Читать онлайн Интимные отношения, автора - Олдфилд Элизабет, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Интимные отношения - Олдфилд Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.62 (Голосов: 96)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Интимные отношения - Олдфилд Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Интимные отношения - Олдфилд Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Олдфилд Элизабет

Интимные отношения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Энни вбежала в кафе и, лавируя между столиками, нырнула в кабинку.
— Им надо 20 коробок поздравительных открыток, 10 коробок с засушенными лепестками, 12 соломенных шляп с цветами на полях и шесть коллажей, — объявила она, с трудом дыша. Свою огромную сумку с образцами продукции она небрежно бросила на скамейку. — И все это как можно скорей!
Гарсон усмехнулся.
— Не хочу напоминать, но я же тебе говорил.
— Да, но мне никогда не верилось, что они заинтересуются тем, что я делаю.
— Почему же? Пусть это один из лучших магазинов, но и твой товар самого лучшего качества. — Он показал ей на чашку. — Хочешь еще капуччино?
Они уже пили вместе кофе, и в это время Гарсон бодро напутствовал ее; вторую чашку Гарсон пил один, ожидая ее и просматривая газеты.
— Нет, спасибо.
— Твой товар на редкость хорош, а его творец еще лучше, — добавил Гарсон.
Улыбнувшись в ответ, Энни поправила выбившуюся из прически прядь.
— Ты так считаешь? Он взял ее за руку.
— Я это знаю. И у меня нет сомнений в том, что это помогло тебе пристроить товар.
— Самую большую помощь оказал мне ты, потому что это ты велел мне пойти на штурм, — ответила она.
Гарсон предложил ей во время медового месяца, который они проводили в Лондоне, зайти в соседний с их домом, пользующийся мировой известностью универмаг и показать им свои поделки из высушенных цветов. Волнуясь и сомневаясь в успехе, Энни тем не менее пошла туда и неожиданно получила огромный заказ.
— Теперь, когда ты будешь предлагать свой товар постоянным или новым клиентам, ты с полным правом можешь говорить, что лучшие магазины Лондона берут на реализацию твои вещи, — сказал он.
— И это благодаря тебе. — Энни поднесла его пальцы к своим губам. — Целую вашу руку в смиренном обожании, хозяин.
— Ммм, — пробормотал Гарсон.
— Что? Его синие глаза затуманились.
— Ты меня опять возбуждаешь.
У Энни забилось сердце. Они были женаты четыре дня и первые три провели в постели. Прерывались только на еду: копченый лосось, манго и крем-брюле. Все это принес Гарсон в огромной корзине и называл «пищей любви». Перерывы быстро заканчивались новыми занятиями любовью.
— Хочешь, чтобы тебе поцеловали еще что-нибудь, кроме пальцев? — кокетливо спросила Энни. Он посмотрел на нее и кивнул.
— Пожалуй, я бы даже снизошел и сам поцеловал кое-что, — сказал он, сопровождая свои слова медленными круговыми движениями пальцев по ее ладони. Так что давай возьмем такси и поедем домой.
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас, — ответил Гарсон голосом, который прозвучал так, как будто мед пролили на горячие угли.
— А я думала, мы пообедаем в хорошем ресторане, — возразила Энни.
— Мы там поужинаем или отложим поход в ресторан до завтрашнего утра. — Он поднялся. — Быстрее.
На улице в центре города было полно народу. Люди спешили в магазины; автомобили, такси и двухэтажные красные автобусы заполняли проезжую часть.
— Черт возьми, — выругался Гарсон спустя несколько минут. — Все такси заняты. Энни улыбнулась.
— Потерпи же.
— Нет, я хочу тебя. Прямо сейчас. Ну, наконец-то! — воскликнул он, увидев, как к тротуару подъехало черное такси, и, крепко схватив ее за руку, потащил к машине.
Подойдя поближе, Энни увидела, как кто-то расплачивается с водителем, и затем дверца машины открылась. Блондинка лет тридцати с небольшим вышла из нее и, сделав несколько шагов, остановилась как вкопанная.
— Гарсон! Дорогой! — вскричала она, и ее лицо засветилось от радости. Он весь напрягся.
— Изабель, — сказал он.
С любопытством Энни стала рассматривать женщину. Блестящие, как мех норки, волосы, почти незаметная косметика — она выглядела в жизни еще привлекательнее, чем на экране. Черный костюм с узкой юбкой «от кутюр», туфли на шпильке придавали ей потрясающе стильный вид. В каждом ее движении сквозила спокойная самоуверенность. Уж она бы не нервничала при посещении универмага, подумала Энни, хотя сама идея, чтобы такая женщина предлагала свои композиции из сухих цветов, казалась нелепой.
— Энни, это Изабель Дьюинг. Изабель, познакомься с Энни, — коротко представил их Гарсон.
— Привет! — проговорила блондинка и улыбнулась своей сладкой улыбкой, на которую нельзя было не ответить. — Вы, кажется, поженились в прошлые выходные в Дорсете?
— Да, — ответила Энни.
Откуда Изабель об этом знает? — удивилась она. Дулси рассказала или Гарсон сообщил по телефону? Она понимала, что известить первую жену о своем новом браке — просто дань вежливости, но мысль о том, что он говорил о ней — и что сказал? — тревожила ее.
— Все прошло хорошо? — спросила Изабель. Гарсон отпустил ее руку, и Энни поправила ремешок сумки на плече, а потом вцепилась в бесформенный мешок для образцов, который болтался у нее под ногами. У Изабель была только изящная сумочка без ручек.
— Да, спасибо, — ответила Энни.
— Я очень рада, — еще одна сладчайшая улыбка, — и надеюсь, что вы будете счастливы вдвоем.
Изабель и в самом деле красивая женщина, подумала Энни в отчаянии, потом вдруг заметила, как взгляд Гарсона переходит с одной женщины на другую, как бы сравнивая их. Тупая боль появилась у Энни в сердце. Она не могла выдержать такого сравнения, оно было не в ее пользу.
— Нам пора идти, — сказал Гарсон и втолкнул Энни в машину. Потом повернулся к блондинке:
— До свидания.
Положив руку на руку бывшего мужа, Изабель потянулась, чтобы поцеловать его в щеку.
— Пока, дорогой. Было приятно встретиться с тобой, — сказала она и грациозно пошла прочь.
Никогда не видела такой холеной женщины, грустно подумала Энни, когда их такси влилось в общий поток машин. Костюм Изабель был безукоризнен. Энни взглянула на свое бледно-зеленое платье, которое она купила как выходное. Раньше оно казалось ей очень приличным, но сейчас…
Она улыбнулась про себя, вспоминая, как Гарсон привел ее в свою квартиру. Он так торопился раздеть ее, побросал кое-как ее одежду, которая потом валялась на полу, вот поэтому она теперь и выглядит помятой. Затем мысли Энни перекинулись на волосы Изабель. Такие волосы она видела в рекламе шампуня: гладкие, блестящие, летящие, ни одна волосинка не выбивается из прически.
— Изабель просто потрясающа, — с тоской сказала Энни и попыталась заправить выбившуюся кудрявую прядь волос. — Превосходные волосы, превосходная одежда…
— Да, она бьет наповал, — отозвался Гарсон. — Но ты не придавай этому большого значения.
В наступившем молчании Энни смотрела в окно. Раньше ее тоже мучила ревность при мысли о том, как, должно быть, выглядела Изабель в качестве его невесты, но теперь эта ревность не давала дышать, застряв огромным, удушающим комом у нее в горле.
Гарсон положил ей руку на колено.
— Энни, эта женщина в прошлом, — сказал он мягко. — Теперь только ты и я. Вместе. — Его пальцы скользнули к ее бедру. — И очень скоро я…
Всю оставшуюся часть дороги он рассказывал, что предполагал сделать с ней, сопровождая свой рассказ такими эротическими подробностями, что к тому моменту, когда лифт доставил их на пятый этаж, кожа у Энни вся покрылась мурашками, а сердце прыгало в груди.
— Может быть, это в тебе играет твоя итальянская кровь? — дразнила она его, когда он втащил ее в спальню и начал лихорадочно расстегивать одежду.
Гарсон на секунду остановился, улыбаясь.
— Да, меня это может оправдать за сексуальную невоздержанность последних дней. А вот что может оправдать тебя? — спросил он.
— Ничто, — ответила Энни, и он, засмеявшись, поцеловал ее.
Начав чувственное путешествие по ее телу, он поцеловал ее твердые соски, гладкий живот, провел языком по влажному треугольнику коротких кудрявых волос. Под его прикосновениями Энни изгибалась и вскрикивала. Он лег рядом, снова поцеловал ее и, неожиданно подняв ее на себя, вошел в нее. Закрыв глаза, Энни закусила губы. Гарсон был, страстный любовник, но он никогда не забывал о ее удовольствии.
— Как хорошо! — сказала она, устраиваясь на нем.
Он захватил в ладони ее груди.
— А так? — прошептал он и, прижимая к себе ее бедра, прижался губами к одному соску, зажав двумя пальцами второй.
Энни застонала.
— Чудесно.
— Открой глаза, — приказал Гарсон, откидываясь назад. — Смотри на меня.
Она повиновалась, и вид его языка, ласкающего твердый сосок, был невыразимо возбуждающим. Волна желания нахлынула на нее. Сердце билось как бешеное, пот стекал по коже. Ритмичное движение их бедер стало еще быстрее.
— Боже мой, Энни! — хрипло простонал Гарсон. Он схватил ее за бедра, с силой прижал к себе, а сам приподнялся. Она почувствовала глубокое, резкое проникновение — и ее тело забилось в конвульсиях.
— Еще, — потребовал он. — Еще.
— Я не могу, — взмолилась Энни, но почувствовала, как желание опять поднимается внутри нее.
Оно росло, становилось огромным — и снова взрыв. И вот она закричала, а он задрожал, и его тело задергалось в переполняющем ощущении высшего наслаждения.
Изабель Дьюинг ничего не значит для Гарсона, уверяла себя Энни этой ночью, лежа рядом со спящим мужем. И все же она чувствовала, насколько он был напряжен во время их случайной встречи, хотя такое напряжение наверняка должно возникнуть, когда человек вынужден знакомить свою бывшую жену с новой. Она нахмурилась. Но ей все равно не хотелось, чтобы эта женщина была настолько великолепна, настолько безукоризненна и так чертовски мила!
— Похоже, твой бизнес процветает, — услышала Энни чьи-то слова и, повернувшись, увидела Кирстен, входящую в сельский магазин, который служил и овощной лавкой, и универмагом, и почтой.
Улыбаясь, Энни приклеила марки на последнюю из коробок, которые пришла сюда отправить.
— Еще как, — сказала она.
Прошло шесть недель, как большой универмаг в Лондоне сделал ей заказ, и возможность сказать об этом и вправду действовала как волшебная палочка. Ее постоянные клиенты наперебой увеличивали заказы, другие с удовольствием брали партии товара на пробу.
— Ты слышала о том, что Роджер Эдлам решил последовать твоему примеру? - спросила Кирстен. Энни удивленно подняла брови.
— С Фионой?
— Да. Бедная обманутая душа. Бренда, болтливая продавщица, наклонилась к ним через прилавок.
— Когда будет свадьба? — спросила она.
— Весной, — сообщила Кирстен.
В то время как две женщины обсуждали количество гостей, платье новобрачной и где именно они будут справлять свадьбу, Энни вспомнила, как молодой фермер появился в дверях ее дома и попытался возобновить их несуществующие отношения. Не желая подводить его, Энни никому не рассказала об этом визите, и теперь при встрече с ней Роджер держался дружески, разве что немного смущенно. Его пренебрежение Фионой, видимо, улетучилось сразу после этого визита, так как буквально несколько дней спустя она встретила их, держащихся за руки.
— Хочешь, подвезу тебя домой? — спросила Энни, вклинившись в разговор.
— Да, пожалуйста, — сказала Кирстен. — Как быстро рабочие покрывают крыши коттеджей, — прокомментировала она, когда они подъезжали к деревне.
— Да, на следующей неделе должны закончить, если будет сухая погода. Энни посмотрела на небо, освещенное сентябрьским солнцем. — Удивительно, как нам до сих пор везло с погодой.
— Как только закончат покрывать крыши, Берт переедет в твой дом, пока будет идти ремонт в его коттедже?
— Да, а потом он вернется в свой коттедж, и ремонт начнется в моем. Моя торговля увеличилась настолько, что сарай уже не вмещает всю продукцию, продолжала Энни, подъезжая к дому Кирстен. — Вчера, когда мы разговаривали с Гарсоном по телефону, он предложил мне занять мой коттедж под мастерскую.
— Хорошая мысль, — улыбнулась Кирстен. — Твой великан сегодня надеется вернуться домой? Энни кивнула.
— У него сегодня утром была деловая встреча, но сейчас он уже должен уехать из офиса. Он приедет сюда на неделю.
— Я раньше думала, что Гарсон будет чаще находиться в отъезде, а он приезжает сюда почти на каждые выходные, хотя и так целую неделю после свадьбы вы провели вместе.
Глаза Энни заискрились.
— Вот и еще на одну неделю ему удалось вырваться.
— И заставить свою жену светиться от счастья, — заявила Кирстен. Собрав свои покупки, она вылезла из машины. — Если захотите куда-нибудь пойти, я могу посидеть с Оливером.
— Спасибо, если понадобится, я дам тебе знать.
Я и в самом деле счастлива, думала Энни. Она помахала строителям и поздоровалась с Бергом, обрезавшим яблони в саду. Все ее сомнения, вызванные предложением Гарсона выйти за него замуж, исчезли. Свадебная церемония, которой она в душе очень боялась, прошла без сучка, без задоринки, а медовый месяц был… сплошным блаженством.
В кухне на «Ферме» Энни от счастья даже заулыбалась. Она теперь постоянно улыбалась. Гарсон так заботился о ней, казался таким увлеченным, что она даже забыла о деловой подоплеке их брака. И она чувствовала, что окружающие об этом вообще не догадываются.
Она заулыбалась еще шире. О чем люди наверняка догадываются, чего невозможно не заметить, так это их сексуальную тягу друг к другу. Как ее муж постоянно испытывает потребность дотрагиваться до нее. Как ее словно магнитом тянет быть к нему поближе. Как они обмениваются взглядами, затуманенными от страсти. И когда эта страсть бывает удовлетворена, Энни продолжает ощущать его запах на своих пальцах и в волосах. Даже днем она мечтает о нем. Энни достала из буфета сахар и муку. Сейчас не время мечтать, так как Гарсон приедет совсем скоро и ночью она вновь будет на седьмом небе от счастья. Но до его приезда она должна еще кое-что испечь.
Примерно через час, услышав звук подъезжающего автомобиля, Энни положила миску, вытерла руки и выбежала во двор. Она увидела Гарсона, который шел ей навстречу, на ходу снимая пиджак и закатывая рукава белой сорочки. При его приближении у нее вновь забилось сердце. Все ее тело реагировало на него: кожа пошла мурашками, грудь напряглась, нервы были на взводе.
Энни с трудом перевела дыхание. Она еле сдерживалась, чтобы не броситься к нему и не начать тут же срывать с него одежду.
— Привет, ты сегодня рано, — сказала она, изо всех сил стараясь, чтобы голос не выдал ее чувств. — Хорошо доехал?
— Да, на дорогах сегодня спокойно, — ответил Гарсон, глядя на нее так, что казалось, он вслух говорит одно, а глазами пытается сказать что-то совсем другое, более интимное. Потом он обнял ее и прошептал, целуя:
— Я так по тебе скучал!
— Я тоже, — выдохнула Энни.
Гарсон с беспокойством посмотрел на нее:
— Как ты себя чувствуешь?
Две недели назад Энни отравилась креветками. Ее тошнило дня два, потом она вроде бы поправилась, но, когда в понедельник он уехал, ей снова стало плохо. Через день она выздоровела полностью.
Энни улыбнулась.
— Я же сказала тебе по телефону, что все в порядке.
— Мне не хочется, чтобы ты болела, — сказал Гарсон и снова поцеловал ее. Я тут привез целую кучу вещей. Поможешь мне?
— Конечно.
Когда он открыл багажник, Энни увидела чемодан, раздувшийся портфель, портативный компьютер и полдюжины белых пластиковых пакетов. Портфель и компьютер свидетельствовали о том, что он собирается здесь работать — она тоже собиралась заняться рукоделием, — а что означали эти пакеты?
— Ты купил новую одежду? — спросила она. Гарсон улыбнулся.
— И даже много.
Он протянул ей пакеты, сам взял более тяжелые вещи и пошел вслед за ней к дому. Поднявшись по лестнице, Энни вошла в спальню, окна которой выходили на луг. Комната была оформлена в кремовых тонах — стены бледно-кремового цвета, такого же цвета встроенные полированные шкафы, туалетный столик, толстый ковер, — разнообразие вносили розовые с зеленовато-желтым рисунком муаровые занавески и розовая бархатная банкетка. Со времени его последнего приезда две недели назад в комнате появилась новинка, о которой Энни ничего ему не говорила.
— Ну и как тебе? — спросила Энни, с улыбкой поворачиваясь к нему.
Гарсон, опустив на пол свою ношу, с удивлением смотрел на четырехспальную кровать.
— Просто фантастика. Когда ее доставили? Кровать заказали на следующий же день после того, как они решили пожениться, он настаивал именно на четырехспальном варианте, — та кровать, которую они выбрали, была ручной работы, поэтому срок исполнения был довольно долгий.
— В прошлый понедельник, — сказала она и проследила за его взглядом.
Ситцевые оборки кремового цвета обрамляли резную спинку кровати из красного дерева. Такого же цвета, как оборки, были четыре пуховые подушки и покрывала, все в кремовых кружевах.
— Ты уже на ней спала? — поинтересовался Гарсон.
Энни покачала головой.
— Я спала в соседней комнате.
— Ты хотела подождать, пока мы, — сказал он хрипло, — будем вместе?
— Мне показалось, так будет правильно, — ответила она и почувствовала почти осязаемый накал страсти между ними.
— Я тоже угадал с покупками, — заметил Гарсон и вывалил содержимое двух пакетов на кровать. — Это тебе.
Развернув тисненую бумагу, Энни увидела шифоновую ночную рубашку сиреневого цвета с лиловыми кружевами. Дрожь побежала у нее по позвоночнику. Рубашка была с глубоким декольте и очень короткая — Французская? — спросила она, поглаживая кружева.
— По-моему, ты хотела именно такую. — Гарсон смотрел на нее в упор. Помнишь? Энни улыбнулась.
— Помню.
Он вытащил содержимое остальных пакетов:
— Это тоже тебе.
При виде шелковых гарнитуров приятных оттенков, кружевных трусиков, цветных блузок, лифчиков, шорт и халата дымчатого цвета улыбка Энни померкла. Так как ей не приходилось больше платить за еду, она могла потратить деньги на себя и начала обновлять свой гардероб. Кроме выходного платья она купила синий жакет, узкую кремовую юбку и пару блестящих шелковых блузок, до белья руки еще не дошли.
Энни нахмурилась, глядя на белье. Если покупка ночной рубашки могла быть расценена как шутка, то остальное — это уже не так забавно. С тех самых пор, как они встретили Изабель Дьюинг, мысль об этой женщине не покидала Энни, а сейчас ей пришло в голову, что Изабель носит именно такое роскошное белье.
Гарсон явно сравнивал их во время встречи; интересно, сравнивал ли он их потом? Когда Энни представила себе свое поношенное белье, у нее окончательно испортилось настроение. В этом отношении их и сравнивать было нельзя. Он не высказывал критических замечаний, но решил исправить ситуацию. Интересно, он сам покупал белье Изабель и теперь выбрал похожее для нее? Ее даже покоробило от этой мысли.
— Ты все это купил сам? — спросила она. — Или посылал своего секретаря?
Гарсон посмотрел на нее с негодованием.
— Я сам ходил в магазин, — сказал он и внезапно улыбнулся. — Я никогда раньше не покупал такие вещи и должен признаться, что мне стоило большого труда подойти к продавщице.
Может быть, он и не покупал раньше белье, но наверняка знал, в каком магазине покупает его Изабель, и пошел именно туда, продолжала размышлять Энни. От этой мысли ей не стало легче.
— Все твоего размера, — сказал он.
— Я знаю, — сказала она.
— Тебе не нравится то, что я выбрал?
— Мне все нравится, — в смятении ответила Энни.
— Боже мой! — вдруг резко сказал Гарсон. — Энни, это не благотворительность, я не собираюсь покушаться на твою драгоценную независимость. — Обняв двумя руками за талию, он привлек ее к себе. — Ты красивая молодая женщина с прекрасной шелковой кожей, которой необходимо шикарное шелковое белье, я сочту за честь, если ты разрешишь мне — твоему мужу, черт возьми! — подарить тебе это белье. — Он яростно посмотрел на нее. Я что, заслуживаю за это наказания?
Энни улыбнулась, глядя в его рассерженные глаза. Какая же она глупая! Когда Гарсон покупал белье, он думал только о ней — хотел побаловать ее, хотел, чтобы она хорошо выглядела. Об Изабель Дьюинг он даже не вспоминает. Как он сказал, эта женщина — в прошлом.
— Не только не заслуживаешь, но большое тебе за все спасибо, — сказала она, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать его.
Успокоившись, он наклонил к ней голову.
— А могу я попросить тебя не носить колготки, а выполнить мою мужскую прихоть и надевать вместо них чулки? — И он вытащил из кучи свертков кружевной черный пояс и протянул его на одном пальце. — Это не только гораздо более сексуально, но, когда мы не будем вместе, я всегда буду представлять нежную полоску кожи между черным нейлоном.
Энни улыбнулась.
— Это будет тебя возбуждать?
— Ты меня возбуждаешь. Что бы ты ни носила… или даже безо всего. Только ты, — серьезно сказал ей Гарсон и отбросил пояс. — В первую очередь, конечно, волосы, — сказал он, поднимая ее косу с плеча.
— Я должна забрать Оливера в три часа, — запротестовала она, когда он начал расплетать косу. Он взглянул на часы.
— Значит, у нас есть целый час. — Высунув от усердия кончик языка, Гарсон распустил ей волосы, которые упали на плечи. — Ты будешь надевать ночную рубашку, но не сейчас, — прошептал он и начал расстегивать ей блузку.
Какое-то мгновение Энни колебалась, сердясь на него за то, что он так уверен в ее желании принадлежать ему в любое время и использует ее для удовлетворения своих сексуальных потребностей, но, когда Гарсон наклонился и поцеловал ее, мысли Энни изменили направление. Никто ее не использует, удовольствие будет обоюдным. Она сама хотела отдаться ему. Прямо сейчас. Каждая клеточка ее тела жаждала близости.
Они помогли друг другу раздеться. Энни подумала, что, хотя за время медового месяца она изучила его тело — каждую родинку, каждую морщинку, каждый шрамик, — всякий раз, когда она видела Гарсона обнаженным, он поражал ее своей мужской красотой.
Путешествуя по всему миру, он загорел, и его кожа приобрела золотистый оттенок. Кроме того, он каждый день делал зарядку, которая, когда он был здесь, включала в себя пробежку вокруг деревни, поэтому у него твердые мускулы, крепкие ягодицы и мощные ноги.
Когда она насмотрелась на него, он поднял руку и медленно провел по ее плечу, по круглой груди и начал ласкать бедра. Энни замерла. Теперь его пальцы нежно поглаживали темные короткие волосы и влажную лощинку.
Сбросив белье и бумагу на пол, Гарсон снял покрывало, и они легли на четырехспальную кровать.
— Атласные простыни, и твои волосы как атлас, — прошептал он, раскладывая сверкающую копну ее волос на подушке.
— Ну как, ты удовлетворен? — спросила Энни, улыбаясь.
— Пока еще нет, но скоро буду. Мы оба будем, — заявил Гарсон, целуя ее.
Они лежали, обнявшись, их губы слились в долгом поцелуе, потом его рука опять начала свои ласкающие движения, скользя вниз по ее телу: плечам, груди, животу, бедрам, — как будто он вновь изучал ее, хотя две недели назад уже знал о ней все. Затем он губами прикусил твердый сосок ее груди, и от этого ощущения Энни изогнулась и прильнула к нему.
— Когда я уезжаю от тебя, то не перестаю думать о том, как ты лежишь подо мной, как я вхожу в тебя. Я схожу с ума от этих мыслей, — прошептал Гарсон. Он поднял глаза, и она увидела в них голод.
Опять он приник губами к ее соскам, потом скользящими поцелуями прошелся по животу и вниз, к ягодицам. Чувствуя его губы, язык на своем теле, Энни вся загорелась — от этого жара вспыхнула кожа, затуманился взгляд. Она подняла бедра повыше в страстном порыве соединиться с ним.
— Какая ты сильная, — прошептал Гарсон. Он раздвинул влажные крылья ее плоти и прижался к ним губами, Энни вскрикнула. Она не представляла раньше, какой необузданной, эротичной, всепоглощающей может быть любовь. Энни попыталась сдержать подступающий взрыв наслаждения. Гарсон опять коснулся ее языком, и тогда желание захлестнуло ее, заставило изогнуться ее тело и наконец выплеснулось наружу. Энни конвульсивно содрогнулась.
— Несколько раз не получится? — спросил он. Улыбаясь, она положила голову на его плечо.
— Кажется, нет.
Гарсон снова целовал и ласкал ее, до тех пор, пока желание опять не поднялось в ней. Он притянул ее к себе, и она почувствовала бедрами его напряжение. Ей захотелось поцеловать его. Сжав пальцами его плоть, она приникла к ней губами.
Гарсон застонал. Несколько минут он предавался этому наслаждению, затем поднял ее, положил под себя и вошел в нее. Потом начал равномерно двигаться.
Снова Энни почувствовала приближающийся оргазм. Скорость его движений увеличилась, и она поняла, что не сможет долго сдерживаться. Впившись ногтями в его спину, Энни отдалась утонченной пытке. Он сделал еще одно движение, и в закрытых глазах Энни взорвался целый сноп белых огней, а тело разорвалось на тысячи кусочков.
Энни взглянула на будильник. Было почти семь утра, скоро он зазвонит. Она улыбнулась. Целую неделю они с Гарсоном постоянно занимались любовью — часто днем, всегда перед сном, иногда среди ночи, — казалось бы, она должна была устать и выглядеть изможденной, но она, напротив, расцвела. Повернув голову, Энни посмотрела на лежащего рядом с собой мужчину. Темные волосы упали ему на лоб, глаза закрыты — он выглядел трогательно взъерошенным и беззащитным. Немного похож на Оливера.
Энни почувствовала комок в горле. Когда-то она отнеслась к его появлению как к очередному несчастью, а эта встреча оказалась ее счастливой судьбой. Пускай его назвали не в честь какого-нибудь рыцаря, но, женившись на ней, он как бы спас даму своего сердца от всех грозящих ей опасностей.
Но вот Гарсон медленно открыл веки и произнес:
— Доброе утро. — Он придвинулся к ней поближе и положил свою мускулистую ногу на ее.
Почувствовав его тяжесть, Энни услышала, как заколотилось ее сердце.
— Опять? — запротестовала она, пытаясь свести все к шутке, но желание уже охватило ее.
— Ты должна понять, что происходит, когда я просыпаюсь рядом с тобой, сказал он, обнимая ее одной рукой. — Мне кажется, нам как раз хватит времени, чтобы… — В комнате Оливера взвыла сирена игрушечной полицейской машины. — Не хватит.
Она прильнула к нему.
— Когда Оливер постучит и спросит, можно ли ему войти…
— …как мы его приучили, чтобы не быть пойманными врасплох… — вставил Гарсон.
— …один из нас скажет, что другой спит.
— И отошлет его прочь? Как тебе не стыдно! — укорил ее Гарсон, улыбаясь, но сразу же посерьезнел. — Нет. Для него и так тяжело делить тебя с кем-то, а я не хочу, чтобы он считал, что я вторгся в вашу жизнь и он теперь забыт.
На ее лице появилась счастливая улыбка.
— Такого я даже представить себе не могу, — ответила Энни. Она вспомнила, как Оливер взбирался на плечи Гарсона, требуя, чтобы его носили по комнате, чтобы играли с ним в полицейскую машину, которую Гарсон привез ему в подарок из Америки и почти сразу же пожалел об этом. — Ну, как скажешь, хозяин.
Через полчаса, во время завтрака, Оливер внезапно отложил ложку, которой отправлял в рот мюсли, и посмотрел на Гарсона.
— А Генри Коллис говорит, что ты мне не дядя, а отчим.
— А я и то, и другое, — ответил Гарсон. Мальчик проглотил еще ложку мюсли.
— Значит, вместо «дядя Гарсон» я могу называть тебя «папа»?
Гарсон улыбнулся от удовольствия.
— Думаю, да, — сказал он, взглянув на Энни, которая улыбнулась ему в ответ. — Если хочешь, конечно.
— Хочу, — серьезно сказал Оливер и добавил:
— А ты можешь называть меня сыном.
— Очень любезно с твоей стороны. Когда ты вернешься из школы, меня уже здесь не будет, так что давай я отвезу тебя в школу, сынок? — спросил его Гарсон.
Ребенок засиял.
— Да, пожалуйста. Я скажу Генри Коллису, что у меня есть папа и две мамы, — сказал Оливер.
— Правда? — спросила его Энни. Оливер кивнул:
— Сегодня же утром.
— Вот тебе, Генри, — вставил Гарсон тихо. Когда они уехали, Энни включила посудомоечную машину и достала гладильную доску. Гарсон настоял, чтобы они наняли приходящую служанку, так как Энни стало тяжело управляться с таким большим домом, как «Ферма», да еще заниматься своими поделками на заказ. Но служанка приходила два раза в неделю, и сегодня был не ее день. Энни включила утюг. Через пару часов Гарсон улетал в Лондон, и надо было выгладить ему рубашки. Он сказал, что сделает это сам, но она захотела ему помочь.
Включив радио, Энни нашла волну, на которой постоянно передавали поп-музыку. Она начала притопывать под знакомую мелодию, не переставая при этом гладить. При воспоминании о том, как Гарсон был рад, когда Оливер начал называть его папой, Энни улыбнулась. Он так любил малыша, просто непонятно, почему он не хочет иметь своих детей.
Когда-нибудь она попробует его переубедить, но еще не сейчас. Его запрет на детей означал, что ей надо предохраняться, и она выписала у врача таблетки. Она решила принимать их примерно год, а потом поговорить с Гарсоном и…
Следующая мелодия была в стиле регги, и, отступив от доски, Энни начала прищелкивать пальцами и подпевать «О да, о да», покачивая бедрами в узкой юбке. Регги сменилось роком, Энни продолжала танцевать, ритмично вращаясь всем телом.
Потом музыка прекратилась, и диск-жокей начал говорить об изменении настроения, а Энни снова принялась гладить. Время уже поджимало.
— Как зритель могу сказать, что танцуешь ты превосходно, — вдруг раздался голос Гарсона. Энни испуганно повернулась к двери.
— Ты наблюдал за мной? Он кивнул.
— И считаю, что ты выглядишь гораздо сексуальнее, чем твоя сестра. — В воздухе опять стал ощущаться накал страсти, он подошел к ней и вывел ее из-за доски. — Вместо того чтобы танцевать одна, не хочешь ли потанцевать со мной?
Положив руку ей на талию, Гарсон привлек ее к себе. У Энни учащенно забилось сердце. Ее тело идеально соответствовало его телу, и, когда они начали танцевать, практически не сходя с места, это соответствие двух тел груди, талии, бедер — также вызывало эротические чувства.
— Когда ты приедешь? — спросила она.
— Не скоро. — Гарсон замолчал. — Думаю, месяца через полтора.
Энни даже отпрянула.
— Через полтора месяца? — переспросила она испуганно.
Энни считала, что частые приезды Гарсона свидетельствуют о его потребности находиться с ней, и, хотя она понимала, что бизнес требует много времени и внимания, такое долгое отсутствие, на ее взгляд, означало, что его потребность в ней не так уж велика.
— Мне необходимо произвести некоторые перестановки в моих компаниях, и потребуется совершить ряд поездок, — объяснил Гарсон, заключая ее в свои объятия. Они снова начали танцевать, и его руки заскользили по ее бедрам. Кажется, пуритане выступали против вальса, считая его изобретением дьявола, проговорил он и теснее прижался к ней.
Почувствовав его возбуждение, она в свою очередь возбудилась тоже. Медленный танец породил в них обоюдное желание. Энни потянулась поцеловать его, и, когда их губы соприкоснулись, Гарсон поднял ей юбку. Он гладил нежную полоску кожи над черными чулками.
— Чистый шелк, — прошептал он ей в губы, а руками дотронулся до тонких кружев ее трусиков.
Энни вся дрожала. Неважно, как часто Гарсон решит навещать ее, она никогда не сможет отказать ему.
— Пойдем в кровать, — попросила она. Гарсон улыбнулся.
— Ты ненасытная девчонка, — промурлыкал он. Оттого ли, что им предстояла долгая разлука, но в этот раз они занимались любовью еще более страстно, еще более неистово, чем всегда. Как только они сорвали с себя одежду, его губы впились в ее грудь, а руки начали нежно ласкать тело. Сказав, что на этот раз именно он не может ждать ни минуты, Гарсон вошел в нее — но она и сама уже была готова принять его, — а кульминация была поистине вулканической.
Потом они лежали рядом, отдыхая. Затем Энни догладила его рубашки, они собрали чемоданы и пошли к машине.
— Мне будет очень тяжело без тебя, — сказал Гарсон, целуя ее на прощание. Энни через силу улыбнулась.
— Мне тоже.
Его руки все еще обнимали ее.
— Мне надо ехать, — сказал он, борясь с желанием остаться.
Вдруг они услышали шаги по дорожке. Обернувшись, увидели Берта, показавшегося из-за сарая.
Старик улыбнулся при виде молодой пары.
— Уже уезжаете? — спросил он Гарсона. — Может, в следующий раз съездим на скачки?
Несмотря на улыбку, которой сопровождался ответ Гарсона, Энни почувствовала его неслышный стон. После свадьбы Берт прижал его в углу, говоря о том, как ему нравится ездить на скачки, но — увы и ax! — ему редко удается это делать. Гарсон пообещал когда-нибудь взять его туда с собой. Это было ничего не значащее обещание, но с тех пор старик постоянно напоминал о нем.
— Вы дайте Энни календарь скачек, и, когда я ей позвоню в следующий раз, мы договоримся и поедем, когда вам будет удобно, — сказал Гарсон.
— Мне всегда удобно, — успокоил его Берт и, довольный, пошел к себе.
Снова обняв Энни, Гарсон еще раз поцеловал ее и, прошептав, что должен ехать, сел в машину.
— До встречи, любовь моя, — сказал он, и «мазерати» с ревом отъехал.
Несмотря на улыбку, с которой проводила его Энни, у нее было тяжело на сердце. После того как они занимались любовью, Энни даже заплакала, так она была переполнена чувствами, и в этот момент поняла, что любит Гарсона. Ей не надо было доказывать себе это, она знала.
А еще Энни прекрасно знала, что никакие силы и уговоры не могли бы заставить ее выйти за него замуж, если бы она не полюбила его. Не поэтому ли Энни ответила, когда Гарсон спросил, что будет, если она полюбит кого-то еще, категоричным: «Только не я»?
Энни села за кухонный стол. Но, несмотря на то что он называл ее «моя любовь» и непрестанно целовал, Гарсон ее не любит. Он ясно дал понять это, когда делал ей предложение. Он мог скучать по ней, сходить с ума от желания, но ни разу не сказал ей: «Я люблю тебя», даже в момент наивысшей страсти. Энни опустила голову. Наверное, она должна быть благодарна за то, что он по крайней мере не обманывает, но ей хотелось, чтобы он хоть раз солгал ей в этом.
Она почувствовала пустоту внутри. Еще недавно их брак казался ей огромным счастьем, но сейчас перспектива до конца дней любить Гарсона, который не отвечал ей взаимностью, превратила его в золоченую ловушку.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Интимные отношения - Олдфилд Элизабет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Ваши комментарии
к роману Интимные отношения - Олдфилд Элизабет



хороший роман
Интимные отношения - Олдфилд Элизабеттана
30.12.2011, 22.22





Очень понравился роман!Красиво,изящно,искренне!С удовольствием прочитаю ещё таких романов...
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетВалентина Копейко
13.04.2012, 8.49





да роман замечательный,совсем не скучно
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетМарго
21.07.2012, 21.38





Мне очень понравился роман...rnРоман-сказка...можно отвлечься от повседневной жизни...
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетОльга Геннадьевна
8.08.2012, 23.30





Спокойная сказка на вечер!!!
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетВера Яр.
8.02.2013, 8.29





Погоджуюся на один вечір
Интимные отношения - Олдфилд Элизабетлєна
8.02.2013, 11.57





Когда-то читала очень давно и сейчас перечитала с удовольствием. Вечерком на ночь...
Интимные отношения - Олдфилд Элизабетиришка
21.12.2014, 23.03





Ожидала большего.почти все супруги ,после развода,всегда обвиняют своих,,бывших'',особенно мужья ,а сами-идеальны,этот роман не исключение.
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетТаТьяна
22.12.2014, 19.53





Роман - просто класс! А насчёт того, что Гарсон обвинял бывшую жену, то у него были веские основания: как можно сказать мужу, что он бесплоден, если на самом деле это неправда? Ты хочешь развестись, так скажи об этом прямо, нечего выдумывать несуществующие поводы! А муж потом по незнанию обидел любимую женщину, когда она сказала, что беременна! "Этот ребёнок не от меня!" И правда, откуда ему было знать, что он на самом деле не бесплоден?
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетКошечка Джози
25.01.2015, 21.18





Ни ахово, но и неплохо, почитать можно
Интимные отношения - Олдфилд ЭлизабетЮлия
31.03.2015, 12.38





Красивая история любви .Спасибо автору,очень понравился роман .
Интимные отношения - Олдфилд Элизабетлюдмила
15.05.2015, 18.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100