Читать онлайн Священные кошки Нила, автора - О`Нил Кэтрин, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Священные кошки Нила - О`Нил Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.6 (Голосов: 131)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Священные кошки Нила - О`Нил Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Священные кошки Нила - О`Нил Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

О`Нил Кэтрин

Священные кошки Нила

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

1

Лондон, ноябрь 1899 года
Диана, охваченная тревожными предчувствиями, медленно пробиралась в толпе, запрудившей Уоппингский док. В руке она сжимала загадочную телеграмму, которая привела ее сюда. Диана до сих пор не могла понять, почему откликнулась на это странное послание. Ведь эта телеграмма вполне может оказаться мистификацией, розыгрышем. Правда, непонятно, кому мог понадобиться такой розыгрыш? Ее отец умер. Случилось это месяц тому назад в Египте, и о его смерти сообщили во всех газетах. Может быть, эту телеграмму послал какой-то шутник? В этом случае надо признать, что у него явная склонность к черному юмору.
Диана еще раз взглянула на телеграмму: «У меня есть важная информация, касающаяся вашего отца».
Подписи нет. Дальше шли инструкции: где и когда Диана должна будет встретить судно и как она должна быть одета, чтобы ее узнали. Диана не имела ни малейшего представления о том, кто может оказаться автором этого загадочного послания и что он может сообщить ей об отце. Можно было просто выбросить эту телеграмму и забыть о ней, но Диана почему-то не сделала этого. Она пришла в док и теперь наблюдала за тем, как швартуется судно, прибывшее из Каира. То самое судно, на борту которого должен находиться человек, отправивший ей телеграмму.
И все же скорее всего Диана пришла сюда для того, чтобы еще раз, пускай и таким странным образом, соприкоснуться с отцом. Она пережила после его смерти страшный месяц. Больше всего ее удручало то, как о ее покойном отце писали газеты. Чего в них только не было! Одни смаковали сенсационную смерть знаменитого археолога, другие не замедлили вытащить на свет божий старый скандал, связанный с Александрийской коллекцией. Третьи писали о нем напыщенно, изображая покойного трагическим героем, погибшим в поисках заветного клада.
Лучше бы они вообще о нем не писали!
Клад... «Любовные сокровища» Клеопатры – тайна, поражающая воображение, неразгаданная головоломка. А в последние пять лет эти сокровища стали еще и источником вечной печали Дианы.
Поиски сокровищ Клеопатры начались давно, еще до рождения Дианы, во время первой экспедиции ее отца и Нивена Резерфорда в Египет. Молодые археологи были одержимы мыслью о том, что перед тем, как совершить самоубийство, великая царица Египта Клеопатра и ее любовник, римский полководец Марк Антоний, должны были спрятать где-нибудь свое золото и драгоценности, – ведь их не обнаружили после того, как дворец Клеопатры был взят войсками Октавиана сразу же после их смерти.
Тридцатый год до нашей эры, боже, как же давно это было!
После того как Стаффорд и Нивен объявили о цели своих поисков, весь мир пришел в волнение.
Никого не могла оставить равнодушным история самых богатых и блистательных любовников древности. История романтическая и трагическая, высокая и вечная. Клад, который намеревались искать Стаффорд и Нивен, газетчики немедленно окрестили «Любовным сокровищем».
Затем была найдена знаменитая Александрийская коллекция, но ученые так и не смогли с уверенностью доказать, что эти вещи и драгоценности на самом деле принадлежали Клеопатре. Тогда, как это обычно случается, в прессе начался откат, и в адрес Стаффорда Санберна посыпались ядовитые стрелы. Спустя еще три месяца всемогущее Королевское Географическое общество отказалось финансировать дальнейшие экспедиции Стаффорда, и он остался безо всякой поддержки. Над ним еще некоторое время поиздевались газеты – начиная с солидной «Лондон таймс» и заканчивая бульварным «Панч», а затем о сокровищах Клеопатры начали понемногу забывать. В мире забывают обо всем, что на поверку оказывается лишь фантазией.
Однако сам Стаффорд не успокоился. Он начал копить деньги на новую экспедицию в Египет, откладывая их буквально по шиллингу. Его не оставляло ощущение, что разгадка близка, что еще немного – и ему удастся пробиться сквозь плотную завесу тайны, окружающей сокровища Клеопатры. Диана помогала отцу как только могла. Она сутками просиживала в Британском музее над египетскими иероглифами, таблицами и каталогами. Недаром она считалась одним из лучших во всей Британии знатоков древнеегипетского языка. Правда, получала Диана за свой труд немного, едва ли не в половину меньше, чем переводчики-мужчины, но все свои деньги она вкладывала в экспедицию отца. Она мечтала о том дне, когда Стаффорд заставит замолчать болтунов и скептиков. О том дне, когда он смоет позорное пятно, лежащее на его имени после предательства Джека.
Но все кончилось быстро, неожиданно и печально. Бедный Стаффорд умер от лихорадки в какой-то безвестной египетской деревушке, вдали от родного дома, в полном одиночестве. Теперь Диана корила себя за то, что ее не было рядом с отцом в его последние минуты. Очевидно, нужно было проявить больше настойчивости. Она просилась в эту экспедицию, а отец отказался взять ее с собой. Если бы Диана сумела переубедить его, может быть, все сложилось бы иначе, и Стаффорд остался бы жив и здоров. Впрочем, что теперь говорить об этом!
После смерти отца выяснилось, что перед поездкой в Египет он оставил на имя Дианы страховку на крупную сумму. Может быть, он предчувствовал, что это будет последнее его путешествие? Иногда Диане казалось, что это так. Она получила тридцать тысяч фунтов, но они совсем не радовали ее. Эти деньги пахли кровью и смертью. Диана до сих пор не решила, что ей делать с такой суммой. Ничего путного не приходило ей в голову. Потеряв то, что составляло смысл ее жизни, Диана внутренне обмякла, словно боксер, пропустивший сильный удар от противника. Со смертью отца она потеряла надежную опору, которая не давала ей упасть.
Деньги, полученные по страховке, принесли Диане удовлетворение только в одном: она была теперь независима от своей матери. Впрочем, и эта независимость не доставила Диане особой радости. Деньги!.. Она с радостью отдача бы их все, до последнего пенса, только бы вернуть отца. Но, увы, есть вещи, которые нельзя купить ни за какие деньги.
А потом пришло это загадочное послание...
Диана осмотрелась по сторонам. Фигуры людей казались слегка размытыми в легком тумане, окутавшем причал. Несколько семей, пришедших встречать своих сыновей, возвращающихся из гарнизона в Суэце, и офицеры в красных накидках, которые, напротив, отбывали к месту своей службы, держались вместе и громко обсуждали последние события в Судане.
Диана перевела взгляд на детей, играющих возле штабеля досок, и с болью подумала о своем собственном детстве. Так свободно, как эти дети, она не играла ни с кем и никогда. В школе она всегда чувствовала себя чужой. Возможно, причиной тому были ее летние поездки с отцом в его экспедиции. О них знали ее одноклассники и, очевидно, завидовали ей. Кто-то, может быть, даже ненавидел Диану за это. Во всяком случае, ее сторонились. Она и внешностью своей выделялась среди сверстников: высокая, темноволосая, с матовым белым лицом, на котором ярко светились карие, слегка раскосые глаза.
Одиночество среди школьной толпы не осталось без последствий: Диана росла подозрительной и осторожной, молчаливой и замкнутой. Таким же был и Джек. Диана поняла это сразу же, как только они впервые встретились с ним. Они быстро стали лучшими друзьями, несмотря на разницу в возрасте. Больше всего Диана ценила в их отношениях то, что ей ничего не нужно было объяснять Джеку: он все прекрасно понимал и чувствовал без слов. Зачастую они оба подолгу молчали, но при этом их общение не прерывалось ни на миг.
Диана недовольно тряхнула головой. Она давно уже приказала себе не вспоминать о Джеке. Любое воспоминание о нем причиняло Диане боль. Одно только имя – Джек – сразу же выстраивало в памяти Дианы печальную цепочку: судебное разбирательство – лишение Джека титула – приговор – тюремное заключение – друзья, отвернувшиеся от них и не желающие больше слышать о семье Санберн, – бесконечные ядовитые статьи в газетах... Впрочем, еще тяжелее для Дианы было сознавать то, что Джек оказался предателем. Этого она не могла ни понять, ни объяснить.
Тем временем толпа, окружавшая Диану, пришла в движение. Низко, печально пропел пароходный гудок, и Диана, присмотревшись внимательнее, увидела в тумане, покрывавшем Темзу, смутный, приближающийся по волнам силуэт. Она внутренне подобралась и оставила все посторонние мысли, сосредоточив внимание на прибывающем судне.
Казалось, прошла целая вечность, покуда пароход не пришвартовался. Наконец спустили сходни. Затем портовые докеры бесконечно долго, как показалось Диане, разгружали багаж, и только после этого на трапе появились первые пассажиры. На причале закружились водовороты радостных встреч. Дети прыгали на руки вернувшимся отцам. Жены радостно обнимали мужей. Диана вспомнила счастливые невозвратимые времена, когда она сама также обнимала вернувшегося из очередной экспедиции отца. Увы, больше она не обнимет его никогда.
Диана стояла, разглядывая спускавшихся по трапу пассажиров, и не переставала гадать о том, кого же она, собственно, встречает и как должен выглядеть таинственный автор телеграммы, которую она продолжала сжимать в руке.
Потянулись с причала последние семейные группки, закончилась суета. Пространство вокруг Дианы стремительно расширялось, становясь пустым и гулким. Еще немного – и пирс опустел. Тогда Диана вздохнула – то ли огорченно, то ли, напротив, с облегчением, – с хрустом скомкала в руке телеграмму. Все-таки это был розыгрыш!
Она уже повернулась, чтобы уйти, но в эту секунду вдруг ощутила чье-то присутствие в сгустившемся тумане. Кто-то стоял там, немного в стороне, и наблюдал за нею. Диана прекрасно чувствовала его взгляд. Холодок пробежал по ее спине. «Не сделала ли я ошибку, придя на это странное свидание? « – подумала она.
Какое-то время ничего не происходило. Диана неподвижно стояла, нервно сжав кулаки. Еще минута – и в тумане проступили очертания женской фигуры, а затем и лицо незнакомки. Диана увидела женщину лет сорока с небольшим, все еще очень привлекательную, несмотря на первую седину в пышных черных волосах. Матовая кожа на лице незнакомки была того же редкостного медового оттенка, что и кожа Дианы. Незнакомка подняла руку, чтобы поправить локоны, – в свете портовых фонарей блеснули бриллиантовые кольца на тонких пальцах. Она приближалась к Диане легко, грациозно, и на какой-то миг у Дианы перехватило дыхание. Ей почудилось, что она видит собственное отражение в зеркале.
Первым побуждением Дианы было бежать, и она уже повернулась, чтобы сделать это, как услышала за спиной мелодичный голос.
– Диана, не уходите, прошу вас.
При звуке собственного имени Диана удивленно застыла. Затем обернулась и спросила у незнакомки:
– Кто вы?
– Я... – Казалось, этот простой вопрос привел незнакомку в замешательство. Она помолчала немного, подбирая слова, и осторожно продолжила: – Я знала вашего отца.
– Вот как?
Незнакомка нервно оглянулась по сторонам и сказала:
– Не могли бы мы присесть где-нибудь и поговорить обо всем спокойно? Я проделала долгий путь, чтобы увидеться с вами.
Они прошли к скамейке, стоявшей на краю причала, и сели.
– Меня зовут Шейла, – начала незнакомка. – С вашим отцом я познакомилась в Египте, много лет тому назад. Потом мы расстались, и я увидела его на смертном одре... Я даже не знаю, с чего начать, ведь прошло столько лет...
– Начните с самого начала, – холодно посоветовала Диана.
Лицо Шейлы на секунду застыло, но она справилась со своей болью и заговорила спокойно и негромко.
– Хорошо. Итак, я вышла замуж, когда мне было всего двенадцать лет. Дядя, ставший моим опекуном после смерти родителей, выдал меня за дипломата. Муж, разумеется, был намного старше меня, и я его, сказать по правде, никогда не любила. Я, конечно, старалась быть и заботливой женой, и хорошей хозяйкой. Характер у мужа оказался тяжелым, и я всегда была рада, когда он уезжал в командировки. Это случалось довольно часто. Муж мечтал о детях, но наш брак продолжал оставаться бездетным. Муж все чаще винил в этом меня, а вскоре начал и поднимать на меня руку. Никак не мог простить, что я до сих пор не родила ему наследника.
– Представляю, как вам было трудно, – сочувственно заметила Диана, начиная испытывать симпатию к своей собеседнице.
– Жизнь моя была сплошным мучением, – согласилась Шейла, – до тех пор, пока я не встретила вашего отца.
Диана невольно напряглась.
– Мы познакомились с ним в Гизе, возле Великих пирамид, – продолжала рассказывать Шейла. – Я приехала туда за покупками, пользуясь очередной отлучкой мужа. Ваш отец говорил с акцентом, который, собственно, и заинтересовал меня. Это была первая поездка Стаффорда в Египет. Тогда он еще ничего не знал о моей стране и не был при этом обычным туристом, приехавшим посмотреть на новые места рассеянным взглядом и укатить назад, домой. Ваш отец попросил меня показать ему Каир, точнее, тот Каир, который я знаю и люблю. Ему хотелось увидеть этот город моими глазами. Я согласилась, а когда мы колесили по ночным каирским улочкам, Стаффорд рассказал мне о том, что собирается искать сокровища Клеопатры.
Она на секунду прервала свой рассказ, повернулась к Диане и посмотрела на нее печальным взглядом.
– Жаль, что вы не видели Стаффорда таким, каким он был тогда, – продолжила Шейла, – молодым, горячим, полным надежд. Впрочем, были в его жизни и неприятности. Дело в том, что незадолго до поездки в Египет он женился на вашей... на Пруденс. К тому времени их браку исполнилось около двух лет и обнаружилось, что Пруденс бесплодна. А Стаффорд так мечтал иметь ребенка! Похожие обстоятельства жизни сблизили нас. Я прекрасно понимала вашего отца, а он, в свою очередь, меня. Роднило нас и то, что жене Стаффорда были совершенно безразличны его интересы. Точно так же, как я была безразлична моему мужу-дипломату. Мы начали встречаться с вашим отцом. Нам было легко и приятно разговаривать, гулять по улочкам Каира и... – Диана неподвижным взглядом уставилась на туман, клубящийся над Темзой. Она представила себе отца – молодого, красивого, улыбающегося – рядом с этой красавицей египтянкой на залитой африканским солнцем каирской улочке...
– И вы стали любовниками, – ровным тоном закончила она за Шейлу.
– Думаю, что больше, чем любовниками, – покачала головой Шейла, – потому что только сильно любящие друг друга люди могут жить едиными чувствами, едиными мыслями, единой душой... Мы оба были несвободны и, разумеется, осознавали это. Стаффорд был женат, я была замужем... Любовниками в обычном смысле этого слова мы с ним, разумеется, были, и в этом нет ничего ни удивительного, ни даже предосудительного. И вот через какое-то время... – Шейла на секунду запнулась, но тут же закончила: – Через какое – то время оказалось, что я забеременела от Стаффорда.
Во второй раз за этот вечер Диана ощутила озноб. «Они обнаружили, что Пруденс бесплодна... « – молнией пронеслись у нее в голове слова Шейлы.
– Я не уверена в том, что хочу все это знать... – начала было Диана, но Шейла перебила ее.
– Вас никогда не удивляло, что Стаффорд берет вас с собой куда угодно, кроме Египта? – спросила она Диану.
Это действительно было так. Несмотря на то что Диана была одним из лучших специалистов в мире по древнеегипетской письменности, отец никогда не брал ее с собой в эту страну. Уже тогда Диане казалось, что он боится, как бы она не узнала в Египте нечто, чего ей знать не полагалось. Правда, когда Диана начинала размышлять о том, чем именно может оказаться это нечто, она приходила в замешательство и ответить на этот вопрос не могла. Да, Шейла права, отец брал ее с собой по всему свету, но только не в Египет. Всегда находились какие-то причины, в силу которых Диана не могла ехать в экспедицию. Так и получилось, что Диана, будучи специалистом-египтологом, ни разу не ступала на землю древних пирамид.
И вот теперь, похоже, тайна вот-вот перестанет быть тайной.
– Вы не можете себе представить, как я обрадовалась тогда, – продолжила Шейла. – Оказалось, что бездетный брак с мужем-дипломатом – не моя вина, а его. К тому же у меня должен был родиться ребенок от единственного мужчины на свете, которого я по-настоящему любила.
Диана почувствовала дрожь в коленях.
– Мы оба были счастливы – и Стаффорд, и я, – Шейла улыбнулась своим воспоминаниям. – С этого времени у нас не было пути назад. Стаффорд говорил о своем разрыве с Пруденс, о моем разрыве с мужем. Но я с самого начала знала, что из этого не получится ровным счетом ничего. Единственное, что можно было попытаться сделать, – это сохранить тайну, тем более что мой муж уехал в длительную поездку по югу страны. Недели и месяцы бежали быстро. Однажды ночью мы взяли экипаж и поехали в пустыню, в то место, где впервые увидели друг друга. Вышли из коляски и направились к пирамидам, держась за руки и мечтая о будущем ребенке. И тут... я почувствовала острую боль и поняла, что начинаются роды. Возвращаться назад уже не было времени. И я родила ребенка прямо там, на песке пустыни, под сенью Великих пирамид и высокими ночными звездами. Это оказалась девочка, и Стаффорд, приняв ее в свои руки, плакал от счастья, то прижимая крошечное тельце к своей груди, то поднимая к небу.
– Значит, вы – моя мать, – прошептала Диана пересохшими от волнения губами.
– Мы назвали тебя Дианой, – дрогнувшим голосом сказала Шейла. – В честь древней богини Луны.
Она осторожно накрыла ладонью руку Дианы, но та так же осторожно отвела ее назад.
– И что было дальше?
– Мы провели восхитительную неделю втроем. Восхищались тобой, каждым твоим движением. Ты и впрямь была очаровательной малышкой. А затем... Затем неожиданно вернулся мой муж. Узнав о твоем рождении, он едва не сошел с ума от ярости и сказал, что убьет меня, если только я не отдам дочь ее отцу. Вот так и получилось, что я отдала тебя Стаффорду, а тот увез тебя в Англию. С тех пор мы больше не встречались. Жизнь без тебя показалась мне настолько бессмысленной, что я начала буквально упрашивать моего мужа, чтобы он убил меня. Честное слово, мне было легче умереть, чем лишиться дочери. Но на мужа не действовали ни слезы, ни мольбы. Он сказал, что, если я не перестану, он убьет, но не меня, а тебя вместе со Стаффордом.
Глаза Шейлы наполнились слезами.
– Не может быть, – прошептала Диана, глядя на нее.
– Я уже говорила, что мой муж обладал тяжелым, но твердым характером. Это был человек жесткий, – сказала Шейла. – Мне известно, что некогда он, не задумываясь, убрал со своей дороги соперника. Убил его. Муж поклялся, что, если я сделаю попытку встретиться с тобой или хотя бы попытаюсь узнать что-нибудь о тебе, он убьет тебя. Мне было страшно. Я верила в то, что мой муж способен на это. И, разумеется, он был слишком мстителен, чтобы отпустить меня на все четыре стороны, – тогда я могла бы соединиться со своей дочерью и человеком, который был ее отцом! Нет, ему нужно было, чтобы я осталась с ним. Теперь он беспрепятственно мог превратить мою жизнь в ад. Это стало его любимым занятием, можно сказать, смыслом жизни. Унизить меня так же, как я унизила его! Око за око...
– А что вы сказали моему отцу?
– Рассказать всю правду я ему не могла. Боялась, что он встанет на мою защиту и мой муж его убьет. Я любила Стаффорда так сильно, что даже мысль о том, что он может умереть, была непереносима. Я сказала Стаффорду, что разлюбила его. Сказала, чтобы он забрал тебя и не делал больше попыток увидеться со мной. Никогда в жизни мне не было так тяжело, как тогда, но я справилась. Я заставила Стаффорда поверить мне.
– Как же он, должно быть, страдал все эти годы, – тихо произнесла Диана, – и как незаслуженно.
– Наверное, – согласилась Шейла. – Только и я не спала по ночам, думая о Стаффорде и о нашей маленькой дочурке. Но я не могла подвергать опасности ваши жизни.
Шейла умолкла, выжидающе посмотрев на Диану. Затем медленно подняла руку к горлу и вытащила из-за воротника платья золотую цепочку с подвесками. Одна из них была Диане знакома – так называемый картуш, небольшая овальная пластинка с выгравированным на нем именем. Такие картуши носили еще во времена фараонов. Вторая подвеска напоминала странно изогнутую рыбку.
– Я всегда ношу их, – сказала Шейла.
– Они говорят о чем-нибудь?
Она поднесла картуш ближе к глазам Дианы, и та прочитала имя, написанное на его поверхности древними иероглифами.
– Диана...
– Как видишь, ты всегда была рядом с моим сердцем, даже когда была далеко от меня, – сказала Шейла.
Диана почувствовала головокружение. Слишком сильным оказалось впечатление от всего услышанного и увиденного сегодняшним вечером. Неужели все это правда? У нее осталось сил на то, чтобы еще раз встретиться взглядом с Шейлой, снова увидеть – как в зеркале – ее глаза: темные, блестящие, слегка раскосые: точь-в-точь как у самой Дианы.
– Но вы никогда не делали попыток увидеть меня, – сказала Диана, продолжая смотреть в сторону. – Ни разу.
– Если бы ты только знала, как я мечтала тебя увидеть, – начала было Шейла, но Диана не дала ей договорить.
– Так почему же?
– Потому что итогом такой попытки стал бы скандал, губительный для нас обеих. Я не могла подвергать тебя такому испытанию и, стиснув зубы, продолжала оставаться в тени – даже после смерти моего мужа. Но, когда я узнала, что Стаффорд умирает в Египте, что-то переменилось во мне, и я решила разыскать его.
– Вы видели его? – спросила Диана, поворачивая голову к Шейле.
– Он был очень болен. Я ухаживала за ним как могла, но было уже поздно. Он умер на моих руках.
Слезы навернулись на глаза Дианы. Ей было жаль отца, но еще больше было жаль, что не она, а Шейла оказалась рядом с отцом в его смертный час.
– Перед самым концом Стаффорд кое-что сказал мне. Просил, чтобы я непременно разыскала тебя и передала его последние слова.
– Его... последние слова?
– Да. Он просил меня передать тебе, что сокровище существует.
– Сокровище?
– Да, это не миф.
«Он до самой последней минуты оставался ученым, – подумала Диана. – Даже из могилы говорит со мной как археолог».
– Это все? – спросила она.
– Нет. Сказал еще, что тебе нужно будет найти кошек Клеопатры. Статуи. Их три. Они укажут тебе дорогу.
Диана порылась в памяти и, не найдя там ничего подходящего, нахмурилась.
– Какие еще кошки? Я вообще ничего не знаю о статуях, принадлежавших Клеопатре.
– Я тоже ничего об этом не знаю, – ответила Шейла. – Его последними словами были: «Скажи ей... Александрия».
– Что это значит?
– Не знаю. Просто передаю то, что он сказал. Слово в слово. Он умер с этими словами, Диана, значит, они были очень важны для него. А чуть раньше, во время приступов лихорадки, он постоянно твердил о том, как вы вдвоем поедете в экспедицию. С этим желанием он и умер. Я думаю, тебе нужно исполнить его предсмертную волю.
Диана промолчала.
– Я приехала, чтобы передать тебе эти слова, – снова заговорила Шейла. – Поначалу я не хотела открывать свою тайну, просто хотелось взглянуть на тебя. Увидеть, какая ты стала. Но, встретившись с тобой, увидев тебя такой печальной, я не удержалась. Мне самой было так грустно. Надеюсь, все это не слишком потрясло тебя, после того, что ты уже пережила.
– Не знаю, – медленно сказала Диана. – Не знаю, что вам ответить, что думать обо всем об этом. Знаете, сколько раз я мечтала о том...
Она опять замолчала. Все это было невозможно. И говорить об этом было невозможно.
– Диана, ты вправе считать меня кем угодно, но запомни: все эти годы – ужасные, жуткие годы, я не переставала думать о тебе, любить тебя... Впрочем, я вижу, что обнять меня ты еще не готова.
– Не готова, – подтвердила Диана со странным выражением на лице. – Мне нужно время. Я в шоке. Я хотела бы обнять вас, назвать... матерью. Но я... Я не могу. Пока. Это все слишком неожиданно. И вы ни разу за столько лет...
– Я понимаю, девочка моя дорогая, я вернусь в Каир этим же пароходом. Я дам тебе время. Если захочешь увидеть меня – вот мой адрес. Я буду ждать тебя всегда. А когда захочешь узнать о своем наследстве, я расскажу тебе и о нем. Тогда ты поймешь, кто ты такая на самом деле.
Диана не глядя взяла протянутую ей визитную карточку. Шейла несколько секунд ждала чего-то, глядя на дочь, затем молча встала и направилась к билетной кассе.
Неожиданно для самой себя Диана догнала ее и спросила:
– Мне сказали, что я родилась в сентябре 1874-го. Это правда?
Шейла обернулась и негромко ответила:
– Они выдумали это, чтобы выдать тебя за дочь Пруденс. Нет, девочка моя, ты родилась одиннадцатого декабря 1873 года.
И с этими словами Шейла беззвучно растворилась в вечернем тумане.


Как только Диана добралась до своего дома на Рассел-сквер и закрыла за собой дверь, послышался резкий голос Пруденс.
– Диана, это ты? Где ты была? Почему не вернулась к обеду? Если ты думаешь, что я буду нянчиться с тобой...
Пруденс вошла в холл, увидела лицо Дианы и осеклась.
– Я знаю правду, – негромко сказала Диана.
– Прости, я не понимаю. Какую правду?
– Я виделась с Шейлой.
Лицо Пруденс стало белым, как лист бумаги. Она прикрыла глаза и не сказала ни слова.
Отношения между Пруденс и Дианой никогда не были похожи на отношения любящих друг друга людей. Пруденс постоянно кричала на Диану, когда та делала что-нибудь не так. Диана побаивалась ее – даже в эту минуту, когда недосказанного между ними почти ничего не осталось. Она заговорила, тщательно подбирая слова:
– Мне всегда было непонятно, почему ты не относилась ко мне так, как обычно относятся матери к своим детям, – с нежностью, с любовью. Теперь я все поняла: ведь я никогда не была для тебя... родной. Представляю, как тебе было трудно все эти годы.
– Трудно – не то слово, – ответила Пруденс. – Ужасно.
Эти слова поразили Диану. То, что Пруденс ничего не стала опровергать, означало только одно: все, что сказала Шейла, было правдой.
– Почему ты пошла на это? – спросила Диана. – Так сильно любила моего отца?
– Любила? – фыркнула Пруденс. – Разве я могла любить его после того, что он со мной сделал? Я не могла допустить скандала.
Диана отказывалась верить в услышанное. Неужели вся жизнь их семьи все эти годы была лишь театральной сценой, на которой чужие друг другу люди играют любовь? Диана выпрямилась. Теперь перед Пруденс стояла не напроказившая девочка, но взрослая женщина. Равная перед равной. Теперь Диана знала о себе все или почти все.
Диана посмотрела в глаза Пруденс. «Интересно, – подумала она, – сможем ли мы с ней наладить какие-то новые отношения после стольких лет лжи? «
Может быть, им все же удастся найти взаимопонимание, а может быть, и нет. Как все сложится на самом деле – одному богу известно.
– И несмотря ни на что – ты взяла меня, хотя могла и не делать этого, – сказала Диана. – Спасибо тебе за это. Прости, что так много заставила тебя страдать. Знаешь, я только теперь начинаю видеть все в истинном свете.
Ответ Пруденс оказался на удивление холодным.
– Раз теперь тебе все известно, то, я думаю, будет лучше всего, если ты покинешь этот дом. И чем скорее, тем лучше.
Сказано это было негромко, но слова Пруденс прогремели в голове Дианы словно артиллерийский залп. Она окаменела, она не могла поверить, что Пруденс так откровенно выставляет ее за порог.
– Мама, мы могли бы... – начала Диана, с трудом выговаривая слова негнущимся языком, но Пруденс не дала ей договорить.
– Нет никакой необходимости по-прежнему называть меня матерью, – отчеканила она.
Диану поразило злорадство, прозвучавшее в тоне Пруденс. Столько лет Диана жила в ожидании материнской любви и ласки. Сейчас, гляда в ледяные глаза Пруденс, она поняла, что эта женщина никогда не сможет полюбить ее и никогда не назовет своей дочерью.
– Хорошо, – сказала Диана.
– У меня, однако, есть к тебе одна просьба.
– Какая?
– Не могла бы ты не разглашать причину, по которой мы расстались? С меня уже хватит скандалов, связанных с твоим отцом.
Впервые в голосе Пруденс послышалось волнение, хотя она продолжала говорить ровным тоном, с высоко поднятой головой. Глаза ее по-прежнему были холодными, просто ледяными.
Диана молча кивнула. Потом она поднялась на второй этаж, где ей суждено было провести последнюю ночь под «отчим кровом»;
Время тянулось мучительно медленно. Диана проворочалась на постели почти до самого утра, пока, наконец, сон не сморил ее. Заснула она с грустной мыслью о том, что за свою недолгую жизнь оказалась брошенной сразу двумя матерями.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Священные кошки Нила - О`Нил Кэтрин

Разделы:
Пролог123456789101112131415161718192021Эпилог

Ваши комментарии
к роману Священные кошки Нила - О`Нил Кэтрин



класс!!!
Священные кошки Нила - О`Нил Кэтриннелли
8.08.2012, 16.51





Для тех кто любит романы в стиле "Индиана Джонс" - этот как раз для них. Много приключений, события развиваются быстро, хотя много просто перелистывала. Любовные сцены описаны так, что просто переставала дышать, когда их читала - за них автору 10.
Священные кошки Нила - О`Нил КэтринНатали
11.01.2014, 22.02





Бесподобно!!!! Мое, мое, мое!!!Приключения, Египет, сокровища, любовь, страсть...динамично и без соплей! Прочла взахлеб! 10/10
Священные кошки Нила - О`Нил КэтринNeytiri
18.03.2014, 12.58





Роман на любителя, у меня особого восторга он не вызвал, потому что сюжет фантастичен. Да, приключений много, масса опасностей, но все спасения нереальны. Джек с больной слабой женщиной на руках побеждает янычаров (автор хоть имеет представление, кто такие, турецкие ЯНЫЧАРЫ?!), спасает вторую женщину и с ними, оторвавшись от преследователей, благополучно скрывается. А преодоление Дианой пустыни с караваном бедуинов? Матерь Божья, что за чушь, чтобы одинокая, красивая белая женщина, встретив в пустыни караван бедуинов, осталась свободная, целая и невредимая! Ощущение нереальности и от многочисленных временных и пространственных разрывов, то есть, сегодня Лондон - завтра Каир и т.д. Но любовные сцены, действительно, нежные и эротичные, благодаря им - 8 баллов.
Священные кошки Нила - О`Нил Кэтринольга
14.07.2015, 9.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100