Читать онлайн Странные клятвы, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - ГЛАВА 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Странные клятвы - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.26 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Странные клятвы - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Странные клятвы - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Странные клятвы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 12



Открыв в себе любовь к лошадям, Мериэль горе­ла желанием вновь отправиться на прогулку, и на следующее утро Уорфилд опять повез ее покататься. Они ехали вдоль реки и, добравшись до ее притока, повернули на восток. День стоял удивительно теп­лый, даже жаркий, поэтому молодые люди выбрали тропинку, идущую вдоль ручья. Адриан взял с собой запас еды, и они пообедали под сенью деревьев, сме­ясь и болтая о всякой чепухе.
Усевшись на расстоянии вытянутой руки от лю­бимой, мужчина не мог припомнить, когда он был так доволен миром и собой. Нет, не просто доволен, а счастлив. Ему очень не хотелось уезжать, но все-таки, вздохнув, де Лэнси объявил:
– Пора возвращаться.
Солнце палило нещадно – такой жаркий день в начале лета был редкостью. Адриан с сожалением посмотрел на ручей, думая о том, что если бы был один или с Ричардом, то обязательно искупался бы.
Мериэль, казалось, угадала его мысли.
– Давай еще немного побудем здесь, – с этими сло­вами она встала, развязала пояс и уронила его к ногам. Удивленный таким поведением, граф тоже поднялся.
– Что ты делаешь?
Стянув платье, девушка сняла чулки и туфли.
– Собираюсь искупаться. Сегодня так жарко, – она замолчала, увидев изумленное лицо мужчины. – Это одна из тех вещей, которые нельзя делать?
– Иногда можно, – пришлось ему признаться. Граф не отрывал глаз от хрупкой фигурки, облаченной лишь в тонкую рубашку, облегающую тело.
Не успел Адриан пуститься в объяснения по по­воду того, как следует поступать в подобных случа­ях, как девушка, сказав: «Вот и хорошо», подняла подол и сняла рубашку. Она нисколько не смущалась и не робела, а наоборот, казалась вполне довольной как своим телом, так и поступком. Так, наверное, вела себя Ева в раю перед падением.
Зачарованный зрелищем чудесного тела, Уорфилд на время лишился дара речи, но увидев, как смело пошла девушка к воде, тут же обрел его:
– Господи, Мериэль, ты умеешь плавать?
Та оглянулась.
– Не знаю, но собираюсь выяснить, – подобрав волосы и закрутив их в узел, девушка осторожно во­шла в воду.
Разрываемый между изумлением и опасением за ее жизнь, де Лэнси быстро сбросил одежду, думая, что защита Мериэль от возможной опасности – хо­рошее оправдание для того, что он давно намеревал­ся предпринять. Через несколько секунд мужчина разделся донага и уже собирался войти в воду, как его остановил взгляд девушки.
Она стояла в реке по плечи, уставившись на него широко раскрытыми глазами, будто никогда не виде­ла обнаженного мужчины. Вполне вероятно, что так оно и есть.
Смущенный изучающим взглядом, Адриан размыш­лял, что сделать – идти вперед или отступить. Так и не решив, услышал нежный голос:
– Я никогда не думала, что мужчина может быть так прекрасен.
Девушка говорила совершенно искренне. Уорфилд почувствовал прилив нежной благодарности, хотя несколько смутился ее откровенным восхищением и густо покраснел. Лучше всего было войти в воду, Ад­риан последовал голосу разума, нырнул и подплыл к Мериэль. Схватив девушку за лодыжки, Уорфилд ус­лышал ее радостный визг и почувствовал, что она вырывается.
За ее жизнь можно было не опасаться – девушка плавала, как рыбка. Некоторые считали, что купание в открытых водоемах вредно для здоровья, однако дети часто нарушали запреты взрослых. Молодые люди вели себя, как дети, ныряя и плавая наперегонки, брызгая водой и задыхаясь от восторга. Смех уничто­жил болезненные воспоминания о безрассудном прыж­ке Мериэль из окна и не менее безрассудных попыт­ках вспомнить прошлое.
Когда Мериэль попыталась окунуть Адриана с го­ловой и это ей не удалось, тот схватил ее за плечи:
– Теперь я поймал тебя, речная фея! Требую вы­купа.
– У меня нет ничего, чем я могла бы заплатить, сэр рыцарь, – ответила Мериэль, невинно моргая. – Что может дать бедная девушка?
Адриану стало не до смеха, когда он взглянул на девушку. Очертания чудесного тела Мериэль отчет­ливо вырисовывались в прозрачной воде. Роскошным его нельзя было назвать, однако оно казалось удиви­тельно женственным.
Эта девушка была для него самой желанной из всех женщин на свете.
– Ах… Мериэль, – прошептал Адриан. – Я так тебя люблю. Тебе не нужно платить никакой выкуп, потому что ты сама – лучший приз и самая дорогая и почетная награда, на которую может рассчитывать мужчина.
Став такой же серьезной, девушка ответила:
– И я люблю тебя и буду любить всегда, – подняв руки, она притянула к себе его голову.
Прекрасно понимая, что не имеет права подда­ваться искушению, Адриан, тем не менее, забылся, ощутив вкус ее губ, таких зовущих, таких нежных и страстных. Начав, он уже не мог остановиться и пок­рыл поцелуями любимое лицо, лаская языком мочку уха. Девушка издала сдавленный, горловой стон, и мужчина немедленно приник к нежной шее, ощутив, как пульсирует тонкая жилка.
Безупречная кожа Мериэль была покрыта капель­ками воды, и Адриан предпринял короткое, но очень приятное путешествие до груди. Лаская сосок, он почувствовал, как отзывается на поцелуи ее тело, как оно расслабляется. Сначала Уорфилд поцеловал одну грудь, затем вторую, а рукой ласкал спину и бедра. Под водой кожа была удивительно мягкой, как шелк.
Остановившись, чтобы перевести дыхание, Адри­ан выпрямился, а Мериэль откинулась на его руку, влюбленно и доверчиво глядя ему в глаза. Одними губами, не говоря вслух, она произнесла: «Я люблю тебя».
Адриан уже не мог остановиться. Левой рукой под­держивая плечи девушки, он наклонился и вновь по­целовал ее. Тело, лишенное опоры, легло на воду рядом с ним. Правая рука скользнула вниз, лаская живот и нежную кожу под коленями.
Когда мужчина достиг внутренней поверхности бед­ра и, не останавливаясь, поднялся выше, Мериэль не вздрогнула и не отстранилась. У нее не было обыч­ных предрассудков и опасений, и ее поведение воз­буждало больше, чем охотное разрешение на воль­ности опытной женщины. Осторожно проводя по шелковистому треугольнику, пальцы Адриана сколь­знули внутрь.
Она судорожно вздохнула, но не от страха, а от удовольствия. Адриан оторвался от девушки, чтобы оба могли перевести дыхание и, сильнее прижав Ме­риэль к груди, вошел глубже, лаская ее естество. Мужчина не отрывал глаз от искаженного желанием лица Мериэль, по ее реакции решая, где действовать быстрее, а где не торопиться.
По телу девушки пробежала дрожь, затем она вскрикнула и напряглась, судорожно обхватив Адри­ана руками. Через несколько секунд она расслаби­лась и не открыла глаза даже, когда Уорфилд потя­нул ее к берегу и упал на траву. Их тела лежали на берегу, а ноги оставались в воде.
Мериэль лежала на груди Адриана подобно язы­ческой речной нимфе, стараясь отдышаться. Затем открыла глаза и заглянула ему в лицо.
– Я не знала, что существует подобное наслажде­ние. А ты?
– Для меня самое большое удовольствие – дарить тебе наслаждение.
– Есть правда сердца, но существует и правда тела. Пожалуйста, Адриан, займись со мной любовью, – девушка обняла его, – не лишай меня возможности подарить тебе такое же наслаждение.
Уорфилд дрожал от желания. Мериэль просила о том, чего он так давно хотел, но Адриан не мог согла­ситься. Глубоко вздохнув, мужчина приказал себе не поддаваться безумию. Это оказалось трудно, почти невыносимо, когда девушка с такой нежностью и обо­жанием смотрела на него, а ее чудесное тело находи­лось так близко.
– Любовь с тобой будет самым большим удоволь­ствием, моя дорогая, – Адриан буквально задыхался. – Но больше, чем наслаждения, я хочу сделать то, что справедливо в глазах людей и Бога. Ради этого я го­тов подождать до первой брачной ночи.
Ее глаза засветились от счастья.
– Значит, теперь ты не думаешь, что еще слиш­ком рано говорить о свадьбе?
– Думаю, дорогая, но не в силах больше ждать, – сегодня Адриан чуть не лишил Мериэль невинности, и чем дальше он станет откладывать свадьбу, тем больше риска, что это произойдет без благословения церкви. Уорфилд поклялся относиться к девушке с уважением, а ласки в воде вряд ли являются лучшим способом со­блюдения клятвы. Но он также дал слово выполнять все ее желания, и теперь Мериэль хочет, чтобы они любили друг друга. Однако Адриан отбросил коварную мысль, считая ее оправданием собственной слабости. Брак – серьезное дело, а он заслужил пытки ожидания.
– Когда мы назначим дату свадьбы?
Сияющая Мериэль прошептала:
– Давай, дорогой, поженимся побыстрее!
Наклонившись, она поцеловала его, а мужчина со­дрогнулся от желания. Он понимал, что должен пре­рвать ласки, иначе чувства возьмут верх над разу­мом. Это будет проще простого, на пути к торжеству тела лежит только совесть.
Однако Адриан не успел ничего сделать – рука девушки скользнула вниз, под воду, и нашла то, что искала.
Мужчина уже давно достиг вершины возбужде­ния, и тело его напряглось еще больше. Задыхаясь, он прошептал:
– Мериэль… – желая сказать, что этого не нуж­но делать, но опомнился, потому что не хотел оби­деть или напугать девушку. Однако лицо Мериэль не выражало беспокойства, а лишь удовольствие от того, что она сумела довести его до такого состояния.
Ее прикосновения сначала были нежными и ро­бкими, затем стали все более уверенными. Уверен­ность росла с каждой новой лаской. Девушка внима­тельно следила за его реакцией на свои движения. Адриан достиг экстаза неожиданно быстро и позже удивлялся, как Мериэль могла дышать, когда он схва­тил ее и сжал в объятиях.
На этот раз девушка была довольна тем, что суме­ла довести его до вершины блаженства. Они лежали, обнявшись, и теплая волна обдавала их разгорячен­ные тела. Наконец Уорфилд сказал:
– Чем скорее мы поженимся, дорогая, тем лучше. Если такое вновь произойдет, мы утонем.
Мериэль радостно рассмеялась, затем встала и от­жала волосы.
– Это лучшая из смертей.
– Говори за себя, – строго ответил Адриан, но улыбнулся, выходя на берег. – Я не уверен, что мне хочется предстать перед святым Петром с такой счас­тливой улыбкой. Объяснить причину, вызвавшую ее, будет весьма затруднительно.
Мериэль снова рассмеялась и обняла его, вложив в объятие всю свою любовь.
Адриан тоже обнял девушку, не желая отпускать, но удовольствие портила мрачная мысль. Он считал ее девственницей, но вполне возможно, что ошибал­ся. Может, во время объятий она полагалась на ра­нее изученный опыт – такое ведь было с ней во вре­мя поимки сокола. Мысль испортила настроение, но Уорфилд понимал, что у девушки до него была со­бственная жизнь, и за ней оставалось право самой решать свою судьбу. Между прочим, он сам далеко не безупречен, но что, если у Мериэль есть муж? То, что на пальце не было кольца, еще не говорило о ее свободе.
Отогнав печальные мысли, мужчина поцеловал де­вушку. Мериэль принадлежала ему, и оба знали это. Неважно, какую жизнь она вела раньше, ничто не переменит его решения.


Сэру Венсану де Лаону по чистой случайности довелось быть в Шрусбери, когда Адриан де Лэнси и его невеста приехали в город. Горожане любили Уорфилда, и толпа одобрительно гудела, когда граф ехал по улицам вместе с будущей женой, улыбающейся и приветствующей жителей города.
Сэр Венсан старался держаться на расстоянии, хотя новая одежда изменила его до неузнаваемости. Даже если бы его узнали, де Лэнси не предпринял бы никаких шагов – в отличие от Ги Бургоня став­ленник императрицы был мягкосердечным человеком, не способным из-за такого пустяка перерезать горло. Хотя, с другой стороны, все богатые лорды – люди довольно непредсказуемые.
Как всегда, горожане судачили буквально обо всем. К концу дня сэр Венсан уже знал, что свадьба состоятся в самое ближайшее время, и граф привез невес­ту в Шрусбери, чтобы та выбрала себе ткань и драго­ценности из запасов лучших купцов, а сам догово­рился с мэром.
Сэр Венсан покачал головой, разглядев будущую жену Уорфилда – маленького роста, черные, как смоль, волосы, да, к тому же, кельтка. Даже самая богатая уэльская невеста не имела нормального, по меркам нормандцев, приданого. Адриан мог выбрать себе жену получше. Невозможно поверить, чтобы ставленник императрицы отверг такую красавицу, как Изабель Руанская, ради этой замарашки.
Но все, что ослабляло де Лэнси, шло на пользу Ги Бургоню и его сторонникам. По дороге в Честенский замок хитроумному французу пришла в голову мысль проверить преданность Ричарда Фитц-Хью со­бственному неразумному, но могущественному бра­ту. Ги согласился и отправил лейтенанта стражи в Монфор.


Сэр Ричард принял де Лаона с должным почтени­ем, сохраняя на лице приветливое выражение. Они однажды уже скрестили шпаги в схватке, но до этого еще ни разу не встречались на светских раутах. Пос­ле обмена любезностями, обычного в таких случаях, сэр Венсан пришел к выводу, что его собеседник го­раздо искуснее владеет мечом, нежели мозгами. Фитц-Хью был самым обычным нормандцем, имеющим не­малый опыт в сражениях, но по уму уступающим такому хитрому человеку, как де Лаон. Французу нравился процесс соблазна, неважно, уговаривал ли он строптивую красавицу к любовным утехам или склонял мужчину на измену хозяину, на бесчестный поступок. «Да, этого простачка легко уговорить про­дать брата», – мелькнула у него радостная мысль.
Отведав прекрасный обед, сэр Венсан попросил хозяина замка остаться с ним с глазу на глаз. Его желание было немедленно исполнено. Фитц-Хью, может, и не обладал большим умом и хитростью, од­нако у него хватило ума понять, что это вовсе не визит вежливости.
Мужчины удалились в комнату и за хорошим ви­ном начали беседовать о политике и текущих делах. Сэр Венсан понял, что его собеседник без особого восторга служит императрице. Скорее всего, он дела­ет это только из-за брата.
Когда было выпито достаточно вина, чтобы раз­мягчился разум, сэр Венсан небрежно бросил:
– Я слышал, ваш брат собирается жениться?
Фитц-Хью ласково потрепал ухо грейхаунда, поло­жившего голову ему на колени.
– Ничего удивительного. Он уже давно ищет спут­ницу жизни. Единственное, что ему остается сделать, – это выбрать подходящую женщину.
– В Шрусбери я видел Уорфилда с простолюдин­кой и не могу понять, почему его выбор остановился именно на ней, – де Лаон надеялся, что эта фраза, оброненная будто бы случайно, даст ему какую-ни­будь новую информацию, мерзкую сплетню, потому что интуиция подсказывала французу – за всем этим кроется какая-то тайна. Однако выражение лица со­беседника не изменилось. Вполне вероятно, тот сам не в курсе событий.
Слегка разочарованный, сэр Венсан, тем не ме­нее, продолжил:
– Думаю, для вас наступило тяжелое время. До­лгие годы вы честно служили Уорфилду. Если с ним что-то случится, вы можете заявить о своих правах на наследство, поскольку у него нет прямых наслед­ников, – француз пожал плечами. – Однако через год все может перемениться.
В голубых глазах Фитц-Хью мелькнуло удивление.
– Законности еще не достаточно, чтобы удержать наследство, нужна сила. Пройдут годы, пока сын Адри­ана подрастет, чтобы защитить свои права, а дочь достигнет брачного возраста, когда ее интересы бу­дет защищать муж. Долгие годы, за это время многое может измениться.
Сэр Венсан с изумлением понял, что Фитц-Хью вполне мог оказаться не таким глупым ослом, как он предполагал. Внешность обманчива. Прощупывая поч­ву, де Лаон осторожно произнес:
– Вам вовсе не нужно ждать годы, чтобы добить­ся лучшей участи.
Атмосфера мгновенно изменилась, когда стала из­вестна истинная причина его приезда в Монфор. Ричард прищурился:
– У вас есть предложения по поводу того, что мне надо делать, чтобы улучшить свое положение?
Сэр Венсан едва заметно поморщился, не одобряя такой откровенности.
– Думаю, это можно обсудить. Но нормандцы не до конца понимают тонкости дипломатии и искусства ведения переговоров. Ги Бургонь – щедрый человек, и он хорошо наградит рыцаря, желающего… переме­нить хозяина и присягнувшего ему на верность.
Выдержав значительную паузу, Фитц-Хью отве­тил:
– Вы заинтересовали меня, однако я пока ничего не вижу, кроме пустых слов. Чего ваш хозяин ждет от меня и что может предложить взамен?
– Лорд Ги желает, чтобы вы отдали ему Монфор и все прилегающие к нему земли, а сами останетесь здесь и будете поддерживать порядок.
– Как, интересно, может улучшиться мое поло­жение? – спросил Ричард, продолжая гладить грейхаунда.
– Во-первых, он очень хорошо заплатит, замок целиком и полностью останется в вашей власти, вы не будете зависеть от капризов брата и быть у него на побегушках. Во-вторых, присоединение к Бургоню означает покровительство короля, переход в число его сторонников. Муж императрицы объявил себя хозяином Нормандии. Однако Матильда потеряла Англию, а ее сыну Генриху придется довольствовать­ся титулом герцога Нормандского. Королем Англии будет сын Стивена Юстас. У вас нет земель в Нор­мандии, поэтому кого вам выгодно иметь покровите­лем?
Сэр Венсан выдержал продолжительную паузу для придания большей значимости своим словам и подо­шел к кульминационному моменту:
– Кроме того, лорд Ги замолвит за вас словечко перед королем, чтобы тот подыскал вам богатую не­весту. Я не слышал, чтобы подобным образом посту­пил ваш брат, хотя вы много лет служите ему верой и правдой, – отпив глоток вина, он оттягивал главное предложение, словно змей, искушающий Еву. – Если Уорфилд не может вознаградить вас за мужество и верность, отдайте их человеку, который сделает это.
Фитц-Хью откинулся в кресле и скрестил руки на груди:
– Почему вы решили, что я хочу жениться?
– Потому что настоящая власть находится в ру­ках женатого человека, вы сами это знаете. До тех пор, пока вы не вступите в брак, останетесь для всех «юным рыцарем» независимо от возраста, человеком малозначительным и невлиятельным, – де Лаон на­клонился и понизил голос. – Если вы присоедини­тесь к лорду Ги, то начнете крепнуть, наращивать мощь и перестанете проводить остаток жизни, ожи­дая милостей от Уорфилда.
Выражение лица собеседника оставалось бесстрас­тным.
– Хорошее предложение, но факт остается фак­том – из двух графов Адриан находится в более вы­годном положении, он сильнее и могущественнее, держит под контролем большую часть Шропшира. Уорфилд также является владельцем неприступного замка. Я не уверен, что присоединение к Бургоню улучшит мое положение.
Сэр Венсан почувствовал удовольствие от того, что требуется пустить в ход все свое красноречие. Он задумался. Фитц-Хью, несомненно, обижается на брата, и семена обиды должны упасть на плодород­ную почву. Понизив голос, француз доверительно сказал:
– Мы с вами находимся в похожей ситуации – безземельные рыцари, вынужденные ради спасения жизни зарабатывать на хлеб умом, не такие удачли­вые, как Адриан, имеющий счастье родиться богатым. Я сочувствую вам и потому открою секрет – до конца лета равновесие будет нарушено. Лорд Ги нашел в Европе лучших наемников. Когда они прибудут в Шропшир, Уорфилд будет сметен с лица земли. Ду­маю, взять его замок окажется невыполнимой зада­чей, однако все остальное перейдет к Бургоню.
Де Лаон удовлетворенно откинулся на спинку крес­ла, уверенный в успехе своего предприятия.
– Если вы перейдете на сторону Бургоня сейчас, он отблагодарит вас. Но если вы станете увиливать, ожидая, куда подует ветер, будет слишком поздно, – рыцарь указал рукой на стены. – Монфор, безуслов­но, укрепленный замок, но не такой, как Уорфилд, и он явится первой мишенью Ги.
Фитц-Хью раздумывал некоторое время и нако­нец произнес:
– Вы умеете уговаривать, сэр Венсан. Но где га­рантия, что Ги выполнит обещание? – помолчав, муж­чина с иронией продолжил: – Простите за упомина­ние об этом, но у меня имеются примеры его отнюдь не рыцарского поведения.
Конечно, Ричард говорил истинную правду, хотя сэр Венсан постарался ответить с негодованием:
– Граф клянется сдержать слово и как доказа­тельство посылает вам скромный дар.
Француз сунул руку в сумку на поясе и вынул высокий золотой кубок. Это было настоящее произ­ведение искусства, творение мастера, вложившего душу в филигранную работу. Выгравированные завит­ки виноградных лоз щедро перемежались разноцвет­ными драгоценными камнями. Кубок был одним из самых ценных предметов приданого Сесили Честен, достойный короля, и Ги специально хранил его для особого случая.
Когда Фитц-Хью взял золотой кубок, де Лаон с удовлетворением отметил дрожь его пальцев. Очень хорошо, жадность всегда правила миром.
Нормандец поднялся, подошел к окну, вниматель­но рассматривая кубок и восхищаясь талантом мас­тера. Переливались и горели сапфиры и рубины, блес­тело начищенное тяжелое золото.
– Хорошая игрушка, – наконец произнес Ричард. – Гораздо более ценная, чем тридцать сереб­ренников.
Де Лаон не успел раскрыть рот, как его собесед­ник спросил:
– Скажите, сэр Венсан, сколько лет вы вместе с Бургонем? Всего пять или шесть?
Француз кивнул.
– Тогда, наверное, вы не знаете тонкостей кров­ной вражды между Бургонем и Уорфилдом. Вы пони­маете, что они больше, чем просто соперники за ти­тул графа Шропширского?
Удивившись, сэр Венсан сказал:
– Да, я слышал, что вражда существует уже мно­гие годы, – он нахмурился, пытаясь вспомнить, что ему рассказывали. – По-моему, лорд Ги сжег старый Уорфилд в те дни, когда был обычным разбойником? Кажется, лорд Адриан находился тогда в монастыре, собираясь принять монашество, и тут ему повезло – он стал наследником, – француз злобно рассмеялся. – Наверное, лучше бы ему остаться монахом. У него не хватает мужества бороться, ведь для того, чтобы жениться, он слишком долго ждал. Очевидно, как у большинства монахов, у него нет тяги к женщинам. Было бы гораздо лучше, если бы он оставил Уор­филд вам.
Успокоившись, Фитц-Хью ответил:
– Возможно, никто и словом не обмолвился о том, что когда Ги Бургонь сжег Уорфилд, он убил всех его обитателей, включая отца Адриана и всех его сыно­вей, за исключением Адриана. И меня, конечно, – с этими словами Ричард со стуком поставил кубок на дубовый стол перед гостем.
Затем, действуя нарочито медленно, он вытащил из ножен меч. Солнце сверкало на отточенном клинке. Осознав, что неправильно оценил ситуацию, сэр Венсан открыл рот в страхе, что сейчас его разрубят пополам, как поросенка.
Не успел он вскочить на ноги и дотянуться до собственного оружия, как Ричард изо всех сил уда­рил по драгоценному кубку так, что тот сплющился, и продолжал наносить удары, отбивая камни, со сту­ком падавшие на пол.
Быстро вложив оружие в ножны, Фитц-Хью схва­тил искореженный кубок и ломал в руках до тех пор, пока драгоценное произведение искусства уже невоз­можно было узнать.
– Ги забыл, что убитая им семья была не только Адриана, но и моя, – мой отец, мои браться, мои друзья и мои родственники погибли в тот день, и я вытаскивал их тела из-под дымящихся руин.
С этими словами Ричард швырнул остатки иско­верканного кубка в грудь де Лаону.
– Это мой ответ вашему хозяину. Я скорее увижу его в аду, нежели пальцем шевельну ради него. Если бы Адриан не наметил Ги в качестве своего трофея, я бы самолично убил его. Возможно, если повезет, мне это еще удастся.
Сэр Венсан пытался отдышаться, раздумывая над тем, не сломал ли ему ребро брошенный кубок. Но так как владелец Монфора вовсе не собирался его убивать, француз решил пустить в ход все свое крас­норечие, дабы загладить вину – он неверно рассчи­тал ход.
– Если вы ждете, что Уорфилд отомстит за своих родных, то напрасно, – рявкнул де Лаон. – Ваш брат – трус, а вы – либо трус, либо дурак, если хотите заставить его действовать, – с этими словами Венсан поднялся, схватил плащ и швырнул изуродованный кубок в сумку, предпочитая не искушать судьбу. К удивлению, его дерзость не разгневала хозяина. Фитц-Хью только рассмеялся.
– Если вы или Ги так думаете об Адриане, то вы еще хуже, чем глупцы – вы мертвецы. А теперь уби­райтесь, иначе я забуду законы гостеприимства и от­правлю вас прямиком к вашему праотцу – дьяволу.
Собеседнику не оставалось ничего, кроме как по­виноваться. Ричард с отвращением наблюдал за его уходом. Единственное, что спасло тонкую шею фран­цуза, – его не было с Бургонем во время массового побоища в старом Уорфилде.
Наверное, следовало бы принять дар Ги и в самый решительный момент отвести войска, не придя на помощь, но Ричард прекрасно знал свой характер – он не способен вести двойную игру. Адриан, возмож­но, сумел бы, однако Фитц-Хью радовало сейчас то, что он узнал о наемниках. Предупрежденный заранее всегда вооружен.


Спустя два месяца после исчезновения сестры уг­рюмый Алан де Вер прибыл в Эвонли для возобнов­ления поисков. Он начал с того, что определил район возможного исчезновения и узнал, где раньше иска­ли девушку. Его люди дошли до королевского леса, а в других направлениях еще дальше.
Сестра проехала поля Эвонли и как в воду кану­ла. Интересно, въезжала ли она в лес, ведь в против­ном случае кто-нибудь должен был увидеть ее.
Огромный лес разделял восточный и западный Шропшир на две части, словно широкая зеленая река. Мериэль не могла углубиться так далеко на запад, войдя в лес, или заехать на территорию людей императрицы. Но вдруг, при неожиданных обстоятельст­вах, сестра поступила подобным образом – спасаясь от разбойников или встретив кого-то, нуждающегося в помощи – господи, ведь могло случиться все, что угодно. Мериэль проехала через лес и оказалась на другой стороне. Если произошло нечто подобное, из­вестие не дошло до Эвонли, потому что в условиях гражданской войны расстояние в двадцать миль почти такое же непреодолимое препятствие, как Ла-Манш.
Алан решил, что отправной точкой поисков будет рыночная площадь в Шрусбери.
Следующим утром он отправился туда и в тече­ние часа обнаружил то, что искал.
Первый встреченный торговец ничего не слышал о пропавших нормандских дамах, однако его болтли­вая жена сказала:
– Странное совпадение. Вы говорите, имя вашей сестры Мериэль?
Когда Алан кивнул, она продолжила:
– Граф Шропширский, я имею в виду нашего гра­фа, Адриана Уорфилда, а не его злобного соперника, женится на девушке по имени Мериэль. Но она из Уэльса, а не нормандка. Я видела ее, когда они вместе приезжали в город на прошлой неделе.
Заинтересовавшись, Алан спросил:
– Как выглядит невеста графа?
Женщина пожала плечами.
– Ну, вы же знаете кельтов – темные волосы, голубые глаза, – посмотрев на собеседника, она добавила: – Похожа на вас, только поменьше ростом. Добрая душа, глянула на меня и улыбнулась.
Стараясь не выдать охватившего его волнения, Алан спросил:
– Что известно о ее семье?
– Говорят, она из Гвайнеда. Конечно, девушка из благородных, потому что графы не женятся на ком попало. И все же… – женщина таинственно подмиг­нула, наклоняясь к собеседнику. – Говорят, лорд Ад­риан нашел ее в лесу, подобно сказочной принцессе, и так был очарован, что взял девушку с собой в за­мок и запер в башне, пока та не согласилась выйти за него замуж. Но я не верю ни единому слову – граф еще ни разу не изнасиловал ни одну девчонку, – женщина хихикнула. – Ему и не надо этого делать, он красив, как демон. Наверное, будет правильнее сказать, что это девицы охотятся за ним.
Алан похолодел, убедившись, что невеста графа и есть его сестра, потому что рассказ почти повторял его мысли. За исключением романтических дополне­ний, это была история о похищении и насилии, ибо по доброй воле Мериэль не могла покинуть друзей и пренебречь своими обязанностями, если только ее не увезли силой. Гораздо проще поверить в то, что знат­ный лорд похитил случайно встретившуюся девушку. Однако невозможно поверить, что палач женится на жертве. Неужели отъявленный злодей будет испыты­вать угрызения совести от насилия над девушкой?
– Вы говорите, они собираются пожениться, – сухо произнес Алан. – Вы не знаете, была ли свадьба?
– Не знаю, парень, меня не пригласили, – жен­щина засмеялась собственной шутке. – Но я слыша­ла, что она состоится очень скоро, возможно, невес­та беременна. Даже лорды имеют совесть, хотя не всякий со мной согласится.
Плохо видя, что делает, Алан вынул горсть сереб­ряных монет и, сунув изумленной женщине, пошел прочь, кипя от гнева. У графа репутация честного человека, однако это могло оказаться лишь слухами, редко отличавшимися правдивостью, потому что чес­тные люди обычно не похищают юных девушек.
Ускорив шаг, Алан направился к постоялому дво­ру, где оставил коня. Сейчас он отправится в Уорфилд на поиски сестры. Пусть де Вер – только ры­царь, а де Лэнси – граф, но если тот не предоставит вразумительных объяснений, Алан де Вер разнесет его замок голыми руками.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Странные клятвы - Патни Мэри Джо



Очень хороший роман. Нестандартная ситуация, нестандартные герои, нестандартная любовь... rnЕсть конечно и немного клише но в основном сюжет очень интересный.
Странные клятвы - Патни Мэри Джонека я
15.10.2013, 21.31





Очень хороший роман. Нестандартная ситуация, нестандартные герои, нестандартная любовь... rnЕсть конечно и немного клише но в основном сюжет очень интересный.
Странные клятвы - Патни Мэри Джонека я
15.10.2013, 21.31





Очень хороший роман. Нестандартная ситуация, нестандартные герои, нестандартная любовь... rnЕсть конечно и немного клише но в основном сюжет очень интересный.
Странные клятвы - Патни Мэри Джонека я
15.10.2013, 21.31





Очень хороший роман. Нестандартная ситуация, нестандартные герои, нестандартная любовь... rnЕсть конечно и немного клише но в основном сюжет очень интересный.
Странные клятвы - Патни Мэри Джонека я
15.10.2013, 21.31





Для любителей истории.
Странные клятвы - Патни Мэри ДжоНаталка.
30.04.2014, 7.30





Очень хороший роман. Интересный сюжет, хорошо прописаны характеры всех героев. Очень рекомендую прочесть!
Странные клятвы - Патни Мэри ДжоЕлена
19.07.2014, 20.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100