Читать онлайн Ложь и любовь, автора - Норт Хейли, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ложь и любовь - Норт Хейли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.2 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ложь и любовь - Норт Хейли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ложь и любовь - Норт Хейли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Норт Хейли

Ложь и любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Могло быть и хуже, рассудил Паркер, плюхнувшись в кресло возле письменного стола в своем офисе в центре города. Например, он мог бы перерезать себе горло, когда брился утром после бессонной ночи. Но поскольку этого не случилось, ему придется жить дальше с сознанием, что вчера вечером он наговорил Мэг ужасные вещи. Паркер повертел в руке миниатюрную туфельку Барби, случайно оказавшуюся среди бумаг, которые он, почти не глядя, сгреб со стола после того, как Мэг ушла из библиотеки. Ушла – это еще очень мягко сказано. Чувствуя себя так, будто в него вонзили нож, Паркер вспомнил, с каким яростным видом она удалилась.
Сейчас, после бессонной ночи, на протяжении которой Паркер много думал, мысленно спорил с Мэг, обвинял то ее, то себя и к исходу которой его злость и на нее, и на брата иссякла, он уже не винил Мэг за то, что она так на него рассердилась. Он наговорил ей ужасные, отвратительные, недопустимые вещи. А ведь это не Мэг пыталась его обмануть, а Жюль. Именно на брата, и только на него, должен быть направлен его гнев, Паркер же набросился на Мэг.
Через несколько минут после того, как Мэг взбежала по лестнице на второй этаж, Паркер наспех схватил со стола бумаги, кое-как сунул их в дипломат, выскочил из дома так, будто за ним гонится сам дьявол, сел в «порше» и помчался прочь от Понтье-Плейс. Он сжимал баранку руля, сам не зная, куда едет, почти не глядя перед собой, и только подавлял безрассудное желание выжать акселератор до предела.
В конце концов он миновал Новоорлеанский университет и оказался на берегу озера. Справа от него виднелись огни. Строгие, деловитые – аэропорта Лейкфронт, и веселые, призывные – плавучего казино, стоящего у причала.
Паркер вышел из машины и побрел по волнорезу, отделяющему воды озера Пончартрейн от берега. Он думал о том, до какой же степени его брат был одержим идеей продать «Понтье энтерпрайсиз» в чужие руки. Для Жюля ценность имели только деньги, но для Паркера семейный бизнес был целью и смыслом жизни. Паркер с грустью размышлял о том, что они с Жюлем были так же далеки друг от друга, как если бы их всю жизнь разделяла каменная стена вроде той, вдоль которой он сейчас брел.
По какой-то неведомой причине для его матери весь мир был сосредоточен на Жюле. Паркер мог только догадываться, что причина разного отношения к сыновьям кроется в истории брака его родителей. Но сейчас, стоя на берегу озера, слушая тихий плеск воды и глядя на ночное небо, озаренное отблесками городских огней, он понимал, что никогда не узнает истинную причину. Даже если спросить Тинси напрямик, она не ответит. Возможно, дело в том, что когда был зачат Жюль, его мать и отец еще любили друг друга. Через три года, когда на свет появился Паркер, жизнь молодых Понтье, вероятно, была уже далеко не такой безоблачной. Отец Паркера был известен своим распутством.
Но каковы бы ни были причины, Жюля Тинси любила и баловала, а с Паркером держалась отчужденно. Отец же – трудно сказать, было то его достоинством или недостатком – в равной степени не обращал внимания на обоих сыновей.
И вот теперь тело Жюля лежит в семейном мавзолее на кладбище Метерье, а он, Паркер, жив и здоров и целеустремленно уничтожает то, что, как подсказывает ему интуиция, могло быть его единственным шансом на счастье.
Паркер остановился и посмотрел на озеро. Вдали над темной водой протянулась цепочка огней моста Косуэй. Если он нашел в себе силы простить Жюля за махинации, в которые тот втянул Мэг, то, может быть, ему каким-то образом удастся исправить и то, что случилось вчера ночью.
Паркер повернулся и пошел к машине. Он многие годы боролся со сложным характером брата, а Жюль, когда ему представлялся выбор, всякий раз цеплялся за самый легкий выход. Когда поступило предложение о выкупе компании за несколько миллионов долларов, Жюль, как всегда, увидел только сиюминутные выгоды, которые оно ему сулило. Жюлю было плевать на семейные традиции, он не думал о том, что в перспективе можно создать еще более сильную компанию. Жюль стал плести интриги и нанял себе в помощь Мэг.
Но почему именно ее? Что в облике и характере Мэг навело Жюля на мысль, что она согласится принять его предложение? Этот вопрос не давал Паркеру покоя. Видел ли Жюль ее детей? Паркер снова прокрутил в уме слова Мэг, что она пошла на это ради детей, и подумал, что такое возможно. Жюль умел отыскивать у людей слабые места и пользоваться ими для достижения своих целей.
Если, глядя на Жюля, Паркер чувствовал, что у того внутри угнездилось что-то темное, то с Мэг все было иначе. Он видел свет, искрящийся в ее глазах, видел, что у нее чистое сердце и щедрая душа, она словно светилась изнутри. Паркеру было трудно смириться с мыслью, что Мэг согласилась помочь Жюлю, но теперь, когда он почти оправился от заранее задуманного предательства и немного успокоился, он верил, что вина лежит целиком на Жюле.
Паркер поехал домой. Он смертельно устал, но спать все равно не мог, так как до сих пор не ответил на главный для себя вопрос, может ли он доверять Мэг.
На следующее утро Паркер снова вертел в пальцах крошечную игрушечную туфельку и думал. Он все еще был слишком расстроен из-за Мэг, чтобы вернуться в Понтье-Плейс и встретиться с дедом для разговора о будущем Гаса, как они условились накануне. Утром дед уже звонил ему в офис, но Паркер передал через секретаршу, что очень занят и не сможет приехать в Понтье-Плейс. Такой поступок попахивал трусостью, и Паркеру было стыдно, особенно когда он вспоминал, что Гаса оторвали от друзей, которыми успели стать для него Тедди, Элен и Саманта. Хотя Марианна и мать мальчика, его другом ее уж никак не назовешь.
Звонок селектора отвлек его от размышлений. Не успел Паркер нажать кнопку, как двойная дверь распахнулась, и в кабинет въехал его дед. Брови старика почти сошлись на переносице.
– Хорошенькое дело, мне приходится самому отправляться в центр, чтобы встретиться с собственным внуком! – Понтье-старший забарабанил пальцами по колену. – За креслом в кабинет вошла секретарша Паркера.
– Мистер Понтье, приготовить вам кофе?
– Не будем тратить время на всякую ерунду, – ответил старик, – нам нужно заняться делом.
Секретарша деликатно удалилась. Профессионализм не позволял ей таращить глаза на гостя, но Паркер знал, что она сгорает от любопытства. Огюст Понтье-старший не бывал в городском офисе «Понтье энтерпрайсиз» больше года – с того дня, когда отказался от своей доли акций компании, поделив их поровну между Жюлем и Паркером.
Двери закрылись, старик подъехал к письменному столу Паркера.
– У тебя что, есть веские причины, по которым ты не пришел домой? Едва ли ты так занят, что не смог вырваться.
– Тем не менее я занят.
Паркер услышал в собственном голосе упрямые нотки и тут же пожалел об этом. У него нет оснований проявлять неуважение к деду.
– Незачем грубить мне. Ты знаешь, что этим меня не проймешь. – Хмурая складка на лбу старика немного разгладилась. – Значит, вы с Мэг поцапались?
– Откуда ты знаешь? Старик фыркнул.
– Ты не показываешь носа в Понтье-Плейс, вид у тебя такой, будто ты всю ночь провел на ногах, причем без всяких на то причин, и ты хмурый. Кроме того, Мэг все утро ходит как в воду опущенная. Только дурак не сопоставит одно с другим.
Несмотря на мрачное настроение, Паркер улыбнулся, хотя ему было неприятно слышать, что Мэг ходит как в воду опущенная, и сознавать, что причиной ее плохого настроения является он сам.
– Ну ладно, ты прав, мы поссорились.
– Это хорошо.
– Хорошо? Да как у тебя язык поворачивается говорить такое!
Паркер отодвинул стул от стола, но не встал. Ему очень не нравилось возвышаться над дедом – человеком, на которого всю жизнь смотрел снизу вверх. Причем это было глупо, потому что, даже прикованный к инвалидному креслу, его дед умел взять в свои руки контроль над любой ситуацией.
– Если ты способен ссориться, значит, способен любить. Одно чувство подогревает другое. И наоборот, если ты любишь, то будешь и ссориться.
Дед надолго замолчал и стал смотреть в окно, из которого открывался вид на реку Миссисипи.
– Вот что я тебе скажу, Паркер. Я знаю тебя всю твою жизнь, и еще ни с одной из женщин, с которыми ты встречался – по крайней мере ни с одной из тех, кого приводил в дом, – ты не выходил за рамки внешней учтивости. А эта Рене, на которой ты чуть было не женился, – ты никогда не был бы с ней счастлив. Слишком много стараний, чтобы сохранять видимость близких отношений, но под этим – ничего существенного.
Паркер задумался над словами деда. Это верно, за короткое время знакомства с Мэг они схлестнулись уже дважды. Прав дед и в другом: ни с одной из своих женщин Паркер никогда не ссорился всерьез.
Он с улыбкой вспомнил о том, чем с лихвой компенсировались эти две стычки. Два раза они занимались любовью, и оба раза были не сравнимы ни с чем в его предыдущем жизненном опыте. Паркер попытался задвинуть эти воспоминания подальше, чтобы они не отвлекали его от дела. Нужно постараться ответить деду, не посвящая его в тайные замыслы Жюля.
– Я не могу тебе сказать, чем она меня так задела, но, поверь мне на слово, повод был. Это некий поступок, который мне трудно понять и простить, независимо от того, совершила ли его женщина или мужчина. Однако Мэг – удивительный человек, или мне так кажется? Я все время спрашиваю себя, кто она, могу ли я ей доверять?
– Она не объяснила, почему сделала то, что сделала и что тебя так расстроило?
– Нет… – Паркер вдруг спохватился. – Вернее, объяснила, но должен признаться, я не очень внимательно слушал. Она говорила, будто очень нуждалась в деньгах.
Дед кивнул.
– Знаешь, Паркер, когда я родился, Понтье переживали трудные времена. Ты не изведал бедности, но я хорошо помню, когда мне было пятнадцать, мои отец и дед все еще боролись, пытаясь возродить семейное процветание. Потом сахарный бизнес оживился, они удачно сыграли на бирже, а когда разразился кризис, им хватило здравого смысла и умения уцелеть и даже обойти конкурентов. Когда другие продавали акции, они оказались в состоянии покупать. Но до той поры нам приходилось очень и очень несладко.
Паркер внимательно слушал рассказ деда, понимая, что старик не стал бы просто так, без причины углубляться в историю, не в его это характере.
– Миссис Феннистон немного рассказала мне о том, что пришлось пережить Мэг, когда ее никчемный муж умер, оставив ей и троим детям в наследство одни долги. Поэтому если она что-то сделала, желая заработать деньги для своей семьи, накормить и одеть детей, я бы крепко подумал, прежде чем обливать ее за это презрением.
– Даже… – Паркер осекся. Пусть лучше тайна последнего предательства Жюля уйдет вместе с ним в могилу.
– Даже если это имеет какое-то отношение к Жюлю? Паркер был ошеломлен. Неужели дед знает?
– Что ты имеешь в виду? Дед пожал плечами.
– Женщины и раньше выходили замуж ради денег. Жюль был хорош собой, вполне возможно, что в Лас-Вегасе он помахал у нее перед носом толстой пачкой купюр. Может, она увидела для себя шанс и решила его использовать.
Паркер покачал головой.
– Тогда почему Мэг просила меня перевести все деньги, которые достались ей в наследство от Жюля, на счет Гаса и основать доверительный фонд на его имя?
– Вот как? Значит, все в порядке? Отчего же ей не доверять, если она передает деньги в доверительный фонд? – Старик улыбнулся собственному каламбуру, потом снова посерьезнел. – По-моему, на самом деле тебя тревожит вовсе не то, можно ли доверять Мэг. Думаю, ты боишься собственного сердца.
Паркер молчал, переваривая слова деда.
– Только не слишком долго раздумывай, – сказал старик, – жизнь коротка.
Паркер криво улыбнулся.
– Спасибо, что выслушал, и благодарю за совет. Так что мы будем делать с Гасом?
– Поднимем вопрос об опеке. За ним можете присматривать ты и Мэг.
– Ладно. – Паркер нахмурился. – Только я совсем не разбираюсь в детях, а Мэг возвращается в Лас…
Его прервал звонок селектора.
– Прошу прощения, мистер Понтье, – сказала секретарша, – но на проводе ваш племянник. Он говорит, что дело срочное.
Паркер взял трубку.


В это время в другом районе города, в зоопарке Одюбон, Мэг показала детям на белого аллигатора, появившегося из воды за поваленным бревном.
– Смотрите, ребята, вон он.
– Это не аллигатор, – авторитетно заявила Саманта, – всем известно, что аллигаторы зеленые.
Элен фыркнула.
– Ну да, теперь ясно, как много ты знаешь. Глупышка! Это аллигатор-альбинос. Похоже, ты мало чему научилась в своем детском саду.
Мэг круто развернулась к дочери.
– Элен Маргарет Купер, последи за своей речью! Ты не должна так грубо разговаривать с сестрой.
Элен заморгала, и вдруг, к изумлению Мэг, ее крепкая как гвоздь дочь расплакалась. Саманта тут же последовала примеру старшей сестры.
– Я не глупышка, – всхлипывая, твердила она, – просто я еще маленькая.
Тедди заткнул уши.
– Ох уж эти мне девчонки, – буркнул он, повторяя слова Гаса.
Элен заплакала еще громче. Какие-то влюбленные, до этого не замечавшие никого вокруг, недовольно оглянулись на расплакавшихся детей и отошли подальше, держась за руки. Мэг наклонилась к Элен.
– Не плачь, дорогая, я не хотела тебя обидеть, но очень важно, чтобы ты разговаривала с младшей сестрой уважительно, так же, как ты хочешь, чтобы с тобой разговаривали другие.
– Какая разница, если кругом все так плохо?
Девочка вытерла глаза и сердито посмотрела на мать. Мэг обняла дочерей.
– Ты расстроилась из-за того, что мы возвращаемся домой? И поэтому тебе кажется, что все плохо?
Элен молча кивнула, ковыряя землю носком кроссовки. Саманта в точности повторяла каждое движение сестры.
– Разве вы не хотите вернуться домой? Вы вернетесь к своим подружкам, снова будете спать в своих постельках и… – Мэг замолчала, безуспешно пытаясь найти что-то, что могло бы соперничать с белым аллигатором, уборкой сахарного тростника и новым другом по имени Гас. Но поднять настроение детям было все-таки нужно, и она сказала: – Когда вернемся домой, я свожу вас посмотреть на белых тигров.
– Подумаешь, кто их не видел, – пренебрежительно отозвалась Элен.
Как только девочки перестали плакать, Тедди опустил руки. Он подошел к матери и сестрам и с надеждой в грустных глазах посмотрел на Мэг.
– Послушай, ма, я тут подумал, может, нам не возвращаться в Лас-Вегас? Все равно с тех пор, как папа умер, все стало не так, как раньше. Давай останемся здесь, может, нашим папой станет Паркер?
На лицах девочек появилось выражение такого энтузиазма, что Мэг не на шутку встревожилась. Она крепче прижала дочерей к себе.
– Девочки, все не так просто.
– А ты его спрашивала? – требовательно осведомилась Элен.
– Конечно, нет! Послушайте, ребята, чтобы стать чьим-то папой, человек должен стать и чьим-то мужем, а мы с Паркером не…
– Откуда ты знаешь, если не спрашивала его? – перебила мать Элен, решительно не желавшая отступать. – Ты же сама нам говорила, что нельзя знать ответ, пока не спросишь.
Услышав, как дочь копирует ее голос, Мэг с трудом сдержала улыбку. Пока она думала, как лучше ответить, вокруг вольера с белыми аллигаторами собралась компания мужчин и женщин с эмблемами туристической группы на футболках. Мэг отвела детей в сторону и твердо сказала:
– Помните, я вам объясняла, что есть вопросы, которые решают дети, а есть такие, которые решают только взрослые?
Все трое закивали.
– Так вот, все, что связано с папами и мужьями, решают взрослые.
«И для взрослого, который стоит перед вами, этот вопрос оказался очень сложным», – мысленно добавила она.
– А теперь пойдемте смотреть гигантскую ящерицу.
– Да ну ее, – сказала Элен.
– И правда, – поддержал сестру Тедди, – кому нужна эта глупая ящерица?
– Да, пойдемте домой, – вставила тоненьким голоском Саманта, – я соскучилась по Джиму.
Мэг всмотрелась в лица детей, вдруг проявивших небывалое единодушие.
– Кажется, вчера вы говорили, что хотите посмотреть эту ящерицу?
– Ну, то было вчера, – протянула Элен.
– До того, как Гасу пришлось уехать, – добавил Тедди.
– Нехорошо, если мы будем гулять по зоопарку без него, – хором сказали сестры.
Мэг кивнула, признавая поражение. Это она пыталась любыми средствами держаться подальше от Понтье-Плейс, надеясь не наткнуться на Паркера до отъезда из города. Что ж, если они встретятся, она будет вежлива, но холодна. И сохранит свою гордость, не признается, как сильно ей хочется, чтобы он простил ее и попросил остаться.
– Ну что ж, раз так – пошли.
Пока они направлялись через парк Одюбон к остановке трамвая – а это был путь длиной в милю или около того, – дети немного приободрились. Мэг же, напротив, становилась все печальнее, пока они ждали трамвая у желтой отметки на дороге. Воспоминания о Паркере не давали ей покоя. Она не хотела уезжать, но не могла и остаться. Во всяком случае, не при нынешнем положении вещей.
Мэг поежилась, но по-прежнему старалась сохранять на лице бодрое выражение, чтобы дети ни о чем не догадались. После вчерашней ссоры с Паркером она долго плакала у себя в комнате, пока не уснула. Рано утром с красными от слез глазами она встретилась с Понтье-старшим и попросила вечером того же дня отправить их обратно в Лас-Вегас на частном самолете Понтье. Мэг поняла: дед Паркера при его удивительной проницательности наверняка почувствовал, что между нею и Паркером произошла размолвка. Однако, и Мэг это мучило, старик не пытался уговорить ее остаться. Невольно напрашивался вопрос, не рассказал ли Паркер деду о ее участии в планах Жюля. А может, дело в другом, может, Паркер спит чуть ли не с каждой женщиной, с которой ему случится перемолвиться словом, и потому его дед не ждет, что внук пожелает, чтобы Мэг осталась в Новом Орлеане? В конце концов, в городе полно женщин, которые с радостью упадут в объятия Паркера.
В каком бы направлении ни уводило ее воображение, дорога была одинаково безрадостной. Мэг заранее поблагодарила Понтье-старшего и вернулась в свою комнату. Детям она еще раньше пообещала, что в последний день они пойдут осматривать достопримечательности, но никто в доме не знал об их планах, так же как не знал, когда именно они возвращаются в Лас-Вегас. Только деду Паркера было известно, в котором часу им нужно быть на маленьком аэродроме на берегу озера, где стоит в ангаре реактивный самолет Понтье.
– Мамочка, ну пошли!
Мэг почувствовала, что ее схватили за локоть, и только тогда сообразила, что младшая дочь тянет ее к открытым дверям трамвая. Сама Саманта уже стояла на верхней ступеньке и смотрела на мать так, словно та рехнулась. Мэг услышала, как Элен прошептала Тедди:
– Спорим, мама обдумывает твою идею?


На подъездной аллее Понтье-Плейс Паркер снова сел в машину и в сердцах захлопнул дверцу. Хортон не имеет понятия, куда подевались Мэг и дети. Тинси в сопровождении доктора Прежана пошла пройтись по магазинам. Миссис Феннистон отправилась в центр города на встречу с его дедом.
Когда дед предложил ему взять Мэг и ее детей и всем вместе поехать в Миссисипи за Гасом, предполагалось, что Мэг еще дома. Услышав слова деда о том, что Паркер не представляет, как тяжело остаться без денег, тот устыдился.
«Если бы вы хоть раз в жизни столкнулись с тем, что ребенок плачет, потому что ему жмут ботинки, а у вас нет денег купить новые, возможно, вы смотрели бы на жизнь совсем по-другому, чем смотрите сейчас!»
Паркер услышал голос Мэг так ясно, словно она произнесла эти слова прямо сейчас. А ведь тогда он не слушал ее. Ярость застилала ему глаза и сделала сердце бесчувственным. Он повел себя как настоящий эгоист, и сегодня ему стало стыдно. Он думал только о себе. Какой же он болван! Мэг не сделала ему ничего плохого. Зная Жюля так, как он его знал, Паркер мог себе представить, какими словами описал его братец. Должно быть, Жюль представил его воплощением зла, в борьбе с которым ему не обойтись без помощи Мэг.
Вчера ночью она сказала, что сделала то, что сделала, ради своих детей. Должно быть, первый муж Мэг был уж совсем безнадежным неудачником, если оставил свою милую жену с грузом таких проблем, что ей пришлось пойти на самые крайние меры.
Теперь, когда Паркер все для себя решил и разложил по полочкам, ему не терпелось попросить у Мэг прощения за резкости, которые наговорил ей вечером. И он был страшно раздосадован, не найдя ее.
– Проклятие, – пробормотал Паркер, потирая одной рукой усталые после бессонной ночи глаза, а другой барабаня пальцами по рулю.
Со стороны дома донесся визг. Из-за угла выскочил Джим и большими прыжками понесся к машине. Пес остановился так резко, что его занесло, сел на задние лапы и склонил голову набок, отчего его вислое ухо повисло еще ниже.
– Хорошо хоть ты здесь, – пробормотал Паркер. Джим взвизгнул, но не поставил лапы на дверцу машины со стороны Паркера, из чего можно было заключить, что пес все-таки помнит кое-что из того, чему его пытались учить.
Глядя на пса, Паркер вспоминал своего племянника. Гас позвонил ему по телефону из больницы, куда попал, притворившись, что у него болит живот, и потом долго выжидал, когда медсестра выйдет покурить. По голосу чувствовалось, что мальчик еле сдерживается, чтобы не заплакать.
Все это Гас сообщил Паркеру в промежутках между мольбами: мальчик умолял, чтобы дядя и Мэг забрали его из школы-тюрьмы. Марианна не оставила сына у себя даже переночевать, она и Кливленд сразу же повезли Гаса в Миссисипи, жалуясь по пути, что придется тратиться на новую школьную форму. Но, как с горечью добавил Гас, при этом они обсуждали, как, забросив его в школу, на обратном пути отправятся поиграть в казино.
Джим заскулил, и Паркер вышел из машины.
– Ну ладно, твоя взяла.
Паркер стал обходить вокруг багажника, Джим следовал за ним по пятам. Как будто понимая, к чему идет дело, пес от радости задышал чаще. Паркер достал полотенце, с которым ездил в спортивный зал, открыл дверцу, застелил кожаное сиденье и отступил в сторону.
– Ну что, дружище, у тебя не возникает ощущение дежа-вю?
Паркер готов был поклясться, что когда он повернул ключ зажигания и сказал: «Едем за Гасом», пес по-настоящему улыбался.


Мэг с детьми поднималась по широкой лестнице, ведущей к боковой двери, и думала, что хотя ей не удалось сбежать из Понтье-Плейс, она может по крайней мере спрятаться в своей комнате. В конце концов, ей есть чем заняться – нужно упаковать свои и детские вещи в дорогу.
Дверь открылась, Элен и Тедди сразу же влетели в дом. Хортон улыбнулся детям и обратился к Мэг:
– Мисс Мэг, миссис Феннистон спрашивала о вас. Она и мистер Понтье сейчас в Большой гостиной.
У Мэг екнуло сердце.
– Мистер Понтье?
Словно поняв скрытый смысл вопроса – а зная Хортона, можно было не сомневаться, что он и в самом деле все понял, – старый дворецкий мягко пояснил:
– Я говорю о Понтье-старшем. Мэг натянуто улыбнулась.
– Ах да, конечно.
– Дети не хотят перекусить?
– Хотим! – ответила Саманта, выпуская руку матери и беря за руку Хортона.
Поблагодарив Хортона, Мэг направилась через элегантный вестибюль в сторону Большой гостиной. Миссис Феннистон только что уселась за шахматный стол напротив Понтье-старшего. Увидев Мэг, она радостно заулыбалась и помахала ей рукой.
Женщины поздоровались Понтье-старший велел Мэг пододвинуть стул поближе и сесть. Мэг колебалась. Ей не хотелось, чтобы Паркер, вернувшись в Понтье-Плейс, застал ее внизу. Но старик посмотрел на Мэг властным взглядом, и она неохотно подчинилась.
Только тогда Мэг заметила, что на пальце левой руки миссис Феннистон блестит кольцо с изумрудами и бриллиантами. Она невольно ахнула от восхищения.
– Миссис Феннистон! Какое восхитительное кольцо! Ее подруга покраснела и улыбнулась.
– Очень красивое, правда? – Элизабет Феннистон посмотрела на Понтье-старшего с нескрываемым восхищением. – Оги подарил мне это кольцо сегодня утром.
Понтье-старший взялся рукой за одну из пешек, не спеша передвигать ее.
– Это фамильное кольцо Понтье, оно остается в семье. Если бы вы с Паркером сговорились раньше, оно досталось бы вам, молодая леди. – Старик выразительно посмотрел на Мэг, и на этот раз его здоровый глаз сверкнул еще яростнее.
– О, на руке миссис Феннистон оно смотрится гораздо лучше.
Мэг испытала облегчение, поскольку старик не упомянул о ее браке с Жюлем в связи с кольцом, но ее смущало, что он все еще не оставил попыток сосватать ее с Паркером.
Скрипнула дверь, выходящая на террасу. Мэг оглянулась и увидела Тинси. Та входила в гостиную под руку с доктором Прежаном. Глядя на них, как-то не верилось, что их связывают только отношения доктора и пациентки. Парочка пересекла комнату и остановилась у шахматного стола. Не отпуская от себя Тинси, Прежан сказал:
– Всем добрый день.
Тинси улыбнулась. Впервые за все время, что Мэг провела в Понтье-Плейс, улыбка матери Паркера действительно походила на улыбку. Тинси выглядела счастливой.
– Оги, я должен поблагодарить вас, – сказал Прежан.
– Это еще почему? – Понтье-старший передвинул пешку по диагонали.
– О-о, это же изумруды Понтье! – Тинси погладила миссис Феннистон по руке. – Лучше пусть они будут у вас, чем у меня.
Мэг сдержала улыбку.
– У нас с Тинси есть для вас новость, – объявил Прежан. – Следуя вашему примеру, Оги, я решил действовать так же быстро, как вы, когда объяснились с миссис Феннистон. Вы подали пример, достойный восхищения. Я много лет ухаживал за Тинси, заботился о ней, как врач заботится о своем особом пациенте. За эти годы я проникся к ней глубочайшим уважением и восхищением…
Понтье-старший перебил врача:
– Иными словами, ты пытаешься сообщить, что наконец решил сделать нашу Тинси честной женщиной?
Тинси подняла взор к потолку и еще крепче уцепилась за доктора.
– Дики сделал меня самой счастливой женщиной на свете, попросив меня стать его женой.
Миссис Феннистон встала и обняла обоих – и Тинси, и Прежана. Даже Понтье-старший протянул здоровую руку, чтобы пожать руку Прежану. Мэг тоже поздравила жениха и невесту. Но, произнося все положенные в таких случаях слова, она почему-то чувствовала себя лицемеркой. Мэг понимала, что это глупо, но тем не менее чувствовала себя как девушка, оставшаяся без кавалера на домашней вечеринке. Прежан предложил распить по такому случаю бутылку шампанского. Мэг вызвалась сообщить новость Хортону и, воспользовавшись этим предлогом, улизнула из комнаты. Ей так не хватало Паркера, что не передать словами. Она поднялась к себе, достала чемодан и стала складывать вещи, полная решимости не пролить ни слезинки.


Мэг сложила все свои вещи и начала складывать вещи Элен, когда в спальню влетел взволнованный Тедди.
– Мама, пойдем скорее, Джим пропал!
Этого только не хватало! Конечно, Мэг не хотела, чтобы с псом что-то случилось, но сейчас она подумала о другом: если дети будут волноваться за него, то как ей удастся уговорить их уехать домой? Им и так пришлось трудно, когда Гаса увезли явно против его воли, чуть ли не силой. Вздохнув, Мэг вышла из комнаты и отправилась успокаивать бурю.
Спускаясь по лестнице и проводя рукой по гладко отполированным перилам, Мэг жалела, что ей приходится уезжать. За короткое время, проведенное в семействе Понтье, она почувствовала себя здесь своей. Если бы Паркер понял, почему она сделала то, что сделала, если бы преодолел свой гнев, может, тогда ей не пришлось бы так поспешно уезжать и срывать с места детей. Но после гневной тирады, которую Паркер обрушил на нее прошлым вечером, не могло быть и речи о том, чтобы остаться и провести в Новом Орлеане еще сутки. Если даже Паркер простил ее, Мэг не была уверена, что сможет сама его простить.
– Джима похитили, – сказала Саманта вместо приветствия. Девочка сидела на нижней ступеньке лестницы и играла в куклы. – Как в мультфильме «Сто один далматинец», помнишь, мамочка?
Мэг отметила, что, к счастью, Саманта не слишком разволновалась и спокойно продолжала переодевать Барби.
Элен и Тедди восприняли известие о пропаже Джима далеко не так спокойно. Тедди ходил по веранде и пытался обнаружить следы. Элен узнала от Хортона, что не так давно в Понтье-Плейс заезжал Паркер.
Мэг ухватилась за эту новость как утопающий за соломинку, но вместе с тем подумала, что не зря провела день вне дома. Она сказала детям, что, вероятно, Джима взял Паркер и повез к ветеринару или дрессировщику.
– В своем «порше»? Скажешь тоже, мама, – возразила Элен. – Когда мы сели в трамвай, начался дождь. Паркер бы не пустил в свою машину собаку с грязными лапами.
– Да, он бережет свой автомобиль, – поддержал сестру Тедди.
Мэг вспомнила, что в тот день, когда они с Паркером спасли упавшего в реку Гаса и познакомились с Джимом, ее дети были еще в Лас-Вегасе и ни о чем не подозревали. Тогда Паркер не сразу согласился взять пса домой, не говоря уже о том, чтобы посадить его в свой любимый спортивный автомобиль. Мэг вспомнила, как он рылся в багажнике, доставал полотенце и застилал им кожаное сиденье. Не кто иной, как Паркер, привез домой грязного беспородного пса.
Вспоминая этот эпизод, Мэг улыбнулась. Какой же он все-таки хороший человек! Она вспоминала, как Паркер вытаскивал из воды Гаса и Джима, как терпеливо раз за разом распутывал леску и снова забрасывал удочки для Гаса, Элен и Тедди, как посыпал лепестками розы кровать в Шугэ-Бридж, прежде чем заняться с ней любовью…
Да, она готова простить Паркеру все, что он наговорил ей вчера вечером. Паркер причинил ей боль, но одной ссоры и задетых чувств недостаточно, чтобы убить ее любовь.
Мэг задумалась, не стоит ли дождаться Паркера, найти его, поговорить… Элен и Тедди выбежали из дома, чтобы поискать Джима снаружи, а Мэг медленно побрела обратно. У лестницы она остановилась, глядя, как Саманта играет в кукольное свидание. Девочка наклонила Кена к Барби и сказала за него:
– Вы пойдете со мной в кино?
Барби приняла приглашение, куклы взялись за руки и пошли по нижней ступеньке.
Мэг подумала, что в некоторых вещах люди следуют освященным веками традициям. Например, она никогда не приглашала мальчика или мужчину на свидание и не собирается менять эту привычку сейчас. Паркер сам ее прогнал. Если им суждено быть вместе, она должна сделать так, чтобы он сам помчался за ней, даже если для этого ему придется проделать весь путь от Нового Орлеана до Лас-Вегаса.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ложь и любовь - Норт Хейли



Кто сейчас на сайте советую прочесть роман "Ты умеешь хранить секреты" не пожалеете поднимите себе настроение
Ложь и любовь - Норт ХейлиЯ
7.01.2012, 17.44





Хороший роман.немного затянут'поэтому твердая 9/10
Ложь и любовь - Норт ХейлиВалентина
9.03.2014, 8.54





Приятный Рождественский ЛР. Стоит почитать на ночь для поднятия настроения.
Ложь и любовь - Норт Хейлииришка
26.12.2014, 22.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100