Читать онлайн Шалость, автора - Паркер Лаура, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шалость - Паркер Лаура бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 157)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шалость - Паркер Лаура - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шалость - Паркер Лаура - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Паркер Лаура

Шалость

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

— Она хочет, чтобы мы прибыли в Лондон! — Лицо Гиацинты сияло довольной улыбкой, что бывало с ней крайне редко. — Мы должны сопровождать ее с визитом к леди Узли и затем к леди Хеппл.
Девушка отложила письмо с задумчивым видом.
— Отец знал леди Хеппл. Он часто говорил о ее садах. Папа считал, что ее розы одни из самых лучших в мире. Если я не ошибаюсь, он привез ей новые образцы из одного из путешествий. Встретиться с ней было бы замечательно. А уж пройтись по ее саду просто великолепно!
— Я не поеду, — заявила Л орел, скрестив на груди руки и недовольно глядя на сестру. — Это просто еще одна из ее уловок. Почти две недели прошло — и ни одного слова? А теперь мы ей понадобились. Это трюк, с помощью которого она хочет заставить нас поверить в то, что желает нам добра. А на самом деле мы просто нужны ей для поддержки, чтобы укрепить свое положение в обществе.
Гиацинта неприязненно посмотрела на свою неуживчивую сестру:
— Не вижу вреда в том, что нас представят двум уважаемым леди в Лондоне. Как ты сама неоднократно подчеркивала, чтобы общество нас приняло, оно должно узнать о нашем существовании. Думаю, я отвезу леди Хеппл отросток от папиного…
— Поверить не могу, как легко тебя обмануть. — Лорел вскочила и начала нервно мерить шагами комнату. — Это. либо ловушка, либо попытка нас подкупить.
— Подкуп? Зачем ей нас подкупать? Против нее у нас ничего нет, кроме нашей неприязни.
— Ты узнаешь и поразишься, — загадочно сказала Лорел и пошла прочь. Гиацинта лишь с недоумением посмотрела сестре вслед.
Лорел не стала делиться ни с кем тем открытием, что сделала, читая украденное у Джапоники письмо. Гиацинта считала воровство великим грехом, и, чтобы не разочаровывать сестру, Лорел позволила ей поверить в то, что все пять писем дошли до адресата нетронутыми. Содержание украдкой прочитанного Лорел письма было столь ошеломляющим, что она не решилась рассказать о том, что узнала, даже старшей сестре. Лорел тешила свое тщеславие тем, что имеет против мачехи нечто такое, что в один миг может свергнуть ее с тех высот, куда она, простолюдинка, забралась благодаря глупости папочки.
А между тем нахальная мачеха приобретала союзников, в то время как Лорел теряла их. Теряла тогда, когда больше всего в них нуждалась. Младшие стали отзываться о мачехе все лучше и лучше.
— Предатели! — зло пробормотала Лорел. Верно, лицо Циннии стало гораздо чище, а Пиона наконец-то за много лет избавилась от вшей. Что же касается купания, то и у него оказались свои преимущества. У самой Лорел цвет лица стал лучше, румянец ярче, а волосы более блестящими. И, о да, приятно было иметь в распоряжении горничную, пусть глупая девка и не смогла притащить в комнату Лорел лишнюю порцию еды. Но эти мелочи не могли умерить великого гнева, который закипал в ее груди при каждом упоминании Джапоники Эббот.
Была явная несправедливость в том, что это она, Джапоника, жила сейчас в Лондоне и получала приглашения, которые по праву должны были быть адресованы непосредственно Гиацинте и ей, Лорел. Несомненно, если чем их мачеха и обязана своей популярности, так это тем, что обманом завладела титулом Шрусбери.
— Смотри, что мы обнаружили! — Цинния бегом влетела в комнату. Сразу за ней показались Пиона и Бегония, все румяные с мороза, с блестящими глазами.
— Где вы были? — строго спросила Гиацинта, поскольку не давала им разрешения покидать дом.
— В городе у викария, — задыхаясь, сообщила Пиона.
— Отвезли одежду, которую на Рождество раздадут бедным, — покраснев еще сильнее, добавила Бегония.
— Все это ерунда, — нетерпеливо вставила Цинния. — Мы привезли из города такую сплетню! И сам викарий нам ее передал. Ни за что не догадаешься! В газете напечатана репродукция с рисунка, на котором изображен мирза… С кем бы вы думали? Нашей мисс!
— Она не наша мисс, — сурово заметила Лорел. — И что это ты имеешь в виду, говоря, что видела ее в газете?
— Не ее, а ее изображение. — Цинния протянула сестре «Морнинг пост». — Смотри, что тут написано.
Лорел выхватила газету из рук сестры и принялась читать заголовки.
— Ничего тут нет, кроме парламентских вестей, сообщения с мест военных действий, королевских декретов, сельскохозяйственных докладов и отчета о прибытии кораблей. Ничего о нашей мачехе.
— Смотри внутрь! — Пиона приподнялась на цыпочки.
— Ты увидишь. Лорел рванула газету на себя, и тонкая бумага разорвалась посередине. Кое-что на самом деле попалось ей на глаза. В верхнем левом углу разворота был рисунок, изображающий экзотического вида мужчину в парчовом халате, тюрбане и с кустистой бородой. Возле него была молодая леди, черты лица которой были переданы так, что узнать в ней кого-то конкретного не представлялось возможности. Быстро пробежав глазами по остальным страницам, Лорел ничего примечательного не нашла.
— Ничего не вижу о ней! — бросила Лорел и швырнула газету в сторону.
Цинния газету подняла.
— Вот, под картинкой с персидским послом. Колонка о том, что вчера мирза был принят королем в Сент-Джеймсском дворце. — Цинния прокашлялась, как перед официальным выступлением. — Там говорится: «Его превосходительство вернулся к себе в резиденцию, окруженную толпой столь многочисленной, что лакей его величества едва нашел пространство, чтобы поставить ногу, сходя с экипажа. Если бы не помощь патруля с Боу-стрит, дорогу до подъезда было бы невозможно очистить. Публика трижды прокричала „ура“ его превосходительству, когда ему удалось выйти из кареты».
— Ну и что? — Лорел скривилась в презрительной усмешке.
— Это еще не все. «По возвращении его превосходительства на Мэнсфилд-стрит он пригласил сэра Гора Узли и мистера Морьера отведать угощение, которое называется плов». — Цинния пропустила несколько строк. — Вот. Там говорится, что среди частых посетителей Мэнсфилд-стрит числится вдовствующая виконтесса Шрусбери, родом из Бушира, Персия. Вот, я же говорила!
— Позвольте мне посмотреть! — Лорел вновь выхватила у сестры газету и недобрым взглядом уставилась на рисунок.
— Это мисс рядом с мирзой. — Пиона просунула голову под рукой Лорел и ткнула пальцем в рисунок. — Мы узнали зеленую накидку, что она купила у мадам Соти.
— Дайте мне! — потребовала Гиацинта, но читать ей все равно пришлось через плечо Лорел. — В компании язычника… Наше имя упоминается вместе с этим, с этим…
— «Морнинг пост» называет его Благородной Персоной, — вмешалась Цинния. — И он довольно красивый.
— Он варвар, — заявила Лорел, хотя она достаточно хорошо рассмотрела скетч, чтобы отметить и рост, и осанку, и молодость «варвара». Единственное, что его портило, — это, пожалуй, борода. Как бы она, Лорел, сумела покрасоваться, окажись рядом с этим «варваром» вместо мачехи!
Ревность кипела в груди девушки. Она решила, что никогда не простит мачехе то унижение, которое та заставила ее испытать, выставив перед сестрами на посмешище ее игру на фортепьяно. И уж ни за что она не могла простить «самозванке» того, что прямо у нее перед носом увела лорда Синклера. А теперь еще и это — завоевала внимание джентльмена почти королевского ранга, даже если он и был иностранцем!
Последнее обстоятельство послужило последней каплей, переполнившей чашу терпения Лорел. Вся ярость, вся горечь унижения, вся ненависть к более удачливой сопернице вылились в безумный крик:
— Она с ума сошла! Полоскать имя отца! Она еще поплачет! Я сделаю так, что ей не поздоровится, увидите!
— Что ты имеешь в виду? — спросила Цинния.
— Ты ведь не сделаешь ничего, чтобы обидеть мисс? — тревожно спросила Пиона.
Осознав, что погорячилась, Лорел расправила плечи:
— Я не собираюсь исповедоваться перед мелюзгой. Гиацинта, ты была права. Нам надо ехать в Лондон. Сегодня же.
— И то же самое относится к большинству подруг Элмины, — с улыбкой продолжала миссис Хеппл, снисходительно ласково поглядывая на свою младшую дочь. — Юджиния Фарнсуорт обручена со старшим сыном лорда Эверли, а Джейн Симпсон, говорят, сговорена за наследника Каррадайна. Что касается остальных наших девочек, они сами должны искать себе пару.
— Благодарю вас за совет, леди Хеппл от себя и от имени моих дочерей. — Джапоника бросила взгляд на Лорел, которая за обе щеки уплетала торт.
— Не за что. — Леди Хеппл, заметив стремительно исчезающий торт, несколько утомленно спросила: — Еще чаю?
Обычный пятнадцатиминутный визит затягивался на неопределенное время из-за неожиданного предложения сына леди Хеппл показать мисс Гиацинте новейшую коллекцию растений в теплице. Леди Хеппл сама пошла против правил, заказав чай и торт для гостей. Увы, еда не помогла сделать беседу более непринужденной.
— Вы говорили, леди Эббот, что для вас лондонские обычаи внове. Позвольте мне заверить вас, что вам стоит только попросить у меня совета, и я с радостью расскажу вам обо всем, что касается дебюта юных леди в обществе. Я уже успешно выдала замуж двух старших дочерей. Но Алмина будет моим самым высоким достижением. — Леди Хеппл вновь улыбнулась своей юной дочери с хорошеньким личиком, бело-розовым, словно у фарфоровой куклы. Девушка скромно сидела, потупив глазки и сложив на коленях руки.
— О вас стоит позаботиться, — сказала Джапоника, обращаясь к юной дочери леди Хеппл, которая от золотистых кудряшек, обрамлявших кукольное личико с почти неестественной яркости синими глазами до мысков маленьких изящных ступней представляла собой воплощенную мечту любой матери. Впечатление портила лишь самодовольная улыбка, игравшая на губах девушки. Улыбка, которая делала очевидным тот факт, что девице не хуже других известны все преимущества, дарованные ей природой, и те неоспоримые выгоды, которые можно из этих преимуществ извлечь.
— Выдать двух дочерей за два года, — сказала Джапоника, глядя на гордую мать и не зная, кого должна в ней видеть: подругу или конкурентку, — это большой успех. Я даже не смею рассчитывать на подобное.
— Ерунда! Как только эта проклятая война закончится, в Лондоне снова будет достаточно джентльменов, чтобы выбрать мужа. — Миссис Хеппл слегка наклонилась к Джапонике и в снисходительно-материнской манере сказала: — Тем временем могу предложить вам совет. Не пытайтесь выдать больше чем одну дочь за сезон. Если вы будете поступать иначе, всем станет ясно, что вы испытываете тревогу. Найти супругов для дочерей, конечно, очень важно, но пусть люди не думают, что в этом ваша единственная цель.
— Дорогая матушка только и думает что о подходящих партиях, — сказала Лорел, наскоро проглотив только что откушенный кусок от нового торта, принесенного слугой в розовой ливрее. — Можно себе представить, что устройство выгодных браков ее конек.
— Должна сказать, что мы, матери, вынуждены стараться. Во имя блага наших дочерей. — Леди Хеппл неуверенно улыбнулась. С ее точки зрения, Лорел слишком развязно вела себя для девушки, которой только предстояло быть представленной в обществе. Ее развязность уступала разве что любви к сладкому. Она доедала третий кусок торта!
— Если я о ком и беспокоюсь, так это о Фарнлоу. Мой дорогой мальчик и слышать ничего не хочет своих обязательствах перед обществом и семьей. Он утверждает, что уже обручен со своей ботаникой, и я ничего не имею, против. Никто так хорошо не понимает, чего хотят мои розы, как Фарнлоу. И все же ему следует завести жену, чтобы заботилась о своем комфорте. Он же говорит, что еще не встретил ни одной леди, которая бы разделяла его страсть к садоводству. Он был бы счастлив иметь в подругах жизни компаньонку, которая бы, словно нищенка, моталась с ним по свету, но я говорю ему, что ни одна порядочная леди не захотела бы… — Леди Хеппл покраснела, причем румянец совершенно не шел к ее костюму из бронзовой тафты.
— Согласна, миссис Хеппл. Ни одна леди не захочет жить среди дикой природы. — Лорел улыбалась, и на губах ее еще оставались следы сливочного крема. Только что она съела четвертый кусок. — Но наша дорогая матушка сделана из другого, более грубого теста, чем мы, аристократы. Ее род прямо-таки расцвел в чужих краях. Пожалуй, через поколение разницы между язычниками и ее родственниками не будет никакой.
— Но я… — Леди Хеппл пребывала в полном замешательстве. — Я совсем не имела в виду ничего подобного!
— О, но ведь это так. Разве вы не читали в газетах, что наша дорогая матушка предпочитает компанию персидского посла всем прочим цивилизованным развлечениям, что может предложить Лондон. — Лорел говорила приторным тоном, таким же приторным, как и тот торт, который она доедала в одиночестве. — Я слышала, что он держит гарем и его слуги день и ночь не расстаются с кривыми саблями и готовы отрубить голову любому, кто ведет себя по отношению к хозяину недостаточно раболепно. Я думаю, что наша дорогая матушка так непринужденно чувствует себя в подобном окружении благодаря своему воспитанию. — Лорел со злорадной улыбкой повернулась к Джапонике: — Скажите нам, мамочка, мирза в личном общении такой же импозантный, каким появляется на публике?
Бедная леди, которая принимала у себя несносных Шрусбери, сдавленно вскрикнула и потянулась за чашкой. Поднося ее к губам, она пролила изрядное количество чая себе на колени.
В тот момент, когда Алмина протянула матери салфетку, Лорел со злорадным триумфом взглянула на Джапонику.
Джапоника подумала о том, что Лорел могла бы выбрать иной объект для того, чтобы изливать свою злобу, но подумала об этом с известной долей безразличия. Сердце ее было разбито, и все, что происходило с ней и могло произойти, не в силах было ни поднять ей настроение, ни серьезно ухудшить его. Но при этом Джапоника не могла не видеть того, что ее только что уничтожили в присутствии леди, которую ни одна из них не могла позволить себе оскорбить.
Две недели! И ни единого слова. Ни записки, ни карточки, ни цветка с того самого вечера, как он не явился за ней, обещав повести в оперу. Вывод напрашивался сам собой. Он ее избегал.
Ни один человек, с которым она разговаривала, не видел его и не получал от него вестей. Для того, что происходило, можно было найти два возможных объяснения. Память его восстановилась, и вместе с ней его презрение к Джапонике. Или ночь, проведенная с ней, удовлетворила его телесный голод, спровоцированный ревностью к мирзе, и теперь она больше ему была не нужна.
Джапоника не знала, какой из двух сценариев хуже. Ей хотелось растянуться на полу и плакать до тех пор, пока не умрет.
— Интересно, куда пропал Фарнлоу, — сказала Алмина, когда ее мать пришла в себя. — Я терпеть не могу, когда мой брат начинает читать лекции о ботанике. Ничего скучнее в жизни не видела. Бедная Гиацинта может погибнуть, если он решил сделать ее своей ученицей.
— Напротив, мисс Алмина. — Гиацинта появилась в дверях с достопочтенным Фарнлоу по левую руку. — Я провела самые прекрасные в моей жизни полчаса среди ваших роз, леди Хеппл. Я в восторге!
В голосе Гиацинты звучали весьма редкие для нее теплые ноты, и Джапоника решила все же попристальнее взглянуть на джентльмена, который был с ней, не смея поверить в то, что теплый тон вызван именно его присутствием.
Фарнлоу был среднего роста, хрупкого телосложения и одет просто и мрачновато. Его серьезное, но приятное лицо обрамляли сильно поредевшие кудри, напоминавшие нимб. Он производил впечатление человека работящего и чуждого мирских забот. Главной целью его жизни было создание совершенной розовой розы.
Не дожидаясь, пока хозяйка встанет, Джапоника вскочила на ноги.
— Мы должны идти, леди Хеппл. Вы — само терпение, если смогли выдержать наше общество в течение столь длительного времени.
— Ничего утомительного, уверяю вас, леди Эббот. — Но Джапоника видела, что хозяйка явно испытывает облегчение. — Вы должны еще раз зайти. Как-нибудь.
— Конечно.
«Когда дорога в ад вымерзнет и покроется льдом», — подумала Джапоника. Уже у двери она случайно подслушала разговор между Гиацинтой и Фарнлоу.
— Очень рад был с вами познакомиться, мисс Гиацинта. — Кажется, его нисколько не волновало то, что при разговоре с Гиацинтой он вынужден был задирать голову. — С нетерпением буду ждать записок вашего отца, касающихся восточных растений.
— Не могу представить себе человека, более заслуживающего того, чтобы приобщиться к тому, чему посвятил жизнь наш папа. — Гиацинта краснела как школьница. — Там, конечно, есть приписки на полях, нацарапанные наспех, которые вам, вероятно, будет трудно прочесть.
— Надеюсь, я могу рассчитывать па вашу помощь.
— Конечно, сир.
Джапоника вдруг подумала, что в свете деклараций леди Хеппл в его обращении к Гиацинте были необычная теплота и искренность. Для успешного произрастания брака требуется порой и менее благоприятная почва, чем разделенная любовь к ботанике.
И все же, оказавшись на улице, подобно холодному ветру, Джапонику хлестнула неожиданная мысль. Она вообще ничего не знает о том, как строятся настоящие брачные взаимоотношения. Любопытство, как, впрочем, и необходимость, подвигли ее на отчаянные поступки, заманили в берлогу Хинд-Дива. Сочувствие подвигло ее на брак с человеком, которого она уважала и который ей нравился, но никогда не стал бы ее мужем при иных обстоятельствах. Ложное чувство долга заставило ее покинуть сына ради устройства благополучного будущего неблагодарных девиц. Но тому безумию, что заставило ее провести ночь с человеком, которого она должна была бы презирать и ненавидеть, Джапоника не могла найти оправдания.
О! Но это несправедливо! Она не презирала его. Она чувствовала к нему… Пусть это навеки останется при ней. Если она произнесет это слово вслух, то до безумия уже рукой подать.
Джапоника отвернулась, когда лакей открыл перед ней дверцу экипажа. Слеза вытекла из уголка глаза и медленно поплыла по щеке.
— Я бы предпочла пройтись пешком, — сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь, и быстро пошла по улице, погруженной в ранний сумрак декабрьского дня.
— Ты глупая, тупая девчонка! — заявила Гиацинта после того, как Лорел рассказала ей вкратце о том, как вела себя у леди Хеппл.
— Не смей на меня орать! — Лорел поудобнее устроилась на сиденье. — Я сделала это ради нас обеих.
— Ради нас? Ты что, не понимаешь, что сделала? Подрывая ее репутацию, ты накликаешь беду на наши головы! Нас могут больше никогда никуда не пригласить.
— Ты придаешь этому слишком много значения, — ответила Лорел. — Как только она поймет, что ее имя предано анафеме, она быстренько уберется из Лондона и мы придем в себя. В конце концов, она для нас никто.
— Ты вообще ничего не понимаешь в жизни, — сердито заявила Гиацинта. — Ты глупа и самонадеянна! Я всегда говорила, что твой дурной характер господствует над здравым смыслом. Если из-за твоих инсинуаций леди Хеппл откажется меня принимать, я никогда тебя не прощу! Может, наша мачеха и не совсем та, которую бы мы хотели видеть своей ближайшей родственницей, но до сих пор она была к нам весьма щедра и, признаться, полезна. — Гиацинта кивнула в подтверждение своим мыслям. — Проклятие на тех, кто кусает ту руку, что кормит их.
— Не хватало еще тебе читать мне проповеди! У меня-то нет секретов, которые нужно ото всех прятать! Это не я соблазнила лорда Синклера под нашей крышей. Кто притворяется, будто она лучше нас, а сама простая шлюха!
— О чем это ты говоришь?
— Ну, теперь-то я тебя заинтересовала. Я знаю о ней кое-что такое, что она очень старается от нас скрыть.
— Хотелось бы мне знать, как эта информация была получена. Подслушивала под дверью? Подглядывала в замочную скважину? Воровством, ложью, соглядатайством? О, какие замечательные качества для настоящей леди!
— Мое поведение не твоего ума дело. Хочешь знать то, что знаю я? Вот оно. У нашей дорогой мачехи есть незаконнорожденный ребенок!
У Гиацинты глаза чуть не вылезли из орбит.
— Господи! Скажи, что ты пошутила!
— Сын, — подтвердила Лорел. — Зовут Джейми. Я все про него прочла в одном из тех писем, что она получила. Ему нет и шести месяцев, и он живет в Португалии с няней. Я держу это письмо при себе.
Гиацинта закрыла глаза и откинулась на сиденье, да так, что ударилась головой о стену кареты.
— Это значит, что для нас все потеряно!
— Это для нее все потеряно! — Лорел довольно улыбалась. — Подумай, что будет, когда об этом напечатают в газетах! У вдовствующей виконтессы Шрусбери есть незаконный ребенок.
— Но тогда… — Гиацинта едва дышала, — у нас есть брат!
— Чепуха. Ребенок родился в результате греховной связи. Скорее всего от какого-то перса. Я написала мистеру Симмонсу, чтобы тот навел справки. Мы должны получить доказательства.
Гиацинта открыла глаза и уставилась на сестру:
— Ты маленькая дура! Ты что, не понимаешь? Она родила сына, ему шесть месяцев, говоришь? Следовательно, это случилось ровно через девять месяцев после свадьбы. Он по закону является наследником Шрусбери!
Улыбка Лорел слегка поблекла, когда до нее начало доходить, чем этот факт может обернуться против нее лично.
— Конечно, нет! Если бы ребенок был законным, она бы непременно привезла его в Лондон, чтобы все видели, что она не только вдова виконта, но и мать виконта!
— Должно быть, у нее были причины хранить молчание, — пробормотала Гиацинта.
— Вот и я о том! Он бастард. Итак, если мы выставим ее…
— Заткнись, Лорел! Мы должны прекратить эти расспросы, пока не поздно. С кем еще ты поделилась своим открытием?
— Ни с кем. — Лорел выглядела растерянно-сконфуженной, как человек, решивший разыграть с ближним шутку и вдруг осознавший, что пошутил над собой. — О, я, кажется, упомянула об этом, когда послала записку лорду Шрусбери.
— Что ты сказала? Ты что, не понимаешь, что он может лишиться титула, если ребенка признают законным наследником? Ты посмела сообщить об этом тому, кто больше других заинтересован в том, чтобы объявить всем и каждому, будто наша мачеха осквернила супружеское ложе и родила бастарда! Молодец, сестрица. Ты сама и вбила крюк, за который будет повешена наша репутация.
Лорел чувствовала себя так, будто черти с рогами наступают на нее со всех сторон. Она надулась, глядя па сестру с той же степенью враждебности, что и Гиацинта на нее.
— Вот какова твоя благодарность! Прекрасно! Я не думала, что моя родная сестра от меня отвернется. В конце концов, я для нас это сделала. Если бы ты не шаталась по саду с этим придурком Фарнлоу, ты бы увидела, как она выбивается в люди за наш счет. Да, теперь я вижу! Я одна думаю о счастье семьи!
Раздался громкий шлепок. И лакей на запятках, и возница услышали этот звук — смачный удар ладони о щеку, но оба решили сделать вид, что ничего не заметили. В конце концов, они могли и ошибиться, ибо не станут же две юные леди драться в карете, проезжающей по самому респектабельному району столицы.
Джапоника была благодарна персам за то, что у них принято пить кофе, напиток более стимулирующий и согревающий, чем традиционный английский чай. Вымокшая насквозь под мокрыми хлопьями, с ледяной водой, хлюпающей в кожаных, пропускающих воду ботинках, она готова была расплакаться от жалости к себе, когда странного вида экипаж остановился возле нее на улице Пэлл-Мэлл. Пассажиры экипажа, мирза Хасан и сэр Узли, любезно предложили подвезти ее.
Она уже не помнила, какую придумала отговорку, объясняющую ее присутствие на улице — одной, без сопровождения, в промозгло-холодный день и в мокрой обуви. Собственно, пассажиры кареты не очень ее и слушали. Вид у нее был настолько промерзший и жалкий, что сэр Узли, не тратя время впустую, поспешил накинуть ей на плечи свой подбитый мехом плащ, а мирза укутал ее ноги в полог из соболиного меха.
Они галантно решили изменить маршрут и доставить ее домой, а потом уже вернуться к дому мирзы, но, поскольку резиденция мирзы оказалась ближе, а Джапоника нуждалась в том, чтобы как следует согреться, то отвезли ее туда. Леди Эббот с благодарностью приняла приглашение. В доме на Мейфэр ее не ждало ничего хорошего. Видеть своих драгоценных падчериц она не имела ни малейшего желания.
В доме у мирзы ее плащ, шляпка и туфли были отданы слугам для очистки и просушки, а сама Джапоника, сидя на полу на подушках, которые мирза предпочитал стульям, впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему легко и уютно. К счастью, от нее не требовалось блистать остроумием и развлекать хозяина. Сам перс пребывал в разговорчивом настроении, повествуя об удовольствиях, коим он предавался с тех пор, как после посещения Сент-Джеймского дворца снял с себя добровольный домашний арест.
— Лондонские дома, хотя и великолепные, все на одно лицо! — восклицал мирза. — Поэтому весьма разумен обычай, когда над каждым входом хозяин краской пишет свое имя. При этом дома строят в четыре этажа, чтобы слуги могли жить под одной крышей с хозяевами и быть все время под рукой. У нас даже в столице такого обычая нет. Я нахожу удобным то, что конюшни и каретные находятся в заднем дворе каждого дома. И еще огромные стеклянные фонари, что свисают с железных крюков над каждой входной дверью, столь ярки, что слепят глаза. Я написал его величеству, как замечательно то, что лондонской зимой, когда на улице так темно, что кажется, будто утро никогда не наступает, солнце и луну людям заменяют фонари, горящие весь день.
Все присутствующие засмеялись вместе с персом, разделяя его отношение к английской зимней погоде.
— И магазины тоже хороши, — продолжал посол. — Мне сказали, что каждая лавка спроектирована так, чтобы было удобно вести торговлю именно тем товаром, что она предлагает. Важно также то, что магазины имеют вывески. И в то же время мне было очень горько наблюдать, что в таком замечательном городе столько пьяниц, безумцев и воров.
— Что вас заставляет так думать, ваше превосходительство? — удивленно спросил Узли.
— Как что? Хотя бы то, что двери всех магазинов держат закрытыми и открывают, только если покупатель постучит. В нашей стране все лавки стоят открытыми, а товар выставлен на обозрение всем, кто проходит мимо.
— Не может быть, чтобы у вас не было ни одного вора, — сказал один из присутствующих.
— И у нас есть воры. Но только у нас вору отрубают ту руку, которая украла. Хорошее напоминание о том, что красть грешно.
Для Джапоники напоминание об отрубленной руке было весьма некстати.
— Уверена, что не всякий, у кого нет руки, считается у вас вором. Лорд Синклер, например, тоже потерял руку.
Мирза посмотрел на гостью пристально и заговорил на персидском:
— Лорд Синклер великий и замечательный человек. У каждого великого человека много врагов. К несчастью, даже великие люди иногда попадают в западню, расставленную завистниками.
Теперь Джапоника точно знала, что мирза знает о том, кем на самом деле был лорд Синклер, хотя и не сказал ей об этом прямо.
— Последнее время лорд куда-то пропал из города, — сказала Джапоника, надеясь, что тон ее высказывания не привлечет внимания и сойдет за какую-то дежурную фразу для поддержания разговора.
— Его нет в городе, леди Эббот.
Когда Джапоника повернула голову к сиру Узли, он добавил:
— Десять дней назад он пересек Ла-Манш. Я думал, вы знаете.
— Нет, я не знала, — сказала Джапоника и на миг прикрыла глаза. Ей показалось, будто ей воткнули нож в сердце. Девлин уехал из Лондона! Уехал из Англии! Ушел из ее жизни навсегда! Ни слова не сказал! Что-то внутри ее треснуло, надломилось. Ей почудилось, будто все тепло разом утекло из нее и члены сковал холод.
— Мемсагиб страдает от холода, — услышала она. Мирза хлопнул в ладоши, и к ней подскочил слуга, предлагая вторую соболиную шубу. Одна уже была у нее на плечах.
Она взяла ее не потому, что нуждалась в ней, а потому, что даже в своем состоянии чувствовала, что к ней прикованы все взгляды. Если она примется отказываться, то это воспримут как дамское кокетство и предложение к обмену любезностями. А этого Джапоника не хотела.
Она с улыбкой подняла взгляд.
— Как это в духе лорда Синклера даже членов своей семьи не уведомить об отъезде! Полагаю, так поступают воины, поседевшие в боях: уезжают тайно, если речь идет о путешествии в логово врага.
— У меня сложилось впечатление, что отъезд его был продиктован причинами личного характера, — сказал сир Узли и с улыбкой добавил: — но будьте уверены, с ним ничего не случится. Наш друг умеет за себя постоять, не правда ли, ваше превосходительство?
— Да благословит его Аллах всемогущий, — сказал мирза, не сводя с Джапоники глаз. — Но оставим эту тему. Мы опечалили леди разговорами о врагах и интригах. Полагаю, каждый джентльмен должен видеть свой долг в том, чтобы леди улыбалась.
Мирза повернулся к мужчине, сидевшему от него по правую руку кавалерийскому офицеру:
— Расскажите мне побольше об этих штуках, карманных часах, полковник. Вижу, что в Англии каждый мужчина их носит, любого ранга и любого достатка. Я бы приобрел себе часы, чтобы больше ценить необходимость регулярности во всем. От еды до деловых встреч. Хотя, как мне кажется, такое строгое соблюдение режима организму не на пользу.
Джапоника продолжала уважительно слушать, улыбаться и даже вставлять слово-другое, когда возникала видимая необходимость. Но при этом ее не покидало чувство, что огонь, зажженный в ней больше года назад, выгорел. Ни соболиный мех, ни жар сдобренных благовониями углей в меднике, ни даже благосклонная улыбка красавца перса не могли вернуть ее к жизни.
Когда наконец ей принесли высушенные и вычищенные вещи, Джапоника почти с той же радостью воспользовалась возможностью покинуть компанию мирзы, с которой согласилась стать его гостьей. Если бы не этот визит, она бы так и не узнала, что произошло с Девлином, как и не узнала бы о том, что всем ее мечтам положен конец. Чем бы он ни объяснил свой отъезд из страны, Джапоника знала настоящую причину. Ей только и оставалось, что устраивать судьбу падчериц Да дожидаться приезда Джейми с Агги. Как только Джейми будет с ней, даже боль от потери Девлина станет терпимой.
Джапоника села в карету мирзы, чтобы ехать домой. Да, прав посол. Англия действительно зябкое и мрачное место, в котором она никогда больше не почувствует себя по-настоящему согретой.
— Они ждут вашего приезда в гостиной на первом этаже, — сообщил Бершем, открывая перед Джапоникой дверь в дом.
— Я слишком утомлена, чтобы иметь дело с сестрами Эббот. Скажите им, что я буду с ними ужинать, и пусть тогда изливают на меня яд своих сердец.
— Они не одни, — сказал Бершем. Джапоника замерла, уже занеся ногу на первую ступеньку лестницы. — С ними мистер Симмонс.
— Нотариус?
— Да, миледи.
— Должно быть, они изобрели какую-то новую тактику, чтобы доводить меня. Ну что же, я иду.
Джапоника не стала задерживаться перед тем, как зайти в гостиную. На всех парах в стан врага.
— Добрый вечер, Гиацинта, Лорел, мистер Симмонс. Все трое сидели за чайным столом, напряженно застыв, словно изваяния.
— Если это очередная попытка поймать меня в капкан, боюсь, время выбрано неудачно. Вы вывели меня из терпения. Прошу вас, быстрее переходите к делу, пока я не указала вам на дверь.
Гиацинта вскочила на ноги и с выражением крайней тревоги на лице сделала шаг навстречу Джапонике. «Боже, она даже руки заломила от волнения!»
— Я… мы имеем сообщить вам важную новость. Лорел сделала нечто ужасное!
Джапоника смотрела на Гиацинту взглядом постороннего и почти автоматически отметила, что выражение крайнего расстройства на ее лице, обычно таком решительно-волевом, делает ее жалкой.
— Я не знала об этом. Я должна была бы остановить Лорел. Несмотря на нашу… мою прежнюю к вам враждебность, я молю вас поверить мне, я бы ее остановила.
— Сомневаюсь, — не без язвительности сказала Джапоника. — Итак, в чем на этот раз меня обвиняют? В том, что я разбазариваю семейный бюджет на покупку бриллиантов?
Гиацинта оглянулась, прежде чем продолжить:
— У нас есть основания полагать… Дело в том, что Лорел выкрала одно из ваших писем…
— Бисмалла! — Внезапный возглас Джапоники отбросил Гиацинту на два шага назад.
— Позвольте мне. — Мистер Симмонс подошел к Джапонике, краснея и обливаясь потом. Лицо Гиацинты сделалось серым, словно ее окунули в пепел. — Я бы попросил вас о любезности присесть и выслушать меня до конца, леди Эббот.
— Я не желаю, чтобы вы здесь надолго задерживались, и потому присаживаться не собираюсь. — Джапоника скользнула взглядом за плечо мистера Симмонса, туда, где, словно жирная медуза, сидела Лорел и, уставясь на Джапонику, надеялась взглядом превратить ее в камень.
— Итак, — начал мистер Симмонс, — мисс Лорел Эббот уполномочила меня навести справки по весьма деликатному вопросу. — Он покраснел настолько, что, глядя со стороны, можно было подумать, что его вот-вот хватит удар. — Быть может, леди Эббот все же хочет присесть? Нет? Тогда я вынужден перейти к существу. Речь идет о ребенке, о сыне, если вы позволите, который, как мы полагаем, живет в Португалии… — Его подобострастный голос сошел на нет под уничтожающим взглядом Джапоники.
— Вы навели справки, как я вижу. — Джапоника перевела взгляд с нотариуса на Гиацинту.
— У вас есть сын? — прошептала Гиацинта.
— Да, — ответила Джапоника и улыбнулась: настолько легко оказалось наконец сказать правду.
— Я знала! — Лорел бросилась к Джапонике с выражением злобного восторга. — Вы хотели лишить нас наследства! Вот каков был ваш дьявольский план!
— Если бы это было так, я бы привезла Джейми с собой в Лондон, но я не хотела никого лишать наследства.
— Я вам не верю, не верю! — Лорел брызгала слюной. — С самого начала я знала, что вы не желаете нам добра! Я знала это! Разве я не говорила, что она явилась сюда, чтобы забрать у нас отцовское наследство?! — кричала Лорел, обращаясь на этот раз к Гиацинте и мистеру Симмонсу. — Если ее ублюдку позволят наследовать, то мы лишимся всего, даже Крез-Холла!
— Ты истеричка! — сказала Джапоника с презрительной усмешкой, но и Гиацинта, и мистер Симмонс смотрели на нее с такой враждебностью, что Джапонике стало совершенно ясно: все, чего ей удалось достичь за последние несколько недель, пошло прахом.
— Я не позволю! Не позволю! — Давясь слюной от гнева, Лорел набросилась на Джапонику, поторопившуюся отступить в сторону. Еще мгновение, и Лорел была уже у дверей.
— Куда это ты собралась? — крикнула Джапоника, впервые по-настоящему встревожившись.
— Не ваше дело! Вам меня не остановить! — бросила в ответ Лорел.
На мгновение виконтессе пришла в голову мысль приказать слугам затащить Лорел в се спальню и запереть, но это не решило бы ничего. Какая разница: через несколько дней или часов весь Лондон будет в курсе ее, Джапоники, личных обстоятельств. Мельничный жернов, который мелет сплетни, уже был запущен, и остановить его не представлялось возможным.
— Я попытаюсь ее разубедить, — вызвался мистер Симмонс и выбежал из комнаты следом за Лорел.
— Хотелось бы, чтобы у него получилось, — сказала Гиацинта. От гнева у нее саднило горло.
— У него не получится.
Очень скоро по городу поползут сплетни, круто замешенные на подозрениях, домыслах, скандальных подробностях, почерпнутых у заинтересованных лиц. Нравится это Джапонике Эббот или нет, но ей предстоит стать гвоздем сезона — самой скандально известной дамой Лондона.
— Что нам делать? — шепотом спросила Гиацинта, впервые в жизни почувствовав себя по-настоящему растерянной.
— Что делать? То же, что собирается делать едва ли каждая семья в Лондоне. Поедем домой на Рождество.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шалость - Паркер Лаура



Замечательный роман! Автору из, в общем, банального сюжета удалось создать, действительно захватывающие произведение, которое читается на одном дыхании. Чего стоят только главные герои - он, сильный мужчина, воин, она - образованная, здравомыслящая женщина, что уже необычно для героини любовного романа, где действие происходит в начале 19 века. Но роман силен еще и второстепенными героями: падчерицы Джапоники или колоритный персидский посол, интересны сами по себе. Очень советую прочесть, особенно тем кто ценит в романах не только действие, но и хорошие, остроумные диалоги и красивую любовную историю!
Шалость - Паркер ЛаураВера
5.12.2010, 12.46





Очень интересная книга! До самого конца хотелось дочитать.
Шалость - Паркер ЛаураНаталья
22.08.2011, 14.03





Интересная книга.
Шалость - Паркер ЛаураКсения
10.01.2013, 14.33





Присоединяюсь к рецензии Веры. Целиком с ней согласна.
Шалость - Паркер ЛаураВ.З.,65л.
31.05.2013, 7.51





Очень понравился роман. Легко читается. Присоеденяюсь к комментариям Веры.
Шалость - Паркер ЛаураОксана
24.09.2013, 19.50





Очень понравился роман. Легко читается. Присоеденяюсь к комментариям Веры.
Шалость - Паркер ЛаураОксана
24.09.2013, 19.50





Роман из тех, что "аж дух захватывает".Абсолютно всё в нём понравилось, но всё-таки хочется выделить сцены любви, ну очень красиво описаны. Л.Паркер однозначно пополняет список любимых авторов.
Шалость - Паркер ЛаураИванна
16.02.2014, 17.35





Замечательно! Прекрасно! Интересно!
Шалость - Паркер ЛаураТаня
21.02.2014, 10.54





Очень понравилься роман. Интересный сюжет и главные герои понравились. Очень захватывающий роман.
Шалость - Паркер ЛаураЯна
25.02.2014, 23.13





govno
Шалость - Паркер ЛаураFedora
26.02.2014, 0.58





Один раз можно прочитать.
Шалость - Паркер ЛаураК
18.05.2014, 22.33





хотелось бы немного остроты, а то такое впечатление, что многое осталось за кадром. А в общем не плохо.
Шалость - Паркер ЛаураЛюдмила
12.08.2014, 20.54





Я в полном восторге. Это очень продуманное и интеллектуальное произведение. РЕКОМЕНДУЮ БЕЗОГЛЯДНО- ДЛЯ ИСТИННЫХ ЦЕНИТЕЛЬНИЦ ЖЕНСКОГО РОМАНА
Шалость - Паркер ЛаураБелла
4.10.2014, 12.40





Я в восторге, захватывающий роман. мне очень понравилось! Сюжет не избит. Тут вам и приключения и любовь. 10 баллов. Читать обязательно.
Шалость - Паркер ЛаураЮля
25.01.2015, 14.12





класс!
Шалость - Паркер ЛаураНана
26.01.2015, 20.05





Белла, согласна с Вами - роман для истинних ценительниц женского романа.И читается легко, и диалоги умные. А как красиво проведена ассоциативная линия между гл.героями (Хинд-Див и Джапоника) и парой павлинов! 10 баллов.
Шалость - Паркер ЛаураЖУРАВЛЕВА, г. Тихорецк
16.06.2015, 22.31





Не в восторге. Герои невыразительные. Намешано всего, Багдад, Лиссабон, Лондон, а ничего толком не прописано. Этот букет девиц совершенно надуманная линия. Не убедила. Это когда читаешь и не веришь.rnОценка 4.
Шалость - Паркер ЛаураЛилия
13.09.2015, 21.45





прекрасная книга.
Шалость - Паркер ЛаураВАЛЕНТИНА
23.09.2015, 22.12





Замечательный роман, интересный и не такой избитый, не приевшийся сюжет.
Шалость - Паркер ЛаураЕлена
15.01.2016, 6.01





В большой череде любовных романов - это произведение стоит наособицу, т. к. роман написан талантливой рукой. Конечно, не совсем удались образы сестер, уж больно быстро они из мегер превратились в более или менее приличных леди. Зато главные герои хороши. Мне совершенно непонятно почему у романа такой низкий рейтинг, я ставлю уверенную 10.
Шалость - Паркер ЛаураВераника
15.01.2016, 21.47





Чудесный роман. Описание любовных сцен - поэзия Востока. Сильные эмоции, сильные характеры. Мне понравилось.
Шалость - Паркер ЛаураElen
15.01.2016, 23.14





Да!!! Роман, не оторвешься!!! Супер!!!! 10+
Шалость - Паркер Лаурамэри
16.01.2016, 13.04





Хороший роман, слегка затянут.
Шалость - Паркер ЛаураКрасотка
16.01.2016, 23.41





Чуть было не прошла мимо этого ЗАМЕЧАТЕЛЬНОГО романа!!! Не буду расписывать какие замечательные гл.герои,второстепенные,сюжет,слог автора,юмор и так можно продолжать и продолжать... Одно хочу сказать, ЧИТАТЬ ОДНОЗНАЧНО! 10 баллов с "+"!!!
Шалость - Паркер ЛаураАлександра Ха 27
18.01.2016, 0.55





замечательный роман 10 балов
Шалость - Паркер Лауратату
19.04.2016, 21.39





Можно почитать, неплохо, на 7 из 10. Согласна с Лилией, которая выше писала, что понамешано всего в романе много, а толком ничего не прописано. Так оно и есть, и от этого все это выглядит не очень убедительно. Вроде интрига выдумана неплохая, гл. герои интересны, но все это вместе как-то "не живет". До середины динамично и читается влет, а дальше нудно и пресно. И сестры эти, вроде все аристократки, все с бешеным норовом, а наша юная купеческая дочка их всех мигом уделывает, а они и рады.. эх, ну где тут правдивость-то?!
Шалость - Паркер Лаурагость
13.05.2016, 0.35





Очень хороший роман !
Шалость - Паркер ЛаураMarina
13.05.2016, 12.11





Оооочень классный роман.а тётя вообще клевая)))))
Шалость - Паркер ЛаураЛала
19.05.2016, 15.44





одно имя только чего стоит
Шалость - Паркер Лауралёлища
27.07.2016, 21.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100