Читать онлайн Леди-бунтарка, автора - Осборн Мэгги, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди-бунтарка - Осборн Мэгги бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.06 (Голосов: 63)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди-бунтарка - Осборн Мэгги - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди-бунтарка - Осборн Мэгги - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Осборн Мэгги

Леди-бунтарка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

В Гросвенор-Хаусе леди разошлись по своим комнатам и не показывались целых три дня.
Все это время Сесил оставалась в постели, страдая от женских недомоганий, которые всегда проходили у нее довольно болезненно. Как назло, тогда же явились и доктора, чтобы, как обычно, отворить ей кровь. Их визит окончательно обессилил девушку. Леди Паджет заперлась у себя в спальне, сославшись на сильную головную боль. День и ночь она мерила шагами комнату, терзаемая гневом и страхом. Она предвкушала грядущий скандал и свою загубленную репутацию. Тетушка Трембл, неожиданно оказавшись в полном одиночестве, решила провести летнее очищение кишечника и приняла такую дозу слабительного, что все эти три дня почти не вставала с горшка, задав нелегкую работу своей горничной. Бедняжка вынуждена была все время следить за госпожой с ночной посудиной наготове.
Блу тоже была не совсем здорова. Но в отличие от Сесил девушка не испытывала никаких болезненных ощущений. Понурая и мрачная, она сидела у окна, наблюдая, как капли июльского дождя монотонно стучат по стеклам. На душе у нее было так же уныло и серо, как в саду за окном.
Блу отлично понимала, что ее первый выход постыдно провалился, что она опозорила и оскорбила леди Кэтрин. Она оказалась недостойна любви Сесил, которая так гордилась ею. Она не оправдала доверия тетушки Трембл, обманув все ее ожидания. И в довершение всего будущий муж Сесил, герцог Дьюбери, – тот самый мужчина, кого ей больше всего хотелось поразить и унизить.
Блу тяжело вздохнула и прижалась пылающим лбом к холодному стеклу. Неожиданно она почувствовала, что ее душит гнев, и это было началом исцеления. Но он не был достаточно силен, чтобы вытеснить апатию и уныние. Ее провал лишь позабавил Герцога. Это было обиднее всего. Встретив насмешливый взгляд его серых глаз, она смешалась и трусливо поджала хвост. Блу не раз представляла себе, как, увидев ее, Томас задрожит мелкой дрожью и начнет заикаться от восторга. Вместо этого она сама затряслась, словно пудинг, и не смогла выдавить из себя ни слова. Он смотрел на нее и ухмылялся. А почему бы и нет? Похоже, она вела себя отвратительно от начала и до конца. Сколько Блу ни пыталась, она так и не смогла припомнить ни одного своего правильного поступка или слова.
В соответствии с этикетом, который она все же усвоила раз и навсегда, ей надлежало извиниться перед Сесил, леди Кэтрин и тетушкой Трембл. Но как тогда объяснить им свое поведение? Блу закрыла глаза. Оконное стекло приятно холодило лоб, и девушка, погрузившись в свои мысли, не сразу услышала легкий стук в дверь. Это была Сесил. Блу скорее согласилась бы сейчас затянуть проклятый корсет еще на два дюйма туже, нежели показаться на глаза Сесил. Но рано или поздно это все равно случилось бы. Блу вздохнула, подняла голову, стиснула зубы и приготовилась принять очередное унижение.
– Я пришла извиниться, – быстро сказала Сесил, прежде чем Блу успела заговорить. – Надеюсь, ты нас простишь.
– Ты хочешь извиниться? – Темные глаза Блу широко открылись от удивления. – Это я должна просить у всех у вас прощения.
– С твоим благородством и добротой, дорогая Блузетт, я и не ожидала от тебя другого ответа. Но в том, что случилось, нет твоей вины. Это мы совершили ошибку. Мы слишком рано подвергли тебя испытанию, к которому ты оказалась не готова. Стыдно признаться, но никто даже не подумал спросить тебя, чувствуешь ли ты в себе достаточно сил. – Моутон подмигнул Блу поверх золотоволосой головки Сесил и бесшумно отступил в сторону. – Мне так не терпелось поскорее познакомить тебя с Эдвардом, что я невольно оказала тебе дурную услугу. Но я очень надеюсь, что ты меня простишь.
Блу опустилась на колени рядом с креслом Сесил и взяла сестру за руку.
– Нет, Сесил. Я одна во всем виновата. – Кажется, ей удалось найти нужные слова. – Я думала, что готова познакомиться с герцогом, но у меня неожиданно сдали нервы. Мне очень хотелось произвести благоприятное впечатление на твоего Эдварда и оправдать ваше доверие. Но вместо этого я совершала одну ошибку за другой и все больше нервничала, так что в конце концов опозорила тебя. Это мне нужно просить прощения.
Сесил протянула руку и мягко коснулась щеки Блу.
– О, дорогая, ты понимаешь, что только что произошло? Ты произнесла целую речь без единого «черт побери» или «дьявольщина». Ты даже не представляешь, как я горжусь тобой. Ты сделала огромные успехи. И ты просто не способна опозорить меня, Блузетт. Я восхищаюсь тобой, моя милая сестренка.
Блу так тронул благородный порыв Сесил, что на глазах у нее показались слезы. Это удивило и смутило ее. Она и не подозревала, что настолько дорожит уважением сестры и так боится его потерять.
– И еще, – добавила Сесил, делая вид, что не замечает слез в глазах Блу, – я хотела спросить твоего разрешения рассказать все Эдварду. Мама согласна, что он должен узнать правду.
– Должно быть, это решение далось ей очень тяжело, – с горечью заметила Блу и опустила голову.
– Эдвард скоро станет членом нашей семьи. Мне кажется, было бы неразумно начинать нашу совместную жизнь с секретов. Надеюсь, ты со мной согласишься.
– Ох, Сесил. – Оставалось еще так много секретов. И с этим, увы, ничего нельзя поделать.
– Так ты согласна?
– Ну конечно.
Щеки Сесил вспыхнули нежным румянцем.
– Что ты думаешь об Эдварде?
О Боже!
– Сказать по правде, я была так расстроена своими нелепыми ошибками, что едва успела его рассмотреть, – осторожно ответила Блу.
– Он очень красив, правда? – Лицо Сесил еще больше разрумянилось, и она прижала к щекам ладони.
– Да, – подтвердила Блу, отворачиваясь к окну, затянутому пеленой дождя. – Ты ведь любишь его, скажи?
Сесил смущенно опустила ресницы. Ее лицо пылало.
– После тебя и мамы Эдвард – мой самый близкий друг. Но Блузетт, Эдвард – последний из рода Монморанси. Если я не смогу подарить ему наследника… Говоря откровенно, мои доктора не слишком на это надеются.
Блу первой нарушила тишину. Низко опустив голову, она нерешительно одернула юбки и криво усмехнулась:
– А что подумал обо мне твой Эдвард? Он был жестоко оскорблен?
– Он был просто очарован тобой, – воскликнула Сесил.
– Ох, Сесил, как я тебя люблю! – Блу засмеялась и обняла сестру. В горле у нее по-прежнему стоял ком.
– Она уже извинилась, мама. Теперь мы должны простить ее нервный срыв и показать, что мы ей по-прежнему доверяем.


– Но прогулка в людном месте? – слабым голосом возразила Кэтрин. Спор длился уже больше часа, и леди Паджет чувствовала, что ей становится все труднее держать оборону.
– Сесил права, Кэтрин. – Тетушка Трембл стукнула об пол тростью для большей убедительности. – Нам всем пойдет на пользу эта прогулка. Мы уже два месяца безвылазно сидим дома. Разве что изредка выходим в сад. – Глаза Трембл на морщинистом лице внезапно округлились и едва не вылезли из орбит. Мы уже целую вечность не показываемся ни в Гайд-парке, ни на Пэлл-Мэлл. Целую вечность! – Лицо Трембл внезапно застыло. – Силы небесные! Мои друзья, должно быть, решили, что я умерла!
– Пожалуйста, не падай в обморок, тетя Трембл. Мне нужна твоя поддержка. Так что же ты решила, мама?
– Куда вы предлагаете отправиться? – спросила она наконец.
– Думаю, небольшой поход за покупками не принесет особого вреда. Как вы считаете? Мне так давно хотелось показать Блузетт магазины на Стрэнде и современное здание биржи. Жаль, что старое снесли, по-моему, оно было намного красивее. Мы могли бы посмотреть перчатки. Кажется, мама, ты говорила, что стоило бы пополнить запас лайковых перчаток.
– Наша Блузетт научилась правильно держаться в обществе, Кэтрин, – поддержала разговор Трембл. – Ну, скажем, более или менее научилась. Теперь она должна привыкнуть к тому, как ведут себя другие, встретив знатную даму.
Блузетт? Знатная дама? Должно быть, Трембл сошла с ума, проведя в заточении два последних бесконечных месяца. Кэтрин с обидой взглянула на пожилую леди. Все ее предали, даже Трембл.
– Кто-нибудь подумал обучить Блузетт, как правильно вести себя в экипаже? – не унималась тетушка, загоревшись идеей совершить прогулку по Лондону. – Опыт – лучший учитель, кто-то, не помню кто, так всегда утверждал. Мы должны воспользоваться случаем и преподать ей урок. Блузетт следует знать, кто садится в карету первым и кто первым покидает ее. Это очень важно. Нарушение этикета может стоить светской карьеры. Мы не должны этим пренебрегать.
– Ну хорошо. Поедем завтра, – неохотно согласилась Кэтрин, уступая натиску. – Прикажите мистеру Апплу подать карету к десяти часам.
Когда Сесил и Трембл с триумфом удалились, чтобы рассказать Блузетт о своей победе, Кэтрин устало опустилась в кресло, запрокинула голову и закрыла глаза. Она понимала, что невозможно все время держать Блузетт взаперти. Сентябрь уже не за горами. Трембл права. Девочке требовался опыт. Но, Боже милосердный, как ей было страшно. Мало ли что может случиться. Невозможно предусмотреть все подводные камни и подготовить Блузетт к массе неожиданностей.
Заглядывая в будущее, леди Паджет видела лишь череду неприятностей, и ее невольно охватывало чувство безысходности и отчаяния. Ее репутация, положение в обществе, вся ее жизнь медленно скользили по спирали вниз, и с приближением сентября движение становилось все стремительней. Настанет день, когда Кэтрин преодолеет последний виток и упадет на самое дно. Ее дом станут обходить стороной, и единственными гостями в ее нарядной гостиной будут жалкие изгои, которых она сама еще недавно так презирала. Ее имя будет у всех на устах, о ней станут шушукаться, злобно хихикать. На нее станут показывать пальцем. Кэтрин застонала.


– Еще раз, – прошипела сквозь зубы леди Кэтрин. Ее голубые глаза сверкали холодным стальным блеском из-под полей очаровательной соломенной шляпки. Напряженно выпрямив спину, она надменно подняла брови, но не повернула головы, чтобы уничтожить взглядом слуг, облепивших окна, выходящие на площадь.
Месье, вызвавшийся сопровождать дам, вытер платком красное от июльской жары лицо и распахнул дверцу кареты, украшенную гербом Паджетов. Затем он склонил голову и предложил руку тетушке Трембл.
– На этот раз я лучше останусь в карете, – объявила старуха. Ее речь была невнятной из-за подушечек за щеками, и к тому же тетушка явно была не в настроении. – Я слишком стара, чтобы прыгать вверх-вниз, как кузнечик.
Отдав дань уважения возрасту, Месье, в полном соответствии с этикетом, должен был оказать внимание титулованным особам. Он почтительно помог леди Кэтрин подняться на подножку кареты. Усевшись рядом с тетушкой Трембл, леди Паджет выглянула в окно и окинула недовольным взглядом дожидавшуюся своей очереди Блузетт. Когда Месье с Моутоном усадили в экипаж Сесил, Кэтрин заговорила, желая предупредить возражения Блу:
– Ты садишься последней, потому что…
– Потому что у меня нет ни титула, ни положения в обществе, – отчеканила Блу. От напряжения ее бросило в пот. На этот раз, дай-то Бог, она легко поднимется на подножку, не перенося на нее весь свой вес, как во время первой попытки, когда карета покачнулась, и все, кто в ней сидел, попадали друг на друга. Теперь она сделает все безупречно. – Ну кто, черт возьми, мог подумать, что это окажется так дьявольски сложно, забраться в эту проклятую карету, будь она неладна!
Сделав вид, что он ничего не слышал, Месье молча взял Блу под руку и подвел к дверце экипажа. На этот раз все прошло удачно, и Блу легко опустилась на подушки рядом с Сесил.
– Ну как? – спросила она, сердито глядя на леди Кэтрин.
– Корова и та сделала бы это грациознее, но по крайней мере ты не опрокинула нас с Трембл на пол. Едем, – сказала она Месье через стекло, и маленький француз с видимым облегчением поспешил вскарабкаться к кучеру на козлы.
– А теперь перейдем к правилам поведения в карете, – начала Сесил, ласково пожимая обтянутую перчаткой руку сестры.
– Как, это еще не все? – разочарованно протянула Блу.
– О, это совсем просто. Особы, старшие по возрасту и обладающие более высоким титулом, занимают лучшие места, сидят лицом по ходу движения. – Она кивнула в сторону тетушки Трембл и леди Кэтрин. – А те, кто моложе и кто менее знатен, садятся на не столь удобные места, обращенные спиной к кучеру.
– Когда мы войдем в магазин, – напутствовала Блу леди Кэтрин, – ты не должна ничего говорить. Я хочу, чтобы ты попрактиковалась в искусстве выражать свои желания взглядами, движениями подбородка, позой, но только не словами. Юные леди не заговаривают с продавцами.
– Или с людьми на улицах, дорогая, – добавила тетушка Трембл, наклонившись вперед и опираясь на трость. В ответ на удивленный взгляд Кэтрин она слегка пожала плечами. – Мы не можем быть уверены, что ей это известно, Кэтрин. Нужно все предусмотреть.
– Ты прекрасно справишься, – заверила Сесил сестру и ободряюще погладила ее по руке.
Как приятно было выйти из дома. Дождь прибил к земле пыль. Свежий ветерок нес с собой прохладу. Пахло свежескошенной травой и влажной землей. Карета свернула на брусчатку, и запахи изменились. Потянуло гнилью, конским потом, уличными отбросами, едким дымом. Это был запах большого города, и у него было великое множество оттенков.
Забыв обо всем, Блу высунулась из окна, придерживая рукой шляпку. Ей хотелось как следует рассмотреть места, где они проезжали. Ее темные глаза искрились благоговением и восторгом. Это был Лондон во всем своем блеске и нищете. Теперь Блу больше не испытывала страха, она начинала поддаваться очарованию города, таившего в себе бездну соблазнов.
– Господи, куда это нас везет мистер Джеймисон? Кто-нибудь может сказать? – спросила тетушка Трембл, взволнованно глядя в окно. – Это совсем не та дорога, по которой мы обычно ездим.
– Я подозреваю, что Месье решил сделать круг по городу, – задумчиво сказала Кэтрин. Она заколебалась было, не открыть ли окно и не отчитать ли Месье и мистера Джеймисона, но удовольствие от долгожданной прогулки настроило ее на благодушный лад, и Кэтрин решила оставить без внимания самоуправство француза. К тому же поездка вокруг города оттягивала тот миг, когда они должны будут выйти из кареты и выставить Блузетт на всеобщее обозрение. Кэтрин представила себе, как Месье и мистер Джеймисон обмениваются заговорщическими взглядами и шепотом обсуждают детали своего маленького заговора.
– Какая прелесть! – воскликнула Сесил, видя, что им предстоит небольшая экскурсия по городу. В следующий миг они с тетушкой Трембл принялись бурно обсуждать лондонские достопримечательности, смеясь и перебивая друг друга. Блу только успевала вертеть головой, повинуясь их указаниям. Сесил и Трембл так и сияли от гордости. Им нравилось смотреть на Лондон чужими глазами и слушать восторженные восклицания Блу. Месье провез их по Уайтхоллу и Сент-Джеймсскому парку. Они немного задержались на Пэлл-Мэлл и сделали круг по Гайд-парку, который, к немалому облегчению леди Кэтрин, оказался пустынным. Потом карета ненадолго остановилась у обелиска, возведенного в память о великом пожаре прошлого столетия, пересекла Сити, миновала здание Старой биржи, прогромыхала мимо рынка, где шла оживленная торговля, и свернула к реке. Там без устали сновали лодки, крупные и мелкие суда, и виднелся целый лес мачт. Оттуда они выехали на Ковент-Гарден, и Блу тут же высунулась из окна в надежде хоть краем глаза увидеть Изабеллу. Ее бывшая камеристка так и не показалась, но Блу успела полюбоваться Королевским и Герцогским театрами и увидеть торговые ряды.
Наконец мистер Джеймисон выехал на Стрэнд и остановил карету перед зданием Новой биржи. Месье помог дамам выйти из экипажа, с удовольствием оглядывая их улыбающиеся лица и вслушиваясь в оживленные голоса. Встретив строгий взгляд леди Кэтрин, он покорно опустил голову с видом нашкодившего мальчишки. Глаза маленького француза озорно блестели за круглыми стеклами очков.
– Что-то мы сегодня очень долго ехали, – только и сказала леди Паджет. Месье улыбнулся и отвесил поклон, после чего отступил к карете. Моутон, сидевший на месте лакея, отвязал кресло Сесил и передал его Месье.
Блу с сияющими глазами стояла в самой гуще толпы на тротуаре, напротив стройного ряда великолепных витрин. Она с любопытством вглядывалась в вереницу экипажей и поток пешеходов. Блу Морган уже начинала любить Лондон. Под подошвами своих туфелек она чувствовала биение его сердца. Вдыхая чудовищную смесь запахов, она ощущала его дыхание. В громких окриках возниц и гуле толпы она слышала его голос.
Если бы девушка не была так поглощена новыми впечатлениями, она непременно заметила бы мошеннического вида субъекта, отиравшегося неподалеку от экипажа и беззастенчиво разглядывавшего леди Кэтрин. Блу увидела, как он кивнул, но не сразу поняла, что кивок послужил сигналом для сообщника этого типа, который немедленно выскочил из толпы и бросился прямо под ноги леди Паджет.
– Неуклюжий болван! – сердито воскликнула Кэтрин, как вдруг недовольство на ее лице сменилось испугом. – Моя сумочка! – закричала она. – Он украл мою сумочку! О Боже! Мое кольцо!
– Твое обручальное кольцо? – ахнула тетушка Трембл. Ее лицо стало пепельно-серым под толстым слоем румян.
– Да…
«Ну, это уж слишком», – решила Блу и, прежде чем леди Кэтрин успела перевести дыхание, подхватила юбки, сбросила с себя туфли и побежала вверх по Стрэнду вдогонку за негодяем, который посмел стянуть кошелек и кольцо ее матери. Корсет сковывал ее движения, но, даже несмотря на это, ее ноги в одних чулках едва касались земли. Расталкивая всех, кто попадался ей на пути, Блу мчалась за вором, стараясь не упускать его из виду. Видя, что вот-вот настигнет мерзавца, девушка торжествующе ухмыльнулась и издала ликующий клич. Давно она не получала такого удовольствия. Ее волосы разметались, а шляпка улетела, но Блу этого не замечала. Встречные экипажи останавливались, в окнах мелькали изумленные лица. Пешеходы замирали и, широко открыв рты, глазели на развевающиеся юбки Блу. Не каждый день увидишь такое – знатная дама несется по Стрэнду на всех парусах в погоне за карманником.
Пытаясь улизнуть, жулик бросился на другую сторону улицы, но Блу уже наступала ему на пятки. Она бесстрашно перебежала дорогу прямо перед носом у мчащейся лошади и, презирая опасность, проскользнула между двумя каретами. Не выпуская из виду негодяя, девушка уже настигала свою жертву.
Схватив вора за плечи, она резко развернула его и швырнула на стену магазина. В следующее мгновение она уже держала воришку за горло, не давая ему вздохнуть. Когда он попытался стряхнуть ее руку, она угрожающе зарычала и усилила хватку.
– Сейчас я сломаю твою мерзкую шею, ты, вонючая куча свиной требухи!
Вор испуганно взглянул на Блу. Глаза девушки воинственно сверкали, и бедняга едва не заплакал от ужаса и боли. Судорожно сглотнув, он поспешно бросил сумочку леди Кэтрин на тротуар, как будто изящно расшитый шелк жег ему пальцы. Видимо, незадачливый грабитель рассчитывал, что теперь Блу отпустит его, но он ошибался.
– Я не сделал ничего плохого, мисс, – плаксиво пожаловался он, когда Блу и не подумала отпустить его горло. – Это была просто шутка.
– Врешь! – Блу наклонилась к воришке, так что их носы едва не соприкоснулись. От негодяя пахло чем-то мерзким. Он явно был напуган до полусмерти. – Давай-ка сюда кольцо моей матери, ты, грязная жирная свинья!
Как она и ожидала, мерзавец поднял вверх руки, показывая, что кольца у него нет. Он даже попытался изобразить улыбку. Его глаза удивленно округлились и приняли невинное выражение.
– Ну да, чист, как гнойная язва! – пробормотала Блу. С видимым отвращением она протянула руку и зажала мошеннику нос, еще сильнее сдавив ему горло. Теперь оставалось только ждать. Воришка не мог ни вдохнуть, ни глотнуть. Прошло меньше минуты, и ее пленник широко открыл рот, жадно хватая воздух. Блу выпустила из пальцев его нос, сунула руку ему в рот, нащупала за щекой кольцо и с триумфом извлекла его.
– А теперь вот что, – угрожающе прошипела она, наклоняясь к перепуганному воришке. – Ты хорошо запомнил, у кого все это спер?
Мошенник молча смотрел на нее, не в силах произнести ни слова.
– Скажи своему подельнику, да и всем своим чертовым дружкам, чтобы больше никогда и близко не подходили к леди Кэтрин Паджет. Ты меня слышал? Если ее или кого-нибудь из ее близких ограбят на улице, я сама лично разыщу тебя, отрежу тебе яйца и заставлю тебя их сожрать. – Блу зловеще улыбнулась, глядя в широко раскрытые глаза вора. – Можешь положиться на мое слово, ты, вонючий сукин сын.
Убедившись, что ее слова произвели должное впечатление, Блу отпустила мошенника и отступила в сторону. Тот, недолго думая, нырнул в толпу и мгновенно скрылся в ближайшем переулке. Девушка расправила плечи, разгладила юбки, вежливо кивнула своим зрителям и исполненным достоинства жестом велела всем расходиться. Моутон, которого она только сейчас заметила, нагнулся, чтобы поднять сумочку леди Кэтрин. В его глазах сверкали веселые искорки, и было заметно, что он гордится своей воспитанницей. Блу ухмыльнулась ему в ответ, но тут же застыла, услышав хорошо знакомый голос.
– Кажется, это ваше, мисс Морган. – Блу резко обернулась к небольшой кучке зевак, все еще таращившихся на нее. Герцог Дьюбери, улыбаясь, поклонился и протянул ей потерянную шляпку.
– И как давно вы здесь стоите? – спросила Блу. Взяв шляпку, она с невозмутимым видом водрузила ее себе на голову и завязала ленту сбоку под подбородком.
– Достаточно долго, чтобы услышать достойную отповедь негодяю. Вы пригвоздили к стене несчастного ублюдка и чуть не выпустили из него дух. – В серых глазах Герцога мелькнула улыбка.
– Этот «несчастный ублюдок» украл сумочку и кольцо леди Кэтрин.
– Осмелюсь заметить, он горько об этом пожалел. – Герцог посмотрел девушке в глаза, и вдруг выражение его лица изменилось. – Я не солгал тебе, Блу, – тихо произнес он. – Меня зовут Томас Эдвард Монморанси. Сесил в детстве немного заикалась. Она не могла выговорить звук «т», поэтому привыкла называть меня Эдвардом. Больше никто меня так не зовет.
Это было глупо и абсурдно, но Блузетт почувствовала себя на седьмом небе от радости. Томас не солгал ей. Блу не смогла бы сказать почему, но это было для нее очень важно. Необычайно важно. Внезапно ей стало неловко оттого, что Томас видел, как она сражалась с грабителем. Хотя Блу и испытывала законную гордость, отвоевав кольцо и сумочку леди Кэтрин, ей стало не по себе от мысли, что его светлость стал этому свидетелем. Вряд ли истинная леди поставила бы себе в заслугу уличную драку. И в то же время Блу было приятно, что Герцог видел, как храбро она бросилась в погоню за вором.
Сгорая от смущения, не зная, что сказать, она повернулась и обвела глазами улицу. Навстречу ей шел Месье, толкая кресло Сесил, за ним семенила тетушка Трембл. Она угрожающе размахивала тростью, готовая наброситься на каждого, чья внешность покажется ей подозрительной. Рядом решительно шагала Кэтрин, бледная от ярости. Куда исчезла ее скользящая походка? Глаза леди Паджет метали молнии. Интересно, что же могло случиться в отсутствие Блу, отчего ее мать пришла в бешенство? Леди Кэтрин уже знает, что Блузетт сумела вернуть похищенную сумочку и кольцо, тогда что же ее так расстроило?
Когда процессия приблизилась, Сесил радостно воскликнула:
– Мама, посмотри, герцог Дьюбери нас нашел.
Леди Кэтрин прищурилась, сверля Блу взглядом.
– Если ты еще не сказала Эдварду правду, советую тебе сделать это сейчас. Должно быть, герцог решил, что мы сошли с ума, когда приютили у себя это создание. Пожалуйста, объясни его светлости, что Блузетт не получила должного воспитания и мы делаем все возможное, чтобы исправить это упущение. Прошу тебя подчеркнуть, что это задача не из легких.
Все поспешно обменялись поклонами – одному Богу известно, сделала ли Блузетт реверанс, – и леди Кэтрин велела Месье подать экипаж.
– Но, мама, – запротестовала Сесил, – мы так ничего и не купили!
– Мы возвращаемся домой, – отрезала леди Кэтрин, не отрывая взгляда от Блузетт.
– Я вызволила вашу сумочку и кольцо, миледи, – сказала Блу, протягивая матери свои трофеи и приседая в реверансе.
Похоже, чудовищная девчонка была довольна собой, как будто ее поступок заслуживал похвалы. Ее ясный и невинный взгляд буквально ошеломил Кэтрин. Это было неслыханно!
– Ты вела себя возмутительно. Немыслимо. Это настоящий скандал, – прошипела Кэтрин сквозь зубы. От унижения на ее щеках выступил румянец. Подумать только, Эдвард стал свидетелем безумной выходки Блузетт.
– Я… я не понимаю, – смущенно пробормотала Блузетт. К удивлению леди Паджет, девчонка явно была в замешательстве. – Я вернула вашу сумочку и обручальное кольцо. Я сделала это исключительно ради вас, миледи. – Она обескураженно развела руками и нахмурилась. – Я думала, это вас обрадует.
– Обрадует? Да я просто в ужасе! Это невообразимо! Кто-то из моих домашних бегает по улицам босиком, у всех на виду! За каким-то грязным воришкой! Ты хотя бы представляешь себе, как это выглядит? Ты собрала вокруг себя весь Лондон! Одному Богу известно, кто мог тебя видеть!
Она украдкой бросила взгляд на герцога Дьюбери. Стыд и унижение не позволяли ей поднять глаза. Повинуясь жесту Кэтрин, Месье выступил вперед, протягивая Блу ее туфли.
– Немедленно обуйся, – скомандовала леди Паджет. – Затем ты сядешь в карету, и я запрещаю тебе разговаривать до завтрашнего дня. Ни слова! Я не желаю слышать даже звука твоего голоса!
С пылающим лицом Блу проводила взглядом леди Кэтрин, которая, опираясь на руку Месье, стремительно направилась к карете и поднялась на подножку.
– Господь всемогущий! – удивленно охнула Трембл. – Кэтрин села в карету раньше меня. Впервые за тридцать лет она забыла о хороших манерах!
Сесил в отчаянии заломила руки и с мольбой посмотрела на герцога.
– Дорогой Эдвард, прости меня, я взываю к твоему великодушию. У нас кое-что случилось. Не мог бы ты предоставить нам с Блузетт свою карету? Мне кажется, будет лучше, если мы… – Она взглянула на бледную от бешенства Кэтрин и закусила губу.
– Я почту за честь доставить вас домой. Мой экипаж стоит за углом. Я сейчас же прикажу его подать. Мне нужно перекинуться парой слов с Месье, и я к вашим услугам.
– Моутон поедет с нами, – предупредила Блу. – Иначе он не согласится. – Это были последние слова, которые она произнесла. В карете его светлости Блузетт отвернулась к окну и молчала всю дорогу до Гросвенор-сквер. Потом, не прибегая ни к чьей помощи, она выпрыгнула из кареты, быстро взбежала по лестнице к себе в комнату и закрылась там.
Стук захлопнувшейся двери пронесся эхом по коридорам, и в доме воцарилась гробовая тишина.
– О Господи, – пробормотала Сесил, прислушиваясь.
– Пожалуй, мне стоит прийти в более подходящее время, – тактично предложил Томас. Он лучше, чем кто-либо другой, понимал, что здесь произошло. Столкнулись два разных мира, и в этом столкновении каждая из сторон чувствовала себя пострадавшей. Блу никак не могла понять, что леди Паджет скорее готова смириться с потерей ценных вещей, чем допустить публичный скандал, а Кэтрин, в свою очередь, не приходило в голову, что Блу, с ее обостренным чувством справедливости, способна поступиться приличиями и правилами этикета ради торжества этой справедливости. Став жертвой грабителя, Кэтрин ожидала лишь сочувствия, а отнюдь не решительных действий. Блу же надеялась заслужить одобрение, а не порицание матери. В результате обе оказались обижены и разочарованы.
– Эдвард, подожди, пожалуйста, минутку. – Привычным жестом Сесил попросила Моутона вкатить ее кресло в гостиную. Моутон бросил красноречивый взгляд на Томаса, выполнил просьбу молодой хозяйки и тихонько вышел, оставшись за дверью.
– Кажется, теперь у тебя есть надежный страж, – улыбнулся Томас.
– И верный друг. Моутон опекает нас, как курица своих цыплят. Он удивительный человек, Эдвард. Добрее его нет никого. Не понимаю, как мы могли столько лет обходиться без него. – Она подождала, пока мистер Аппл подаст херес, потом вздохнула и закусила губу. – Я должна кое о чем с тобой поговорить.
Она, набравшись храбрости, рассказала Томасу историю Блу, то и дело запинаясь от волнения. Герцог внимательно выслушал Сесил, ничем не выдавая, что многое в ее рассказе ему было уже известно. Он лишь один раз прервал невесту:
– Пират взял твою мать силой? – Это было единственным в истории леди Паджет, что вызвало у Томаса сомнение. Насколько Герцогу было известно, Бо Билли Морган никогда не совершал насилия над женщиной. Ему это претило, и, кроме того, с его внешностью и обаянием в этом не было никакой нужды.
Щеки Сесил вспыхнули от смущения.
– Конечно же, мама не углублялась в детали. Но я думаю, что так и было. Мама никогда бы…
– Конечно. Я прошу прощения за бестактный вопрос. Закончив свой рассказ, Сесил обеспокоенно посмотрела на Томаса.
– Хотя происхождение Блузетт совершенно невообразимо, Эдвард, я умоляю тебя не судить о ней слишком поспешно. Блузетт самая замечательная из всех, кого я встречала в своей жизни, и я люблю ее. Я надеюсь, ты тоже ее полюбишь. Она наполнила этот дом жизнью и радостью. У нее была удивительная, полная приключений жизнь! Ты должен обязательно послушать ее истории!
Чтобы остановить поток восхвалений сестры, Томас прижал палец к губам Сесил.
– Если ты любишь ее, Сесил, то и я готов полюбить ее. – Боже праведный, что он только что обещал?
– Я знала, что ты обязательно полюбишь Блузетт. – После минутного колебания Сесил вскинула голову и решительно посмотрела в глаза Томасу. – Раз уж у нас такой откровенный разговор, нам с тобой нужно еще кое-что обсудить. – Она закусила губу и отвела взгляд. – Эдвард…
Томас так хорошо знал Сесил, что мгновенно угадал, о чем она думает. Обхватив ладонями ее лицо, он мягко заставил девушку взглянуть на него.
– Не нужно, Сисси.
– Нам давно пора поговорить об этом. – Она тяжело вздохнула. – Мама уверена, что я снова смогу ходить, но это не так. Я останусь в этом кресле до конца моих дней, Эдвард. Я знаю, как ты мечтаешь о сыне, и я была бы счастлива подарить его тебе, но я не уверена, смогу ли я иметь ребенка. Если… если ты хочешь, я освобождаю тебя от данного тобой слова и нисколько тебя не осудила бы.
Томас посмотрел на Сесил и увидел золотоволосую маленькую девочку и застенчивую юную девушку, которой она когда-то была. Без мужа у нее нет будущего.
– Ты сама этого хочешь, Сесил?
– Я думала, этого хочешь ты. Но ты ведь слишком хорошо воспитан, чтобы признаться в этом.
Герцог нежно поцеловал Сесил в нос. Ни с кем он не чувствовал себя так просто и естественно, как с ней. Ведь они знали друг друга всю жизнь.
– Тебе хорошо известно, Сесил, что я никогда не отступлюсь от своего слова. И никогда не причиню тебе боль, не откажусь от тебя. Нет, Сисси, если ты хочешь навсегда остаться старой девой, тебе самой придется расторгнуть помолвку.
Они слишком уважали друг друга, чтобы лгать и делать вид, будто у Сесил найдутся еще поклонники. Несмотря на значительное приданое, вряд ли кто-нибудь захотел бы взять в жены прикованную к креслу женщину, которая едва ли способна иметь детей.
– Ты очень хороший человек, – мягко сказала Сесил, улыбаясь Томасу. – А я беззастенчиво этим пользуюсь.
– Ну конечно, – подхватил он, радуясь, что видит ее улыбку. – Все хорошенькие женщины так и поступают.
– Мне стало гораздо легче, – радостно воскликнула Сесил. – Раз уж я так расхрабрилась, что отважилась высказать тебе все свои заботы, то у меня есть еще и просьба. Я очень рассчитываю на твою помощь в одном деликатном деле.
– И что бы это могло быть?
– Я подумала… как было бы замечательно сыграть сразу две свадьбы. Я надеюсь, ты поможешь маме и тете Трембл найти подходящую партию для Блузетт. – Сесил нерешительно заглянула в глаза Томаса. – Что ты скажешь насчет лорда Уайтсолла? Мне кажется, он подошел бы Блузетт.
– Уайтсолл? – Томас изумленно уставился на Сесил.
– Жених Блузетт должен быть ее достоин. Я представляю его умным и сильным, как она. И еще он должен обладать определенной широтой взглядов, чтобы принять ее прошлое, о котором ему, конечно, следует рассказать. – Сесил задумчиво побарабанила пальцами по подлокотнику кресла.
– Только не Уайтсолл. – Томас попытался представить себе лорда Уайтсолла рядом с Блу Морган и содрогнулся. Ему была ненавистна сама мысль, что кто-то может жениться на Блузетт, любить ее, держать в своих объятиях.
– У ее жениха должна быть живая и деятельная натура, и… наверное, хорошо, если бы он был… немного грубоват. – Сесил очаровательно покраснела, – Подумай об этом, милый Эдвард.
Когда часом позже Томас покидал Гросвенор-Хаус, настроение у него было хуже некуда.


Лениво переставляя ноги, Блу медленно вошла в библиотеку, приблизилась к столу, который облюбовал для себя Месье, и опустилась в кресло.
– Прошу тебя, не грызи ногти, – пробормотал Месье, отрываясь от книги.
Блу окинула его хмурым взглядом.
– Три месяца назад никому из нас и дела не было до этих чертовых ногтей. – Тем не менее она осмотрела ноготь и спрятала руку в складках юбки. – Ненавижу леди Кэтрин! Злобная, лицемерная и неблагодарная особа!
Месье снял очки, достал из жилетного кармана платок и принялся неторопливо протирать стекла. Ему не раз доводилось видеть Блу в гневе, и сейчас он, как никто другой, понимал, что она чувствует. Гнев придавал ей силы, помогая скрыть уязвленность и недовольство собой.
– Она даже не поблагодарила меня! – не унималась Блу. – А сама без конца твердит о хороших манерах!
– Попробуй поставить себя на ее место, дорогая. Уверяю тебя, она благодарна тебе за то, что ты вернула ей сумочку и кольцо. Но разве она может похвалить тебя за учиненный скандал?
– А что я должна была делать? – Блу с возмущением всплеснула руками. – Позволить этому куску крысиного дерьма смыться с ее вещами? Ведь я была уверена, что могу заставить его вернуть украденное!
– Трудный вопрос. – Месье растерянно пожал плечами. Он не знал, что ответить.
– Ну конечно! – Блу вскочила, и внезапно гнев ее улетучился, словно морская вода вылилась из перламутровой раковины. Она стояла перед Месье, растерянная и беззащитная. – Она всегда будет недовольна мной. Я для нее – сплошное разочарование, – с горечью прошептала Блу.
– Блузетт…
Плечи девушки поникли. В ее глазах стояли слезы.
– От нее всегда пахнет дикой розой. Ты не замечал? Когда она уходит, запах еще остается в комнате. И это напоминает мне…
Блу оборвала фразу, резко повернулась, взметнув облако бледного шелка, и выбежала из комнаты.


– Я не понимаю ее, – сердито бросила леди Кэтрин. Не в состоянии усидеть на месте, она встала и подошла к высоким окнам библиотеки. Месье молча слушал. – Она отвергает все, чему я пытаюсь ее научить. Все мои попытки привить ей хорошие манеры обречены на провал. Она даже не понимает, какие огромные возможности открываются перед ней. – Нервным жестом леди Кэтрин пригладила волосы. – Все свое время я посвящаю ей, заботе о ее будущем. Вся моя жизнь подчинена этому. Я рискую всем ради нее. Но она этого не ценит!
Месье смущенно откашлялся.
– Со временем она, безусловно, оценит вашу заботу, миледи, я совершенно уверен в этом. Морганз-Маунд сильно отличается от Гросвенор-сквер, вы и сами это понимаете, – мягко заметил француз. – Блузетт сумела уже очень многого добиться. Она невероятно изменилась.
Месье и Моутон тоже изменились. Еще совсем недавно маленький француз запросто мог позволить себе публично высморкаться. Теперь же он и подумать не смел о том, чтобы проделать такую манипуляцию на людях.
– Я готова признать, что Блузетт многого достигла. Но, как вы, должно быть, заметили, ее успехам сопутствует ирония. Она как будто издевается надо мной. Каждый раз, делая реверанс или демонстрируя свои хорошие манеры, она как бы с вызовом отрицает все, что мне дорого.
Месье счел за благо промолчать, понимая, что они ступили на зыбкую почву и лучше не подталкивать леди Кэтрин к дальнейшим откровениям, о которых она наверняка потом станет жалеть. Он надеялся, что разговор закончится раньше, чем она успеет признаться, что страстно нуждается в уважении Блу.
Когда-то очень давно в далекой волшебной стране под названием Париж Месье, на свою беду, узнал, что для мужчины нет большего несчастья, чем встать между двумя разъяренными женщинами. Он мысленно взмолился, чтобы у него достало сил выдержать это испытание и не вмешаться.
– Сесил я всегда понимала, – обиженно продолжала леди Кэтрин. Она отшвырнула портьеру, разгладила рукой юбки и скользнула к двери. – Мы с Сесил похожи, словно два желудя. Но Блузетт… Она так же далека от меня, как существо другого биологического вида!
Если бы Месье разрешил себе заговорить, он непременно возразил бы. В основе разногласий между Блузетт и леди Кэтрин лежали вовсе не различия, которые, кстати говоря, были совсем незначительными, а как раз их сходство. Блузетт была желудем от дуба леди Паджет. Сесил же, такая непохожая на них обеих, по мнению Месье, скорее напоминала гибкую иву. Ива гнулась и грациозно склонялась перед мощью дуба, а желудь, мня себя дубом, готов был скорее погибнуть, чем позволить себя согнуть. Маленький француз сокрушенно вздохнул, глядя вслед леди Кэтрин. Гордая посадка головы и решительная поступь леди Паджет были слишком хорошо ему знакомы. Совсем недавно он видел перед собой точную ее копию.
«В свое время они непременно найдут друг друга», – заверил он себя, надеясь, что это правда. Вскоре мысли Месье приняли иное направление, и он озабоченно нахмурился. Ему было о чем подумать. Недаром они с Моутоном проговорили всю ночь. Два друга с Морганз-Маунд слишком давно жили на этом свете и успели многое повидать на своем веку, так что они просто не могли не заметить того, о чем никто, кроме них, пока не подозревал. Желудь и молодая ива попали в беду. Их обожаемая Блузетт и прикованная к креслу молодая женщина, к которой они оба успели крепко привязаться, полюбили одного и того же мужчину.
Месье вздохнул и откинулся на спинку кресла. Его голова страшно чесалась под париком, как бывало всегда перед грозой. Пока гроза была еще далеко. Она только лишь набирала силу. Но настанет час, и она грянет. Непременно грянет.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Леди-бунтарка - Осборн Мэгги



Скучноватая книга
Леди-бунтарка - Осборн МэггиДиана
26.01.2012, 12.02





роман интересный но как-то все предсказуемо можнобыло бы сделать его более преключенчиским...можно посмеяться от души... правда смушают некоторые моменты...читайте...
Леди-бунтарка - Осборн Мэггинастя
26.06.2012, 16.17





немного перебор конечно.но в целом мне понравился роман.
Леди-бунтарка - Осборн Мэггиинна
23.03.2013, 8.11





Почему бунтарка - леди? Момент с попыткой лишения девственности очень насмешил.Неужели бывают такие дурочки?Почитать,конечно,можно,но не захватывает.Сцена за столом,когда все по очереди изображают отрыжки неприглядна.Главная Героиня изображена уж очень дикой.
Леди-бунтарка - Осборн Мэггигандира
9.04.2013, 22.15





Местами забавно. Ггня глупая но с добрым сердцем. Но куски пропускала. Жаль для сессил ничего хорошего не придумали
Леди-бунтарка - Осборн Мэггииирина
6.10.2013, 18.08





Роман не плохой,читать можно:))
Леди-бунтарка - Осборн МэггиКарина
15.02.2014, 13.36





Местами смешной, местами скучный, иногда надуманный, в целом роман сгодится для одного вечера: 6/10.
Леди-бунтарка - Осборн Мэггиязвочка
17.02.2014, 12.23





Тупость.
Леди-бунтарка - Осборн МэггиОльга
11.08.2014, 11.59





Книга-супер!:))))))))))
Леди-бунтарка - Осборн МэггиВаля
4.12.2014, 9.41





Невозможно читать зачем столько мерзких подробностей. Гг грязнуля неряха и грубиянка да к тому же тупа как пробка. Такое ощущение что Гг выросла не на острове среди людей а в джунглях среди обезьян .Незаслуженно высокая оценка.
Леди-бунтарка - Осборн МэггиНатуся
10.03.2015, 13.51





А мне понравился роман,с юмором!
Леди-бунтарка - Осборн МэггиНаталья 66
30.08.2015, 19.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100