Читать онлайн Шелк, автора - Николсон Кэтрин, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шелк - Николсон Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.35 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шелк - Николсон Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шелк - Николсон Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Николсон Кэтрин

Шелк

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

– А вы действительно умеете водить? – спросила Жанна, с тревогой взглянув на Диона, который лихо вклинился в поток машин, огибавших Гайд-парк.
– А что тут уметь? – легкомысленно ответил он. – Правда, если меня попросят предъявить права…
Жанна закрыла глаза и вжалась в сиденье так, словно от этого зависела ее жизнь. И зачем только она согласилась поехать? Нет, причины, разумеется, были – целая тысяча причин, но, возможно, все-таки стоило оставить «мини» на прежнем месте – около полицейского участка.
Однако Дион сказал, что у него есть план. Какой именно, он сообщить не пожелал, и теперь Жанна перебирала в уме самые невероятные варианты. А срок платежей по счетам неумолимо приближался, до него осталось всего десять дней.
– Хорошая машинка! – воскликнул Дион и на дикой скорости перестроился в правый ряд.
– Хотелось бы верить! – пробурчала Жанна, моля Бога, чтобы их не остановила полиция.
Дион высадил ее возле дома №3, но не стал глушить мотор. И не успела Жанна захлопнуть дверцу, как он умчался прочь. Наученная горьким опытом, Жанна уже не спрашивала, куда он отправляется и когда вернется. Поездка могла занять и десять минут, и десять дней.
Да, прошло десять дней. Без Диона они показались вечностью. Стоило Жанне приняться за работу, как она тут же сталкивалась с какой-нибудь сложной технической проблемой. Книги не помогали – требовался совет Диона. Он обладал редким даром упрощать даже самую сложную ситуацию. И дом словно опустел: Жанна не слышала привычных звуков – стука молотка и негромкого пения. Не сказать, чтобы она скучала по Диону, и все же через три дня, не выдержав мертвящего безмолвия, написала себе самой записку: «Уехал на скачки» – и приколола к дверце люка. Глупо, конечно, но ей стало немного легче.
Только с Дионом Жанна могла поговорить о Грее. Вместе со словами она выплескивала наружу свой страх, свои радости и смущение. Дион умел слушать – внимательно и с сочувствием. Он как будто даже радовался, что Жанна преодолела некую невидимую преграду.
– Все это совершенно естественно, – говорил он отеческим голосом.
Жанну удивляла такая реакция. Ей и в голову не приходило, что кто-то еще мог испытывать столь же сильные эмоции. Грей – особенный, необыкновенный человек.
– Да, красивый парень, настоящий принц, – соглашался Дион, но Жанна почему-то была уверена в том, что он ее поддразнивает.
Впрочем, это и неудивительно: рядом с Греем Дион явно проигрывал.
На десятый день, когда наступило время платить Марлону и Джерри, Дион все еще не возвращался. Жанна не решалась выйти из своей комнаты, боясь столкнуться лицом к лицу с рабочими. Кому из них первому открыть страшную правду? Джерри – мужчине средних лет, обремененному женой и пятью детьми? Или Марлону – молоденькому пареньку, обожавшему кожаные куртки с металлическими заклепками?
От горестных размышлений ее отвлек странный звук. То ли трель рожка, то ли швейцарский йодль
l:href="#note_13" type="note">[13]
. Жанна высунулась в окно. Внизу стоял Дион. На лице его сияла улыбка. А за его спиной в лучах осеннего солнца сверкали новенькая, красивая машина десяти футов в длину. Из окошка водителя торчал огромный змееобразный медный рожок.
«Мини». Что произошло с этой развалюхой? Не чуя под собой ног, Жанна выскочила на улицу. Потревоженные гудком, Марлон и Джерри тоже выползли из подвала.
Жанна лишилась дара речи, увидев, что Дион сотворил с «мини». На крыше и багажнике была изображена женщина с распущенными волосами. Она стояла (лежала?) подбоченившись и широко расставив ноги. Художник не упустил ни одной подробности женского тела. Прикрытое одеждой, оно тем не менее производило впечатление обнаженного. Какая женщина! Богиня, Валькирия. Все было при ней, даже с избытком. Настоящее буйство плоти – упругой, гладкой, нежной, как персик. Символ победы материи над духом. Но… свое дело неведомый художник сделал мастерски, в полном соответствии с канонами классической школы.
– Эй, приятель, твоя машина?
Не требовалось особой проницательности, чтобы угадать мысли Марлона по поводу «мини» и ее обладателя. Медленно, осторожно парень провел грязным пальцем по безупречной ноге гигантши. Выждав немного, Дион изобразил на лице глубочайшее сожаление:
– Извини, друг. Машина принадлежит леди.
Марлон с вожделением взглянул на Жанну и уже вполне по-хозяйски опустил руку на колено нарисованной красавицы.
– А вы не хотите ее продать?
Жанна открыла было рот, но Дион ловко вклинился в разговор, не позволив ей вымолвить ни слова.
– Ни за что. Это ведь произведение искусства, – ответил он с сочувственным и чуть ли не жалостливым выражением лица. – К тому же у тебя и денег не хватит.
– А что скажет сама леди?
Настойчивость Марлона возрастала с каждой минутой. Жанна, вконец растерявшись, переводила взгляд с одного мужчины на другого.
– Ну…
Дион едва заметно подмигнул ей левым глазом.
– Если вы готовы заплатить наличными…
Дион покачал головой:
– Вы совершаете ошибку, мисс Браун. Огромную ошибку. Стоимость машины, сделанной по особому заказу, будет возрастать с каждым днем. Второй такой не сыщешь.
«Так вот оно что, – подумала Жанна, не переставая изумляться. – Мы играем в твоей пьесе, и роли уже написаны». Дион слегка дернул головой; она мгновенно поняла намек.
– Займитесь этим сами, мистер Мэллой, – важно проговорила Жанна. Обнаженная Валькирия смотрела на происходящее плутоватым взглядом. – У меня есть другие дела.
Ретировавшись в дом, Жанна тут же прилипла к окошку на верхней лестничной площадке. Трое мужчин все еще стояли возле автомобиля – неподвижные, немногословные, с непроницаемыми, как у торговцев скотом, лицами. Наконец сделка состоялась. Деньги перекочевали из рук в руки (сколько – Жанна не сумела рассмотреть), и на лестнице раздались шаги Диона.
Не говоря ни слова, он сунул ей пачку грязных пятифунтовых банкнот. Пачка была толстая, но вряд ли там наберется больше нескольких сот фунтов. У Жанны заныло сердце. А Дион ведь так старался!
Увидев выражение ее лица, он громко расхохотался:
– Где счет?
Жанна, теряясь в догадках, отдала ему счет. Дион аккуратно разорвал его на четыре части и бросил в камин.
– Значит…
– Вот именно. – Он лучезарно улыбнулся. – Это не кража, а честная сделка. А деньги… – Дион указал на банкноты, которые Жанна держала в руке. – Это остаток, премия. Что-то вроде глазури на торте.
Жанна недоуменно покачала головой. Она еще не могла поверить в реальность происходящего. А внизу Джерри и Марлон продолжали любоваться машиной.
– Кто же это сделал?
– Я. – Дион улыбнулся. – Но это не лучшая моя работа.
Наконец-то Жанна прозрела. Так вот чем занимался Дион, сидя у себя на чердаке в компании полусгнившего перца! Теперь все понятно.
– Значит, вы художник?!
– Я рисую. – Голос Диона был серьезным, а взгляд – настороженным.
– Понятно.
А рабочие тем временем с превеликой осторожностью, будто имели дело с уникальным произведением искусства, открыли дверцу машины и забрались внутрь.
– Счастливчик наш Марлон! Ему приятно будет водить такой автомобиль.
– Марлон? – Глаза Диона снова смеялись. – Как бы не так! В конце концов мои ожидания оправдались: машину купил Джерри. Для своей жены!
Пока Жанна стояла с открытым от удивления ртом, Дион ловко выхватил у нее две пятифунтовые купюры.
– Это за краску, – бросил он через плечо и стал спускаться по лестнице.
Через несколько минут с чердака донесся тихий свист. Такой знакомый, деловитый, успокаивающий звук. Жанна невольно улыбнулась. Все встало на свои места. Дион вернулся.
И это произошло как раз вовремя. В тот же вечер длинная сухая осень закончилась. Дождь лил целую ночь, но Жанну успокаивала мысль о новенькой, только что оплаченной водонепроницаемой кладке. Наутро за окнами все так же висела серая плотная пелена дождя. А в доме было тепло и уютно. И Жанна уже не испытывала страха при мысли о близкой зиме.
Весь этот дождливый день она думала о Дионе. Он много сделал для нее и заслуживает благодарности. Но он не из тех, кто любит пышные речи и церемонии награждения. И тем не менее ей хотелось каким-то образом выразить свою признательность. Может, подарить ему что-нибудь? Но Жанна не знала его вкусов. В быту Дион был крайне непритязателен. Одевался он весьма своеобразно, покупая подержанные вещи и собственноручно придавая им совершенно экзотический вид. Возможно, ему пришлась бы по душе пара носков домашней вязки (у него такие изящные ноги), но где найти время? Жанна хотела преподнести подарок именно сегодня, пока не прошло радостное настроение.
Впрочем, вряд ли ему угодишь. Возможно, у Диона такой скудный гардероб именно потому, что вещи не представляют для него ценности. Жаль, что она никогда не видела его картин, ибо лучший подарок для художника – хорошо подобранная кисть.
Подметая гостиную, Жанна спорила сама с собой. В первый раз за много месяцев она устроила настоящую уборку. Теперь, когда Марлон и Джерри закончили свою работу, это имело смысл – грязи и пыли уже будет поменьше. Закончив мести, она расстелила ширазский ковер, который до сего времени стоял, завернутый в коленкор. Увидим, как он будет смотреться на полу. Диону понравился бы такой подарок – да и кто ж отказался бы от ширазского ковра? – но он принадлежит Джули.
Стоило расстелить возле камина ковер – и комната сразу приобрела уютный, обжитой вид. Скоро стемнеет, придет время зажигать свечи, а здесь будет светло и тепло, как в домиках, которые изображают на рождественских открытках. Жанна обожала эти открытки. Горящий камин, каштаны, поджаривающиеся на угольях…
Вот оно! Само небо послало ей эту мысль. Она ела каштаны лишь однажды, на празднике в честь Гая Фокса, ибо в те времена еще не знала, сколько в них содержится калорий. Но в памяти остался вкус чего-то горячего и необычайно душистого. Да. Жанна решилась. Ей будет трудно, но она сделает это. Ради Диона, только ради Диона она отведает каштанов.
Жанна металась по гостиной, сдувая последние пылинки и натирая пол. Она старалась отогнать неприятные мысли, не вспоминать о том, что последняя ее попытка устроить праздник закончилась провалом. Дион не похож на Джули, а кроме того, он сейчас дома. Скрип шагов наверху успокаивал Жанну, не давал почувствовать себя одинокой.
Уборка заняла не много времени. Стульев не было, но можно посидеть и на ковре. Дион не будет возражать. Каминную полку Жанна украсила стаканом с веточками виргинского вьюнка желтовато-абрикосового цвета. Свечи на полках, спички тоже под рукой, чайник наготове, каштаны лежат в коричневом пакете, пересыпаясь через край. Все готово. Жанна поднялась наверх, чтобы переодеться в свой лучший пуловер и чистые брюки. Прищурившись, она оглядела себя и с искренним удивлением подумала: «Почему мне так нравится этот цвет?»
Раньше ее любимый серо-коричневый цвет казался изысканным, привлекательным, скрывающим полноту. Теперь она заметила, насколько он скучен и невыразителен. Вообще никакой это не цвет. В полумраке гостиной Диону придется порядком напрячь зрение, чтобы разглядеть свою хозяйку. Ну да ладно, не так уж это и страшно. Они с Дионом привыкли друг к другу, и одежда уже не имеет никакого значения.
Приободрившись, Жанна постучала по крышке люка. Наверху воцарилась тишина, и она поняла: Дион удивился неожиданному нарушению традиций. Но уже через мгновение его черная лохматая голова появилась в проеме, залитом светом, – совсем как в первый день их знакомства. Только на этот раз она не испытала ни страха, ни смущения. Дион – простой, легкий человек и абсолютно безопасен.
– Я пришла пригласить вас на чай. В гостиную, – торжественно произнесла Жанна, смакуя каждое слово своего заявления. Радость, осветившая лицо Диона, доставила ей особое удовольствие. – Вы свободны?
– Как никогда в жизни.
Дион широко улыбнулся, ухватился за край люка, одним быстрым грациозным движением проскользнул в него и ловко, как моряк, приземлился на ноги. И с чердака, и от одежды Диона исходил сладковатый запах масляной краски. Ну, конечно же, он рисовал. Жанна преодолела искушение заглянуть на чердак. Она боялась: а вдруг Дион – плохой художник? Пусть лучше он остается таким же загадочным, как и прежде.
– Пойдемте в гостиную. – Жанна с величавым видом спускалась по лестнице, а сердце билось гулко и часто. Еще бы! Первый гость – это целое событие, своего рода новоселье. Только бы в камине не погас огонь!
Реакция Диона превзошла все ее ожидания. Застыв на пороге, он улыбнулся так, будто сбылись самые невероятные его фантазии, и, повернувшись к ней, проговорил:
– Вы сегодня прекрасно выглядите, Жанна Браун!
– О! – Жанна, которая рассчитывала услышать похвалы в адрес гостиной, даже зарделась от смущения. – Спасибо.
Не дожидаясь приглашений, Дион направился к ширазскому ковру. Чувствуя на себе его взгляд, Жанна зажгла все свечи и опустилась на ковер, неожиданно обрадовавшись, что он такой большой.
Дион поглядывал на нее с добродушной усмешкой. В отблесках пламени его глаза казались еще темнее. Он придавал облику гостиной законченность, как кошка, свернувшаяся возле очага. Жанна с трудом подавила желание погладить его. Странно… Дион кажется безобразным, только если сравнивать его с другими людьми. Сам по себе он не уродлив и не красив, а просто…
– Жанна Браун, вы отлично управляетесь с домом. – В его глуховатом голосе звучало одобрение. – Но вот что касается каминов… это ваше слабое место.
Жанна очнулась от размышлений как раз в тот момент, когда пламя печально вспыхнуло, вырвавшись из середины сложенной ею кучки дров, и погасло. Так разваливается карточный домик, кое-как построенный ребенком.
– Ну конечно… – протянул Дион. – Эти камины предназначены для угля, а не для дерева. Но, я думаю, это дело поправимое.
Он быстро и умело разжег огонь, и уже через минуту в камине весело потрескивали поленья.
– Нет ничего лучше огня в камине. – Последовала театральная пауза. – Кроме, может быть… – Его глаза скользнули по коричневому пакету. – Кроме, может быть, жареных каштанов, не так ли?
Жанна с улыбкой вручила ему пакет и острый нож. Точными, ловкими движениями Дион надрезал блестящие коричневые скорлупки и аккуратной кучкой складывал каштаны в камин.
– Говорят, нужно подождать, пока пламя не погаснет. Но я никогда не мог утерпеть, а вы? Предпочитаю есть наполовину сырыми, но не терять ни одной секунды.
В словах Диона было столько ласковой и немножко грустной снисходительности к человеческим слабостям, что Жанна почувствовала, как невидимые путы, стянувшие ее тело, чудесным образом ослабли. Да, на этот раз она свободна и сможет насладиться каштанами. Очередное сражение в бесконечной битве с самой собой отменяется. Она просто будет есть каштаны. Вот и все. Каштаны, вытащенные из огня.
Какие теплые и сладкие ядрышки таятся под обожженной скорлупой! Ей понравились и каштаны, и то, как Дион аккуратно смел мусор в камин – спокойно, как бы мимоходом.
– У нас дома камины никогда не разжигали.
Дион кивнул, нисколько не удивившись и не выказывая особого любопытства.
– Моя мать… – Голос сорвался.
Сколько времени прошло, а это слово по-прежнему вставало комом в горле. Но она заставила себя закончить предложение.
– Моя мать говорила, что от них слишком много грязи.
– И, в общем, она была права, – раздался спокойный примирительный голос. – Это как пыль в нашем старом доме. Когда она оседает на свежую невысохшую краску, я ненавижу ее как заклятого врага. А потом, под лучами солнца, на холсте появляются разводы, похожие на крылья ангелов. Они прекрасны, я никогда не сумел бы сделать ничего подобного. То же самое и с огнем. Как ни старайся, но в какой-то момент он выйдет из-под контроля…
– Именно так у меня происходит с едой. Девушка не верила собственным ушам: неужели это ее голос? Ее охватило странное спокойствие, будто речь шла о постороннем, отсутствующем человеке, чье поведение можно обсуждать открыто, без оглядки. Никогда и никому не рассказывала Жанна о своем отношении к еде – даже врачу в больнице. Какой смысл? Почему-то она была уверена, что ее не поймут. Да она и не заслуживала понимания. Оно даруется другим – честным, прямым людям, которые умеют даже плакать красиво, с улыбкой на губах. Смех сквозь слезы. У нее так не получится. И если она позволит себе плакать, то уже не остановится никогда. И это будет невыносимо, ужасно, как смертный приговор, как вой побитой собаки.
Но теперь… Жанна смотрела сухими, без единой слезинки глазами на пламя и не видела его, только чувствовала жар на лице. И что-то медленно шевельнулось в ее душе, какая-то дверка осторожно приоткрылась – чуть-чуть, самую малость, пропуская свет в маленькую темную каморку. Может, огонь в камине сделал свое дело, а может – Дион, спокойно ожидавший, захочет ли она продолжить. Или это дом, родные стены придали ей уверенности? Как знать? Но так или иначе Жанна вдруг обрела способность говорить о своей тайне.
– Я ненавидела. Ненавидела свои ощущения. Не голод, нет… сознание, что я не могу обуздать себя. Мне было так страшно. Я думала… думала…
– Вы думали, что это поглотит вас целиком, без остатка.
Жанна удивленно заморгала. Она ожидала чего угодно, но только не одобрительного кивка головой. Стало быть, Дион понимает ее и не находит в этом ничего необычного.
– У меня то же самое. Начиная рисовать, я всякий раз боюсь, что картина прикончит меня.
И все ее страхи вдруг улетучились, унеслись вместе с дымом через печную трубу. Дион повернулся к Жанне. В его глазах плясали отсветы пламени.
– А теперь, когда мы столько узнали друг о друге, скажи-ка мне, Жанна Браун, как твое настоящее имя?
Жанна вздрогнула. Какой невинный и вместе с тем коварный вопрос! Он пробудил нежеланные воспоминания: застарелое чувство стыда, голоса резвящихся детей, недовольство матери – глубокое и холодное, как подземная река.
– Вы имеете в виду мое полное имя? – переспросила она, пытаясь выиграть время. – А чем вам не нравится Жанна?
– Мне нравится, даже очень. – Дион отвернулся, пряча улыбку.
Жанна знала, что вовсе не обязана отчитываться перед ним, но именно поэтому собралась с силами и ответила, хотя от волнения у нее пересохло в горле:
– Дженьюри
l:href="#note_14" type="note">[14]
. При крещении мне дали имя Дженьюри. – Она смущенно пожала плечами. – Его я тоже ненавидела. Всегда.
– Почему же? – Дион, казалось, был полностью поглощен созерцанием причудливых отблесков пламени в камине, но Жанна знала, что он слушает ее очень внимательно, – совсем как ребенок, приложивший к уху морскую раковину.
– Потому что… – Жанна запнулась, а потом отважно выпалила:
– Потому что это безобразное имя. Холодное и безобразное. Январь – самый худший месяц в году.
Теперь слова вылетали из нее, как пули. Жанна чувствовала, что надо выговориться поскорее, а то не хватит смелости.
– Я думаю, моя мать выбрала такое имя потому, что я родилась в январе и это было самое ужасное событие в ее жизни.
– Ох уж эти матери – тяжело с ними! – Дион обернулся и посмотрел на нее с участием, но без всякого удивления. – Значит, Дженьюри… Хороший месяц. Для художника самый лучший. Ни листьев, ни травы. Никаких обманов. Когда выпадает снег, все становится четким и ясным. Черное и белое – это же самая суть вещей. – Он улыбнулся. – Мне нравится твое имя, Дженьюри. Оно тебе подходит.
– Да, наверное. – Жанна вздохнула. – Конечно, мама была права. Она всегда твердила, что я холодный человек. Мучилась со мной с первого дня моего рождения. Я не хотела брать грудь и все время плакала. И потом она часто говорила: «Если будешь такой тощей, ты никогда не найдешь мужа, который позаботился бы о тебе». – Жанна слегка передернулась. – Но мне и не нужен муж. Я… я ведь не какая-нибудь там…
– А как же сэр Ланселот? – поддразнил ее Дион. – Вместе с «бентли» и шофером в форме цвета морской волны?
– Вы имеете в виду Грея?
Жанна вспыхнула. Дион видел ее насквозь. Да, ради Грея можно пойти на все, даже стать другим человеком. При одном упоминании этого имени ею овладело какое-то странное щемящее чувство, сладостное и горькое одновременно, с солоноватым привкусом слез.
– Это бесполезно, – мрачно заявила Жанна, стараясь отогнать свои мучительные и прекрасные грезы. – Я его не интересую, и так будет всегда. Я… я не умею общаться с мужчинами.
– И гордишься этим. – Дион с равнодушным видом разворошил горящие поленья. – Не волнуйся, эта фаза скоро закончится.
Жанна оскорбилась. Все мужчины одинаковы. Ведут себя бестактно, покровительственно и убеждены, что у женщины дела пойдут на лад только в том случае, если она будет выполнять свое основное предназначение, то есть ублажать их.
– Ну-ну! – воскликнула она с сарказмом. – А теперь скажите, что я еще не встретила свой идеал!
– Ничего подобного. – Дион потянулся и нежно дотронулся до ее руки. – По-моему, ты еще не встретила его антипод!
Воцарилось молчание. Тишину нарушало только потрескивание свечей и шепот пламени в камине. Онемев от изумления, Жанна уставилась на Диона. Да как он мог сказать такое, зная о Грее? Как посмел? Кого же она по доброте душевной пригласила посидеть на ширазском ковре Джули? Уж не самого ли дьявола во плоти? На этой безобразной голове достаточно волос, чтобы скрыть под ними рога. Дотронься до него – и сгоришь, сгоришь дотла. А Дион будет только наслаждаться и радоваться… По ее спине пробежала дрожь. Сердце сжалось. Не надо было открывать перед ним душу. Ему вообще нельзя доверять. Он ничего не понял. Он принимает ее за одну из тех прытких девиц, что поднимались по лестнице, испещренной его пометками. Впрочем, домовладелице, наверное, будет позволено войти на чердак через люк.
Жанна бросила на Диона гневный взгляд… и онемела. Какие у него глаза – и печальные, и смеющиеся! Нет, она совсем не знает его. И себя тоже. Что с ней творится? Жанна чувствовала, что вся ее решимость испарилась;" она таяла, становилась мягкой, как воск. Еще несколько минут – и под этим взглядом она превратится в ничто, в призрак, в тень на стене. И будет всем своим существом откликаться на каждое его слово и движение, как эхо или двойник в зеркале. Она перестанет существовать, слившись с умирающим огнем в камине, с осенним дождем, с прозрачным пламенем свечей.
Это невозможно. Не смотри на него. Нельзя. Но как укрыться от этого взгляда? И Жанна, беспомощная и растерянная, продолжала смотреть, а окружающий мир исчезал, растворялся в струйках дыма. Осталось только ощущение жаркой тягучей пустоты, жаждущей, чтобы ее заполнили.
– Ну что же, Дженьюри. – Одним гибким неторопливым движением Дион поднялся с ковра и протянул ей руку. – Идем на скачки?
Молчание длилось бесконечно долго. Ее тело вдруг отяжелело и разбухло, словно опоенное отравой. Она была не в силах пошевелиться, и слова не шли с языка. Но где-то глубоко внутри звенели маленькие колокольчики, предупреждая о грозящей опасности. «Не проси. Пожалуйста, не проси меня об этом. Это чересчур. Я не вынесу. Отпусти, отпусти меня».
А колокольчики все продолжали пронзительно звенеть. От этих звуков, казалось, вибрировал воздух.
– Телефон!
Телефонный звонок был сейчас для Жанны все равно что соломинка для утопающего. Резкий знакомый звук разрушил чары. Все так же молча, не шевелясь, Дион продолжал смотреть на Жанну. Телефон разрывался.
– Надо ответить, – сказала Жанна, медленно, неуклюже встала и взяла трубку – отрезвляюще холодную и безличную. – Алло? – Она сразу узнала голос Джули. Казалось, он долетал до нее с другой планеты. Но Жанна ухватилась за этот голос, ища в нем спасения. – Да. Да. Разве? Нет, вовсе нет… просто я не одна. Нет. Это мой квартиросъемщик, но… да. Хорошо. Сейчас? Сегодня? Не знаю. Послушай, подожди секунду.
Жанна тщательно, как учила ее Джули, закрыла трубку рукой и заставила себя обернуться. Надо еще раз посмотреть Диону в глаза.
– Это… – Она растерянно умолкла.
Дион ушел. Черная кошка, сидевшая возле камина, исчезла быстро и бесшумно, как тень, растаяла в ночи. Пламя тихонько гудело, от каштанов исходил пряный аромат, но в гостиной стало холодно.
Жанна медленно приложила трубку к уху. Голова у нее кружилась, мысли путались, и все же она была благодарна Джули.
– Да. – Силы постепенно возвращались к Жанне. – Да. Если ты уверена. Я хочу уехать отсюда. Так будет лучше.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шелк - Николсон Кэтрин



Великолепно! Читайте! Проникновенный, нежный, добрый, ироничный, умный роман.Очень трогательный!
Шелк - Николсон КэтринТатьяна
1.05.2013, 14.12





Понравился роман. У автора со слогом и юмором все в порядке. "Что нашла в ней Джули? Впрочем… говорят ведь, что породистые лошади не могут жить в конюшне без козлов, крыс, одноглазых кошек и других не менее странных тварей. Они даже отказываются есть и спать, если рядом нет их приятелей…"
Шелк - Николсон КэтринЮля
5.08.2014, 13.11





Странно,что люди, прочитавшие и давшие отзывы на "Лунные грезы",не прочли или им не понравился "Шелк" Жаль,но не нашла книг этого автора в других библиотеках.
Шелк - Николсон КэтринТесса
27.09.2015, 12.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100