Читать онлайн Шелк, автора - Николсон Кэтрин, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шелк - Николсон Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.35 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шелк - Николсон Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шелк - Николсон Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Николсон Кэтрин

Шелк

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

– Сандвичи?
Жанна показала Джули пакет.
– Сумочка?
Она покорно похлопала рукой по сумочке.
– Билет?
Жанна распахнула пальто: во внутренний кармашек был аккуратно засунут картонный прямоугольник.
– Телефонная книжка?
– Телефонная книжка? – Жанна удивленно заморгала.
– Кто знает… – с виноватым видом объяснила Джули. – Может, тебе нужно будет позвонить в больницу или еще куда-нибудь.
– Право, Джули. – Жанна тряхнула головой. – До родов еще три месяца.
– Все равно, – не сдавалась подруга. – Лучше возьми на всякий случай. Витамины?
– Джули! – В ее взгляде читалась любовь, смешанная с раздражением. Она и так нервничала, а тут еще Джули со своими наставлениями. – Я не собираюсь там ночевать. Никто меня не заставит.
– Мало ли что может случиться. – Джули помрачнела. – Забастовка железнодорожников или метель. Или рельсы сломаются.
– Метель? В ноябре? Я сомневаюсь. – Жанна натянуто улыбнулась.
Она понимала, почему Джули все усложняет и создает проблемы на пустом месте. Она с самого начала была против этой затеи. Ей невдомек, что Жанна должна разрубить этот узел сейчас или никогда. Через месяц-полтора наступят зимние холода, роды приблизятся, и поездку придется отложить. А когда родится ребенок, будет слишком поздно.
Если бы не Дион, Жанна вряд ли осмелилась бы сделать такой шаг. Он научил ее иначе смотреть на мир и людей и показал, что нельзя все планировать заранее. Иногда приходится смело ступать в кромешную тьму неизвестности.
Вот почему Жанна оказалась на Ливерпульском вокзале. Когда-то здесь находился Бедлам
l:href="#note_38" type="note">[38]
, где женщины с безумными глазами, прикованные цепью к стене, рыдали и рвали на себе волосы. И она была почти такой же всего каких-нибудь полтора года назад.
Правда, с тех пор ее фигура заметно изменилась. Но, как ни странно, страстное желание похудеть бесследно исчезло. Теперь даже в идеальных формах Джули она видела некую незавершенность. Жанне хотелось, чтобы все женщины стали беременными, тогда пустота внутри заполнится. Мысль о собственном ребенке успокаивала Жанну. Казалось, она носит с собой волшебный талисман.
Но поможет ли он ей сегодня?
– Тебе пора на поезд. Я заказала тебе место в углу.
Выполнив свою миссию, Джули поспешно удалилась, сообщив, что по пути на вокзал приметила в витрине очаровательную корзинку для новорожденных с настоящими ноттингемскими кружевами. Разубеждать ее было бесполезно. Она уже накупила множество вещей: светлые, пастельных тонов комбинезончики, мягкое полотенце с крошечной петелькой, три пары беленьких ботиночек, заводные игрушки – Дональда Дака и Микки Мауса, чепчики, пеленки, пинетки, одеяла с ручной вышивкой…
– Ребенку, который должен родиться зимой, много чего потребуется, – заявляла она.
Жанна вздрогнула. Она уже начинала скучать по Джули. Но с этим делом она должна справиться самостоятельно.
Не успела Жанна опомниться, как путешествие подошло к концу и она оказалась на знакомой платформе. От ее дыхания в холодном воздухе клубился пар. Кругом не было ни души. Такси удалось найти лишь минут через десять.
Глупо, но Жанна не смогла вспомнить адрес и пожалела, что не взяла записную книжку. Беда в том, что она еще ни разу не приезжала сюда одна, без сопровождающих.
Ребенок зашевелился, будто напоминая, что ее одиночество весьма относительно, и сразу же успокоился.
– Угомонись же, – прошептала Жанна. – Ради нас обоих. Будь умницей, и со мной все будет в порядке.
Взяв себя в руки, она повернулась к водителю:
– Ничего, я знаю дорогу.
Не надо паниковать, цель уже близко. Разве можно забыть это прямое узкое шоссе, обсаженное чахлыми деревцами? Они росли криво, приноравливаясь к безжалостным восточным ветрам. Все живое погибало или склонялось под их ударами. Весна приходит сюда поздно, зато зима наступает рано. Жанне всегда казалось, что здесь круглый год стоит сумеречный ноябрь. Вот и сейчас – землю уже сковал мороз, и каждую травинку посеребрил иней. Голые ветви деревьев раскачивались, грозя разбить оконные стекла.
Знакомая калитка, а за ней тропинка, ведущая к дому. Травы в их садике совсем мало: большая часть двора вымощена бетонными плитами.
Черная дверь с молоточком из нержавеющей стали. Очень практично: не надо начищать.
Собравшись с духом, Жанна распахнула калитку. Воспоминания поднимались от земли, как болотный газ, застилая глаза и дурманя. Как будто она никуда не уезжала. Но надо довести дело до конца и выйти отсюда в целости и сохранности. Ради себя самой. Ради ребенка. Ее ребенок, это сокровище, которое она носит под сердцем, стоит любых жертв.
Дверь открылась. Из темной прихожей потянуло запахом натертого линолеума. Лицо матери – нисколько не изменившееся, с привычным выражением досады и нетерпения. И все те же аккуратно уложенные седые волосы.
Заранее подготовленные фразы вылетели из головы. Жанна улыбнулась: как и в детстве, ею снова овладело нелепое желание угодить взрослым.
– Здравствуй, мама.
А что еще скажешь после такой долгой разлуки? Ее улыбка гасла, как пламя свечи в вакууме. Но поворачивать назад поздно. Надо идти вперед.
– О! – Мать долго смотрела на гостью, сощурившись от яркого света. «Скоро ей понадобятся бифокальные очки», – вдруг подумала Жанна. – Это ты.
Уголки ее рта, как обычно, плаксиво опустились. Но теперь Жанне не было от этого больно. Она смотрела на мать другими глазами (глазами Джули или Диона) и видела перед собой пожилую женщину, несколько скованную, с очень прямой осанкой и красными морщинистыми руками. Она никогда не надевала резиновых перчаток – из соображений гигиены. Бедняжка…
– Ты зайдешь в дом?
Все в порядке. Ее никто не принуждает.
– Да, конечно.
Жанна поднялась на крылечко. В здешних местах без крылечка не обойтись – из-за сильных ветров. Поэтому в прихожей царил полумрак. В детстве она до смерти боялась темного холла. А сейчас… странно, но в качестве гостьи ей было приятно опять оказаться здесь.
– Ну вот. – Мать засуетилась, и ее щеки слегка порозовели. Пожалуй, она даже обрадовалась. Жанна ни разу не видела у нее такого выражения лица. А может, просто не замечала, вдруг подумала она. Наверное, близорукость бывает разная. – Какие у тебя планы?
Жанна невольно улыбнулась. Знакомая фраза. Как она ненавидела это пристрастие матери ко всякого рода планам, проектам, великим целям, а на самом деле недалеко от нее ушла. Обе они – фантазерки.
– Я хочу поговорить. Если у тебя есть время. А потом… – Жанна вдруг испугалась, но вспомнила спокойную гладь моря, запах травы, голову Диона, высовывающуюся из-под попоны, и неожиданно поняла, что ответ матери не имеет никакого значения. Если она скажет «нет», это еще не конец света. – Может, сходим в паб?
– Почему бы нет? – Жанна остолбенела, как будто грянул гром небесный. – Конечно… – мать нахмурилась, – если ты знаешь, где он находится.
Увидев выражение ее лица, немного виноватое, но полное надежды, Жанна невольно улыбнулась: она тоже не знала, где находится паб. Они жили здесь, как две изгнанницы, чужестранки, не осмеливающиеся выйти за ворота дома.
– Мы можем спросить, – застенчиво ответила она, ибо чувствовала, что барьеры, разделявшие их с матерью, исчезли. – У нас полно времени.


– В паб? – У Джули глаза на лоб полезли. Она была так шокирована, словно услышала какую-то непристойность. – Но я думала, что твоя мать…
– Я тоже. – Жанна умолкла, сжав в ладонях кружку с какао. Приятно посидеть вечерком в теплой гостиной – у горящего камина, в просторном халате. Как в старые добрые времена. Но с тех пор на нее обрушилось столько ошеломляющих открытий, что прийти в себя удастся не скоро.
– Перво-наперво объясни, как тебе пришло в голову позвать ее в паб?
– Право не знаю. Кто-то посоветовал. Давно.
Да, очень давно. Видел бы их Дион! Он наверняка пришел бы в восторг.
– А ребенок? Она заметила?
– Не сразу. Я ведь была в пальто. И я все думала: как навести разговор на эту тему?
– О'кей. Значит, вы отправились в паб. Что потом?
Жанна улыбнулась:
– Я заказала ей «Гиннес».
– Надеюсь, ты-то не пила спиртное?
– Только апельсиновый сок. Вот тут у меня и вырвалось: «Я взяла сок, потому что беременна».
Теперь этот кисловатый напиток с легким металлическим привкусом всегда будет напоминать ей о длинных косых лучах бледного ноябрьского солнца, падавших на стойку бара, и разговоре с матерью, полном долгих мучительных пауз.
– И что же она ответила?
– Она сказала: «Правильно, во время беременности надо быть очень осторожной». Как будто я – одна из ее пациенток.
– Какой ужас!
– Нет. – Жанна покачала головой. – Мне понравилось. Она была… заинтересована, даже обрадована. Мне всегда хотелось заслужить ее похвалу. Пожалуй, я добилась этого – впервые в жизни.
– Ты спросила ее о своем отце? Были они женаты или нет?
– Нет, я и словом об этом не обмолвилась. – Жанна улыбнулась. – И знаешь? Я вдруг кое-что поняла, это было как откровение. Моя мать очень честолюбива. Все просто. Ее всегда интересовала только работа.
– Но ты должна была спросить.
– Я так и сделала, чуть позже. Я спросила, каким человеком был мой отец, что он представлял собой как врач. Сказала, что мне это нужно – для ребенка. Мама все поняла. – Жанна снова замолчала. Ей до сих пор казалось, будто она что-то не расслышала или перепутала. – А потом случилась невероятная вещь: мама призналась, что никогда не видела моего отца. Дескать, ей очень жаль, но она ничем не может помочь.
– Никогда не видела? – Джули удивленно заморгала. – Не понимаю.
– Я тоже была поражена и сказала ей об этом. И тогда… она так странно на меня посмотрела, будто ей надоело вечно что-то скрывать и просчитывать, и ответила: «Ты мне не родная. Я удочерила тебя». Она работала акушеркой в большой клинике. У одной из пациенток принимали роды под анестезией. Потом ее отправили в палату, но поздно ночью она вошла в состояние комы. Началось сильное кровотечение. Никто не понимал, в чем дело. Наконец выяснилось, что была допущена ужасная ошибка: врачи не заметили второго ребенка, близнеца. Но было уже поздно.
– Кошмар!
– Вот именно. Конечно, они извлекли младенца и попытались спасти жизнь этой женщине, но ничего не вышло. Она потеряла слишком много крови и через час умерла. В общем, врачи были не очень виноваты. Такое случается и в наши дни. Но дело осложнялось тем, что несчастная женщина оказалась женой какой-то важной персоны, а перед врачом-консультантом, который за все отвечал, открывалась блестящая карьера…
– И они замяли эту историю!
– Да, к сожалению. Никто и подумать не мог, что второй ребенок долго протянет. Врачи решили, что после такой родовой травмы чем быстрее он умрет, тем лучше. И зачем тогда показывать его безутешному отцу? А потом, когда стало ясно, что ребенок выживет, уже ничего нельзя было изменить. Не мог же он появиться невесть откуда, как кролик из шляпы фокусника! Вот почему мать взяла меня к себе.
– Но если уж она так радела о своей карьере, зачем было обременять себя ребенком? – озадаченно спросила Джули.
Жанна слегка улыбнулась.
– Мама была влюблена. В того самого консультанта. Она чуть ли не боготворила его, верила, что ему суждено стать великим врачом. И вот его блестящая карьера могла быть сломана из-за нелепой ошибки. Поэтому мать сказала, что заберет ребенка, пока никто не пронюхал об этой истории. Ее возлюбленный очень обрадовался и посоветовал скрыться по крайней мере на полгода, чтобы отвести подозрения. Это, мол, нужно ради ее же блага, а потом они заживут по-прежнему… Лишь через некоторое время, когда мать заглянула в инкубатор проведать меня, до нее дошло, что он имел в виду. Тот врач хотел, чтобы она потихоньку избавилась от ребенка. Мать пережила ужасное потрясение. Не только потому, что человек, которого она любит, мог такое придумать, – она знала: подобные вещи случаются гораздо чаще, чем кажется. Дело было в другом: несмотря на их близкие отношения, он совершенно не понимал ее.
Жанна немного помолчала.
– Видишь ли, моя мать – человек с большими амбициями, но очень честный. Что бы ей ни сулили, она не стала бы поступаться врачебной этикой. В тот же день она увезла меня в Восточную Англию и никогда больше не виделась со своим возлюбленным.
– Но… – От нетерпения Джули была готова вскочить со стула. – Надо же узнать, где работал этот консультант, выследить его. Может, ты сумеешь найти своего отца!
– Увы, нет. Врач умер в прошлом году. Иначе мать ничего бы мне не сказала, даже сейчас. Она очень щепетильна.
«И я благодарна ей, – подумала Жанна. – Из-за меня она лишилась почти всего: работы, любимого человека, свободы. Неудивительно, что я вызывала у нее такую неприязнь. Но она осталась верна своему решению».
Жанна поставила на столик остывшую кружку и потянулась, расправляя затекшие мускулы. В ушах до сих пор звучал голос матери, сказавшей на прощание:
– Знаешь, теперь ты нравишься мне гораздо больше. Я понимаю, что была не слишком хорошей матерью. Я мучилась оттого, что не могу любить тебя так, как положено любить ребенка. Но сейчас я спокойна… у тебя же все в порядке, верно? Я вижу, что у тебя все хорошо.
Это был не вопрос, а констатация факта. Впервые за долгие годы Жанна и сама это чувствовала. Да, жизнь складывается не идеально, и удивляться тут нечему. Но, как и ее мать, она сумеет нести свой крест.
Жанна зажмурилась. На душе у нее было так легко, словно она только что завязала свое прошлое в узелок и выбросила за борт. Вот он подпрыгивает на волнах – совсем крошечный по сравнению с высоким небом и бескрайним морем.
– Это многое объясняет, – пробормотала она, протягивая руки к огню. – Я часто вижу один сон, он возвращается ко мне снова и снова. Будто я сижу где-то в тепле и безопасности, и мне несказанно хорошо, а потом вокруг меня смыкаются стены. Я начинаю задыхаться и чувствую ужасную боль в спине, как будто меня разрывают надвое. Я пытаюсь кричать, но не могу издать ни звука. Боль терзает меня до тех пор, пока сердце не перестает биться. Я знаю, что вот-вот умру, и тут сон кончается. А потом я просыпаюсь, и мне так одиноко… еще хуже, чем во сне. Как будто я забыла нечто важное и за это должна страдать до конца своей жизни. Или как если бы мое появление на свет было преступлением. – Жанна нахмурилась. – В сущности, так оно и есть. Наверное, я уже в детстве подсознательно понимала, что виновата в смерти моей настоящей матери. А может, и моего близнеца.
Она вспомнила рассказ Диона о крысятах, которые никогда не забывают друг друга. Очевидно, и с ней произошло то же самое. Жанну всегда преследовало ощущение какой-то неполноты, разделенности. Всю жизнь ее мучило смутное воспоминание об утраченной близости с другим существом, делившим с ней теплое материнское лоно. Говорят, близнецы прекрасно чувствуют друг друга, даже слышат биение сердец. Газеты писали, что одна пара родилась, держась за руки.
– А теперь?
– Теперь… – Жанна задумалась. Она по-прежнему чувствовала себя одинокой, но ей хотя бы стало понятно почему. Значит, кошмарные сны исчезнут. – Теперь я – другой человек. Даже день моего рождения изменился. Когда мама забрала меня из больницы, я была такой крошечной, что она всегда давала мне на полгода меньше. Это помогло ей запутать следы. – Жанна с улыбкой повернулась к Джули. – Так что на самом деле я на шесть месяцев старше и очень хорошо это ощущаю, уж ты мне поверь.
Джули молча загибала пальцы.
– Шесть месяцев… значит, ты родилась в июне или в июле. Но когда именно?
– Она не сказала. Мало ли что. Тот врач умер, но его жена жива, а может, и мой близнец – тоже. Если правда откроется, многие пострадают.
– А в какой больнице это произошло, ты знаешь?
– О да. Ведь мама там работала. Этого не скроешь. Странно, именно в ней я и лежала до того, как встретилась с тобой. Мама сама отправила меня туда. Смелый поступок.
– Постой. – Джули побледнела. – Не смейся, Жанна, но… какая у тебя группа крови? Ты знаешь?
– Еще бы, – с чувством ответила та. – Я столько раз сдавала анализы! АБ. Очень редкая группа. Но не волнуйся, совместимость у меня универсальная. Если во время родов понадобится сделать переливание, мне подойдет любая кровь.
– Знаю.
– Вот как? – удивилась Жанна. Джули обычно не интересовалась такими вещами.
– У меня тоже АБ. Я выяснила это, когда проходила обследование в Нью-Йорке. И еще одно. Тебе известно, где я родилась?
– В Нью-Йорке, разве нет? Когда твой отец работал в посольстве?
Джули покачала головой:
– За две недели до родов он отправил мою мать в Англию, чтобы «сын» имел британское подданство. Моя мама умерла в больнице в тот же день, когда я появилась на свет.
Они долго смотрели друг на друга. Огонь в камине погас, но Жанна не чувствовала холода.
– Ты имеешь в виду… – начала она. Джули кивнула. Сейчас ее глаза казались особенно большими и блестящими.
– Очевидно, да. Я родилась в большой клинике, которая находится недалеко отсюда, в палате для особо важных персон.
Они боялись поверить. Глаза. Волосы. Кожа. Мимика, манеры, жесты – необъяснимое сходство ощущалось во всем.
– Мы разные, – осторожно заметила Жанна. Из полумрака раздался голос Джули:
– Но очень похожи. Особенно сейчас.
«И как я раньше не заметила, что наши голоса почти идентичны по тону и тембру?» – подумала Жанна.
– Ты права.
– Мы всегда…
– Думаем одно и то же.
– Нам нравятся…
– Одни и те же люди и вещи.
Дин, Дион, Грей… Эти непроизнесенные имена витали в воздухе.
– О, дорогая! – воскликнула Джули с ужасом и изумлением. – Это же все меняет.
– Только к лучшему. – Сегодняшний день преподнес столько сюрпризов, что Жанна уже ничему не удивлялась. «У меня есть сестра, – подумала она, сияя от гордости. – Прекрасная сестра».
– Вот видишь, ты получила повышение. Из крестной матери превратилась в тетушку.
– При чем тут это! Я и так очень люблю тебя и ребенка. Сильнее некуда.
– Тогда что же тебя беспокоит?
– Неужели ты не понимаешь? – Джули озабоченно нахмурилась. – Если мы правы, значит, ты не Жанна Браун, а Жанна ле Франсэз Дин.
– Стало быть, так. – Мечты исполнились. Полгода назад она отдала бы за это все что угодно. Но теперь подобная перспектива потеряла былую привлекательность. – А какая разница?
Глянув на Джули, она поежилась. Казалось, в их уютную гостиную ворвался холодный ноябрьский ветер.
Джули, видимо, почувствовала то же самое. Она как будто враз постарела.
– Грей, – глухо отозвалась она. – Теперь тебе придется все сказать Грею.
– Нет! – вырвалось у Жанны. Но она знала, что Джули права. Все изменилось. Она родилась заново, не важно, нравится ей это или нет. Ребенок принадлежит семье ле Франсэз и по отцу, и по матери. Значит, выбора у нее нет.
– О, Джули! – На глазах у Жанны выступили слезы. – Я хотела, чтобы мы были вместе. Ты, я и № 3.
– Знаю. – Джули протянула ей руку. – Я уже жалею, что ты мне рассказала. Жалею… – У нее сорвался голос.
Джули поворошила уголья кочергой, но огонь уже угас, и только удушливый дым, извиваясь кольцами, исчезал в трубе. А с ним уходили в небытие их надежды на будущее.
– Я не смогу сказать об этом Грею, – прошептала Жанна. – А ты?
Джули не колебалась ни минуты. Как бы там ни было, благополучие семьи всегда должно стоять на первом месте.
– Я поговорю с ним. – Она тяжело вздохнула. – А потом улечу в Нью-Йорк. – Жанна вздрогнула, но Джули твердо стояла на своем. – Вам с Греем надо многое обсудить. Я буду вам только мешать. К тому же… – Голос Джули зазвенел и сорвался. – Я просто не вынесу этого, понимаешь?
Жанна кивнула, ошеломленная тем, как в одночасье рухнули все их планы.
– Ты вернешься, когда родится ребенок?
– Конечно. Позвони, и я прыгну в первый же самолет. – Джули улыбнулась. – Может, даже прихвачу для тебя что-нибудь сладенькое.
– Обещаешь?
– Да.
Обе замолчали, старательно отводя друг от друга глаза.
– Грей захочет жениться на тебе, – вдруг отрезала Джули.
– Почему ты так уверена?
– А что тут сомневаться? – Джули пожала плечами. – Мы с ним похожи. Семья для нас – святыня.
– Ясно.
Замужество… Это слово вдруг показалось Жанне чужим, холодным и непонятным. Она совершенно не могла представить себя женой Грея. Какая нелепость! Но если он попросит ее руки, имеет ли она право отказаться?
И Жанна с мучительной остротой поняла, что теряет вместе со своим прошлым, и только сейчас осмелилась признаться себе, что где-то в самых потаенных глубинах ее души теплилась слабая надежда. Надежда на то, что весной, когда воздух станет прозрачным и трава пробьется между булыжниками и воробьи будут драться на крышах, она откроет дверь и увидит синеглазого, черноволосого Диона, дороже которого нет никого на свете. И он улыбнется ей, как в их первую встречу.
А что теперь? Если они и встретятся, Жанна уже будет женой Грея, матерью его ребенка. И даже Дион – мастер пренебрегать условностями – не сумеет отмахнуться от этого факта.
Джули как будто прочитала ее мысли.
– Как быть с Дионом? Он говорил, что скоро вернется в Лондон.
– Вернется? – ужаснулась Жанна. – Нет!
– Возможно, придется. У него деньги на исходе.
– Ты должна остановить его!
При мысли о том, что Дион увидит ее, беременную ребенком Грея, Жанне стало уж совсем плохо. Нельзя ему возвращаться. Она не вынесет этого сейчас. Потом, со временем, все встанет на свои места, но пока Диону лучше оставаться в Нью-Йорке.
– Но как? – Джули робко улыбнулась. – Он свободный человек.
– Погоди-ка. – Испуг подстегнул ее воображение. – Скажи, что ты собираешься делать в Нью-Йорке?
– Я еще не думала, – растерянно ответила Джули. – Как обычно, поработаю фотомоделью, снимусь в фильме. Если получу роль. Я ведь не слишком хорошая актриса.
– Возможно. – Жанна подалась к ней, стиснув руки, чтобы унять дрожь. – Но тебе удается другое. Общение с людьми. Это тоже талант.
– И что же?..
– Ты… – Несколько секунд Жанна собиралась с духом. Джули откажет, если догадается, в чем дело. – Ты можешь помочь мне. Найди Диона, возьми его под свою опеку и обеспечь ему успех. Большой успех. Такой большой, что он и думать забудет о возвращении сюда. Ты справишься – лучше, чем кто бы то ни было. У тебя есть связи. Нужен только капитал – я дам деньги. Поверь, результат окупит каждый потраченный пенни.
– Но… – с сомнением начала Джули, хотя было ясно, что она заинтересована. – Не покажется ли все это Диону несколько странным… учитывая теперешние обстоятельства?
Жанна отвела глаза.
– А зачем ему знать? Если он спросит, скажешь, что у него появилась богатая меценатка, пожелавшая остаться неизвестной. Какая-нибудь пожилая вдова, которая увлекается живописью и может позволить себе транжирить деньги.
Джули была озадачена.
– Но ты ведь никогда не видела его картин?
– Это правда, – с грустью согласилась Жанна.
Еще один повод для сожалений. Сколько упущенных возможностей… Но что толку теперь горевать? Картины Диона удастся посмотреть не скоро – может, лет через десять, на какой-нибудь ретроспективной выставке. Если, конечно, он не будет выставляться постоянно.
– Но ты-то знаешь его работы. Он хороший художник?
– Понятия не имею. – Джули виновато улыбнулась. – Я была без линз. Да и какая разница?
– Вот именно. Значит, ты сделаешь это, Джули? Ради меня?
– Я попытаюсь. – Она покачала головой. – Но… нет, не понимаю. Зачем?
Жанна пожала плечами с притворным безразличием:
– Не хочу, чтобы он был здесь, вот и все. Тут Грей, ребенок… Дион будет только мешать.
Путь к отступлению отрезан. Как больно… Теперь Джули станет его ангелом-хранителем, музой и проводником. Но в глубине души Жанна была уверена, что Дион одобрил бы ее. Это ведь своего рода рулетка – наилучший способ использовать деньги, которые ей не нужны. Возможно, судьба дает ей последний шанс. В Дине она будет жить, как в позолоченной клетке, – спокойно, без забот и потрясений. Никаких внезапных поездок на скачки, никаких ставок на «темных лошадок». Но сейчас она еще может рискнуть.
– Есть только одно условие. – Приняв решение, Жанна вдруг почувствовала ужасную усталость. Спину ломило, глаза воспалились. Она прекрасно сознавала, что делает. Это прощание. Дион и Джули теперь будут вместе. Но ей надо выжить, несмотря ни на что. Ради ребенка.
– Да? – Глаза Джули вновь засияли. Она уже загорелась новой идеей.
По сравнению с ней Жанна ощущала себя столетней старухой.
– Скажи ему, что я скоро выйду замуж. Что я счастлива. Но, пожалуйста, не говори о моей беременности.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шелк - Николсон Кэтрин



Великолепно! Читайте! Проникновенный, нежный, добрый, ироничный, умный роман.Очень трогательный!
Шелк - Николсон КэтринТатьяна
1.05.2013, 14.12





Понравился роман. У автора со слогом и юмором все в порядке. "Что нашла в ней Джули? Впрочем… говорят ведь, что породистые лошади не могут жить в конюшне без козлов, крыс, одноглазых кошек и других не менее странных тварей. Они даже отказываются есть и спать, если рядом нет их приятелей…"
Шелк - Николсон КэтринЮля
5.08.2014, 13.11





Странно,что люди, прочитавшие и давшие отзывы на "Лунные грезы",не прочли или им не понравился "Шелк" Жаль,но не нашла книг этого автора в других библиотеках.
Шелк - Николсон КэтринТесса
27.09.2015, 12.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100