Читать онлайн Монетка на счастье, автора - Огест Элизабет, Раздел - ГЛАВА ПЕРВАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Монетка на счастье - Огест Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Монетка на счастье - Огест Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Монетка на счастье - Огест Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Огест Элизабет

Монетка на счастье

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Доктор Рид Прескотт пребывал в ярости. Доморощенными знахарями он был сыт по горло и негодовал, обнаружив еще одного такого целителя – вернее, целительницу – в крохотном захолустном городишке штата Массачусетс. Постоянно помня о целительнице, доктор ухитрялся избегать ее – вплоть до этого дня. Припарковав машину жарким августовским полднем перед домом Селины Уорли, Рид сразу увидел хозяйку. Стоя на четвереньках и повернувшись к калитке спиной, Селина пропалывала цветы в палисаднике. Ее густые пепельные волосы были свободно заплетены в косу, несколько прядей из которой выбились и прилипли к шее. Доктор прошелся взглядом по ее влажной рубашке, облепившей спину, которую Селина как раз выпрямляла, садясь на пятки. Затем подверг осмотру ее бедра, упрятанные в выцветшие джинсовые шорты, и в заключение оглядел пару потрепанных теннисных туфель.
Рид уже знал, что, когда Селина выпрямится во весь рост и повернется, его глазам предстанет приятное лицо и фигура, формой напоминающая песочные часы, – с полной грудью, узкой талией и округлыми бедрами. Он вспомнил, как первый раз увидел Селину на улице, и усмехнулся при мысли о собственном промелькнувшем любопытстве.
– Это Селина Уорли, – сказал доктор Теодор Джеймс, проследив за направлением взгляда Рида. – Она городской библиотекарь и целительница.
Последнее слово доктор Джеймс сопроводил легким смешком, но Рид немедленно занес Селину Уорли в список лиц, от которых ему следовало держаться подальше. Находясь в Смитсшире, Рид Прескотт узнал, что доктор Джеймс и Селина довольно дружны, но не имел ни малейшего намерения посвящать этой особе хотя бы часть дня – достаточно того, что он уделил ей несколько мыслей.
Пройдя в калитку белой решетчатой ограды, окружавшей двор большого старомодного двухэтажного бревенчатого дома, Рид приблизился к Селине. Она не оглянулась, и Рид остановился в пяти шагах от нее. В каждом его движении сквозил сдержанный гнев. Остановившись и слегка расставив ноги, он упер руки в бока и уставился в спину Селины.
– Между прочим, закон запрещает заниматься врачебной практикой без лицензии, – проворчал он.
Его раздражение усилилось. Селина продолжала копаться в земле, словно не замечая его присутствия.
– Можно было бы повернуться ко мне лицом – хотя бы из вежливости, – наконец вскипел он, пытаясь не повышать голос, но чувствуя, что это ему не удается.
– Она вас не слышит. – Рид оглянулся и заметил белобрысого мальчугана лет десяти, выходящего из-за угла дома. Он узнал в нем Джоша Сейера. Мальчик держал в руках мотыгу, очевидно, он работал в саду где-то позади дома. – Она глухая. Но она хорошо разбирает слова по губам, – продолжал Джош, настороженно вглядываясь в лицо Рида.
– Глухая? – переспросил Рид. За несколько месяцев пребывания здесь он был наслышан о Селине, но никто из знакомых ни разу не упомянул о ее глухоте.
Джош кивнул.
– Она оглохла, когда разбился самолет и погибли ее родители.
Рид тяжело вздохнул, его охватила волна сочувствия к работающей рядом женщине. Но сочувствие тут же исчезло. Эта женщина не имела права подвергать опасности жизнь других людей. Шагнув ближе, Рид похлопал Селину по плечу.
Селина вскочила словно ужаленная. Несомненно, Джош поранился, при этой мысли ею овладела паника. Она повернула голову, ожидая увидеть руку, залитую кровью, но рука оказалась совершенно невредимой и, более того, незнакомой, совсем не детской ладошкой Джоша. Эта ладонь была гораздо больше, мозолей на ней не оказалось, а пальцы были сильнее и толще. Подняв глаза, Селина обнаружила, что смотрит прямо в возмущенное лицо доктора Рида Прескотта.
Селина не была знакома с молодым врачом, но знала его в лицо. В этом городке все знали друг друга. Вновь прибывшая особа немедленно становилась предметом многочисленных сплетен и догадок. Новый врач вызвал еще большее любопытство. Не успел он распаковать багаж, как весь город облетело его имя и сведения о том, что большую часть жизни Рид Прескотт провел в Нью-Йорке и там же, в одной из больниц, закончил интернатуру. Но с первого дня, как Прескотт очутился в городке, Селина испытывала ощущение, что он избегает ее, притом по непонятным причинам. Нервничая при виде его, Селина предпочитала не лезть ему на глаза. И вот теперь Рид Прескотт смотрел на нее так, словно обвинял в вопиющем преступлении.
Рид отступил назад, когда Селина вскочила и повернулась к нему. Он заметил тревогу на ее лице. Вероятно, она знала, что подвергает Дебру Рэмси опасности, подумал Рид и помрачнел еще больше.
Селина расправила плечи. Очевидно, Рид Прескотт сердился на нее, но почему, она не имела понятия. Селина была уверена, что ничем не оскорбила этого человека.
Разглядывая Селину, Рид задумался, знает ли она язык жестов. Джош сказал, что Селина умеет читать по губам. Но Рид хотел убедиться, что она поймет, насколько серьезны предъявляемые ей обвинения. Порадовавшись тому, что он научился языку жестов для общения с глухими пациентами больницы, Рид задвигал руками:
– Вы были просто обязаны немедленно отправить Дебру Рэмси ко мне. И ей, и ее будущему ребенку грозила опасность. Мне следовало наблюдать ее с самого начала беременности…
Теперь Селина ощущала его гнев не только по выражению лица, но и по резким жестам рук – впрочем, скорее это была нескрываемая ярость. Уверенная в своей правоте, она вскинула голову:
– Сегодня утром она первый раз пришла ко мне. Я сразу сказала, что ей следует немедленно обратиться к доктору Джеймсу или к вам.
Рид скептически поднял бровь. Он не только не поверил этому заявлению – отчетливо произнесенные слова заставили его усомниться даже в глухоте Селины.
– Для глухой вы говорите слишком хорошо, – заметил он, размышляя, что за игру ведет эта женщина.
Селина проследила, как движутся его губы. Она не слышала голоса, но видела огонек недоверия в глазах.
– Мне было пятнадцать лет, когда это случилось, – ответила она, смущенная тем, что доктор нашел подозрительной ее речь, и раздраженная его враждебностью. – Я уже знала, как правильно произносить слова, и Док много занимался со мной, чтобы я не потеряла навык.
Рид был вынужден признать ее объяснение удовлетворительным. Стиснув зубы, он продолжал изучать Селину. Солнце играло на ее пепельных волосах, подчеркивая их рыжеватый оттенок. Риду казалось, что еще никогда в жизни он не видел глаз такого насыщенного каштанового цвета. Неожиданно он поймал себя на мысли, что находит Селину довольно миловидной. Но опасной, добавил он, замечая первые проблески гнева на ее лице. Запачканная землей щека Селины довершила ее сходство с беспризорником, готовым к драке. Рид опомнился: Селина представляла собой опасность, но не для него, а для людей, которые считали ее целительницей.
– Мисс Уорли, я не верю в способности таких знахарей, как вы. Я знаю, чем это может кончиться. Однажды ребенок умер у меня на руках потому, что родители сначала отнесли его к целителю, вместо того чтобы сразу обратиться к врачам. Больше я этого не допущу. – Рид одновременно говорил и пользовался языком жестов. Закончив, он с силой ударил кулаком по собственной ладони, чтобы подчеркнуть свою решимость.
– Селина никогда бы этого не сделала, – возразил Джош.
Занятая разговором с Ридом Прескоттом, Селина совсем забыла про мальчика. Увидев, что внимание Рида отвлеклось, она тоже повернулась и обнаружила, что Джош подступил к ней поближе, словно пытался защитить.
Рид заметил, что мальчик оказался рядом. Люди в этом городишке держатся друг за друга как приклеенные, подумал он, даже если им от этого никакой пользы.
– Надеюсь, ты прав, – вежливо отозвался он, но перед его мысленным взором все еще стоял умирающий ребенок. Резко повернувшись, Рид прошагал к своей машине и уехал.
Селина ощутила легкий удар по плечу и вздрогнула. Она так засмотрелась на Рида Прескотта, что забыла о Джоше. Поражаясь тому, как мог врач полностью завладеть ее мыслями, она потрясла головой.
– С тобой все в порядке? – спросил Джош.
Селина улыбнулась, видя его обеспокоенное лицо.
– Конечно. Я никогда не обращала внимания на задир.
Джош нахмурился, и на его лице отразились одновременно смущение и беспокойство. Пользуясь жестами, которым научила его Селина, он сказал:
– Первый раз вижу, как доктор Прескотт вышел из себя. Мне всегда казалось, что он отличный парень – спокойный, вежливый…
Селину возмутили обвинения Рида Прескотта. Но она заставила себя вспомнить, какая боль появилась в его глазах, когда он упомянул про умирающего ребенка.
– Он просто заботится о своих пациентах, – возразила она, удивляясь тому, что решила встать на защиту врача. Но он действительно прав, уверяла она себя, однако не удержалась и добавила вслух: – Хотя ему следовало бы проверить факты, прежде чем кого-либо обвинять.
– Только не расстраивайся, – заботливо попросил Джош, подкрепляя слова решительными жестами.
Селина улыбнулась. У Эмили Сейер отличный сын, подумала она. Будучи матерью-одиночкой, от которой отказались все родные, Эмили вырастила Джоша сама.
– Давай работать, – предложила Селина, всем видом пытаясь убедить мальчика, что она решила полностью забыть об инциденте с доктором Прескоттом.
Джош кивнул и ушел за угол дома.
Но едва Селина принялась за работу, как вновь вспомнила о том, что мучило ее уже несколько месяцев. Она решительно сжала зубы, отложила тяпку и сняла перчатки.
– Я скоро вернусь, – крикнула она Джошу, заходя в дом, чтобы взять ключи от машины.
Через некоторое время она остановилась у дома, где помещался кабинет доктора Джеймса. Селина знала, что рабочий день доктора уже закончен, но надеялась, что Гленда Джонс, его медсестра, еще в кабинете. Селине повезло: Гленда задержалась, разбирая бумаги, и назначила ей встречу с Доком на следующее утро.
Гнев Рида Прескотта не утихал до тех пор, пока он не остановился перед домом Теодора Джеймса. Более сорока лет Теодор оставался единственным врачом в Смитсшире. Это был старый семейный врач, из тех, что наблюдают пациентов с рождения до смерти. Теперь ему было уже около семидесяти, он искал себе преемника, и Рид оказался в городке, попутно решив проверить, подходят ли друг другу он сам и работа врача.
Теодор Джеймс, которого большинство жителей городка звали просто Док, пригласил Рида остановиться у него. Риду не хотелось стеснять старика, но тот был настойчив.
– С тех пор как умерла жена, в доме совсем пусто. Мне не хватает общества, – заметил Док, и Рид согласился принять приглашение.
Дом был действительно более чем просторным для двух человек, Рид вынужден был признать это, поднимаясь по ступеням на веранду двухэтажного бревенчатого дома, подобного большинству домов в этом городке.
– Гленда сказала, что ты ездил к Селине? – вопросительно заметил Док, едва Рид вошел на веранду.
Рид взглянул на Дока – высокого, худощавого, седого старика, который сидел в широком деревянном кресле, взгромоздив ноги на перила веранды.
– Да, ездил.
– Похоже, пора рассказать тебе о Селине, – продолжал Док, пристально вглядываясь в лицо молодого врача. – По-моему, ты сразу невзлюбил ее. Ничего не понимаю, ведь она хорошенькая девушка.
Рид уловил беспокойство в глазах старика. Он знал, что Док чрезвычайно серьезно отнесся к своей обязанности выбрать нового врача для Смитсшира. Если бы Док счел его непригодным для этой работы, Риду пришлось бы туго: ему нужно было бы покупать собственную аппаратуру и арендовать помещение. И поскольку Док оказывал Риду немало услуг, Рид был обязан платить старику тем же.
Кабинеты Дока располагались в соседнем здании, принадлежащем семейству Смит. Глава рода, Энгус Смит, основал Смитсшир и считался главным благодетелем города. Желая предоставить горожанам хорошую врачебную помощь, Энгус выстроил и оборудовал маленькую больницу. Семейство Смит следило за тем, чтобы оборудование больницы постоянно обновлялось. Рид был изумлен, узнав, насколько хорошо содержится больница, – некоторые из виденных им клиник в крупных городах были гораздо беднее. Рид также выяснил, что семейство Смит платило двум сестрам, работающим у Дока, Гленде Джонс и Карин Зиберли, умело обращающимся со всем оборудованием. Еще больше он удивился, узнав, что Смиты готовы платить за обучение новых сестер, если таковые понадобятся. И за все это – кабинеты и оборудование – Док платил ничтожную сумму.
Но Рид Прескотт не собирался так быстро сдаваться. Слегка расставив ноги, он принял вызывающую позу.
– Терпеть не могу знахарей, – произнес он. – Я видел, сколько бед они способны натворить.
Док тяжело вздохнул.
– Похоже, моя шутка не удалась, – заметил он.
– Шутка? – резко переспросил Рид.
– Садись, – предложил Док, указав на плетеный стул рядом с собой. – Нам надо поговорить. Назовем этот разговор консультацией, и потому все, что я скажу, должно остаться между нами.
– Если вы считаете, что репутация мисс Уорли как целительницы всего-навсего шутка, – мрачно заметил Рид, садясь, – то другие жители города иного мнения. Если они станут обращаться за помощью к ней, а не ко мне и не к вам, это может кончиться плачевно.
– Селина этого не допустит, – решительно заявил Док.
Рид относился к Доку со всем уважением, но сейчас не мог понять: неужели старик поддался обаянию хорошенького личика?
– Почему вы так уверены в этом?
– Я знаю Селину, – убежденно ответил Док и добавил: – В сущности, отчасти я помог ей приобрести репутацию целительницы.
Рид вгляделся в лицо старика. Он работал с Теодором Джеймсом уже несколько месяцев, знал, что этот человек – знаток своего дела и отнюдь не приверженец шарлатанства.
– Вы? – резко спросил Рид.
Усаживаясь поудобнее в кресле, Док устремил взгляд на лужайку перед домом и дальше, на улицу. Мягкая улыбка заиграла на его лице.
– Я принимал эту девочку, – улыбка постепенно погасла, – и лечил ее после того, как в аварии погибли ее родители. Хорошо еще, что самолет упал за городом. Отец Селины был летчиком, имел собственный самолет и построил маленькую посадочную площадку на своей ферме. Он выручал немного денег, катая людей, но полеты были, в общем-то, его увлечением. В тот день он повез семью в Канаду, навестить брата.
Специалисты говорят, что крушение вызвал сильный воздушный вихрь. Во всяком случае, Кеннет и его жена погибли, а Селина чудом выжила. Некоторое время она провела без сознания, но эта девочка – настоящий боец. – У Дока заходили желваки. – Я видел, как она пришла в себя. Я все еще помню, какой ужас стоял в ее глазах – словно она ожидала увидеть себя в самолете.
Риду стало жаль Селину. До сих пор он ничего не знал о ней, считал ее всего лишь знахаркой. По правде говоря, признался он себе, он и не старался что-либо узнать. Док тяжело вздохнул.
– Затем мы обнаружили, что после травмы она лишилась слуха. Это казалось чудовищной несправедливостью, Селина часто досадовала на это. Ей помогала вся семья, родственники со стороны Тапперов и Уорли, и весь город. Здесь все живут дружно, люди заботятся друг о друге, именно потому я так люблю Смитсшир. Хэлен Эшби знала язык жестов, ее бабушка была глухой с рождения, и Хэлен научилась этому языку много лет назад. Она учила Селину, давала уроки всем желающим. С помощью Хэлен учителя в школе занимались с Селиной.
– Ей повезло родиться здесь, – заметил Рид, уже не в первый раз думая о том, что именно в таком городе хотел бы поселиться.
– Верно, – кивнул Док. – Однако Селина постоянно грустила… может, «грустила» – неверное выражение. Ей чего-то недоставало. Казалось, она пытается найти себе место в жизни. Не то чтобы родственники отказывали ей в любви – нет, такого не было, но в ее глазах постоянно бывало потерянное выражение. Она начала замыкаться в себе.
Рид вспомнил, как несколько минут назад Селина Уорли смотрела на него.
– Что-то я не заметил никакой растерянности, когда недавно виделся с ней. И, уж конечно, она не выглядит робкой и замкнутой.
Док усмехнулся.
– Еще бы! Селина нашла свое место. – На его лице появилось задумчивое выражение. – Все началось с Дэниэла Колби – крепкого мальчугана, который постоянно плакал. Я сотни раз осматривал его и каждый раз убеждался, что с ним все в порядке. Но его мать постепенно изводилась от недосыпания, а няню для такого ребенка найти было невозможно. Потом кто-то, кажется, Эдна Уорли, бабушка Селины, предложил Селине посидеть с ребенком, ведь она не слышала его плача, а потому могла ухаживать за ним, не рискуя получить головную боль. Нет, не то чтобы Селина совсем не обращала на малыша внимания, она носила его на руках, разговаривала с ним. В сущности, это помогло ей прийти в себя.
Кажется, не прошло и двух дней, как Селина обратилась ко мне. Она заметила, что к одному месту на спине ребенка горячо прикасаться, но мать малыша ничего не чувствовала. Мне показалось, что Селина обеспокоена еще одним последствием своей травмы. Она настояла, чтобы я осмотрел малыша. Как могло случиться, что в одном месте кожа у ребенка горит, а в других нет? Я решил, что не следует смеяться над Селиной. Я вернулся с ней в дом Колби, и мы вместе осмотрели мальчика. Я ничего не почувствовал, но заметил, что Дэниэл вскрикнул, когда я дотронулся до указанного Селиной места, по ее словам, оттуда исходил жар.
До этого момента я считал, что у ребенка всего лишь колики, его мать была крайне нервной особой, и ее беспокойство могло передаваться ребенку. Во всяком случае, я решил для безопасности отправить ребенка в Бостон на обследование. Выяснилось, что у него киста в одной из почек. Она постепенно увеличивалась и причиняла боль. Врачам удалось удалить ее, не повредив почку. После этого мальчик стал гораздо спокойнее, правда, он немного избалованный, но славный. К счастью для него, Селина обнаружила болезнь на начальной стадии.
Док помедлил и покачал головой, вспоминая.
– Этот случай заинтересовал меня. В то время Селина жила с родителями своего отца. Я отправился проведать ее и между прочим попросил пощупать щиколотки бабушки. У Эдны на правой ноге развивался артрит. Селина сказала, что от правой ноги исходит более сильное жжение, чем от левой. А Эдна добавила, что ей становится легче после того, как Селина массирует ей щиколотки, ей казалось, что при этом боль утихает.
Док задумчиво нахмурился.
– В это время я наблюдал за Селиной: массируя ноги бабушки, она заметно дрожала всем телом. «Кажется, у нее есть чутье целительницы», – заметил я. «Не знаю, не знаю, – отозвалась Эдна, – но после ее рук мои старые кости ноют гораздо слабее». Я ей объяснил, что, даже если Селина не способна исцелять болезни, она может обнаружить их.
Док усмехнулся.
– Тебе, конечно, известно, как быстро расходятся слухи. Прошло совсем немного времени, и жители городка уже перешептывались о странном таланте девочки. Кое-кто даже обращался к ней за помощью. И вот тогда мне пришлось обстоятельно поговорить с Селиной. Она всегда была смышленой девочкой, и мы быстро договорились. Она пообещала сообщать мне обо всех людях, кто обращался к ней, особенно в тех случаях, если она обнаружит у них какую-нибудь хворь. Несколько лет мы с ней работали вместе. Иногда я бывал не уверен в диагнозе или не мог найти причину болей у пациентов и тогда просил Селину осмотреть их. Если Селина что-нибудь ощущала, я знал: надо повторить все обследование.
У Рида скептически приподнялась бровь.
– Значит, вы действительно верите, что она способна распознать заболевание, всего-навсего прикоснувшись к пациенту? – спросил он, удивляясь, как мог настолько заблуждаться относительно Дока – возможно, этот человек только казался разумным и рассудительным.
– Да, – убежденно ответил Док.
Рид пристально вгляделся в его лицо и признал:
– Да, похоже, вы в этом не сомневаетесь. – В его голосе явственно прозвучало опасение, не начинает ли Док впадать в старческое слабоумие.
Теодор Джеймс невозмутимо встретил взгляд молодого человека.
– Ты говорил, что Смитсшир пришелся тебе по душе, что ты хотел бы остаться здесь. Я наблюдал за тобой. Ты искренне тревожишься за пациентов. В жизни ты слишком сдержан, а к ним относишься с уважением и добротой. И потом, ты неплохой врач. – Док слегка понизил голос. – Я хочу кое-что рассказать тебе об этом городе, как врач врачу. Но мои слова ты должен сохранить в тайне.
Заговорщицкий тон Дока заставил Рида встревожиться еще сильнее.
– Все, что бы вы ни сказали мне, останется между нами, – ответил он, подыгрывая старику.
– Я практиковал в этом городе уже шесть лет, когда однажды старик Энгус Смит пригласил меня к себе на ужин, – начал Док. – В то время ему было около восьмидесяти. За ужином Энгус спросил, какое впечатление произвели на меня город и его жители. Я ответил, что город ни чем не отличается от других подобных, городов, что в нем живет немало славных людей. Мне показалось, что он ждал от меня чего-то большего, но мне было нечего добавить. После ужина мы прошли к нему в кабинет. Энгус сообщил, что хотел бы проконсультироваться со мной лично и потому я должен помнить о врачебной тайне.
Разумеется, я заверил его в этом. Мне казалось, он хотел поведать о какой-нибудь своей болезни, сказать, что у него рак или что-нибудь пострашнее. Вместо этого он принялся рассказывать мне о собственной родословной.
Док помедлил и покачал головой.
– Большинство знакомых мне людей могли припомнить всего три-четыре поколения своих предков. По словам Энгуса Смита, он знал свою родословную вплоть до времен язычества. Он рассказал, что происходит из рода жрецов-друидов. Затем он заметил, что большинство жителей нашего города – его отдаленные родственники. Похоже, Энгус основал город, чтобы собрать вместе весь род.
Холодок пробежал по спине Рида. Он с сомнением взглянул на Дока.
– Не хотите ли вы сказать, что город, который внешне выглядит обычным, спокойным, тихим поселением фермеров, на самом деле – скопище язычников?
Док решительно возразил:
– Нет, нет! В большинстве своем местные жители причисляют себя к конгрегационной и пресвитерианской церкви, есть несколько католиков и пара атеистов. Друидов, да еще исповедующих свою веру, среди них нет. В сущности, по словам Энгуса и по моему опыту, очень мало кто из жителей знает своих предков, а те, кто знает, помалкивают об этом, храня тайну.
– Но ведь Энгус открыл ее вам, – заметил Рид, с трудом переваривая новую информацию и начиная всерьез тревожиться о состоянии Дока.
Док покровительственно улыбнулся.
– Понимаю, мой рассказ кажется тебе неправдоподобным, – кивнул он. – Но тем не менее я услышал все это от Энгуса. Он собрал здесь потомков своего рода в надежде возродить таинственные силы, которыми обладали его предки. Энгус терпеливо ждал, но, если не считать отдельных редких вспышек паранормальных способностей, его надежды не оправдались. Он попросил меня сообщать ему обо всех странных явлениях.
– И вы выполнили его просьбу? – ошеломленно спросил Рид, желая знать, насколько сильно Док впал в маразм.
Док усмехнулся, видя тревогу в глазах Рида.
– Нет, у тебя нет причин отправлять меня в приют для умалишенных, – произнес он. – Мысленно я только посмеялся над стариком. Я сказал, что буду наблюдать за всеми странными явлениями, но не собирался докладывать о них. Должен признать, что несколько случаев изумили меня, но ведь жизнь полна неожиданностей. А затем у Селины появился этот странный «дар».
Это заставило меня всерьез задуматься над словами Энгуса. По-моему, самое трудное в работе врача – поставить диагноз. Надо знать, с чем мы имеем дело, прежде чем надеяться исцелить болезнь. Размышляя над этим, я пришел к выводу, что самые лучшие из древних целителей наверняка были потрясающими диагностами. И если Энгус рассказал мне правду, то предки Селины лечили людей еще до появления христианства, а она унаследовала у них свой уникальный дар. Вероятно, он оставался непробужденным до тех пор, пока Селина не лишилась слуха, а затем появился как шестое чувство, чтобы возместить потерю одного из первых пяти.
Изрядная доля логики в словах Дока потрясла Рида.
– И все-таки напрасно люди обращаются к Селине Уорли, когда им нужна медицинская помощь, – упрямо произнес он.
– Но Селина всегда отсылает своих пациентов ко мне и, даже если она не обнаруживает никакого недуга, все равно сообщает о том, что осматривала того или иного человека, – возразил Док.
По-прежнему неодобрительно хмурясь, Рид устремил взгляд на улицу перед домом. По другую ее сторону располагалась пожарная часть. Поодаль виднелось здание полиции и муниципалитета. Город выглядел обычным и мирным – впрочем, он действительно был таким. Рид ожидал, что откровения Дока заставят его почувствовать беспокойство, отнестись настороженно к этому городу и его обитателям, но этого не произошло. Кроме того, все разговоры о друидах – явная чепуха, мысленно усмехнулся он. Даже если Энгус Смит знал свою родословную, как и родословную большинства здешних семей, сейчас «ни жили в совершенно ином мире. То, что в древние времена считалось волшебством, сейчас можно с легкостью разъяснить.
– Кстати, о сотрудничестве Селины с нами, – Док перебил мысли Рида. – Сегодня утром она пришла ко мне и сообщила, что Дебра Рэмси нуждается в помощи. Я видел, что в вашем расписании приемов есть перерыв, и попросил Карин вставить ее в список.
Рид помрачнел.
– Сегодня я побывал у мисс Уорли именно поэтому. Миссис Рэмси на четвертом месяце беременности, ее положение крайне опасно. Ей следовало сразу обращаться к нам, вместо того чтобы просить помощи у мисс Уорли.
– Никогда не поверю, что Селина пыталась лечить ее, – проговорил Док, явно потрясенный намеком в словах Рида: из них явствовало, что Селина пыталась самостоятельно наблюдать беременную женщину.
– Мисс Уорли заявила, что сегодня Дебра Рэмси впервые была у нее, – признался Рид.
Док облегченно вздохнул.
– Говорю тебе, Селина совсем не глупа. – Но тут же нахмурился. – Она случайно не упоминала, почему Дебра пришла к ней, а не к нам?
– Я не спрашивал об этом, просто предположил, что так бывает чаще всего, – ответил Рид, уже понимая, что он предъявил слишком серьезные обвинения и задал слишком мало вопросов.
Док покачал головой.
– Нет, ты ошибся. С Деброй Рэмси случилось что-то, о чем ей не хотелось говорить, – продолжал он, и тревожные морщины прорезали его лоб. – Я наблюдал ее с самого рождения. Стоило Дебре подхватить простуду, порезаться, сломать руку и тому подобное, и она шла ко мне.
Но когда я сказал, что по возрасту ей уже пора каждый год сдавать мазок, она заупрямилась. И с тех пор, приходя на осмотр, она отказывалась от гинекологического обследования. Конечно, в наше время еще встречаются чрезмерно стыдливые женщины, но вряд ли это относится к Дебре Рэмси.
Рид вспомнил, как осматривал эту двадцатипятилетнюю женщину.
– На приеме у меня она держалась очень скованно и нервно, – заметил он. – Мы с Глендой вдвоем пытались успокоить ее, но она вела себя так, словно чего-то опасалась. Боюсь, так дело кончится выкидышем.
– Это действительно возможно? – заволновался Док.
– Да, – подтвердил Рид. – Вместе с беременностью у нее развивается диабет. Ей придется быть чрезвычайно осторожной.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Монетка на счастье - Огест Элизабет

Разделы:


ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Монетка на счастье - Огест Элизабет



Такой скукотищи и нудятины, мне кажется, я никогда не читала
Монетка на счастье - Огест Элизабетлиза
28.08.2012, 14.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100