Читать онлайн Лунные грезы, автора - Николсон Кэтрин, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лунные грезы - Николсон Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.66 (Голосов: 117)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лунные грезы - Николсон Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лунные грезы - Николсон Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Николсон Кэтрин

Лунные грезы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

– Что?!
Она едва не поперхнулась вином и неверной рукой поскорее отставила бокал. Казалось, сама земля разверзлась у нее под ногами.
– Да вы чем-то шокированы? – осведомился Гай, испытующе глядя на нее, но Корри не могла найти ответа. Какое ей в конце концов дело до его личной жизни? И все же откуда взялось это странное ощущение пустоты, точно ее ограбили или подло обманули, заставив поверить, будто ей принадлежит нечто бесконечно ценное, а потом безжалостно отобрали да еще и посмеялись. Как могла она столь жестоко ошибиться в Гае де Шардонне? Он казался таким равнодушным, холодным, истинным ценителем женщин, опытным охотником, от которого не ускользнет добыча, включая ее самое.
Негодование и гнев переполняли Корри. Похоже, ее соблазнили принять участие в конкурсе, где победитель давно уже определен? Это несправедливо. У любой игры есть правила.
– Шокирована? Можно сказать и так. Насколько я понимаю, вы уже были обручены, когда предлагали мне идти к вам на содержание?
– Естественно. – Он вежливо склонил голову. – Но если позволите напомнить, предложение исходило от вас.
– Возможно, – запальчиво бросила девушка, краснея, – но я что-то не заметила особенных колебаний с вашей стороны!
– Но отвергнуть столь очаровательное предложение было бы непростительной грубостью!
Он слегка коснулся ее руки донышком ледяного запотевшего бокала; прозрачная капля скатилась на тыльную сторону ладони, и девушка вздрогнула.
– Вы… как там по-английски… поразили меня в самое сердце. Однако так или иначе, я твердо намереваюсь разорвать перед свадьбой наши… отношения.
– Как предусмотрительно с вашей стороны, – прошипела Корри. – Как… галантно.
– Надеюсь. А ваша роль будет заключаться вот в чем: я из почтения к невесте, уважая ее нежные чувства, нанимаю компаньонку, чтобы она удерживала меня от всяких неосторожных поступков и рискованных похождений. И мой план прекрасно удался. При виде вас все эти женщины – а в мире нет созданий прекраснее, изящнее, очаровательнее парижанок – дважды подумают, прежде чем попытаются совратить меня с пути добродетели. К завтрашнему утру весь Париж заговорит о вас.
– А ваша невеста? Как насчет нее? Что она подумает, узнав обо мне?
– Ничего, – равнодушно заметил Гай. – Мы друзья. Помолвлены чуть ли не с детства. Возможно, эта новость… позабавит ее.
– Насколько я поняла, она – ваша родственница.
– Да, кузина, – с некоторым удивлением отозвался Гай. – Откуда вы знаете?
– Догадалась.
Ей было известно о французских браках куда больше, чем подозревал Гай, особенно если речь шла о высших кругах. Бедная его невеста – обрученная с колыбели, вынужденная подчиняться условностям и обычаям, а заодно и необходимости сохранить нетронутым семейное состояние. Брак по расчету – как это печально! Да еще с чванливым, бесчувственным бабником, не пропускающим ни одной юбки!
– И вы, конечно, будете верны жене?
Ни в голосе, ни на лице не отразилось ни малейшего презрения, которое она испытывала к этому человеку.
– Естественно. Пока это будет необходимо.
– Ну разумеется, сын и наследник, продолжатель рода.
Чисто французская расчетливость! Но где же страсть, желание, романтика, все, ради чего стоит жить?
– А ваша невеста… те же правила распространяются и на нее?
– Нет, – оскорбленно процедил Гай. – Незамужней женщине позволяется многое, даже измена, но после свадьбы?! Никогда!
– Понятно.
Ее симпатии к несчастной невесте утроились.
– То, что дозволено вам, немыслимо для вашей жены.
– Таковы неписаные законы света, – пожал плечами Гай.
«Слава Богу, ко мне это не относится», – едва не выпалила Корри, но он опередил ее:
– Боюсь, спор не имеет смысла. Не все так помешаны на независимости, как вы, не говоря уже о том, что далеко не каждая женщина добивается ее столь эксцентричными методами. Но в любом случае брак – не та тема, которую надо обсуждать. Так вы принимаете предложенный пост или нет?
Корри уставилась на белоснежную скатерть. Какой-то бесенок подталкивал ее ответить на светившийся в глазах Гая вызов. Он воображает, что может играть с ней, использовать в своих нечестивых замыслах. Но как бы месье не пришлось сто раз пожалеть о той минуте, когда ему взбрела в голову мысль нанять компаньонку! Как только Корри давали поручение – убирать ли гостиничные номера, запомнить арию или надзирать за прожженным донжуаном, – она старалась изо всех сил.
– Принимаю. Заманчивое предложение. Учитывая нашу взаимную неприязнь, это один из немногих случаев, когда мы могли бы быть друг другу полезны.
– Прекрасно.
Он и виду не подал, что укол достиг цели. Они встали, и Гай с неизменной учтивостью проводил ее к машине, но сам не сел.
– Куда вы собрались? – пробормотала она, мгновенно охваченная паникой.
– По делам. – Опять эта загадочная улыбка! – Сегодня вечером вы мне не понадобитесь. Андре отвезет вас домой. Предлагаю лечь спать пораньше. Завтра будьте готовы к десяти утра.
И прежде чем Корри успела расспросить его подробнее, Гай сделал знак водителю, и машина рванулась вперед. Корри зябко поежилась. При всех своих недостатках Гай де Шардонне был единственным ее знакомым в Париже.
На столе в холле она нашла маленький сверток, адресованный ей. На приложенной карточке было напечатано:
«Пункт четвертый».
Внутри оказалась эмалевая табакерка, которая могла бы принадлежать Марии Антуанетте, наполненная до краев голландским драже в шоколаде.
Но Корри так устала, что ей было не до шоколада. Гай Шардонне – такой непонятный человек. Странный. Даже его щедрость казалась бездушной и холодной.
Девушка вздохнула. Почему мысль о скорой женитьбе Гая так неприятно гложет ее? Корри следовало бы радоваться, поскольку в этом случае она в полной безопасности. Зачем же мучиться? Ведь она вовсе не хотела бы заполучить Гая! Нет, это всего лишь уязвленное тщеславие.
Корри долго не спалось. Наконец ей все-таки удалось забыться, и во сне она увидела себя закованной в зеркальную броню.


Ровно в десять утра она спустилась вниз, и Андре отвез ее в дом моделей Диора. Приглушенное освещение, тишина, запах ландыша. Ассистентка в черном шелковом платье проводила ее в салон, где уже поджидал Гай де Шардонне. При виде ее простого желтого ситцевого платья он грустно покачал головой.
– Все та же любовь к полевым цветам? – тихо поинтересовался он, усаживая девушку в чрезвычайно неудобное белое кресло.
– Радуйтесь, что я не накинула алую шаль, – парировала Корри.
– Поверьте, я от души вам благодарен!
Девушка заметила, что, несмотря на вчерашний утомительный день, он совсем не выглядит усталым, хотя сама она едва держалась на ногах. Гай заказал кофе, и они так и просидели с чашками в руках во время демонстрации моделей. Манекенщицы гордо выступали, кружились и приседали, напоминая ярко раскрашенных марионеток, и Корри совсем забыла о гудящих ногах и ломоте в пояснице. Больше всего ей понравились платье для коктейлей из перемежающихся косых полос нефритово-зеленого бархата и атласа и вечерний туалет из черного тюля, расшитого золотыми розами. Просто невозможно устоять против такой красоты! А дневное платье из алого фуляра с двусторонним жакетом, а блузка из лазурного шелка с жабо, а халат-кимоно всех цветов радуги и летнее платье с юбкой «солнце» абрикосового цвета с широким полосатым кушаком…
На середине показа она обнаружила, что глаза всех девушек устремлены на Гая, словно ее присутствие было сплошным недоразумением. Одна манекенщица хлопала ресницами и вовсю вертела бедрами, открыто предлагая себя. К радости Корри, Гай совершенно ее не поощрял и с каждой новой моделью хмурился все больше. В конце концов он подозвал ассистентку:
– Все это никуда не годится.
– Что вы, месье, такие прекрасные наряды!
Ассистентка, очевидно, разрывалась между боязнью упустить выгодного клиента и преданностью своему хозяину.
– Согласен, но не для мадемуазель.
Корри уткнулась носом в чашку, изо всех сил пытаясь не показать, что она понимает, о чем идет речь.
– Позвольте объяснить, – продолжал Гай. – Мадемуазель, как видите, сильно отличается от тех девушек, которых я приводил до сих пор.
– Неужели?
Ассистентка, видимо, сгорала от любопытства, хотя по-прежнему держалась настороженно. Волна благодарности поднялась в душе Корри. Он прав, она не похожа на других. Наконец-то до Гая дошло: она – единственная, неповторимая, особенная. Она – Корри.
Но следующая фраза Гая совершенно ее обескуражила, неумолимо вернув на землю с тех высот, в которые она вознеслась.
– Жаль, конечно, она не красавица в классическом понимании этого слова. Недостаточно высока и стройна. Довольно полная. Однако я целиком вам доверяю. И надеюсь, что с вашей помощью мы сумеем если не исправить, то хотя бы скрыть недостатки. Думаю, вы поняли?
– О да, месье.
Ассистентка оглядела Корри с видом рачительной хозяйки, проверяющей на зрелость томаты. Корри поспешно проглотила кофейную гущу и едва не поперхнулась.
– Ну, что вы скажете? Можно сделать что-нибудь? По крайней мере волосы и кожа довольно неплохи, не так ли?
– Да, весьма интересная задача. – Глаза ассистентки вдохновенно сверкнули. – Подумаем, что можно предпринять.
Снова появились манекенщицы, но на сей раз, к их очевидной досаде, демонстрировали наряды, весьма далекие от того потрясающе эффектного стиля, который так нравился Корри. Теперь они были похожи на скромных, скучных воробушков – в одежде всех оттенков кремового, серого и бежевого. Корри с ужасом смотрела на них. Каждая клеточка тела томилась по ярким цветам и блеску. Никаких оборок, кружавчиков или люрекса. Даже «горошка»!
– Вот это гораздо лучше, – одобрил Гай. – Наш девиз – простота и скромность. Превосходно!
Корри стояла, изнемогая от бешенства, пока портнихи суетились вокруг с сантиметром. Душа скучала по вызывающе-алому, солнечно-желтому, сумеречно-синему, а что она получила? Действительно униформа, скорее подходящая гувернантке, чем светской женщине. Какое имеет значение, что джерси и твид – самых дорогих сортов, а каждый шов сделан вручную? Тоска, тоска, зеленая тоска! И слова Гая все еще острыми шипами впивались в сердце. Так, значит, она не классическая красавица… Ну что ж, кому сейчас нужна классическая красота?! Такой тип женщин давно ушел в небытие вместе с корсетами и шнуровкой. Она, Корри, – идеал будущего!
К полному расстройству Корри, оказалось, что посещение Диора – лишь первое в ряду целой серии столь же унизительных визитов. В домах Балмейна, Живанши и мадам Гре повторилась та же история. Гай позволял манекенщицам показывать самые последние, самые восхитительные модели, затем произносил все ту же маленькую речь и заказывал одежду, по мнению Корри, более подходившую для ее бабушки.
В довершение всего, глядя в окно машины, она видела на тротуарах девушек в точно таких же платьях, которые выбрала бы сама, – молодежных, ярких, изумительных цветов и фасонов. Она показала на них Гаю.
– Совершенно не подходит, – сухо ответил тот. – Вы компаньонка, а не цыганка.
– Но они такие хорошенькие, – запротестовала Корри.
– Возможно, – буркнул Гай, – но также вызывающе аляповатые, дешевые и кричащие.
Корри оставалось лишь молча переживать. К сожалению, на ум не приходило достойного ответа.
– Понимаете, – заметил Гай, немного смягчившись, – главное – усвоить, что вам идет. Создать собственный стиль. Не надо ничего чрезмерного. Конечно, будь вы красавицей в классическом смысле слова…
– И что тогда? – вызывающе осведомилась Корри.
Но Гай, как ни в чем не бывало, продолжал:
– Будь вы классической красавицей, могли бы носить все что угодно. Но поскольку о вас этого не скажешь, приходится быть крайне осторожной в выборе.
– Хотите сказать, что без посторонней помощи я не смогу выглядеть как подобает?
– Что-то вроде этого, – дружелюбно улыбнулся Гай.
Но Корри не сдавалась:
– Наверное, есть и другие модельеры, достаточно уважаемые, но при этом… немного более изобретательные?
– Кого вы имеете в виду? Корри порылась в памяти:
– Ив Сен-Лоран?
– Ни в коем случае, – отмахнулся Гай. – Это дурной тон.
– Корреж?
– Уличная мода.
– Ланвин?
– Довольно сносен, но лишь для очень молодых девушек.
– Скиапарелли?
– По-моему, вы немного отстали от жизни, – рассмеялся Гай. – Ее дом давно закрыт, и в любом случае она вовсе не считалась серьезным дизайнером. Слишком вызывающие модели. Перчатки с искусственными ногтями на пальцах. Блузки с петушиными перьями и золочеными эполетами! Это не мода, а театральные костюмы! Опять ваше пристрастие к средиземноморскому побережью!
Это задело девушку. Она вспомнила открытое розовое платье матери – причудливое сочетание яркой сеточки, блесток и стекляруса. В детстве она мечтала о таком же, считая его верхом изящества и изысканности. Неужели она ошибалась?
Корри поспешно отогнала непрошеные сомнения. Просто Гай слишком уверен в себе и не терпит возражений. Но сейчас ее очередь нанести удар:
– А как насчет Баленсьяги? – Она немного помолчала, чтобы насладиться произведенным эффектом. – Величайший модельер мира! Он был испанцем! Боюсь, ваша нелюбовь к Средиземному морю в этом случае несколько неуместна.
– Верно. Баленсьяга был гением. Настоящим мастером, – согласно кивнул Гай. – Будь его дом открыт, мы отправились бы только туда и никуда больше. Его стиль вам идет. Как и всем женщинам. Он мог превратить мексиканскую певичку из кордебалета в герцогиню.
Корри проглотила оскорбление. Ничто не затмит ее триумфа! Наконец ей удалось взять верх! Один – ноль в пользу Средиземного моря!
Но Гай, словно не замечая ее торжествующей физиономии, с абсолютно непроницаемым видом произнес:
– Однако меня удивляет, что вы считаете, будто его талант вдохновлялся видами средиземноморского побережья. Его стиль, несомненно, ничуть не напоминает разгул испорченного воображения, присущий Скиапарелли. Девиз Баленсьяги – простота, строгость, сдержанность. Но подозреваю, вы в вашем достойном всяческих похвал стремлении доказать мою неправоту совершенно забыли, что берега Испании омывает также Атлантический океан. Именно в тех местах родился и вырос Баленсьяга. Кроме того, вряд ли ему понравилось бы, назови вы его испанцем. Он баск, а это нечто совершенно иное.
Корри пришлось стерпеть и это. Черт возьми, откуда такие знания! Но больше всего ее бесил этот насмешливо-соболезнующий взгляд.
– Баленсьяга против Скиапарелли, Атлантика против Средиземноморья… довольно странное соперничество, не находите? – беспечно бросил он, но тут же вновь стал серьезным. – Правда, я не сомневаюсь, что в конце концов Атлантика выйдет победительницей. Что ни говори, но как может обыкновенное озеро равняться с огромным океаном?
Корри презрительно проигнорировала вопрос, прекрасно понимая, на что он намекает. Она всего-навсего жалкая, ничтожная, заурядная простолюдинка а он богатый аристократ, то, что называется «сливки общества». Но кто знает, может, и она сумеет чем-то удивить его? Что, если и у нее в запасе несколько сюрпризов?! Он накупил ей кучу унылых противных дорогих тряпок, но она станет носить их гордо, как самые модные туалеты, с шиком настоящей светской дамы! Она ему покажет!
Корри без возражений наблюдала, как Гай покупает ей строгие, изысканно-простые серебряные ожерелья и серьги, туфли ручной работы в «Селин», перчатки и шарфы в «Эрме», принимая его неуемную щедрость с ледяной вежливостью и не забывая холодно благодарить за каждую покупку. Кроме того, Корри внимательно прислушивалась к его советам и даже вытащила блокнот и карандаш, чтобы делать записи.
– Прекрасная мысль, – одобрительно кивнул Гай. Корри покорно опустила ресницы, чтобы скрыть кипевшее в ней бешенство.
– Только серебряные украшения, – диктовал он. – Золото для нуворишей и содержанок. Кстати, слово «нувориш» пишется через «о».
Корри немедленно исправила ошибку, нажав грифелем на бумагу с такой силой, что она порвалась.
– Не носить оттенков ярче сиреневого, – продолжал Гай.
– А как насчет белого? Надеюсь, это достаточно бесцветно, на ваш вкус?
Гай покачал головой:
– Это общее заблуждение. Белый – самый изменчивый цвет, его надо уметь носить. Он подходит лишь для невест или…
– Не говорите, – перебила Корри. – Я и без того знаю. Классических красавиц.
– Совершенно верно. Поэтому вам никогда не следует надевать белое.
– Даже в день свадьбы?
– Насколько я припоминаю ваши планы на будущее, к тому времени, когда настанет день свадьбы, вы будете слишком стары, чтобы нарядиться в белое.
Грифель сломался, а вместе с ним лопнуло и терпение Корри.
– В таком случае я выйду замуж в алом, как цыганки!
И, решительно опустив окно, выбросила блокнот в канаву.
Дома, на авеню Петра Сербского, Гай уведомил Корри, что, пока заказанные «униформы» не прибыли, она свободна и вольна заниматься своими делами.
– Вашей репутации будет нанесен огромный урон, если я покажусь с вами в обыкновенных платьях? – язвительно осведомилась она.
– Я этого не сказал, – мягко поправил Гай. – Как бы мне ни хотелось проводить каждую минуту в вашем прелестном обществе, к сожалению… у меня много других дел, требующих моего отъезда из Парижа.
– Я могла бы поехать с вами. В конце концов должен же вас кто-то оберегать, – выпалила девушка: ей отчего-то крайне не понравилась интонация, с которой он произнес слово «дела».
– Ваша исполнительность и преданность долгу достойны всяческих похвал. – Губы Гая раздвинулись в улыбке. – Но ваша власть надо мной не распространяется дальше Парижа.
Ну до чего же хитрый дьявол! Он даже не собирается придерживаться соглашения, инициатором которого был сам! Но ничего! В его отсутствие она разработает тщательный план кампании и, как только он вернется, начнет поединок с новыми силами.
– Когда вас ждать?
– Я сообщу за двадцать четыре часа.
– В письменном виде?
– Разумеется.
Наклонившись, Гай легко поцеловал Корри в обе щеки.
– Ну а до того времени слугам приказано обращаться с вами, как с… хозяйкой дома. Пожалуйста, не стесняйтесь отдавать любые приказы и требовать всего, что ни пожелаете. До свидания, мисс Модена.
Корри дождалась, пока машина исчезнет из вида, и тут же, не теряя ни минуты, помчалась наверх, сполоснула лицо холодной водой и распустила волосы. Потом накинула алую шаль, схватила сумочку и отправилась на метро на площадь Оперы.


– Месье Бейер!
Карл Бейер раздраженно поднял голову. Он настоятельно просил не беспокоить его в ближайший час. Оркестранты разошлись на обеденный перерыв, а те, что остались, не смели и близко подойти, прекрасно зная характер маэстро.
– Месье Бейер!
Карл нахмурился и отложил испещренную пометками партитуру. Ему так нужно побыть одному, сосредоточиться и хорошенько подумать! Только от него зависел успех постановки. Певцы, Богом данному таланту которых он ничуть не завидовал, были беспомощны, как дети, особенно новое сопрано из Южной Америки. Но зато у него за плечами возраст и опыт. Они сделали его безжалостным и беспощадным, и в этом крылась сила Карла Бейера.
В оркестровой яме, как всегда, было светло, поэтому, Карл, обернувшись, долго вглядывался в серый полумрак. Нет ничего печальнее и тоскливее, чем пустой оперный зал солнечным полднем. Но кто-то, подобно тонкому лучику, все же пробрался сквозь тьму. Перед дирижером возникла фигурка девушки в желтом платье с алой шалью, накинутой на плечи.
– Месье Бейер? – повторила она, подходя ближе.
Он надменно воззрился на нее, отмечая раскрасневшиеся щеки и растрепанные волосы. Странно… он будто где-то видел ее. В ней есть нечто знакомое, хотя он был уверен, что никогда не встречал ее раньше. Незнакомка рассматривала его с не меньшим интересом. Дирижер нахмурился:
– Да?
Резкий австрийский акцент, от которого он никогда не пытался избавиться, очень помогал ему на протяжении всей долгой карьеры. Каждая из его весьма многообразных интонаций ценилась на вес золота. Сарказм, приказ, вежливость, неохотное одобрение… все это Бейер мог передать одним лишь словом или наклоном головы.
– Что вам угодно?
– Я хочу петь.
И тут Бейер заметил эти глаза глубокого аметистового цвета.
– Для вас.
Сердце старика упало. Он едва не позвал на помощь швейцара, чтобы тот избавил его от непрошеной гостьи, но любопытство и легкая досада, оставшаяся после утренней неудачной репетиции, заставили его передумать. Она была такой юной, полной жизненных сил, со своими непокорными волосами и пронизывающим взглядом. Теперь он понял, почему она с самого начала показалась ему знакомой. Он уже видел такие глаза у статуи греческого возничего, уголки век которого тоже были слегка оттянуты вверх.
– А почему вы решили, что я захочу слушать вас? – со зловещим спокойствием осведомился дирижер.
– Потому что в противном случае вы станете жалеть до конца жизни.
Бейер спрятал улыбку. Ее по крайней мере скучной не назовешь, эту неоперившуюся валькирию. Возможно, у нее голос, как у вороны, зато она – существо необыкновенное, это сразу видно.
Бейер кивком указал на сцену:
– У вас пять минут.
Незнакомка, не колеблясь ни секунды, быстрым гибким движением вспрыгнула на сцену. Стальной предохранительный занавес был опущен; ее лицо ярко выделялось на темно-сером фоне. Для столь молодой девушки она прекрасно держится. С неким гордым достоинством!
Карл задумчиво сощурил глаза. Такое качество можно определить двумя словами – эффект присутствия. Да, этим она щедро наделена. И станет выделяться в любой толпе.
Сердце старика забилось чуть быстрее. В ней есть что-то бередящее душу, нестандартное, необычное. Она из тех, кто готов нарушить все правила, чтобы избрать собственный путь. Многообещающее свойство!
Но конечно, ни о каком голосе не может быть и речи. Бейеру несказанно повезет, если у нее окажется слух. Она, наверное, даже умеет петь, но голосом это не назовешь. Чтобы заполнить звуком оперный зал, перекрыть игру оркестра, требуется намного больше, чем просто честолюбие: луженая глотка, легкие кита и лошадиное здоровье.
Дирижер тихо вздохнул. Девушки все одинаковы – мечтательницы, романтики. И все воображают, будто опера – волшебный мир грез. Но это далеко не так. Опера – это реки пота, ноющие мышцы, многочасовые репетиции и труд, труд, труд…
– Что вы хотите спеть? – вежливо спросил Бейер, не скрывая нетерпения.
– Арию Коломбины из первого акта «Паяцев». Начиная со слов: «Как блещет солнце в небе полуденном…», – уверенно ответила девушка.
Дирижер снова вздохнул. В довершение ко всему она собирается петь на итальянском, самом музыкальном из всех языков, беспощадно обнажающем все недостатки голоса и произношения! Бейер молча склонил голову, надеясь, что страдания не будут слишком долгими. При первой возможности он прервет ее.
Девушка чуть расставила ноги, словно черпая силу из земли. Нет ни малейших сомнений, она прекрасно смотрится. Но все это второстепенно и совершенно не важно. Тигр в клетке тоже прекрасно смотрится, но это еще не значит, что он может петь.
Незнакомка глубоко вздохнула и начала петь. Карл сел прямее, услышав первые речитативные фразы. Она удивила его. Какой грудной низкий голос с такими мрачными интонациями, что мурашки бегут по коже. И при всем этом каждое слово выпевается отчетливо, до последней буковки.
Речитатив перешел в арию, и Карл изумленно замигал. Такого широкого диапазона он давно не встречал. Дирижер встал и пошел вглубь зала, но воздух вокруг был напоен прекрасными бархатистыми нотами, отдававшимися в самых дальних уголках. Но, несмотря на силу и мощность тембра, интонации казались вкрадчивыми, проникавшими в самую душу. Откуда она взялась?! Высокие ноты были тоже чисты, без вибрации и того металлического отзвука, который так портит голоса драматических сопрано, а нижние… Да у нее настоящее контральто, такое редкостное, что у Бейера сжалось сердце от восторга и непонятного ужаса.
И она чувствует себя свободно и легко, как птица в небе! Ей нравится все, что она делает, она наслаждается собственным пением!
– Спасибо, довольно.
Девушка немедленно смолкла. Но голос продолжал звучать в мозгу Бейера, тревожащий, почти неземной.
«Сумеречный, – подумал он. – Напоминающий то странное синеватое свечение, когда солнце закатилось, а ночь еще не наступила. Переливающийся всеми красками, вечно изменчивый, ускользающий…»
– Кто ваш преподаватель?
Последовала длинная пауза. Незнакомка подошла к краю сцены.
– У меня нет преподавателя, – спокойно объявила она.
Бейер вспыхнул от внезапного гнева. Это многое объясняет! Она еще смеет так рисковать! Такой богатый голос! Поистине преступление растрачивать его попусту. И все же, как бы она ни издевалась над собой, не сумела испортить его!
– Я надеялась, что вы согласитесь учить меня.
– Вот как! – раздраженно буркнул старик, не смея признаться себе, что в глубине души трясется от ужаса. Он уже давно не молод, занят с утра до вечера, в зените карьеры, к чему ему подобные хлопоты?!
Он проклял минуту, когда девушка появилась в театре.
– Подойдите сюда, пожалуйста.
Незнакомка послушно спустилась со сцены. Теперь Бейер смотрел на нее другими глазами. Только сейчас он заметил разворот ее плеч, стройную шею и широкий рот, из которого вырывались изумительные по красоте звуки.
– Сколько вам лет?
Девушка нахмурилась:
– Какое это имеет значение?
Дирижер пронзил ее негодующим взглядом:
– Я не привык задавать праздные вопросы.
Она ничуть не испугалась, очевидно, посчитав его ответ совершенно разумным и логичным.
– Мне восемнадцать.
Бейер глубоко вздохнул, довольный и в то же время почти испуганный. Такой голос в восемнадцать?! Что же будет в двадцать? Двадцать пять? Этот голос способен разбивать сердца и вершить судьбы.
– Средний регистр не слишком хорош. Он не собирается расшаркиваться перед ней – не то настроение.
Лицо девушки омрачилось.
– Знаю. Чувствую. Я сама не всегда им довольна. Но обещаю, что сделаю все возможное!
Она, казалось, просияла внутренним светом.
– Надеюсь.
Откровенно говоря, это пустяки, а может быть, и преимущество. Сумеречный голос – такое невозможно забыть. Переливающееся синее марево, дрожащая дымка, граница между тьмой нижнего регистра и ослепительным сверканием верхнего.
– Вы согласитесь давать мне уроки?
Бейер испуганно встрепенулся. Он даже не запомнил ее лица. Какая она – красавица, хорошенькая, дурнушка? Он понятия не имел. В его возрасте любая девушка привлекательна. Да и разве это важно? Голос, голос, вот что главное!
– Нет.
Девушка вскинула подбородок, по-видимому, пытаясь найти способ заставить его согласиться. Она так просто не сдастся. Это тоже неплохо. Путь наверх невыносимо труден.
– Я не учитель. Учить можно медицине, механике, математике. Я артист. И в любом случае вы еще не готовы…
– Что вы хотите этим сказать? Средний регистр?
– Нет-нет, – нетерпеливо отмахнулся старик. – Это не имеет значения. Все установится само собой по мере того, как окрепнет голос. Дело в вас самой.
– Не понимаю, – вызывающе выпалила девушка. – Могу я петь или нет?
– Можете, конечно, можете. Но опера – это не только пение. Это еще и чувство. Вы пели арию, как богиня, бессмертное существо, оказавшееся случайно на земле. Но Коломбина еще и Недда – сицилийская крестьянка. Она замужем за одним мужчиной, любит другого и чересчур слаба, чтобы сделать выбор. Эта слабость и стоила ей жизни. Вы же слишком чисты, слишком невинны. Слишком молоды.
Она попыталась что-то сказать, но Бейер повелительно поднял руку:
– И не убеждайте меня. Я знаю, что это такое – быть молодым. Вы так тонко чувствуете, уверены, что этого достаточно. Заблуждение – вы просто обязаны уметь передать эти чувства другим, а для этого необходимы строгая дисциплина, работа и опыт. А самое главное – мужество. И хотя в этот момент вы считаете себя храброй, на самом деле испуганы и так ужасно боитесь провалиться, что преувеличиваете трагедийность роли и тем самым уничтожаете очарование Недды. Вы должны петь ее легко и трогательно. Представьте себе взмывшего высоко в небо жаворонка. Вот чего надо добиться – естественности, простоты и нежности. И если вам удастся это, то споете партию Недды в девяносто пять куда лучше, чем в двадцать. Потому что к тому времени ваше сердце будет разбито бесчисленное множество раз.
Он не сводил глаз с ее выразительного мятежного лица.
– Знаете, есть удивительное выражение, которое всегда восхищало меня своей лаконичностью: «Помни о смерти». Каково его значение? Что все бренно, поскольку смерть неминуема, или, наоборот, веселитесь сейчас, пока жизнь прекрасна? Кто знает? Но это вы должны иметь в виду, когда поете Недду. Ведь в конце она умирает, как и ее любовь.
– Но мне не нравится конец! – воскликнула девушка.
– Разумеется. Вы молоды и хотите, чтобы Недда с любовником сбежали и жили долго и счастливо. Это естественно. Но будь это так, кто пришел бы слушать «Паяцев»? Это была бы уже не трагедия, а фарс, очаровательная легкая комедийка. Водевиль.
– Почему она не оставила все и не ушла к любовнику? Ей ничто не мешало.
– Ничто… кроме привычки, страха и слабости. Все те вещи, которым не подвержены юные.
– Чего она боялась? Сильвио любил ее.
Бейер пожал плечами:
– Счастья. Будущего. Гибели любви.
– Однако она все равно погибла.
– Да, ради любви. В попытке спасти жизнь возлюбленного.
– Но это не помогло, ведь и его убивают!
– Конечно. Любовь либо умирает сама, либо уничтожает. Вы или отдаете какую-то часть души любимому, или теряете его и любовь.
Корри в глубокой задумчивости долго молчала и наконец резко бросила:
– На ее месте я убежала бы. Вместе с Сильвио.
– Знаю, – улыбнулся Бейер. – Поэтому вы недостаточно взрослая, чтобы петь Недду. Коломбину – возможно, но только не Недду.
Снова молчание.
– В таком случае что мне петь?
Она к тому же еще и практична. Он говорил с ней куда откровеннее, чем с любой прославленной звездой, однако не сумел запугать.
– Ничего. Вы вообще не будете петь.
Бейер с неожиданной энергией вскочил на сцену и подошел к фортепиано.
– Вот что вам надо делать.
Он сыграл несколько нот в среднем регистре, повторяя каждую с нарастающей громкостью.
– Ежедневно упражняйтесь, контролируя дыхание. И когда вы станете делать это в совершенстве… могут уйти годы, а могут всего лишь месяцы, – снова придете ко мне.
Девушка сосредоточенно хмурилась, пытаясь запомнить последовательность упражнений. И Бейер внезапно ощутил, что сильно устал. Наверное, было бы лучше, если бы она навсегда забыла о музыке.
– И никогда не пойте во весь голос. Наращивайте мощь постепенно, оттачивайте каждый самый тихий звук. Ну а потом посмотрим.
– Это все?
– Все? – улыбнулся Бейер. – Да это, вероятно, самое трудное, что вам придется совершить! Научиться этому так же нелегко, как сделать первый вдох при рождении. Возможно, вам никогда не достичь успеха. Но зато, пока практикуетесь, кто знает, вдруг вас посетит самое главное для настоящего артиста – истинная и несчастная любовь.
– Хм-м-м, – протянула Корри, лукаво сверкнув глазами. – Вряд ли вы подскажете мне, где ее обрести?
– Она придет сама, рано или поздно. Жизнь щедра на неприятные сюрпризы. А сейчас…
Бейер потрясенно сообразил, что даже не потрудился узнать ее имя.
– Боюсь, сегодня у меня уже не осталось времени на обучение.
Мысль о дневной репетиции была странно успокаивающей. Что ни говори, а ему придется работать с опытными музыкантами, пусть и не всегда совершенными. Его просто ужасали столь безграничные способности девушки.
– Подождите. – Она торопливо порылась в сумочке. – Я не упоминала об этом раньше, но у нас есть общий друг.
Она показала листок бумаги, встряхнула, и он развернулся, превратившись в цепочку танцующих клоунов.
Бейер ошеломленно уставился на нее. Кусочки головоломки неожиданно встали на место. Так вот она, протеже его старинного приятеля…
– Почему вы не сказали мне?
– Не хотела, чтобы ваше мнение оказалось предвзятым. Мне была необходима беспристрастная оценка.
– Дорогая девочка, я слишком стар, чтобы судить пристрастно.
– Но не настолько, чтобы не сделать одолжение приятелю, верно?
Она смотрела ему прямо в глаза.
– Вы отнеслись бы ко мне по-другому, не так ли?
Надо признаться, она права. Он был бы более осторожным, менее откровенным.
– Простите. Это меняет все. И поскольку вы его подопечная, я, конечно, попытаюсь помочь, чем смогу.
– То есть станете давать мне уроки?
– Разумеется.
Улыбка девушки, казалось, осветила даже самые темные уголки зрительного зала.
– Благодарю, месье Бейер, но вынуждена отказаться. Я только что узнала от человека, которого безмерно уважаю, что не готова к карьере певицы. И ни за какие блага мира не осмелилась бы ослушаться его совета.
Она протянула Бейеру руку. Пожатие оказалось на удивление крепким.
– Я вернусь.
Это прозвучало почти угрозой. Дирижер с облегчением посмотрел ей вслед. Какая выразительная спина! Он был одновременно рад и опечален, что она ушла.


Корри с сожалением покинула мир позолоченных кариатид и мраморных колонн. Это был самый большой театр в мире! Как ей хотелось видеть зал вечером, заполненный от партера до галерки публикой в нарядных костюмах, блистающей драгоценностями. Восторженно выжидающие лица в каждой ложе. В ее воображении вставали красочные картины, напряженная тишина предвкушения и она сама – крохотная фигурка на огромной сцене. Она удержит их внимание. Заворожит, привлечет, околдует. Ее голос озарит солнечным сиянием самый густой мрак. Она развеет тьму, покажет им миры, о существовании которых они не подозревали. Вот ее единственная мечта, вот в чем заключается волшебство.
И она добьется этого, непременно добьется.
Девушка вышла в пустое фойе, сказочно прекрасное, с лестницей из оникса и белого мрамора и потолком, расписанным Шагалом. Здесь в тишине и одиночестве она дала себе клятву. Когда-нибудь люди специально придут, чтобы услышать ее. Это обязательно случится, потому что она так решила.
На улице Корри выбрала на лотке спелый нектарин и впилась в него зубами так, что сладкий сок побежал по подбородку. Мистер Бейер прав насчет среднего регистра. Придется упражняться, ведь Арлекин сказал, что лучшего дирижера нет на свете. Но что касается остального… Она отказывается верить, что только влюбленная женщина может петь по-настоящему. Будь это так, ирландские горничные в «Савое» – лучшие певицы, чем она сама.
Однако странно и немного неприятно, что он так подчеркивает необходимость дисциплины и самоограничения. Слишком эти наставления напоминают тирады некоего Гая де Шардонне.
Корри, подумав, выплюнула косточку в ближайшую урну с достойной восхищения меткостью. Дисциплина… самоограничение… как ей надоели эти слова. И что они понимают? Должно быть, давно забыли, каково это – быть молодым, а скорее всего просто никогда не знали. Но ничего, она еще докажет, как они ошибаются, и когда станет знаменитой, будет одеваться как пожелает и петь как пожелает. И никто ей слова не посмеет сказать!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лунные грезы - Николсон Кэтрин



очень понравилось!необычный сюжет, интересные диалоги героев, нет тянучки, всё динамично и увлекательно. Иногда, правда, хотелось чуть больше нежности от героя, но тогда наверно было бы слишком приторно,а так самое то! Советую!
Лунные грезы - Николсон Кэтринелена
25.10.2011, 22.54





на один раз
Лунные грезы - Николсон Кэтринирина
26.10.2011, 1.28





Очень сильный, увлекательный и в высшей степени необычный роман. Читайте, не пожалеете
Лунные грезы - Николсон КэтринВера
19.01.2012, 21.30





Хоть все понятно сначала романа,все равно интересно.Не могла оторваться пока не закончила читать.Рекомендую ...
Лунные грезы - Николсон КэтринNikitoska
26.04.2012, 15.39





замечательный роман,конец я бы конечно изменила, но это смотря на чей вкус
Лунные грезы - Николсон Кэтринарина
14.06.2012, 7.13





в целом нормально, но конец...такая тупость, нет бы оставить таинственного переписчика и в дальнейшем неизвестным.
Лунные грезы - Николсон КэтринЗвездочка
11.07.2012, 12.54





Скучноват...
Лунные грезы - Николсон КэтринНИКА*
23.03.2013, 23.30





Роскошный роман не для всех . Тоний, интеллектуальный, очень нежный. Сюжет необычен, захватывает сразу и держит до конца. Пробирает до позвоночника....
Лунные грезы - Николсон КэтринStefa
1.01.2014, 21.01





Этот роман обязательно стоит прочитать. Причин много: нетривиальный сюжет, развитие личности героев, чудестные описания...rnЭтот роман настоящий гимн жизни, лету, глубоким чувствам. Но самое главное - это потрясающий перевод, да и сам авторский слог. Этот текст как шикарное вино, от него остается упоительное послевкусие. Такое с радостью будешь вспоминать долгие годы спустя, а для любовных романов это огромная редкость, согласитесь ;)
Лунные грезы - Николсон КэтринИрэн
25.07.2014, 19.44





Просто шикарный роман! Невозможно забыть! Читаешь и наслаждаешься каждой фразой, написанной автором. После прочтения этого романа, летают бабочки в душе, хочется петь и быть добрее. Эмоции просто переполняют.
Лунные грезы - Николсон КэтринЮля
27.07.2014, 23.48





Безумно нравится эта книга! Перечитывала уже много раз, и впечатления - всё лучше и лучше! Очень нравится язык автора, стиль. Читать однозначно! 10 баллов!
Лунные грезы - Николсон КэтринМария
28.07.2014, 13.29





Мне было скучно.Начало многообещающее , а потом все так тривиально.
Лунные грезы - Николсон КэтринТатьяна
28.07.2014, 22.34





Читаешь с надеждой, что вот еще чуть-чуть, и будет тебе счастье... В итоге, на мое мнение - чего-то не хватает. Вроде бы интрига держится на протяжении всего чтения, но уж как-то вяло. Все становится понятно в первых главах. Средненько. На один разок вполне подойдет
Лунные грезы - Николсон КэтринИрина
30.07.2014, 15.25





Читаешь с надеждой, что вот еще чуть-чуть, и будет тебе счастье... В итоге, на мое мнение - чего-то не хватает. Вроде бы интрига держится на протяжении всего чтения, но уж как-то вяло. Все становится понятно в первых главах. Средненько. На один разок вполне подойдет
Лунные грезы - Николсон КэтринИрина
30.07.2014, 15.25





Вау! Какой необычный сюжет. Читайте!
Лунные грезы - Николсон КэтринЕлена
5.09.2014, 21.02





Супер! Необычный сюжет. Конец, ну очень слащавый. Как ни странно, но окончание я бы изменила. 10 баллов!!!!rnНапример: ГГ-й в коме после автокатастрофы. Гг-я узнает об этом по радио и приезжает в больницу. Там вся правда открывается. Они понимают, кто скрывался за масками, что все это время они были рядом с друг-другом. После признания в любви ГГ-й умирает.rnПростите за флуд.
Лунные грезы - Николсон КэтринОльга
2.05.2015, 23.16





Впервые после прочтения я в некотором смятении. За неординарность сюжета, за литературный слог, качественный перевод - заслуженные 10 баллов. А вот за раскрытие образов ГГ, за надуманности и притянутости "за уши" некоторых сцен -скромные 5 баллов. Героиня раздражала с первой странницы и почти до последней. Босячка босячкой. После заключения так называемого "контракта", по которому она самая настоящая нахлебница, ей приспичило объявить своему благодетелю "войну до победного конца". Кокого рожна, спрашивается, ты выпендриваешься со своей эксцентричностью? А он, скрипя зубами, все терпит. Ради чего? Из любви? Нет, пока у него только слабый интерес. И не из жалости, это уж точно. У меня сложилось впечатление, что автор и сама запуталась, создавая образ и характер героини. Корри не сколько гордая и независимая, столько сумасбродная, противоречивая и подвержена гордыни девица. Ей крупно повезло, что она встретила своего Арлекина, другой бы сделал ребеночка и носилась бы она во свой эксцентричностью. В общем, друзья, читайте сами и делайте выводы. Если произведение вызывает такой разброс мнений, то оно, несомненно, заслуживает внимания.
Лунные грезы - Николсон Кэтринольга
24.06.2015, 10.46





Очень скучный роман,не рекомендую!
Лунные грезы - Николсон КэтринИрина
30.06.2015, 23.58





Вау! Мне очень понравился роман! Особенно развязка. Столько прочитано романов, а ничего подобного не попадалось.
Лунные грезы - Николсон Кэтринледи
26.09.2015, 19.18





Согласна с Ольгойrn один из лучших ЛР,стоит читать и перечитывать.
Лунные грезы - Николсон КэтринТесса
27.09.2015, 11.47





А "Шелк" разве плохой роман? По-моему, не хуже,но рейтинг гораздо ниже. А нет ли других романов Николсон в других библиотеках?. Я не нашла, к сожалению.
Лунные грезы - Николсон КэтринТесса
27.09.2015, 19.42





Было интересно.
Лунные грезы - Николсон КэтринЕлена
1.10.2015, 23.37





Мне понравилось. Не слащаво, нет пошлых постельных сцен, хорошо описаны характеры и настроение героев. Единственное, конец смазан. Не соответствует ожиданиям.
Лунные грезы - Николсон КэтринRita
7.05.2016, 22.08





Нет слов очень жаль потерянного времени
Лунные грезы - Николсон КэтринНаталья
26.05.2016, 17.09





Крутой роман.Впервые всречаю такой сюжет.Однозначно читать.
Лунные грезы - Николсон КэтринАлла
22.10.2016, 17.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100