Читать онлайн Шелк и тайны, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шелк и тайны - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.33 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шелк и тайны - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шелк и тайны - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Шелк и тайны

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Последовавшие затем полные переживаний дни почти свели на нет решимость Джулиет. Она могла свободно перемещаться по городу, бродить где ей вздумается, но Росс, как они и подозревали, оставался кем-то вроде почетного гостя и пленника. Несмотря на то что ему было дозволено осматривать город, его повсюду сопровождали трое вооруженных придворных, якобы затем, чтобы охранять ференги.
Россу было также разрешено принимать гостей, и нескончаемый ручеек посетителей устремился к дому наиба. Среди гостей встречались и такие, с кем он познакомился здесь восемь лет назад; они рады были возобновить знакомство. Здесь были муллы-мусульмане, евреи-красильщики, банкиры-индусы, и все они приходили в восторг от возможности поговорить с ференги. Пару раз являлись исламские фанатики, пытаясь добиться, чтобы он как-нибудь оплошал, но Карлайл ловко избегал расставленных ими сетей.
Эмир посылал к Карлайлу и своих эмиссаров, они интересовались преимуществами европейской технологии и ведением сельского хозяйства.
— Неужели в Англии нет верблюдов? — недоверчиво спросил один из них.
Они затрагивали вопросы медицины и искусства, торговли и истории, спрашивали, может ли королева Виктория казнить любого человека по своему усмотрению. Как-то раз Росс продемонстрировал свое умение покрывать серебром зеркало и отправил результат этого опыта Насрулле. Как впоследствии сказал наиб, эмир с великой радостью принял подарок.
Джулиет в основном проводила время в Бухаре, но нередко она молча сидела в уголке главной приемной дома наиба во время всех этих «приемов», как их иронически называл Росс. Джулиет не уставала поражаться широте его познаний, ибо он никогда не терялся, если ему приходилось что-нибудь объяснять. Они были в Бухаре уже три недели, и вот, вернувшись ранним вечером с прогулки, Джулиет обнаружила посланца от эмира, который расспрашивал Росса о колдовстве в Англии.
Не моргнув глазом, Росс упомянул «Акт Черной магии», затем поведал легенды о друидах и средневековых судах и пытках, а потом перешел к эволюции англо-саксонского общего права. Он все еще продолжал свое повествование, когда появился Абдул Самут Хан и вежливо пригласил гостя к обеду.
Поскольку интерес к Россу не спадал, Джулиет частенько питалась с рабами наиба, которые обращались с ней, как с мебелью, которую следовало обходить и совсем не обязательно замечать. Возвращаться одной в пустыe комнаты не хотелось, и Джулиет в этот вечер, кончив трапезу, осталась с другими слугами. Один из конюхов по традиции что-то рассказывал. Это своего рода ораторское развлечение в высшей степени удовлетворяло слушателей.
Потом рассказы сменились общим разговором. Джулиет пошла в их с Россом комнату и устроилась на диване, занявшись починкой одежды. Странно, но в облике мужчины она чаще занималась домашними делами, чем когда «была женщиной». «Что ни говори, а скука — прекрасная двигательная сила», — решила она. Кроме того, ей явно доставляло несказанное удовольствие заботиться о вещах мужа, раз уж она не могла ухаживать за самим человеком. Но к ее великому сожалению, тот легкий дух товарищества, что недавно царил меж ними, исчез, сметенный пресловутым огненным столпом. Муж ее отступил, отгородившись непроницаемой стеной, и это обижало Джулиет, хотя она и соглашалась с необходимостью такого поведения. Она постоянно старалась себя чем-то занять в надежде, что работа измотает ее и страсть к Карлайлу угаснет, но все безрезультатно.
Жаркими днями и беспокойными ночами напряженность росла, как грозовая туча. Отчасти из того, что они не знали, каковы намерения эмира, но главная причина заключалась в мучительных переживаниях обоих, ибо, находясь в непосредственной близости, они тем не менее отдалились духовно. Они почти все время натянуто молчали, намеренно не заговаривая друг с другом. Ясно было, что скоро что-то переменится, поскольку невозможно было продолжать в том же духе.
Сегодня Росс вернулся с обеда у наиба относительно рано. Едва он вошел и запер доской дверь, как Джулиет отложила шитье и вытянула руки над головой.
— Обширность твоих познаний не перестает изумлять меня, — тихо произнесла она. Они уже привыкли говорить шепотом, чтобы их ненароком не подслушали. — Ты никогда не теряешься, подыскивая ответ, и не имеет значения, о чем тебя спрашивают. Правда?
— Мое кембриджское образование оказалось бесценным, но все равно я иногда теряюсь, — криво усмехнулся Росс. — Мне кажется опасным выказывать свое невежество, иначе интервьюеры эмира сочтут, что я намеренно утаиваю информацию. Лучше уж ошибиться, чем молчать.
— Может, ты и фальсифицируешь, но у тебя это получается прекрасно. Во всяком случае, меня ты убедил. — Она опустила глаза и сделала последний стежок на его рубашке, завязала узелок и откусила нитку. — Твоя рубашка готова. Ума не приложу, чем бы мне еще заняться. Наверное, надо было научиться вязать: мать все время пыталась показать мне, что и как.
Джулиет хотела было встать, чтобы отнести одежду в комнату Росса, но в этот момент Карлайл сделал шаг навстречу и забрал у нее вещи. Они случайно коснулись друг друга, и она едва устояла на ногах. Росс машинально схватил ее за локоть, желая поддержать. Может, все и обошлось бы, если бы они сами не придавали происходящему особого значения. Когда Джулиет выпрямилась, лицо Росса оказалось так близко, что можно было рассмотреть все морщинки на его загорелых скулах, четкую линию губ. Она ощущала его прикосновение, и больше всего на
свете ей сейчас хотелось прижаться к нему губами. Ее сдерживало лишь понимание всех последствий этого порыва.
Джулиет подняла голову, поймала взгляд Росса, и некоторое время они не сводили друг с друга глаз. От боли, которую Джулиет разглядела в глазах мужа, у не перехватило дыхание. В последнее время Росс, конечно, мастерски сдерживал себя, но теперь ей стало ясно, чего ему стоил этот постоянный контроль над собой. Он уже был на грани срыва, и она с ужасом поняла, как близки они к катастрофе. «Еще немного — и страсть поглотит нас. И погубит!» Она с трудом отвела взгляд, презирая себя за трусость. Росс уронил руку и отошел.
— Не могу представить тебя за вязанием, — сказал он обычным голосом. — Наверное, лучше бы тебе заняться резьбой по дереву. Нож куда характернее для тебя. — И, пожелав доброй ночи, он удалился в спальню.
Все разрешилось буквально за минуты, испепеляющая страсть потухла, словно ее вообще не было. Джулиет погасила масляные лампы и свернулась калачиком на тюфяке. Теперь она уже спала в своих туарегских одеждах и с покрывалом наготове, чтобы закрыть лицо в случае опасности. Дверь была закрыта доской, по крайней мере ей не приходилось накрывать лицо, как тогда в Каракумах.
В спальне Росса по-прежнему горела лампа, и Джулиет слышала, как скрипит по бумаге перо. Росс ни на минуту не оставлял свои изыскания, постоянно вел записи в дневнике. Джулиет подозревала, что таким образом он разряжается. Она же просто лежала неподвижно, покусывая покрывало и постепенно успокаиваясь.
Она уже было задремала, как раздался грозный стук в дверь. Мгновенно проснувшись, Джулиет скатилась с тюфяка, вскочила на ноги, натянула покрывало на лицо и открыла дверь. С полдюжины солдат ворвались в комнату, оттолкнув ее в сторону. Их возглавлял явир Шахид Махмуд, капитан гвардии наиба.
Едва Росс в своей ночной рубашке встал с постели, Шахид пролаял:
— Собирайся, свинья-ференги! Его величество желает немедленно тебя видеть. — Широкоскулое лицо явира лучилось злорадством, от которого у Джулиет кровь застыла в жилах. «Явир с самого начала возненавидел Росса, а теперь открыто радуется», — мелькнуло у нее голове.
Росс гордо выпрямился, сообразив, что может означать этот вызов среди ночи.
— Хорошо, — спокойно отозвался он, опуская закатанные по локоть рукава рубашки. — Одну минуту, я только надену сюртук. — Без тени страха, словно его приглашали на чашку чая, он начал одеваться.
На миг Джулиет показалось, что Росс сейчас возьмет пистолет и попытается освободиться силой. Рука у нее сама собой потянулась к рукоятке кинжала. Жена готова была в любой момент присоединиться к мужу. Однако у Росса хватило благоразумия не выступать против вооруженных солдат. Он вышел в гостиную с пустыми руками и на мгновение обратил взгляд к Джулиет. Лицо его оставалось бесстрастным, словно застывшая маска, но в глазах, устремленных на тарги, читалось многое.
Явир свирепо рявкнул, что они и так уже потратили слишком много времени, и миг безмолвного общения супругов прошел.
В окружении солдат Росс вышел на улицу. Едва за ними закрылись двери, как Джулиет осознала, что Росс, кроме всего прочего, прощался с нею. Впервые в жизни Джулиет буквально парализовало от страха. Она опустилась на пол и свернулась в клубок. Ее била сильнейшая дрожь при одной только мысли о том, что она, возможно, никогда больше не увидит Росса: «Они могут посадить его в тюрьму. И сегодня же ночью казнить».
«Это невозможно! Невозможно! — в панике думала Джулиет. — Нет, в самом деле, эмир способен умертвить Росса без всякой на то причины. И скорее именно так он и сделает. Злоба его столь велика, всякий раз, когда казнили мужчин, пытавшихся защитить своих жен от Насруллы, бухарцы лишь обреченно пожимали плечами. А на совести эмира были преступления и пострашнее».
Джулиет в бешенстве закусила губу: «Надо подумать, как помочь Россу, а не барахтаться от страха». С трудом поднявшись на ноги, она заперла дверь, потом пошла в его спальню, где по-прежнему горела лампа, а на столе лежал листок бумаги, наполовину исписанный аккуратным почерком Росса. Казалось, стоит ей обернуться, как он тотчас появится. «Но он ушел, и, возможно, навсегда».
За те несколько недель, что они вместе делили эти комнаты, она ни разу не осмелилась прикоснуться к веревочной кровати, но сейчас ей необходимо было ощутить его присутствие. Она легла на матрас и, прижав к себе подушку, отчаянно пыталась успокоиться.
«Что можно предпринять? Сегодня — ничего, ибо добропорядочные горожане не покидают своих домов по ночам, едва только барабаны эмира отстучат комендантский час. К Абдул Самут Хану обращаться бесполезно: то, что Шахид забрал Росса, означает, что наиб либо беспомощен, либо действует против Карлайла.
Вся надежда на Казимов, ведь они обладают огромным влиянием в Бухаре. Утром прежде всего надо будет пойти к ним. Кроме того, в городе находится персидский посол. Если я предстану перед ним в качестве Гул-и Сарахи, то посол, возможно, вмешается, ибо моя крепость в Сереване способствует укреплению восточных границ шаха».
Она хорошо использовала эти три недели в Бухаре и многое узнала про внутреннюю жизнь города. Стояла глубокая ночь, а Джулиет все перебирала возможности помочь Россу, рассматривала разные варианты, переходя от решимости к отчаянию. Она отказывалась думать о том, что случится, если Насрулла, повинуясь внезапному импульсу, уже приказал казнить ее мужа
Уже перевалило далеко за полночь, когда в дверь снова постучали, на этот раз намного тише. Джулиет мрачно побрела узнать, кто пришел: «Если это за мной, солдатам придется со мною сразиться. Мне теперь нет смысла сдерживаться. Скорее всего это не солдаты, а наиб. Пришел пролить крокодиловы слезы о своем госте и тем временем реквизировать имущество дорогого страдальца». Джулиет закрепила покрывало понадежней и, приподняв доску, отступила назад, одновременно потянувшись к кинжалу. Дверь широко распахнулась, и в комнату вошел человек. При слабом свете из спальни Джулиет лишь через некоторое время увидела, что пришелец сияет, как золото.
Росс! Она так и вытаращилась на него, не веря своим глазам. Потом, не убедившись даже, один ли он, она бросилась к нему на шею. Сердце у нее громко стучало от радости.
Росс тотчас одной рукой обнял жену, а другой с силой захлопнул дверь.
— Я не сомневалась, что они забрали тебя в тюрьму или того хуже!.. — чуть ли не рыдая, произнесла Джулиет.
Мгновение он прижимался к ней щекой, затем неожиданно засмеялся и отпустил Джулиет.
— Именно такое впечатление и желал произвести Шахид. Впрочем, могло быть и так. — Муж снял сюртук и прошел в спальню, бросив одежду на диван.
Следуя за ним по пятам, Джулиет спросила:
— Что случилось?
— Меня доставили в приемную, там уже взад-вперед, как разъяренный тигр, расхаживал Насрулла. Будь у него хвост, он наверняка бил бы им об пол, — устало ответил Росс, стягивая ботинки. — После моего «салаам» он прорычал, что обдумал мою просьбу насчет того, чтобы забрать тело Иана в Европу, и решил отказать, ибо «майор Камерон был предателем и вероотступником, и даже смерти недостаточно для того, чтобы смыть с него позор».
— Очень жаль. — Вздохнув, Джулиет уселась на диване в нескольких футах от Росса и сняла покрывало. — Теперь важно живыми выбраться отсюда.
Росс размотал шейный платок и швырнул его на сюртук. Белая рубашка распахнулась у него на груди, открыв вьющиеся золотистые волосы. Джулиет внезапно пронзил чувственный восторг, она с трудом отвела взгляд. Все, что она пережила, пока муж отсутствовал, расстроило ее, обострило чувства. Еще чуть-чуть, и она не совладает с собой.
Не замечая ее реакции, Росс откинулся на подушки. Лицо его напоминало прекрасно выписанный портрет средневекового святого великомученика.
— Эмир радостно сообщил мне, что вместо костей Иана готов отправить на родину мои останки.
— Его чувство юмора так же отвратительно, как и он сам! — содрогнулась Джулиет.
— Не могу сказать, что меня развеселила его шутка. Он самый утомительный человек, с которым мне приходилось иметь дело, — заметил Росс. — Поскольку моя миссия — узнать о судьбе Иана — завершена, я попросил его разрешения покинуть Бухару. Тут уж Насрулла разразился очередной тирадой, суть которой сводилась к желанию знать, почему я пренебрегаю его гостеприимством после всего, что он для меня сделал. Из Герата прибыли послы с требованием казнить меня, но он не стал их слушать. Разве можно спешить уехать, когда он относится ко мне, как к родному брату?
— Насколько я припоминаю, — язвительно вставила Джулиет, — он казнил четверых своих братьев. Или пятерых?
— Все зависит от того, у кого ты спрашиваешь. — Росс прислонился к выбеленной стене. — Весьма тактично (мать гордилась бы мною) я сказал, что крайне признателен за его великодушие, но у меня очень старый и слабый отец, а я и так уже слишком долго отсутствую, могу не застать его в живых.
— По крайней мере это правда.
Росс удивленно поднял бровь и посмотрел на жену.
— Нет смысла что-то придумывать, если честность мне на руку. В любом случае мое заявление немного умиротворило эмира. Удивительно, учитывая, что он отравил собственного отца! По крайней мере так говорят.
Итак, эмир обиженным голосом спросил, как я предпочел бы покинуть Бухару — без чести и в позоре или с честью и осыпанный милостями.
Естественно, я выразил желание уехать, осыпанный милостями его величества, — я посчитал, что это единственный вежливый ответ. Насрулла же заявил, что если я запасусь терпением, то скоро смогу уехать с его благословения. Потом он повернулся и исчез за портьерами. Аудиенция закончилась. Шахид с явным разочарованием проводил меня назад.
Джулиет зарылась лицом в ладони. Ее знобило, хотя ночь была теплая: «Сегодня Россу повезло, но ведь Насрулла с такой же легкостью может приказать казнить его. Фортуна переменчива».
— Как ты думаешь, эмир позволит тебе уехать?
Росс долго молчал, потом ответил ровным голосом:
— Он ничего не выиграет, если будет держать меня в плену.
«Это правда, — подумала Джулиет. — Но поскольку британцев постоянно беспокоит Афганистан, Насрулла с таким же успехом может посчитать, что ничего не потеряет, если казнит своего „гостя“ — ведь хорошо известно, как он презирает европейцев».
Подняв голову, женщина сдавленно произнесла:
— Скажи честно, Росс. Ты думаешь, мы умрем здесь? Да?
Он, не дрогнув, встретился с ней взглядом. И в его застывших глазах она прочитала, что Росс готов принять собственную смерть.
— Скорее всего умру я, — тихо ответил он. — Но тебя и остальных не остановят, если вы захотите уйти. Я думаю, что вы со следующим же караваном должны уехать.
«Возможно, Салеху и Мураду так и надо сделать, однако я не могу представить себе, как брошу здесь своего мужа, пока он еще жив. — Она страдальчески посмотрела на мужа, и у нее перехватило дыхание. С тех пор как они встретились в Персии, она держалась от него на расстоянии, потому что не могла смириться с мыслью сблизиться с ним. Ей казалось, что он обязательно оставит ее. — У нас нет будущего, потому что, пожелай Росс возобновить наш брак, и мне придется сделать страшный выбор: жить во лжи или открыть страшную правду, которую Росс никогда мне не простит. Но теперь у нас и в самом деле нет будущего. Тень смерти сократила время до краткого, бесценного водопада мгновений. Какое значение могут иметь последствия, если нам остается прожить всего несколько часов или дней?»
— Время уходит, Росс, — сказала она полным муки голосом. — Не будем же тратить попусту ту малость, что нам еще отпущена.
В комнате воцарилась предгрозовая атмосфера. Росс точно оцепенел, ошеломленно и пристально вглядываясь в Джулиет карими глазами. Джулиет на миг показалось, что он не понял скрытого смысла ее слов или, хуже того, отвергает ее предложение. И утратив гордость, она произнесла:
— Ты вправе меня презирать, но на сегодня сделай вид, что забыл прошлое… Если ты по-прежнему хочешь меня из-за страсти, или ради спокойствия, или даже из злости… — она, в сущности, предлагала себя, умоляюще протянув к нему руку, — я твоя, и можешь делать со мной все что хочешь.
Неизвестно, вынесла бы Джулиет отказ Росса, но он не сделал этого. Он без слов потянулся к ней и поймал ее руку.
Едва пальцы их соприкоснулись, вся страсть, кипевшая в обоих, вспыхнула вновь и превратилась в испепеляющее пламя. Они прижались друг к другу губами, всем телом — не раздумывая и не колеблясь, как пылкие влюбленные.
Глупо было говорить о том, чтобы забыть прошлое, ибо память о прикосновениях Росса навек осталась в каждой клеточке Джулиет. Она всегда узнала бы его поцелуи — в темной ночи, в далекой земле. Голова у нее закружилась от счастья; ей казалось, что она падает, но не в ужасную пропасть, а на какую-то неизведанную прекрасную землю.
А через миг стало ясно, что они и впрямь падают — с дивана на туркменский ковер. Она, правда, повалилась на Росса. Не разжимая объятий и путаясь в ткани, они остановились у самой кровати. Ни один из них не разжал объятий, ибо что такое синяки от падения в сравнении с безудержной страстью, с тем, чтобы оказаться единой плотью, одним целым? Сильная страсть требовала таких же неистовых проявлений. Они лихорадочно покрывали друг друга поцелуями, жаждая слиться и срывая одежду. Неожиданно Росс замер, потом уткнулся в шею Джулиет и судорожно, неровно задышал. Спустя мгновение он оторвался от нее и выпрямился.
— Я ждал этого двенадцать лет. Будет хорошо. — Он наклонился и подхватил ее на руки.
Для Джулиет имело значение только одно — они снова вместе! Детали казались несущественными, но едва она открыла рот, желая что-то сказать, как Росс привлек ее к себе.
— Подожди, милая лисичка. — Он придержал ее одной рукой и принялся ласково гладить другой. — Ты как молния: возбуждаешь и в то же время слишком спешишь, чтобы ощутить полнейшее блаженство. И пусть у нас мало времени, но сегодня мы торопиться не будем, но и не будем тратить время попусту.
Джулиет сопротивлялась какую-то долю секунды, поскольку горела желанием слиться с Россом. Но он прав: не стоит торопиться, пусть их неистовое совокупление запомнится на всю жизнь. Джулиет обожала его терпение и мудрость, которые так отличались от ее собственного безудержного темперамента.
Заставив себя расслабиться, Джулиет растворилась в объятиях Росса.
— Если я молния, то ты громоотвод, который возвращает меня на землю и спасает от саморазрушения. — Она прижалась губами к его шее, вдыхая его запах и чувствуя сокровенное биение жилки. Сердце Росса забилось чаще, и ей было приятно сознавать, что его сдержанность дается ему не без труда и она не бесконечна. Он протяжно вздохнул, а потом нехотя отступил.
— Сначала нам надо снять с себя все это. — Он проворно размотал покрывало Джулиет и бросил его на пол, потом снял спрятанный в ножны кинжал с ее кушака. — Это тебе не понадобится. — Кинжал и кушак полетели туда же.
Взяв ее косу, Росс развязал ленточку на конце и пробежался пальцами по ее роскошным волосам — те потоком заструились у нее по плечам.
— Вот такой я чаще всего и вспоминал тебя, — тихо проговорил он. — Вспоминал, как волосы твои пламенем горят на подушке, Гул-и Сарахи, цветок пустыни. — Он зарылся лицом в тяжелую шелковистую массу, и ее обдало жаром его дыхания.
— Я ненавидела свои волосы до тех пор, пока не встретила тебя, — прошептала Джулиет. И оттого что Россу нравились этот неистовый цвет и непокорные кудри, она никогда, со времени их встречи, не стригла волосы.
Росс погрузил ладони в густые пряди. Джулиет уронила голову ему на плечо. Внутри нее разливалась чувственная нега, каждая частичка ее тела отзывалась на прикосновение любимого.
Прошло несколько восхитительных минут, и Джулиет вновь захотелось поцеловать мужа. Она подняла голову, но он возразил:
— Еще рано.
Следующим предметом одежды, который предстояло снять с Джулиет, была длинная рубашка. Женщина подняла руки, и он стянул с нее сорочку. Она осталась только в просторных брюках и в фуфайке, которой стягивала грудь.
Росс, словно зачарованный, не сводил глаз с ее бюста. Сначала она не поняла, что именно так привлекло его внимание, но тут же вспомнила. Вся вспыхнув, Джулиет потянулась к кольцу, что висело на золотой цепочке у нее на шее.
Росс, не удержавшись, высвободил кольцо из бесчувственных пальцев Джулиет. Ни к чему было спрашивать, что это, ибо именно Росс надел обручальное кольцо ей на палец в день бракосочетания. На внутренней стороне были выгравированы их имена и дата свадьбы. Джулиет сняла кольцо, после того как сбежала от мужа, но с тех пор все время носила его на цепочке.
Он внимательно и осторожно разглядывал это кольцо, потом сардонически ухмыльнулся. Джулиет инстинктивно поняла, что должна объясниться, несмотря на то что и так все было ясно.
— Я тоже многого не хотела забывать, — тихо произнесла она.
— Хорошо. — Росс помрачнел, и в то же время в лице его промелькнула какая-то нежная грусть. Он переключил внимание на подбитую ватой фуфайку. Впереди она скреплялась четырьмя небольшими крючками. Он расстегнул первый, потом наклонился и прижался губами к обнажившейся ложбинке.
Джулиет едва не задохнулась, у нее подкосил колени. Муж неторопливо расстегнул следующий крючок, затем еще один, целуя при этом грудь, котор сам же высвобождал. Расстегнув все крючки, Росс стянул с Джулиет фуфайку, взял в ладони обе ее груди и принялся медленно поглаживать их, бормоча:
— Это преступление — сковывать такую прелесть.
Его умелые прикосновения заставили заиграть кровь Джулиет. Грудь ее ожила и зазвенела от напряжения, соски под пальцами Росса отвердели, и у Джулиет перехватило дыхание.
— Удовольствие освобождения стоит того, чтобы стягивать бюст.
Брюки Джулиет тоже застегивались на крючки, Росс расстегнул и их. Одежда бесформенной грудой мгновенно упала к ее ногам. Впервые Джулиет немного застыдилась: за те долгие годы, что прошли с тех пор, как она стояла перед ним обнаженной, фигура ее могла измениться к худшему.
Но Росс, похоже, был всем доволен.
— Ты всегда была так прекрасна или я уже забыл? — Его восхищенный взгляд соблазнял ее не меньше, чем ласка. — Или ты с каждым годом все хорошела?
Джулиет вспыхнула: его похвала невыразимо обрадовала ее. Она никогда не считала себя особенно привлекательной, только с Россом все было иначе, ибо он один на целом свете заставлял ее чувствовать, что она самая желанная женщина со времен троянской Елены. Решив, что лучшим лекарством от смущения будет активность, она сказала:
— А теперь моя очередь. — И с этими словами потянулась к его рубашке.
— Подожди немного. — Росс, улыбаясь, поднес указательный палец к ее губам. — Меня интересует, что изменилось, а поскольку тут темновато, надо попробовать на ощупь. Вот это, к примеру, не изменилось. — Он наклонился к левой ее груди и взял сосок в рот. От губ и языка мужа он стал еще тверже. Тело Джулиет запылало, и Росс пробормотал:
— М-м-м, именно это я и помню. И твоя реакция тоже не изменилась. — Он задумчиво потянулся к другому соску. — Похоже, грудь у тебя пополнела.
— Ты недоволен? — спросила она, вызывающе выгнувшись.
У Росса перехватило дыхание, он на миг замер.
— Ничуть.
Потом он отнял руку от груди и провел по телу Джулиет, нежными прикосновениями исследуя ее тело. Затем обнял ее, не отводя рук, взъерошил ее волосы и прижался губами к затылку.
— Ты такая изысканная.
Умело и неторопливо он целовал ей спину, потом повернул женщину и, наклонившись, погладил ладонью бедра Джулиет.
— Здесь ты тоже округлилась, но это так соблазнительно.
Он зарылся лицом в ее мягкий живот, и она ощутила легкое покалывание бакенбардов и влажные жаркие губы. Потом губы его переместились ниже, он скользнул рукой между ее коленями и начал возбуждающе что-то писать у нее на бедрах, поднимаясь все выше и выше. Джулиет развела ноги в ответ на его ласку, инстинктивно поддаваясь ей.
Другой рукой Росс принялся гладить ягодицы Джулиет, она вмиг замерла, а он тем временем проник в золотисто-рыжие завитки между шелковистыми складками и потянулся к горячей, чувствительной плоти. Джулиет приглушенно всхлипнула и вцепилась в его плечи. «Я забыла, о Боже, я забыла, что можно испытывать такое…»
Горячие волны накатывали на нее, казалось, она вот-вот упадет… Тут Росс подхватил ее, и Джулиет сникла у него на груди, безоглядно доверившись ему. Он пальцами глубоко проник в ее лоно, подпитывая огонь, который и без того уже разгорелся вовсю. Джулиет хотела доставить удовольствие ему, но вместо этого он заставил ее наслаждаться, и она была не в силах пошевелиться, слишком одурманенная, слишком околдованная, чтобы что-то сделать, кроме как подавить крик, уткнувшись ему в плечо и прижавшись к нему всем телом. Сила Росса, только она одна была постоянной в этом разваливающемся на куски мире.
Прошло еще какое-то время, и ей удалось унять дрожь в коленях. Джулиет тотчас вскинула руки и сомкнула их у него на шее, в надежде, что это прикосновение передаст все, что невозможно выразить словами. Росс всегда был в высшей степени великодушным и остался таким же. Можно было снова влюбиться в него за всю эту щедрость, но ведь Джулиет и не переставала его любить. Никогда, ни одной минуты за все эти прошедшие двенадцать лет.
Муж тихонько шепнул:
— Прости, кажется, я немного отвлекся.
Она ничуть об этом не сожалела, тем более что он произнес это весьма самодовольным тоном. Ее охватило нелепое желание расхохотаться.
— Я и не жалею, ведь меня как раз и надо отвлечь.
Он усмехнулся, наклонившись, чтобы подхватить ее на руки.
— По-моему, пора сделать перерыв и перебраться в постель.
— Нет! Теперь моя очередь. — Она так же порывисто рванулась к нему. Этой силы было бы недостаточно для того, чтобы сразиться со львом, но все же… Джулиет ожесточенно принялась расстегивать пуговицы на его рубашке, а потом и вовсе сняла ее. — Единственная причина того, что я так гадко вела себя в Сереване, — еле сдерживая смех, произнесла она, — заключается в том, что я хотели подольше смотреть на тебя.
Он обнял ее, погладил по голове.
— Бесстыдница!
— Именно. — Она коснулась его обнаженного торса, наслаждаясь ощущением его кожи и твердых мускулов. — Я заплатила за свои грехи, ибо, увидя тебя, мне захотелось тотчас дотронуться, но я не осмелилась. Я, например, хотела сделать вот так. — Она нежно прижалась губами к шраму от пули, что был у него пониже плеча. — Я ужаснулась, представив, сколь близок ты был к смерти.
Эти воспоминания вмиг обожгли ее: ведь и сейчас Росс на краю гибели. Она решительно отогнала эту мысль прочь: «Сегодня все тени прошлого не имеют значения. Реально только настоящее».
Она положила руку на его грудь. Приглушенный ритм его сердца ощущался сквозь теплую кожу и мягкие вьющиеся волоски. Они были гуще, чем она их помнила.
— Ты тоже изменился. Когда мы поженились, я думала, что ты — самое прекрасное создание, которое я когда-либо видела.
— А я стал лучше или хуже?
Она с удивлением уловила вопрос в его голосе. Росс был настолько совершенен, что трудно было поверить, что он сам этого не осознает. Когда они познакомились, он поражал своей гибкостью и грациозностью, что, впрочем, свойственно юности. Зрелость добавила ему вес и силу, грудь и плечи стали шире. «Удивительно, насколько сильнее и мужественнее выглядит мужчина в тридцать, нежели в двадцать», — мелькнуло у нее в голове.
— Конечно же, лучше, — заверила она. — Несправедливо, что время меняет внешность мужчины в лучшую сторону. С женщинами такое случается гораздо реже.
Она коснулась языком его уха, потом провела по шее до самой ключичной впадинки. Теперь, когда желание ее уже не было столь неукротимым, она могла свободно наслаждаться еле уловимой реакцией Росса. Он замирал, как только она его касалась, дыхание становилось неровным. Джулиет принялась ласково покусывать его сосок. Росс протяжно вздохнул, и все тело его откликнулось на ласку.
По мере того как Джулиет расстегивала пуговицы на его брюках, терпение ее иссякало. Вот показались золотисто-каштановые волосы у него на лобке, и она тотчас скользнула ниже, пытаясь нащупать твердую мужскую плоть.
Росс ничуть не удивился. Напротив, он радостно приветствовал ласку и лишь крепче прижался к своей жене.
— А насчет огненного столпа — это истинная правда, — с нескрываемым удовольствием произнесла Джулиет, поглаживая разгоряченную плоть Росса.
Он до боли сжал ее плечо и вздрогнул.
— Подожди! — выдохнул Росс.
Она подняла глаза и увидела, что он откинул голову назад и покрылся испариной.
— Как бы это ни было чудесно, — еле выдохнул он, — я предпочел бы войти в тебя.
«Он как всегда прав, — подумала Джулиет. — Нам надо слиться воедино, как только могут слиться мужчина и женщина». Она опустилась на колени и стянула с него брюки. Из-за пустынной жары Росс не носил кальсоны, и она тотчас залюбовалась его мощными мускулистыми ногами. Сев на корточки, Джулиет восхищенно пробежалась, пальцами по икрам, чувствуя, как отзываются его мышцы. Она не могла отвести завороженного взгляда от его великолепной фигуры.
— Я всегда был терпелив, но сейчас не могу… — Росс нагнулся и, подхватив Джулиет на руки, отнес ее на кровать. Ловко стянув покрывало, он уложил ее на середину набитого ватой матраса.
Джулиет, смеясь, поймала его руку.
— Напомни мне, что будет дальше.
На миг глаза его потемнели, и ей стало ясно, что он думает о растраченных напрасно годах, о том времени, когда до Англии докатились слухи о ее распутстве. Они тогда не принадлежали ни друг другу, ни кому бы то ни было на свете, и это было хуже всего. За эти двенадцать лет у Росса были другие женщины, другие плотские утехи, и все это по вине Джулиет. Росс не был девственником, когда они поженились, но Джулиет никогда не сомневалась, что он будет верен своим брачным обетам. Верность была краеугольным камнем его натуры. «И моей тоже, — почему-то подумала Джулиет, — но, к несчастью, до сих пор я этого не понимала».
Эта минута грозила разорвать тонкую паутинку их любовной игры: темные воды прошлого и грядущие муки вмиг отравили все, что они делали и о чем говорили. И только страсть могла помочь преодолеть опасную пропасть, которая грозила разверзнуться между ними. Желая смахнуть эту темную пелену с его глаз, Джулиет внезапно в отчаянии потянула мужа к себе.
— Ну же, Росс! — прошептала она. — Пожалуйста.
Эти слова вдребезги разбили плотину, сдерживающую его чувства. Первобытная страсть Росса затопила Джулиет, и она едва не задохнулась. Они буквально впились друг в друга и, казалось, стремились вжаться один в другого. Джулиет нетерпеливо подалась ему навстречу, а он плавно и медленно двинулся вперед, пока не оказался там, куда стремился.
Глухо застонав, он одним мощным толчком погрузился в ее шелковистое обжигающее лоно.
— Как долго я ждал этого, Джулиет, — пробормотал он. — Прошла целая жизнь.
Она с радостью раскрылась ему навстречу, приподняв бедра, чтобы принимать как можно глубже, и дыхание их смешалось. Растраченные впустую годы длились целую вечность, но то же самое ощущение опаляло ее тело и душу. Она вздымалась и опускалась в древнем неизбывном ритме, ей нравилось, что он заполняет ее всю, радовала тяжесть, с которой он вдавливал ее в матрас, доставляло огромное удовольствие ощущение их соития. «Как я могла думать о другом мужчине? Разве кто-нибудь сравнится с Россом? Его нельзя заменить ни на миг, даже утопая в пучине отчаяния!»
Она знала тогда, что от их брака получит и эмоциональное, и чувственное удовлетворение, но не ожидала такой неудержимой страсти, по крайней мере не столь скоро. Однако жажду и тоску по Россу отрицать теперь было бесполезно. Чувства ее были неописуемы, желание спиралью возносилось все выше и выше, и продлевался грядущий водоворот, обступавший их со всех сторон, и мышцы ee судорожно напряглись, и, сжав его плоть, она исторгла долгий страстный крик. Неистово метавшийся на ней Росс замер, покорно отдаваясь глубочайшему проникновению. И тотчас приподнялся в бесконечных безудержных содроганиях.
Джулиет в изнеможении прижалась к мужу, вяло поглаживая его спину и ягодицы. Они не произнесли ни слова, ибо слова ничего не добавили бы к только что пережитому. Росс собрался было соскользнуть с Джулиет, но она обняла его торс, словно не желая отпускать, и он, удовлетворенно вздохнув, покорился, потом погладил ее по щеке и смахнул волосы с влажного лба. Легкое размеренное дыхание мужа щекотало ноздри Джулиет.
Она замерла и нехотя осознала наконец, что преподнесла Россу иной, несравненно более ценный дар, чем просто удовольствие. Ибо что может быть страшнее для мужчины, чем уход жены? И не важно, насколько он уверен в себе или какие причины вынудили женщину на такой шаг. «Вряд ли названные мной причины убедили Росса, но если он когда-либо сомневался в своих способностях, то теперь наверняка может отмести прочь все сомнения», — подумала она.
Она осторожно напряглась и с восторгом почувствовала, как плоть его снова твердеет. «Бог даст, это будет не единственная наша ночь. И как бы там ни было, не станем больше тратить понапрасну ни одного мига из тех немногих, что нам отведены».
Она прижалась к его щеке губами и коротко, с благодарностью помолилась. Пока они заново открывали друг друга, они не только засветили маленькую свечку, что, позабытая, быстро сгорела дотла, но разожгли костер, настолько яркий, что он смог противостоять неумолимо надвигавшейся ночи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шелк и тайны - Патни Мэри Джо



Так всё интересно описано и страны,и приключения,взаимоотношение между мужчиной и женщиной.читаешь не отрываясь.
Шелк и тайны - Патни Мэри ДжоМарина
19.07.2013, 0.35





Так всё интересно описано и страны,и приключения,взаимоотношение между мужчиной и женщиной.читаешь не отрываясь.
Шелк и тайны - Патни Мэри ДжоМарина
19.07.2013, 0.35





отвратительно... поступки героев ну абсолюююютно никак не мотивированы, особенно героини - и мужа то она любила, и все то было хорошо,но тут вот проснулась по утру и ей в голову взбрело смыться,да еще и потрахаться было ну просто необходимо, и вуаля - несколько недель как из мужниной постельки и мы уже графов на мальте обслуживаем.... при этом красной линией через все повествование идет какой же муж то был благородный и мужик хоть куда,а я то вот пожалейте меня, молодая была и глупая и счастья собственного не ценила! Бреееееед!!!единственный плюс-более или менее правдоподобная привязка к историческим событиям и эпохе. но герои это, конечно, бедаааааа(((теща, которую он в глаза 12 лет не видел говорит, мол, сынок -все, ты последняя надежда, езжай спасай шурина!Не важно, что тебе это верная смерть,ты езжай! А он и рад стараться...какой то мазохист, жену в отеле застал с любовником-головку опустил и пошел себе страдать,при этом нехилое содержание ей платил; на плаху за родственничка- да всегда пожалуйста!Мозги б ей вправил хорошенько башкой об стенку в отеле тогда и все дела.все б др др простили и жили б нормально... понимаю, сюжета тогда б не было, но и это уж простите, насмешка просто!Слабо, неубедительно, пресно и оставляет чувство неудовлетворенности
Шелк и тайны - Патни Мэри Джоola-la
3.11.2014, 23.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100