Читать онлайн Волна страсти, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Волна страсти - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.97 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Волна страсти - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Волна страсти - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Волна страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Все собрались в гостиной дома Ашбертона, ожидая карету, чтобы отправиться в церковь. Ребекка еще раз придирчиво оглядела Бет, которая была само очарование в шелковом кремовом платье. Платье подарила Лавйния, обожавшая свадьбы. Ребекка расправила шлейф и осталась довольна.
– Ты волнуешься больше, чем я, – с улыбкой заметила Бет.
– Возможно. Мне еще никогда не приходилось участвовать в свадебной церемонии.
Ребекке нравились волнение и праздничная суматоха, царившие в доме. После стольких лет затворничества она чувствовала себя на седьмом небе. Ей не терпелось поскорее отправиться в церковь.
Кеннет и Катарина ушли на кухню, чтобы отдать последние распоряжения насчет свадебного завтрака, который Кеннаны давали у себя дома. Супруги принимали самое горячее участие в подготовке свадьбы, и у Кеннета не было слов, чтобы выразить признательность своим друзьям за эту неоценимую помощь.
– Скоро ты будешь присутствовать на своей собственной свадьбе, – сказала Бет Ребекке. – Вы уже назначили дату?
– Нет еще, – ответила Ребекка, отводя глаза. – Зачем нам спешить?
– Ты намекаешь на нас с Джеком? – Бет положила руку на живот. – Я нарушила все приличия, но ни о чем не жалею.
Ребекка в смятении уставилась на Бет, решив, что она неправильно истолковала ее жест.
– Уж не хочешь ли ты сказать…
– Что я беременна? – рассмеялась Бет. – Я думала, Кеннет все рассказал тебе, как своей невесте. Он, конечно, огорчен, но тут уж ничего не поделаешь. Скоро моя беременность не будет ни для кого секретом. Стоит только подсчитать, и всем все станет ясно.
Так вот почему Кеннет решил поторопиться со свадьбой сестры! Ребекка ничуть не удивилась, что он ничего ей не рассказал. Во время сеансов они оба старались держать себя в руках и почти не разговаривали. Достаточно было одного неосторожного взгляда или слова, чтобы страсть вспыхнула в них с новой силой.
Дверь открылась, и в гостиную вошли Кеннет и Катарина. Под мышкой у Кеннета был большой пакет.
– Бет, несколько минут назад принесли этот пакет, адресованный нам обоим. – Кеннет положил пакет на стол. – Не могу понять, при чем здесь я? Скорее всего, это свадебный подарок для тебя.
Бет вскрыла пакет, и все увидели искусно сработанную позолоченную шкатулку. Она подняла крышку. Все ахнули. В шкатулке лежали сверкающие всеми огнями радуги драгоценности, а сверху письмо.
– Боже милосердный! – воскликнул Кеннет. – Не верю своим глазам! Фамильные драгоценности Уилдингов!
Он открыл письмо и прочитал: «Бет и Кеннет, я решила, что это по праву принадлежит вам. Бет, прими мои поздравления и пожелания счастья. Гермион Кимболл».
Бет вынула из шкатулки сапфировые серьги и, положив их на ладонь, с восхищением рассматривала.
– Я уже не надеялась, что увижу их снова, – сказала она. – Гермион проявила такое великодушие.
– Я не могу в это поверить, – изумился Кеннет, – Гермион никогда не отличалась великодушием.
– И тем не менее доказательство ее великодушия у тебя перед глазами, – возразила Бет, положив серьги обратно в шкатулку, – а я даже не пригласила ее на свадьбу. Конечно, она уже не успеет на брачную церемонию, но, может, стоит пригласить ее на свадебный завтрак? – обратилась она к Катарине.
– Конечно, – ответила хозяйка. – На столе бумага и чернила. Напиши ей записку, и я пошлю к ней дворецкого.
– И все же я не могу поверить в это, – сказал Кеннет, пряча письмо в карман.
– Я тоже, – согласилась Ребекка. – Эта женщина – змея, и сколько бы она ни меняла кожу, она змеей и останется. За этим что-то кроется.
Кеннет нахмурился.
– Что же ее побудило совершить такой поступок?
Ребекка взяла в руки сверкающее бриллиантовое ожерелье, которое было на Гермион в день их первой встречи на балу.
– Здесь все ваши драгоценности? – спросила она.
Кеннет исследовал содержимое шкатулки.
– Кажется, все, хотя есть некоторые предметы, которых я раньше не видел.
– Возможно, она добавила к ним и свои драгоценности, чтобы искупить вину, – предположила Ребекка.
Кеннет с сомнением покачал головой, давая понять, что такое уж совсем невероятно.
– Значит, она вчера напилась и действовала под влиянием вина. Так или иначе, дареному коню в зубы не смотрят. Драгоценности здесь, и теперь они ваши.
Кеннет хотел что-то сказать, но в это время к ним подошла Бет с запиской для Гермион.
Вызванный колокольчиком дворецкий взял письмо и сообщил, что карета подана.
– Нам пора, – сказала Катарина. – Я попрошу дворецкого спрятать шкатулку в надежное место.
– Минуточку, – попросил Кеннет. Он достал из шкатулки жемчужное ожерелье в несколько ниток и протянул его Бет. – Ты должна венчаться в мамином ожерелье, Бет. Оно предназначалось тебе.
– Какой чудесный сегодня день! – воскликнула Бет, подставляя брату шею, чтобы он застегнул ожерелье. – Мне стыдно за мою неприязнь к Гермион. У нее такое доброе сердце.
Ребекка не разделяла мнения Бет. Под красивой внешностью Гермион скрывалась душа крокодила. Наверняка появление шкатулки с драгоценностями связано с какой-то темной историей. Настанет день, и тайна выплывет наружу.


Несколько минут езды, и свадебный кортеж подъехал к церкви, где должно было состояться венчание. Кеннет помог дамам выйти из кареты. Взяв сестру под руку, он вошел в церковь. Навстречу им понеслись торжественные звуки органа, эхом отдававшиеся в высоких сводчатых стенах.
Катарина обняла Бет и, войдя в храм, заняла свое место среди гостей. Ожидая начала церемонии, Кеннет с грустью посмотрел на сестру. Он теряет ее, так и не успев подружиться. Слишком большая разница в годах, и слишком долгое время он отсутствовал.
Должно быть, тень печали легла на его лицо, так как Ребекка, взяв его за руку, сказала:
– Не грусти, Кеннет. Ты не теряешь сестру, а становишься главой семьи. – Она заглянула в церковь и добавила: – Все готово, Бет. Джек выглядит великолепно. Он очень взволнован. Его шафер Майкл стоит рядом и готов в любую минуту поддержать его. А вот и Джек заулыбался: понял, что ты уже здесь. Все будет хорошо.
Дождавшись начала свадебного марша, Ребекка прижала к груди букет цветов и медленной походкой направилась к алтарю. Она была в своем шелковом, цвета янтаря платье и волновалась не меньше новобрачной.
Бет поставила трость к стене и оперлась на руку брата.
– Я не хочу идти к алтарю, опираясь на трость, – сказала она, заметив удивление на лице Кеннета. Ее лицо сияло любовью и счастьем. – И кроме того, она мне больше не нужна. Я постараюсь обходиться без нее.
– Ты выглядишь великолепно, Бет, – сказал Кеннет с печальной улыбкой. – Жаль, что мама не видит тебя сейчас.
Бет указала рукой, сжимавшей букет, на высокие стены и узкие стрельчатые окна с цветными стеклами и ответила:
– Думаю, она с нами, Кеннет.
Под руку они прошествовали к алтарю, откуда начиналась новая дорога в жизни Бет.


После брачной церемонии молодожены и гости вернулись в дом Ашбертона, где их ждал свадебный завтрак. Все женщины, за исключением Ребекки, прослезились от счастья. Обмениваясь впечатлениями и смеясь, гости снимали плащи и шляпы, наблюдая, как Луи Ленивый пытается играть с длинным шлейфом Бет.
Наконец все собрались в столовой.
– Не знаю, как и благодарить вас с Катариной за вашу безмерную доброту, – сказал Кеннет, пожимая Майклу руку.
– Ну что ты, – ответил Майкл. – Мы это делали от всего сердца. Мне всегда нравился Джек Дэвидсон, а твоя сестра – просто душка. Ты отдал ее в хорошие руки и можешь быть спокоен.
– Теперь у тебя есть опыт, и он тебе пригодится, когда ты будешь выдавать Эми замуж, – улыбнулся Кеннет.
– Ради Бога, не надо об этом, – простонал Майкл. – Мне кажется, я сверну шею тому молодому человеку, который осмелится приблизиться к Эми.
Кеннет улыбнулся, отметив про себя, что его друг давно уже из отчима превратился в настоящего отца. Они уже собирались садиться за стол, как раздался громкий стук в дверь. Майкл пошел открывать.
– Наверное, кто-то из запоздавших гостей; правда, я не могу себе представить, кто именно.
Дверь с шумом распахнулась, и в холл разъяренной фурией ворвалась Гермион. Оттолкнув Майкла, она накинулась на Кеннета:
– Да как ты смеешь! – закричала она. – Сначала ты проникаешь в мой дом и крадешь драгоценности, затем набираешься наглости заставить Бет благодарить меня за них и делаешь вид, что я вернула их обратно. Ты… ты просто подонок! Грязный плебей!
Вот это была настоящая Гермион. Вне себя от злобы она набросилась на Кеннета, готовая выцарапать ему глаза, но он мертвой хваткой удержал ее руку.
– Поздно, Гермион, – сказал он ледяным голосом. – У меня есть доказательства, что ты вернула драгоценности по доброй воле, и твои усилия обвинить меня в краже напрасны.
– Лжец! У тебя нет никаких доказательств! – Гермион выдернула руку. – Я подам на тебя в магистрат, и ты сядешь в тюрьму за воровство.
– Ты так считаешь? – Кеннет вынул из кармана письмо, которое прилагалось к драгоценностям. – Разве это не твой почерк?
Дрожащей рукой Гермион взяла письмо.
– Это подделка! – взвизгнула она. – Я ничего подобного не писала!
– Может, ты написала его по рассеянности, а затем забыла, – заметил Кеннет, вырывая письмо из трясущихся пальцев мачехи. Оно еще могло понадобиться ему как доказательство его невиновности.
Гермион была готова обрушить на голову Кеннета новый град обвинений, но в это время за их спинами прозвучал мелодичный женский голос:
– Леди Кимболл, как приятно видеть вас здесь. Бет будет очень рада.
В холле появилась Катарина, излучая радушие и гостеприимство.
– Я леди Майкл Кеннан. Мы с вами никогда не были представлены друг другу, но кто не знает одну из первых красавиц лондонского света, – продолжала Катарина, сияя обворожительной улыбкой. – Я была растрогана до слез, когда узнала, что вы вернули драгоценности. Это делает вам честь. Вы уважаете семейные традиции, и за это вам воздастся сторицей.
Гермион как завороженная смотрела на хозяйку, не в силах произнести ни слова.
– Как только я увидела драгоценности, то немедленно села писать письмо своему деверю Ашбертону, где сообщила ему о вашем необыкновенном благородстве. Вы, конечно же, знакомы с ним?
В светло-голубых глазах Гермион появилось любопытство.
– Я никогда не имела чести быть представленной герцогу, – ответила она.
– Тогда я приглашу вас отобедать с нами по его возвращении в Лондон. Это будет обед в узком семейном кругу, так как герцог недавно овдовел и носит траур. Мне очень хочется, чтобы он познакомился с вами. Я надеюсь, он женится вторично, а лучшей партии, чем вы, и представить трудно. Вы та самая женщина, которая ему нужна.
Наступила многозначительная тишина, во время которой обе женщины оценивающе смотрели друг на друга. На губах Гермион появилась фальшивая грустная улыбка.
– Я тоже имела несчастье недавно лишиться моего дорогого супруга, – сказала она, – поэтому у нас с герцогом много общего.
Лицо Катарины просияло.
– У нас сейчас свадебный завтрак, и я приглашаю вас присоединиться к нам. Бет не терпится поблагодарить вас за то, что вы вернули ей материнский жемчуг и она смогла украсить им себя в день свадьбы.
– К сожалению, я не могу остаться, но мне хочется поздравить Бет и пожелать ей счастья. – Гермион весело рассмеялась, и ее смех был похож на перезвон колокольчиков. – Вы знаете, Бет всего на два года моложе меня, и мне пришлось заменить ей мать, когда я вышла замуж за лорда Кимболла.
Женщины, довольные друг другом, двинулись в столовую.
– Поправь меня, если я ошибаюсь, но только что на моих глазах твоя похожая на святую жена обещала гарпии посодействовать ее браку с самым завидным женихом Лондона, – сказал Кеннет другу, еще не веря в благополучное завершение скандала.
– Катарина – очень умная женщина, – ответил Майкл. – Я каждый день благодарю Бога, что он послал ее мне в жены.
– Она заслуживает звания генерала, – с огромным уважением заметил Кеннет. – Однако я всегда считал, что ты любишь брата и желаешь ему счастья. Неужели ты позволишь, чтобы это исчадие ада поймало его в свои сети?
– Мой брат не так глуп, чтобы не видеть всей сущности этой гарпии. К тому времени, когда она поймет, что ей никогда не стать герцогиней, требовать назад драгоценности будет поздно.
– Уж не ты ли ограбил дом Гермион? – спросил Кеннет, начиная о чем-то догадываться.
– Конечно же, нет. Мне бы никогда не удалось проникнуть к ней в дом.
– Согласен. Но может, это твои приятели из группы «Падшие ангелы»? Уж им-то все под силу.
В глазах Майкла промелькнуло удивление.
– Ты знаешь, это вполне возможно. Я рассказал Люсьену о бесчестном поступке твоей мачехи, а у него обостренное чувство справедливости. Вполне вероятно, что, сгорая от возмущения, он обратился за помощью к своим друзьям.
– Среди которых есть воры-взломщики и люди, умеющие подделывать подписи, – предположил Кеннет.
– Не исключено, – согласился Майкл.
– Будем считать, что мы ни о чем не догадываемся, – сказал Кеннет, – но при первой же возможности передай мою благодарность своим друзьям.
– Для этого и существуют друзья, – ответил Майкл, обнимая друга за плечи. – Идем за стол. Надо выпить за новобрачных.
* * *
Как и все счастливые свадебные завтраки, завтрак в честь Бет и Джека затянулся далеко за полдень. Наконец гости стали прощаться. Слышались возгласы: «Благодарим за прекрасный стол», «Желаем счастья», «Было просто прелестно» и прочее, что полагается в этих случаях.
Натягивая перчатки, Лавиния подошла к Ребекке и Кеннету.
– Я направляюсь в вашу сторону, – сказала она, – и могу вас подвезти.
– Возьмите с собой Ребекку, – предложил Кеннет. – Я хочу немного прогуляться и насладиться прекрасной погодой.
– Мне бы тоже хотелось подышать свежим воздухом после шампанского, – заметила Ребекка.
– Буду рад, если ты присоединишься ко мне.
Кеннет предложил Ребекке руку, и они направились к двери. Художница украдкой посмотрела на своего спутника. Он выглядел великолепно и пребывал в прекрасном расположении духа.
Как только они оказались на улице, Ребекка с облегчением вздохнула.
– Сегодня был восхитительный день, но мне уже хочется тишины. В ближайшие полгода никаких светских развлечений.
– Тогда, наверное, я не должен напоминать тебе, что на следующей неделе нас ждет очередной бал.
– Ах да, я совсем забыла. – Ребекка поморщилась. – Может, я приду в себя к тому времени.
Они гуляли по улочкам Мейфера, и Ребекка украдкой рассматривала Кеннета. Несмотря на то, что она изо дня в день работала над его портретом, она без устали разглядывала его. Она хотела бы навсегда соединиться с этим человеком.
– Что случилось с Гермион? – спросила она, отгоняя опасные мысли. – Ее словно подменили. Она так и расточала улыбки направо и налево.
Весело блестя глазами, Кеннет рассказал ей, какой фурией Гермион ворвалась в дом Ашбертона и как ловко Катарина ее укротила.
Ребекка не могла удержаться от смеха.
– Как чудесно! Гермион очень расчетлива и, видимо, сочла Катарину под стать себе.
– Странно, – сказал Кеннет, заинтересованный словами Ребекки. – Похоже, я чего-то не понял, слушая разговор Катарины с Гермион. Ты можешь мне объяснить, в чем здесь дело?
– Когда Катарина говорила Гермион, что Ашбертону нужна именно такая жена, как твоя мачеха, она намекала на то, что хочет для своего деверя женщину, которая не сможет подарить ему наследника, – объяснила Ребекка. – Если такое случится, то сын Катарины и Майкла унаследует титул герцога.
– Теперь все ясно! – воскликнул Кеннет. – Гермион прожила с отцом несколько лет и ни разу не забеременела. Значит, она бесплодна. И в то же время она достаточно красива, чтобы привлечь к себе внимание герцога и заставить его жениться. У нее свои цели, а у Катарины свои, и они отлично поняли друг друга.
– Совершенно верно, но Катарина вовсе не хочет титула для своего сына. – Ребекка опять громко рассмеялась. – А это выше понимания Гермион – равнодушное отношение к титулу и богатству.
– Так вот оно что, – задумчиво произнес Кеннет. – Катарина хитрее, чем я предполагал.
– Никто не убедит меня, что Гермион добровольно рассталась с драгоценностями, – сказала Ребекка. – Неужели ей приставили нож к горлу?
– Мне кажется, Майкл попросил одного из своих приятелей, имеющего связи с преступным миром, устроить похищение драгоценностей и подделать сопроводительное письмо. Разумеется, я его об этом не просил.
– Справедливость восторжествовала, хотя закон и нарушен. Я одобряю его поступок. – Ребекка уткнулась лицом в букет и вдохнула аромат цветов. – Хватит ли денег, вырученных от продажи драгоценностей, на оплату долгов?
– Думаю, их будет недостаточно, но я по крайней мере смогу выкупить закладные.
– Я рада, что ты сможешь избежать банкротства. Это просто замечательно!
– Говорить об этом пока преждевременно, – ответил Кеннет. – Еще ничего не ясно. – Он жестом подозвал проезжавший мимо экипаж. – Но одну вещь я могу сделать уже сейчас. По соседству с Саттертоном находится имение Рамзей-Грандж, которое принадлежало еще моему деду. Дом, еще совсем крепкий, сдавался внаем вместе с прилегающей к нему землей. Я хочу выкупить это имение и подарить Бет и Джеку.
– Значит, у них будет крыша над головой, даже если придется расстаться с Саттертоном, – заключила Ребекка. – Как великодушно с твоей стороны!
– Бет заслуживает хорошего приданого.
«Возможно, – подумала Ребекка, – но не все братья прощают своих сестер за легкомысленные поступки. Какой же благородный человек мой пират!» Ребекка снова поднесла к лицу букет, чувствуя себя свободно и легко. Шампанское будоражило кровь.
– У тебя в руках букет невесты? – спросил Кеннет.
– Да. Бет сказала, что скоро я тоже выхожу замуж и она хочет передать свои цветы мне.
Кеннет с понимающей улыбкой посмотрел на нее.
– Фальшивая помолвка влечет за собой и другие фальшивые поступки, – заметил он.
– Почему она фальшивая? Наша помолвка вполне официальная. Просто мы расторгнем ее по прошествии некоторого времени.
– А пока мы помолвлены… – Кеннет порылся в кармане и что-то извлек из него. – Сними перчатку с левой руки, – попросил он.
Ребекка послушно стянула перчатку. Кеннет взял ее руку и надел на средний палец кольцо. Солнечный луч упал на украшение, и крупный старинный бриллиант засверкал на пальце молодой женщины.
Ребекка посмотрела на кольцо и вспомнила известную старинную примету: если кольцо невесте впору, то ее замужество будет удачным. Это кольцо как нельзя лучше подходило к ее изящному пальцу. Ребекке захотелось плакать и смеяться одновременно.
– Оно… оно очень красивое, – прошептала она.
– Это кольцо передается в нашей семье из поколения в поколение, – срывающимся голосом сказал Кеннет. – Я нашел его в шкатулке с драгоценностями и решил, что ты должна его носить на время нашей помолвки.
– Я постараюсь не потерять его и сразу же возвращу, как только мы расторгнем нашу помолвку.
Ребекка посмотрела Кеннету в глаза и увидела в них такое же смятение чувств, какое переживала в своем сердце. В глазах капитана она прочла многое – и от этого любящего взгляда у нее словно крылья выросли.
Ребекка натянула перчатку и взяла Кеннета под руку.
– Через три недели истекает срок, – сказала она, благоразумно меняя тему разговора.
– Какой срок?
– Срок представления работ на выставку в Королевскую академию искусств. – Ребекка начала загибать пальцы, подсчитывая оставшиеся дни. – У тебя еще есть время подготовить к ней свои работы. Конечно, «Лилит» совершенно исключается.
Кеннет остановился как вкопанный.
– О чем ты говоришь? Чтобы я представил свои работы на выставку? Что за бессмыслица?
– Почему бессмыслица? Может, тебе трудно поверить, но ты уже стал настоящим художником, капитан. Твои работы будут напечатаны. Лучший гравер Британии заинтересовался ими. Следующий шаг – выставка. Что может быть лучше, чтобы привлечь к себе внимание широкой публики!
Кеннет поглядел на нее так, будто Ребекка застала его на месте преступления.
– Даже если я рисую достаточно сносно, это еще не значит, что мои работы достойны такой выставки.
– Как говорит мой отец, каждый художник рисует так, как он умеет, – не сдавалась Ребекка. – Сотни художников каждый год выставляют свои работы, и большинство из них – обыкновенная посредственность. С твоим талантом тебя обязательно должны заметить, но, если и не заметят, тоже ничего страшного. Продолжай работать и выставишь свои творения в следующем году.
Кеннет долго молча смотрел на Ребекку. Внезапно его лицо просияло.
– Я выставлю свои работы, если ты сделаешь то же самое.
– Я? – испуганно воскликнула Ребекка. – Что за глупости? Мне-то зачем выставляться?
– Вот теперь мы и поменялись ролями. Всегда легче давать советы, чем самому следовать им. Конечно, тебя не беспокоит материальная сторона дела, и все же я считаю, тебе надо показать свои картины. У тебя Божий дар, и ты должна ценить это.
– Я и ценю. Я постоянно совершенствую технику письма и стараюсь как могу не разбрасываться по мелочам.
Кеннет обнял Ребекку за плечи.
– Этого недостаточно. Вспомни библейскую притчу о человеке, который зарыл в землю свой талант. И что из этого вышло? Ты художница от Бога и просто обязана делиться своим даром с другими. Люди имеют право восхищаться твоим талантом, плакать и даже сердиться, глядя на твои картины.
Ребекка пыталась отвести глаза, но Кеннет неотступно следовал за ней взглядом.
– Чего ты боишься? – спросил он. – Уж конечно, не провала. Твои картины превосходны, и ты прекрасно это знаешь.
Ребекка задумалась. Она уже несколько оправилась после смерти матери, и ее картины стали намного лучше. Так что же так пугает ее? Почему от одной мысли о выставке ее сердце замирает от страха? В чем здесь причина?
– Я… – с трудом подыскивая слова, начала Ребекка, – я всегда боялась выставлять напоказ свои чувства.
– Я это хорошо понимаю, – согласился Кеннет, – но надо преодолеть себя. Все художники боятся обнажать свои чувства перед посторонними. Этого боится каждый писатель, каждый музыкант, да и вообще каждый творец. Ты думаешь, мне легко обнажать свою душу, выплескивая на бумагу все те ужасы, которые переполняют меня? Я отлично понимаю, что любой человек, купив билет за несколько шиллингов, будет копаться в моей душе, и, однако, я готов пойти на это, потому что, если этого не сделаю, мои рисунки будут пустыми, выхолощенными, бездушными. То же самое с твоими картинами. Если ты и дальше будешь зарывать свой талант, он иссякнет и погибнет безвозвратно. Конечно, твои картины останутся профессиональными, но они не будут трогать душу.
Сердцем Ребекка почувствовала, что в словах Кеннета есть доля правды.
– Ты умеешь задеть за живое, капитан, – со вздохом сказала она. – Уговорил. Я тоже представлю свои картины на выставку.
– Решено! – Кеннет нагнулся и поцеловал Ребекку. – Пожелаем нам успеха.
Ребекка была в полном замешательстве. Как это Кеннету удалось заставить ее делать то, от чего она до сих пор так упорно уходила? До его прихода в их дом она дала себе твердое обещание никогда не выставлять свои картины. Почему же сейчас она согласилась?
Они молча прошли несколько кварталов, прежде чем Ребекка заключила, что Кеннет совершенно прав. Ей пора решиться и сделать первый шаг. Пришло твое время, Ребекка!
И душа ее запела.


Когда Кеннет после обеда пришел в мастерскую, он сразу же принялся изучать портрет Лилит. Еще несколько штрихов, и портрет будет готов; жаль только, что его нельзя представить на выставку. Этот портрет будет всегда ему дорог – и не только потому, что это его первая работа маслом, но также и потому, что он не мог не угадать страстную натуру Ребекки. Кеннет бросил взгляд на кровать и мысленно увидел Ребекку, охваченную волной всепоглощающей страсти.
Завесив портрет, он поставил его к стене и натянул новый холст. Он нанес на него красную грунтовку, которая, по его мнению, лучше всего подходила к задуманной им картине. Идея такой картины вынашивалась им много лет, она полностью созрела в его воображении, и даже наброски к ней были лишними.
Все, что ему оставалось, это пробудить воспоминания, сделать их мучительными, довести до агонии, а потом, бросая вызов небесам, перенести эту агонию на холст. Красный фон усилит впечатление, сделает его яростным. Картина будет сильно отличаться от обычных академических полотен на исторические сюжеты, таких холодных и безликих, с обилием ненужных подробностей. Возможно, все, за исключением Ребекки, отторгнут эту картину, но, несмотря ни на что, он обязан ее нарисовать.
Художник призвал на помощь всю силу своего воображения, и ужас постепенно стал охватывать его. Боль, которая жила глубоко внутри, вырвалась наружу.
Кеннет взял в руки угольный карандаш и, смахивая слезы, приступил к работе.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Волна страсти - Патни Мэри Джо



хороший роман
Волна страсти - Патни Мэри Джонадежда
6.03.2014, 22.37





замечательные герои и чудесный роман!
Волна страсти - Патни Мэри Джоeris
1.05.2014, 19.33





Прекрасная история любви. Роман интересный, но немного затянут, хотя познавательный.
Волна страсти - Патни Мэри ДжоТаня Д
13.06.2014, 10.43





Неожиданно неплохой роман! Даю десять баллов. Читать можно, и может, нужно ;-)
Волна страсти - Патни Мэри ДжоКрококо
15.12.2015, 18.10





Неожиданно неплохой роман! Даю десять баллов. Читать можно, и может, нужно ;-)
Волна страсти - Патни Мэри ДжоКрококо
15.12.2015, 18.10





Роман очень интересный! Читайте получите удовольствие.
Волна страсти - Патни Мэри ДжоКис
20.02.2016, 20.37





Мило...
Волна страсти - Патни Мэри ДжоТатьяна
27.03.2016, 12.07





скучно и безумно затянуто. пропустила 15 глав.думаю, что не сильно потеряла
Волна страсти - Патни Мэри Джовера
4.04.2016, 0.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100