Читать онлайн Моя прелестная роза, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - Глава 35 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Моя прелестная роза - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.47 (Голосов: 81)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Моя прелестная роза - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Моя прелестная роза

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 35

Насквозь вымокшие под холодным дождем, Майкл и Блэкмер молча ехали по Мэйферу. Вечер был такой же мрачный, как и настроение Майкла.
Однако, когда они повернули на Гросвенор-сквер и он увидел Ашбертон-Хаус, его настроение сразу улучшилось.
— Посмотрите, во всех окнах свет. По улице разбросана солома. Значит, Стивен здесь, и Кэтрин, если так угодно Богу, тоже здесь.
Блэкмер выпрямился в седле, его лицо сразу оживилось.
— Молюсь, чтобы вы оказались правы. Мне уже стало казаться, что наши поиски никогда не закончатся. Майкл испытывал то же самое чувство. В конюшне грум подтвердил, что герцог и его новая жена вот уже две недели в Лондоне, а леди Майкл прибыла накануне. Понизив голос до шепота, грум сообщил, что его светлость очень болен. Говорят, вряд ли протянет больше нескольких дней.
Майкл с каменным лицом достал ключ и отпер парадную дверь. Этот ключ Стивен вручил младшему брату, чтобы тот чувствовал себя полноценным членом семьи Кеньонов, а не презренным изгоем. С этой же целью он сделал и еще многое другое. И вот теперь Стивен… Майкл не решился довести мысль до ее логического конца. Не обращая внимания, следует ли за ним Блэкмер, он прошел через общие комнаты к подножию лестницы, которая вела в частные апартаменты. Подняв глаза, он увидел, что в холле напротив апартаментов Стивена сидит на скамье его жена. Ее темноволосая голова откинута к стене, а выражение лица такое же утомленное, как и у него самого.
Он негромко позвал ее по имени. Кэтрин, словно разбуженная, подняла голову. Ее лицо вдруг просияло.
— Майкл!
Вскочив на ноги, она кинулась вниз по лестнице, в то время как Майкл бежал ей навстречу, перепрыгивая через несколько ступеней. Они встретились на площадке, где лестница разветвлялась надвое, ударившись друг о друга, как литавры.
— Боже, Кэтрин, как я соскучился по тебе! — Он яростно заключил ее в объятия и поднял так, что ее ноги оказались в воздухе. Наконец-то он дома.
— Я тоже ужасно соскучилась. — Не обращая внимания на холодную мокрую одежду мужа, Кэтрин обвила его шею руками и подняла к нему лицо. Одного ее поцелуя оказалось достаточно, чтобы он почти полностью забыл все, что перенес за эти несколько недель.
Наконец, нехотя отпустив ее, он спросил:
— Как Стивен?
Она вздохнула и прижалась лбом к его щеке.
— Жив. Только что проснулся, но состояние очень тяжелое. Долго не протянет.
Блэкмер, все это время державшийся на почтительном расстоянии, поднялся вверх по ступеням.
— Отведите меня к нему, — настойчиво произнес он. — Может быть, я смогу что-нибудь сделать.
Бедняга, с дико выпученными глазами, походил на безумца. У него был такой вид, будто он собирается совершить чудо, которое могло бы оправдать время и энергию, затраченные на поиски.
— Десять минут не решат дело. Я хочу поговорить с ним, пока он в сознании А вы тем временем сможете поесть и переодеться — Одной рукой обнимая жену, Майкл пошел вверх по лестнице Ему было наплевать, что ведет он себя неприлично.
— Но я его доктор, — решительно возразил Блэкмер. — Я должен видеть его немедленно.
Майкл повернулся и сказал голосом, который мог бы заставить побледнеть даже видавшего виды сержанта:
— Потом.
— Доктор Блэкмер, — поспешила вмешаться Кэтрин, — сейчас у него хирург. Наш друг, Ян Кинлок. — Наморщив лоб, она добавила: — Кажется, он в некотором недоумении, хотя и не говорит, почему. Может быть, вы сможете посовещаться с ним, пока Майкл поговорит со Стивеном?
Блэкмер хотел что-то возразить, но передумал. У него был вид больного человека.
— Я переоденусь и вернусь через несколько минут. — Он спустился вниз по лестнице и жестом подозвал к себе лакея с багажом.
Майкл пошел вверх по лестнице, с удовольствием ощущая рядом знакомое теплое тело жены.
— Я рад, что ты позвала Кинлока, — спокойно произнес он. — Именно это я и собирался сделать сразу же по приезде — Если кто-нибудь и может помочь, то только Ян.
— Он говорит, что творить чудеса не способен, — рассудительно сказала Кэтрин.
И все же Майкл еще питал надежду на чудо, именно на чудо.
— А что ты думаешь о провинциальной актрисе, новой жене Стивена?
В Кэтрин посмотрела на него особым взглядом, хорошо понятным всем семейным людям. — Отбрось свои предубеждения, дорогой. Розалинда — женщина просто замечательная. Они со Стивеном без ума друг от друга. Жаль, они не встретились лет десять назад. — Ее глаза лукаво блеснули. — Знаешь, она такая привлекательная. Хорошо, что я познакомилась с тобой еще до ее появления.
Посмеиваясь, он зарылся лицом в ее волосы. От нее цел свежий, сладостный, совершенно неотразимый запах.
— Сейчас не время напрашиваться на комплименты, бесстыжая.
Ее рука потрепала его небритый подбородок, жест, в котором он уловил обещание, а затем Кэтрин вновь стала подниматься по лестнице.
— Розалинда в положении, и я советую тебе усердно молиться, чтобы у нее родился мальчик. Он обрадовался, как заключенный, увидевший перед собой открытые двери тюрьмы.
— Как замечательно! Стивен, должно быть, на седьмом небе.
По лицу Кэтрин скользнула тень Майкл сразу понял, что ее омрачило. Достаточно было себе представить, что чувствовал бы он, если был бы смертельно болен, когда Кэтрин вынашивала Николаса. Радуясь, что какая-то частица его останется жить, он был бы безумно огорчен, что не сможет сам воспитать своего ребенка.
Его радость от встречи с женой сразу померкла, как только он вспомнил, зачем приехал. Он снял с себя мокрый плащ и набросил его на перила. Затем с мрачным лицом отворил дверь спальни, где находился его брат.


Стивен проснулся во время обследования, которое проводил Ян Кинлок. Хотя он, очевидно, и страдал от боли, но держался стоически и не упрекал Розалинду за то, что она пригласила хирурга. И все же она чувствовала некоторые угрызения совести, усаживаясь чуть поодаль, чтобы мужчины могли откровенно поговорить друг с другом.
Сидя у окна, она смотрела на Стивена и вдруг вспомнила слова, некогда сказанные ею Джессике. Достоинство — такая неотъемлемая часть Стивена, что даже смерть не сможет лишить его этого качества. Она даже не думала, что ее слова окажутся пророческими.
Дверь открылась, и в комнату вошел человек, «видящий за тысячу ярдов». Лорд Майкл Кеньон, собственной персоной. Хотя он был сильно утомлен после долгого путешествия, в нем все равно чувствовалась свойственная солдату хищная настороженность. В глаза бросалось его очевидное сходство со Стивеном. Одной рукой он придерживал Кэтрин.
Так как Стивен разговаривал с Яном Кинлоком и еще не заметил брата, Розалинда решила, что не станет представляться. Может быть, ей повезет, лорд Майкл будет так занят разговором с братом, что и не обратит на нее внимания.
Выступив вперед, она спокойно сказала:
— Лорд Майкл. Я рада, что вы приехали. Доктор Кинлок уже почти закончил свой осмотр.
Он повернулся в ее сторону. У него были пронизывающие зеленые глаза, довольно сильно отличавшиеся от более мирных серо-зеленых глаз Стивена. Она чувствовала себя как мышь под немигающим взглядом кота.
И вдруг, к ее изумлению, он улыбнулся. Хищное выражение исчезло, и сходство со Стивеном стало еще более заметным.
— Розалинда? Кэтрин сказала мне о вас. — Не желая отпускать жену, он не поклонился, а только протянул свободную руку.
Господи, как легко прошла эта встреча, которой она так страшилась.
— Я даже боюсь спросить, что она обо мне наговорила, — вполне искренне заявила Розалинда.
— Она сказала, что вы замечательная женщина и заслуживаете всяческого уважения. — Он теснее прижал к себе Кэтрин. — А мнение жены для меня закон.
Кэтрин закатила глаза, выражая сильное сомнение в истинности этих слов.
— К чему эти сказки? Дальше ты еще расскажешь нам, что луна сделана из взбитых сливок.
Их смех привлек наконец внимание Стивена. Повернув голову к двери, он устало улыбнулся:
— Майкл? Как раз вовремя.
На исхудалом лице Стивена уже лежала тень смерти. Заметив это, Майкл, так и не вылечившийся от астмы, почувствовал легкое удушье. Стараясь дышать как можно ровнее, он выпустил из своих объятий жену и подошел к постели.
— Ну уж ты и заставил меня помотаться. Большое тебе спасибо. Кэтрин не рассказала тебе, что мы с доктором Блэкмером вот уже несколько недель гоняемся за тобой по всей Англии?
Хотя Стивен и чувствовал себя отвратительно, он все же нашел в себе силы тихо сказать легкомысленным тоном:
— Даже не думал, что у меня хватит ума так долго ускользать от тебя.
Ян Кинлок поднял глаза на Майкла. Дважды в военное время он штопал его раны, и у него было заинтересованное выражение плотника, разглядывающего, хорошо ли держится сделанный им стол.
— Рад вас видеть, полковник. — Взаимно. — Майкл обменялся с хирургом быстрым, крепким рукопожатием. — Ну что, вы уже кончили ощупывать его?
— Да. Теперь мне надо подумать. А вы пока можете поговорить. — Кинлок подошел к камину и, наморщив брови, задумался.
Кэтрин и Розалинда тактично удалились в угол, чтобы не слышать разговора братьев.
Майкл опустился в кресло возле кровати с чувством некоторой неловкости. О чем, черт побери, разговаривать с умирающим братом? Конечно, сказать можно было очень многое, но ничто не казалось достаточно важным.
Стивен пришел ему на помощь:
— Прежде всего нам надо поговорить о делах. Я надеялся привести их в полный порядок, но время, к сожалению, поджимает. К тому же вчера вечером Розалинда сказала, что ждет ребенка, а это все усложняет.
— Не знаю, кого как, а меня это радует.
— Меня тоже и даже очень, но я никогда не предполагал, что у меня может быть наследник. Давно уже перестал надеяться. — Стивен на мгновение закрыл глаза. — Я все время исходил из предположения, что ты мой наследник. А тут придется ждать еще много месяцев, пока не выяснится, кто родится: мальчик или девочка, а это путает все мои тщательно разработанные планы. Сейчас мой секретарь вместе с адвокатом составляют документы, согласно которым вы с Розалиндой будете вместе управлять всей нашей собственностью. Если родится девочка, ты возьмешь все в свои руки. Если мальчик, будешь его опекуном до достижения им двадцати одного года. — В его глазах мелькнули насмешливые искорки. — Иными словами, ты будешь делать все то же самое, но без титула.
— Поверь, это для меня предпочтительнее, — прочувствованно сказал Майкл.
— Особо прошу тебя заботиться о Розалинде. — Стивен перевел взгляд на занавесь балдахина. — Конечно, она и сама в состоянии о себе позаботиться. Я думаю, что она снова выйдет замуж. Не осуждай ее от моего имени, если такое случится.
— Ты, оказывается, великодушнее, чем я, — как бы посмеиваясь над собой, сказал Майкл. — Если бы я умирал, я предпочел бы думать, что Кэтрин никогда не посмотрит ни на одного мужчину и проведет остаток своей жизни, прикрываясь грубой мешковиной и посыпая голову пеплом. Стивен иронически поднял брови:
— В самом деле?
С самого детства Майклу никогда не удавалось одурачить брата.
— Нет, — признался он. — Пусть она будет счастлива. Конечно, не так, как со мной, но все же счастлива.
— Вот это честно, — все с той же легкой иронией сказал Стивен. — Покидая аббатство, я собирался заехать в Уэльс повидаться с тобой. Хотел узнать у тебя, что такое смерть. Ведь ты встречался с нею куда чаще, чем я. Но не заехал. Гордость не позволила спросить у младшего брата, как побороть страх. — На его лице прорезались глубокие складки. — Но теперь я перестал придавать гордости сколько-нибудь важное значение.
— Кажется, ты нашел ответы на свои вопросы без моей помощи. — Майкл внимательно посмотрел в лицо брату и увидел на нем ту самую твердую решительность и готовность, которые и сам испытывал перед лицом смерти. — Ты как будто бы в мире с собой.
— Да, в мире. — Стивен устремил взгляд на Розалинду, стоявшую в дальнем конце комнаты. Бог — свидетель, я не хочу умирать. За эти последние несколько недель я познал больше счастья, чем многие за всю свою жизнь. Но если бы не моя болезнь, этого не случилось бы.
И этим счастьем Стивен обязан Розалинде, «провинциальной актрисе». Он, Майкл, напрасно сомневался в здравомыслии брата. Вспомнив, как Рейф убеждал его не предполагать худшего, он был готов провалиться на месте от стыда. Ох уж эта проклятая аристократическая гордыня! Почему он так презрительно отнесся к известию о женитьбе брата? Иногда он поступает и мыслит, как старый герцог. К счастью, только иногда.
Все еще не сводя взгляда с жены, Стивен мягко сказал:
— Я думаю, что если бы все вдруг узнали о близком конце света, то высыпали бы на улицы и стали искать тех, кого любят, чтобы сказать им о своей любви. — И повернувшись к брату, он добавил: — Я люблю тебя, Майкл. И жалею, что все эти годы мы недостаточно были близки.
Душевная боль, до сих пор таившаяся глубоко внутри, вырвалась наружу с такой силой, что Майкл почувствовал вдруг глубокое сострадание. Он положил ладонь на руку Стивена и, понурив голову, пресекающимся голосом сказал:
— И я тебя люблю. Мы и сейчас не были бы близки, если бы ты не пришел мне на помощь в самое тяжелое время моей жизни. Я в неоплатном долгу перед тобой.
— Никто ни перед кем не в долгу. Ты тоже оказал мне помощь. — Стивен тяжело перевел дух. — Недавно здесь была Клаудия. Она раскаивается в своем поведении. Если она вручит тебе оливковую ветвь, а я думаю, что она это сделает, пожалуйста, не бросай эту ветвь в ближайший камин. Хотя бы ради меня.
— Хорошо, — обещал Майкл. Он так и поступит.
Ради Стивена. Он чувствовал, как медленно пульсирует кровь в руке брата. Сколько еще он протянет? Господи, сколько он протянет? — Он жадно вдохнул воздух. — Боюсь, если мы не переменим тему, у меня начнется приступ астмы.
— Для этого у нас просто нет времени. — Стивен вновь закрыл глаза, собираясь с силами. — Я хочу поговорить об одном очень важном деле. Я начал переговоры о покупке театра «Атенеум» для родителей Розалинды. Проследи, чтобы эти переговоры завершились быстрее. Розалинда в курсе дела.
Стало быть, он покупает театр для тестя и тещи? Ну что ж, Стивен всегда был щедрой душой.
— Хорошо, я прослежу за этим.
Стивен перечислил другие неоконченные дела с безграничным доверием, которое показалось Майклу почти столь же трогательным, как признание в братской любви. Три года назад нельзя даже было представить себе, что они будут разговаривать с таким взаимным доверием.
Стивен заметно уставал, его фразы становились все короче, паузы для отдыха все длиннее.
Майкл надеялся, что вот-вот подойдут секретарь и адвокат с этими проклятыми документами, устанавливающими порядок опекунства или наследования. Подписание этих документов успокоит Стивена и упростит все предстоящие формальности.
Ян Кинлок вдруг отвернулся от камина:
— Кэтрин, герцогиня, идите сюда. Я хочу поговорить со всеми вами.
Женщины подошли к Стивену и Майклу. Заметив, как напряжено лицо мужа, Розалинда взяла флакончик с прикроватного столика и вопросительно посмотрела на мужа. Стивен устало кивнул. Она вытряхнула две пилюли на ладонь и налила стакан воды. Майкл не мог не заметить, как она заботится о Стивене. Этим она напоминала Кэтрин, а в его глазах это была высочайшая похвала.
— У тебя какой-то новый диагноз, Ян? — спросила Кэтрин.
— Да. Но я даже не решаюсь сказать, что это за диагноз, таким невероятным он представляется, и я бы не хотел зарождать ложные надежды. Но только этот диагноз отвечает всем симптомам… — Подняв руку, хирург окончательно разлохматил свою седую шевелюру. — Если я не ошибаюсь, Ашбертон, это полностью меняет прогноз. И все же я не понимаю, как может оправдаться мой диагноз. — Он замолчал, явно чем-то обеспокоенный.
Стивен, возможно, сумеет избежать смерти?
— Ради Бога, Кинлок, — поторопил Майкл — Скажи нам, что ты думаешь.
Поколебавшись какое-то время, хирург медленно сказал:
— Я предполагаю, что болезнь герцога объясняется действием яда.
Высказанное Яном Кинлоком предположение было встречено всеобщим удивленным молчанием. Сразу насторожившись, Стивен отказался от пилюль, которые собиралась дать ему Розалинда. Если Кинлок прав, ему нельзя заглушать боль, притупляя свои мозги.
— Как это может быть?
— Абсурд, — выпалил Майкл. — Кому может прийти в голову мысль отравить моего брата?
— Отравление может происходить самопроизвольно. Симптомы свидетельствуют об отравлении мышьяком, который широко употребляется не только в медицине, но и, например, при изготовлении обоев. Отравление вполне может быть непреднамеренным. — Хирург внимательно поглядел на Стивена. — Если я правильно сужу о вашем состоянии, вы можете полностью выздороветь.
Майкл глотнул воздух, а Кэтрин выдохнула:
— Боже мой! — и перевела взгляд на Стивена. Неужели есть возможность, что он выздоровеет? Эта мысль была еще более ошеломляющей, чем предположение, что его отравляют. Стивен почувствовал какое-то странное онемение во всем теле. Близость смерти, казалось, исключала всякую возможность дальнейшей жизни. И тут пальцы Розалинды обхватили его руку. Повернувшись к ней, он увидел почти нестерпимый свет надежды в ее выразительных глазах. Если Кинлок ошибается, она просто не переживет этого.
Стивен сделал глубокий вдох, молясь, чтобы Кинлок оказался прав. И не столько ради себя, сколько ради Розалинды.
— И как же лечится отравление мышьяком?
— Вообще-то молоко, которое вы пили, — лучшее против этого средство. Молоко не только нейтрализует действие яда на пищевод и желудок, но связывает мышьяк, оберегая организм он непоправимого ущерба. — Кинлок обеспокоенно вздохнул. — Если поставленный мной диагноз правилен и если мы сможем установить источник отравления, ваше выздоровление начнется незамедлительно.
Кэтрин, долгое время работавшая в походных госпиталях, нахмурилась:
— Но ведь у Стивена может быть просто какое-нибудь желудочное заболевание. Почему вы думаете, что он страдает от отравления мышьяком?
— Потому что у меня было два очень похожих случая. В первом случае молодая испанка решила избавиться от своего богатого старого мужа.
Розалинда издала какой-то сдавленный звук.
— Если вы только взглянете на мою жену, Кинлок, — угрожающим тоном произнес Стивен, — клянусь, я встану с кровати и вышвырну вас из дома. — В этот момент его пронзила острая боль, и он вынужден был поправиться: — Если не сам, то прикажу сделать это Майклу.
Кинлок махнул рукой:
— По вашим же собственным словам, вы были больны задолго до того, как встретились со своей будущей женой. У вас было несколько острых приступов, но большинство симптомов свидетельствуют о хроническом отравлении, обычно происходящем случайно.
— И как может произойти такое? — спросила Кэтрин.
— Во втором случае мне пришлось лечить ребенка, который отравлялся парами, исходившими от свеженакленных обоев в его спальне. Могут быть и другие факторы воздействия. — Кинлок пристально оглядел Стивена. — Но я не представляю себе, что могло послужить причиной вашего случайного отравления. Если бы источник отравления находился в вашем поместье, вы бы выздоровели после того, как уехали оттуда.
— То же самое произошло бы и в случае преднамеренного отравления, — раздумчиво заметила Кэтрин. — Все время своей болезни Стивен ни с кем не общался. Покинув аббатство, он много недель путешествовал под вымышленным именем, инкогнито. Майкл не мог его отыскать. Каким же образом его нашел бы убийца?
Стивен задумался. Все время, пока он путешествовал, у него не было постоянных сопровождающих. А это означает, что блестящая теория Кинлока ошибочна и он смертельно болен.
Все растерянно молчали. И вдруг Розалинда с ужасом воскликнула:
— Стивен, видимо, все дело в твоих пилюлях. Там, вероятно, не только опий! — Она разжала ладонь, показывая две только что отвергнутые им таблетки. — Много месяцев ты принимал каждый день по одной. А в последнее время даже больше.
— Откуда эти пилюли? — резко спросил Кинлок. Стивен смотрел на маленькие, такие безобидные с виду, круглые таблетки. У него вдруг похолодело в груди.
— Их дал мне мой врач, Джордж Блэкмер. Все потрясение молчали. И в этом безмолвии особенно громко прозвучал скрип открываемой двери. В комнату вошел Блэкмер. Уж не галлюцинация ли это, подумал Стивен — и тут вдруг вспомнил, что Майкла в его злополучных поисках сопровождал доктор.
Остановившись, Блэкмер почувствовал, что все взгляды устремлены на него.
— Герцог? Он?.. — Его голос оборвался, лицо побледнело.
— Нет, он не мертв! — проревел Майкл и, как пантера, набросился на Блэкмера: — Это ты, ублюдок, травил его все это время мышьяком! — Он крепко притиснул доктора к стене.
— Подождите, — запротестовал Кинлок. — Возможно, источник отравления не пилюли.
Но Блэкмер даже не пытался отрицать свою вину. На его изможденном лице выражался неприкрытый ужас. Все в комнате правильно истолковали это безмолвное признание.
— Молись, Блэкмер. Сейчас я тебя убью, — негромким угрожающим голосом произнес Майкл. В его руке вдруг появился пистолет, нацеленный прямо в голову доктора.
— Нет! — закричал Стивен, прежде чем Майкл успел выстрелить. Голос его, хотя и негромкий, прозвучал с необыкновенной властностью. — Не убивай его. По крайней мере пока.
Его брат, поколебавшись, нехотя отпустил доктора. Хотя и убрав пистолет, он продолжал сверлить Блэкмера своим убийственным взглядом.
Стало быть, это все-таки яд, а не смертельная болезнь, обрадованно думал Стивен. Он не умрет, будет жить. Жить! Усталый ум Стивена с трудом сознавал этот факт. Но прежде всего надо найти правильный выход из сложившегося критического положения. Черпая свои силы из каких-то неведомых запасов, он сказал Розалинде:
— Помоги мне сесть.
— Ты не умрешь! — воскликнула она, вся светясь. Приподняла мужа и подсунула под него подушки.
Стивен усадил жену на краю кровати и только после этого повернулся к человеку, который едва его не убил.
— Поскольку он злоумышлял именно против моей жизни, мне и принадлежит право допросить его. Блэкмер, вы признаетесь, что хотели убить меня?
— Я… я не хотел вас убить. — Доктор перевел дух. — Все началось с весны, когда я лечил вас от пищевого отравления. Мышьяк содержался лишь в четверти пилюль, и его содержание менялось от пилюли к пилюле. Возможность, что вы получите летальную дозу, если и существовала, то очень малая.
— Однако со временем эти пилюли привели к хроническому отравлению, с острыми приступами, когда принималась большая доза, — мрачно констатировал Кинлок. — Дьявольский замысел. Чем больше пилюль он принимал, тем ближе был к смерти.
— Боже, эти пилюли могли оказаться последней смертельной дозой! — в ужасе воскликнула Розалинда и, швырнув таблетки в огонь, с отвращением вытерла ладонь о платье.
Майкл взглянул на Стивена.
— Этот подонок признал свою вину, — заметил он. — Могу я его пристрелить?
— Обожди со своим кровожадным намерением. Мы все еще не знаем, почему он это сделал. — Оглянувшись на прошлое, Стивен припомнил, что первые боли и в самом деле начались после пищевого отравления. И приступы всегда следовали за принятием пилюль. Кинлок прав, говоря, что это был дьявольский замысел.
— Блэкмер, — сказал он ледяным голосом, — почему вы покушались на мою жизнь? Чем я заслужил такое?
— Я и не предполагал, что дело может зайти так далеко. — Весь дрожа, Блэкмер прислонился к стене.
Я хотел переждать несколько острых приступов. Тогда я вылечил бы вас. Для всех это было бы чудесным исцелением.
— Так вы чуть было не убили человека, чтобы потрафить своему честолюбию? — изумленно произнес Кинлок. — Как может врач пасть так низко? Не убивайте его, полковник. Он заслуживает, чтобы ему тупым ланцетом вырезали печень.
Стивен наморщил лоб, пытаясь вникнуть в суть дела. За всем этим, несомненно, что-то кроется.
— Вы все еще не объяснили, почему это сделали? Вы преуспевающий врач, пользующийся всеобщим уважением. Вот уже много лет дружите с овдовевшей сестрой викария. Вам отнюдь не нужны чудеса, чтобы упрочить свое положение. — Тут ему пришла в голову ужасная мысль: — Или, может быть, под видом лечения вы отравляли и других пациентов? Ведь это вы лечили Луизу перед тем, как она умерла.
— Нет, — твердо сказал Блэкмер. — Клянусь, я не причинил намеренного вреда ни одному из других пациентов. И уж конечно, не герцогине.
Как ни странно, Стивен ему поверил. Если Блэкмер в состоянии выдумать любую убедительную ложь, он мог бы отрицать, что отравлял его мышьяком.
— Тогда я еще раз задаюсь вопросом: почему мне было оказано такое предпочтение? Может быть, вы республиканец, ненавидящий всю аристократию? Или, может быть, вы ненавидите только меня?
Блэкмер опустил голову. Дышал он очень трудно и продолжал хранить молчание.
Тяжелую тишину нарушил прерывистый голос Розалинды.
— Блэкмер, — резко сказала она, — муж как-то упоминал, что вы найденыш, воспитанный приходом. Кто ваш отец?
Подняв голову, он посмотрел на нее в упор.
— Вы… вы угадали… — произнес он с серым лицом.
— Посмотрите на него внимательно. — Розалинда перевела свой пронизывающий взгляд с Блэкмера на Майкла, на Стивена, затем вновь на Блэкмера. — Обратите внимание на форму его лица, на его рост, цвет волос и кожи. Сходство, конечно, не такое сильное, как между Стивеном и Майклом, но оно ясно различимо. Старый герцог — вот кто отец Блэкмера.
Ее слова произвели всеобщее смятение.
— Этот подонок мне не брат, — с омерзением сказал Майкл.
— Майкл, — Стивен взглядом успокоил брата. Затем повернулся к Блэкмеру: — А вы подойдите сюда.
Блэкмер приблизился к его кровати, словно к эшафоту. Майкл последовал за ним, готовый повалить его ударом кулака, если он попробует выкинуть что-то неожиданное.
Стивен внимательно изучал лицо доктора, ища сходство. Розалинда права: сходство есть, хоть и не такое сильное, как между ним и Майклом. Человек, едва его не убивший, его родственник.
— Чего вы надеялись достичь, отравив меня? Отомстить за то, что я законнорожденный, а вы — нет? Это не моя вина. Что бы ни стало со мной, это не изменило бы обстоятельств вашего рождения.
Видя, что Блэкмер не отвечает, Розалинда сказала:
— Его цель была не месть, а признание. Кто ваша мать?
— Молочница, умершая при родах. У нее не было семьи, и она никогда не называла отца своего ребенка, поэтому воспитывал меня приход. — Блэкмер утомленно закрыл глаза. — Однажды, когда мне было восемь, мимо поля, которое я пропалывал, проезжал старый герцог. Он подозвал меня и сказал, что я его сын, он позаботится, чтобы я получил образование и какую-нибудь приличную специальность. Он также сказал, что, когда я подрасту, он меня признает своим сыном. Но он умер, так этого и не сделав. Я был в ярости. Мысль о допущенной им несправедливости постепенно сделала меня… просто одержимым, если хотите, безумным. Я сам не сознавал, до какой степени безумен, пока вы не уехали из аббатства и я уже не мог остановить то, что затеял.
Его серо-зеленые глаза стали сланцевого цвета.
— Я хотел… чтобы вы обратили на меня внимание. Если уж я не могу стать Кеньоном, то хотя бы проявлю себя замечательным доктором, спасшим вашу жизнь.
— Он хотел, чтобы между вами установились более близкие, неофициальные отношения, — вставила Розалинда. — Хотел, чтобы с ним обращались, как с другом.
Блэкмер недоуменно уставился на нее.
— Кажется, вы понимаете меня лучше, чем я сам себя, герцогиня, — сказал он.
— Я тоже найденыш, — ответила она. — Мне повезло больше, чем вам. Но я хорошо понимаю это отчаянное желание иметь хоть кого-нибудь близкого. Принадлежать к какой-нибудь семье.
— Как трогательно, — едко сказал Майкл. — Тем не менее Блэкмер чуть было не убил Стивена.
— Бог свидетель, — взволнованно произнес доктор, — я не хотел причинить герцогу сколько-нибудь серьезного вреда. Для чего, как вы думаете, я его искал? Чтобы спасти, пока еще оставалось время.
— Либо чтобы удостовериться в его смерти, — пробурчал Майкл. — А если оказалось бы, что Стивен еще жив, вам пришлось бы чертовски постараться вылечить его, потому что какой-нибудь другой доктор мог догадаться, что его отравляют.
Блэкмер вздохнул и потер лоб.
— Я не могу доказать, что именно я думал. Но вспомните обо всей моей врачебной деятельности. Среди моих пациентов не было ни одного, кто умер бы при сколько-нибудь подозрительных обстоятельствах. Как сказал Ашбертон, я всегда пользовался всеобщим уважением.
Стивен вспомнил, при каких обстоятельствах умерла его первая жена:
— Когда Луиза умирала, он ни днем, ни ночью почти не отходил от ее постели. Известно, что он лечит всех наших приходских, независимо от того, есть у них чем заплатить или нет.
Майкл против своей воли вынужден был отдать должное доктору:
— Когда мы с ним путешествовали, в одном месте дерево упало на дом, где находились мужчина и девочка. Рискуя жизнью, Блэкмер пробрался в дыру и спас мужчину, который исходил кровью. — Он нахмурил брови. — Признаю, что он человек не робкого десятка. Но храбростью обладают многие преступники.
— Возможно. Но верно и то, что старый герцог обошелся с ним несправедливо, — раздумчиво сказал Стивен. — Кто-кто, а ты, Майкл, должен это понять. То, что он был воспитан приходом, во времена нашего отца означало, что его передавали из семьи в семью и везде с ним обращались как со слугой, которому можно не платить жалованья.
— Драные обноски, побои и холодная каша, — резко сказал доктор. — И еще кое-что… гораздо хуже. Только после того, как вы унаследовали герцогский титул, викарию было поручено следить, чтобы с сиротами хорошо обращались и чтобы все они могли получить образование. Это очень облегчило мое положение.
— Вы очень странно проявили свою благодарность, — с каменным лицом сказала Кэтрин.
— Мне жаль, что вам пришлось так трудно. Никто не имеет права плохо обращаться с детьми. — Чувствуя, что усталость навалилась на него, как тяжелый камень, Стивен переменил позу. — Но для чего было травить меня, чтобы обратить на себя мое внимание? Вам только следовало сказать мне о нашем родстве.
Доктор широко открыл глаза:
— И вы бы мне поверили?
— Вполне возможно. Сходство бросается в глаза, к тому же я хорошо осведомлен о похождениях моего отца, — сухо сказал Стивен.
— Мне никогда даже не приходило в голову поговорить с вами. — Блэкмер скривил губы. — Честно сказать, я не ждал справедливости от Кеньонов.
Кто бы мог подумать, что высокомерие и распутные привычки старого герцога переживут его и едва не убьют его наследника. Это могло бы быть смешно, не будь так трагично.
Стивен устало потер ноющий живот. Как эта проклятая боль въелась в него, не отпускает ни на миг.
— Что мне, черт побери, делать с вами, Блэкмер? Последовала пауза. Затем Кэтрин сказала:
— Ответ напрашивается сам собой: надо передать его магистратам. Они проведут следствие и, вероятно, приговорят к повешению. Если эта мысль тебе не нравится, почему бы не отправить его в австралийскую колонию или другое подобное место? Им там нужны врачи.
— Если, конечно, исходить из предположения, что он не убьет там кого-нибудь еще, — На лице Кинлока было такое же твердокаменное выражение, как и на лице Майкла. — Этот человек нарушил клятву, он позорит нашу профессию.
Стивен оглянулся на стоявшую рядом Розалинду:
— А ты что думаешь?
— У меня большое желание заставить его страдать так же, как страдал ты. После того, как он промучился бы год-другой, я подумала бы о снисхождении. И все же… — Она в смятении остановилась. — Кто из нас не совершал ошибок, которые могли бы иметь ужасные последствия? Когда Джессика была еще маленькой, однажды, купая Брайана, она чуть его не утопила. То, что сделал Блэкмер, отнюдь не было случайностью. Но я верю, что он не лжет, когда говорит, что не хотел убивать тебя.
Когда Стивен исполнял должность магистрата, ему нередко приходилось вершить правосудие, и он делал это неплохо, но ему никогда не случалось принимать решение по своему личному делу. Он внимательно посмотрел на Блэкмера, своего сводного брата, который стоически ожидал решения своей участи.
После того как Блэкмер узнал, кто его отец, в душе у него, вероятно, открылась незаживающая рана, думал Стивен. Каждый раз, когда он видел, как мимо него проезжает он или Майкл, его, вероятно, как огонь, жгла мысль, что его сводные братья купаются в богатстве и занимают такое привилегированное положение в обществе. К тому же, поскольку он был на год или два старше Стивена, он не мог не думать о том, что, будь он законнорожденным, он был бы герцогом Ашбертоном. Несчастный ублюдок, во всех смыслах этого слова.
И все же в сложившихся обстоятельствах он достиг не так уж и мало. Благодаря успехам, которые он показал в образовании, его послали учиться на доктора. Он стал первоклассным врачом, уделял больным все свое время, даже если не получал при этом вознаграждения. Он был вполне преуспевающим человеком, пока постоянная горечь не превратила его в отравителя.
Стивен бросил взгляд на своего младшего брата. Конечно, герцог относился к нему отвратительно, но все-таки он рос, пользуясь всеми преимуществами, которые дает богатство. По возможности избегая аббатства, он жил сперва в Итоне, потом в домах у своих друзей.
И все же эмоциональные и физические муки, которые Майкл претерпел в детстве, разрушительно сказывались на его поведении, пока он наконец не сумел побороть терзавших его демонов.
Вообще-то говоря, все дети герцога пострадали от его сурового обращения. Клаудия озлобилась, ожесточилась, тогда как он, Стивен, любимый сын и наследник, в своем отчуждении отрешился от многого, самого важного в жизни. Блэкмер пострадал больше их всех. Заслуживает ли он самого строгого наказания, вплоть до физического уничтожения, за то, что его гнев вылился в такой непредсказуемый поступок?
Безмолвное напряженное ожидание нарушил Блэкмер, сказавший со всей откровенностью:
— Лорд Майкл прав. Хотя я и не замышлял убийства, я едва его не совершил. Вы имеете полное право отправить меня на виселицу. — Он скривил губы. — Я не жду прощения. Но я должен сказать, что очень сожалею о случившемся. Вашу жизнь, Ашбертон, я превратил в сущий ад. — Он взглянул на Розалинду: — Вы тоже перенесли много горя из-за меня, герцогиня. Вы сильно страдали, хотя и не так, как ваш муж.
Затем он повернулся в сторону Майкла.
— И вам тоже, лорд Майкл, я причинил много горя, надолго разлучив вас с семьей. Все время, пока мы путешествовали, я непрестанно сожалел об этом.
Стивен вдруг вспомнил шекспировскую «Бурю». Ему всегда нравилось, как великодушно Просперо простил своему брату Антонио покушение на убийство, совершенное за много лет до этого. Стивен всегда вспоминал эту пьесу, думая о себе и Майкле. Но никто из них не совершал преступления по отношению к другому, их разделяла только взаимная настороженность. По большому счету, им нечего было друг другу прощать.
Стивен сделал глубокий вдох. Все его тело болело, живот, казалось, пылал жгучим пламенем. По вине Блэкмера вот уже несколько месяцев он терпит жесточайшие боли. Естественно было бы ожидать, что он будет в ярости, но у него просто не оставалось на это сил.
Стивен всегда считал себя справедливым человеком. Чего же требует справедливость в этом конкретном случае?
Самое главное, о чем не следует забывать, что Блэкмер не замышлял убийства. Исполняя должность магистрата, Стивен научился отличать подлинное раскаяние от притворного. Раскаяние доктора было, несомненно, искренним, и, заявляя, что не хотел причинить сколько-нибудь серьезного вреда, он явно не лгал.
Как глава семейства Кеньонов, Стивен обязан был исправлять последствия дурных дел, совершенных его отцом.
— Если я отправлю его в Австралию, ашбертонское поместье останется без врача, а Блэкмер — хороший врач. Я предпочитаю другой путь. — С суровым лицом Стивен вонзил взгляд в своего сводного брата. — Готовы ли вы поклясться, как Кеньон, что никогда не причините никому намеренного вреда?
Блэкмер растерянно заморгал, затем с запинкой произнес:
— К-клянусь.
— Тогда возвращайтесь домой, к своей медицинской практике, — сухо отчеканил Стивен. — Хотя я и не верю, что вы вновь можете совершить преступление, я думаю, что вы поймете меня, если я предпочту нанять другого врача для себя и нашей семьи.
— Вы… вы отпускаете меня? — недоверчиво проговорил Блэкмер. — После всего, что я натворил?
Стивен положил свою ладонь на руку Розалинды. Прикосновение к ней помогло ему укрепить свои слабеющие силы и понять, отчего в его душе так мало гнева.
— Конечно, очень неприятно, когда тебя отравляют, но я неожиданным образом возместил свои страдания. — Он поглядел на жену, которая все это время не сводила с него своих серьезных темных глаз. — Если бы не то, что вы сделали, я никогда бы не встретился с Розалиндой.
И не только это. Он наконец обрел духовную веру, которая отныне никогда его не покинет и даст его жизни необходимую ей глубину и правильное направление. После того как он перенес мучительно тяжелое испытание и в конце концов обрел радость, проявлять милосердие оказалось на удивление легко.
Его взгляд вернулся к Блэкмеру.
— Я признаю вас как сына старого герцога. Если вы возьмете себе фамилию Кеньон, я не буду возражать. Когда-нибудь я познакомлюсь с вами получше. Но пока я еще не готов к этому.
Эти слова пошатнули стоицизм доктора.
— Боже правый… в свете вашего, великодушия моя вина кажется еще более тяжкой. — Он закрыл глаза, стараясь унять волнение, затем опустил руку и тихо сказал: — Клянусь, что никогда больше не согрешу.
Стивен посмотрел на Майкла:
— Согласен ли ты с моим решением? Я не прошу тебя подружиться с Блэкмером. Просто не убивай его.
Майкл вздохнул:
— Слова Розалинды, что все мы ошибаемся, напомнили мне о моих собственных непростительных ошибках. Я не раз вынужден был пользоваться добротой своих друзей, поэтому я не могу судить тебя, если ты проявляешь милосердие. — Он обнял одной рукой Кэтрин и привлек ее к себе. — Главное, что ты поправишься и будешь жить. Что до меня, то я оставляю святость тебе и моей жене. Сам я предпочитаю обходиться без нее.
К этому времени Стивен чувствовал себя таким усталым, что мог двигать лишь глазами. Взглянув на Яна Кинлока, он сказал:
— Вы здесь единственный человек, не принадлежащий к нашей семье. Согласны ли вы хранить молчание о случившемся?
— Пожалуй, да. — Он просверлил Блэкмера хмурым взглядом. — Почему вы не стали адвокатом? Их низость кажется вполне естественной. Но о врачах я всегда был лучшего мнения и никогда не думал, что они способны на подобное.
— Может быть, вас утешит то, что я никогда не прощу себе, что нарушил врачебную клятву, — решительно сказал Блэкмер. — Возможно, наказание покажется вам слишком легким по сравнению с виной. И все же, уверяю вас, это будет наказание.
Кинлок внимательно изучил лицо Блэкмера и с мрачным удовлетворением кивнул.
Розалинда суровым взглядом обвела всех присутствующих.
— Если все важное уже сказано, надо дать Стивену возможность отдохнуть.
— Но ты, пожалуйста, останься, — еле слышным голосом попросил Стивен.
Кинлок посмотрел на Стивена:
— Побольше отдыхайте, пейте побольше молока и… воздерживайтесь от приема мышьяка. Я зайду через пару дней. — И взяв свою сумку, он вышел.
Кэтрин взглянула на Блэкмера.
— Я прикажу приготовить для вас комнату, — сказала она с явной неохотой. Он наклонил голову:
— Вы очень добры, леди Майкл, но я думаю, что мне лучше всего заночевать в гостинице.
Кивнув, она поцеловала Стивена в щеку.
— Ян сказал, что не может творить чудеса, но одно чудо он все-таки сотворил, — шепнула она. — Нам остается только возблагодарить Небо.
Майкл положил руку на плечо Стивена, изъявляя этим простым прикосновением свои чувства. Он вышел рука об руку с женой. Блэкмер приготовился последовать за ними. Он выглядел совершенно разбитым и трагически одиноким.
Вспомнив, как выглядел Майкл в переломные дни своей жизни, Стивен, собрав остаток сил, обратился к доктору:
— Вы не можете переменить ваше прошлое, Блэкмер, но можете переменить будущее. Уж если отец отрекся от вас, создайте свою собственную семью. Это укрепит ваше положение. — Я мечтал об этом, но чувствовал себя… недостойным. Как могу я, незаконнорожденный, которого не захотел признать собственный отец, сделать предложение Джейн, дочери и сестре духовных особ? — Женитесь на ней, Блэкмер. Я никогда не встречалась с вашей Джейн, но она, несомненно, уже смирилась с тем, что вы незаконнорожденный, в противном случае она избегала бы вашего общества, — резко сказала Розалинда. — Стивен дает вам еще одну возможность. Воспользуйтесь же ею.
Лицо доктора чуть посветлело. — Пожалуй, я так и сделаю. И он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Утомление просто пригвоздило Стивена к постели. Глаза, казалось, заволок лондонский туман. Он перекатился на бок, схватил жену за руку и заставил ее присесть рядом с собой.
— О Розалинда, — прошептал он. Ему так хотелось сказать, что он очень ее любит, но сил уже не оставалось. — Роза…
Со слезами на глазах она растянулась рядом с ним прямо поверх одеяла и прижала его голову к своей груди. — Спи, любовь моя, — прошептала она. — Спи и быстрее выздоравливай.
С отрывистым удовлетворенным вздохом он блаженно отдался ее объятиям, и в следующий же миг его поглотила темнота.


Проснулась Розалинда от поцелуя в шею. Открыв глаза, она одарила Стивена лучезарной улыбкой. Комната была полна утреннего света, и они лежали лицом к лицу, обвив друг друга, как два плюща. Едва заметив выражение его лица, она сразу же поняла, что он уже безвозвратно покинул долину смертной тени. Отныне он будет жить. Будет жить.
— Я даже не спрашиваю, хорошо ли ты спал, — лениво сказала она. — По-моему, ты за всю ночь ни разу не пошевелился.
— Может быть. — Он слегка похлопал ее по груди. — Но каким образом ты сумела переодеться в эту красивую рубашку? Или ты была в ней все время, пока происходила эта злополучная мелодрама, а я умудрился этого не заметить?
Она улыбнулась:
— Я встала посреди ночи, пошла к себе, переоделась и вернулась. Ты спал как убитый.
— Даже если бы здесь промаршировал целый полк, я навряд ли проснулся бы. Много месяцев я не спал так крепко. — Он хрустнул пальцами. — Я уже чувствую себя лучше. Руки и ноги почти перестали неметь, боль в животе вполне терпимая.
— Прекрасно. — Она довольно потянулась. — Я так счастлива, что начала бы кувыркаться, если бы лежать в постели не было так приятно. А у тебя должно быть еще радостнее на душе.
— Странно, но вчера вечером, когда я узнал, что смерть, во всяком случае, в ближайшем будущем, мне не грозит, я вдруг… весь онемел. Видимо, так свыкся с мыслью, что скоро должен умереть, что никак не мог переварить возможность другого исхода. — Он усмехнулся. — Но сегодня утром все изменилось. Я больше не страшусь смерти и ужасно как рад, что еще не пришло время покинуть этот грешный мир. — Он медленно провел рукой по ее боку, от плеча до бедра. — Однако эта неожиданная перемена означает, что мы должны пересмотреть наш брачный договор.
Она удивленно уставилась на него, все в груди заледенело.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда я сделал тебе предложение, то особо подчеркнул, что если наша совместная жизнь не заладится, ты сможешь через несколько месяцев все переиграть, построить свою жизнь заново. Ты как-то сказала, что мы будем снимать сливки с жизни. — Его рука задержалась на ее бедре, сквозь тонкое полотно своей рубашки она хорошо ощущала тепло его ладони. — Но теперь тебе предстоит жить со мной неопределенно долгое время, а это означает, что наряду со сливками тебе придется питаться также молоком, сыром и другими обыкновенными продуктами.
— Ах ты, нахал этакий! — громко возмутилась она. — И почему я не спихиваю тебя с постели на пол? Ты хочешь сказать, что теперь у тебя есть время хорошенько оглядеть ярмарку невест, поэтому ты можешь спровадить меня и выбрать себе более подходящую жену? Он вскинул на нее изумленные глаза:
— «Спровадить», как ты выражаешься, жену, даже при большом желании, почти невозможно, и излишне говорить, что такое желание у меня начисто отсутствует. И какая жена, по твоему мнению, подошла бы мне больше, чем ты?
Она пожалела, что затеяла этот разговор, но отступать было уже поздно.
— Такая, например, как Луиза. — Она сглотнула. — Жена, которую ты мог бы любить.
После недолгого молчания он спокойно сказал:
— Но я не любил Луизу, а она не любила меня. Мы оба были несчастны в этом браке.
— Я… я, вероятно, неверно поняла, что ты сказал — или не сказал — о твоей первой женитьбе, — недоуменно проговорила Розалинда. — Я думала, что ты любил ее так сильно, что любая другая женщина может быть для тебя только сожительницей.
— Неужели ты считаешь, что ты для меня только сожительница? Я обязан Джорджу Блэкмеру и долине смертной тени даже большим, чем полагал сначала. Я получил благодаря им бесценные уроки жизни. — Он пригладил рукой волосы. — Как типичный Кеньон, я не находил места для любви в своем взгляде на мир. До тех пор, во всяком случае, пока мне не привиделось это вознесение на Небеса. Если, конечно, это были Небеса. Вот тогда я и осознал, что любовь составляет самую суть бытия.
Его глаза потемнели: так сильны были испытываемые им чувства.
— Я влюбился в тебя с первого взгляда. И еще сильнее — с первого разговора. А после того как мы сблизились, я понял, что не хочу расставаться с тобой. Но только на пороге смерти, когда я так обессилел, что перестал даже испытывать физическое желание, я наконец полностью осознал, как много ты для меня значишь. — Он придвинулся к ней и поцеловал с неизъяснимой нежностью. — Я люблю твое тело, люблю твой ум, люблю твою душу. До сих пор я молчал об этом, но теперь заявляю совершенно официально. Я люблю тебя, Розалинда. И этих слов я никогда не говорил ни одной женщине.
Ее глаза широко открылись.
— Никогда?
— Вчера я сказал эти слова Клаудии. — Он улыбнулся. — Но по отношению к сестре они имеют другое значение.
Тепло, вдруг заполнившее ее сердце, быстро распространилось по всему ее существу, гоня залегшие кое-где холодные тени, о существовании которых она даже не подозревала. — Я тоже тебя люблю, — шепнула она. — Сначала я не решалась признаться в этом самой себе, а когда наконец решилась, то сочла, что не вправе обременять тебя этим признанием. Но в глубине души я всегда знала; что люблю тебя. И это — навсегда. Он опять ее поцеловал.
— Ты мое сердце, моя любимая, — мягко сказал он. — Я был на краю смерти, но зато нашел тебя, моя безупречная роза. Тепло его любви прогревало ее насквозь, но совесть все равно не позволила ей утаить то, что она думала.
— Поскольку для нас обоих это момент истины, я скажу тебе со всей откровенностью: я отнюдь не безупречна, хотя, видит Бог, и старалась стать таковой. Я прилагала все усилия, чтобы быть примерной дочерью, образцовой театральной распорядительницей. Я также хотела быть и безупречной женой для тебя: всегда ласковой, любящей и рассудительной. — Она поглядела на него с некоторым беспокойством, чувствуя себя страшно неуверенно и нуждаясь в его поддержке. — Я думаю, что смогла бы поддерживать эту иллюзию несколько месяцев, но, конечно, не долгие годы. Я вспыльчива, эгоистична и никогда не смогу стать безупречной. Предостерегаю тебя, чтобы ты не возлагал на меня слишком большие надежды.
Он рассмеялся, прижал ее еще крепче, так что изгибы ее тела слились с изгибами его собственного. Как жаль что его тело недостаточно сильно, чтобы излить ту яростную страсть, которая кипит в его душе. Скоро ли он окрепнет достаточно, чтобы вновь предаться физической любви?
Судя по его теперешнему самочувствию, это будет достаточно скоро.
— Хорошо, я внесу кое-какие поправки в свои слова. Ты не безупречна. Я уверен, что если подумаю неделю другую, смогу назвать по крайней мере пять-шесть свидетельств твоей небезупречности. — Он понизил голос до шепота: — Но ты идеальная женщина для меня.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Моя прелестная роза - Патни Мэри Джо



книга очень интересная.необычный сюжет.читайте,не пожалеете.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джолиля
9.04.2012, 11.24





очень понравилась книга 10.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джотаня
12.05.2012, 11.53





замечательная книга!!!!!читайте и наслождайтесь.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джоната
13.09.2012, 17.23





Книга супер!!! Читала давно,сюжет необычен,захватывает с первой страницы.Перечитываю и наслаждаюсь.ГГ очень радуют сильными характерами.Роман затрагиваер душу(без слез не могу читать)
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джокира
22.09.2012, 11.55





книга супер.читайте.10
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джотаня
4.11.2012, 0.39





Книга замечательная.Читать,читать!!
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоНезнакомка
11.02.2013, 2.33





После прочтения осталось какое то чувство горечи и утомленности. Читала и все время говорила себе, нет не может он умереть, что то здесь не так. Каков доктор ..... Вот мразь А герой прекрасен в своем великодушии Прелестная Роза получила прелестную жизнь! Прелестно!
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоВесна
13.02.2013, 8.13





Роман супер.Читать,читать....жаль ,что низкий рейтинг.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джолика
2.03.2013, 18.20





Да,очень интересная книга.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джооля
17.03.2013, 12.24





КЛАСс!Очень понравился роман.10б
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джокатя
14.05.2013, 20.31





Понравился роман.Читать!!!!rnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnТ
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоНАТА
17.05.2013, 16.54





Сюжет мыльной оперы.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джолена
23.07.2013, 11.08





книга дуже хороша.і мені подобаються її романи.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джотоня
25.05.2014, 3.10





Роман очень и очень хорош. Один из моих любимых и часто перечитываемых.Советую всем прочесть эту книгу в частности и остальные у этого автора
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоНаталья
26.10.2014, 11.36





понравился 10б
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джоева
19.11.2014, 2.25





Через весь роман проходит тема смерти. Немного мрачноватый, навевает неприятные мысли. Конечно же есть приятные и радостные моменты, и как всегда счастливый конец. Перечитывать не стану.
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоТаня Д
16.04.2015, 15.53





Не проходите мимо, роман очень и очень достойный! Придраться можно пожалуй, только к "роялю в кустах", безродная актриса, рраз, и оказывается графиней.
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоЛили
31.05.2015, 0.16





Дочитала уже до 31 главы. Такое гнетущее состояние от прочитанного, постоянное ожидание смерти героя... постельные сцены почти никакие...rnНо все таки дочитаю. Пока только жаль потраченное время.
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоВикки
1.06.2015, 8.36





Хорошо еще, что все хорошо закончилось. Но долго все тянулось. Вся эта печаль и обреченность... 7/10
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоВикки
1.06.2015, 16.23





Ничего себе! Врач оказался отравителем, потчевал пациента мышьяком!!! У меня, как врача на пенсии, нет слов от возмущения! И О!, западная толерантность! его простили - ведь он так страдал в детстве. Более того, взяли в семью, дали фамилию и вместе чай пьют! Не пуганные идиоты, как те, кто сейчас обнимает мигрантов в Европе. Я бы отправила этого врача навсегда в Европу. Пусть там каторжан лечит!
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоВ.З.,67л.
15.09.2015, 16.35





Извините! Не в Европу, а в Австралию, или в Ново Зелландию!
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоВ.З,,67л.
15.09.2015, 16.43





прочла роман....врача сослать на каторгу за подобные деяния !!!КАК можно его было простить да еще и фамилию дать свою????все такие добрые , аж тошно.а ГГ вообще удивляет :ну поставил ему такой диагноз врач , ну неужели нельзя было к другому врачу обратиться? ????а так .....один разок можно и прочесть .
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоElena
27.10.2015, 14.20





вообщем не смогла дочитать - скучно. ИМХО. может там и заложен глубокий филосовский смысл, но он мне увы не открылся.
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоМазурка
27.10.2015, 17.22





Проплакала половину романа, было желание заглянуть в конец романа и узнать чем же он закончится? Но так трогательно написан роман, что не стала этого делать, а решила дочитать как есть. Что могу сказать - роман СУПЕР!!! 10/10 Читайте, трогает до глубины души.
Моя прелестная роза - Патни Мэри Джомэри
28.01.2016, 12.31





Отличный роман, ..гл.герой не умрет так что не волнуйтесь.очень понравился всем советую.
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоСоня
30.01.2016, 8.24





Замечательный роман!!!читайте.
Моя прелестная роза - Патни Мэри ДжоКис
15.05.2016, 23.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100