Читать онлайн Смеющаяся богиня, автора - Нэпьер Сьюзен, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.98 (Голосов: 99)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Нэпьер Сьюзен

Смеющаяся богиня

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Ванесса задрала голову, и сильный ветер разметал ей волосы по плечам. Поглубже засунув руки в карманы стеганой куртки на гусином пуху, она шла вдоль пляжа, осторожно ступая в спортивных ботинках на толстой подошве, чтобы не поскользнуться.
В отличие от покрытых мягким белым песком пляжей восточной части полуострова здешние бухты представляли собой узкие полоски бурого песка, неровным бордюром тянущиеся вдоль скал. У кромки воды покрытые мидиями и устрицами скалы перемежались валунами, под которыми обитали крабы. Выше отметки прилива среди разноцветных камней и гальки лежали прибитые к берегу плавник и высохшие морские водоросли.
Раздался резкий крик – это чайка кружила над мелкими заводями. Ванесса следила за ее полетом на фоне бледно-серого неба. Чайку относило ветром, но Ванесса завидовала ее свободе. Ей тоже хотелось улететь от своих проблем. Но она могла лишь сесть в машину и приехать сюда и ходить взад-вперед по берегу, так и не придумав, как ей быть.
Она повернулась, решив, что пора возвращаться, и застыла на месте. Сердце подпрыгнуло в груди – Бенедикт, самая главная ее проблема, находился прямо перед ней.
Ванесса подождала, когда он приблизится, и натянуто спросила:
– Что вы здесь делаете?
Бенедикт пожал плечами. Он был одет в кремового цвета свитер и незастегнутый черный кожаный пиджак.
– Гуляю, – ответил он. Ванесса фыркнула.
– Вы ведь никогда не гуляете.
– Только потому, что обычно не задерживаюсь здесь надолго: искупаюсь – и ухожу. Я решил: надо больше двигаться, чтобы не растолстеть.
Ванесса презрительно окинула взглядом его худую фигуру.
– Можете на этот счет не беспокоиться.
– Спасибо.
– Это не комплимент, а констатация факта, – раздраженно сказала она.
– Тем не менее спасибо. Вы тоже очень изящны.
Он смотрел на ее длинные ноги в джинсах. Джинсы, куртку и пару старых кроссовок Ванесса всегда держала в багажнике машины. Уезжая сегодня, она не стала переодеваться дома, так что ее строгий синий костюм лежал на заднем сиденье, а без него под взглядом Бенедикта она чувствовала себя неловко.
Откинув с лица волосы, она попыталась засунуть пряди под косынку.
– Вы что, выследили меня?
– Почему вы так думаете? – Он явно забавлялся.
Но Ванесса не собиралась отступать.
– Да потому, что это какое-то очень странное совпадение.
– Сюда ведет одна дорога, поэтому никакого совпадения нет. Я увидел машину и остановился.
Ответ его прозвучал беспечно, но ведь были же причины, почему он покинул Уайтфилд и поехал именно сюда? Осмотром окрестностей он никогда не увлекался – значит, ответ ясен.
– Вы разрешили мне взять выходной, – вызывающе сказала Ванесса.
– Я имел в виду, что мы оба отдохнем сегодня, – мягко поправил он, – а вы улизнули у меня за спиной.
– Я не улизнула, а просто… захотела подышать свежим воздухом и размяться, – быстро придумала она.
В течение двух недель после того ужина в ресторане Ванесса прилагала максимум усилий для того, чтобы держаться от него подальше, а он так же решительно этому препятствовал. Однажды он, к ярости Ванессы, пригласил Ричарда с его матерью поужинать и велел Ванессе выполнять роль хозяйки. Она весь вечер была вынуждена улыбаться и невозмутимо переносить его поддразнивания, хотя внутри вся кипела, что вызвало любопытные взгляды миссис Уэллс. Ванесса не могла не заметить, как непохожи Ричард и Бенедикт, особенно когда они рядом: свет и тень, день и ночь. К величайшему сожалению, ее женская сущность тянулась к властному очарованию тьмы, а не к мягкому солнечному свету.
Ванесса была крайне недовольна, когда Ричард выдал секрет, что она заканчивает книгу по истории города Темса, над которой судья Ситон работал до самой смерти. Веселым тоном Ричард перечислил те трудности, с которыми она столкнулась, приводя в порядок огромное количество небрежных записей, а порой и просто каракулей.
Все это она делает в свободное время, подчеркнул Ричард, и к концу ужина Ванесса незаметно для себя согласилась на помощь Бенедикта. С тех пор почти каждый вечер она проводила бок о бок с ним в библиотеке, твердо решив не замечать его, словно он неодушевленный предмет. Но, к своей глубокой досаде, вскоре поняла, что его компетентность, хоть и непрошеная, в самом деле ускорила работу над книгой.
И вот теперь Бенедикт намекает, что и он переутомился!
– Я тоже хочу размяться, так что давайте сделаем это вместе, а то одному ходить скучно, правда?
– Нет.
Он с насмешкой выдержал ее свирепый взгляд.
– В таком случае вы гуляйте сами по себе, а я пойду сзади на некотором расстоянии.
– Это просто глупо!
– Глупо, но не с моей стороны, Ванесса, – мягко заметил Бенедикт. – Как вы думаете, почему я предложил побездельничать сегодня?
Ванесса отвернулась, раздраженно буркнув:
– Я что, не могу побыть одна?
– Вы можете делать все, что пожелаете. Орудий пытки я с собой не взял. И вообще, я ни разу никаких секретов у вас не выпытывал.
– Да вы только этим и занимаетесь! – взорвалась она.
– Возможно, невзначай, но без принуждения. Он был прав. Когда они сидели, поглощенные приведением в порядок рукописей судьи, она рассказала Бенедикту про себя больше, чем хотела, так как это был единственный способ остановить поток его излияний. Его противоречивый характер вызывал у нее любопытство, но она не хотела этого показать. И, уж конечно, ее не интересовало то, что он носит очки с двенадцати лет и что, когда его впервые в пятнадцать лет поцеловала девочка, очки запотели. Она подумала, что, вероятно, поэтому он теперь всегда снимает очки, когда целуется.
Она говорила себе, что не хочет знать о нем ничего такого, что трогало бы ее. В детстве его подавляли родители: властный отец, чьи жесткие, строгие критерии во всем требовали от сына быть совершенством; мать, с такой же неумолимостью ожидавшая от него успехов в обществе. В семье Сэвидж никогда не выставляли напоказ чувства, но всегда держались с достоинством. Любовь проявлялась скупо и лишь за примерное поведение или отличные оценки. Бенедикт хорошо усвоил эти уроки. Внешне он был идеальным сыном, никогда не противоречил родителям, в школе и дома вел себя безупречно. Окончив университет, он, послушный долгу, занял место в отцовской архитектурной компании и тем самым продолжил семейную традицию. На создаваемые им дома и на клиентов он смотрел как на выгодные капиталовложения и работал без души.
Но природная любознательность и амбиции, неустанно поощряемые родителями, вступили в противоречие с ограниченными возможностями в фирме отца. Шли годы, и он понял, что отец ждал от него лишь одного: унаследовать фамильное дело и продолжить династию Сэвиджей. В двадцать восемь лет Бенедикт окончательно понял, что никогда не оправдает отцовских ожиданий. Он хотел добиться большего – и сделать это самостоятельно. Разрыв произошел со свойственным Сэвиджам чувством достоинства: сдержанный спор, во время которого отец и сын упрямо отказывались идти на компромисс. Ни бури эмоций, ни перетряхивания грязного белья – просто публичное заявление о разделении, что сразу же прекратило слухи о семейном разрыве. Бенедикт иногда виделся с родителями на званых вечерах, хотя мать дала ему понять, что она в нем сильно разочаровалась и не простит до тех пор, пока он не одумается и не вернется в лоно семьи. Поскольку материнского тепла он никогда не ощущал, то спокойно без него обходился.
Хотя Ванесса и стала больше понимать своего хозяина, это не облегчило ей общение с ним.
– Я уже надышалась свежим воздухом, – заявила она и, повернувшись, зашагала обратно.
Как и следовало ожидать, Бенедикт сделал то же самое, но поскольку он смотрел на нее, а не себе под ноги, то поскользнулся и ступил ногой в лужу, замочив отворот брюк.
Ванесса инстинктивно протянула руку, чтобы его поддержать, но тут же ее отдернула. Он же благодарно ей улыбнулся.
– Спасибо, Несса.
– По этим камням нельзя ходить в таких ботинках, – сказала она и поспешила вперед, чтобы не подпасть под обаяние его улыбки. – Теперь мне придется отдавать ваши брюки в чистку. Почему вы не надели джинсы?
– Я не знал, чем мы будем заниматься, – спокойно ответил он. – К тому же у меня их нет. Ей это показалось невероятным.
– А в чем вы отдыхаете? – Тут она вспомнила, с кем говорит. – Ах да, конечно, ведь у вас нет времени на отдых.
– До сих пор в этом не было необходимости, – сказал он. – Может быть, вы меня этому научите, Ванесса?
Ванесса решила не отвечать и молча дошла до машины. Тут она резко остановилась и нахмурилась – у переднего колеса стояла знакомая плетеная корзинка с крышкой.
– Откуда это?
– Кейт приготовила еду для пикника.
– Для пикника?
– Кейт сказала, что вы собрались на пляж, но уехали, прежде чем она успела приготовить вам ленч. Она говорит, что вы часто берете с собой бутерброды. Она подумала, что вы, наверное, забыли ее попросить об этом.
Ванесса прокляла свое чрезмерное чувство ответственности – она не могла уйти без предупреждения. У нее и вправду давно уже сосало под ложечкой, и она решила, что это из-за голода, а не из-за того, что ее нервирует Бенедикт. Тем не менее она заявила, что есть не хочет.
– А я хочу. – Он посмотрел на нее скептически и добавил насмешливо:
– Вы можете просто посидеть рядом и посмотреть, как я ем, а потом мы уедем.
– Мы? – Ванесса заметила, что нигде не видно другой машины, только ее. – Где ваш автомобиль?
– Меня подбросил один из штукатуров. Он живет в Талу и ехал домой на ленч.
– Вы все принимаете как само собой разумеющееся.
– Неужели вы так бессердечны, что уедете и оставите своего хозяина одного? Она прищурилась.
– Похоже на угрозу.
– У вас мания преследования. Ради Бога, Ванесса, какой вред я могу вам причинить на общественном пляже?
Подхватив корзинку, он зашагал к огромному кривому дереву похутукама, чьи сучковатые ветви нависали над крутым, поросшим травой берегом около поворота дороги. Ванесса, помедлив, последовала за ним. Когда она подошла, на густой траве уже было расстелено одеяло.
– Надеюсь, вы не собираетесь стоять у меня над душой, пока я ем? Садитесь и отдыхайте, Ванесса, – поддразнил ее Бенедикт и, усевшись на одеяло, стал рыться в корзине.
Ванесса тоже села, и ее вдруг охватило чувство одиночества. Под их весом одеяло осело в пружинистой траве, и перед ними открывался вид лишь на море, так что с пляжа и с дороги их не было видно. Они сидели в ложбине, укрытые от ветра, и Ванессе стало даже жарко. Она расстегнула молнию на куртке, сняла ее и одернула кардиган из ангоры.
– Похоже на уютное гнездышко, правда? – пробормотал Бенедикт. – А вы – словно пушистый цыпленок. Вам кофе или шампанское?
Ванесса взглянула на хрустальный бокал и чашку доултонского фарфора у него в руках, затем перевела взор на столовое серебро и накрахмаленные белые льняные салфетки, лежащие на одеяле. У Бенедикта Сэвиджа всегда все самое лучшее!
– Кофе, пожалуйста, – чопорно сказала она.
– Правильно. Нужно сохранять ясную голову, – вежливо заметил он и, вытащив нержавеющий термос, налил горячий кофе в чашку. – Молоко, сахар, миледи?
– Нет, благодарю вас.
Он передал ей чашку, налил себе тоже кофе и стал раскладывать еду, которая оказалась скорее сытной, чем изысканной. Кейт знала, что нужно для хорошего пикника, независимо от того, богаты вы или нет: пирог с ветчиной и яйцом, холодная курица; жирный, золотистый новозеландский чеддер; хрустящий домашний хлеб и соленые огурцы, которые Ванесса помогала Кейт консервировать.
– Я должен спрашивать вас о том, что вы любите, а что нет. Вот вы про меня все знаете. Это несправедливо, – заметил Бенедикт, наблюдая, как она потягивает кофе.
– Далеко не все, – возразила Ванесса.
– Тем не менее я в невыгодном положении. Мысль о том, что он чувствует себя неуверенно, была Ванессе приятна, и она, не удержавшись от улыбки, сказала:
– Что ж, теперь вы знаете, как я пью кофе.
– Вы можете и поесть, хотя и сказали, что не голодны, – вежливо предложил он.
У нее слюнки текли при виде еды, поэтому она не стала возражать, когда Бенедикт разрезал пирог и разложил на две тарелки. Несколько нарочито он схватил салфетку и, нагнувшись, положил ей на колени, а затем подал тарелку.
– Как вам кажется, из меня получится хороший дворецкий? – засмеялся он.
– Господи, конечно, нет! – от неожиданности выпалила она.
– Очень непосредственно. – Он улегся на бок и, подперев рукой щеку, принялся есть. – А почему?
– Потому что вы не… вы слишком… – Она замолчала, не желая давать ему характеристику.
– Что «не»? И что «слишком»?
– Вы слишком стары для этого. Он перестал жевать.
– Ничего себе!
Ванессу насторожил блеск в его глазах, и она поспешила уточнить:
– Я хочу сказать, что вам поздно меняться. Вы привыкли поступать по-своему, и я не представляю, как вы будете выслушивать указания и при этом не спорить…
– Мы говорим о вас или обо мне? – язвительным тоном прервал он. – Я архитектор и получаю указания от клиентов каждый день…
– У меня такое впечатление, что вы получаете только те указания, которые вас устраивают, – сухо ответила Ванесса. – Разве не поэтому вы ушли из отцовской компании? Вы просто не смогли выполнять работу, требующую почтительности к заказчику. Вам надо всем управлять самому. Вы даже не знаете, как надо благодарить!
– Я не заметил, чтобы вы сами были очень почтительны. А когда это я требовал благодарности от своих служащих?
Он, казалось, действительно обиделся, и Ванесса съязвила:
– Вы даете мне выходной, но желаете, чтобы я покорно согласилась быть всецело в вашем распоряжении!
Бенедикт мрачно улыбнулся.
– Покорно – нет. Я не такой большой оптимист. Но если я на самом деле вам мешаю, то уезжайте и оставьте меня в клубах пыли. Но вы этого не сделаете. И не говорите, что из уважения ко мне. Вы покажете мне нос, если пожелаете. Когда дело у нас доходит до важного, то мы ведем себя как Бенедикт и Ванесса, мужчина и женщина, а не хозяин и служанка.
– Я на самом деле не хочу…
– Нет, хотите. Вы хотите меня – и боитесь этого. Боитесь, что станете беззащитной. Черт, но мужчины тоже могут быть беззащитными. И даже больше, чем женщины. Мы не можем сопротивляться, когда женщина нас волнует. Посмотрите на меня – думаете, мне нравится, что я теряю контроль над собой?
Он жестом указал на свое тело от плеча до бедра. Ничего не понимая, Ванесса проследила за его рукой, смутилась и покраснела.
– Вам неловко? А представляете, как я мучаюсь!
Она представила и покраснела еще больше. Он отрывисто рассмеялся.
– Ну, я допускаю, что не все ощущения настолько мучительны. – И хрипло добавил:
– Некоторые… чертовски приятны. Вопрос в том, что нам с этим делать?
– Ничего, – с дрожью в голосе сказала Ванесса, стараясь казаться невозмутимой. – И если вы полагаете, что можете использовать сексуальное домогательство…
– Сексуальное домогательство! – В мгновение ока он уже сидел, яростно ругаясь, так как пролил кофе на колени. Небрежно вытерев пятно рукавом свитера, он спросил:
– О чем, черт побери, вы говорите?
– Вы используете ваше положение, чтобы… угрожать мне.
– Эти угрозы существуют только в вашей дурной голове. – На этот раз он по-настоящему рассердился. – Почему то, что вы у меня работаете, должно иметь хоть малейшее отношение к тому, что мы нравимся друг другу? Вначале я чувствовал себя немного не в своей тарелке. Я ведь имел основания, вы не станете этого отрицать? И хоть раз я сказал, что уволю вас, если вы не станете спать со мной?
– Нет, но…
– Правильно. Нет. Я сказал прямо противоположное, не так ли? И разве я позволил себе что-то против вашей воли?
Последние две недели он ни разу, даже случайно, не дотронулся до нее. Это начало уже тревожить Ванессу, ведь она все это время глядела на его руки и рот и вспоминала.
– Нет, но…
– Я делал вам непристойные намеки, пока мы работали над этой проклятой книгой? Разве я не обращался с вами чисто по-дружески?
– Нет, но…
– Опять «но»! Я вел себя очень осмотрительно, боясь испугать, давал вам возможность получше узнать меня, а теперь вы обвиняете меня в сексуальном домогательстве. Господи, неужели вы считаете меня такой презренной тварью?
Он сорвался на крик. Уравновешенный, хладнокровный Бенедикт Сэвидж орал на нее, словно вспыльчивый подросток.
– Нет, конечно, нет, – согласилась с ним Ванесса.
– Тогда не будете ли столь любезны сообщить мне, каким образом я заставил вас ощутить себя беззащитной перед моей рабской страстью?
Он окинул Ванессу таким взглядом, что ее бросило в жар.
– То, как вы на меня смотрите! – отчаянно выпалила Ванесса.
Наступило молчание.
– Смотрю? Теперь уже и смотреть нельзя? Извольте выразиться яснее, Ванесса.
– Я не хочу об этом говорить.
– И я тоже!
Неожиданно он каким-то по-кошачьи гибким движением кинулся вперед через тарелки с едой и упал на нее, крепко прижав руками и коленями. Ванесса в ужасе опрокинулась на спину.
– С этим надо кончать! – закричал он.
– Прекратите! – Ванесса задыхалась, отбиваясь от него обеими руками.
– Кто я?
Она, пораженная, заморгала. Он закрывал свет, и она не видела выражения его лица.
– Что?
– Кто я? Как меня зовут? – требовательным тоном спросил он. – Ты больше не обращаешься ко мне «сэр» и не можешь заставить себя сказать «мистер Сэвидж». Но называть меня Бенедиктом отказываешься. Я не хочу больше быть никем. Попробуй назвать меня Беном. Помнишь, один раз ты так и сделала. Коротко и ласково. Попробуй. Скажи: «Бен», ну. Ванесса.
– Ради Бога…
– Скажи! – Он снял очки и отшвырнул их с таким отчаянием, что Ванесса испугалась его намерений. Сердце у нее громко билось, и она в исступлении прокричала в ответ:
– Хорошо, черт возьми! Бен! Вот, я сказала. Бен, Бен, Бен!..
Но ее вызывающее скандирование неожиданно заглушил поцелуй, в котором на этот раз не было ни колебания, ни мягкости. Это был поцелуй агрессивного, властного мужчины, уверенного, что он любим. Горячий поцелуй был настолько внезапен и яростен, что она не успела на него ответить. Он кусал, облизывал и сосал ее губы, словно изголодавшийся, доведенный до крайности человек. Бенедикт сладострастно вкушал долгожданный плод, и его невозможно было остановить. Беспомощно приоткрыв рот под его бешеным напором, Ванесса поняла, что не сможет ни в чем ему отказать. Только он один в состоянии довести ее до такой неистовости, что она забывает обо всем: о правилах поведения, о мелочных ограничениях, которые сама для себя выработала, о последствиях, наконец.
– Снова скажи, – глухо прозвучал его голос, а язык обволакивал ее рот изнутри, ласково касаясь неба и заставляя произнести его имя.
Со вздохом удовольствия она сказала:
– Бен…
Он что-то довольно пробурчал, и его поцелуй стал еще жестче. Он подмял ее под себя, и у нее уже не хватило сил отстраниться. Руки Ванессы скользнули вдоль его плеч и спины, а он вытянулся во всю длину своего гибкого тела. Ему удалось разжать ей колени и улечься между ее ног.
– Боже, как славно ты произносишь мое имя…
Бенедикт одной ладонью держал Ванессу за затылок, а другой стянул косынку, так что ее волосы веером рассыпались по одеялу. Он уткнулся в них лицом, потом снова стал целовать ее в губы, но на этот раз медленнее, ожидая и ее поцелуя в ответ.
У Ванессы закружилась голова, и она закрыла глаза. А он свободной рукой провел по ее боку в мягком кардигане и по ноге в джинсах, затем засунул руку ей под колено и согнул его, прижав к своему бедру. Его тело ритмично двигалось у нее между ног, и от этих интимных прикосновений Ванесса застонала.
– Я сделал тебе больно? – хрипло прошептал он и, оторвавшись от ее рта, внимательно вгляделся в ее лицо.
– Да… – Хотя Ванесса не открыла глаз, на лице у нее было написано блаженство.
– Тогда дай я тебе помогу… – Он переместился в сторону, и она почувствовала, как у нее на груди расстегнулась перламутровая пуговица. – Почему, черт возьми, у тебя на одежде всегда столько маленьких пуговичек? – проворчал Бенедикт, поглощенный их расстегиванием.
Она с удивлением смотрела на его раскрасневшееся лицо. Он так торопился, что расстегивал пуговицы не по порядку – ему было важно поскорее высвободить ее грудь из-под кардигана. Ванесса схватилась за пуговицу у ворота, пытаясь помешать, но он откинул ее руку.
– Я сам. Я хочу посмотреть. – Его глаза потемнели и заблестели от страсти.
Он не сводил с нее взгляда. Расстегнув еще одну пуговицу, он помедлил, затем, расставив пальцы, обхватил ладонями ее груди поверх мягкой шерсти и сильно сжал. Ванесса от неожиданности открыла рот.
– Кто-нибудь может подойти, – еле слышно прошептала она, тщетно пытаясь высвободиться из его железной хватки.
– Нас здесь никто не увидит. Мы спрятались, словно в гнездышке, – пробормотал он, не отрывая глаз от ее лица и расстегивая оставшиеся пуговицы. Затем он стал распахивать кардиган у нее на груди. – Тебе ведь хочется, чтобы я посмотрел на тебя, правда, Несса? Чтобы прекратить эту боль, мучающую нас обоих…
У нее перехватило дыхание – она вспомнила, что на ней надет простой белый лифчик, и испугалась, что Бенедикт может разочароваться, так как ничего обольстительного не увидит.
Он замер, и в уголках рта затаилась улыбка при виде гладких цельнокроеных чашечек и интригующих очертаний сосков под тонкой шелковой тканью.
– А где застежка?
Ванесса поняла, что он спрашивает разрешения, а уж застежку найдет сам.
– 3-здесь, – глухо произнесла она и, сняв руку с его шеи, ткнула дрожащим пальцем в место посередине груди.
Он поймал обе ее руки за запястья и, закинув ей за голову, прижал к одеялу. Ванесса лежала не шевелясь, а его пальцы проделали обратный путь и ловко расправились с крошечной застежкой лифчика, обнажив ее грудь. Глаза Бенедикта запылали.
– О, любовь моя! – Он наклонился и с нежностью провел пальцем по соску.
Ванесса вздрогнула, но он продолжал ласкать ее, пока она не изогнулась под сводящими с ума прикосновениями, чувствуя, что ей нужно большее.
– Они такие мягкие, гладкие… – бормотал себе под нос Бенедикт, весь в чувственном восторге. – И такие красивые… словно розовые бутончики… и они темнеют, напрягаются и сжимаются, если их потрогать… – Большим и указательным пальцами он умело это проделал, отчего острые стрелы наслаждения пронзили все ее тело. Он дал ей вкусить эротического трепета, затем обхватил ладонями обе груди, как два спелых плода. Его глаза светились восхищением, он превозносил ее не только взглядом, но и словами. Наконец он, к восторгу Ванессы, прижался ртом к ее груди.
Она сжимала и разжимала кулаки, и голова ее металась из стороны в сторону, а он стал посасывать теплые кремовые выпуклости грудей. Его губы нашли соски, набухшие от ласковых прикосновений. Он потерся о них носом, потом стал облизывать и сосать, сначала очень осторожно, затем сильнее, жадно покусывая и доставляя ей наслаждение. Тело Ванессы двигалось в том же ритме, что и его. Между ног она чувствовала его твердую плоть и ничего уже больше не ощущала, кроме первобытного страха от того, с какой силой он вдавливается в нее. Она дернулась под ним, и это вызвало новый удар. Он был готов овладеть ею, но она-то совершенно не была к этому готова! И, наверное, так никогда и не будет. Бенедикт намного крупнее Джулиана, а это значит, что, когда он перестанет себя сдерживать, ей будет намного больнее, чем тогда с Джулианом, и то наслаждение, которое она сейчас испытала в объятиях Бенедикта, померкнет от ожидающей ее муки. Она ненормальная, раз позволила ему дойти до такого.
Ванесса не слышала своего испуганного стона и не замечала, что лихорадочно пытается оттолкнуть Бенедикта. Но он сообразил, что что-то не так, и нехотя убрал руки с ее груди, проговорив:
– Все хорошо, дорогая, все хорошо.
– Нет, нет! – Она почти рыдала. Извиваясь под его тяжестью, она буквально разрывалась между двумя силами, желание спорило с сомнением. – Мне больно…
– Я знаю. – Он поцеловал ее, не поняв, в чем дело. Его самого сотрясала дрожь. – Прости, я не хотел заходить так далеко… Дай мне по крайней мере сделать это.
Ванесса услышала металлический звук расстегиваемой молнии на джинсах и почувствовала его ладонь на своем животе. Затем длинные ловкие пальцы Бенедикта легко коснулись лобка и проникли внутрь, быстро найдя потаенный, горячий и влажный узелок. Чувственный трепет, смешанный со страхом, прострелил ее насквозь и ударил в голову. В это мгновение она хотела всего: удовольствия, пронизывающей боли, безжалостной пустоты потом…
– Нет! – Она замерла, и ее окутала темнота, как в тот раз с Джулианом, когда она потеряла сознание от ужаса и боли.
Но сейчас она сопротивлялась обмороку, чтобы не стать совершенно беспомощной. Чернота горячей волной накрывала и душила ее, заливая глаза, нос, рот…
Вдруг внезапно на нее обрушился ледяной поток. Она широко открыла глаза и увидела Бенедикта, стоящего над ней на коленях. Он обтирал ей лицо и шею мокрой салфеткой, с которой капало шампанское.
– Нечего попусту тратить шампанское, – хриплым голосом машинально произнесла Ванесса, когда Бенедикт неуклюже плеснул еще из бутылки на салфетку и положил мокрую ткань ей на горло.
– Не пропадет ни капельки. – Он убрал салфетку и прижался ртом к ее покрытой пузырьками шампанского шее, слизывая вино нежными прикосновениями языка. – Вот так. Тебе лучше? А теперь выкладывай, кто такой этот чертов Джулиан?
– Джулиан? – Бледное от обморока лицо Ванессы вновь залила краска.
– Да. Тот самый, за которого ты меня только что приняла. Негодяй, которого ты умоляла не причинять тебе боль.
Ванесса стала натягивать кардиган на обнаженную грудь и хотела было сесть, но Бенедикт не дал ей это сделать.
– Простите, – лишь смогла вымолвить она.
– И ты меня тоже. Но я хочу знать, что он с тобой сотворил. Изнасиловал?
– Н-нет.
Услышав такой неуверенный ответ, Бенедикт поджал губы, а его голубые глаза были полны решимости.
– Мы не уйдем отсюда, Ванесса, пока ты не скажешь. Я не хочу расплачиваться за чужие грехи. Кто этот проклятый Джулиан?
Она выдержала его взгляд.
– Мой знакомый. В Англии.
– Ты была в него влюблена? Ванесса отвела глаза.
– Нет! В общем… не знаю…
– Это не ответ. Так как же?
Бенедикт разозлился, но Ванесса чувствовала, что не она тому причина, и умоляюще посмотрела на него.
– Пожалуйста, я должна застегнуться. Вначале Ванессе показалось, что он не даст ей это сделать, так как снова стал пожирать глазами ее розовые, обцелованные груди, но он чертыхнулся себе под нос и, перевернувшись на бок, стал искать очки на одеяле среди разбросанной еды. Надев очки, Бенедикт мрачно наблюдал, как она торопливо застегивает сначала лифчик и джинсы, затем маленькие пуговички на кардигане, которые выскальзывали из ее дрожащих пальцев. Тогда, нетерпеливо что-то проворчав, он сам этим занялся. А она чувствовала, что соски у нее все еще твердые и пульсируют. Покончив с кардиганом, Бенедикт взял ее за подбородок.
– А теперь. Ванесса, рассказывай. По тону она поняла, что отказа он не потерпит, особенно после их интимных объятий.
– Джулиан был сыном человека, у которого я работала дворецким в Лондоне, – усталым голосом начала она. – Он привык к любовным победам, а я оказалась слишком наивной и глупой. К тому же это была моя первая работа, я жила в Лондоне одна, без семьи и друзей. Обстановка в доме была очень нервозная – Эгон Сент-Клер и его жена скандалили и собирались разводиться, а двое их взрослых дочерей и Джулиан периодически появлялись и принимали участие в склоках.
Ванесса высвободилась из рук Бенедикта и села, стараясь не замечать, что его привлекательность нисколько не пострадала оттого, что он был весь взъерошенный и не так элегантен, как всегда: испачканные кофе брюки плотно обтягивали бедра, рукава свитера задрались и видны были поросшие темными волосами руки, на крепком запястье поблескивали металлические часы.
– Когда Джулиан начал усиленно оказывать мне знаки внимания, я была польщена. Ему было тридцать – богат, красив и опытен. На какую девушку в девятнадцать лет это не произведет впечатления? Он представлялся мне эдаким романтическим мучеником, который мечтал, чтобы его от беспутной жизни избавила любовь простой хорошей женщины. И я, как последняя дура, попалась на эту удочку. Я была нужна ему всего на одну ночь, чтобы потешить самолюбие… – Ванесса, не дрогнув, посмотрела на Бенедикта, и в ее голосе и горькой улыбке отразилось перенесенное гнусное унижение. – Так что, как видите, это не было изнасилованием – я отдалась ему по своей воле.
– Но в какой-то момент ты передумала? – проницательно спросил Бенедикт. – Если он принуждал тебя, то это насилие.
Ванесса скривилась, но постаралась быть честной.
– Говорю вам, я сама хотела этого… Но я ничего не умела и была неловка… – Она замолкла и, пожав плечами, уставилась на покрытое белыми барашками волн море. – Неудивительно, что он разозлился в конце концов.
– Он тебя ударил? – сдавленным голосом спросил Бенедикт.
– Нет, нет, ничего подобного. Но он был очень сильный и не отпускал меня до тех пор, пока не… – Ванесса вздрогнула, и глаза у нее потемнели от воспоминаний. – Я просто… была вся в синяках, – произнесла она, не желая вдаваться в подробности. – Пару дней я плохо себя чувствовала. – А когда очнулась, над головой разразилась новая буря, добавила она про себя.
Бенедикт сразу учуял, что она не все сказала.
– Он был твой первый мужчина? – жестко спросил он. – Первый возлюбленный, оказавшийся эгоистом и ублюдком!
Ванессу смутила страстность его тона.
– Это случилось давно и к вам не имеет никакого отношения…
– Имеет, если ты станешь падать в обморок каждый раз, когда достигнешь оргазма в моих объятиях.
– Бенедикт! – Словно защищаясь от него, Ванесса сложила руки на ноющей груди. Предательские струйки наслаждения пробегали у нее по телу. Она испугалась. – Я не хочу, чтобы это повторилось, – с отчаянием сказала она. – Я не могу себе позволить вступить с вами в связь…
– Но почему? Я свободен, и тебя это ни к чему не обязывает.
Легкость, с которой он это произнес, просыпала соль на ее рану.
– Джулиан говорил то же самое, а в результате мне это дорого обошлось!
– Что же с тобой случилось?
Пора ему все узнать. Возможно, тогда это ужасное состояние нерешительности и опасений прекратится. Он окончательно и бесповоротно откажется от нее, уволит, и она уйдет с ущемленной гордостью, но хотя бы с неразбитым сердцем.
– Я говорю о том, почему уехала из Англии, – начала Ванесса, и голос ее был тверд, как и взгляд. – Я вынуждена была это сделать, и не только из-за Джулиана. Я спала и с его отцом, толстым, отвратительным и по возрасту годившимся мне в дедушки. Мне было наплевать – он ведь богач. – Слова Ванессы лились звенящим потоком, а она говорила и говорила:
– Видите ли, я все распланировала. Я пробралась в дом Эгона, а затем совратила его, и он изменил жене и по моему настоянию выгнал ее. Я постаралась, чтобы он порвал с семьей, и убедила его составить новое завещание в мою пользу. Потом он весьма кстати умер от сердечного приступа, предположительно после того, как я ночью впрыснула ему воздух в вену. Но вскрытие этого не подтвердило, и я вышла сухой из воды.
– Черт возьми, о чем ты говоришь? Ванесса почувствовала, как шокировала его своим рассказом. Такого утонченного человека, как Бенедикт, передернуло от всей этой мерзости и грязи. Грязь не так легко отмыть. Именно на это и рассчитывали Сент-Клеры, включая Джулиана, когда стали распространять сплетни. Джулиан лишил ее не только девственности, но и доброго имени. К тому времени, когда скандал утих, она стала парией в обществе. Только отец и судья Ситон не отвернулись от нее. Судья был другом Эгона Сент-Клера и хорошо знал жадность и злобу Белинды Сент-Клер и ее отпрысков. Судья, так же как и Ванесса, ужаснулся тому, что Эгон сделал ее невольным орудием своего посмертного мщения ненавистной жене, назначив наследницей. В результате Ванесса оказалась единственной мишенью бешеной злобы Белинды. Судья Ситон советовал Ванессе предъявить иск Сент-Клерам за клевету, но она хотела лишь одного – забыть весь этот кошмар. У нее не было сил предавать дело гласности. Любопытство и осмеяние толпы настолько подорвали ее силы, что она оказалась на грани нервного срыва.
– О, не беспокойтесь. Я не стала процветать благодаря своей корысти, – вызывающе крикнула она Бенедикту, ненавидя его за то, что он молча и неподвижно сидит, не задавая вопросов, а лишь слушая ее. – Наследство оказалось дутым, и я отказалась от него, чтобы избежать судебной тяжбы. Странно, что вы не помните колоритных подробностей – ими пестрели бульварные газеты. В этой истории было все: извращенный секс, шантаж, мошенничество и убийство. Надо будет показать вам эти вырезки! Конечно, до суда дело не дошло, но только потому, что я оказалась хитрой – полиции не удалось раскопать достаточно убедительных доказательств, чтобы осудить меня. Но вас это не удивляет, правда? – провоцировала она Бенедикта. – Вы ведь всегда считали, что наши отношения с судьей подозрительны. Возможно, вы правы. Женщина с таким прошлым…
Ванесса внезапно замолчала. Бенедикт сидел с опущенной головой, плечи у него дрожали – от гнева и ярости, подумала Ванесса. Сейчас он разорвет ее на части! Но он вдруг запрокинул голову и… расхохотался.
Ванессу чуть не вытошнило. Она вскочила. Перед глазами запрыгали черные точки. Ей хотелось зарыдать.
– Значит, вам смешно? – задыхаясь, вымолвила она. – То, что моя жизнь рухнула, для вас всего лишь шутка?!
Она хотела убежать, но он тоже вскочил и, все еще смеясь, поймал ее за локоть.
– Да нет, Ванесса! Послушай…
– Послушать? Вы!.. – Она хотела ударить его, а он заломил ей руку за спину.
– Я не смеялся…
От такого очевидного вранья она едва не задохнулась.
– Отпустите меня, вы – отвратительный лгун.
– Ванесса! – Он грубо тряхнул ее. – Неужели ты считаешь, что я этому поверю? Если во всей этой чепухе имеется хоть малейшая доля правды, то я готов съесть свою шляпу. Конечно же, я рассмеялся. Для любого, кто тебя знает, мысль о том, что ты порочная и корыстная соблазнительница, совершенно нелепа. Да что ты знаешь об обольщении! Теперь спокойно расскажи мне обо всем и не маши своим прошлым у меня перед носом, словно это красная тряпка, а я бык. Я отреагировал именно так, как ты того заслужила…
И он получил то, что заслужил, злорадно подумала Ванесса, когда спустя несколько минут взглянула в зеркало над рулем автомобиля и увидела мужскую фигуру в облаке песчаной пыли. Ей показалось, что он погрозил вслед кулаком. Он был, несомненно, в ярости, а его вопль звучал у нее в ушах:
– Тебе не убежать от своих чувств, Ванесса. Я не позволю тебе использовать Уайтфилд как убежище от жизненных трудностей…
Но по крайней мере последнее слово осталось за ней. Она со стуком захлопнула дверцу машины, едва не прищемив ему пальцы, и заорала в ответ:
– А почему нет? Вы ведь это делаете! Никогда не поверю, что вы вдруг заявились в Уайтфилд просто отдохнуть. Вы сказали, что вам необходимо было уехать, а в Окленде слишком шумно. Вы тоже убежали от чего-то, так что не читайте мне нравоучений!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзен

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзен



очень нудно
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзенната
20.05.2012, 13.52





да ничего не нудно,нормальный роман "9-ку"заработал
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенМарго
18.06.2012, 23.24





Читаю этот роман уже 2 раз - нравится. И вроде герои не подходят друг другу (и по статусу, и по внешним данным), и чувства вспыхивают у них как-то внезапно, но автор так живо излагает, что книга читается на одном дыхании и все несостыковки отходят на второй план. Возможно, через пару лет еще раз перечитаю: 8/10.
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзенязвочка
7.01.2013, 17.09





не смогла дочитать, не очень. Описание главной героини это что-то - крупная, все у нее большое - и рот, и глаза, и веки, от этого она как будто хочет спать, а еще выше главного героя - тоже не понравилось. Но отзывы разные - кому-то нравится кому-то нет - так что читайте, делайте свои выводы
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенМаруся
30.01.2013, 20.10





Роман полностью оправдал свою оценку. rnРеплики героев зацепили...например: Истинный соблазн состоит не в том, что ты о нем знаешь, а в том, что ты сама им являешься..rnСтоит прочитать.
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзенхелли
7.02.2013, 23.15





Роман действительно на 9-ку из 10.
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенЕлена
21.03.2013, 19.19





Понравился!!!Мягкий и обволакивающий как хороий десерт!
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенПА...
30.06.2013, 18.39





Наконец, первый роман из пятиста прочитаных, где нет высокого героя. Я уж было подумала, что все гиганты - миллионеры и живут за границей, в том колличестве в каком есть любовные романы (там герои высокие, под 2 метра ростом)в этой библиотеке. Мне понравилось. Есть небольшой юмор, что в свою очередь тоже дает свое очарование роману.
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенЛена
7.07.2013, 22.56





Та же книжка - Секрет Златовласки, но имя автора иное: Нейл Долли. Или плагиат, или книга издавалась под разними псевдонимами автора.
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенЮлия
7.07.2013, 23.14





простенько совсем
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенТанита
8.07.2013, 9.47





Очень прикольный роман. Она работает у него дворецким... Первая половина романа вообще забавна- как она пытается скрыть о него, что это была она. Очень легкий и приятный
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенTasha
28.08.2013, 21.20





замечательное чтиво!
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзеннадежда
2.03.2014, 15.59





и мне понравилось,замечательно,прикольно,интересно и оригинально
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзенмюл
18.06.2014, 16.04





хороший роман
Смеющаяся богиня - Нэпьер Сьюзена
26.10.2014, 15.30





Понравился роман, хотя, даже не знаю чем, но тем не менее... И главное: ГГ-ои совершенно не раздражали, как довольно часто бывает, вроде сюжет интересный, а героев просто убить хочется, так что н-да...
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенAlinushka
7.01.2015, 12.34





МУТЬ
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенМарина
30.05.2015, 20.01





Один раз прочесть, середина затянута, но герои понравились.
Смеющаяся богиня - Нэпьер СьюзенЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
3.09.2015, 14.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100