Читать онлайн Влюбляясь в тебя, автора - Ортолон Джулия, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.56 (Голосов: 41)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ортолон Джулия

Влюбляясь в тебя

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Через день после отъезда Пейдж в Корпус-Кристи тропическая жара установилась на заливе и завладела городом на добрые несколько дней. Дождь, последовавший за ней, обрушился на побережье от Мексики до Флориды, и, казалось, ему не будет конца.
У Авроры чуть не случился инфаркт, когда она в первый раз встретилась с матерью Чанса, но Эллен Чанселлор оказалась вполне безобидной, даже очень милой и доброжелательной дамой.
Марси Бакстер же, напротив, как показалось Рори, была не из тех, кто лишний раз смущает себя заповедями Божьими.
Сидя за столом в кухне, Рори чувствовала себя предательницей – в это время Эдриан обсуждал с Эллен и Марси пункты меню. Сама же Рори вместе с Эллисон была занята подгонкой костюмов, которые комитет предоставил им для бала, так что Эдриану приходилось управляться с Марси одному.
Послышался раскат грома, и в воздухе повисло что-то зловещее, еще больше пугающее в этот и без того неспокойный день. Сэди пряталась под столом и жалобно скулила, а Рори задумчиво вглядывалась в поток дождя, ручьями стекавшие по их обновленным газонам и беседкам.
– Когда же прекратится этот дождь!
– Он прекратится, только если холодный фронт, который нам так упорно обещают синоптики, наконец объявится в Галвестоне, – ответила Эллисон, втыкая иголку с нитью в атласный лоскуток. – В противном случае у нас будет миленькая сауна в качестве сюрприза для посетителей бала.
– Думаю, шаманские танцы и заговаривание погоды нам не помогут.
– По крайней мере у меня нет знакомых шаманов для такого случая, – усмехнулась Эллисон. – Да и потом, если дождь не прекратится, мы всегда можем перенести все в бальный зал на третий этаж.
– Знаю, – вздохнула Рори и снова принялась за шитье. – Но это будет уже не то. Мы столько всего придумали, и я так хотела, чтобы все было идеально.
– Все так и будет, – успокоила ее Эллисон. – У нас впереди еще целая неделя. Не может же дождь идти бесконечно, когда-нибудь он исчерпает себя, и ночь бала будет ясной и безоблачной.
Рори подняла глаза, изумленная уверенностью сестры. Когда это они успели поменяться ролями и Эллисон стала оптимисткой, а Рори – адвокатом дьявола?
– Все. Готово, – объявила Элли. Встряхнув платье, она встала и приложила его к себе. Это был один из множества нарядов, позаимствованных ими в оперном театре. На этот раз удача улыбнулась им – им достались прелестные платья и пиратские наряды для нанятых для бала официантов и два элегантных капитанских костюма для Эдриана и Чанса. Платье Элли холодного голубого цвета с черными кружевами нуждалось в некотором ремонте, а платье Рори в кремовых и персиковых тонах пришлось надставить по подолу длинным куском ткани.
– Ну, что скажешь? – спросила Элли, кружась на месте, чтобы показать широкую юбку, раздувшуюся словно колокол.
Аврора невольно подумала, что так, должно быть, выглядела и Маргарита, загадочная «Жемчужина» Нового Орлеана, окруженная сплетнями о скандальном прошлом и запертая в строгой темнице.
– Из тебя выйдет неплохая пиратка. – Элли ухмыльнулась.
– Ну, если только какой-нибудь обольстительный пират сделает из меня распутную женщину.
Рори расхохоталась, но слова сестры оставили в се душе неприятное чувство. Распутная женщина… Именно такой она чувствовала себя уже целую неделю, с тех пор как каждое утро ни свет ни заря ускользала из квартиры Чанса, чтобы не быть замеченной его любопытными соседями. Каждый раз она повторяла себе, что пора прекратить играть в прятки, что следует потерпеть еще неделю, пока они не смогут встречаться открыто, но притяжение, постоянно действовавшее между ними против всех законов физики, было похоже на неутолимый голод, охватывающий их, когда они были вместе – где бы они ни оказались. Словно дети, которых оставили одних в кондитерской, они теряли голову и забывали обо всем на свете. Даже теперь, только думая о нем, Рори ощущала, как ее тело трепещет в предвкушении скорой встречи. Как долго сможет продолжаться это ненасытное влечение? И чем все это закончится?
Еще будучи ребенком, Аврора представляла себе, что когда она влюбится, это будет словно чудесная сказка: тихое, беззаботное счастье, ощущение защищенности и стабильности. Теперь же она знала, что никогда еще не чувствовала себя такой уязвимой и неуверенной. Она положила руку на живот, с тревогой подумав, какое будущее ждет ее и ее ребенка. Неужели она так и останется для Чанса слабостью, которой он не в силах противостоять?
– Когда-нибудь я убью эту женщину! – вскричал Эдриан, словно ураган врываясь на кухню.
Рори подняла на него глаза: брат был в ярости, он метал бы молнии, если бы не был простым смертным, которого жизнь вынуждала иметь дело с властными и капризными женщинами.
– «Эта женщина», я полагаю, Марси Бакстер? – спросила она.
– Ну кто же еще? – раздраженно кивнул Эдриан. – Ты представляешь, чего еще она хочет?
– Не имею понятия, – равнодушно сказала Рори.
– Фонтан из шампанского прямо на лужайке! – Эллисон прыснула:
– Ты шутишь!
– Нет, серьезно. – Он подошел к соседнему столу и принялся рыться в стопке каталогов и поваренных книг. – Ледяная скульптура на столе с десертом – это я еще понимаю, потому что это будет в гостиной, а не на улице. И по крайней мере она согласилась на русалку вместо этих нелепых банальных лебедей. Но шампанское, бьющее из фонтана на лужайке? Нет уж, увольте! – Эдриан отложил несколько книг в сторону. – Это же частная вечеринка с пикником на открытом воздухе, а не чертово свадебное пиршество!
– Что ты там ищешь? – спросила Рори.
– Хочу показать ей каталог магазина, где мы берем напрокат бар, который они же и выбрали. Пусть увидит, как глупо будет выглядеть трехъярусный серебряный фонтан рядом с баром в виде бамбуковбй хижины с крышей из папоротника!
– По-моему, я знаю, где это, – сказала Эллисон, откладывая в сторону платье, чтобы помочь брату.
– Рори, – окликнул ее Эдриан через плечо, – ты не окажешь мне одну услугу?
– Смотря какую, – шутливо ответила она. Он бросил на нее сердитый взгляд.
– Отнеси миссис Чанселлор и миссис Бакстер вон ту тарелку с пирожными, теми, что я испек вчера, чтобы занять их, пока мы с Элли ищем каталог.
Рори едва не застонала при мысли, что ей придется зайти в пещеру с этими светскими львицами, но покорно встала и вынула из огромного холодильника пирожные и кувшин чая со льдом. Проходя через кладовую, она слышала, как Эллен говорила:
– Марси, ты никогда еще не была такой нерешительной, планируя вечеринку. Я знаю, ты всегда беспокоишься о деталях, но не настолько же. Может быть, что-то случилось, чего я не знаю?
– Ничего не случилось, – отрезала Марси, когда Рори вошла в гостиную. Женщины сидели за круглым столом, на котором перед ними были разложены блокноты, меню и другие бумаги. – Я просто хочу, чтобы этот бал был особенным. Ты же знаешь, как много значит для нас эта ночь.
Так незаметно, как только могла, Аврора проскользнула к столу и поставила на него тарелку, затем подошла с другой стороны, чтобы наполнить стакан Эллен. Марси вела себя так, будто Рори вовсе не было в комнате, но мать Чанса взглянула на нее и улыбнулась:
– Спасибо, Аврора. У вас всегда такой вкусный чай. – Рори улыбнулась ей в ответ, удивляясь про себя, как необычно произнесла Эллен ее полное имя, совсем так, как ее сын.
– Секрет в том, что мы все время держим его охлажденным и не даем согреться до комнатной температуры.
– Я это запомню. – Эллен отпила из стакана и одобрительно кивнула.
– Дело в том, – продолжала Марси, когда Рори подошла наполнить ее стакан, – что это не просто очередной бал пиратов. Это великий день открытия нового дела твоего сына.
Рори нахмурилась, стоя за спиной у Марси. Гостиница вовсе не была только делом Чанса. Это было их общее дело, и они все одинаково трудились изо дня в день. Она поймала взгляд Эллен и поспешно приняла приличествующее случаю выражение лица. Но в глазах Эллен сверкнула искорка понимания.
– Более того, – сказала Марси, – в эту ночь Чанс и Пейдж объявят о своей помолвке.
Рори вздрогнула и опрокинула стакан Марси. Чай растекся по столу, заливая бумаги. Обе женщины вскрикнули и вскочили со стульев, когда коричневая жидкость, заполнив стол, стала стекать на пол.
– Ой, простите меня! – Рори кинулась к столу, чтобы спасти бумаги, но было уже слишком поздно. Мокрая бумага разрывалась прямо у нее в руках, роняя на пол темные капли. – Я не облила вас?
– Нет, все в порядке, – успокоила ее Эллен.
– Какого дьявола!.. – Марси стояла, застыв от ужаса и уставившись на свою шелковую белую блузку и льняные брюки, – все было залито чаем от груди до самых колен.
– О нет! Подождите. Я сейчас принесу полотенце. – Рори бегом бросилась в кладовую, схватила несколько кухонных полотенец и поспешила обратно. Вбежав в гостиную, она протянула одно полотенце Марси, другим принялась вытирать стол.
– Мне так жаль! – повторяла она, готовая провалиться сквозь землю.
Слова Марси о Чансе и Пейдж все еще звенели у нее в ушах, хотя она говорила себе, что это не могло быть правдой. Это невозможно! Но почему же эта женщина так сказала? Знает ли об этом Чанс? Дрожащими руками она лихорадочно вытирала полотенцем чай со стола.
– Аврора, – ласково обратилась к ней Эллен и взяла ее за руку. Рори подняла голову и посмотрела в добрые, полные сочувствия глаза миссис Чанселлор. – Все нормально. С кем не бывает! Просто досадная случайность.
У Авроры пересохло в горле. Слова Эллен «досадная случайность» напомнили ей, что однажды у них с Чансом уже приключилась подобная случайность – ребенок.
– Я… я схожу еще за полотенцами. – Она скрылась в кладовой, припала к стене и закрыла глаза, пытаясь побороть дрожь, сотрясавшую все ее тело. Скольким людям это причинит страдания, когда откроется правда! Неужели и Эллен, которая сейчас отнеслась к ней с добротой, граничащей с материнской нежностью, посмотрит на нее с презрением, когда узнает о ребенке?
– Хорошо, Марси, – послышался голос Эллен из гостиной. – Пока Аврора не вернулась, скажи мне, что ты знаешь об этом. Чанс ни единым словом со мной не обмолвился, маленький негодник. Если он сделал предложение Пейдж, я же должна знать об этом.
– Что же, по крайней мере теперь я чувствую себя спокойнее, – сказала Марси.
– Почему?
– Потому что Чанс так же скрытен с тобой, как и Пейдж со мной. Мне кажется, что они хотят сделать нам сюрприз, ведь они знают, как долго мы этого ждали.
– Но как ты об этом узнала?
Рори вся превратилась в слух, и каждое слово отзывалось болью в ее сердце.
– Я подслушала разговор Пейдж с ее подругой Стейси перед отъездом Пейдж в Корпус-Кристи. Она сказала, что хочет сохранить «это» в секрете до самого бала. А поскольку мы сами предложили им объявить о помолвке в день бала, что еще она могла иметь в виду?
– Это могло быть что угодно, – возразила Эллен.
– Конечно, это так. Но интуиция подсказывает мне, что это помолвка, которой мы все так долго ждали, а ты же знаешь, что моя интуиция меня никогда не обманывала.
– Пока нет полной уверенности, нужно все-таки некоторые наши ощущения держать при себе.
Последовала небольшая пауза, после чего Эллен тяжело вздохнула.
– Марси, мне знаком этот виноватый взгляд. Пожалуйста, скажи, что ты еще никому не успела рассказать о том, что слышала.
– Только маме Стейси, – проворчала Марси, раздосадованная придирками подруги. Я хотела узнать, не рассказала ли ей что-нибудь Стейси. Но, к сожалению, она ничего об этом не знает.
– Ты сказала Уинни Коннели? – Ужас послышался в голосе Эллен. – Марси! Это то же самое, что сделать публичное заявление перед всем городом!
– Не волнуйся. Я попросила ее держать язык за зубами.
– Просить Уинни держать язык за зубами – это все равно что умолять Ниагару пустить свои воды вспять.
Эдриан подошел к Рори сзади.
– Что это ты тут делаешь?
Она вскрикнула и обернулась, покраснев оттого, что он застал ее за подслушиванием чужого разговора.
– Мне… мне нужно позвонить Чансу. Вот, держи. – Она схватила несколько полотенец и сунула в руки Эдриану.
– Эй, постой. Что-то случилось? – окликнул он ее.
Но Аврора, не отвечая на вопрос брата, кинулась в кухню, пробежала мимо недоумевающей Эллисон, скатилась вниз по лестнице и влетела в свою комнату. Они только на днях переехали из города, но уже успели притащить сюда кое-какую мебель.
Рори схватила радиотелефон со стола рядом с лестницей и зашагала взад и вперед по комнате, набирая рабочий телефон Чанса. Она попросила Чанса, но вместо него подошла Дорис, женщина, которая, как думала Рори, была кем-то вроде охранника офисов. Она снова попросила Чанса, и тогда Дорис, бывшая на самом деле его заместителем, сообщила ей, что Чанс сейчас на важном совещании и его нельзя беспокоить. Рори попросила передать Чансу, чтобы он позвонил ей, как только освободится, но раздраженная такой настойчивостью Дорис сказала, что мистер Чанселлор-младший очень занят и, возможно, освободится не раньше завтрашнего утра.
В трубке послышались гудки, и Рори, не веря своим ушам, уставилась на телефон. Дорис всегда была несколько высокомерной, но никогда не разговаривала с Рори так грубо.
Что ж, Чанс, зозможно, и занят, но Аврора ждать не могла. Захватив с собой сумочку и ключи от джипа, она побежала вверх по ступеням. Если она не может поговорить с ним по телефону, она приедет в банк и поговорит с ним лично.
Чанс пулей вылетел из зала заседаний, онемевший от шока. Краем глаза он заметил, как Дорис встала со стула, когда он проходил мимо нее. Не останавливаясь, вслух проклиная все и вся, он направился прямо в свой кабинет, чтобы справиться с эмоциями и обдумать то, что вдруг свалилось на его голову.
– Оливер, – преградила ему дорогу Дорри, – там молодая леди…
– Не сейчас, Дорис, – сказал он, отстраняя ее со своего пути. Тревога в глазах Дорис, будто ожидавшей подобной бури, взбесила его еще больше. Она знала! Тысяча чертей, она уже знала то, что произошло только что в зале заседаний совета директоров банка. Возможно, она догадывалась об этом благодаря профессиональной интуиции, но если Дорис уже знала все, сколько времени понадобится, чтобы весь банк и весь город оказались в курсе?
Чанс влетел в кабинет, и дверь захлопнулась за ним.
Женский вскрик заставил его встрепенуться и поднять глаза.
– Аврора! – Она застала его врасплох. – Что ты здесь делаешь?
– Мне надо поговорить с тобой. – Рори сделала шаг по направлению к нему. – Марси Бакстер была сегодня в гостинице. Там обсуждались планы подготовки к балу.
– Не сейчас. – Чанс прижал руки к вискам, решив не вымещать свою злость на Рори. – Пожалуйста, только не сейчас. Я не могу обсуждать здесь очередную выходку Марси Бакстер.
– Но ты не понимаешь, – настаивала она, ломая в панике руки, и только тут Чанс заметил, что она необычно бледна и вся вымокла под дождем. – Марси думает, что вы с Пейдж собираетесь объявить о помолвке на балу. Она сказала это маме Стейси Коннели, и теперь весь Галвестон узнает об этом. Чанс, что нам делать?
– Аврора, – сказал он, теряя терпение, – я же сказал: не сейчас.
Она сдвинула брови.
– Чанс, что с тобой? Что-то случилось?
– Мне нужно немного подумать.
– Да что с тобой? – Она подошла к нему, тревожно заглядывая в глаза. Слипшиеся мокрые кудри сбились, и холодная капля упала ему на руку. – Ты выглядишь расстроенным. Что произошло?
Он откинулся назад, опершись спиной о дверь.
– Они уволили отца.
– Что?! – Рори смотрела на него полными ужаса глазами. – Но они не могут этого сделать!
Чанс горько усмехнулся.
– Оказывается, могут. Все, конечно, прошло очень цивилизованно, без сцен. Председатель комитета управления приехал в Галвестон под предлогом каких-то незначительных дел. Потом он позвонил моему отцу, позвал его на заседание совета и вежливо попросил досрочно уйти на пенсию.
– О, Чанс! – Она погладила его по руке. – И как твой отец принял это?
– Я не знаю. Я еще не говорил с ним. Каждый из нас получил отдельное приглашение на совещание. Отец уже уезжал из банка, когда мне сообщили новость. – Он напряженно тёр виски, пытаясь облегчить острую головную боль. – Аврора, мне надо идти.
– Да, конечно. – Она отступила от двери, пропуская его. Чанс уже был в коридоре, когда вдруг, обернулся к ней:
– Мы поговорим о Марси позже, хорошо?
– Разумеется. Это подождет. Ты иди.
Он кивнул и вышел. До самого дома родителей, сидя за рулем, Чанс был словно в тумане. Отца он нашел в бильярдной. В комнате было полутемно, шторы опущены. Норман стоял около бара, опершись руками о стол. Плечи его как-то старчески поникли. Рядом стоял стакан виски с содовой и льдом и открытая бутылка «Краун ройалс».
– Папа!
Норман глубоко вздохнул и распрямился.
– Я вижу, ты все знаешь.
– Да. – Чанс закрыл глаза, вспоминая выражение жалости на лице Дорис, проводившей его взглядом до дверей банка. Слухи, вероятно, уже распространились среди банковских служащих. После того как Норман молча кивнул в знак согласия на предложение новых владельцев, осталось лишь сделать официальное заявление, затем последует банкет – торжественные проводы поверженного банкира. Бывшего банкира. Все будут желать Норману удачи, пожимать ему руку, а за спиной перешептываться: «Какой позор…»
– Сорок два года, – сказал отец, наливая виски с содовой во второй стакан, взятый с освещенной полки бара, и бросая в него кубики льда. – Сорок два проклятых года, и они просят меня уйти. Как будто они здесь хозяева!
Чанс с ненавистью подумал, что они действительно теперь хозяева в банке. Ведь его отец продал его им.
– Знаешь, я все еще помню тот день, когда я впервые вошел в двери банка как служащий, а не как сын владельца. – Норман добавил душистого ликера в оба стакана. – Мне было тогда семнадцать лет, я хотел попробовать себя в деле и заработать денег на колледж. Я работал консультантом три лета подряд, потом клерком в отделе кредитов.
Чанс выдавил из себя жалкую улыбку и подошел ближе.
– А дедушка загружал тебя работой в два раза больше, чем всех остальных. И так же поступал ты со мной.
Отец кивнул.
– И я наслаждался каждой минутой этой жизни. Я видел в этом своего рода боевое крещение. – Повернувшись, он подал сыну стакан. – Прохождение через огонь.
– Со мной было так же. – Чанс поднял стакан.
Словно постарев за этот час на двадцать лет, Норман подошел к одному из кожаных кресел, стоявших по обе стороны стола. Тяжело опустившись на подушку, жалобно скрипнувшую под его тяжестью, он оглядел потерянным взглядом комнату и уставился в пол.
– Они сказали тебе, кого собираются выдвигать в качестве кандидата на мое место?
– Брайана Джеффриза. – Чанс сел в другое кресло, уткнувшись локтями в колени.
– Чертов чужак, – усмехнулся отец. – Но для местных болванов сойдет. Если бы у них была хоть капля разума, они бы отдали место тебе.
– Они решили, что я слишком молод. Хотя дали мне понять, что заинтересованы в том, чтобы я остался. Они собираются отдать мне освободившуюся после Брайана должность вице-президента отдела кредитов в качестве подготовки к посту директора банка в будущем.
– Как будто тебя нужно готовить к управлению банком, в котором ты вырос! – Норман опрокинул стакан и зажмурился, вытирая рот рукой. – Ну и что же ты им ответил?
– Пока ничего.
– То есть?
– Я не уверен, что захочу оставаться в банке в свете последних событий.
– Только не смей бросать свою карьеру из-за этого. Я ненавижу себя за это, но вынужден признать, что в одном они были правы. Я действительно упрямый, старомодный осел, который привык единовластно править всем. Ты моложе, сумеешь быть более гибким, тебе легче будет приспособиться к новым порядкам, поэтому ты больше, чем я, подходишь для должности главы банка, входящего в такую мощную сеть.
– Дело не только в том, что они сделали с тобой, хотя и этого достаточно, чтобы я подал в отставку. – Чанс задумчиво покрутил стакан в воздухе, устроив в нем небольшой шторм. – Они поставили мне условие: разорвать партнерский контракт с Сен-Клерами.
Он ждал, что отец скажет: «Я бы так и сделал», – но тот молчал, и Чанс посмотрел на него.
– Что же ты им сказал? – Чанс язвительно рассмеялся.
– Я испытал непреодолимое искушение послать их ко всем чертям.
Мрачная улыбка оживила старческие морщины на лице Нормана, и Чанс понял, что отец выпил уже не одну порцию виски с тех пор, как вернулся домой.
– Знаешь, я был бы не прочь посмотреть на их лица в этот момент.
Улыбка исчезла с его лица, и он откинулся на спинку кресла.
– Как странно. Говорят, когда человек тонет, вся жизнь проносится у него перед глазами. Что ж, наверное, я тону, потому что с того момента, как я вошел в зал заседаний, яркие картины моего прошлого вспыхивают в моей голове, словно порванная пленка в кинопроекторе. Все, от чего я отказался, чтобы пойти по стопам моего отца и продолжить дело наших прадедов. Я не перестаю спрашивать себя, как бы сложилась моя жизнь, если бы я выбрал другой путь?
– Другой путь? – удивился Чанс.
– Было время, тот сумасшедший год после окончания университета, когда мир казался мне таким светлым и полным невероятных возможностей. – Норман поднял стакан, рассматривая его содержимое на свет. – Как и большинство молодых людей, я думал, что мои родители безнадежно скучны и ничего не знают о той жизни, которая манила меня к себе таинственным светом невероятных открытий. Я же, напротив, знал все. Особенно о том, что такое любовь. О Господи! – Он сделал глоток и, уронив голову на спинку кресла, закрыл глаза. – Какое это было лето в тот год! Она была прелестнейшим созданием из всех, кого я когда-либо встречал. Я был от нее без ума и, наверное, сделал бы все возможное, чтобы положить весь мир к ее ногам.
– Я не думал, что у вас с матерью все было так… романтично.
– Не смеши меня. Это было еще до того, как я решил остепениться, бросил ее и женился на твоей матери.
Эти слова ослепили Чанса, будто вспышка молнии. Ничего не понимая, он уставился на отца.
– Так было лучше. И для нее, и для меня. – Поднявшись с кресла, Норман подошел к бару, чтобы снова наполнить свой стакан. – Она попробовала поднять шум, заявляя, что я лишил ее шанса сделать настоящую карьеру, оставшись в Галвестоне и став моей женой. Это было одно из тех глупых мечтаний, которыми мы тешим себя в юности: любовь, дети, воспитанные, само собой, в нищете, ведь мой отец грозился отречься от меня.
Он протянул бутылку Чансу, но тот отрицательно покачал головой.
– Проблема в том, – продолжал отец, снова садясь в кресло, – что никто из нас не был жертвой обстоятельств. Мы с ней поссорились, можно сказать, передрались, а я даже не помню теперь из-за чего. Забавно, правда? Я ясно помню, в каком бешенстве я был и как она выглядела, выставляя меня за дверь крошечного ветхого домишки, в котором она выросла. Она была необычайно сдержанна, и я теперь даже не помню, чего мы с ней, собственно, не поделили. – Норман потер морщинистый лоб, будто надеясь, что ответ предстанет перед ним, словно джинн, возникший из бутылки. – Впрочем, это уже не важно. Это было много лет назад. Однако вся ирония в том, что ты теперь стал партнером ее племянников.
У Чанса перехватило дыхание.
– Вивьен Янг? Ты был влюблен в Несравненную Вивьен?
– Мне кажется, я до сих пор люблю ее.
– Ты сукин сын! – медленно проговорил Чанс, так тихо, что отец его не услышал.
Встав с кресла, Чанс подошел к окну, приподнял край шторы и взглянул на небо. Дождь прекратился, но капли все еще стекали по оконному стеклу, искажая сумрачный облик опустевшей в ненастный вечер улицы.
– Ты хочешь сказать, что не любишь маму?
Много времени прошло, прежде чем Норман ответил:
– У любви есть много ликов.
Чанс взглянул через плечо на отца, вспоминая слова, сказанные его матерью в тот день, когда они с Пейдж обедали у его родителей. Она сказала, что для любой женщины унизительно, если ее муж женился на ней только потому, что так было правильно. Пускай это будет самый неудачный выбор, но каждый должен сделать его сам, прислушавшись к своему сердцу.
– А ты никогда не думал, что она знает обо всем? – спросил Чанс. – Что мама знает: ты выбрал ее из чувства долга, а не по любви.
– Не будь глупцом. – Отец сделал глоток виски. – Я никогда не давал твоей матери повода сомневаться в моих чувствах к ней.
– Я и не говорил, что она сомневается в твоих чувствах. – Чанс опустил занавеску, и в комнате снова стало темнее. – Я сказал – она знает, что это за чувства. И по причинам, совершенно недоступным моему пониманию, она принимает их. Наверное, это потому, что она любит тебя. Любит тебя сильнее, чем ты того заслуживаешь.
Отец вздрогнул словно ужаленный.
– Ты прав. Мужчина, который даже не смог удержать в руках свой собственный банк, недостоин такой женщины.
– Я говорю не о банке! Я говорю о моей матери, одной из самых прекрасных женщин, которых я знаю. О женщине, заслуживающей большего, чем ты дал ей за всю вашу жизнь. Потому что когда ты выбрал ее, исходя из своих чертовых правильных принципов, ты обрек ее на жизнь с мужчиной, который никогда не сможет полюбить ее так, как она должна быть любима. Если бы ты не женился на ней, она была бы свободна и могла встретить того, кто сделал бы ее счастливой! Так что вместо того, чтобы сидеть здесь и заливаться горючими слезами от жалости к себе, ты бы лучше подумал о той, кто жалеет тебя уже много лет.
Изумление на лице Нормана напомнило Чансу о том, что он пришел сюда утешать, а не судить. Боясь, что наговорит еще чего-нибудь лишнего, он извинился и вышел.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулия



мне понравилось))))
Влюбляясь в тебя - Ортолон ДжулияRoxana
1.11.2012, 15.33





очень ничего. но раздражает американская манера устраивать публичные сцены.обязательнос то лпой народа.
Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулияиришка
18.02.2013, 17.35





очень ничего. но раздражает американская манера устраивать публичные сцены.обязательнос то лпой народа.
Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулияиришка
18.02.2013, 17.35





Очень даже!!!
Влюбляясь в тебя - Ортолон ДжулияАнастасия
24.01.2014, 11.28





Превосходно!!! Не могла оторваться! 10
Влюбляясь в тебя - Ортолон ДжулияАнтонина
15.10.2014, 2.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100