Читать онлайн Что осталось за кадром, автора - Патни Мэри Джо, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Что осталось за кадром - Патни Мэри Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.03 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Что осталось за кадром - Патни Мэри Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Что осталось за кадром - Патни Мэри Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Патни Мэри Джо

Что осталось за кадром

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4



Кензи вошел в свой вагончик и упал на кровать, чувствуя себя вконец разбитым. Сегодня ему пришлось встать ни свет ни заря, чтобы снять несколько сцен с партнером, который днем должен был уехать на другую картину. Господи, скорей бы уж закончились эти съемки! Группа и актеры устали друг от друга. Не говоря уже о том, что ему было далеко не просто играть беззаботного негодяя в то время, как шел мучительный процесс развода. Но скоро ему снова придется работать, и на этот раз с Рейни.
Его клонило ко сну. Не забыть бы позвонить Чарлзу Уинфилду, своему английскому приятелю и наставнику. Они болтали регулярно, но он был так занят в последнее время, что, когда вспоминал о Чарлзе, оказывалось уже слишком поздно звонить в Лондон. Сегодня было бы очень кстати, подумал Кензи, засыпая…
Телефон заставил его проснуться. Зевая и не открывая глаз, он поднял трубку. Услышав голос своего агента, он пробурчал:
- Пошел к черту, Сет. Актерам хватает разговоров за день. Не обращая внимания, Сет продолжал:
- Извини, что разбудил тебя, но я только что закончил читать сценарий «Центуриона».
Напряженный тон сразу же заставил Кензи проснуться окончательно.
- И что ты скажешь? - У него не было времени и сил самому читать сценарий, но вряд ли Рейни стала бы предлагать ему участвовать в плохом фильме. Это разрушило бы ее собственную карьеру, и потом она никогда не отличалась скудоумием.
- Потрясающий сценарий, - заявил Сет. - Я не представлял, что Рейн способна написать такое и так хорошо. Но ты действительно хочешь сниматься в этом фильме?
- А у тебя есть возражения?
- Джон Рандалл - личность далеко не героическая. Если это кино удастся сделать и его посмотрят больше чем десять человек, этого вполне достаточно, чтобы отрицательно повлиять на твой имидж.
- Жаль, что ты так думаешь, - ответил Кензи с невозмутимостью, приобретенной за долгие годы практики. - Я дал слово и подписал контракт.
- Контракт можно расторгнуть.
- Но не мое слово. Пока, Сет.
Он повесил трубку, дрожа от недоброго предчувствия. Он не мог признаться своему агенту, что был настолько беззаботен, что не удосужился сам прочесть сценарий. И не имел сил. Он доверился профессиональному чутью Рейни. Когда они были вместе, ее советы, какой сценарий выбрать и на какой не соглашаться, всегда попадали в точку. Она не стала бы снимать этот фильм, если бы сценарий был слабый.
Так чем же «Центурион» так расстроил Сета? Пришло время вытащить сценарий из кейса и в конце концов прочесть, черт бы его побрал!


Шурша шинами, Кензи остановил свой «феррари» перед коттеджем Рейн. Он подошел к двери и нажал на кнопку звонка. После первых аккордов Пятой симфонии Бетховена Рейн отворила дверь. Беспокойство светилось в ее глазах.
- Какая неожиданность! Просто проезжал мимо? Он молча прошел мимо нее в гостиную.
- Я не могу сниматься в твоем фильме, Рейни.
Она резко повернулась к нему. В глазах застыло недоумение.
- Но ты обещал! Почему ты вдруг изменил решение?
Он колебался, соображая, как бы объяснить причину, не тратя много слов.
- Я только что прочел сценарий.
- Только что? Но у тебя было целых три дня! Вполне достаточно, чтобы прочитать, прежде чем подписывать контракт.
- Я был занят. И поверил тебе на слово, что сценарий хороший.
Ее лицо вытянулось.
- А теперь, когда ты его прочел, понял, что он барахло?
- Нет, Рейни, нет… Сет позвонил и сказал, что он в восторге от твоей работы. Но он считает, что участие в этом фильме может негативно отразиться на моей карьере. Поэтому я прочитал сценарий и понял, что не хочу играть эту роль.
- Но почему? - недоумевала она.
- Ты говорила мне, что Джона Рандалла подвергали пыткам. Но не упомянула, что над ним было совершено насилие… и не один раз. И что он влюбился в своего мучителя.
- Я говорила тебе, что его оскорбляли и пытали, но он вовсе не влюбился в Мустафу, - возразила она. - Все куда сложнее. И должно быть сделано художественно и более импрессионистично - в отличие оттого, как представляешь себе ты. Особенно сцены насилия. Так, значит, поэтому вы с Сетом запаниковали? Потому что нашему вечному герою-любовнику не положено изображать жертву?
Что он мог ответить на это? Он и в самом деле не собирается объяснять тот ужас, который испытывал, представляя свою абсолютную беспомощность, даже если это было всего лишь кино.
- Я просто не могу играть эту роль, - заявил он, стараясь держать себя в руках. - Как ты сказала, Рандалл - закомплексованный мужчина, играя которого, актер обязан показать совершенно особую область чувств. Я не лучший выбор для этого. Поверь. Если ты хочешь, я помогу тебе найти подходящего актера на эту роль. А я не могу и не хочу играть се.
- Но ты уже не можешь выйти из игры, Кензи. Все готово, чтобы начать съемки. - Она в упор смотрела на него. - Ты подписал контракт. Если ты не сдержишь слово, клянусь, я подам на тебя в суд,
- Ради Бога! И пошла к черту!
Ее лицо побледнело. Кровь отлила от щек.
- Ты нарочно согласился на роль, чтобы потом ускользнуть и поставить меня в безвыходное положение? Чем я заслужила такое отношение?
- Проклятие, Рейни! - выпалил он, злясь на нее, как никогда. - Что я сделал, чтобы ты могла думать обо мне так плохо?
- Ты хочешь, чтобы я ответила на этот вопрос? Господи, нет. Он не мог вынести напряжения, возникшего между ними. И тут он увидел слезы в ее глазах. Его непреклонная жена, которая никогда не плакала, разве что это требовалось для роли, готова была разрыдаться.
- Я не хочу спорить с тобой, Рейни, - вздохнул он. - И не желаю усложнять твою жизнь, я просто… не могу участвовать в этом проекте.
На какой-то момент она закрыла глаза.
- Актер - это человек, всегда готовый пойти на риск. Ты думаешь, я не знаю этого? Каждый раз, когда мы беремся за новую роль, она отличается от того, что мы делали прежде. Это все равно что прыгнуть с высокой скалы. Но роли, которые действительно заставляют нас расти как в профессиональном, так и в личном плане, именно те, что доставляют нам бездну страданий. Хотя ты никогда не играл человека, подверженного мукам и комплексам, как Джон Рандалл, я знаю, что ты сможешь сделать это, и притом превосходно.
- Расточать комплименты очень хорошо, но у каждого актера свой диапазон, что-то он может сыграть, а что-то нет. Я не могу быть Джоном Рандаллом. И дело не в актерских способностях, Рейни. Это не моя роль, и кончим на этом.
- Не верю, Кен. Некоторые из твоих ранних работ на Би-би-си содержат те ноты, которые нужны для Рандалла. - Она упорно смотрела на него. - Ты можешь сыграть его, Кензи, и я помогу тебе во всем. Если нужно что-то изменить в сценарии, ради Бога.
- Ты могла бы приглушить сексуальные сцены и чувства Рандалла к Мустафе?
Рейн вздохнула:
- Но это очень существенные моменты. Без них вся история потеряет смысл. Причина, по которой Рандалл так переживает, когда возвращается домой, заключается в том, что он открывает в себе такие противоречивые чувства, которые непозволительны в обществе. Убери это - и не будет кино.
- Тогда найди актера, который с радостью изобразит муки твоего героя.
Она робко улыбнулась:
- Если ты так переживаешь по поводу роли, то, значит, именно тебя и следует уговорить взяться за нее.
Едва сдерживая раздражение, он принялся бродить по гостиной. Рейни обставила дом в своем излюбленном очаровательном стиле с некоторой долей эклектики, но он был слишком маленький. Красиво, но очень душно.
- Ты не отдаешь себе отчета, о чем просишь.
- Возможно. Но по твоей реакции ясно, что это лежит вне твоей комфортной зоны. Что именно беспокоит тебя в этой истории? Что-то очень личное? Может быть, сознание, что тебе придется изображать такой ранимый характер под моей режиссурой? Или профессиональный страх, что ты провалишься?
Он не хотел, чтобы она продолжала копаться в личных причинах, хотя она угадала, что ему не доставляет радости мысль обнажать перед ней свои чувства. Она и так знала его очень хорошо.
- Профессиональный и личный дискомфорт. Сочетание особенностей этой роли и работы с тобой - это больше, чем я могу выдержать. Ты получила редкий шанс открыть для себя новые горизонты. Не упускай его, не зацикливайся на том, что я необходим тебе для успеха.
- Разумеется, необходим. Он повернулся к ней:
- Давай в открытую? Твоя уверенность, что только я могу сыграть Рандалла, не имеет ничего общего с нашим разводом?
Она вздрогнула, словно он ударил ее.
- Ты думаешь, что я все это затеяла, чтобы иметь возможность провести с тобой время?
Кензи неуверенно улыбнулся:
- Почему бы и нет? Впрочем, я не берусь утверждать, что понимаю работу твоего изощренного ума. Только ты можешь сказать это определенно.
Прикусив губу, Рейн размышляла над его вопросом.
- Будучи твоей женой, я лучше узнала диапазон актерских возможностей Кензи Скотта. Ничего удивительного, что я хочу, чтобы ты снимался в моем фильме. И не скрою, в глубине души я ощущаю радость от перспективы снова работать с тобой. Но иной раз мне хочется все бросить и убежать далеко-далеко…
Как всегда, ее невероятная прямота разрушила все его бастионы. Переменив тон, он продолжил:
- Потенциальный результат этой картины стоит того, чтобы работать вместе?
- Думаю, да. Иначе я не втянула бы нас обоих в это дело. - Ее изменчивые глаза были кристально чистыми, холодно-серыми, когда она отвечала ему. - Пусть все идет своим чередом, Кензи. День за днем… Не надо сразу думать обо всем фильме. За один съемочный день снимают всего несколько минут экранного времени, неужели тебя не хватит для этих нескольких минут?
Она была права. Строго говоря, если вопрос касается мастерства, то для того, чтобы вжиться в образ, требуется время, но это было выполнимо. Играть роль - не значит выворачивать себя наизнанку, и будет лучше, если этого не будет. Может быть, американские актеры чувствуют необходимость окунуться в холодную воду, прежде чем играть зимние сцены, но хорошо обученным английским лицедеям это ни к чему.
«Ты сам себя обманываешь», - шептал внутренний голос, к которому нельзя было не прислушаться, ведь он знал все его слабости. Он обманывал себя, но он разрывался между «да» и «нет». Желая помочь Рейни, он дал слово, не прочитав сценарий. Ему не приходило в голову, что эта история заставит его дрожать от ужаса.
Но теперь он не мог пойти на попятную, не причинив Рейни большого вреда. Он не вынесет этого. Ему придется играть эту роль, каким бы мучительным ни оказался процесс.
- Твоя взяла, - безнадежно вздохнул он. - Я остаюсь, но не вини меня, если мое исполнение не будет отвечать твоим ожиданиям.
- Слава Богу! Ты чуть не разрушил мою мечту. - Она подошла и положила руку ему на запястье. - Извини, что так получилось. Мне следовало убедиться, что ты прочитал сценарий, до того как посылать тебе контракт.
- Это моя вина, - сказал он, опустив глаза на ее ладонь и чувствуя, как ее прикосновение жжет его руку. Больше всего на свете он хотел обнять ее, прижать к груди и просто… стоять так долго-долго, до конца их дней.
Конечно, это невозможно… Когда-нибудь, когда огонь желания остынет и она снова выйдет замуж, может быть, они смогут открыть друг другу дружеские объятия. Но не сейчас.
Не без усилия он отступил назад.
- Даже если я и доверял твоему мнению, я был обязан прочитать сценарий.
- Кроме нежелания играть Рандалла, какие еще соображения у тебя вызывает «Центурион»?
- Очень сильная вещь. Живые характеры, хорошая сюжетная линия. Классическая история, в которой так нуждается кинематограф. Я бы хотел посмотреть это, скажем… с Лоуренсом Оливье в роли Рандалла.
- Я взяла бы его, если бы ему было тридцать и это было бы возможно, но, увы… Но ты идешь за ним следом.
- Комплименты удаются тебе… иногда. - Желая похвалить ее работу, он продолжил: - Твои диалоги блестящи. Очень живые и подлинно английские. И некоторые просто искрятся остроумием…
- Большинство диалогов я взяла из романа. Я ведь не писатель. Просто все самое лучшее, что было в книге, включила в сценарий.
- Это особое искусство переделать роман в сценарий. Можешь похвалить себя.
- Честно говоря, до сих пор поражаюсь, как я решилась на такой грандиозный проект, имея столь скудный опыт режиссуры. Я говорила, что настояла на окончательном монтаже?
Он сделал большие глаза.
- Неудивительно, что тебе понадобился актер с именем, чтобы получить финансирование. Почему ты не попробовала снять более скромное, менее масштабное кино, например для телевидения? Это было бы куда проще.
- Я хотела создать хорошее кино, которое собрало бы как можно больше зрителей. Если проект предназначается для какого-либо телевизионного канала, то и бюджет меньше, и аудитория тоже. Делать то, что я задумала, труднее, но если получится - результат будет ближе к моей идее. То есть к тому, как должна выглядеть эта история на экране.
Он мрачно разглядывал стену, увешанную рисунками, фотографиями, индейскими ковриками ручной работы.
- Зачем я выбрал профессию, где меня окружают натуры, одержимые творчеством?
- Потому что ты сам такой же, хотя и стараешься притвориться, что работа актера - просто еще один вид предпринимательства. Кино больше, чем бизнес. Оно пробуждает мечты, надежды и страхи. И, будучи актером, ты служишь источником этого. Вот почему тебя знают во всем мире.
- Но успех имеет и оборотную сторону. - Существует немало актеров, которые получают удовольствие от бесконечных случайных связей. Но Кензи не был одним из них. Ему претило то, что он является сексуальным объектом бог знает скольких женщин. И мужчин.
Кензи попрощался и ушел. Он приехал к ней с намерением отказаться, а вместо этого дал себя уговорить.
Черт побери, что такого особенного было в Рейни, позволявшего ей всегда превратить в ничто его намерения?


После его ухода она, дрожа, упала в кресло. В течение нескольких ужасных минут она думала, что ее фильму конец. Она действительно не понимала, чем вызвана реакция Кензи, но его огорчение было очевидным. Странно. Он был одним из немногих темпераментных актеров, которых она когда-либо встречала, хранивших свои чувства для камеры. Видимо, Джон Рандалл затронул в нем что-то очень личное. Но что?
Хотя можно было поговорить с ним во время съемок, она поняла, что должна отслеживать каждый его шаг. О Господи, как раз то, что необходимо новоиспеченному режиссеру, - капризный исполнитель главной роли, который фактически занят в каждом кадре фильма.
Она однажды уже столкнулась с этим. Кензи нужно постоянно поддерживать и опекать, чтобы он мог двигаться вперед, но результат стоит того, даже если потребует от обоих невероятного напряжения сил.
Чтобы избавиться от беспокойных мыслей, Кензи развернул машину на восток от главной дороги и устремился глубоко в холмы. Черт побери, одержимость творчеством и упорство Рейни в достижении цели могли свести с ума любого.
Впечатление, которое она произвела на него на пробах к «Пурпурному цветку», несколько изменилось. Сотрудничать с Рейни - все равно что играть в теннис со спортсменом высшего класса, который не пропускает ни одного твоего движения и профессионально отвечает на каждый удар. Они сумели разглядеть друг в друге то лучшее, что было присуще каждому из них, как в деловом, так и в личном плане. Удивительно, но с ней он становился таким, каким никогда прежде не был. Мужчиной, ощущающим внутреннюю свободу.
Кензи вернулся мыслями к тому вечеру, который они провели вместе после того, как она получила роль. Волнующее открытие уникального сходства их духовных миров растворилось в чувстве близости, словно они знали друг друга давным-давно. Хотя он был удивлен тем равнодушием, с которым она отнеслась к его отказу пойти на близость, в тот вечер он чувствовал себя рядом с ней спокойно.
До начала съемок он старательно избегал встреч с мисс Марло. В следующий раз они увиделись в костюмерной, где подбирали туалеты для «Пурпурного цветка». Кензи вошел в комнату, одетый сэром Перси. Художница наблюдала, как ее ассистентка подгибала и приметывала подол сорочки и отделанные кружевом нижние юбки Рейни. Эффект превзошел все ожидания, хотя одежда закрывала ее куда больше, чем современная.
- В этом неглиже вы выглядите очень достоверно, - заключил он.
Рейни усмехнулась:
- Готова поспорить, вы изучили эту эпоху, еще когда работали на Би-би-си. Нужно постараться, чтобы наши герои смотрелись как можно органичнее на экране.
Одна мысль о том, что по ходу съемок он сможет снять с нее это платье, заставила его сердце биться сильнее, несмотря на то что при этом будет присутствовать вся группа.
- Когда я участвовал в телевизионной версии «Опасных связей», у меня было время изучить предметы женского туалета, существовавшие в восемнадцатом веке. По ходу дела я пришел к открытию, что, снимая бесконечные детали одежды, которые носили тогда дамы, кавалер испытывает сильное возбуждение, а уж когда под всем этим богатством находит то, что искал… тут уж и говорить нечего…
- Правда? Я думала, мужчины особенно распаляются, когда женская одежда состоит не более чем из двух кусочков нейлона.
- И это тоже.
Юная ассистентка обвернула талию Рейни корсетом и, стоя у нее за спиной, начала затягивать тесемки.
- А потом мы сможем надеть сверху бальное платье, мисс Марло.
Рейни ахнула, когда корсет впился в ее тело.
- А я не умру от удушья?
- Есть один фокус, - посоветовал Кензи. - Вдохните поглубже, пока Ив затягивает корсет, и вы выиграете пару сантиметров.
Рейни набрала побольше воздуха в легкие, чтобы расширить грудную клетку и талию. Художница по костюмам с другой стороны комнаты заметила:
- Каждый лишний сантиметр на экране будет выглядеть в несколько раз больше.
- Лучше живая; пусть упитанная актриса, чем тонкая, но полумертвая, - смеясь, отвечала Рейни.
Художница улыбнулась, представив Рейн Марло упитанной.
- Теперь вы понимаете, почему в те давние времена женщины не отличались особой свободой? Большая часть энергии уходила на то, чтобы дышать.
- Мужчинам приходилось ненамного лучше, - ответила Рейн, изучая с большим, нежели просто профессиональный, интересом длинный шелковый сюртук Кензи, полосатый жилет, облегающие бриджи и высокие блестящие сапоги. - Удивительно, как много времени нужно было потратить человечеству, чтобы заменить все это на джинсы и футболку.
Скотт ответил ей вежливым поклоном:
- Ах, Маргарита, красота требует жертв.
Она мгновенно вошла в роль. С выражением скрытой страсти на лице она поднесла к груди веер из резной слоновой кости и медленно стала обмахиваться им.
- Клянусь, милорд, вы совершенно затмили меня, как сверкающий опереньем павлин свою бесцветную паву.
- Мой плюмаж имеет одну цель - пленить самых прекрасных женщин на земле. - Поддавшись импульсу, он прижался губами к нежному местечку на шее под поднятыми наверх волосами. Ее кожа оказалась теплой и шелковой на ощупь.
Она задрожала и затаила дыхание, не сумев скрыть желания. Он отступил на шаг, их взгляды встретились, посылая молчаливые обещания.
Впоследствии плакат с поцелуем стал эмблемой фильма. Он нес в себе такую нежность, такое явное эротическое притяжение, что стал обязательным атрибутом в спальнях сотен тысяч школьниц. Критики единодушно заявляли, что невероятная скрытая страсть между исполнителями главных ролей в «Пурпурном цветке» угрожает затмить основную идею фильма.
Но все это будет позже. А в то время Кензи Скотт знал только то, что Рейн Марло похожа на стеклянную бабочку - хрупкую, страстную и чрезвычайно пленительную.


Он круто развернулся, увидев перед собой прямой пустынный отрезок шоссе. Нажал на газ, и «феррари» рванулся вперед. Хорошо бы найти время и съездить в Мохаве. В пустыне есть что-то глубоко очищающее. Но сейчас это сделают горы Санта-Моники.
Включенные фары появились в его зеркале. Черт побери! Ругая себя, Кензи свернул к обочине.
Поднимая брызги гравия, за ним затормозил полицейский мотоцикл. Проверив в компьютере номер и данные на «феррари», патрульный соскочил с мотоцикла и подошел к машине. Без сомнения, он наслаждался перспективой доказать, что его значок обладает большей силой, чем спортивный итальянский автомобиль. Скотт опустил стекло и, смирив себя, приготовился получить талон за превышение скорости. Что ж, совершенно заслуженно…
- Вы знаете, с какой скоростью ехали, сэр? - Патрульный наклонился к окошку автомобиля. Его тон был менее вежлив, чем слова. На груди красовалась табличка с фамилией - Сандовал.
- Не точно, но, вероятно, достаточно быстро. Офицер Сандовал оказался совсем юным и выглядел явно неудовлетворенным таким ответом.
- Странно, но ваше досье на удивление чистое для человека, который носится по шоссе, как самолет по взлетной дорожке.
- Обычно я делаю это в более уединенных местах, - хмыкнул Кензи, протягивая права.
Сандовал бросил взгляд на его документы, затем поднял голову:
- О Господи! Вы Кензи Скотт!
Так как этот факт не был новостью для Кензи, он едва кивнул.
- Мне нравятся ваши фильмы, сэр, - сказал юноша, его бравада сменилась застенчивостью.
- А мне приятно это слышать, офицер.
- Особенно тот, где вы играли полицейского и ваш партнер был убит. - Его лицо потемнело. - То, как вы колошматили стену после его смерти, - так достоверно.
- Вашего напарника тоже убили?
- Да. - Патрульный отвернулся. - Вы сделали это… очень похоже.
- Смерть в кино нельзя представлять, не думая о последствиях. Важно помнить трагедию и боль. - Во многих фильмах забывали об этом, но только не Скотт. Он никогда не брался за роль, где убивали людей просто из спортивного интереса. Как мишень, не представляющую никакой ценности.
- Любой, кому приходилось когда-нибудь вытаскивать обгоревшее тело из машины, знает, как в действительности отвратительна и ужасна смерть. - Сандовал опустил свой блокнот. - Вы не могли бы дать мне автограф, сэр? Не для меня, для моей жены. Она ваша большая поклонница.
- Конечно. - Кензи вытащил записную книжку из бардачка. - Как ее зовут?
- Энни Сандовал.
Кензи написал несколько слов.
- Вот возьмите. Мой привет Энни.
- Спасибо, сэр. Рад познакомиться с вами.
Когда он повернулся, чтобы уйти, Кензи бросил вдогонку:
- А как же штраф? Сандовал улыбнулся:
- Я ограничился предупреждением. Доброго пути, мистер Скотт.
- И вам того же. - Кензи подождал, пока патрульный включит мотор, затем нажал на газ, усмехаясь про себя.
Он никогда не просил о специальном отношении к своей персоне.
Да и, зачем просить?






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Что осталось за кадром - Патни Мэри Джо



Очень хороший роман!
Что осталось за кадром - Патни Мэри Джолюдмила
7.02.2011, 19.14





Хорошая, качественная книга с сюжетом и идеейrn10/10
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоКэт
14.12.2014, 21.35





Мне роман очень понравился.10. Люблю сильные личности и истории с преодалением. Читать однозначно.
Что осталось за кадром - Патни Мэри Джоanurra
6.10.2015, 21.24





сильный роман о сильных людях, о большой любви 10/10
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоЭля
6.11.2015, 5.42





великолепный роман.читайте от начала и до конца.
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоВалентина
31.01.2016, 19.46





Такого от Патни не ожидала. Я люблю ее романы, но этот - просто блестяще! Захватывает от начала и до конца! Читайте. Сильные, красивые герои. И радует - счастливый конец.
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоСофи-Мари
10.02.2016, 14.06





Тяжелый роман.
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоКэт
4.05.2016, 17.30





Шикарное произведение. Сильное и качественное. Сюжет не банальный. Рекомендую
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоElen
15.06.2016, 20.05





Сильный роман о любви , которая побеждает все .Не для отдыха , но советую всем .
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоMarina
16.06.2016, 19.45





Сплошь самокопание героев: в себе, в друг друге, в прошлом... и длится это бесконечно долго - весь роман, что сильно утомляет.
Что осталось за кадром - Патни Мэри ДжоТамила.
6.09.2016, 13.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100