Читать онлайн Сомнения любви, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сомнения любви - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.42 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сомнения любви - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сомнения любви - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Сомнения любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

От совместной поздней трапезы, состоящей из хлеба, сыра и супа, с кокетливым смехом с ее стороны и шутками с обеих сторон кровь Адама нисколько не остудилась, но напряженность немного спала. Потом они вместе поднялись по лестнице в спальню Марии, которую он до сих пор не видел. Как и повсюду в доме, обстановка представляла собой сборную солянку: предметы, разнородные по качеству и степени изношенности. Но в спальне у нее было славно: яркие цвета и приятный освежающий запах лаванды.
Она стыдливо сняла халат и забралась на кровать. Он понял, что продолжает оставаться для нее в определенном смысле чужаком. Странно, при условии, что память потерял он, а не она.
Он забрался на кровать с другой стороны, пытаясь не спугнуть ее. Мария наклонилась к нему и легонько поцеловала в щеку.
– Спокойной ночи и приятных снов. – Она легла и повернулась к нему спиной. Не самая приветливая поза.
Но это легко исправить. Он повернулся на бок и привлек ее к себе. В том, как славно уместилось в его руках ее тело, было что-то приятно знакомое. Словно две половинки целого сошлись воедино.
– С тобой я как в раю, – пробормотал он.
Она напряглась, когда он обхватил ее за талию.
– И я, – сказала она.
Ему нравилось, как щекотали его щеку ее волосы. Он надеялся, что вскоре увидит эту золотистую массу, разметавшуюся по подушке. Тогда она будет лежать под ним, и ее хорошенькое лицо раскраснеется от желания. Но сейчас ему почти хватало того, что ее спина прижималась к его груди. Главное, что он не один.
Он провел ладонью по ее телу. Хлопчатобумажная ночная рубашка ее была старенькой, и ткань от многочисленных стирок стала совсем мягкой, почти такой же мягкой, как ее тело. Когда его ладонь скользнула по ее животу, она, задыхаясь, сказала:
– Лучше бы тебе вернуться в свою кровать. То, что ты делаешь, слишком искушает, и я не уверена, что у меня хватит воли сопротивляться.
Рука его замерла на нежном изгибе ее живота. Она решила не возобновлять супружеские отношения, и отчасти он мог даже понять, что в этом есть своя логика, и он понимал эту логику и готов был с ней согласиться. Но мысль о том, чтобы оставить ее в покое и спать одному, была невыносимой.
– Если я дам тебе честное слово, что не возьму тебя сегодня, ты позволишь мне напомнить об удовольствиях, что мы делили в прошлом?
Она затаила дыхание.
– Ты помнишь, как мы любили друг друга?
– Нет, – с сожалением сказал он. – Но я знаю, что я, должно быть, делал, и я хочу сделать это вновь. Как из удовольствия прикасаться к тебе, так и в эгоистичной надежде, что скоро ты решишь, что готова стать мне настоящей женой. – Рука его скользнула вверх, к ее груди, и он нежно тронул большим пальцем сосок. Он мгновенно отвердел.
– О Боже… – Она медленно выдохнула. – Ты даешь слово, что не утратишь над собой контроль?
– Я клянусь, и я не нарушу слова, потому что иначе ты никогда впредь не будешь мне доверять, – честно сказал он. Он лизнул бледную тонкую кожу у нее за ухом, сорвав с ее губ вздох наслаждения. – И поделом мне будет. Но я напомню тебе, что мужчина и женщина могут делать помимо соития. Ты позволишь мне продемонстрировать?
Смех ее был каким-то нервным.
– Если бы я была более целомудренной и разумной женщиной, я бы сказала «нет» и пошла бы спать в другое место, чтобы не поддаваться искушению. Но я не целомудренная, не разумная, так что продолжай демонстрацию. Только помни о своем обещании.
– Ты замечательная, Мария, а что касается благоразумия, то сейчас ни один из нас не может им похвастать. – Он прижался бедрами к ее округлым ягодицам. – Но иногда благоразумие и мудрость не одно и то же.
Она напряглась, почувствовав свидетельство его возбуждения, но не отстранилась. Он решил оставаться в этом положении, потому что так у него было больше уверенности, что он не забудет о своем обещании. Но при этом он все еще мог дотянуться до самых желанных частей ее приятно округлого тела.
Ее грудь… ее груди – чудесные, круглые, идеально помещающиеся в его ладонь. Как раз такого размера, как надо. Не слишком большие, не слишком маленькие. Хотя он подозревал, что какого бы размера они ни были, он счел бы их идеальными.
Теперь, когда она больше не волновалась из-за того, что он потеряет над собой контроль, она стала изумительно отзывчивой на его ласки: на его нежные поцелуи за ушком, в шею, на его неторопливое исследование ее груди. Она не возражала, когда его рука скользнула от талии вниз, хотя вновь напряглась, когда пальцы его коснулись скрещения бедер. По мере того как он ритмично поглаживал скрытый источник жара, бедра ее стали ритмично сжиматься, приподнимаясь навстречу его руке. Он догадывался, что она не подозревает, как многое открывает ему о ней ее тело.
– Нет! – воскликнула она, когда он потянул за подол рубашки, чтобы прикоснуться к ее нежной плоти там. – Ты обещал!
– Я не забыл, – сказал он, успокаивая ее голосом. Сам он при этом с ума сходил от желания. То, что он концентрировал внимание на ней, помогало ему сохранять над собой контроль. Хотя держался он из последних сил. – Я могу прекратить, если ты этого хочешь.
– Я… я не хочу, чтобы ты останавливался.
Ее доверие было таким трогательным, таким предательски сладким. Пальцы его скользнули между влажных нежных складочек. Тело ее помнило его пальцы, даже если разум выражал опасения.
Он принялся поглаживать шелковистое тепло, двигаясь все быстрее по мере того, как он все острее ощущал ее возбуждение. Внезапно она сдавленно закричала, и тело ее конвульсивно сжалось, бедра с силой толкнулись ему навстречу. Он был потрясен тем, что ее оргазм вызвал и его мощный оргазм. Он прижал ее к себе. Огонь прожег их обоих, сплавляя воедино их тела и души.
Целую вечность они лежали, прижавшись друг к другу, часто и тяжело дыша. Когда он понял, что сжимает ее так, что может и раздавить, он ослабил объятия. Приподняв ее волосы, он поцеловал ее в затылок.
– Когда я выбрал тебя, – шепнул он, – я даже не знал, какое сокровище выбираю.
– Эта демонстрация… превзошла мои ожидания, – слабым голосом произнесла она.
– И мои намерения тоже, – сказал он с чуть надтреснутым смешком. Он скинул ноги с кровати и по холодному полу босиком прошел к умывальнику, сняв с крючка два полотенца.
При звуке его шагов за дверью тут же раздалось полное надежды скуленье и царапанье. Решив, что им не мешает отвлечься, Адам пустил Бхану в спальню Марии. Собака радостно влетела в дверь. Адам почесал Бхану за ухом и вернулся в кровать, протянув одно из полотенец Марии. Вытираясь, он сказал:
– У нас скоро может появиться компания. Это зависит от того, сумеет ли Бхану запрыгнуть на кровать.
Когти заскрежетали по ореховому комоду, стоявшему у изножья большой кровати. Матрас прогнулся под запрыгнувшей на него Бхану. Сделав несколько кругов на месте, она улеглась у них в ногах, согревая их своим собачим теплом. Мария засмеялась:
– Умница Бхану! Хорошо, что в кровати достаточно места для троих.
– Все одинокие тянутся к тебе за успокоением, – серьезно сказал он.
Она прижалась к нему спиной.
– Не думаю, что Бхану слишком избирательна. Любая кровать с теплым телом ее бы устроила.
– Ее – возможно, но меня – нет. – Он поцеловал Марию в шею. – Только ты меня устраиваешь, только ты – моя жена.
Она затаила дыхание и пожала его руку, лежавшую у нее на боку, но ничего не сказала. Скоро дыхание ее стало медленнее и ровнее, она уснула.
Раньше, после того сна об утрате, он думал, что так и не уснет этой ночью. Теперь он хотел бы бодрствовать всю ночь, чтобы не упустить ни секунды из того наслаждения, что дарила ему Мария, спящая в его объятиях. Он обнимал бы ее и вспоминал ее восторженный отклик на его ласки.
И все же, как ни странно, очень скоро его охватила сонная истома, он зевнул и задремал. Он медленно уплывал в страну снов. Конечно же, не кошмаров, не на этот раз…
Погода была отвратительной: слякоть, ледяной дождь и продувающий насквозь боковой ветер. Слишком сильный для кареты, которая в любой момент грозила перевернуться. Поэтому он ехал на самом крепком, на самом своем надежном коне.
Обычно поездка за город занимала у него не больше часа, но буря замедлила его продвижение. Пришлось ехать шагом. Не раз его посещал страх, что он сбился с пути. Тело его онемело, и он спрашивал себя, не стоило ли взять с собой кого-нибудь. Но он не хотел ни с кем общаться, для такого путешествия ему точно не нужна была компания.
В конечном итоге он добрался до большого красивого дома, окнами выходящего на Темзу. Он поехал сразу на конюшню, и человек и конь в равной степени были рады тому, что найдут укрытие от пронизывающего ветра. Конюх, что привез Адаму послание, остался в Лондоне. Он хотел вернуться, но Адам запретил ему, потому что он и так выглядел еле живым после путешествия в город.
И поэтому Адам сам позаботился о коне, почистил уставшего жеребца щеткой, накормил и напоил его, несмотря на то что самому невыносимо хотелось отдохнуть. На выходе из конюшни его едва не сбил с ног порыв ледяного ветра с дождем и градом.
Он долго ждал на холоде, пока слуга не открыл ему дверь.
– Сэр! – воскликнул слуга. – Слава Богу, что вы здесь. Я не думал, что вы приедете раньше, чем успокоится буря.
– Такие сообщения без внимания не оставляют. – Адам снял плащ, вымокший насквозь, тяжелый, словно набитый камнями. – Где он?
– Наверху. В их спальне. Он… не хочет от нее отходить.
Адам подал слуге плащ и шляпу, с которых стекала вода, и направился наверх. Он часто бывал в этом доме в более радостные времена. Теперь все в этом доме дышало скорбью.
Он нашел друга в спальне, которую тот делил со своей молодой женой. Комнату освещал лишь огонь в очаге. На кровати лежало худенькое тело, едва различимое под накрывавшим его одеялом.
Его друг, высокий мужчина с широкими плечами и мощными руками и ногами, сидел на стуле возле кровати, опустив голову на руки. Он поднял глаза, когда открылась дверь, не удивившись визитеру.
– Она умерла. – В неровном свете его искаженное горем лицо казалось совсем юным.
– Я знаю. – Адам подошел к хозяину дома и положил ему руку на плечо. – А ребенок?
– Он был… слишком маленьким, чтобы выжить. – Мужчина накрыл руку Адама ладонью и судорожно вздохнул. – Как я буду жить без нее?
– Ты выдержишь, – тихо сказал Адам. – Ты будешь скорбеть, и шрамы останутся в душе навсегда. Но со временем ты научишься жить заново. Хотя бы ради нее, ради того, каким она хотела бы тебя видеть.
– Наверное, ты прав, – глухо откликнулся широкоплечий мужчина. – Но это чертовски несправедливо.
– Это так. – Увидев графин с бренди на приставном столе, он налил два бокала. Им обоим надо было выпить.
Друг его залпом выпил половину огненной жидкости, закашлялся, затем выпил остальное. Отдышавшись, он сказал:
– Я не знаю, что мне теперь с собой делать.
– Тебе нужен новый дом и новые дела, которые заняли бы все твое время. – Адам пил бренди медленно, мелкими глотками. – До женитьбы ты думал о службе в армии. Возможно, это то, что нужно сейчас.
Другой мужчина рассеянно перевернул пустой бокал.
– Возможно. Служить своей стране… и, может быть, умереть от шальной пули где-то в чужих краях. Вполне достойный конец.
– Только не смей подставлять себя под пули! – резко сказал Адам. – Я запрещаю.
Друг его ответил чем-то похожим на смех, и Адаму стало сниться что-то совсем иное…
Мария никогда так славно не спала. Во сне ей было тепло и уютно, она чувствовала себя любимой, окруженной нежной заботой. Не сразу она поняла, что это не сон, а явь. Тревога пронзила ее, как только она вспомнила, что произошло между ней и Адамом накануне ночью. Она сошла с ума, если позволила ему так ее трогать! И все же она не могла жалеть о том, что испытала такое наслаждение. Она была развратной женщиной, именно такой, какой считала ее Сара.
С опасением она открыла глаза и обнаружила, что лежит на спине и Адам обнимает ее, а его пронзительные зеленые глаза смотрят на нее с ласковой заботой. Он действительно был потрясающе хорош собой, и в его сложении и лице было что-то экзотическое, необычное для этих краев. Если уж слишком придираться, то можно сказать, что волосы его не мешало бы постричь, но ей они нравились длинными. Она подняла руку и погладила темные шелковистые локоны.
– Доброе утро.
– Доброе утро, – ответил он. – Хорошо спала?
Улыбка его рассеяла ее опасения, связанные с ощущениями женщины, впервые в жизни проснувшейся в одной постели с мужчиной. В этом и состоит суть брака, как она теперь поняла, в этом ощущении близости, что связывает двух людей, живущих в своем собственном, только им принадлежащем раю. Соблазнительно. Опасно соблазнительно.
Удовольствие ее померкло при мысли о том, что другая женщина, возможно, знает его таким. Женщина, которая приходится ему не случайной любовницей, а законной и любимой женой.
У Марии при этой мысли свело живот. Впервые она от всей души пожелала, чтобы память Адама никогда не восстановилась. Тогда он остался бы с ней и был ей мужем до той поры, пока смерть не разлучила бы их.
В ужасе от безнравственности своего желания, она села в кровати и изобразила улыбку.
– Замечательно спала. А ты?
Он задумался.
– Я не думал, что засну, но заснул. И мне снился сон, хотя и не тот кошмар, что я видел раньше.
Бхану, свернувшаяся у них в ногах, подняла голову, после чего встала и, подобравшись к ним поближе, легла между ними. Хорошо. Чем больше между ними расстояние, тем лучше: Мария погладила висячие уши собаки и была вознаграждена счастливым собачьим вздохом.
– Что тебе снилось?
– Я видел несколько снов. В первом сне я ехал к другу, который потерял жену. То был очень грустный сон, но не кошмар. Затем мне снился сон, где я играл с двумя детьми: мальчиком и девочкой. Мальчик был примерно одних со мной лет, а девочка была младше, я думаю. У них обоих были зеленые глаза. Может, у меня есть брат и сестра?
Осторожно пробираясь между ложью и полуправдой, она сказала:
– Если у тебя и есть братья и сестры, ты о них мне не говорил.
– Может, они умерли? Не знаю. Тот сон связан с чувством утраты. – Покачав головой, он спустил ноги на пол. – У меня такое ощущение, словно я держу в руках целую пригоршню обломков мозаики, но панно такое большое, что я никогда не смогу сложить его целиком.
– Всему свое время, – сказала Мария. – Джулия говорит, что мозг – самая сложная часть организма. – Глядя на то, как Адам надевает халат и тапочки, Мария подумала о том, что лучшим для него будет все же восстановление памяти. Только хотелось бы, чтобы он оказался холостым и чтобы он простил ей обман. Тогда у них было бы будущее – но шансы, что все сложится именно так, казались ничтожными.
Однако она могла бы сполна наслаждаться тем временем, что подарит им судьба, сколько бы его у них ни осталось.
– Хочешь прокатиться верхом с утра?
– С удовольствием. – Он хитро улыбнулся. – А затем, моя леди, я начну обустраивать для тебя сад.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сомнения любви - Патни Мэри Джо



Понравилось, но образ герцога более чем не типичный, к тому же как-то не совсем воспринимается окружение главного героя, включая гомосексуальных слуг
Сомнения любви - Патни Мэри ДжоItis
1.06.2013, 10.02





Класный роман!!! Мне очень понравился. Я считаю, что рейтинг занижен. Моя оценка 10.
Сомнения любви - Патни Мэри Джомэри
1.02.2016, 13.37





За-ме-ча-тель-но!!!rnВсем советую
Сомнения любви - Патни Мэри ДжоМари-Софи
25.05.2016, 23.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100