Читать онлайн Не бойся любви, автора - Осборн Мэгги, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Не бойся любви - Осборн Мэгги бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 132)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Не бойся любви - Осборн Мэгги - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Не бойся любви - Осборн Мэгги - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Осборн Мэгги

Не бойся любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Не зная, разыскивают ли их в Чиуауа кузены Барранкас, Тай и Дженни по возможности избегали выходить на улицу и редко покидали номер в отеле. Дженни считала, что в процессе ее выздоровления самое неприятное — сидеть в четырех стенах. Ее доводило до бешенства нытье Грасиелы, которая то и дело приставала с вопросом, чем бы ей заняться.
Уставившись невидящими глазами в страницы романа Марка Твена, который купил для нее Тай, она только и делала, что обдумывала ситуацию с Грасиелой. Дженни вовсе не хотела быть родительницей, давала себе клятвы, что никогда ею не будет, и маялась при мысли о том, что ответственность все еще лежит на ней. Она не любила детей, никогда не любила и не верила, что когда-нибудь полюбит.
Но как она ни возмущалась, ни бунтовала внутренне, выходило так, что она превращалась в заботливую мамашу. Это удивляло ее в такой же степени, как родительские предостережения, увещевания и улещивания из мужественных уст Тая.
Если бы обстоятельства не были столь тяжелыми и беспокойными, Дженни, вполне возможно, все это казалось бы даже забавным. И она и Тай не любят детей, и ни один из них не ожидал, что придется иметь дело с ребенком. Однако пришлось, и они сражались с чисто родительскими проблемами вроде невозможности уединиться, необходимости подавать хороший пример и так далее; они спорили о том, на что способен шестилетний ребенок, а на что нет, и по временам вынуждены были призывать на помощь весь свой здравый смысл, сталкиваясь с капризами и упрямством Грасиелы.
Если бы обычные, нормальные родители попали в их теперешнюю ситуацию, стали бы они учить дитя играть в покер или двадцать одно? Дженни хотелось верить, что стали бы — даже Маргарита.
— Мне надо поднимать ставку или пасовать? — нетерпеливо спросила Грасиела, протягивая свои карты Дженни таким образом, чтобы Тай их, не дай Бог, не увидел.
Дженни вздохнула и подняла глаза от книги. Она уже десять раз перечитывала один и тот же абзац.
— Я же тебе говорила. У меня правило — не давать советов человеку, когда он ведет свою игру.
— Но я же не человек. Я ребенок. Пасовать, верно?
Дженни посмотрела в огорченные глаза Грасиелы и кивнула.
— Я не намерена говорить тебе, что делать, но… — Она наклонилась над столом и шепнула Грасиеле на ухо: — У тебя всего пара четверок. На твоем месте я бы спасовала. И больше не отвлекай меня, пожалуйста.
Грасиела бросила карты на стол с весьма удрученным видом и молча смотрела, как Тай придвигает к себе кучку спичек.
— Давай еще сыграем, — попросила она.
— Не можем, — возразил Тай, пересчитывая спички. — Скоро ужинать.
Дженни решила оставить всякие попытки читать.
— Научил бы ты ее раскладывать пасьянс, — предложила она. — У нас тогда по крайней мере были бы передышки.
— Я не хочу учиться другой игре, я хочу играть в покер, — надула губы Грасиела. — И я хочу выигрывать. Мама и тетя всегда давали мне выигрывать.
Дженни рассмеялась, и даже Тай усмехнулся.
— Можешь об этом забыть. Никто не собирается тебе поддаваться. В тот день, когда ты выиграешь банк у меня или у дяди Тая, можешь себя похвалить, потому что выиграешь по честному. А до этого пока еще далекого дня придется проигрывать, так что мирись с проигрышем. А теперь хватит болтать. Я все-таки попробую еще почитать.
— А почему бы тебе не почитать вслух, пока мы с дядей Таем сыграем еще раз?
Дженни сощурилась и вздохнула.
— Я читала тебе утром. Теперь хочу почитать для себя. В поезде я, может, буду читать тебе больше, но не сейчас. Так что умолкни.
Грасиела опустила плечи и всем своим видом давала понять, что удручена до крайности. Дженни с минуту смотрела на нее, потом захлопнула книгу.
— Поскольку ты уже расстроена, самое время напомнить тебе, что твой дядя Тай и я уходим сегодня вечером. Не хотелось бы, чтобы ты сильно огорчалась из-за этого.
Грасиела открыла рот от изумления и возмущения.
— Разве вы уходите без меня?
Тай смешал карты и убрал их в футляр.
— Я договорился с женой хозяина отеля, ты ее знаешь, это сеньора Харамильо. Она останется с тобой, пока нас не будет.
— Я ненавижу сеньору Харамильо. Она толстая, и у нее усы. Не хочу с ней оставаться ни за что на свете!
— Но останешься, — спокойно сказала Дженни. — Можешь вопить, орать и плакать сколько хочешь, но ты останешься здесь. Я тебе говорила об этом три дня назад, когда показывала свое новое платье.
— Я пойду тоже! — Грасиела сжала кулаки, из глаз у нее полились слезы. — Мы принадлежим друг другу. Мы отвечаем друг за друга. Вы должны взять меня с собой.
— Замолчи ты, ради царствия небесного! — Дженни нахмурилась при виде неуверенности на лице Тая. — Я вижу, что ты задумал, — сердито накинулась она на него. — Но ты просто сообрази, что такое взрослые люди и что такое эта маленькая соплячка. Если мы пойдем у нее на поводу, тогда она права: мы принадлежим ей. — Дженни снова повернулась к Грасиеле: — А этого быть не должно!
— Терпеть не могу, когда ты говоришь обо мне так, будто меня здесь нет!
— Грасиела, детка, — самым просительным тоном обратился к ней Тай, — сеньора Харамильо умеет играть в покер.
Дженни сразу заметила, что Грасиела хоть и не поддается, но лицо у нее оживилось. Самолюбие требовало, чтобы она изображала плохое настроение и давала понять, что ее бессовестно предали. Дженни разгадала ее хитрость и едва не расхохоталась. Пыталась ли она сама манипулировать взрослыми, когда ей было шесть, как Грасиеле? Если да, то она в свое время могла рассчитывать только на неудачу, как Грасиела сейчас.
На лице Тая было ясно написано чувство вины.
— Если я возьму тебя с собой поужинать, пока Дженни одевается, ты повеселеешь? — спросил он. Дженни округлила глаза.
— И ты еще сказал, что я как яичный желток! Полюбуйся на себя. Она обвела тебя вокруг пальца, такого маленького пальчика!
— Я возьму свою накидку, — заявила Грасиела, совершенно счастливая, и бросила на Дженни торжествующий взгляд, слезая со стула.
— Ах ты, свинюшка!
Тай рассмеялся и надел шляпу.
— Мы уйдем примерно на час. Хватит тебе времени принять ванну и одеться?
Он вымылся и переоделся раньше и теперь стоял перед ней во всей своей ошеломляющей красоте, в туго обтягивающих черных брюках и бархатной черной мексиканской курточке, надетой на белую накрахмаленную рубашку. Дженни обратила внимание на ярко-красный галстук — до этого вечера он таких не носил.
— Ты выглядишь замечательно, — тихо проговорила она, любуясь его упругими мышцами, выступающими под одеждой на плечах и на бедрах.
Легкая дрожь пробежала у нее по спине, когда она вдруг вспомнила о ночах, которые они проводили вместе всю эту неделю. Она узнала его тело, а он — ее. Он мог потрясти ее своим поцелуем или прикосновением. Она могла побудить его к этому или удержать одним только словом, сказанным шепотом. В ее глазах светилась осознавшая себя сила.
— Куда мы идем?
— Это сюрприз, — ответил он, глядя на ее губы. — Надеюсь, тебе понравится мой замысел.
Он мог бы сказать больше, но многообещающее выражение его лица было красноречивее слов. Куда бы он ни взял ее с собой, она не разочаруется.
Дженни облизнула губы и сглотнула, улыбнувшись при виде того, как Тай сжал челюсти.
— Ты по пути не глянешь на расписание поездов? Я чувствую себя совершенно здоровой и готова ехать в Техас хоть завтра. Грасиела, ты ему напомни. Идите, вам пора.
Радуясь перспективе провести вечер с Таем наедине, Дженни теперь уже посмеивалась над тем, что Тай укрощает темперамент Грасиелы лестью и подкупом, а она добивается тех же результатов строгостью и требовательностью. Малышка достаточно умна и видит их обоих насквозь.
После того как Тай с Грасиелой ушли, Дженни велела приготовить ванну, осторожно разложила свое новое платье на одной из кроватей и провела пальцами по шуршащему шелку абрикосового цвета. Еще месяц назад мозоли у нее на руках цеплялись бы за гладкую ткань. Но теперь ей не приходилось каждый день возиться с неподатливыми коробками груза, и мозоли исчезли. Вчера в поисках, чем бы заняться, она взяла у Грасиелы пилочку для ногтей и привела в порядок собственные ногти. Улыбаясь, Дженни подумала, что, наверное, ад замерз, когда она взялась за эту пилочку, и с той минуты грешники дрожат от холода, вместо того чтобы мучиться от жара адского пламени.
Грасиела не была бы Грасиелой, если бы не купила кусок мыла, пахнущего розами, и Дженни решила воспользоваться этим мылом во время купания.
Короткая стрижка имела свое преимущество: волосы быстро сохли, тем более что этому способствовал сухой воздух пустыни. Стоя голая перед комодом, Дженни гляделась в стоящее на нем небольшое зеркало и зачесывала волосы со лба назад, чтобы так они и высохли.
Потом она взялась за предмет туалета, который в свое время дала клятву не носить, — за корсет. Посмеиваясь при мысли о том, как это Тай покупал подобное интимное приспособление, она повертела корсет в руках, согнула стальные пластинки, внимательно разглядела ленточки и кружева. Приложила к себе спереди. Но даже теперь она сомневалась, сможет ли носить эту дьявольскую штучку, хотя Грасиела уверяла ее, что без корсета новое платье будет плохо на ней сидеть.
Надев наконец белье, Дженни вернулась к прическе, довольная тем, что волосы высохли так, как она их уложила. Пальцы Дженни двигались вполне уверенно: скорее подчиняясь обыкновению, нежели признавая его, она годами тайно экспериментировала с гребнем и щеткой для волос. Волосы, ее собственные волосы, были тем атрибутом женственности, который она понимала и принимала. В порыве внезапного вдохновения она прикрепила на затылке веночек из искусственных цветов, создав некую видимость пучка.
Настала очередь розовой воды, также позаимствованной из запасов Грасиелы, после чего Дженни задумалась. Не будет ли нелепо, если она попудрит щеки, плечи и грудь? Так, слегка… Прежде чем переменить намерение, она успела напудрить лицо, шею и плечи, потом посмотрелась в зеркало.
Господи, да она стала совсем другой! Пудра приглушила зarap, зачесанные назад волосы открыли широкий, благородной формы лоб. Глаза в этот вечер оказались голубыми, как сияющее весеннее небо. Увлеченная этими переменами, до которых ей прежде не было дела, Дженни отщипнула розовый лепесток с цветка из ящика на окне и потерла этим лепестком губы, глядя в зеркало.
За несколько минут до возвращения Тая и Грасиелы она осторожно облачилась в свое шелковое платье абрикосового цвета, охваченная желанием посмотреться в большое зеркало и увидеть, красиво ли ниспадают бледно-зеленые ленты завязанного сзади банта, которым отделано платье; тот же бледно-зеленый цвет повторялся спереди в рисунке изящной вышивки у ворота, такой же была и широкая лента, опоясывающая платье под грудью.
Глядя на себя, Дженни думала о бабочке, которая только что вывелась из куколки, дождавшись своего срока. Но может быть, она, Дженни, больше напоминает так называемую ночную бабочку — особу определенного пошиба, одетую как леди?
Тай и Грасиела постучались, вошли — и замерли.
— Дженни! — выдохнула Грасиела. — Какая ты красивая!
Красные пятна выступили у Дженни на щеках, когда она подняла глаза на Тая и провела дрожащими пальцами по бедрам. Только заметив, как в его взгляде вспыхнул огонь, в значении которого не ошибается ни одна женщина, Дженни успокоилась. И все же…
— Я выгляжу как шлюха? — шепотом спросила она, жалея, что напудрилась и подкрасила губы.
— Ты выглядишь… как прекрасное видение, — хрипло пробормотал Тай. — Это платье словно твоя вторая кожа, а его цвет удивительно подходит к волосам.
Дженни вспыхнула от радости. Но Тай — мужчина, его суждению не до конца можно верить. И она повернулась к Грасиеле.
— Не слишком ли открыта шея? — спросила она. Никогда в жизни Дженни так не обнажалась. Грасиела обошла вокруг нее, поправила здесь, уложила складку там.
— Это такой фасон, — уверенно заявила она тоном опытной и понимающей хозяйки магазина готового платья.
Завершив полный круг, Грасиела отступила и, устремив на Дженни взгляд широко раскрытых глаз, в котором недоверие смешивалось с восторгом, произнесла негромко:
— О Дженни! Ты выглядишь так прекрасно. Настоящая принцесса.
— Ах, милая ты моя, спасибо тебе! — Дженни откашлялась, потом решилась посмотреть на Тая, который не двигался с места, словно врос в пол.
— Дженни! — Грасиела в нерешительности прикусила нижнюю губу, кивнула и дотронулась до медальона у себя на груди. — Можно я дам тебе на этот вечер свой медальон?
Это предложение, сделанное так застенчиво, ошеломило Дженни. Все время, пока они путешествовали вместе и терпели разные передряги, Грасиела не расставалась со своим медальоном. Никогда. Ни днем, ни ночью. Это было ее сокровище, главная ценность, единственное вещественное напоминание о матери.
Дженни заморгала и проглотила комок в горле.
— Для меня это большая честь, — с трудом выговорила она.
Усевшись на край постели, она ждала, пока Грасиела снимет медальон со своей груди и осторожно приколет к корсажу ее платья. Они долго смотрели друг другу в глаза, потом Грасиела быстро чмокнула Дженни в щеку и отошла к окну.
Дженни, открыв рот, поднесла к щеке ладонь. Если бы в этот вечер больше ничего особенного не произошло, она бы все равно запомнила его на всю жизнь. Грасиела ее поцеловала!
— Ладно, — сказала она, опуская голову и часто моргая. Неужели на глазах у нее слезы? Нет, конечно же, нет. — Где мой веер и моя сумочка? И где же сеньора Харамильо?
— Я слышу, как любезная сеньора поднимается по лестнице, — ответил Тай, все еще не сводя с Дженни глаз, и добавил глухо: — Бог мой, Дженни, я хотел бы, чтобы ты себя увидела. Ты просто… неотразима.
Пылая от радости, Дженни встала, взяла с комода веер и сумочку и накинула на плечи шаль абрикосового цвета с бледно-зеленой бахромой. Натягивая перчатки, она, чтобы не слишком волноваться, глядела на Грасиелу, но при этом остро ощущала, что Тай следит за малейшим ее движением.
— Слушайся сеньору Харамильо. Не играй в покер на деньги, а только на спички и ложись в постель, когда тебе скажет сеньора. И лучше бы мне не слышать, что ты тут курила, ругалась и выпивала.
Девочка даже не улыбнулась. Она снова обиделась.
— Ты раньше не беспокоилась о том, когда мне идти в постель.
— А теперь беспокоюсь. Хочу я того или нет, я должна думать о том, что для тебя лучше. Если это тебя утешит, скажу, что предпочла бы думать прежде всего о собственных интересах, а не о твоих, но… что же поделаешь.
Тай широким жестом снял шляпу, отвесил племяннице поклон, потом поцеловал ее в макушку.
— А вот и сеньора Харамильо. С тобой мы увидимся утром.
Грасиела сложила руки на груди и повернулась к нему спиной; Тай на секунду сдвинул брови, но тотчас оглянулся, чтобы приветствовать сеньору Харамильо.
Поговорив несколько минут с сеньорой Харамильо, Дженни взяла Тая под руку, и они вышли в коридор. Как только дверь за ними закрылась, оба остановились.
— Приложи ухо к двери, послушай, не плачет ли она, — шепотом попросила Дженни. Тай послушно приложил ухо к двери.
— Они разговаривают.
— Она точно не плачет? — Дженни соединила кончики пальцев. — Да что же это — я чувствую себя почти преступницей, оставляя ее одну! Уверена, что она намеренно сделала так, чтобы мы считали себя виноватыми. Совершенно уверена. Но, черт побери, ее тактика отлично срабатывает!
Внезапно Дженни почувствовала, что ругаться не стоило бы. Инстинкт настойчиво подсказывал: ругательства неуместны на устах женщины в шелковом платье цвета абрикоса, соответствующей шали и красивых туфельках. Впервые в жизни Дженни испытала желание извиниться за то, что выражается так, как привыкла выражаться всегда.
Отойдя от двери, Тай взял в обе ладони лицо Дженни и, не слушая ее сбивчивых извинений, поцеловал в губы медленно и с чувством.
— Сегодня вечером мы не станем говорить о Грасиеле или о кузенах Барранкас. Не стоит терзать себя из-за того, что мы ее оставили. Сегодняшняя ночь — наша. Она принадлежит только нам.
Сердце у Дженни забилось о косточки ее корсета.
— Куда мы все-таки идем? — спросила она почти беззвучно и скорее не из любопытства, а для того, чтобы что-нибудь сказать.
Поскольку она была вместе с Таем и он продолжал смотреть на нее с прежним затаенным огнем в глубине глаз, ей, по сути, было безразлично, где они ужинают.
Подумаешь! Кусок шелка, немного лент и кружева — и вот уже она истинная леди? Было бы разумно помнить, что она сдирала шкуры с бычьих туш, стирала чужое грязное белье, погоняла упряжку вонючих мулов. И никакой абрикосовый шелк этого не изменит.
— Идем со мной, — сказал Тай, беря ее за руку в перчатке.
На площадке Дженни повернула к лестнице, ведущей вниз, но Тай негромко рассмеялся и подтолкнул ее к той, что вела наверх.
— Сейчас увидишь, — сказал он, заметив вопрос в ее глазах.
Когда он остановился перед дверью комнаты на следующем этаже и вставил в замок ключ, Дженни расхохоталась.
— Ах ты, собак — еле выговорила она, вытирая кончиками пальцев в перчатках выступившие от смеха слезы. — И для этого мне понадобилось дорогое платье? И корсет?
Но комната, в которую ввел ее Тай, не была обычным гостиничным номером. Дженни ахнула и прижала руки к губам — до сих пор она ни разу не видела анфилады.
Они с Таем словно бы вошли в небольшой, но богатый дом. Через дверной проем Дженни увидела кровать с пологом на четырех столбиках, но пока что они стояли в прекрасно обставленной гостиной. Тай, взяв Дженни под руку, подвел ее к винтовой лестнице.
— Мы будем обедать al fresco. Ты понимаешь, что это значит?
— Не имею даже самого растреклятого представления.
— Это значит — на свежем воздухе.
Винтовая лестница привела их в садик на крыше, такой зеленый и красивый, что Дженни замерла от восторга. Растения в горшках — казалось, здесь их были сотни — создавали тропическое буйство теней и ярчайших красок; цветущие стебли обвивали трельяжи, цеплялись за каменное ограждение. Подойдя к ограде, Дженни глянула вниз на далекую улицу, чтобы напомнить себе, что находится не в настоящем саду.
Потом она окинула взглядом ошеломительную панораму города, окрашенного киноварью и золотом заката. За городом раскинулись пустынные пастбища, а еще дальше Дженни разглядела туманные очертания гор. Дженни никогда еще не поднималась настолько высоко, чтобы увидеть подобную панораму, и теперь от всей этой красоты у нее перехватило дыхание. Словно паря над городом на разноцветном облаке, она подумала, что не забудет этот вечер, даже если больше ничего необычного не произойдет.
Ничего и не произошло, пока она не обернулась поблагодарить Тая за то, что он показал ей город с высоты, и не увидела стол, накрытый полотняной скатертью, с горящими на нем свечами, красочной мексиканской посудой и сверкающими серебряными приборами.
— Я… ты… да это просто…
Тай смеялся, обрадованный произведенным впечатлением. Он кивнул кому-то, скрытому за трельяжем, и до Дженни тотчас донесся звон гитарных струн. Резким движением откинув шлейф платья, Дженни повернулась в шуршащем вихре шелка и увидела трех мексиканцев-музыкантов, расположившихся в отдалении от накрытого стола. Прикоснувшись в ее честь к широким полям сомбреро, музыканты поклонились и продолжали играть.
— Тай! — Дженни облизнула пересохшие от волнения губы. — Это поразительно! Чудесно! Когда ты успел… это же… — Ей не хватало слов.
Тай с улыбкой протянул ей согнутую руку, и Дженни с достоинством оперлась на нее и позволила Таю подвести себя к столу и усадить в кресло. Ласковые пальцы слегка коснулись ее обнаженных плеч, когда Тай снял с Дженни шаль и положил на банкетку рядом со своей шляпой, и Дженни вздрогнула от этого прикосновения.
Едва Тай уселся напротив нее, официант вынырнул откуда-то из переплетения ветвей и листьев и подал вино в хрустальных бокалах, отражающих множеством граней свет свечей.
— За тебя, — негромко произнес Тай, чокаясь с Дженни.
— Это так… Я никогда… Я чувствую себя так, словно меня оглушили топором, — прошептала Дженни, взглянув через плечо, не смотрят ли на них музыканты сквозь увитый розами трельяж. Официант исчез бесследно, да и был ли он только что здесь?
— Тебе нравится?
— О святые небеса, конечно! Это как… — Но она не могла найти подходящее сравнение, потому что ничего хотя бы отдаленно похожего ни на этот садик, ни на этот вечер не было среди ее житейских впечатлений. — О Тай! — выдохнула она, не сводя с него глаз. — Благодарю тебя. Я буду помнить этот вечер до конца своих дней. — Крошечная морщинка набежала ей на лоб. — Когда ты открывал эту дверь, я подумала…
Он придвинул свое кресло поближе к ней, взял ее руку и поднес к губам. Жар этого поцелуя проник сквозь перчатку, и Дженни была рада, что сидит. Ни один мужчина еще не целовал ей руку, а если бы поцеловал, она бы расхохоталась. Но теперь она не смеялась.
— Дженни, у этого вечера два пути — по твоему выбору. Мы можем с удовольствием поесть, поговорить и вернуться к Грасиеле в наш номер на втором этаже. А можем с тем же удовольствием поесть и поговорить, а потом воспользоваться спальней, которую ты видела внизу.
Рука Дженни, зажатая в его ладони, задрожала — Дженни вспомнила о страстных поцелуях, которыми они обменивались всю неделю в те часы, когда Грасиела спала.
— Я думаю, ты понимаешь, чего я хочу, — прошептала она, не в состоянии говорить громко.
— Я не хотел бы никаких недоразумений, Дженни, — заговорил Тай, глядя на ее губы. — Это было бы несправедливо по отношению к нам обоим.
Дженни отхлебнула вина, глядя на Тая поверх бокала.
— Ты обещал, что я не обзаведусь ребенком.
— Этого не будет. — Он коснулся косточками пальцев ее щеки. — Я очень увлечен тобой, но мы оба признали, что не склонны обзаводиться семьей. Что бы ни произошло нынче ночью, это не повлияет на нашу дальнейшую судьбу. Договорились?
— Ты сукин сын, — пробормотала Дженни, прикрывая глаза и выгибая шею под прикосновением его пальцев. — Скольких женщин ты одурачил подобными речами?
— Я думаю прежде всего о тебе. Не хочу создавать у тебя неверное впечатление. Сегодняшняя ночь — это встреча двух людей, радующихся друг другу, вот и все. Или я ошибаюсь? — произнес он голосом, хриплым от страстного желания.
Она поймала его руку, прежде чем его горячие пальцы добрались до ложбинки между грудями, поднесла эту руку и губам и прикусила указательный палец, отдающий солью и мылом. Тай застонал, и этот стон обрадовал ее и придал решительности.
Подняв бокал, Дженни залпом выпила вино и слегка вздрогнула, когда официант, словно материализовавшись из воздуха, снова наполнил бокалы. Едва официант исчез, Дженни нагнулась вперед, намеренно показывая Таю грудь, чтобы понаблюдать за его реакцией.
— Музыканты и официант могут услышать, о |чем мы говорим?
Тай посмотрел на ее груди, и Дженни усмехнулась, заметив испарину у него на лбу.
— Нет.
— Хорошо, ковбой, — резко проговорила Дженни. — Я здесь для того, чтобы удовлетворить сильное влечение, которое довело меня почти до сумасшествия, особенно в последние несколько дней. Единственное обязательство, которое я возлагаю на тебя, — это чтобы у меня не было ребенка. Твои свобода и независимость останутся при тебе. Я хочу от тебя только эту ночь. — Она подождала, пока он переведет взгляд с ее груди на ее глаза. — Как только придет к концу наше путешествие, мы расстанемся — и никакой связи в дальнейшем. Ты удовлетворен?
Внезапно ее словно толкнула мысль о будущем, и прелесть этого вечера с его музыкой и запахом цветов померкла.
Итак, им предстоит расстаться. Дженни смотрела на Тая, и вызывающее выражение мало-помалу исчезало из ее глаз. Примерно через две недели они должны найти слова прощания и произнести их. Она уйдет из его жизни так же молниеносно, как ворвалась в нее, и должна будет приспосабливаться к прежнему существованию.
— Я рад, что мы нашли общий язык, — проговорил он, глядя ей в глаза и перебирая ее пальцы.
— Но помни — никаких последствий, слышишь? — Дженни облизнула губы. — Мне не нужен ребенок, который поломает мне жизнь.
Он рассмеялся — негромко и доверительно.
— Ты так хороша сегодня вечером. Ты выглядишь точно так, как я и представлял. Великолепно.
— Ладно, — сказала она, чувствуя жар растущего напряжения, — если все улажено, давай спустимся и займемся этим.
Она убрала салфетку с колен и начала подниматься с кресла, но остановилась, увидев его улыбку.
— Что такое? — нахмурившись, спросила она.
— Ох, Дженни, таких, как ты, больше нет на свете. Сядь, пожалуйста.
Она снова опустилась в кресло, а он снял с ее руки одну перчатку и покрыл поцелуями ладонь.
— Я обещаю тебе, что мы займемся любовью. И обещаю, что тебе будет хорошо. Но сначала мы должны поужинать. Потом посидим за кофе и сигарами при свечах. Я уже давно сказал себе, что ничего между нами не произойдет, пока ты не попросишь об этом. Теперь настало время. И все произойдет.
Да, подумала Дженни, произойдет. Ее сотрясала внутренняя дрожь.
— Попроси официанта поскорее подать еду, — прошептала она.
За едой они разговаривали о детстве, о книгах, которые читали, о местах, в которых бывали. О музыке, которую оба не знали и не понимали по-настоящему, о жизни на ранчо, которая была им хорошо знакома, — и ни он, ни она не могли бы вспомнить, о чем говорили минуту назад.
Пальцы ласкали ножки хрустальных бокалов, дразнящие губы целовали серебряные вилки. Колени соприкасались под столом. Еда появилась, потом исчезла, но они не могли бы сказать, ели что-то или же официант так и унес полные тарелки.
К тому времени, как подали чашки с ароматным кофе, обоих лихорадило, оба были одержимы неистовым желанием. Дженни откликалась на каждое прикосновение, на каждый пронизывающий взгляд.
— Я умоляю, Тай, — произнесла она хриплым шепотом, опуская трепещущие веки. — Я умоляю, возьми меня, пока я не умерла от страсти к тебе.
— Повтори это, — попросил он изменившимся голосом.
— Пожалуйста. Прошу тебя, прошу тебя, прошу…
Именно эти слова он хотел услышать. Он встал так быстро и решительно, что кресло опрокинулось, поднял Дженни на ноги, взвалил себе на плечо и, обхватив, понес вниз по лестнице, не обращая внимания на ее беспомощный смех. В спальне он поставил ее возле кровати. Когда она увидела огонь, пылающий в его глазах, и твердую, решительную линию рта, смех замер у нее на устах. Покачнувшись, она положила руку ему на грудь, чтобы сохранить равновесие, и ладонью ощутила сжигающий его огонь, опаливший в ту же секунду и ее сердце.
— О Боже, — задыхаясь, шеятала она, — я так дрожу, что…
— Не двигайся, — приказал он. — Дай мне раздеть тебя.
— Ты поцелуешь меня всю, как ты… говорил… раньше?
Ловкие пальцы расстегивали ей платье, а горячие губы прижимались к шее.
— Все твое тело, — хрипло пообещал он. Голова Тая приникла к груди Дженни, язык коснулся ложбинки между грудями.
Дженни повалилась на край кровати, как подстреленная. Лава бурлила у нее внутри, ей казалось, что она сейчас задохнется. Оглушенная страстью, она смотрела вверх на Тая, смутно видела, что у кровати горят свечи, и не могла понять, не могла вспомнить, кто и когда их зажег.
— Я тоже расцелую тебя всего, — пообещала она: справедливость есть справедливость.
Мысль о столь удивительном поступке кружила ей голову, а может, голова кружилась оттого, что Тай трогал ее соски и жарко целовал при этом плечи, спуская с них короткие рукава.
Дженни решила, что с нее довольно этих дразнящих ласк, этой огненной пытки. Хватит до конца дней. Всю неделю они ласкали и разжигали друг друга. Больше она не выдержит ни минуты. Выскользнув из объятий Тая, она сбросила с себя платье, отшвырнула в сторону чертов абрикосовый шелк. «Скорее, скорее», — бормотала она, стягивая с себя белье.
Когда она подняла глаза, ругаясь от злости на то, что крючки корсета не поддавались непослушным пальцам, Тай стоял перед ней совершенно нагой.
— О Боже! — вырвалось у нее вместе со вздохом, и она прижала пальцы к щекам.
Дженни в жизни не думала, что придет когда-нибудь в восторг при виде голого мужчины. Но он был так красив! Просто великолепен. Такой стройный и сильный, такой мускулистый, такой белокожий под темными зарослями волос от груди до отвердевшего напряженного члена.
— О Тай! — вырвалось у нее из глубины сердца, словно вздох или мольба. — Тай!
Она обняла его за шею и прильнула губами к его губам долгим, горячим и страстным поцелуем, а он обхватил ее за талию властным, требовательным жестом, и Дженни едва не разрыдалась оттого, что со всей силой осознала: сегодня она не уйдет на свою постель, не познав Тая до конца. На этот раз они не должны быть сдержанными и осторожными.
И они не были. Повалились на кровать, тесно прижавшись друг к другу, катались и трепыхались, не обращая внимания ни на кряхтенье матраса, ни на собственные выкрики и стоны. Пальцы у Тая были более проворными, чем у Дженни, он мигом избавил ее от корсета. А потом, о Боже, он целовал ее груди, он касался их кончиком языка, доводя Дженни до исступления. Они соединились во всепокоряющем, могучем порыве страсти, и Дженни выкрикнула его имя, когда он вошел в нее, а она подалась к нему, встречая первый удар.
Она ждала всего нескольких ударов, после которых все будет кончено, однако это оказалось вовсе не так. Дженни в изумлении широко раскрыла глаза, ее пальцы впились во влажные плечи Тая, когда он снова и снова целовал ее, а их тела двигались во все более бурном ритме. Ничего подобного Дженни не знала. Никакой боли и ни единой мысли ни о чем, кроме Тая и тех восхитительных ощущений, которые он вызывал в ней.
Когда наступил блаженный финал, Дженни, обессилев, упала рядом с Таем, смутно сознавая, что он ушел из нее до того, как его плечи конвульсивно содрогнулись и он прижал ее к своей груди со стоном:
— Дженни… Дженни…
Они долго лежали неподвижно, но держали друг друга в объятиях, ожидая, пока утихнет бурное биение сердец. И это тоже было новым для Дженни. Ее прошлый опыт заключался в том, что мужчина, получив удовольствие, удалялся, застегивая на ходу пуговицы. Вот так оно и было. Но не этой ночью и не с этим замечательным, сильным и прекрасным человеком.
Немного погодя они поднялись, и Тай зажег сигары для обоих. Курили в полное удовольствие, лежа на постели. Дженни положила голову Таю на плечо, н ее ничуть не смущало, что они оба нагие. Она не позволяла себе думать ни о чем, кроме этих минут, едва ли не самых лучших в ее жизни.
— Ты чего-нибудь хочешь? — спросил Тай. — Кофе? Текилы? Вина?
— Нет, — ответила Дженни, решив, что сейчас ей нужно только быть здесь, с ним. — Хорошая сигара, — добавила она, не уверенная, что это в самом деле так, но ей было все равно.
— Ты такая, какой я тебя и представлял, — снова заговорил Тай, упершись подбородком ей в макушку. — Белая, как молоко, где солнце не коснулось кожи, а там, внизу, язычок пламени. А я такой, как ты ожидала?
— О да, ты прекрасен, — произнесла Дженни как нечто само собой разумеющееся и удивилась, когда Тай засмеялся. — Но…
— Что «но»?
— Но я немного разочарована, что мы не целовали друг друга с головы до ног. Я этого ждала, — призналась она, прижимаясь к нему плотнее. — Мне это… кажется необычным и странным, и потому я даже рада, что мы не делали, но… Словом, я никогда никого так не целовала, и меня тоже..
— Так ты решила, что мы уже закончили? — рассмеявшись, прервал он ее, потом взял у нее сигару и загасил. — Дженни, радость моя… мы еще только начали, — пообещал он, целуя ее в висок. — Я расцелую тебя всю, даже те места, о которых ты и помыслить не можешь.
— Даже так? — Дженни широко раскрыла глаза, а сердце у нее, казалось, подпрыгнуло к самому горлу. — Всю-всю?
Он начал с губ, пощекотав их языком и не давая Дженни поцеловать его самого, как она ни старалась.
Потом он точно так же, касаясь не только губами, но и языком, поцеловал шею, потом принялся ласкать грудь, бормоча в промежутках между поцелуями: «Я люблю твои груди». Голова Тая опустилась после этого ниже. Еще ниже. И еще. Дженни казалось, что она умрет от наслаждения, от того, как он целует ее всю. А когда пришел ее черед расцеловать его всего, она была уверена, что и он умирает от наслаждения.
На рассвете они вернулись в свой номер полусонные, спотыкающиеся, глядя друг на друга с обожанием и удивлением, полные новых, блаженных эмоций.
У дверей номера Тай взял лицо Дженни в ладони и поцеловал ее ласково и нежно.
— Благодарю тебя за ночь, которой я никогда не забуду.
— Я выгляжу черт знает как, правда? — спросила она, стараясь расправить поспешно натянутую одежду.
Тай с улыбкой наклонился к двери и вставил ключ в замочную скважину.
— Ты выглядишь как женщина, которую сильно и хорошо любили.
Так было впервые произнесено слово о любви, и оба они не обратили на это внимания. В комнате Тай разбудил сеньору Харамильо и проводил ее до двери. Затем на удивление беззастенчиво разоблачился, натянул нижнее белье, легонько поцеловал Дженни и повалился на кровать. Через минуту он уже храпел.
Дженни, улыбаясь, медленно разделась в жемчужном предутреннем свете, повесила платье и порылась в белье, отыскивая ночную рубашку. Но прежде чем забраться в постель рядом с Грасиелой, она подошла к окну и поискала на небе звезду Маргариты, пока та не уступила свету зари.
«Я судила о тебе неверно и прошу прощения. Я считала тебя глупой за то, что ты отдалась Роберту, рискуя забеременеть. Я считала, что ты получила по заслугам за свою глупость. Я воображала, что умней тебя, поскольку не совершила подобной глупости.
Так вот, я была полностью не права. Я просто не знала, как это может быть между мужчиной и женщиной. Если Роберт подарил тебе то же, что Тай нынче ночью подарил мне, то понятно, почему ты рисковала всем ради того, чтобы быть с ним. Я жалею, что судила так поспешно. Я не знала».
Дженни поглядела на кровать, потом снова повернулась к окну.
«Маргарита! Я надеюсь, что Роберт целовал тебя всю. Это дьявольски хорошая штука! Обидно было бы думать, что ты стала ангелом, не испытав этого. Вероятно, говорить о таких вещах не очень-то прилично, но мне думается, тебе это нравилось».
Дженни зевнула и потянулась.
«Спокойной ночи, друг мой. Завтра вечером я поговорю с тобой из Эль-Пасо. Оттуда мы начнем последнюю часть нашего пути».
Забравшись в постель, Дженни подумала, что последние слова не стоило бы произносить. Свернувшись возле Грасиелы, как бы защищая маленькое тельце ребенка, она вздохнула чистый запах детских волос и улыбнулась звукам негромкого баритонального храпа, доносящегося с соседней кровати.
Ей хотелось, чтобы так было всегда. Они втроем вместе. Внезапно сердце у нее сжалось, горло перехватило, и Дженни почувствовала, что слезы печали почти готовы пролиться.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Не бойся любви - Осборн Мэгги



Очень,очень. Стоит прочесть.
Не бойся любви - Осборн МэггиНатали
7.12.2012, 18.38





Действительно стоит почитать. Очень увлекательный и трогательный роман с отличным юмором.
Не бойся любви - Осборн МэггиНастя
11.02.2013, 10.58





Стоит прочесть.8/10
Не бойся любви - Осборн Мэггитая
13.02.2013, 19.30





Очень интересный роман. Читайте
Не бойся любви - Осборн МэггиТатьяна
15.02.2013, 16.01





Герои удивительно живучи, 6-летняя девочка-хирург - это перебор, но несмотря на такие "чудеса" роман хорош: 8/10.
Не бойся любви - Осборн Мэггиязвочка
29.03.2013, 0.34





очень интересно.понравилось.!!!!!!!!!!
Не бойся любви - Осборн Мэггичитатель)
15.02.2014, 23.46





редко пишу СУПЕР! Но это стоит почитать 10
Не бойся любви - Осборн МэггиЛана
18.02.2014, 1.44





редко пишу СУПЕР! Но это стоит почитать 10
Не бойся любви - Осборн МэггиЛана
18.02.2014, 1.44





Прекрасный роман !!!
Не бойся любви - Осборн МэггиMarina
18.02.2014, 7.38





Потрясающий роман!Просто невозможно оторваться)Герои - сильные, волевые личности, сюжет-увлекательный и держит в напряжении. Какое противоборство характеров, какая страсть! Высший балл!)
Не бойся любви - Осборн МэггиСветА
22.02.2014, 15.50





Как только прочитала роман Осборн впервые, поняла ее индивидуальный талант. И этот роман - один из лучших, пронизан тонким юмором. Смеялась взахлеб (особенно про "огонек").Читайте Осборн. Ведь от герцогов и графов надо периодически отдыхать.
Не бойся любви - Осборн МэггиВ.З.,66л.
24.02.2014, 9.48





И правда,классный роман!Особенно после романов с рафинированными графами или крутыми мультимиллионерами и вздорными претенциозными барышнями.Интересно и увлекательно.Всего в меру,даже живучесть героев,только девочка показалась слишком взрослой для своих шести лет.Возможно,в тех столетиях дети взрослели раньше нынешних.10.
Не бойся любви - Осборн МэггиСкорпи
24.02.2014, 23.44





Отличный роман!
Не бойся любви - Осборн МэггиГ.С.
17.07.2014, 12.52





очень хороший роман, в эпилоге я даже расчувствовалась, со мной такое в первый раз. Тут писали что девочка для 6 лет очень взрослая, мне показалось что тут все нормально, ведь говорилось что она очень развита. Я как то читала роман про миллионера итальянца и его глупую жену, так там близнецы 2х лет от роду составили план как помирить родителей и у них получилось. Ни хренова да? Так что здесь в плане девочки все ок)
Не бойся любви - Осборн Мэггилёлё
5.11.2014, 13.05





Я под впечатлением. Роман очень понравился. Герои такие живые и настоящие. Классно. 10 баллов.
Не бойся любви - Осборн МэггиЛАУРА
21.11.2014, 10.55





Очень понравился роман. Сама даже удивилась. И смеялась и плакала. Роман как глоток свежего воздуха среди романов про графов и избалованных леди))
Не бойся любви - Осборн МэггиAlissa
10.02.2015, 19.28





Класный 10+
Не бойся любви - Осборн Мэггимаша
20.02.2015, 0.59





Оооо!!!Это нечто!!!Читайте обязательно!Много юмора и одновременно трогательно и красиво!Даже сравнить не с чем.Очень рекомендую!
Не бойся любви - Осборн МэггиОля
21.02.2015, 2.52





у-ф-ф!Не могу опомнится от такого чудного романа!Пока ни чего не могу читать.
Не бойся любви - Осборн Мэггиева
22.02.2015, 15.53





Потрясающая интересная история.рада что бывают и такие романы после которых и грустно и радостно на сердце.
Не бойся любви - Осборн Мэггиамина
23.02.2015, 19.47





ВЕЛИКОЛЕПНО!
Не бойся любви - Осборн МэггиМила
9.03.2015, 20.19





Ай, какая карамелька!! Такая необычная героиня, столько симпатий вызывает! Читает словарь, чтобы знать значения слов! Имеет такое драгоценное сердце и разум, что нам всем стоит поучиться!( ". Секс будет, если не будет ребенка! "И точка! Так держать, девчонки, отвечаем за свою жизнь сами!), Сюжет лихой и типичный для Дикого Запада- ковбои стреляют от бедра, злодеи усатые и валятся, как карточный домик, герой с мускулистым телом и нежным сердцем, ( кстати, его теория покорения женщин ой, как хороша и действенна!) Уже за то,как он обставил первую ночь- спасибо ему от всех женщин!! В меру сантиментов, много любви, а в конце- награда!
Не бойся любви - Осборн МэггиЕлена Ива
20.04.2015, 21.16





Елена Ива, спасибо за отзыв! Точно, вкусный роман! В конце и смеялась и плакала!
Не бойся любви - Осборн МэггиАнна
27.04.2015, 18.39





Прекрасный роман. Очень редко в этом жанре встречаются романы с хорошим концом,в том смысле, что часто концовки получаются приторно сладкими, либо какими-то смазанными, оборванными. Это уже второй роман этого автора, что я прочитала (до этого читала Лучший мужчина),и оба романа очень понравились. Понравились своей завершенностью. Никаких глупостей, тупостей. Сильные, смелые герои, которые получили от жизни то,чего заслуживали. Однозначно читать. rnА я попробую почитать что нибудь еще у этого автора.
Не бойся любви - Осборн МэггиДиана
30.06.2015, 17.08





Чудесно! Великолепно! Некоторые моменты и эпилог просто не смогла читать без слез. Неужели такие чудесные книги еще существуют?! Высший балл! 10/10!
Не бойся любви - Осборн МэггиСашенька С
2.07.2015, 4.38





Роман отличный. Читала с огромным удовольствием. Читайте, не пожалеете.
Не бойся любви - Осборн МэггиТатьяна
7.07.2015, 22.32





Прекрасный роман!Всем читать!
Не бойся любви - Осборн МэггиНаталья 66
29.08.2015, 19.23





Вновь перечитала и в очередной раз не пропустила ни строчки,ни слова,ни буквы,как в первый раз.Истинное удовольствие. Один из лучших любовных романов которые я читала. Герои выше всяких похвал,я просто в них влюблена.Не много смутило умение шестилетней девочки но это не испортило впечатление от романа. 10+
Не бойся любви - Осборн Мэггис
27.03.2016, 22.34





Мне очень понравился,особенно характеры героев.
Не бойся любви - Осборн МэггиАся
30.04.2016, 12.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100