Читать онлайн Потерять и обрести, автора - Паретти Сандра, Раздел - 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Потерять и обрести - Паретти Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.5 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Потерять и обрести - Паретти Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Потерять и обрести - Паретти Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Паретти Сандра

Потерять и обрести

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

17

Красноватые сумерки вплетались отдельные лучи света. Розовые перья страусиного опахала мерно ходили туда-сюда; склонясь над пяльцами, сидела женщина и нанизывала переливающиеся жемчужины на иголку. Все в этой картине было Каролине знакомым и в то же время чужим. Она постоянно являлась ей в бреду, напоминая о том, что по другую сторону болезни существовало и что-то другое, но лишь для того, чтобы распасться в следующий момент. И сейчас она ждала, что картина растает. Но она не исчезала и становилась четче. Эта женщина там, в ногах ее постели, одетая в коричневый муслин, погруженная в свою вышивку, – не Камея ли это? Каролина пошевелила руками под одеялом. Они слушались ее. Она открыла глаза. Все вокруг осталось на своих местах. Но комната, в которой она лежала, была другой. Красные платки со странными знаками покрывали стены. И что значили эти бусы из синих, нанизанных, будто жемчуг, кусочков дерева и пахнущие мускусом шнурки, которые надели ей на шею?
Она пошевелилась. Камея тут же отложила свою работу и подошла к кровати. Она склонилась над своей подопечной. На ее лице было написано замешательство, словно она увидела восставшую из мертвых. Камея положила ей на лоб свою мягкую ладонь. Она уже не верила, что белокожая женщина когда-нибудь очнется, несмотря на красные магические платки, посыпанный на пороге порошок из натертых верблюжьих костей и целебные бусы. Однако случилось чудо, и жар спал. Камея видела ясные глаза, ищущий, осознанный взгляд. Берберка подбежала к каменной балюстраде террасы и срывающимся голосом закричала что-то вниз, во двор. Сначала в ответ на ее сообщение стояла глубокая тишина. Потом поднялся оглушительный гвалт перекрывающих друг друга голосов. Камея быстро вернулась назад, к больной.
На секунду Каролине пришлось закрыть глаза от яркого солнечного света.
– В чем дело? – ошеломленно спросила она.
Жесткие, почти мужские черты берберки вдруг озарились той внутренней сияющей красотой, которая порой делает особо привлекательными иные некрасивые лица.
– Вы живы, – сказала она, – и все вздохнут спокойно. Прежде всего, Ах-Поо-Че-Хоо, врач. Через час его должны были вымазать дегтем и живьем содрать с него кожу. Он был бы третьим, которого повелел убить король, потому что он не смог победить вашу болезнь. – Камея с гордостью посмотрела на Каролину. – Он был вне себя от отчаяния. Вот уже больше ста дней и ночей не гасят костры у домов с фетишами.
Каролина приподнялась, поддержанная руками берберки.
– Так долго?
Она оглядела комнату: с красными завешанными стенами и окнами, львиными когтями над дверью и пучками звериной шерсти, она тоже походила на дом с фетишами. Теперь она поняла значение этих предметов, а также бус и шнурков на своем теле. Ей стало не по себе.
Камея подсунула подушки ей под спину. Потом взяла чашу с розовой водой и смочила ее лицо и ладони.
– Вы всегда успокаивались, когда я обмывала вас, – заметила она.
Каролина не мешала ей. Она глубоко вдыхала аромат воды. Все вызывало в ней удивление от нового ощущения возвращения к жизни.
– Это вам тоже нравилось, – сообщила Камея, растирая между пальцами немного миндального молока с черепаховым маслом. Все свое умение и богатые познания в области тайн женской красоты она употребила на то, чтобы каждый час своей болезни Каролина оставалась красивой, как женщина, ожидающая возлюбленного. Она расчесывала щеткой ее волосы, красила ей губы в пурпурный цвет, натирала тело все новыми благовониями и маслами.
Каролина улыбнулась Камее.
– Нельзя ли закрыть ставни?
Внезапно неведомые ранее ощущения привлекли все ее внимание: жизнь в ее чреве. Она замерла, полулежа, и почувствовала явные толчки ребенка. Она прислушалась к себе, потрясенная, что абсолютно забыла ту, вторую жизнь в себе, и в первый момент вновь обретенной жизни воспринимала только саму себя. Вот опять. Ее ребенок! Каролина положила руку себе на живот, чтобы еще лучше почувствовать, как он шевелился там. Ей казалось, что она нащупала округлость головки. Каким крошечным было это существо! Таким малюсеньким, что почти не изменило ее тела.
Она сделала то, что еще ни разу не делала: занялась подсчетами. Почти семь месяцев. Ей почудился смех ее отца: «Женщины из рода Ромм-Аллери всегда до последней минуты танцевали и скакали на лошади. Езда верхом и танцы избавляют от необходимости заводить для этого случая новый гардероб».
Камея подошла к кровати со стаканом верблюжьего молока. От кисловатого запаха Каролине чуть не стало дурно. Она протестующе затрясла головой.
– Когда вы болели, вы все время пили его, – удивилась Камея.
– Это когда я болела, – ответила Каролина. – А теперь я скоро поправлюсь. Принеси мне поесть, как следует поесть. Я хочу есть за двоих.
Каролина с аппетитом поела, но утомление и слабость одолели ее, она откинулась на подушки и заснула. Ничто не могло ее разбудить: ни шум праздника, заполнивший весь дворец, ни возня Камеи. Лишь вечером она проснулась от приступа голода.
Комната была освещена светом керосиновой лампы. Со стен и окон исчезли красные шали и фетиши. На столике из эбенового дерева больше не было флакончиков и чаш со странными лекарствами, а стояли сладости, фрукты и кувшин с водой.
Стул Камеи был пуст. Пяльца и нитки с нанизанными кораллами лежали на полу. У двери на террасу силуэтом, сплетенным из света и тени, сидел карлик и смотрел вниз во двор, из которого доносились звуки праздника.
Каролина откинула одеяло. Когда она спустила ноги на пол, у нее на миг закружилась голова. Она подождала, чтобы вещи стали на свои места. С улыбкой посмотрела на свой живот, опять начиная мысленный разговор с ребенком, которого носила. Конечно, со стороны постороннему взгляду ничего не было заметно, и все же она подозревала, что ее состояние не могло укрыться от зоркого глаза Камеи. Каролина подошла к сводчатому окну, выходившему на террасу. Веер карлика быстро задвигался, перья его одеяния колыхались при малейшем движении воздуха. Он, должно быть, услышал ее шаги, но не подал вида. Она подумала о своем ребенке и о том, что должна уберечь его от всего дурного.
Четверо евнухов, одетых в богато расшитые белые шерстяные накидки, стояли снаружи на посту. Вид на внутренний двор был закрыт для нее выступающей террасой. Она видела лишь подрагивающий отсвет большого костра да мелькание на белой стене гигантски увеличенных теней танцоров, прыгавших под бешеный ритм пронзительных флейт.
Пламя свечей колыхнулось, когда Камея захлопнула за собой портьеру. Она быстрыми шагами подошла к Каролине.
– Хок-Тан-Хоон идет по распоряжению жрецов, – успела шепнуть она.
И тут же вошел завернутый в ядовито-зеленый шелк колосс и остановился посреди комнаты. Рядом с Хок-Тан-Хооном слуга держал серебряный поднос с маленьким ножичком.
Каролина равнодушно отметила все это, а также коварное выражение на заплывшем жиром лице церемониймейстера, Хок-Тан-Хоон молча протянул ножик Камее. Не успела Каролина сообразить, в чем дело, как Камея отрезала у нее локон. Хок-Тан-Хоон взял локон и ножик, поклонился Каролине и вышел.
– Что все это значит? – удивленно спросила Каролина. – Зачем им мои волосы?
– Для короля и для оракула.
– Оракула? – Она вопросительно посмотрела на Камею.
Вокруг глаз берберки обозначились лучики морщинок. До этого Каролине не бросалась в глаза строгость ее лица, его напряженное выражение, часто свойственное очень чувственным женщинам в зрелые годы. – Король созвал Совет жрецов, – пояснила Камея. – Они спросят священных крокодилов. Для этого им нужны ваши волосы. Перед каждым важным решением спрашивают крокодилов. А это – очень важное решение: король хочет сделать вас своей королевой.
Кровь отхлынула от лица Каролины.
– Нет, – выдавила она. – Никогда. Этому не бывать.
Она опустилась на край кровати. Единственная мысль владела ею: бежать! Но куда? Уже на пороге ее задержит стража. Воины стояли повсюду – у каждой лестницы, над каждой галереей. И даже если бы ей удалось добраться до вала и вырваться из города, что ожидало бы ее там? Люди дона Санти. Если она не попадется им, что тогда? Пустыня, чужая, незнакомая страна, чужие, незнакомые люди. Был только один путь. Она поднялась.
– Камея, я хочу видеть короля. Отведи меня к нему!
Берберка попятилась назад и в ужасе замахала руками.
– Я не слышала ваших слов! Король выбрал вас. Произойдет то, что будет решено, хотите вы того или нет. Единственный, кто может это предотвратить, – это оракул. Но я бы на вашем месте не пожелала такого… Хотите присутствовать при этом? Это все, что я могу для вас сделать. Я знаю одно место, откуда видна вся роща священных крокодилов. Я могу отвести вас туда. Если оракул будет против женитьбы короля, вы свободны. Еще ни один государь Дагомеи не осмелился ослушаться оракула.
– Веди меня туда, – сказала Каролина.
Камея молча кивнула. Быстро убедившись, что евнухи не наблюдают за ними, она набросила Каролине на плечи шерстяную накидку. Шепнула карлику несколько слов, потом потянула Каролину за собой в глубь комнаты. Она коснулась висящего рядом с ковром на стене шнура, и ковер бесшумно сдвинулся вбок. Узкая лестница вела вниз.
– Держитесь все время за мной, – прошептала Камея.
Свет восходящей луны освещал аркады длинного перехода, тянувшегося между женской половиной дворца и королевскими садами. Через хитросплетения кривых лесенок и ходов они вышли наружу. Молча женщины прошли через лесок, вырубленными полянами и оставшимися пеньками напоминавший незаконченный парк. В нескольких шагах от них какое-то животное выскочило из подлеска. Длинными прыжками по вырубке пронеслась газель, потом остановилась, подняв голову и принюхиваясь. Ярко освещенное лунным светом, появилось стадо быков с опущенными рогами, черных и блестящих, будто выбитых из вулканических пород. На деревьях сидели сарычи.
– Роща священных животных, – прошептала Камея. – Уже близко.
Теперь Каролина разглядела ограду заповедника: решетку, натянутую между стволами деревьев; при ночном освещении она казалась не крепче паутины, покрытой капельками росы. Может, тишина была тому виной? Нереальная красота этой ночи и словно заколдованные животные? Мягко струящийся, всюду проникающий лунный свет? Позабыв, что животные были такими же пленниками, как она сама, Каролина подумала, что вступила в рай. Значит, и плен может быть раем? Она испугалась этой мысли. Неужели она уже так далеко зашла в своем смирении? Неужели она готова покориться неизбежному и не восставать больше? Что же ее так изнурило? Перенесенная болезнь? Слишком долгое ожидание чуда?
Деревья подступили ближе, тропинка начала подниматься вверх. За высоким кустарником показалась круглая остроконечная крыша. Камея взяла Каролину за руку. Перед ними появился полуразрушенный каменный павильон. В тени двойной колоннады, опоясывавшей его, они тихонько, на цыпочках, побежали дальше. Какой-то зверь выскочил из ниши и исчез в ночи. В ветвях дерева, наполовину накрывавшего павильон, зашевелилась птица. Запах корицы стоял в воздухе и слегка дурманил.
Но Каролина ничего этого не замечала, она во все глаза смотрела туда, куда указывала рука Камеи: на лежавшую чуть ниже просеку.
Мужчины с выкрашенными в белый цвет лицами призраков стояли тесным кругом вокруг пруда со священными крокодилами. В поднятых руках они держали пылающие смоляные факелы. Облаченный в накидку из леопардовой шкуры, с телохранителями за спиной, с узкой стороны пруда стоял король Гезо. Деревянный помост вел с того места в воду; ее поверхность, темная и вязкая на первый взгляд, бурлила, как кипящая лава в кратере вулкана. Иногда показывалась широкая, покрытая ороговевшими пластинами спина крокодила.
Каролина вопросительно посмотрела на спутницу, но та приложила палец к губам. От группы мужчин отделилась фигуpa высокого человека и подошла к королю. Вышитые странными символами широкие одежды при каждом его шаге заплетались за тощие ноги. Укрепленная на стебле бамбука обезьянья маска, которой мужчина закрывал лицо, окончательно делала его похожим на существо, вышедшее из преисподней. Поклонившись королю, он начал высоким голосом монотонный речитатив. Белолицые подхватили, время от времени выкрикивая заклинания. Король поднял руку. Хор смолк. Кто-то протянул жрецу ивовую корзинку, в которой лежало маленькое голое тельце.
– Это должен быть ребенок, – выдохнула Камея. – Не старше семи дней. Он спит глубоким сном. Они закапали ему маковый отвар.
Каролина пыталась сладить с дурнотой, подступившей к горлу, и заставила себя задать вопрос:
– Что произойдет с ребенком?
– Жрец поставит его в корзинке на воду к крокодилам. Если с ребенком ничего не случится, значит, боги одобряют свадьбу короля. Если он умрет, вы свободны. – Голос Камеи был едва различим в шуршании крон деревьев под дуновением ветерка.
Жрец вступил на помост. Легко, почти пританцовывая, шагал он по нему. В конце он замер, потом опустился на колени и поставил корзинку на воду. Она поплыла вместе с ребенком. Как по волшебству, водная поверхность успокоилась. Корзинка доплыла до середины пруда, когда показалась плоская крокодилья морда, потом вторая, третья… Каролина прижала ладони ко рту, чтобы не закричать. Вода вдруг бешено забурлила. Глаза Каролины поискали ребенка, но обнаружили лишь корзинку, перевернутую, пустую…
Голос короля, больше напоминающий вопль животного, а не человеческий голос, прорезал ночь. Каролине не надо было понимать выкрикнутые слова, чтобы догадаться об их смысле.
– Он восстает против оракула! – ужаснулась Камея. – Говорит: они его обманули. Они не накормили перед этим обрядом крокодилов поросячьим мясом, как предписывает закон. Он объявляет свадьбу!
Она уставилась на Каролину в паническом ужасе. Эта белая фигура, казалось, излучавшая свет, эти глаза с синим магическим огнем – а вдруг белая была колдуньей, околдовывавшей мужчин своей красотой и губившей их? Белый – цвет смерти, злого колдовства. Только колдовские чары могли так ослепить короля, что он не подчинился оракулу священных крокодилов. И она, Камея, привела ее сюда! Берберка, обычно мыслившая с мужской четкостью, вдруг опять превратилась в запуганное дитя при роды. Она не знала: то ли ей бежать сломя голову, то ли упасть колдунье в ноги.
Словно за ней гнались фурии, Камея бросилась бежать от Каролины. Она поминутно оглядывалась, в безумной надежде, что наваждение, преследовавшее ее, растворится в воздухе и все опять станет, как прежде.
Каролина чересчур была занята собой, чтобы обращать внимание на странное поведение служанки. Все ее внимание сосредоточилось на дороге. Каждый поворот казался ей важным, будто за ним открывалась свобода. Как бы ни выглядела свобода – ей нужно было бежать. Даже безнадежное бегство было лучше, чем пугающая страсть этого короля. Ее глаза беспокойно ощупывали все подряд ниши, выступы стен, плоские, поросшие травой крыши. Каждый проход, каждое окно, каждую лестницу, мимо которых она бездумно прошла, она пыталась сейчас запечатлеть в памяти. И, тем не менее, когда Камея закрыла за ней портьеру, и мягкий полумрак комнаты опять принял ее, она по-прежнему не имела ни малейшего представления, в какой части лабиринта находилась.
На подносе стоял ужин. Камея хотела как раз начать сервировать его, как на террасе поднялся шум. Она откинула рогожу, которая каждый вечер вывешивалась, чтобы немного защитить от ночной прохлады, и вышла наружу. Совсем недалеко раздавались приглушенные голоса. Каролине показалось, что она узнала один из них – высокий и чуть хрипловатый. Но не успела она в этом убедиться, как все стихло. Каролина вопросительно взглянула на берберку, когда та вернулась.
– Кто это был? Голос показался мне знакомым.
Камея подняла на нее глаза.
– Это мальчик, сын белого капитана, который приехал в тот же день, что и вы, – ответила она. – Он приходит каждую ночь с тех пор, как вы здесь, – продолжала Камея. – Подкупает стражу, чтобы они разрешили ему до рассвета сидеть под вашим окном. Вы его околдовали.
– Введи его! – Каролина не обращала внимания на протест в глазах Камеи. – Я хочу его видеть.
Когда Никанор Велано вошел из ночной темноты в освещенный проем двери, в спадающей накидке с низко надвинутым на лоб капюшоном, он показался Каролине выше и старше, чем запомнился. Из нечетких детских черт проступило новое лицо, отмеченное мужской серьезностью. Похоже, что за несколько месяцев он повзрослел на несколько лет. Она подошла к нему, собираясь обнять, но потом не решилась.
– Я рада видеть тебя, – лишь произнесла она. – Почему ты не приходил раньше? Сосредоточенное лицо Никанора преобразилось под наплывом противоречивых чувств. Он бросился к ее ногам.
– Я освобожу тебя! Мы убежим вместе. Я все подготовил. – В его горящих глазах была мольба. – Но обещай, что ты будешь принадлежать мне!
Его все время преследовал кошмар, что в тот момент, когда он откроется ей, она высмеет его.
Но она не смеялась. Ее глаза, казавшиеся ему почти черными, спокойно взирали на него, губы в испуге приоткрылись. Раньше Каролину признания такого рода иногда забавляли, временами льстили ей. Теперь ничего этого она не испытывала. Она устала от мужчин. Устала от любви, которую себе на беду возбуждала в них.
– Пообещай мне! – услышала она настойчивый голос Никанора.
Каролина посмотрела на него. Знал ли он, что значили его слова? А если да – был ли у нее другой выбор? Она была в ситуации, в которой женщине простительно все.
Каролина погладила вьющиеся каштановые волосы юноши и молча кивнула. Она увидела, какую реакцию вызвала единственным молчаливым кивком, и осталась довольна собой. Ее первоначальная робость перед этой игрой была преодолена. Какой же она была женщиной, если не рискнет сделать эту ставку? Для мужчины не существует лучшего стимула, чем желание завоевать женщину. То, что он был так молод, то, что она была первой женщиной, которую он возжелал, делало его безрассуднее и опаснее, но она не сомневалась, что сможет обуздать его. Жестом, создающим дистанцию и в то же время доверительность между ними, она пригласила его сесть рядом.
– Ты сказал, что все приготовлено к побегу? Что ты имел в виду?
– То, что ты можешь быть свободна в этот же час. Мой конь стоит за валом. Он выдержит нас обоих, и на рассвете мы сможем быть в Видахе, на корабле. Я знаю многих капитанов.
Слегка втянув плечи и сжав кулаки, он стоял перед ней.
Каролине пришлось подавить улыбку. Она отдавала себе отчет, что должна мыслить хладнокровно, за двоих.
– Убежать, чтобы снова быть схваченными в тот же час, – это нам не подходит, – спокойно произнесла она.
– Ты не веришь мне? – Никанор был ущемлен в своей гордости, его лицо залила краска. Все в нем восставало против отсрочки побега.
Чтобы успокоить, Каролина взяла его за руку.
– Нам нельзя бежать на берег. Там они нас будут искать в первую очередь. Любой выдаст нас. Есть лишь один путь – пустыня. Никто не поверит, что мы рискнем на невозможное, и именно поэтому мы должны это сделать.
– Пустыня?
Вначале у него была та же мысль, но он отмел ее. Никанор считал, что ей не справиться с невзгодами и тяготами, которые ее там ожидают. Тем не менее она была права. Восхищенный мужеством Каролины, он смотрел на нее широко открытыми глазами.
– Для этого нам нужно как следует подготовиться, – продолжала Каролина. – Нам понадобятся две лошади, вьючные животные, палатка, карты, мука, масло, спички. И в первую очередь вода, оружие и деньги для проводника.
– Конь для тебя у меня уже есть! Самый красивый, какого можно себе представить, – белоснежный жеребец.
На этот раз она все-таки улыбнулась.
– Мне не нужна красивая лошадь. Мне нужна такая, которая привыкла к пустыне и может хорошо переносить как жару, так и холод. Мне подойдет самая задрипанная лошаденка, лишь бы она была выносливой.
– Я выберу то, что надо. У дона Санти целая конюшня.
Имя Санти напомнило Каролине об осторожности. Она верила Никанору, но переполнявшие его чувства были опасностью, которую нельзя было недооценивать. У влюбленного наивного мальчишки случайно могло вырваться необдуманное слово, неосторожность могла его выдать.
– Ты уверен, что дон Санти не догадывается о цели твоих ночных отлучек? – спросила она. – Совершенно уверен?
– Он привык, что иногда я целыми днями пропадаю на охоте. Чезаре терпеть не может женщин, и ему трудно представить, что я отношусь к ним иначе. Он ничего не знает и ничего не узнает. Дон Санти доверяет мне!
Не столько его слова, сколько нечто исходившее от всей его натуры успокоило ее.
– Тебе хватит одного дня, чтобы все подготовить? – спросила Каролина. – Ты сможешь быть здесь завтра, когда стемнеет?
– Конечно!
Он вдруг оказался рядом и обнял ее. По его глазам Каролина прочла все обуревавшие его чувства. Его наивное вожделение было вызовом для нее. Ее дразнила возможность испытать на нем свою власть. Она прижалась к нему. Взяла его голову в свои руки и нашла его губы. Подождав, когда он закроет глаза, она подарила ему долгий поцелуй, пока на его лице не появилось выражение муки и мольбы о пощаде. Каролина поняла, что он навеки ее раб. Вначале ее почти испугала мысль разыграть любовь перед этим юношей. Теперь же ей казалось, что ради завоевания свободы это был самый невинный грех.
– Главное, чтобы Камея ничего не заподозрила, – прошептала она ему прямо в ухо. – Мы никому не можем доверять, только самим себе! А теперь тебе надо идти!
Она легонько подтолкнула его вперед, он уже собрался идти, как вдруг притянул ее к себе с угловатой грубостью, пытаясь скрыть свою робость. Покрыл ее лицо поцелуями и, резко оттолкнув, выбежал вон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Потерять и обрести - Паретти Сандра

Разделы:
123456789101112131415161718192021

Ваши комментарии
к роману Потерять и обрести - Паретти Сандра



читается тяжело. фантазии много. не поверила героям.
Потерять и обрести - Паретти Сандралия
22.09.2012, 18.12





Точно не было предыдущей книги? Слишком много пояснений и отсылов в некое якобы известное прошлое. Грузновато, на я совсем никак писать не умею. :)
Потерять и обрести - Паретти СандраKotyana
13.12.2013, 16.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100