с готовностью отдал ей все: и разум, и душу. Он не смог бы теперь удержаться, даже если бы от этого зависела его жизнь.
Врезаясь глубже и глубже в умопомрачительную сладость ее тела, Джаред чувствовал, как внутри у него все пульсирует необычайной живительной силой. Никогда еще не было в его жизни подобной всепоглощающей радости, ни разу еще он не любил такую желанную женщину.
Он не мог сопротивляться чарам Фелисити и знал, что ему остается лишь вечно удерживать ее возле себя, любить ее до конца дней своих.
Сейчас ему хотелось еще немного продлить эту сладкую пытку, потянуть время, возвести ее еще выше на вершину экстаза, но в конце концов Фелисити взяла власть над ним в свои руки.
Та, что так долго воздерживалась от близости с мужем, теперь буквально сводила его с ума своими прикосновениями, та, что клялась, будто он ей безразличен, желала его как одержимая. Позабывшись от страсти, она прикусила кожу на его плече, потянула за волосы, впилась в спину ногтями, словно заставляя себе повиноваться. Теперь, когда он с готовностью слушался ее молчаливых, нетерпеливых приказов, Фелисити обхватила его ногами за пояс, словно замкнула навеки в этом страстном объятии, и стала подниматься к нему все выше, как будто предлагала новые волшебства.
Джаред боялся, что она так и не испытала наивысшего наслаждения, когда тело ее вдруг распрямилось и вытянулось под ним. Но он был без ума от желания, как какой-нибудь дикий зверь, сходящий с ума от запаха самки, и уже не мог совладать с поглотившей его страстью, не мог остановиться, но еще в состоянии был увлечь за собой любимую.
Он протиснул руку между их животами и стал, кругами поглаживая и слегка нажимая, ласкать заветный бугорок. Моментально Фелисити превратилась в демона, заметавшегося в поисках света.
Теперь уже ему не вырваться! На этот раз она крепко держала его в себе, в безумном восторге пытаясь втянуть глубже, и эта сладкая боль заставляла его торжествовать.
И вдруг она рассмеялась таким отчаянным, заливистым смехом, который, казалось, был отголоском сумасшествия, овладевшего ее разумом и телом. Голова ее запрокинулась, зубы обнажились, словно она не могла больше терпеть захлестнувшую ее радость. Джаред ощутил могучие, затягивающие волны экстаза, которые тащили его все глубже и глубже, в самую пучину любовной агонии. В следующий миг он позабыл обо всем на свете, кроме своей любви, кроме сладостного сумасшествия, кроме того ослепительного света, который несла в его жизнь Фелисити.
Потом он долго не мог пошевелиться. Еще никогда Джаред не испытывал ничего подобного, потрясшего его до глубины души. Удовольствие было так остро, что он, казалось, расстался навсегда со своим сердцем.
Не раньше чем через несколько минут он нашел в себе силы, чтобы приподнять голову. Лишь только заглянув в лицо Фелисити, он сразу же понял по ее глазам, что натворил. Поглощенный пламенем страсти, Джаред совсем забыл о данном себе слове, и вот теперь Фелисити знает правду, знает, какого счастья он хотел ее лишить.
– Подожди минутку. Не надо так расстраиваться… – начал Джаред.
– Подонок!
Он встряхнул головой. Ему никак не удавалось собраться с мыслями. Он должен был объясниться, сказать ей, почему так поступил, но понял, что едва ли сумеет связать хоть пару вразумительных фраз.
– Фелисити, ну пожалуйста…
– Убирайся отсюда.
– Дай же мне хоть минуту, черт побери!
– Для чего? Чтобы ты успел придумать новую ложь?
– Нет, чтобы я мог рассказать тебе правду, чтобы вообще смог найти слова, которые ты поймешь.
– О, я отлично все поняла! Я поняла, что ты до глубины души эгоистичен, что ты использовал мое тело ради собственного удовольствия, отнюдь не беспокоясь о том, чтобы я получала удовлетворение взамен. Убирайся!
– Но послушай же!
Она дала ему пощечину, и от этого жгучего удара Джаред резко вдохнул. Через секунду обе ее руки оказались прижаты к постели высоко за головой.
– Ненавижу тебя. Отпусти!
– Сначала выслушай меня! – Свободной рукой Джаред потряс Фелисити за плечо. Зубы у нее застучали, и она моментально притихла. Переждав мгновение, он продолжал: – Я знаю, ты думаешь, что я заботился только о себе, но ведь нет большего наслаждения, чем наша близость. И если я лишал тебя всей полноты этого счастья, то и себе отказывал в том же.
По глазам Фелисити он понял ее смятение. Она явно не понимала: если это правда и действительно для него нет большего удовольствия, так почему же тогда он удерживался от этого? Почему отказывал им обоим в полноценном счастье?
– Но ведь есть нечто большее, чем простое совокупление, – продолжал Джаред, – есть моя любовь к тебе. К тебе, а не только к твоему телу. Я люблю твой смех, твое озорство, даже гнев твой, все, что делает тебя такой прекрасной. Я просто не могу рисковать потерять тебя. Моя первая жена умерла в родах. И я не могу снова допустить этого.
– Ты не можешь того, не можешь этого. А как насчет меня? Разве я не имею права сама выбирать, что лучше для меня? И как же наш уговор? Ты согласился на него, надеясь обмануть меня. Оказывается, ты и не собирался выполнять своих обязательств!
– Да, я знаю, что поступил эгоистично, даже бесчестно, но я не ожидал, что обман откроется.
– Вот так так! И по-твоему, это хорошо? Получается, что можно лгать, воровать, убивать, лишь бы тебя не поймали за руку? Нет, Джаред, это не простая ложь. Это настоящий обман. Как же я могу доверять тебе после этого?
– Ты права, если бы я подумал получше, то, наверное, не стал бы так поступать. Но мне и в голову не приходило, что я настолько забудусь и потеряю контроль над собой.
– Так вот в чем дело? Ты потерял контроль?
– Господи, – простонал Джаред, утыкаясь носом ей в шею, – я еще ни разу в своей жизни не забывался до такой степени!
– А теперь пусти меня, – сказала Фелисити с абсолютным спокойствием в голосе.
– Зачем?
– Я хочу еще раз тебя ударить.
Джаред улыбнулся. Теперь он был уверен, что сумеет убедить ее. В голосе Фелисити он услышал обнадеживающие мягкие нотки. Может быть, она еще не поняла этого вполне, но уже чувствовала, что Джаред не нарочно причинил ей боль.
– Фелисити, послушай. Я знаю, что был не прав, но я просто не мог подвергать опасности твою жизнь. Эта потеря была бы для меня невыносима. Такое уже случилось однажды, и во второй раз я не мог этого допустить.
– Да? И что же теперь? Ты полагаешь, что мне станет жалко тебя и я скажу: «Ну ладно, дорогой. Правда, ты пытался лишить меня величайшей радости в жизни, но я тебя прощаю»?
– Ну вот видишь… несмотря на все мои старания, получилось так, что я не сумел лишить тебя этого…
– Правильно. Но все случилось отнюдь не благодаря тебе.
Джаред усмехнулся:
– Ну, знаешь ли. Все-таки именно благодаря мне.
– Мерзавец! Никогда тебе не прощу!
– Но у нас впереди целая жизнь, дорогая. Рано или поздно ты все равно найдешь в своем маленьком непреклонном сердечке уголок для прощения.
– В маленьком?! Так ты и правда так думаешь?
Он кивнул:
– Будь оно еще хоть чуточку поменьше, и не смогло бы обеспечить жизнь взрослой женщины.
– Ах, как легко ты все перевернул! Сам натворил такого, что голова идет кругом, а я, оказывается, виновата в том, что не хочу тебя прощать!
– Да, это было бы очень по-христиански.
Фелисити прищурилась, придумывая, чем бы еще уколоть Джареда. Наконец она спросила:
– Сколько раз мы занимались любовью, как ты думаешь?
– Наверное, около сотни.
Фелисити кивнула:
– Это значит, что я задолжала тебе девяносто девять пощечин. И только после того, как ты их все сполна получишь, я смогу подумать о прощении.
– А до тех пор?
– Что до тех пор?
– До тех пор, пока я не получу твое прощение? Чем мы будем заниматься?
– Ничем.
– Ничем? И даже этим? – спросил он, укладываясь на бок и проводя пальцем свободной руки от шеи к груди Фелисити. От него не ускользнула мгновенная задержка ее дыхания, когда кончик пальца заскользил по самым сокровенным точкам, продолжая свое путешествие к бедру. Джаред улыбнулся.
Она же думала, что это неправильно: он не должен иметь над ней такой власти, и его прикосновения не должны столько для нее значить, во всяком случае, ей не следовало так легко сдаваться.
– Нет, я намерена оставаться холодной и равнодушной. Клянусь!
– Но как это у тебя получится? – игриво переспросил Джаред, ощутив, однако, смутную тревогу.
– Еще не знаю сама, но обязательно найду для этого способ.
Тогда он перекатился на спину, увлекая ее за собой. Теперь руки Фелисити были свободны, а Джаред лежал перед ней совершенно открытый, ничем не защищенный и ждал любого наказания, которое она для него выберет.
– Ударь меня, избей, мне все равно. Лишь бы все это поскорее закончилось.
Фелисити не удержалась от улыбки. Она уселась верхом ему на бедра и спросила:
– Что ты имеешь в виду?
– Что я не переживу, если ты будешь лежать вот так безучастно, в то же время думая, как бы побольнее меня ударить.
Улыбаясь, она наклонилась над ним и уперлась ему в плечи ладонями. При этом груди ее слегка покачнулись.
– Боишься меня, Джаред?
– Нет. Не боюсь. Я в ужасе.
Фелисити рассмеялась:
– Ты так говоришь, чтобы я забыла о гневе и ты бы снова меня беспрепятственно соблазнял?
– Нет, я говорю так только потому, что это правда. И потом, если честно, я надеялся, что на сей раз ты сама будешь соблазнять меня.
Фелисити покачала головой:
– Господи, и с кем я связалась?! Этот человек не только обманывал меня, водил за нос и лишь по счастливой случайности сделал мне ребенка, но теперь еще и ждет, что я стану его любить!
– Ну, я, правда, не то чтобы жду этого. Но, во всяком случае, надеюсь.
Не обращая внимания на его тоскливо ожидающие глаза, Фелисити внезапно попросила:
– Расскажи мне о ней.
– Что-что? – встрепенулся Джаред, но тут же понял и улыбнулся. – Об Энни? Она была доброй женой, милой и щедрой. Мужчина и не может мечтать о большем счастье.
Глаза Фелисити слегка сузились, когда прозвучали все эти лестные отзывы. Как ни странно, именно сейчас, задав вопрос о жене Джареда, она совершенно расхотела слушать о его первом браке.
– Когда мы поняли, что у нас будет ребенок, мы оба были страшно счастливы, – начал он свой рассказ, но вскоре озаренные приятными воспоминаниями глаза затуманились. Эти радостные картины уступили место трагическим. – Беременность протекала тяжело. Она страдала, а я был напуган. Я видел, что ребенок очень велик, и понимал, что моя жена непременно умрет, если я не приму меры.
– И что же ты сделал?
– Поехал на континент посоветоваться с другими врачами. Один из них действительно порекомендовал мне средство. Он сказал, что ему удалось таким способом спасти нескольких рожениц, и научил меня извлекать ребенка с помощью операции. Это был единственный шанс для Энни. – Джаред тяжко вздохнул. – Но я опоздал. Когда я вернулся домой, она уже рожала. Роды были жуткие. Ребенок, как я и предполагал, оказался чересчур велик, а я явился слишком поздно. – Он еще раз вздохнул, вспоминая собственное отчаяние. – Она была очень уж хрупкой и маленькой, бедра слишком узкие… Все было предрешено заранее, а я стоял рядом и смотрел, как они оба умирают. – Джаред долгим взглядом посмотрел на Фелисити и сказал наконец еле слышным голосом: – Ты не представляешь, что это такое. Она забеременела из-за меня и умерла, потому что я, профессиональный врач, не сумел ей помочь.
Фелисити с пониманием кивнула. Наверное, из-за того, что произошло с Энни, он никак не хотел, чтобы она рожала. Может, от этого его поведение не становилось честнее, однако хотя бы причины его теперь казались ей уважительными. Ну, или по крайней мере более уважительными, чем прежде. Во всяком случае, он решился на этот обман из лучших намерений.
– Не беспокойся обо мне. Со мной все будет хорошо, – сказала она.
Внезапно Джаред снова перевернул ее на спину и крепко прижал своим телом к матрасу, одновременно стискивая в объятиях.
– Все будет хорошо. Обязательно будет. Клянусь!
Через минуту он встал с постели, увлекая Фелисити за талию к умывальнику. Здесь он развернул жену лицом к зеркалу и, стоя сзади, долго рассматривал ее отражение. Потом омыл свое и ее тело от последствий любовного акта.
Отложив мочалку, он продолжал ласкать жену. Фелисити смотрела на длинные тонкие пальцы, слегка опушенные темными волосами. Прежде она ни разу не замечала, насколько красивы мужские руки.
Они скользили по ее животу, по бедрам, по шее и плечам, подходя совсем близко к тому месту, которое сильнее всего жаждало прикосновений, и снова быстро ускользали оттуда. Она смотрела на эти движения, потом, откинув голову на грудь Джареда, обмякла, а соски, напротив, напряглись, и их бледно-розовая поверхность потемнела от нарастающего желания. Фелисити слегка выгнула спину, подставляя грудь пальцам Джареда, и страстно прошептала его имя.
– Открой глаза, дорогая. Посмотри на мои руки.
– Я совсем без сил. Не могу.
– Открой, – снова попросил он, и Фелисити послушалась. Его темный взор, отразившись от зеркала, глубоко проник ей в душу, так что у нее захватило дух. Смотрел ли когда-нибудь мужчина на свою жену вот так же, как смотрит сейчас он?
– Джаред, – нежно промолвила Фелисити, внезапно испугавшись соблазнительной силы этих глаз и того, что может потерять свое сердце навеки. Все это становилось слишком серьезно, слишком значимо… – Джаред, я не хотела этого.
– Я знаю, – ответил он. – Я тоже думал, что не хочу. Во всяком случае, поначалу. Но я не сумел удержаться после того, как познал тебя, познал твой смех, твое милое лукавство, ту любовь, которую мы разделили. Знаешь, это очень опасно – так любить.
Она упрямо встряхнула головой:
– Я не люблю.
– Но разве ты была без меня счастлива, Фелисити? Ты смеялась? Улыбалась хотя бы?
– Улыбки и смех – это еще ничего не значит, – ответила она, но голос ее говорил именно то, что ему хотелось услышать.
Джаред кивнул:
– Ты снова можешь смеяться. Если перестанешь сдерживаться, то прямо сейчас рассмеешься от радости.
Она покачала головой:
– Не могу. Ты слишком многого просишь.
Фелисити действительно была напугана, гораздо сильнее, чем он мог предположить. Вероятно, тот обман, который вскрылся сегодня, был достаточным поводом, чтобы уже ни в чем и никогда не доверять ему. Похоже, что она решилась бы в своей жизни на самый опасный, смертельный риск, но ни за что не доверила бы свое сердце мужчине. Она боялась подарить ему свою любовь, и Джаред почувствовал, что еще никогда ему не было так трудно с женщиной.
– Ты больше не думаешь, что у меня с Маргарет что-то было, правда?
– Нет, не думаю.
Он с облегчением вздохнул. По крайней мере теперь со спокойной душой он предложит ей если не любовь, то свою верность. Быть может, она ему поверит хоть в этом? Похоже, он наконец нашел путь, которым их судьбы могли бы навеки сойтись вместе.
– Ну хорошо, давай на время забудем о любви. Ты ведь и не должна меня любить, не правда ли? Но, тем не менее, мы могли бы жить вместе, разве не так? Допустим, ты никогда меня не полюбишь, но, даже несмотря на это, мы можем быть счастливы. Я знаю, что можем.
Фелисити на минуту задумалась. Что ж, пожалуй, эта идея не так уж и плоха. В конце концов, они вместе уже несколько месяцев, а она до сих пор не потеряла своего сердца, не влюбилась до такой степени, которой опасалась. Очень возможно, что Джаред прав: вполне вероятно, не заходя дальше того, что у них есть сегодня, они сумеют создать нечто долговечное. Можно же обойтись и без любви, не так ли?
Фелисити снова подняла глаза на отражение мужа и в его взоре прочла обещание, что все будет хорошо. Все будет так, как она захочет, и все обязательно получится. Тогда, она кивнула и впервые за последнее время широко и открыто улыбнулась Джареду:
– Я думаю, ты прав. Мы сумеем стать счастливыми. Так когда же начнем?
Он мысленно прочитал благодарственную молитву, и только это помогло ему не задушить любимую в объятиях.
– Отлично, – с улыбкой сказал Джаред. – Я думаю, начинать можно прямо сейчас. – Фелисити развернулась к нему лицом, и он сладостно вздохнул. – Ах, милая, когда ты так вот стоишь передо мной, я не могу избавиться от других мыслей.
Она мягко рассмеялась, и от этого звука у него замерло сердце. Ведь он уже почти утратил надежду еще когда-нибудь услышать ее смех.
– Знаешь, я тоже, – призналась жена.
– Да? И о чем же ты думаешь?
– Не хочу тебя шокировать.
– А я люблю, когда ты меня шокируешь.
Фелисити снова усмехнулась:
– Ну, если действительно любишь, то я, пожалуй, просто покажу тебе.
Джаред притворился крайне потрясенным, когда она стала целовать его шею и грудь… А когда губы Фелисити двинулись ниже по его телу, то казалось, что его ахи и охи, стоны и время от времени произносимые восклицания «О, дорогая!» лишь подстегивают рвение жены.
Она радовалась его шумным восторгам, и, поскольку она смеялась, а это очень нравилось Джареду, он продолжал свое игривое притворство.
– Если ты не прекратишь шуметь, я никогда не перейду к самому потрясающему, – сказала наконец Фелисити.
– Если ради этой потрясающей вещи надо заткнуться, то так бы и сказала, – отозвался Уокер.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Очарованный красотой - Пелликейн Патриция



красиво как, очень романтично
Очарованный красотой - Пелликейн Патрициякраса
4.07.2012, 13.40





Ах, как я люблю романы, которые кончаются рождением детей))
Очарованный красотой - Пелликейн ПатрицияЛале
14.02.2013, 21.53





Какой замечательный роман, приятное послевкусие. Гл. герой очень понравился, умеет своего добиться, как гл. героиня не сопротивлялась любви, но...
Очарованный красотой - Пелликейн ПатрицияТаня Д
17.04.2015, 17.15





Читать читать и еще раз читать!
Очарованный красотой - Пелликейн ПатрицияЧитатель
18.04.2015, 23.26





Да-а, ну и винегрет! Война янки и тори, шпионо - разведовательная подпольная борьба, грехи молодости отца гг-ни,объявление дочки -самозванки впридачу с сутенером, покушение на подругу, а потом и отца гг-ни, похищение самой героини и попытка ее изнасилования... Сама же гг -дама очень даже странная. Боясь влюбиться и быть обманутой ( повод ничтожный - проступок отца 20-ти летней давности!) соглашается на брак, чтобы родить ребенка, а потом развестись и жить без обязательств. То есть, лишить дитя отца, который, кстати, клянется ей в вечной любви и говорит о нежелании развода. А она как упрямая ослица, причем, во всем. Будучи беременной, лезет под пули на очередной вылазке, муж предупреждает об опасности похищения - она продолжает "дурочку клеить" и т.д. Нет, слова восточного мудреца о том, что лучше любовь потерять, чем вовсе не любить, не о нашей героини. Словом, произведение сумбурное, много несуразностей, автору не удалось раскрыть психотип героини. Роман затянут в основном из-за диалогов, зачастую лишенных лаконичности. А вот гг-ой душка, его поступки, сомнения, переживания понятны и объяснимы. В конце, во время родов, бедненький, даже шлепнулся в обморок. Вот так нужно любить! За последнюю страницу и чудесного ггероя 8 баллов. А вообще, дамы, если есть время читайте, ведь сколько людей, столько и мнений...
Очарованный красотой - Пелликейн Патрицияольга
17.07.2015, 23.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100