Читать онлайн Алая роза Тюдоров, автора - О`Брайен Джудит, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Алая роза Тюдоров - О`Брайен Джудит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.54 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Алая роза Тюдоров - О`Брайен Джудит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Алая роза Тюдоров - О`Брайен Джудит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

О`Брайен Джудит

Алая роза Тюдоров

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Напряжение во дворце росло с каждым часом. Многие пэры, пажи и слуги делали, правда, вид, что ничего особенного не происходит, что отсутствие короля – вещь обыкновенная. Тем не менее скрытая угроза проникала, казалось, даже сквозь толстенные каменные стены. Собственно, каждый при дворе хорошо знал манеру короля покидать замок перед началом каких-нибудь грозных событий. К примеру, его величество отдавал приказ о казни, а затем на некоторое время оставлял двор. После ареста или расправы он возвращался и делал вид, что ничего не случилось.
Среди узников-постояльцев Тауэра новичком был Кромвель. Теперь же все с нетерпением, а кое-кто – с тревогой ждали, на кого падет следующий удар.
По этой причине отнюдь не праздное внимание придворных сосредоточилось на фигуре привлекательнейшего в свете мужчины, герцога Гамильтона. Норфолк и его клевреты пользовались малейшей возможностью, чтобы подбросить топлива в костер слухов.
Гамильтон по-прежнему с достоинством и честью играл роль изящного вельможи и блестящего кавалера. Единственное, чем его нынешнее поведение отличалось от привычного, было нежелание хотя бы на минуту расстаться со своей ненаглядной кузиной.
Сторонний наблюдатель мог бы отметить, что обворожительный герцог и мистрис Дини постоянно поддерживают между собой прямой физический контакт. Так, беседуя с сидящим напротив джентльменом, он продолжал обнимать красивые плечи кузины. Когда к ним обращалась Кэтрин Говард с каким-нибудь малозначащим вопросом, мистрис Дини очень мило ей отвечала, но ее рука как приклеенная продолжала покоиться на бедре герцога.
Некоторые считали, что это поведение – следствие их не слишком родственной шалости в зарослях живой изгороди. Другие же умели заглянуть глубже и понимали, что за ним скрывается нечто большее.
Наконец закончился ужин, и придворные дамы собрались в кружок около своей повелительницы. Анна казалась чуточку нервной и возбужденной и не сводила любопытных глаз с Кита и Дини.
Герцог Саффолк тоже поднялся на ноги, дружелюбно хлопнув по плечу Гамильтона.
– Берегись, приятель, – пробормотал он.
Весь вечер он молчал, что было на него не похоже: обычно Саффолк использовал малейший повод, чтобы поболтать, повеселиться и выпить. На этот раз он пил на удивление мало, а ел и того меньше.
Дини подошла к королеве и поклонилась:
– Ваше величество, позвольте мне еще немного побыть с герцогом?
Некоторое время королева думала, взвешивала все «за» и «против», затем утвердительно кивнула, давая тем самым понять, что удовлетворяет просьбу своей придворной дамы, но не слишком охотно. Прочие дамы потянулись из зала с удивительно чопорными выражениями на лицах. Дини успела заметить на губах королевы намек на улыбку, прежде чем Анна Клевская скрылась в сопровождении свиты.
В зале оставалось совсем немного людей, когда Кит протянул Дини руку:
– Ну пока. – Он ухмыльнулся.
– Но может быть, слухи не соответствуют действительности, – с надеждой в голосе произнесла Дини. – Саффолк по крайней мере был на удивление спокоен.
Он не ответил.
– Давай-ка выйдем на свежий воздух.
В зале уже вовсю суетились слуги – прибирая, подметая, выгоняя из помещения собак.
Над ними было бархатное глубокое небо. Далеко-далеко в вышине важно и недоступно сверкали звезды. Перед лицом этой великолепной ночи говорить не хотелось. В тишине все слова казались лишними.
Она перевела взгляд на его острый профиль. Крылья носа и очертания щек Гамильтона отливали голубоватым светом, который струила луна. Он, казалось, был полностью погружен в свои мысли и с отсутствующим видом смотрел прямо перед собой.
Неожиданно на лице Кита появился отсвет улыбки, а морщинки у глаз стали глубже.
– Я хочу летать, – прошептал он, нарушив звенящую тишину ночи.
Дини приникла головой к его плечу. Так, прижавшись друг к другу, стояли они в голубоватом свете луны и вечных, негасимых звезд, мечтая о будущем, которое, как им казалось, в один прекрасный день принесет им счастье.


Сразу же после полуночи герцог Гамильтон двинулся в путешествие по бесконечным проходам и коридорам дворца Хемптон-Корт. Дини вместе с придворными дамами в полной безопасности посапывала носиком в дортуаре.
На прощание он отдал ей бутылочку из-под кока-колы и пожелал спокойной ночи. Потом она еще удивлялась, почему это Кит так ничего больше ей и не сказал, почему они не сбежали куда-нибудь наконец. В момент расставания все ее чувства обострились и она помимо своей воли чувствовала пронизывающий влажный холод коридора, потрескивание горящего факела, вставленного в гнездо на стене. У Кита надо лбом нависала темная непокорная прядь, но в тот момент она почему-то не откинула ее. Непонятная тяжесть сдавила ей грудь.
– Спокойной ночи, – сказала она в ответ на его пожелание, и голос прозвучал спокойно, чуть ли не равнодушно. Потом Дини коснулась кончиками пальцев его теплой ладони и приняла заветную бутылочку.
Вслед за этим Кит отправился в одиночное плавание. Он отдалялся от нее, как корабль, покидающий гавань, размахивая руками-веслами и шелестя плащом-парусом. Ей захотелось крикнуть ему вслед, задержать его на какое-то краткое мгновение, но она не решилась.
Что греха таить, Киту тоже не хотелось уходить. Он мечтал бы провести ночь рядом с нею, ведь ему так важно было знать, что она рядом, под его защитой.
Те, кто шел за ним, двигались очень осторожно.
Впрочем, если бы они даже топали, Кит не услышал бы их – настолько он был погружен в собственные мысли.
Когда же ему на голову опустилась дубинка, он не удивился, просто ощутил вселенскую пустоту.
Боже, ну почему они не поговорили еще несколько минут?


Пробудившись от короткого, не освежившего ее сна, Дини сразу поняла, что случилось нечто ужасное.
В мгновение ока она оделась и принялась мерить шагами дортуар, хотя только что пробило пять. Ровно через три часа ей передали послание королевы.
«Герцога Гамильтона этой ночью препроводили в Тауэр. А. К.»
Всего несколько слов. Ни страсти, ни сострадания. Просто констатация факта.
Они знали, что это произойдет. Даже вчера вечером, когда стояли под хрустальным сводом небес, угроза незримо нависала над ними. С самого начала он этого ждал – впрочем, как и она.
Дини бросилась в покои королевы. Энгельберт проводил ее к Анне без обычных церемоний. Королева сидела у окна и разглядывала что-то во дворе.
– Цветы и трава в парке чрезвычайно хороши. Вы не находите, мистрис Дини? – Она вздохнула. – Тем не менее они иногда скрывают удивительные вещи.
– Прошу вас, ваше величество, расскажите мне, что случилось…
– На герцога вчера напасть четыре человек. Кто-то из придворных это видеть, но кто точно – я не сказайт вам. Его ударили сзади такой странной штукой – «тупинка», кажется.
Дини рухнула в кресло, сжав на груди руки.
– Я могу продолжать? – спросила королева. Было видно, что она тронута горем девушки. Некоторое время Дини сидела, глядя прямо перед собой, но потом, сделав усилие, кивнула. – Потом, как нам сообщили, упавшего герцога куда-то унесли. Энгельберт думайт, что герцог боится, что вместе с ним в Тауэр можете угодить и вы.
– Кто-нибудь видел Норфолка? – Дини не хотелось говорить, но она была вынуждена поддерживать беседу.
– Да. Герцог сам чрезвычайно удивлен. Он знать, что Гамильтона когда-нибудь схватят, но не думать, что так скоро.
Дини потерла усталые глаза.
– Кто-нибудь знает, какие обвинения предъявили герцогу Гамильтону?
Королева заколебалась:
– Ходят слухи, что герцог состоял в заговоре с Кромвелем.
– Но ведь это абсурд, ваше величество!
– Я тоже так думайт и говорю об этом Энгельберт. Тот, однако, считает, что герцог выдал себя, поскольку отказался принять участие в избиении Кромвеля. Говорят, что человек, которому нанес вред другой, должен мстить, иначе его поведение кажется ненормально.
– Великолепно. Значит, его засадили в Тауэр за величайшее преступление – за отказ издеваться над беззащитным человеком! – Дини вскочила на ноги и сложила на груди руки. – Скажите, а суд будет?
– Нихт. Суда не будет, мистрис Дини. Герцог останется в Тауэре.
– Ни за что! Пока я жива! – воскликнула Дини. – Где король?
Королева пожала плечами:
– Мне никто не говорить, где король, но некоторые полагают, что он в Ричмонде. – Потом королева внимательно посмотрела на Дини – казалось, она видит девушку впервые. – Мистрис Дини, я слышала, вы с герцогом что-то такое делать в лабиринте.
Дини покраснела, не зная, что ответить. Королева между тем продолжала эту довольно щекотливую тему.
– Я также видела вас двоих вчера за ужином и наблюдала, как вы себя держите. Так вот, прошу меня извинить.
– Извинить вас? За что?
– За то, что я вам вчера не поверить, когда вы рассказывать мне про птички и пчелки… Но я думала об этом, мистрис. Думала всю ночь. И теперь я вам верю.
Дини невольно улыбнулась, хотя на душе скребли кошки.
– Ваше величество, я бы не позволила себе шутить на такую тему.
Королева заулыбалась в ответ и поманила Дини к себе пальцем.
– Теперь я есть очень рада, что не привлекаю внимание короля, – прошептала она девушке на ухо.


Король многозначительно потер руки.
Томас Говард, герцог Норфолк, отлично знал о причине королевского волнения. Его племянница Кэтрин Говард, одетая в новомодное платье, изготовленное лично месье Локе, ожидала внизу. Герцог не пожалел расходов, чтобы нарядить родственницу во все самое лучшее, что можно было купить за деньги, хотя денег у герцога, признаться, было в обрез. Впрочем, его светлость рассматривал бархат и шелк платья как своего рода вложение капитала, поскольку если малютка Кэтрин угодит королю, семейство Говардов получит дивиденды непосредственно из казны Генриха VIII.
На этот раз, предлагая королю игривую Кэтрин, столь разительно отличающуюся от требовательной и своевольной Анны Болейн, герцог Норфолк мог рассчитывать на успех затеянной интриги. Конечно, Кэтрин отнюдь не блистала умом, да и грамоте разумела не слишком, зато умела развлечь мужчину, особенно такого, как король Генрих, который с каждым прожитым годом становился все капризнее и разборчивее в своих утехах.
Король был разукрашен как петух. Норфолк наблюдал за тем, как его величество разглядывал себя в зеркале с удовольствием, которое более пристало кокетке. Интересно, что он видит? – задался вопросом Норфолк. Уж конечно, не восемнадцатилетнего юнца, не Генриха Великолепного. Годы дают о себе знать.
Норфолк понимал, как и все мало-мальски выдающиеся люди при английском дворе, что сделать карьеру можно было только одним способом – потакать всем прихотям Генриха и поддерживать его иллюзии о собственной привлекательности и неотразимости. Другими словами, если Генриху хотелось по-прежнему казаться красавцем атлетом, непобедимым на турнирах и в любви, разубеждать его не следовало.
Норфолк откашлялся, главным образом для того, чтобы привлечь к себе внимание монарха. Король, казалось, не замечал его присутствия, сосредоточившись на собственном отражении. Теперь король большей частью рассматривал себя в небольшом, ручном зеркальце, поскольку большое слишком откровенно свидетельствовало о неумолимой работе времени.
– Ваше величество, – обратился Норфолк к монарху, решив нарушить затянувшееся молчание. – Я…
– Что «вы», Норфолк? – с любопытством спросил король, выгнув тщательно подбритую и прорисованную бровь.
– Я хотел вас поставить в известность о настроениях в Хемптон-Корте, – закончил наконец герцог.
– О настроениях вообще – или после ареста Кромвеля? – с раздражением переспросил король.
Ему крайне не нравилась неспособность Норфолка улавливать суть вещей. Вот Кромвель умел следить за причудливыми изгибами королевской мысли и на лету ловить его пожелания. Томас Говард, напротив, слыл тугодумом.
– Кромвель был арестован вчера, Норфолк, – наставительно произнес Генрих. – Вы находились при дворе в тот момент, когда это случилось, поэтому расскажите мне об атмосфере во дворце.
– О, я вас понял, государь, – промямлил герцог. – Честно говоря, арест Кромвеля ни для кого не явился сюрпризом, ваше величество. Многие из тех, кто наблюдал за унижением безродного выскочки, предвидели – и я бы даже сказал, – приветствовали его падение.
– Имело ли место сожаление по поводу случившегося? – Королю было необходимо знать такого рода вещи, чтобы правильно выбрать день и час возвращения ко двору. Генриху не очень-то улыбалось видеть опечаленные лица придворных. И в Ричмонде он тоже оказался не случайно: это была ближайшая к Хемптон-Корту королевская резиденция, а Хемптон-Корт король очень любил.
– Нет, ваше величество, по Кромвелю никто не печалился, – осторожно подбирая слова, произнес герцог. – Тем не менее считаю своим долгом сообщить, что арест Гамильтона вызвал нежелательные толки.
Король нахмурился и отложил столь любезное его сердцу зеркало.
– Арест Гамильтона? Но я вовсе не приказывал его схватить. Здесь, должно быть, какая-то ошибка. Скорее всего вы по обыкновению что-то недопоняли.
Норфолк замер. Вот оно. Начинается. Конечно, он бы с радостью устранил со своего пути Гамильтона, но понимал, что время для этого еще не настало. Герцог Гамильтон был слишком популярен, и его внезапный арест мог обеспечить ему новых сторонников и заступников. К тому же в игру могла вступить кузина Гамильтона, а король уже давно положил на нее глаз. Проклятие! Кэтрин слишком пухленькая и глупенькая, чтобы долго приковывать к себе внимание венценосца в случае, если поблизости окажется пресловутая мистрис Дини. Проклятие!
– Мы любим Гамильтона, – продолжал король. – Он наш доверенный слуга. – Тут глаза Генриха остановились на фигуре герцога. – Стало быть, кто-то похитил Гамильтона, и мы сделаем все возможное, чтобы выяснить, кто. Хочу вас заверить, герцог, что виновный заплатит за свое деяние жизнью.
Норфолк старался сохранять на лице бесстрастное выражение, но под королевским напором несколько сник. Когда Генрих говорил спокойно и неторопливо, он словно аккумулировал в себе угрозу, как хищник, изготовившийся к прыжку.
– Я постараюсь разузнать, кто похититель, ваше величество.
Генрих постучал пальцем по поверхности уже забытого зеркальца.
– Как изволит поживать мистрис Дини?
– Ваше величество? – в недоумении переспросил Норфолк.
Король не стал повторять вопрос.
– Пришлите ее сейчас же, герцог. Мы желаем видеть ее завтра.
– Но ваше величество, – Норфолк молитвенно воздел руки, – внизу ждет одна юная особа, которая более всего на свете желала бы развлечь христианнейшего короля.
– Что ж, мы предоставим ей возможность это сделать, – негромко произнес король и поднялся, чуть скривившись от привычной боли в ноге. – Что же касается мистрис Дини, то я по-прежнему жду ее завтра.
Норфолк понял, что прием окончен. Ему очень хотелось продлить момент аудиенции, сообщить что-нибудь, что отвлекло бы мысли суверена от мистрис Дини Бейли.
– Если ваше величество позволит мне…
– Вы свободны, Норфолк.
Герцогу оставалось лишь поклониться и выйти из королевских покоев, что он и сделал, на чем свет стоит проклиная неизвестных злоумышленников, похитивших герцога Гамильтона.


Он начал привыкать просыпаться в незнакомых местах с головной болью, которая, казалось, могла поднять со смертного одра и покойника.
Гамильтон открыл глаза и на мгновение решил, что ослеп: он не мог рассмотреть даже собственной руки, не говоря уже о комнате, в которой находился. Затем разглядел узкую полоску света, пробивавшуюся, по-видимому, из-под двери.
В его темнице стоял запах влажной земли и плесени, и Кит понял, что заключен в подземелье.
Почему его не поместили в одну из камер Тауэра?
Очень медленно он попытался встать, приложив руку к макушке, раскалывавшейся от боли. Сначала приподнялся на локтях, потом присел на корточки, сжав виски руками. Шишка на голове побаливала, но он чувствовал, что рана не столь уж серьезна.
Потом он подумал о Дини.
Кит искренне надеялся, что в один из ясных, погожих дней она войдет в лабиринт и вернется в свое время. Вспомнит ли она о несчастном герцоге Гамильтоне? Кто знает, может, со временем их встречи изгладятся из ее памяти? В каком-то смысле он даже хотел этого, поскольку для нее же самой это было лучшим выходом.
– Не забывай меня, прошу, – простонал он и сам удивился звуку собственного голоса. Неужели это его слова?
Он глубоко вздохнул и удивился: что же с ним происходит? Кит не думал ни об аресте, ни о дворцовых интригах – ему приходилось быть свидетелем куда более грозных событий.
Важно было другое: прошлой ночью, когда на него напали, он позволил умыкнуть себя, как глупый ягненок. Два месяца назад ничего подобного и быть не могло – он стал бы защищаться!
Но два месяца назад он не был влюблен.
Кит выругался. Головная боль снова дала о себе знать. Черт, а не слишком ли он много думает? Почему всю свою нынешнюю жизнь он мерит одной-единственной меркой, имя которой – Дини? Ведь при этих обстоятельствах подобная любовь противопоказана – хуже того, самоубийственна!
Но где выход? И как ему не думать о Дини, когда одно только ее слово или неосторожный жест могут означать смерть для них обоих. Теперь та строгая система, которой он подчинил свою жизнь при дворе, потеряла всякий смысл. Неожиданно он понял, как устал, как ему надоело разыгрывать навязанную роль. И теперь у него была Дини, о которой надо было заботиться.
Кристофер еще раз решил опробовать голосовые связки и крикнул:
– Эй, есть здесь кто-нибудь?
Крик отразился эхом от каменных стен. Кит чуть ли не кожей чувствовал их гладкую, сырую и скользкую поверхность. Интересно, уместно ли в 1540 году орать «Эй, есть здесь кто-нибудь?!!» Казалось, он перезабыл все слова, подходящие для эпохи Тюдоров.
Ему не оставалось ничего другого, как завопить с новой силой:
– Эй, есть кто-нибудь? Это лондонский Тауэр, а? – надрывался Гамильтон. Его вопрос мог бы показаться странным, но получить ответ было просто необходимо.
С противоположной стороны массивной двери послышался жизнерадостный голос:
– Доброе утро, герцог. Тут кое-какая жратва, сэр. Закройте глаза, и я передам ее вам. Нам не хочется, чтобы слишком яркий свет отразился на ваших умственных способностях, – продолжал остряк.
– Где я?
– Осторожно, сейчас будет еда. – На короткое время дверь распахнулась, но, прежде чем Кит успел к ней подбежать, захлопнулась снова.
Перед глазами узника проступил силуэт подноса с блюдами. Одинокая свеча все еще мигала от ветерка, поднятого тяжелой дверью. Запахло жареным мясом, паштетами из дичи и хлебом – круглая буханка лежала на подносе, заботливо укутанная льняным полотенцем. Рядом с подносом оказался довольно объемистый кувшин с вином. Было ясно: похитители светлейшего герцога Гамильтона отнюдь не собирались морить его голодом. Более того, в случае, если заключение продлится долго, он имел все шансы заполучить классическую подагру.
Кит не чувствовал голода, но все-таки поел, скорее по привычке. Вдруг он понял, что его меч по-прежнему висит у него на поясе. Что же это за тюрьма такая, в которой узнику позволяют иметь при себе оружие и потчуют деликатесами?
Кстати говоря, пища оказалась выше всяких похвал. Даже жареный цыпленок был приготовлен именно так, как он любил, – с хрустящей корочкой и небольшим количеством соли. Вино тоже было отличным – его не стоило приправлять специями, чтобы отбить вкус бочки, как это обыкновенно делалось.
Поев, Гамильтон вытянулся на подстилке. Свеча продолжала освещать его камеру, хотя помещение, где он находился, и камерой назвать было трудно: обширный подвал скорее напоминал погреб какого-нибудь дома или даже замка.
– Эй! – снова заорал он в пространство.
– Вам понравилась еда, герцог? – любезно осведомился из-за двери голос все того же весельчака.
– Да, понравилась, – ответил Кит, которому показалось на минуту, что он говорит с официантом одного из лучших лондонских ресторанов. – Но где я все-таки?
– Не беспокойтесь, герцог. Вы в полнейшей безопасности.
– Это не Тауэр! – заявил Кит. Это было скорее утверждение, нежели вопрос.
В ответ за дверью разразились хохотом.
– Я могу послать записку одному человеку?
– Кто знает, – раздумчиво произнес голос за дверью. – Однако попытайтесь, попытка не пытка.
Через несколько минут дверь отворилась, но Кит продолжал спокойно сидеть на подстилке. Пока он не будет знать точно, где находится, не стоит думать о побеге. За себя он волновался мало, но боялся необдуманным поступком навредить Дини.
Его не слишком строгий сторож принес несколько листов бумаги, перо и крохотный пузырек с чернилами.
– Свеча еще горит, герцог?
– Да, спасибо, – ответил Кит и пододвинул подсвечник поближе.
Подумав с минуту, он принялся сочинять послание Саффолку, зная, что тем самым не сможет повредить Дини.


«Саффолк,
насколько я понял, меня захватила в плен и содержит под замком неизвестная мне особа. Прости, что приходится просить тебя об одолжении. Можешь ли ты помочь мистрис Дини в одном, пусть, на твой взгляд, и странном, предприятии? Необходимо, чтобы кто-нибудь зажег несколько пороховых зарядов поблизости от хемптон-кортского лабиринта. Только не думай, что я сошел с ума. Мистрис Дини знает, как воспользоваться твоей услугой.
В случае, если она останется при дворе, позаботься о ней. До тех пор, разумеется, пока я сам не вернусь. Если судьба распорядится иначе, возьми деньги, что сохраняются у меня в имении и используй их для ее блага.
И последнее: сообщи ей, что в настоящий момент я вне опасности и люблю ее больше всех на свете.
Благодарю тебя, мой добрый друг.
Гамильтон».


Закончив письмо, он просунул его под дверь.
– Кому предназначается послание, герцог? Письмо было надписано. Услышав вопрос, Кит понял, что его страж не умеет читать.
– Послание для Чарлза Брендона, герцога Саффолка.
Некоторое время за дверью молчали. Потом охранник сказал:
– Посмотрим, что можно сделать, герцог.
– Благодарю, – ответил Кит. У него снова разболелась голова, и он прикрыл глаза в надежде утихомирить боль. Кроме того, он надеялся, что его послание все-таки достигнет адресата, а Дини, в свою очередь, вернется в то время, из которого попала в шестнадцатый век.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Алая роза Тюдоров - О`Брайен Джудит



только начала
Алая роза Тюдоров - О`Брайен Джудитнаталья
5.11.2010, 17.24





Это теперь моя любимая книга! Захватывающий сюжет!Обязательно причтите!
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитАнетта
5.01.2012, 5.44





Потрясающая книга! На этом сайте лучше еще не читала! (а прочла уже достаточно много) Очень интересный сюжет, вообще ничего подобного еще не читала!
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитОльга
3.08.2012, 10.02





только скачала
Алая роза Тюдоров - О`Брайен Джудитриза
18.11.2012, 20.57





Не впечатлил.Не люблю читать про королей, скучновато.
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитНатали
7.12.2012, 19.04





Книга не плохая для тех, кто любит сюжеты с перемещением во времени. Но есть романы ,с перемещением во времени ,на много интереснее и более захватывающие . Один из них " Рыцарь" . Ольга ,тебе ,я уверена,должен этот роман очень понравиться. Берет за душу-этого мало! Боль и радость и снова радость и боль испытываешь при чтении романа ."Господи-благодарю Тебя ! Благодарю Тебя!" -эту фразу произносит героиня в конце романа ! А мы в, этот момент, присоединяемся к ней, и плачем вместе с ней, и радуемся за главных героев!!!
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитМари
7.12.2012, 19.41





Как по мне , то скучноватенько(((
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитИнна
15.07.2013, 8.04





Мне очень понравился главный герой - настоящий мужчина в любом времени найдет достойное место
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитИрина
21.11.2013, 13.33





Тока тока начала. Но кажется интригующий!!!!!
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитЛуиза
17.12.2013, 11.15





Интересный.Рекомендую почитать.
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитОльга Б.
16.04.2015, 12.39





А рыцарь-кто автор-полскажите
Алая роза Тюдоров - О`Брайен ДжудитЕлена
18.09.2015, 0.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100