Читать онлайн Шелк и тайны, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шелк и тайны - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.33 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шелк и тайны - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шелк и тайны - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Шелк и тайны

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Едва сноп серебристо-янтарного огня озарил небосклон, Абдул Самут Хан радостно хлопнул по плечу своего гостя.
— Великолепные фейерверки, не правда ли? Китайский инженер, что устраивает их для меня, мастер своего дела.
— В самом деле, — согласился Росс. — Ваш праздник надолго запомнится.
Когда последняя ракета побледнела и исчезла, рабы вновь зажгли факелы и лампы. То, что наиб описывал как небольшой праздник для малочисленных друзей, вылилось в невероятное ликование, ибо гостей было несколько сотен, среди них офицеры, которые наслаждались гостеприимством наиба. Завтра армия выступит в Коканд под звуки барабана и грохот пушек, а пока в саду и в воздухе витал дух отчаянного стремления развлечься и получить удовольствие.
Слуги подали горы еды, Росс даже пару раз затянулся гашишем. Если бы не отсутствие алкоголя, толпу вполне можно было бы сравнить с европейской. Кто-то уже рассказывал восхищенным слушателям захватывающие истории о небезызвестном Ходже Насреддине, а тем временем в дальнем конце двора мимы на импровизированной сцене представляли живые картины.
Разумеется, женщин здесь не было, правда, если не считать Джулиет, которая, исподтишка наблюдая за празднеством, тайно слонялась в сумерках. Наложницы в гареме наиба с тоской наблюдали за праздником из-за своих зашторенных окон.
— А теперь наступило время танцев! — радостно произнес Абдул Самут Хан. — Вы сядете со мной, спереди. — Весь вечер он держался поближе к Россу. Конечно, этим он оказывал гостю честь, но в то же время это был действенный способ удостовериться, что ференги не воспользуется всеобщей суматохой и не попытается удрать. В довершение всего явир Шахид Махмуд тоже все время был рядом.
Двигаясь с Россом сквозь толпу, наиб заметил:
— Несмотря на то что утром я уезжаю, вам пока еще не поздно передумать насчет побега. Умоляю вас, лорд Кхилбурн, последуйте моему совету, ибо я не могу вам гарантировать безопасность за время моего отсутствия. Сегодня, когда здесь такая суматоха, самое подходящее время ускользнуть.
«Однако мой хозяин настойчив». Росс нежно улыбнулся:
— Вы так добры ко мне, но ведь вы отправляетесь на войну! И конечно, я буду куда меньше рисковать, чем вы.
Абдул Самут Хан хмуро поглядел на него.
— Сегодня эмир сказал мне, что вам будет запрещено принимать гостей. Нельзя, чтобы вы оказались вовлечены в измену в его отсутствие.
— Ясно. — Росс едва не наступил на черепаху, к панцирю которой была прикреплена небольшая масляная лампа. Несколько таких черепах ползали по саду, освещая клумбы. Он наклонился и осторожно перенес чудо природы в более безопасное место. — Меня будут держать взаперти в моих комнатах?
Наступила недолгая пауза: наиб вычислял, выгодно ли ему приблизить пленника к себе.
— Эмир упомянул об этом, но я поговорил с ним и убедил его позволить вам свободно перемещаться по всему моему жилищу. Но вас, разумеется, все время будут охранять.
— Само собой.
Они дошли до огороженной веревками танцевальной площадки. Под навесом уже собрались танцовщицы, и оттуда доносились хор тонких голосов и хохот. Заиграли музыканты, и ночной воздух содрогнулся от звуков флейт, барабанов и струнных инструментов. Заунывные минорные мелодии переходили в сочные, чувственные тона.
Абдул Самут Хан проводил своего гостя к танцевальной площадке, возле которой для наиболее почетных гостей заранее положили ковры и подушки. Вокруг площадки уже собирались зрители. Росс увидел, что Джулиет выбрала место прямо напротив него. Молчаливая, в темном покрывале, она казалась призраком, случайно попавшим на праздник, который словно напоминал, что этому веселью скоро придет конец.
Казалось, под надежным прикрытием накидки ей ничего не грозит. «Не считая того, что сегодняшний вечер может быть нашим с ней последним вечером. Всего через двадцать четыре часа с этого момента мы предпримем рискованную попытку бегства. И если что-то пойдет не так, то мы, возможно, не доживем до рассвета, — подумал Росс и отвел взгляд от Джулиет. Ему вдруг нестерпимо захотелось побыть с ней наедине. — Побуду здесь столько, чтобы удовлетворить хозяина, а потом извинюсь и уйду».
Зрители восторженно закричали: с полдюжины танцовщиц неожиданно вихрем взлетели на площадку. Они хлопали в ладоши, позвякивая колокольчиками на пальцах. Обычно танцевали мальчики, но на сей раз это были женщины — гибкие, пышные женщины, и двигались они так, что любой нормальный мужчина не мог не обратить на них внимания. Полуобнаженные, они привлекали своей золотистой кожей, однако лица танцовщиц были скрыты под прозрачными вуалями, сквозь которые смутно просматривались их нежные черты. Для восточной аудитории такой костюм был настолько же соблазнителен, как прикрытая тонкой тканью женская грудь для европейцев.
Первый танец разгорался медленно, но каждый последующий становился чуть занимательнее. Взметавшиеся юбки и вращающиеся бедра танцовщиц распаляли толпу все сильнее. И вскоре толпа уже хлопала в такт, и этот шум придавал ночи оттенок еще более грубой чувственности. На четвертом танце музыка поменялась, и солистка упала на колени. Вызывающе вращая тазом, она отклонялась назад до тех пор, пока не коснулась головой пола.
Это зрелище и звуки музыки взывали отнюдь не к разуму, проникали прямо в кровь. У Росса неожиданно участилось дыхание. Он опустил глаза и заметил обращенный к нему взгляд Джулиет как раз в тот момент, когда между ними оказались две танцовщицы. Одна лишь Джулиет могла охладить этот безумный языческий огонь, разгоравшийся в его жилах от ни с чем не сравнимого танца.
Когда солистка снова вскочила на ноги, Абдул Хан подозвал ее к себе. Она пробралась сквозь труппу, потом упала перед наибом, выражая высшую степень покорности. Она находилась так близко от Росса, что он мог бы дотронуться до ее блестевшего от пота роскошного тела.
— Да, господин? — хриплым голосом произнесла она.
Наиб показал рукой на Росса.
— Вот этот человек, о котором я с тобой говорил.
Танцовщица ловко переместилась и свернулась калачиком прямо у ног Росса. Она по-прежнему тяжело дышала, и ее сочные груди, казалось, вот-вот вырвутся тесного, узкого лифа. Позвякивая золотыми браслетами, она промурлыкала:
— Скажите мне, чего вы желаете, о лорд из всех ференги?
Росса окатило жаркой волной, ибо танцовщица была воплощением чувственности, о таком можно было лишь грезить в самых сокровенных мужских фантазиях. Невозможно было не поддаться ее чарам, и Росс, с трудом проглотив комок, выговорил:
— Вы прекрасно танцуете.
— На сегодняшнюю ночь я дарю вам Захру, лорд Кхилбурн, — произнес Абдул Самут Хан и решительно подтолкнул Росса локтем. — Я понимаю, что вы были лишены любви — того, в чем нуждается мужчина для здоровья и счастья, поэтому забирайте ее к себе в комнаты и танцуйте с ней, пока сердце ваше не насытится.
Захра скользнула вперед и приподняла покрывало, открывая лицо. Она проделала это весьма застенчиво, но приглашение в ее взгляде читалось столь откровенно, будто восточная женщина распахнула свой лиф. Бархатистые черные ресницы ее затрепетали, и, томно подняв руку, она провела ею по волосам Росса.
— Прямо как золото, — прошептала она.
От такой женщины, как Захра, способны были отказаться очень немногие. Будь Росс именно таким человеком, которым он себя считал, то есть имеющим в Англии благоразумную жену, устоять перед искушением было бы невозможно. Тем более что полуобнаженная чаровница склонилась у его колен. Но он не был таким мужчиной, к тому же поблизости находилась его жена.
Подняв глаза, он уловил взгляд Джулиет. Ярость ее была почти осязаемой. Росс едва не расхохотался во весь голос. Решив, что пора переходить к настоящим ночным развлечениям, он убрал ласковую женскую руку, которая потихоньку пробиралась по его ноге.
— Тысячу благодарностей за вашу заботу, Абдул Самут Хан. Захра просто великолепна, это дар, достойный императора! Но поскольку я человек женатый, то вынужден уклониться от ваших щедрот.
Наиб изумленно поглядел на него:
— Ваша жена на другом конце света, а Захра здесь, рядом!
— Истинная правда, но моя религия запрещает супружеские измены, и нет никакой разницы в том, где я нахожусь.
Хозяин дома насупил тяжелые брови.
— Следующими будут танцевать мальчики. Может, вы предпочтете одного из них? Тогда это не будет считаться изменой.
Сбросив с колена пухлые пальцы Захры, Росс поднялся. Он увидел, что место по ту сторону танцевальной площадки, где стояла Джулиет, уже опустело, и дай Бог, чтобы она не расхаживала где-нибудь кругами, вынашивая кровавую месть.
— Но у моего народа это считается таким же грехом.
Наиб недоверчиво и с некоторым уважением посмотрел на него:
— Воистину вы набожный человек.
— Возможно, но все же я мужчина и тоже поддаюсь искушению, поэтому, думаю, мне лучше уйти к себе, прежде чем я сдамся. — Росс погладил Захру по голове. — Никогда еще грех не был таким сладостным.
Она обиженно закрыла лицо и резко встала, а затем, гневно сверкнув глазами, примкнула к другим танцовщицам. Абдул Самут Хан проводил ее весьма откровенным взглядом, и стало ясно, где Захра проведет сегодняшнюю ночь.
Росс наконец выбрался из разгоряченной толпы. За ним следом шествовал явир Шахид Махмуд и еще какой-то солдат. В доме воздух оказался свежее, но там было не намного тише, ибо зажигательный ритм танцевальной музыки проникал и через глинобитные стены. У дверей Росс повернулся к провожатым, дабы пожелать им спокойной ночи.
Молодой солдат приветливо кивнул, а Шахид мрачно поглядел на Росса:
— Из-за тебя, ференги, я лишен удовольствия пойти на войну!
— Весьма сожалею, — ответил Росс, не покривив душой ни на йоту. — Преступление — не использовать мастерство воина, но отнюдь не я принимал решение держать вас в Бухаре.
Явир кивнул охраннику, и тот послушно удалился на надлежащее расстояние. Шахид же, прищурившись, заметил:
— И тем не менее ты виноват и заплатишь мне за это!
Росс подавил вздох.
— Я уверен, вы знаете способ, как это сделать.
— Золотом или кровью! Выбирай сам. — Лицо Шахида угрожающе перекосилось. — Дай мне две тысячи золотых дукатов, и я буду обращаться с тобой так же нежно, как мать со своим первенцем. А если откажешься… — Он красноречиво пожал плечами.
— Похоже, в Бухаре все считают, что англичане сделаны из золота, — мягко произнес Росс. — Спокойной ночи, явир Махмуд.
Он уже приоткрыл было дверь, как вдруг Шахид резко бросил:
— Значит, набожный неверный жаждет вскарабкаться на этого мальчишку-туарега?!
Росс изо всех сил вцепился в круглую ручку двери. Полуобернувшись, он посмотрел на узбека:
— Я не карабкаюсь на мальчишек, туарегов или каких-либо других. — Глаза его чуть сузились. — По-моему, такие обычаи больше распространены среди военных.
— Ты лжешь, свинья! — Шахид плюнул на пол. — Ничего, вот уедет Абдул Самут Хан, и ты станешь моей жертвой! — Он подозвал своего напарника. — И не надейся сбежать сегодня ночью: комнату будут охранять.
Росс бесстрастно двинулся в комнату, закрыл дверь и запер ее доской. «Как же я устал от вымогательств и мелодраматических угроз!» — подумал он.
В приемной горела единственная лампа, дверь на балкон была открыта. Оттуда можно было прекрасно наблюдать за разгульным празднеством. Росс огляделся по сторонам и удивленно обнаружил, что Джулиет нет. Странно, а он-то думал!.. И тут его осенило: она, наверное, вернулась, просто не захотела зажигать свет. Ему страстно захотелось обнять ее, и он поспешил в спальню.
В тусклом свете мерцавшей лампы едва можно было различить Джулиет. Она съежилась темным комочком на диване, но, едва Росс вошел, язвительно воскликнула:
— Как, а где же твоя круглоликая чаровница?
Росс усмехнулся и принялся снимать с себя сюртук и башмаки.
— Естественно, она произвела на меня впечатление, но я понял, что ты готова вырезать мне печень, и потому сразу же протрезвел.
— Как это мудро! — Джулиет проследила за ним взглядом, но и не подумала вставать с места.
Казалось, нарочитая ревность была лишь частью их любовной игры. Впрочем, отчужденность Джулиет насторожила Росса. Неужели она в самом деле расстроена? Лицо ее было закрыто, и потому мужу трудно было судить о ее настроении.
— Но ты, конечно, не поверила, что я заинтересовался этой танцовщицей, — ласково произнес он.
Джулиет недоверчиво фыркнула:
— Разумеется, заинтересовался. А какой мужчина не заинтересовался бы?
— Может, и заинтересовался, но не всерьез, — откликнулся он. — Даже одетая в черное и такая вот хмурая, ты притягиваешь меня куда больше, чем она.
— Я рада, что ты такой рассудительный. — Джулиет театрально поднялась с дивана и, сбросив накидку и вуаль, предстала перед ним в танцевальном костюме из черного шелка — настолько прозрачного, что виден был каждый изгиб ее фигуры! Подведенные черной сурьмой глаза ее сверкали, как серебро. Губы медленно расплылись в вызывающей улыбке.
— Я сотворила это из шелка, который купила у отца Хафиза. А теперь собираюсь доказать, что эта пухлая шлюха и в подметки мне не годится.
У Росса ком застрял в горле, он на миг остолбенел. На поясе у бедер Джулиет колыхались легкие покрывала, еще сколько-то спадали с плеч, соблазнительно обнажая талию. Несмотря на то что она полностью завернулась в шелка и даже падающие каскадом волосы затемняла вуаль, прозрачная ткань создавала эффект полной, влекущей обнаженности.
Джулиет грациозно повернулась; покрывала взвихрились, как дым. Неотразимая, как Далила, она спросила хрипловатым голосом:
— Станцевать для тебя?
— О да… — прошептал Росс, опускаясь на диван. Он не мог отвести от нее глаз. — Станцуй, пожалуйста.
Джулиет на миг закрыла глаза, вслушиваясь в чарующие звуки музыки, клубившиеся в ночи, потом начала греховно раскачиваться. Сначала просто сомкнула руки, затем изогнула гибкий торс, качнула бедрами, пока все тело ее не превратилось в физическое воплощение музыки.
Джулиет была прирожденной танцовщицей. Росс знал, что ребенком, живя в Шотландии, она обучилась народным танцам (рилам), а позже без особого труда овладела церемонными бальными фигурами европейских бальных танцев. «Одному Богу известно, какие экзотические представления она видела или в каких сама принимала участие за эти несколько лет», — подумал Росс. И вот теперь она извлекла на свет все свое умение и создала свой собственный чувственный танец.
Росс как завороженный молча наблюдал за Джулиет. Да, она действительно поднялась от простого умения до искусства, в котором дух, движение и музыка сочетались так гармонично, что невозможно было отделить танцовщицу от самого танца. Джулиет была самой свободой, огнем, грацией — всем, что Росс отчаянно любил в своей жене.
Но более всего она была воплощением страсти, и даже ни разу не коснувшись Росса, она довела его до возбуждения. Разлетающиеся складки шелка то обнажали, то скрывали ее грациозное тело. За быстрым промельком длинных стройных ног следовал дразнящий намек на сокрытые в тени шелковых накидок соски, на темный треугольник внизу живота… Рыжие волосы, белые руки и ноги, шелк, подобный дыму, — для того, чтобы разжечь огонь, большего и не требовалось.
Но Россу мало было лишь созерцать: когда она в очередной раз закружилась поблизости, увлеченная страстным ритмом танца, он поймал ее за край накидки и, потянув, чуть не ослеп от пламени ее волос.
Джулиет засмеялась и схватилась за другой конец покрывала.
— Потанцуй со мной, о мой господин!
Росс правильно понял ее приглашение. На Среднем Востоке мужчинам и женщинам запрещается касаться друг друга прилюдно, и даже если им позволено танцевать вместе, они пользуются шарфом, призванным предохранять их от физического контакта. Поднявшись на ноги, Росс начал двигаться в такт музыке. Одна лишь шелковая вуаль, натянувшись, связывала их с Джулиет правые руки.
Не сводя друг с друга глаз, они медленно кружили по комнате. Оба были настолько возбуждены, что буквально застыли на месте, а весь мир в это время вращался вокруг них. Росс познакомился с Джулиет во время вальса, официального танца. За тем незначащим разговором во время тура их уже подстерегала страсть. Вот и теперь они инстинктивно улавливали ритм и движения друг друга. Они прошли полный круг, в этой азиатской темной ночи сдерживая друг друга в страстном па-де-де.
Следуя музыке, Росс понял, что выделывает ногами такое, чему никогда специально не учился. Они все время импровизировали, постоянно усложняя рисунок танца. По мере того как они расходились на всю длину шелкового покрывала, шаги их убыстрялись, жесты становились театральнее, затем они снова настолько приблизились друг к другу, что ощутили испепелявший обоих жар.
Захваченные водоворотом страсти, влюбленные воспаряли все выше и выше, понимая, что еще немного, и они взлетят, ибо их удерживала лишь замысловатая паутина вожделения, конфликта и трепетного чувства — такого же осязаемого, как и натянутая между ними ткань. Росс посмотрел в глаза Джулиет и прочитал в них безмолвное приглашение. Он приблизился, но она упорхнула, и тогда он стянул покрывало с ее спины.
— Не так далеко, моя гурия.
Росс поднял руку, и она выполнила пируэт. Волосы ее разметались и напоминали теперь расплавленное золото и янтарь.
— Гурию не так-то просто поймать, о мой господин, — гортанно произнесла она.
Темп музыки все возрастал, она оглушала влюбленных, предусматривая один-единственный исход. Внезапно Росс нетерпеливо схватился за шелковое покрывало и привлек Джулиет к себе.
— Но я желаю поймать тебя!
Джулиет резко повернулась, ударив его волосами по лицу, словно хлыстом, и тут же уютно прижалась к нему спиной, обжигая его от плеч до бедер. От нее пахло розами, специями и… женщиной.
У Росса участилось дыхание, он отшвырнул скомканную ткань, что соединяла их, потом просунул руки под легкий, как шепот, шелк и чуть не умер от наслаждения, почувствовав податливую женскую плоть. Едва коснувшись Джулиет, Росс понял, что теперь уже ни за что не остановится. Его ищущие руки скользнули с тонкой талии к твердому животу, алкая чувственных ощущений.
Он обвел пальцем ее пупок, погладил под грудью, поцеловал за ушком через тонкие золотистые нити ее волос. Джулиет затрепетала в ответ, и Росс потянулся к мягким округлостям ее грудей. Соски ее напряглись, и Джулиет протяжно, чуть дыша, застонала. Потом принялась покачивать бедрами, прижимаясь к его паху, намеренно воспламеняя его.
Росс, едва выдохнув, опустил руку и, прокравшись под шелковым покрывалом, пробежался пальцами по ее животу, по мягким вьющимся волоскам на лобке, пока наконец не добрался до влажных, распухших складок. Женщина задрожала, тихо восторженно всхлипнула и уронила голову ему на плечо. Так они и стояли, забывшись в чувственном уединении.
Потом вдруг Джулиет отпрянула, выскользнула из его объятий, и Росс успел захватить лишь полную пригоршню покрывал. Но он тотчас выпустил легкую ткань из рук, и она упала на пол, как гагачий пух, открыв почти все прекрасное, стройное тело Джулиет. Она засмеялась, вцепилась в его хлопковую рубашку.
— В эту игру должны играть двое! — Джулиет, рванув, распахнула рубашку, потом легонько куснула мужу руку.
Этот укус оказался последней искоркой, которая воспламенила страсть между ними. Росс притянул Джулиет к себе и увлек на кровать, потом всей своей тяжестью придавил ее извивающееся тело. Он целовал ее грудь, а она сопротивлялась и боролась с ним, как дикое животное, которым можно овладеть только с боем.
Они слились, словно две пантеры, пустив в ход когти, зубы, завершая свой первобытный танец благодаря той глубинной дикой страсти, которая пылала в них, и полностью доверяя друг другу. Когда Джулиет высвободила руки и принялась царапать ему грудь, Росс, пригвоздив ее ладони к кровати и прижав ноги чреслами, расстегнул брюки.


Одним мощным движением он вошел в нее, его горячая плоть вонзилась в ее страждущее тело. Это была не просто игра, но в высшей степени глубокая реальность, которая когда-либо открывалась им, физическое воплощение всех бушевавших в них эмоций. Она укусила его за плечо, желая слиться как можно полнее, стремясь стать единым с ним целым.
Росс с дьявольским умением довел ее до экстаза, и все тело Джулиет загорелось белым пламенем. Слова, которых она так боялась, вырвались сами собой:
— О Боже, Росс, я так люблю тебя!
Больше всего на свете она хотела, чтобы он ответил ей взаимностью, чтобы сказал, что любит ее, пусть даже это было бы не правдой или всего лишь крошечной долей сложной, запутанной истины.
Однако Росс промолчал, закрыв ей рот поцелуем, наполнив собой до такой степени, что в ней не осталось ничего, кроме страсти и жажды утоления. Сотрясающим ее взрывам, казалось, не будет конца.
Росс прервал поцелуй и хрипло застонал, когда перестал наконец сдерживаться. Его ритмические конвульсии настолько совпадали с ее содроганиями, что невозможно было различить, где кто. Джулиет жаждала слиться с ним, и на несколько коротких мгновений мечта ее сбылась.
Когда пламя страсти стало стихать, по лицу Джулиет потекли тихие слезы: «О, мы с Россом коснулись самых дальних рубежей страсти, пришли в долину неизбывной радости, которая превзошла все любовные грезы, что я все время лелеяла в эти долгие годы одиночества!»
Все эти годы Джулиет, не задумываясь, отдала бы за любовь.


У Росса едва хватило сил снять с себя брюки и сдернуть покрывала с Джулиет. Засыпая, он притянул ее к себе и прошептал, что если бы сейчас в комнату вошла Захра, он был бы не способен даже поднять голову, не говоря уже о большем. Джулиет долго и радостно смеялась, а потом погасила лампу. Они в изнеможении забылись.
На небе розовыми лучами занялся рассвет, и они снова занялись любовью. На этот раз их страсть была мягче, сладостнее. Джулиет расслабленно лежала, распростершись на Россе, ее спутанные волосы щекотали ему щеки и горло; они плавно, ритмично двигались. С трудом верилось, что эта мягкая, уступчивая дама была той самой дикой кошкой, которая оставила на спине и груди Росса отметины. Но это тоже было частью ее таинственной и необычной натуры.
Оглядываясь на прошлое, Росс вспоминал, что их свадьба была игрой с ясно различимыми правилами: она началась с волшебных открытий и продолжалась исполнением желаний, отчужденностью, потерями и мучительной болью: «Этот наш, возможно, последний акт любви был хрупкой попыткой примирения перед надвигающейся опасностью. Вот она, совсем близко. Осталось пройти самый короткий и самый грозный отрезок пути».
Грустная мысль.
«Джулиет сказала, что любит меня. Но нельзя же всерьез принимать признания, произнесенные в пылу страсти, ибо страсть — известная лгунья», — думал Росс. Поверить ей? Но тогда он сам вновь откроет двери страху и такому глубокому и болезненному смятению, которые невозможно будет сдерживать.
«Слава Богу, что через несколько часов мы начнем действовать. Жизнь и смерть намного проще, их гораздо легче понять, чем любовь».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шелк и тайны - Патни Мэри Джо



Так всё интересно описано и страны,и приключения,взаимоотношение между мужчиной и женщиной.читаешь не отрываясь.
Шелк и тайны - Патни Мэри ДжоМарина
19.07.2013, 0.35





Так всё интересно описано и страны,и приключения,взаимоотношение между мужчиной и женщиной.читаешь не отрываясь.
Шелк и тайны - Патни Мэри ДжоМарина
19.07.2013, 0.35





отвратительно... поступки героев ну абсолюююютно никак не мотивированы, особенно героини - и мужа то она любила, и все то было хорошо,но тут вот проснулась по утру и ей в голову взбрело смыться,да еще и потрахаться было ну просто необходимо, и вуаля - несколько недель как из мужниной постельки и мы уже графов на мальте обслуживаем.... при этом красной линией через все повествование идет какой же муж то был благородный и мужик хоть куда,а я то вот пожалейте меня, молодая была и глупая и счастья собственного не ценила! Бреееееед!!!единственный плюс-более или менее правдоподобная привязка к историческим событиям и эпохе. но герои это, конечно, бедаааааа(((теща, которую он в глаза 12 лет не видел говорит, мол, сынок -все, ты последняя надежда, езжай спасай шурина!Не важно, что тебе это верная смерть,ты езжай! А он и рад стараться...какой то мазохист, жену в отеле застал с любовником-головку опустил и пошел себе страдать,при этом нехилое содержание ей платил; на плаху за родственничка- да всегда пожалуйста!Мозги б ей вправил хорошенько башкой об стенку в отеле тогда и все дела.все б др др простили и жили б нормально... понимаю, сюжета тогда б не было, но и это уж простите, насмешка просто!Слабо, неубедительно, пресно и оставляет чувство неудовлетворенности
Шелк и тайны - Патни Мэри Джоola-la
3.11.2014, 23.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100