Читать онлайн Шелк, автора - Николсон Кэтрин, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шелк - Николсон Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.35 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шелк - Николсон Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шелк - Николсон Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Николсон Кэтрин

Шелк

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Увидев, как на горизонте сгущается тьма, Жанна решила, что это привидения спустились с холмов и забрали пони, оставив их с Дионом без средства передвижения. Она заставила себя прогнать эту нелепую мысль. Нет, просто кельтские сумерки действуют ей на нервы. Но пони не мог убежать далеко. Он где-нибудь на берегу. И Жанна поспешно пошла по траве, минуя заросли колючего кустарника, – туда, где перешептывались набегающие друг на друга волны.
– На твоем месте я не тратил бы зря силы, – обронил Дион. – Это животное уже на полпути домой.
– Откуда такая уверенность?
Дион поддел ногой камень, прижимавший поводья пони.
– Видишь, вот следы подковы. Он сделал это сам, намеренно. Наверное, хорошо надрессирован. Старая цыганская хитрость: продают лошадь утром, а уже в полдень получают ее обратно.
– Но если ты знал… – Жанна с трудом сдерживала раздражение. – Господи, зачем же ты нанял этого пони у цыган?
– Позабыл, наверное. – Дион обезоруживающе улыбнулся. – Из-за скачек и нашей Дженьюри Герл…
«Ох уж эти скачки! – в отчаянии подумала Жанна. – Я с самого начала чувствовала, что все пойдет не так. И вот, пожалуйста. Надо сейчас же возвращаться в Лондон».
– Не волнуйся. – В полумраке блеснули белые зубы Диона. – Ночь выдалась великолепная. Давай наслаждаться ею, не упуская ни минуты.
– Ты не понимаешь, – сказала Жанна, начав осознавать размеры постигшего ее несчастья. – Мне нужно вернуться домой сегодня. Обязательно. Завтра я должна ехать в Дин. Съемки начнутся в понедельник в шесть утра!
– В понедельник? У тебя в запасе целый день, даже больше, – беззаботно заявил Дион. – Не волнуйся, я доставлю тебя в Дин вовремя. Вот увидишь.
Жанна скрипнула зубами, взбешенная его легкомыслием. Да разве для Диона существует понятие «вовремя»? Он всегда опаздывает или не является вообще. Делами-то занимается она. Составляет списки, отвечает на телефонные звонки, следит за тем, чтобы счета были оплачены в срок. Конечно, на Грея ему наплевать, но как же быть с домом? Если в понедельник утром она не появится на съемках, Фернан наверняка откажется платить за крышу. И что в таком случае ждет их обоих?
А заверения Диона насчет того, что она якобы успеет вернуться, объясняются одним: он просто забыл, что завтра уже воскресенье. Хорошо, если удастся сесть на самолет, но ведь сначала надо добраться до аэропорта. А поблизости нет ни жилья, ни машин, не говоря уже о телефонах и автобусных остановках. Она оказалась на краю света.
И что толку жаловаться Диону? Он пожмет плечами, улыбнется и, как всегда, скажет, что все в руках Божьих. В полном отчаянии она смотрела на своего спутника. А тот подхватил попону, упавшую с пони, с нарочитой тщательностью встряхнул и накинул Жанне на плечи.
– Забирайся. – Дион указал на тележку.
Жанна метнула на него испепеляющий, полный презрения взгляд. Во всяком случае, ей хотелось, чтобы он был таковым.
– Зачем?
– Устройся поудобнее и подожди. У меня есть дела, – сказал Дион мягким успокаивающим тоном, как будто разговаривал со взбалмошной старой девой.
«У меня тоже полно дел. – Жанна была вне себя от злости. – Я хочу сегодня же вернуться домой и отдохнуть перед поездкой в Дин. Какое впечатление я произведу на Грея после двух бессонных ночей? У меня не хватит времени принять ванну, выгладить платье и сделать множество других вещей, о которых говорила Лиана. Это ужасно. Я так старалась, все заранее распланировала. Неужели из-за Диона мои усилия пропадут даром?»
Но изменить что-либо было невозможно. Она сидела, уставившись на море. Начинался прилив. Волны лизали песок, белый, как снег, и такой же холодный. Поплотнее завернувшись в попону, она напряженно вслушивалась в тишину, надеясь уловить звук мотора. Напрасно – только шуршание травы и гул моря. Жанна посмотрела на часы. Маленький светящийся циферблат казался ей последним оплотом цивилизации. Девять часов. Пора принимать таблетку. С трудом протолкнув ее в горло, Жанна чуть не поперхнулась. Совершенно нелепая ситуация! Небо и море наверняка смеются над ней – жалким созданием с безумными планами и наивными мерами предосторожности. И винить тут некого. Не надо было связываться с Дионом. Она сама напросилась на неприятности…
А главная неприятность была уже тут как тут – синеглазая и черноволосая. Невесть откуда появившийся Дион подхватил Жанну под локоток. Путаясь сапогами в попоне, она неуклюже слезла со своего деревянного трона. Возбуждение прошло, осталось лишь ощущение холода, голода и бесконечной усталости. При мысли о том, что им предстоит еще много часов провести в темноте, стало и вовсе невмоготу.
Прихрамывая, Жанна поплелась по тропинке к домику. Широко распахнутая дверь словно приглашала войти. Издевательство, да и только! Она чуть не плакала. Жанне хотелось домой, в свой №3. Перенестись бы туда по мановению волшебной палочки и оказаться возле камина, где весело потрескивает огонь, с чашкой горячего чая в руке, а потом принять ванну…
– Добро пожаловать, – с улыбкой пригласил Дион. – Пони удрал, но у нас есть крыша над головой.
И не только крыша! В углу горел небольшой костер, укрытый от ветра пологом из старых мешков, прижатых камнями, еще две груды мешков заменяли стулья. Рядом с костром лежали картофелины с налипшей на них землей, тут же на полу стояли две банки с водой и еще одна – с какими-то желтенькими цветочками.
– Дион… – Не находя слов, Жанна украдкой смахнула слезы кончиком попоны. Дом преобразился. Огонь бросал яркие отсветы на ветхие стены, от углей поднимался прозрачный голубой дымок. Она стояла, очарованная древней магией огня, послушного человеку.
– Садись и грейся.
Жанна осторожно опустилась на самодельное сиденье. Оно оказалось на редкость удобным. Девушка протянула руки к радостно потрескивающему огню. Дион порылся в угольях, извлек пять маленьких картофелин и протянул ей три, аккуратно завернув их в свой носовой платок.
– На завтрак я поймаю тебе рыбу, – заявил он с ослепительной улыбкой.
Картофелины были очень горячие, но Жанна не могла ждать, пока они остынут. Ароматная, пахнущая углями и землей мякоть согрела ее изнутри. Как важны иногда такие вот маленькие радости! Жанна почувствовала себя гораздо лучше, и ей сразу стало стыдно за недавнюю сцену. Дион вел себя куда достойнее.
– Ну. – Она отряхнула с рук золу, сбросила картофельную шелуху с носового платка и вернула его Диону. – Это потрясающий эксперимент. – И стыдливо покраснела, вспомнив о том, какой эксперимент был задуман ею в Лондоне. Что ж, к счастью, по крайней мере эта проблема снята с повестки дня.
– Ноги замерзли? – участливо спросил Дион, как будто читая ее мысли.
– Немножко. – Она потупилась. – Эти сапоги… Наверное, я похожа в них на царевну-лягушку.
Но в душе она радовалась тому, что сидит, завернувшись в попону, обутая в грубые сапоги. Менее романтичной обстановки невозможно и придумать.
Дион рассмеялся и сунул руку в глубокий карман.
– Вот… я прихватил на всякий случай. – Он торжественно продемонстрировал толстые шерстяные носки. – Ирландцы всегда носят с собой лишнюю пару.
Жанна и опомниться не успела, как Дион стащил с нее сапоги.
– Сначала надо согреть ступни, – скомандовал он тоном бывалого путешественника.
Жанна вытянула ноги поближе к огню и пошевелила пальцами. Это далось нелегко: они превратились в ледышки. А на колготках – о ужас! – появилась дыра. Жаль, что она не догадалась прихватить с собой лишнюю пару.
Тем временем Дион надел носки на две палочки и осторожно поднес их к огню, потом снял один, прижал к щеке и, удовлетворенно кивнув, ловко натянул Жанне на ногу.
– Ну как?
– Прекрасно. – Жанна зажмурилась от удовольствия. Ее закоченевшие ноги, казалось, погрузились в раскаленный тропическим солнцем песок.
Дион закопал в угли оставшиеся картофелины.
– Мы съедим их на завтрак. Вместе с рыбой, которую я поймаю. – Заметив выражение ее лица, он рассмеялся. – Незачем себя обманывать. Ты проснешься голодной. Ну-с. – Дион вытер руки и откинулся на мешках. – Печеная картошка, костер и хорошая беседа – что еще нужно человеку?
Жанна вздохнула. Если бы все в жизни было так просто!
– У вас проблемы, мисс Браун?
– Пожалуйста, не называй меня так. Дженьюри – плохое имя, а Браун еще хуже.
Может, это и хорошо, что Дион над ней подшучивает, но кто-то же должен оставаться серьезным.
– Ну, не знаю. – Его глаза лукаво блеснули. – А если бы твоя фамилия была Гейл или Сейл…
– Не смейся надо мной, – сказала Жанна и невольно улыбнулась. – Даже моя мать не позволяла себе этого. – Она тут же пожалела о своих словах и умолкла, испытывая неловкость под пристальным взглядом Диона. В мерцающем свете пламени невозможно было понять выражение его глаз.
– Она очень ненавидит тебя?
– Разумеется, нет, – резко ответила Жанна и с ужасом почувствовала, как на глаза у нее снова наворачиваются слезы. Теперь она поняла, почему чуть не расплакалась там, на тропинке. Ведь такое бывало уже много раз: дорога, ведущая в никуда, открытая дверь, за которой ничего нет. А может, она просто устала, и дым попал в глаза. – Она… – Жанна сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. – По-моему, она не хотела, чтобы я появилась на свет. Я всегда это чувствовала. Она так терла меня мочалкой, – из ее груди неожиданно вырвался странный звук: не то сдавленный смешок, не то всхлипывание, – будто надеялась, что я растворюсь и исчезну.
– О, Дженьюри. – Голос Диона вдруг стал глухим и нежным, как рокот волн. – Как печальна жизнь! Бедная твоя мать! Сколько она потеряла из-за того, что не любила тебя.
Жанна опешила. Такая мысль никогда не приходила ей в голову. Неужели ее мать тоже идет по дороге, ведущей в никуда? Она недоверчиво глянула на Диона. У него прямо-таки дар все ставить с ног на голову. Как будто мир от этого покажется лучше и разумнее!
– А твоя мать? – Она вдруг сообразила, что почти ничего не знает о семье Диона. – Какая она была? Тот пожал плечами:
– Не знаю. Она родила меня чуть ли не в пятьдесят и умерла через пять дней. Меня выкормила сестра… вместе со своим первенцем.
– Это смахивает на кровосмешение…
Дион улыбнулся:
– Наверное, ты права. Сестра была мне матерью, а племянница – сестрой… Я вырос, считая всех женщин родными! Но сестра не ошиблась. Меня принимали за ее ребенка, и это хорошо: ведь мамин муж умер за десять лет до того, как я появился на свет.
Жанна вытаращила глаза.
– Так кто же был твоим настоящим отцом?
– Наш постоялец, кто же еще? Бедному парню было всего семнадцать, и он намеревался посвятить себя церкви.
– Церкви? – пискнула Жанна. Дион улыбнулся еще шире.
– Ты шокирована? И напрасно. А мне все это даже нравится. Совсем мальчишка, он был одинок и наверняка тосковал по своей собственной матери. Полагаю, мой отец стал в результате очень даже неплохим священником.
– Значит, тебе это кажется естественным?
– Абсолютно. Все в природе вещей.
В полумраке Жанна видела, что Дион улыбнулся. Удивительно, что, несмотря на пристрастие к сладкому, у него идеальные зубы. Вдобавок он сын священника. Да, похоже, она все-таки не ошиблась насчет рогов…
– По-моему, это нехорошо, – заявила Жанна, с трудом пытаясь привести в порядок смешавшиеся мысли. – Пятьдесят лет и семнадцать… почему он не выбрал свою сверстницу?
– Два девственника. – Дион легкомысленно рассмеялся. – Это безнадежно. Из сырых веток костра не разведешь.
Он задумчиво посмотрел на Жанну. Та, почувствовав неловкость, переменила позу, от всей души проклиная сено, предательски шуршавшее, стоило ей шевельнуться.
– Ну, у тебя, наверное, с этим проблем не было.
– Да, с тех пор, как мне минуло пятнадцать.
– Ты был влюблен?
Жанна попыталась представить Диона влюбленным, но безуспешно. Зато она не сомневалась, что в пятнадцать он был почти таким же, как сейчас, только ростом поменьше. И на подбородке еще не выросла щетина.
– Конечно, – кивнул он с глубокомысленным видом. – Ведь мне было пятнадцать лет.
– А девушке? – сурово спросила Жанна. Ясное дело – тоже несовершеннолетняя!
– Я хотел жениться, но ее родители были против. – Дион философски вздохнул. – Ее отец сказал, что лучше обручиться с ветром, и, в общем, он был прав.
– Ты не из тех, кто женится?
– Ну почему же. – Глаза Диона смеялись. – Ради Бога! Если некая кинозвезда сделает мне предложение и все это будет заснято на цветную пленку, я очень серьезно подумаю об этом…
– Ты имеешь в виду меня? – Жанна немного успокоилась, видя, что разговор принял шутливый оборот. – Я вовсе не знаменитая актриса и вряд ли когда-нибудь ею стану. – Тут она вспомнила о предстоящих съемках, и лицо ее омрачилось. – В этом фильме есть одна сцена… с Иденом…
– Любовная сцена, если я не ошибаюсь?
Жанна бросила на него испытующий взгляд. Как Дион догадался? Неужели ее видно насквозь?
– Да… всякие там поцелуи. – Жанна пожала плечами, изображая полное равнодушие. – По-моему, люди придают этому слишком много значения.
Дион расхохотался:
– Тебе нужно попрактиковаться, вот и все.
– Практика здесь совершенно ни при чем, – заявила она со всем достоинством, на которое только способна женщина, вынужденная нарядиться в мужские носки. – А ты знаешь, что в некоторых странах вообще не принято целоваться?
«Это похоже на цитату из книги», – вдруг подумала Жанна и смутилась.
– Но что может быть более естественным? Целуются все: собаки на улицах, крысы в норах, даже младенцы в материнском чреве. Ты только представь. – Глаза Диона блеснули. – Говорят, будто крысята от одного помета запоминают друг друга на всю жизнь, хотя они разбегаются в разные стороны, едва успев родиться. Поцелуи остаются в памяти навеки. Когда ты пробуешь на вкус губы незнакомца, возникает столько вопросов! Кто ты? Откуда? Куда идешь? Друг ли ты мне? Да, – торжественно кивнул Дион. – Поцелуй – важное дело. Вопрос жизни и смерти.
Жанна смотрела на него с сомнением, ибо подозревала, что Дион смеется над ней. Поди ж ты, крысы, собаки…
– Спасибо. Я не раз видела, что собаки вытворяют на улицах.
– Ну вот и замечательно. – Дион пожал плечами, потом нагнулся к огню и поворошил поленья. – Какое у тебя любимое блюдо?
Неожиданная смена темы застигла Жанну врасплох. Вообще-то она не любила говорить о еде.
– Чипсы.
И мгновенно представила горячие, золотистые хрустящие кружочки.
– С уксусом?
– Да. И с майонезом.
Дион закрыл глаза, притворяясь, что вот-вот упадет в обморок.
– О, какое кощунство. Бедный картофель. Но ничего. – Убедившись, что костер разгорелся, он слегка отодвинулся от огня. – Это поможет тебе решить проблему. Перед тем как поцеловать Идена, представь, что перед тобой пакетик, до краев полный горячими, пахучими чипсами, с уксусом и огромным количеством майонеза, – Дион скрестил руки на груди и строго посмотрел на Жанну. – Ты ведь сумеешь поцеловать их, не правда ли?
– Ну, надолго меня не хватит. – Она невольно улыбнулась. – Я их съем.
– Вот именно. – Дион одобрительно кивнул. – Губы и созданы для того, чтобы пробовать на вкус и есть. Поцелуй-ка меня.
– Что? – В первый момент Жанне показалось, что она ослышалась.
– Попробуй, поцелуй меня, – повторил Дион громко и четко, как будто разговаривал с несмышленым ребенком. – Если хочешь, считай, что я – Идеи. – Он любезно улыбнулся. – Или Грей. Порог твоего дома, твоя любимая тетушка – да кто угодно. Давай. Обещаю – кусаться не буду. Более того, я даже не пошевелюсь.
Жанна уставилась на него в полной прострации. Что сказать? Как реагировать? Она онемела от ужаса: случилось то, о чем она мечтала, и для этого не потребовалось никаких ухищрений и заранее заготовленных монологов.
– И помни, – успокоил ее Дион, – чем ближе ты подходишь к мужчине, тем меньше оснований для волнения. Это как в боксе: стоит прорвать оборону противника, и ты в безопасности.
В безопасности? Ну, разумеется. Вызов Диона пробудил в Жанне какое-то странное волнение. Сердце бешено колотилось, но не от страха, а от удивления. В устах Диона все звучало так естественно, что отказаться было бы просто невежливо. Она колебалась, прикидывая разделявшее их расстояние. Достаточно протянуть руку и…
– Не забудь: сперва надо принюхаться, – напомнил Дион. – А потом можешь и не целоваться, если не понравится.
Жанна невольно улыбнулась: бойскаут предлагает старушке перевести ее через дорогу. Она осторожно приблизилась к Диону, думая, что никогда бы не решилась, если б не усталость и горьковатый дым костра, застилавший глаза. Впрочем, это ведь ради дела. Обычная формальность, одно из тех препятствий, которое нужно преодолеть, – и идти дальше, не оглядываясь назад.
Еще не коснувшись Диона, Жанна почувствовала жар его тела и осторожно втянула в себя воздух. От него пахло травой, яблоками и свежевскопанной землей. Приятный запах, ничего не скажешь. Их губы слились. Дион, оставшись верным своему обещанию, не шевелился. Правда, его теплый рот чуть дрогнул от еле сдерживаемого смеха.
– Ну как? – Жанна отодвинулась и с тревогой посмотрела на него. Дион склонил голову набок и, поразмыслив немного, объявил:
– Несколько… официально. Но для первого раза сойдет. А теперь я тебя поцелую.
И не успела Жанна увернуться, как он целомудренно чмокнул ее в шейку.
– О, – вздохнула Жанна с облегчением. И все же в ее душу закралась тревога. Конечно, она вовсе не собиралась разжигать в нем страсть, но должна же у него быть хоть какая-то реакция! Иначе что это за обучение?
– Очень хорошо, – наставительно сказал Дион. – А теперь я поцелую тебя по-настоящему, как любовник. Готова?
Жанна грустно кивнула. Вряд ли у нее получится.
– Пока возможно, я буду давать указания, чтобы ты поняла, как это происходит. Сначала надо сделать паузу, прямо в середине предложения…
Жанна смотрела на него, словно зачарованная. Дион подошел совсем близко, можно было разглядеть каждую ресничку. В его синих глазах полыхала страсть.
– Все, больше я не могу себя контролировать.
Она вздрогнула. Вообще-то Дион производил впечатление человека, способного контролировать даже тембр голоса. Но долго раздумывать он ей не позволил. Жанна послушно закрыла глаза и снова ощутила прикосновение его губ. Только теперь они были такими мягкими и податливыми, что у нее пресеклось дыхание. Она растворялась, таяла под их яростным напором, позабыв обо всем, чувствуя, как рушатся разделяющие их барьеры.
Когда Дион наконец отстранился, Жанне показалось, что она больше не принадлежит себе. Они молча смотрели друг на друга, тяжело и прерывисто дыша. Тишину нарушил голос Диона, повторившего ее вопрос:
– Ну как?
– Очень… э-э… – Неимоверным усилием воли Жанна возвращалась к действительности. – Чересчур… интимно. Думаю, мне не стоит так целовать Идена.
– Возможно. – Дион бросил на нее испытующий взгляд. – Это зависит от того, что должно произойти дальше.
– Дальше? – У Жанны екнуло сердце.
– В той сцене. Из-за которой ты так волнуешься, – терпеливо пояснил Дион.
Жанна покраснела. Теперь ее сердце забилось гулко и часто.
– Да, конечно. – Она изо всех сил старалась сконцентрироваться и вспомнить сценарий, но тщетно. Это усталость. Совсем отшибло память.
– Ну? Так что же происходит потом?
– Мы… э-э… – Жанна сделала неопределенный жест. – Занимаемся любовью.
В этом-то она не сомневалась. Ведь главной пружиной сюжета было то, что Дженни, забеременев, заставляет Идена жениться на ней.
– Вот и прекрасно. – Дион быстро скинул ботинки, даже не потрудившись развязать шнурки, и начал расстегивать ремень.
Жанна уставилась на него, онемев от ужаса.
– Что ты делаешь?
– Раздеваюсь, – улыбнулся Дион. – Уверяю тебя, так принято. Сейчас я помогу тебе.
– Подожди! – Дион тем временем уже расстегивал рубашку. – Пожалуйста, не надо! – Ее лицо стало пунцовым. – В этом нет никакой необходимости. Честное слово.
– Не правда. – В глазах Диона вспыхнули веселые огоньки. – Тебе нужна практика. И лучше заняться этим здесь, чем на съемочной площадке, там наверняка будет сквозняк.
Еще мгновение, и он разделся догола. Жанна отвернулась. Очертания его тела маячили в полумраке, напоминая черно-белый графический рисунок.
– Дион. Это совершенно неприлично. Пожалуйста, оденься. Господи, сюда могут войти в любую минуту!
Она понимала, что похожа на школьную училку, делающую выговор непослушному ученику, но иного выхода не было.
– И что с того? А как же на съемках? Тебе придется привыкать.
– Это другое дело.
– Почему же? – беззаботно спросил Дион и, наклонившись, подбросил хвороста в огонь.
– Потому что… – Совершенно сбитая с толку, Жанна умолкла. А на языке вертелось: «Потому что это происходит на самом деле; потому что это мы». Но как объяснить ему столь очевидные вещи?
Вот если бы у нее голова работала получше…
– Какая у тебя первая реплика?
Дион стоял совершенно спокойно. Волосы, как всегда, взъерошены, глаза смеялись. И Жанне почему-то показалось, будто не он, а она осталась нагишом.
– У меня роль без слов. – Жанна с усилием оторвала взгляд от его сосков, маленьких и удивительно розовых среди черных шелковистых волос.
– Тем лучше, – улыбнулся Дион. – Давай импровизировать. – Он сделал небольшую паузу, погрузившись в глубокое раздумье. – Как насчет: «Ты самая красивая женщина на свете»?
Его голос упал на целую октаву. Жанну охватил трепет.
– Тебе бы в кино сниматься.
– Переиграл? – поинтересовался Дион с озабоченным видом. – Ладно, попробуем иначе. – И проговорил спокойно, чуть ли не буднично:
– Я люблю тебя.
У Жанны на глаза навернулись слезы.
– Что случилось?
Какая глупость! Она шмыгнула носом. Это все от морского воздуха.
– Мне еще никто не говорил такое…
– Я люблю тебя. Люблю тебя. Я тебя люблю. Три раза повторил – чтобы и дураку стало ясно.
Жанна скривила рот, как обиженный ребенок.
– В чем дело, Дженьюри? – Дион не сводил с нее задумчивого взгляда. – Это всего лишь слова. Я люблю тебя, Дженьюри.
– Прекрати.
Он пожал плечами:
– Если тебе не нравится эта реплика, подскажи другую.
Оба замолчали. Господи, был бы здесь Фернан! Но никаких указаний – только тишина и потрескивание огня.
– Ты должна прикоснуться ко мне, – вдруг заявил Дион спокойным, увещевающим тоном. – Обещаю, я и пальцем не шевельну.
Как во сне, не зная, что делать, и не в силах дольше выносить это молчание, Жанна протянула руку и дотронулась до его щеки. Она была теплая и немного колючая. Дион слегка приоткрыл губы. Боясь того, что он может сейчас сказать, Жанна инстинктивно закрыла его рот ладонью. Дион опустил веки, лицо его как-то совсем по-детски просияло от радости и надежды, и Жанна почувствовала, как твердый холодный комочек, засевший внутри, вдруг растаял. Она опустила руку, Дион открыл глаза, подернутые дымкой желания.
– Во имя всего святого, женщина, – произнес он тихо и мягко. – Когда же ты наконец снимешь с себя одежду?
Жанна смотрела на него испытующим взглядом. Чего, в сущности, она боится? Он ведь не людоед. Это Дион, ее квартиросъемщик, хорошо знакомый человек, который способен завязать узлом медную трубу и бесшумно пройти сквозь стену.
– Ты думаешь, я должна раздеться?
– Да. – Его взгляд был очень серьезен. – Так будет честнее.
Раньше Жанне почему-то казалось, что на ее синем шелковом платье гораздо меньше пуговиц. Пальцы вдруг сделались неуклюжими. Оставшись в одной комбинации, она помедлила.
– Сними все.
Почти как на съемках! Только мегафона не хватает. Жанна покорно стянула с плеч бретельки, и комбинация соскользнула к ее ногам. Прохладный воздух коснулся обнаженной кожи.
– Вот так! – В голосе Диона звучало удовлетворение. – Наконец-то, Дженьюри, единственная моя.
Жанна покачнулась. Ей хотелось зажмурить глаза, да смелости не хватало. Она боялась, что Дион набросится на нее и крепко, до боли сожмет в объятиях. Но ничего подобного не произошло. Дион улыбался. В этой улыбке не было ни тени похоти, или торжества, или насмешки – только дружеское понимание и одобрение. И вдруг откуда-то, точно по волшебству, появились две бутылки пива.
– Я не хочу пить! – запротестовала Жанна с истерическими нотками в голосе.
– Раздеваться ты тоже не хотела. – Дион ловко открыл бутылку о дверной косяк. – Лучше выпей. Там полным-полно железа. Сейчас ты потеряешь немного крови.
Жанна чуть не поперхнулась. Может, она ослышалась? Неужели для него не существует ничего святого? На ее осуждающий взгляд Дион ответил безмятежной улыбкой:
– Все ирландцы балагуры.
Жанна слизнула с губ густую горькую пену. Глаза застилали слезы, кровь бурлила в жилах жарким потоком. И все это происходит на самом деле? Она стоит здесь голая рядом с Дионом и запивает утрату своей невинности пивом, прямо из горлышка! Нет, не может быть… И голова почему-то кружится, тело горит… Она заболела и бредит – вот в чем дело. У нее началась пневмония, наверное.
– У меня замерзли ноги.
– Ну конечно, – с легким укором сказал Дион. – Не надо было снимать носки.
Жанна опять поперхнулась, представив себя голую, но в огромных шерстяных носках. Интересно, что бы заявила по этому поводу Лиана?
– Я согрею тебя.
И Дион осторожно обхватил ее ноги своими ступнями. Какие же они красивые – узкие, с высоким подъемом и изящными пальцами! В это мгновение Жанна поняла, что ей было холодно всю жизнь. Сколько лет, не сознавая этого, она провела как во сне, зажмурив глаза и не видя утреннего солнца. И умирала с голода, подобно скупцу в подвале, набитом золотом.
– Спасибо. – Это слово не отражало ее истинных чувств, но Жанна не сумела придумать ничего другого.
– Эх, вы, англичане, – рассмеялся Дион. – В любую минуту ты сможешь попросить разрешения уйти.
Жанна покачала головой. На этот раз она зашла слишком далеко; бежать теперь поздно. Дион обнял ее. У Жанны перехватило дыхание, сердце билось так часто, что трудно было устоять на ногах. А потом она успокоилась, согретая теплом его рук. Как все оказалось просто: прикоснуться к телу другого человека – это все равно что войти в теплое, ласковое море. Она положила голову ему на плечо. Дион стоял неподвижно, и в гулкой тишине удары его сердца звучали, как далекая музыка. Его волосы пахли солью и скошенной травой. Жанна закрыла глаза, и перед ней отворились врата, ведущие в чудесную страну, о существовании которой она раньше не подозревала. Дион поднял ее и нежно уложил на мешковину. Она вдруг почувствовала себя свободной и легкой, как пушинка. Какие горячие у него руки! Под этими прикосновениями старая кожа сползла с нее, подобно кокону, и появилась новая – гладенькая, словно у младенца, и эластичная, – готовая вместить в себя новый мир. Прежняя Жанна – такая скованная, серьезная и скучная – исчезла навсегда.
Дион накрыл ее своим телом, сжал в объятиях, растворился в ней. Теперь она принадлежала ему полностью, безраздельно и уже не могла понять, где кончается его тело и начинается ее. Жанна дышала его дыханием, ощущала силу его желания и открывалась ему навстречу.
А потом… не было чувства одержанной победы или раскрытой тайны. Только вкус соли. Мед в чашечке цветка. Пульс времени – неуловимый и хрупкий. Соединение того, что некогда было раздельным. Тишина, ночной воздух и сладкая печаль заполнили ее душу. Маленькая речка пробила путь к морю.
– Мне хотелось бы познакомиться с твоей матерью.
– Зачем? – Жанна нежилась в его объятиях, как ребенок.
– Потому что меня интересует твоя родословная, маленькая скаковая лошадка. – Он провел рукой по ее бедру, прикрытому грубой попоной. – В тебе чувствуется порода.
– Господи, и как же ты намерен с ней общаться?
– Отведу ее в паб.
– В паб? Мою мать? Да она ни за что не пойдет.
– Как знать? А вдруг уговорю? Или она дала обет?
– Дион, ты пьян.
– Теперь ты говоришь, как твоя мать.
– Откуда ты знаешь? Вы же не знакомы.
– Все матери одинаковы. И ты будешь такой же.
– Никогда.
Он расхохотался и обнял ее покрепче.
– Все так думают. Будь благодарна ей за то, что родилась. Она подарила тебе этот воздух, и небо, и солнце – и меня. Понимаешь? Твоя мать подарила тебе меня.
– Ты опять превращаешься в ирландца.
Он легонько провел губами по коже за ухом.
– А почему бы и нет? Ведь кто-то же из нас должен быть ирландцем?
Потом Дион поудобнее устроился на боку, его дыхание стало тихим и ровным, и Жанна поняла, что он уснул.
А она лежала с открытыми глазами и смотрела на облака, летевшие по темному небу, закрывая луну и звезды. Но время от времени их мерцание пробивалось сквозь причудливые тени. Вот так и в ее странной жизни: то тьма, то свет. Жанна не знала, что с ней происходит. Она чувствовала себя очень старой и совсем юной, опустошенной и исполненной новых сил, горстью праха и бесценным алмазом. Защищенной объятием мужских рук и свободной.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шелк - Николсон Кэтрин



Великолепно! Читайте! Проникновенный, нежный, добрый, ироничный, умный роман.Очень трогательный!
Шелк - Николсон КэтринТатьяна
1.05.2013, 14.12





Понравился роман. У автора со слогом и юмором все в порядке. "Что нашла в ней Джули? Впрочем… говорят ведь, что породистые лошади не могут жить в конюшне без козлов, крыс, одноглазых кошек и других не менее странных тварей. Они даже отказываются есть и спать, если рядом нет их приятелей…"
Шелк - Николсон КэтринЮля
5.08.2014, 13.11





Странно,что люди, прочитавшие и давшие отзывы на "Лунные грезы",не прочли или им не понравился "Шелк" Жаль,но не нашла книг этого автора в других библиотеках.
Шелк - Николсон КэтринТесса
27.09.2015, 12.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100