Читать онлайн Секрет Златовласки, автора - Нейл Долли, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Секрет Златовласки - Нейл Долли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.12 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Секрет Златовласки - Нейл Долли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Секрет Златовласки - Нейл Долли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Нейл Долли

Секрет Златовласки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

Сам того не подозревая, Ричард остановил тиканье этого часового механизма.
– Почему бы вам не посидеть и не выпить с нами? – весело предложил он. – Мы с Ван ждем десерт. Уверен, никто не станет возражать, если узнает, что вы наш гость. В конце концов, вы, кажется, не тот, кто может причинить какие-то неприятности.
Как бы не так, подумала Ванесса, но, к ее ужасу, предложение было спокойно принято.
– Почему бы и нет? Если только Ван не возражает, а… Ван?
Ей хотелось, чтобы он перестал ее так называть. Хватит с нее и того, что аккуратная прическа превратилась в огромную копну кудряшек.
– Почему я должна возражать? – храбро пропищала она.
– Не знаю… может быть, из-за чувства вины.
– Вины? – Почему он не сядет, если собирается остаться, а нависает над ней вот так? Рядом с Ричардом стоит свободный стул. Она не позволит ему запугать себя этой тактикой. – Мне не из-за чего чувствовать себя виноватой, – бесстыдно солгала Ванесса.
– Да?.. Но ведь вы покинули меня, и я должен возвращаться в холодный, темный и пустой дом.
Его притворный пафос заставил ее сердце затрепетать в груди. Может, в конце концов, ей не грозит ничего ужасного и неприятного. Может быть, она не правильно поняла этот испепеляющий взгляд. Вероятно, Бенедикт просто в дурном расположении духа из-за того, что ему не дали премию, которую он ждал.
– Вы ведь не собирались возвращаться домой. Как бы то ни было, я оставила включенными свет и отопление, – заметила она примирительным тоном.
– Я вижу, вы не отрицаете, что покинули меня.
Со страхом она увидела, что он сел не на стул рядом с Ричардом, а опустился на банкетку рядом с ней. Она почувствовала тепло его бедра, хотя, сидя на кожаной обивке банкетки, он оставался на приличном от нее расстоянии.
– Конечно, если не считать призрака куртизанки. Простите, Флинн, я хотел сказать, актрисы… Между прочим, какие у вас прелестные волосы, – продолжал он тем же мягким вежливым тоном. – И какие густые…
– С этой гривой распущенных волос она выглядит совсем другой, правда? – любезно заметил Ричард, пребывающий в самом радужном настроении после хорошего ужина и совершенно не замечающий полутонов.
– Совсем другой. Настолько другой, что я почти не узнал ее, – сказал Бенедикт, немного изменив позу и склонившись в ее сторону, все еще на безопасном расстоянии, но однако удушливо близко. Ванесса продолжала смотреть в сторону Ричарда с застывшей улыбкой на лице и одеревенелой спиной, все время ощущая, что эта банкетка отрезала все пути к отступлению и она попала в западню.
– Если продолжать аналогию с лошадьми, Уэллс, как бы вы назвали этот цвет? – задумчиво проговорил Бенедикт. – Саврасый?
– У саврасых, может, и светлая шкура, но всегда с кремовой или белой гривой. А у Ванессы масть определенно гнедая, – посмеиваясь, сказал Ричард.
– Может, хватит? Здесь ресторан, а не конюшня, – резко перебила Ванесса, которую Ричард стал раздражать так же, как и Бенедикт. – Если вы пришли сюда, умирая от жажды, почему бы вам не заказать себе что-нибудь?
Наступило непродолжительное молчание.
– Это вы мне? Я не понял, ведь вы не смотрели в мою сторону, – произнес мурлыкающий голос Бенедикта над самым ее ухом, и она была вынуждена повернуть голову и встретить его пристальный взгляд.
Так он видел или не видел?
Пытается ли мистер Сэвидж поймать ее на удочку или же из-за своей паранойи она сама придает его ничего не значащим словам такой опасный смысл? Он не видел лица, отчаянно твердила она себе, и поэтому не может быть абсолютно уверен, а волосы не могут служить настоящей уликой.
– Позвольте мне что-нибудь заказать для вас, проще будет записать это на мой счет. – Ричард со своей обычной щедростью прервал их безмолвную дуэль. – Что бы вы хотели выпить? Виски?
Бенедикт небрежно кивнул, Ричард повернулся на стуле и опять поманил официантку.
Не отрывая глаз от Ванессы, Бенедикт проговорил, понизив голос, чтобы было слышно ей одной:
– Интересно, эти волосы такие же мягкие, какими кажутся? – говоря это, он, легко касаясь, провел ладонью от ее макушки до неровных концов густой копны волос. Ванесса чуть не вскочила с банкетки. Казалось, каждое нервное окончание на ее голове стало искриться. – Простите, я сделал вам больно? – побормотал он, и в его глазах отразился свет мерцающей свечи в центре стола.
– Нет, – процедила Ванесса.
Он ничего не может доказать, мысленно твердила она себе. Ей всего лишь нужно держать его на расстоянии, до возвращения домой. Или же, еще лучше, пока не наступит завтра и у него, быть может, будет более благоприятное расположение духа.
– М-м-м… они даже мягче, чем кажутся. – Он опять погладил, на этот раз немного запустив пальцы в завитки волос и проведя рукой по ее плечу. При этом костяшки его пальцев скользнули по обнаженной коже плеча, и ее вновь с головы до ног пронзила дрожь. – Очень идет к вашему черному платью и светлой коже. И такая поразительная игра света – при освещении они кажутся почти золотыми. Такие легкие и кудрявые, такие пушистые…
Он склонился к ней, играя локонами, слегка раздувая ноздри, и сердце у нее отдавалось в груди толчками каждый раз, когда этот смертоносно медоточивый голос выделял одно слово за другим.
– Позвольте. – Она протянула руку, чтобы высвободить свои волосы из его пальцев, и, к своему смущению, обнаружила, что все еще сжимает в руке вилку, да так, что побелели суставы.
Борясь с искушением воткнуть в него эту вилку, она немного сдвинулась с места, чтобы придвинуться плотнее к спинке банкетки, и встряхнула головой, чтобы волосы были в тени за ее спиной. Положила вилку перед собой на белую скатерть и начала нервно поигрывать ею, пытаясь найти безобидную тему для вежливого разговора.
Когда Ванесса наконец собралась с духом и искоса взглянула на него, то увидела, что он пристально разглядывает ее руки с тщательно наманикюренными ногтями. Надеясь, что Бенедикт не заметил, как дрожат ее пальцы, она стиснула их в кулак, потом оцепенела, когда он медленно провел рукой по белой скатерти вдоль безымянного пальца ее правой руки.
– Какое у вас интересное кольцо. Серебро и нефрит, не так ли?
– Да, его сделала девушка-ювелир из коммуны художников близ Коромандела, – залепетала Ванесса, автоматически вытягивая руку, не столько чтобы продемонстрировать большое, с витиеватым орнаментом кольцо, сколько чтобы избежать его прикосновения. Местные ремесла. Более безопасной темы нельзя и найти. – Эта область славится тем, что здесь много художников и ремесленников…
– Это очень необычный орнамент. Можно даже сказать… единственный в своем роде.
В его голосе прозвучало что-то странное, какое-то скрытое возбуждение, заставившее Ванессу остановиться как раз в тот момент, когда она была готова согласиться. Кольцо. В тот вечер на ней было это кольцо, и она даже не удосужилась снять его, прежде чем завалиться в его постель!
– О, не знаю, она, вероятно, штампует их десятками для туристов, – проговорила она, лихорадочно улыбаясь.
Но Ричард был тут как тут и не дал ей уклониться от истины, сойти с прямой дорожки, ведущей к ее полному краху…
– Но не по такой цене, Ван, – произнес он, вновь повернувшись к ним лицом. – Помнишь, мы вместе покупали его прошлой весной? Ты не хотела отдавать так много, пока эта женщина не сказала, что делает все вещи в единственном экземпляре.
– Это почти то же самое, что носить на пальце жетон с личным номером, – злорадно пробормотал Бенедикт. – Отличительный знак и очень легко опознать.
Тут нервы у Ванессы не выдержали, и она подняла руку беспомощным жестом…
– Мистер Сэвидж, я…
Он поймал ее руку, неприятно сжимая крепкой хваткой, и положил обратно на стол.
– Это ваш десерт подают вместе с моим виски? На вид очень вкусно.
Ванесса посмотрела на поставленный перед ней липкий шоколадный мусс. То, от чего минуту назад у нее слюнки текли, теперь вызывало тошноту.
– В чем дело? Неладно с желудком? – язвительно заметил Бенедикт, глядя на нее поверх своего бокала с виски.
Попалась! – говорило его выражение, и Ванесса, как автомат, взяла в руку ложку, решив, что съест проклятый мусс, даже если в нем яд. Может, это было бы и к лучшему!
Но Бенедикт перехватил первую ложку прямо из ее рук и направил ее не ей, а себе в рот.
– М-м-м, виски и шоколад, довольно крепкая смесь…
Как зачарованная, она следила за тем, как его губы медленно раскрылись и язык, свернувшись трубочкой, скользнул в углубление ложки, когда он взял ее в рот. Ее пульс глухо забился под его пальцами, охватившими кисть. В том, как Бенедикт ел у нее из рук, было что-то волнующе эротическое. Когда он стал втягивать шоколадный мусс с ложки, челюсти у него задвигались и на щеках образовалась впадинка. Ей показалось, что это заняло у него необыкновенно долгое время, хотя в действительности прошло всего несколько секунд. Когда он выпустил ложку, то слегка облизал верхнюю губу, собирая сладкие остатки. А Ванесса беспомощно пыталась припомнить вкус его поцелуя. Может быть, Бенедикт так же чувственно и нежно лизал ее, как он это делал теперь, упиваясь шоколадным муссом? По телу у нее пробежал огонь, а губы раскрылись, бессознательно подражая тому, что он делал. Ванесса подняла глаза и больше не смогла отвести их. Его глаза говорили, что он все знает, и от этого ей захотелось провалиться сквозь землю.
Ванесса знала, что заливается краской, и украдкой взглянула на Ричарда, но тот сидел с довольным видом, наслаждаясь яблочным пирогом, совершенно не замечая напряжения за столом. О Ричард! Мимолетное отчаяние охватило ее, когда она почувствовала, как что-то безвозвратно ускользает от нее.
Нервничая, она опять перевела взгляд на Бенедикта. Из серых его глаза стали голубыми, и ей впервые довелось понять, что значит «убийственный взгляд».
Он глядел так, как будто с радостью придушил бы ее, однако было в его взгляде и нечто другое, еще более ужасное – тигриный отблеск первобытного мужского торжества, говорившего, что на уме у него не только ее смерть.
О Боже, ведь не могла же она в пылу пьяной страсти надавать ему безрассудных обещаний? Не собирается же он связать ее тем, что могла сказать или сделать женщина в состоянии алкогольного опьянения?
– Мистер Сэвидж…
Ответом на ее безмолвную мольбу была его сверкающая жестокая улыбка.
– О, зовите меня Бен, пожалуйста… в конце концов, вы сейчас не на службе, и мы с вами на равных. К тому же такая явная формальность выглядит довольно глупо в данной ситуации, не так ли… Ванесса?
Каким-то образом он ухитрился даже имени придать греховный оттенок, и оба шипящих звука «с» медленно соскользнули с его языка, как ленивые змеи, соблазнительно обвившись вокруг ее шеи, не давая ей дышать, не то что защищаться.
– Я…
– Попробовать один раз недостаточно… можно еще раз? У вас такая прелесть, что мне ужасно захотелось ее съесть.
Он смотрел на ее рот, и на мгновение Ванесса не правильно истолковала его хриплую мольбу и свирепо уставилась на него.
– Шоколадный мусс, Несси, – пояснил Бенедикт, мягко направляя ее руку обратно к креманке и слегка коснувшись при этом ее груди. Он заставил девушку зачерпнуть ложку и опять поднять к его рту.
Ванесса выпустила ложку из рук и с облегчением увидела, что он без возражений взял ее сам.
– Можете съесть все целиком, – сказала она угрюмо, оттолкнув креманку в его сторону и понимая, что это только начало ее мучений. Ну что ж, может быть, и придется с этим смириться, но вовсе необязательно, чтобы это ей нравилось. Раз он заявил, что они на равных, то надо вести себя соответственно, сохраняя хотя бы остатки своего достоинства. – И, пожалуйста, не зовите меня этим смехотворным прозвищем.
Он высоко поднял брови, якобы не понимая ее.
– Прозвищем? Вы имеете в виду Ван? Должен признаться, оно звучит чересчур кратко и непривлекательно.
При этом упоминании Ричард поднял голову, и его красивый лоб озабоченно сморщился, когда он увидел ее раздраженное выражение.
– Тебе не нравится, когда тебя так называют? Но ведь все это время… Бога ради, почему же ты ничего не сказала?..
– Я имею в виду Несси… и он это прекрасно знает! – Изо всех сил Ванесса старалась, чтобы ее возмущение Бенедиктом не затронуло того, кто был здесь совсем ни при чем. – Когда меня так называют, я чувствую себя какой-то престарелой нянькой.
– А я скорее имел в виду чудовище озера Лох-Несс, – спокойно проговорил Бенедикт, не спеша проглатывая еще одну ложку ее десерта. – Знаете, это таинственное существо, исчезающее и появляющееся, когда меньше всего его ожидаешь…
– Мне кажется, для дворецкого эти качества не подходят, Сэвидж, – пошутил Ричард. Бенедикт посмотрел на него с приятной улыбкой, мгновенно вызвавшей подозрение у Ванессы.
– Напротив, они просто идеальны для дворецкого. «Самое лучшее обслуживание достигается тогда, когда вы не знаете, кто вас обслуживает, поэтому лучше всего, когда слуга остается невидимым».
– Опять Овидий? – Как оказалось, память у Ричарда более чутко реагировала на происходящее, чем инстинкты ревности.
– Оливер Уэнделл Холмс. Это высказывание, наверное, есть во всех лучших руководствах для дворецких, не так ли, Ванесса?
Она прямо поглядела ему в глаза и сухо усмехнулась.
– Ну конечно, как раз после того, где говорится, что немногие вызывают восхищение у своих слуг. «У многих, кем восхищается мир, жены и дворецкие редко находят хоть что-то выдающееся».
Его тонкие губы искривились в понимающей ухмылке, как будто он понял, как вольно она процитировала это высказывание.
– Думаю, я бы предпочел быть чудом для своей жены, чем представлять что-то выдающееся в мире. Так было бы гораздо спокойнее.
– Да ведь у вас нет жены, – саркастически парировала она. С его известностью в мире архитектуры его будущей жене, вероятнее всего, не оставалось бы ничего иного, как смириться с тем, что всю свою страсть он отдает работе.
Бенедикт склонил голову в знак согласия.
– Да, сейчас нет. Но это только дает большие возможности для слуг. Скажите мне, Ванесса, что еще я должен сделать, чтобы вызвать у вас восхищение?
Если этим вкрадчивым предложением он хотел заставить ее покраснеть, то, с трудом удержавшись от этого, она лишь стала размышлять дальше. Что еще? Неужели мистер Сэвидж самодовольно ждет ее признания, какой он замечательный любовник?
– Может быть, самому чистить свои ботинки? – ядовито предположила она.
Бенедикт состроил кислую мину.
– Нет, я имел в виду что-то более значительное. Уверен, вы можете подыскать дело куда более возбуждающее, чтобы я мог выполнить своими руками, – ответил он, с дьявольски невинным выражением, и на этот раз заставил ее покраснеть. Затем откинулся назад, как гладкий довольный кот. – Видите ли, Ричард, у нас с Ванессой нечто вроде симбиоза, который необычайно благотворен для нас обоих; так что если вы надеялись, возбудив у меня недовольство ее работой, заполучить себе моего дворецкого, то у вас ничего не вышло.
Ричард нежно улыбнулся Ванессе.
– Благодарю вас, но мне хотелось бы думать, он у меня уже есть.
Ванесса почувствовала, как напрягся Бенедикт, сидевший рядом с ней, однако в его мягко прозвучавшем голосе не было и следа чего-либо иного, кроме добродушия:
– Но, должен отметить, исключительно в моем распоряжении. Я первый имею право на ее лояльность и услуги и могу с полным основанием заявить, что Ванесса самое услужливое и любезное существо из всех, кто когда-либо со мной работал. Ее желание услужить таково, что привычные слова «это сделал дворецкий» приобретают совершенно новую окраску.
От такой неприкрытой наглости у Ванессы просто перехватило дух. Она видела, что настроение у Бенедикта начинает опасно меняться, а добродушное неведение Ричарда скорее раздражает, а не успокаивает его, как ей хотелось бы думать.
Казалось, ему все равно, что она, очевидно, никому не сказала ни слова о том, что случилось. Сама знает, и этого достаточно. Ричард был, пожалуй, слишком добродушен, но не глуп; если Бенедикт и дальше будет продолжать те же провокационные разговоры, то тогда даже тот поймет, что это не простое подтрунивание и подшучивание: Весь ужас в том, с отчаянием размышляла Ванесса, что в его замечаниях, если принимать их за чистую монету, не было ничего, к чему можно было бы придраться, не выдав всех затруднительных обстоятельств того, что с ними случилось.
– Например, ее настойчивое желание стелить постели, – неумолимо продолжал Бенедикт. – Я думал, что это не входит в неписаный свод обязанностей дворецких, но Ванесса, по-видимому, изобретает свои собственные правила и следует им.
Ричард засмеялся.
– Теперь, я полагаю, это называется гибкостью в работе. Так, значит, вы одобряете ее игру в «музыкальные кровати»? Когда она впервые рассказала мне об этой чехарде, я решил, у нее крыша поехала, но если подумать, в этом что-то есть.
Послышалось изумленное восклицание Бенедикта, но затем он тихо, но довольно мрачно спросил:
– Что вы имеете в виду?
– Ну, мне лично не понравилось бы каждую ночь проводить в другой постели, а Ванесса говорит, что всю жизнь живет в чужих домах и что ей абсолютно все равно где спать. И потом, наверно, действительно лучше всего можно проветрить спальню, если спишь в ней. У меня самого довольно большой дом, и моя мать постоянно жалуется, скольких ей стоит хлопот, чтобы в свободных комнатах не было затхлого воздуха. Я ей советую поступать, как Ван, но она говорит, что это было бы все равно что жить в гостинице. Конечно, Ван говорит, именно так она и чувствует, только ей не приходится беспокоиться об оплате счетов!
Ричард опять засмеялся, а Ванесса слабо улыбнулась, поймав его веселый взгляд из-под очков. Ну вот, он и получил объяснение. Без единого слова с ее стороны.
– Ванесса может быть очень остроумной, хотя иногда ее чувство юмора оставляет желать чертовски много лучшего, – последовал едкий ответ после мгновения ужасающего молчания, но Ричард уже не слушал его.
– О, Ван, я вижу, там уходит Найджел Франклин, помнишь, я говорил, что хочу с ним перемолвиться насчет кобылы, которую он завтра пришлет? Ты не возражаешь? Я быстро…
Ванесса была в ужасе, что остается одна в такой критический момент.
– Но…
– Конечно, мы не против, – перебил ее бормотание Бенедикт. – Не беспокойтесь, Ричард, я знаю, как занять Ванессу.
Ванесса хмуро глядела на удаляющегося Ричарда.
– Может, вы не так уж и хорошо подходите друг другу, как я думал. Туповат, не так ли?
Темные глаза Ванессы сверкнули.
– Нет, просто у него нет комплексов.
– Понятно… вы имеете в виду, он скучный.
– Он не скучный!
– Может, и нет – ниже уровня стола, но разве мне судить об этом?
Ванесса в бешенстве вздернула голову.
– Я поднимала вилку! – прошипела она.
Бенедикт медленно потягивал виски, нарочито демонстрируя свой скептицизм.
– Это вы от меня прятались.
– Вы меня порицаете? – Она больше не делала попыток отрицать это. – Я знала, что вы не сможете удержаться от… от… – И смолкла при виде его поднятых бровей.
– От надежды, что вы признаетесь?
Его самодовольное хладнокровие просто бесило.
– От того, чтобы позлорадствовать и испортить нам с Ричардом вечер!
– Так вот что я делаю?
– Да!
Она могла бы догадаться, что сыграет ему на руку. Он сказал довольным, достаточно злорадным тоном:
– Вы не считаете, что вас следует проучить за вранье?
– Я не лгала… почти не лгала, – запинаясь, произнесла она.
– Мы оба знаем правдивый рассказ, – презрительно оборвал он. – Вы вполне могли поправить меня и сказать, что я ошибаюсь, однако вы этого не сделали. Вместо этого выложили смехотворную историю о привидениях, пытались выставить меня дураком, так что я сам начал сомневаться в том, что видел. Теперь пришло время раскрыть ваши хитрые недомолвки. И предупреждаю вас, вам лучше говорить все начистоту!
– Здесь? – Ванесса нервно оглянулась. Столики стояли довольно близко друг от друга, и там сидели люди – некоторых из них она знала. Их разговор и так уже привлек любопытные взоры. Мысль о том, что она дает пищу для сплетен, была ей отвратительна.
– Вы могли бы дать разъяснения наедине, но не пожелали этого, – сказал он черствым тоном. – Как часто мне предстоит находить вас у себя в постели?
– Ради Бога, говорите тише! – отчаянно прошептала Ванесса.
К ее досаде, он немедленно понизил голос до еле слышного шепота, тесно придвинувшись к ней, чтобы она слышала.
– Какого черта вы сразу не рассказали мне о своей цыганской привычке? Вам не было нужды бояться, что кто-то еще об этом узнает. Вы подумали, я буду возражать против нетрадиционного решения вполне понятной проблемы? Бога ради, я бы скорее поздравил вас с тем, что вы так хорошо заботитесь о моей собственности!
– Это было не так просто… – прошипела в ответ Ванесса.
– Почему? Потому что я принял вас за дорогую девушку по вызову? Это должно быть лестно для вас, Флинн.
Ванесса отпрянула от него.
– Только мужчина мог так сказать! – гневно произнесла она. – Вы считаете, я должна завидовать женщине, продающей свое тело? Думаете, проститутки занимаются этим ради удовольствия? – Голос у нее прервался от отвращения. Однажды ее уже запятнали презрением, и при одном воспоминании об этом у нее заныли зарубцевавшиеся старые раны.
Бенедикт внимательно всмотрелся в ее горячечный взгляд, и его ярость утихла при виде того, что он увидел в темных глубинах.
– Простите меня, – мягко произнес он. – Я сказал глупость. Но я не делал никаких намеков на социальное положение, своей дерзостью я просто пытался вывести вас из себя.
Признание не успокоило Ванессу. В душе она все еще продолжала бороться с этим беспомощным чувством подавленности.
– Я никогда не стала бы заниматься проституцией, – горячо продолжала она. – Ни за что на свете, ни для кого на свете… ни за какие деньги!
– Я знаю.
Внезапно она поняла, что он больше не сердится, по крайней мере, не так зол, как несколько минут назад. Вместо этого в его пристальном взгляде Ванесса ощутила непреклонную решимость, отчего у нее пересохло во рту и она подумала, насколько выдала себя своей внезапной реакцией.
Бенедикт продолжал, еще больше ошеломив ее своим искренним признанием.
– Не буду отрицать, что это обычная мужская фантазия – прекрасная незнакомка, которая соблазнит тебя, а потом исчезнет, только одно удовольствие и никакой ответственности. Нам всем известно, что в реальной жизни так не бывает, но когда воображаешь, об этом не думаешь. В конце концов, сексуальная фантазия – это самый безопасный секс. Уверен, многие женщины в глубине души наслаждаются грезами, прямо противоположными этим мужским…
– Я – нет, – решительно прервала его Ванесса, пытаясь остановить его, пока разговор совершенно не вышел из-под контроля.
– Неужели? Какая же у вас самая любимая сексуальная фантазия, Ванесса? – Он оперся подбородком на руку и улыбнулся краешком рта.
– Не ваше дело, – холодно отрезала Ванесса, придя в замешательство от столь быстрой перемены в его тактике. Если в его намерения входило вывести ее из равновесия, это ему чертовски хорошо удалось.
– Нет, мое, если я в ней присутствую, – поддразнил он ее.
– Да никогда в жизни! – выпалила она, а он тихо засмеялся.
– Вы, должно быть, почувствовали разочарование, когда проснулись и обнаружили, что лежите в моих объятиях?
Перед ней промелькнуло воспоминание о мускулистых руках и неистовой мужественности.
– Но я же не проснулась, да? – горько произнесла она. – Если у меня и была фантазия, то только не та, когда на меня набрасывается какой-то… какой-то бессовестный инкубус…
– В том состоянии, в каком я был тогда, я вряд ли был похож на этого демона-любовника как в прямом, так и в переносном смысле, – пробормотал он.
Что он имел в виду? Что все свершилось в одно мгновение, настолько сильно было его вожделение? Странно, но эта мысль была еще более унизительной. Много раз Ванесса мучила себя, представляя, как он не спеша и беспрепятственно наслаждался ее беспомощным телом. Она беспокойно металась в постели каждую ночь, преследуемая этими видениями. О Боже, если так, то ее действительно преследовали сексуальные фантазии о нем!
– Вообще довольно странно, что вы произнесли слово «инкубус», – задумчиво размышлял он вслух. – Вы уверены, что не путаете его с чем-нибудь еще?
– Я знаю, что такое инкубус, – отрезала Ванесса. Вдобавок ко всему, он еще обвиняет ее в невежестве!
– Я тоже знаю. Демон, нападающий на спящих женщин. Так вы в этом меня обвиняете – что я воспользовался тем, что вы спите?
– Я была пьяна, должно быть, вы поняли это. В нормальном состоянии я бы никогда себя так не вела… – Краем глаза она видела, что Ричард отходит от коротышки Найджела Франклина и двух его азиатских гостей.
– Вели себя как? – упорствовал Бенедикт.
Она свирепо посмотрела на него, чувствуя приближение Ричарда.
– Если бы я знала, я бы не беспокоилась об этом, верно?
– Беспокоились о чем? – продолжал он притворяться бестолковым, следя за ее взглядом и видя, как Ричард пробирается между столиками, то и дело останавливаясь для дружеского приветствия.
– Ради всего святого, какое вам дело? – сказала она, с облегчением улыбаясь по мере того, как Ричард подходил к их столику.
– Вас бы это удивило, – пробормотал Бенедикт, повернувшись спиной к Ричарду и вставая, чтобы тот не увидел лицо Ванессы. – Но вы правы, здесь не время и не место. Мы тут слишком на виду. – Он дал ей насладиться кратким мгновением свободы, прежде чем добавить: – Все, что нам нужно, так это естественное прикрытие. – Бенедикт повысил голос и протянул руку. – Потанцуем?
Прежде чем Ванесса успела отказаться, он наклонился, подхватил ее с банкетки и пронесся мимо удивленного Ричарда через арку в соседний зал. Слегка сдавив ей локоть, он ловко развернул ее к себе лицом и начал танцевать под музыку, лившуюся из тщательно скрытых динамиков. В этом же ритме раскованно двигались уже несколько молодых пар, но Бенедикт, не обращая на них внимания, начал более консервативный танец, положив одну руку ей на лопатку, а другой крепко прижимая ее руку к своей груди.
– Но я не хочу танцевать! – возразила она, стараясь незаметно вырваться из его объятий и толкая его в плечо свободной рукой.
– Может, вы бы предпочли, чтобы я пригласил Ричарда разделить наши очаровательные воспоминания о времени, проведенном в постели?
Ванесса обмякла в его руках, но этому физическому подчинению противоречили ее вызывающие слова:
– Вы бы не посмели!
Бенедикт замедлил ритм танца.
– Это что, вызов?
Она повернула голову и, мрачно глядя мимо его правого уха, попыталась ответить тем же.
– Вы не чувствуете себя глупо, танцуя с женщиной выше себя ростом? – угрюмо спросила она.
– Нет. Это всего лишь означает, что мне лучше видна ваша грудь.
В ярости она отпрянула от него и залилась румянцем. Он же даже не смотрел вниз, в вырез ее платья, а насмешливо разглядывал свирепое выражение на лице девушки.
– Перестаньте стараться заставить меня стыдиться моего роста. Я не позволю вам подавлять себя как интеллектуально, так и физически. Мы неплохо танцуем, правда?
Большой рот Ванессы упрямо поджался.
– Нет, плохо.
Он закружил ее, прижав к себе.
– Это не пробуждает приятных воспоминаний?
– Воспоминаний? – глухо повторила Ванесса.
– О том, как мы двигались в постели. – Его рука у нее на спине напряглась и прижала девушку к нему, так что с каждым движением ее грудь слегка касалась его белой снежной манишки.
– Прекратите! – Она изогнулась назад, но добилась только того, что ее бедра оказались еще более тесно прижатыми к нему.
– Вы не помните, да? – хрипло и язвительно проговорил Бенедикт, и его слова сливались с низкими, сексуально возбуждающими звуками музыки. Он засмеялся, еще больше приводя ее в бешенство своей проницательностью. – Вот почему вам так не хотелось признаться… вы не помните, в чем нужно признаться. Не знаете, что делали, когда отключились, да, Ванесса?
– Не было никакого провала в памяти. Я не знаю, о чем вы говорите… – бурно протестовала она.
– Я говорю о том, как вы проснулись и увидели, что я, голый, лежу на вас…
Ее ногти непроизвольно впились ему в смокинг.
– Вы не лежали на мне!
К ее ужасу, он озорно ухмыльнулся.
– Нет, правильно… это вы почти все время лежали на мне, да? Гм-м, так вы, значит, что-то помните?
Он просто был наверху блаженства и смеялся над ней, из чего Ванесса, будь она настроена более разумно, могла заключить, что это была его месть. Однако сейчас Ванесса была не в состоянии контролировать свои ответы.
– Да, черт возьми, я ничего не помню! – Вынуждена была признаться она, сжав зубы и понимая, что это именно то, чего ему так хотелось услышать. – Да и не хочу помнить!
– Лжете. – От смеха голос у него был шелковистым. – Разве вы не хотите в точности узнать, чего вам следует смущаться? Насколько необузданно вы себя вели в кромешной темноте?
– Не хочу, – яростно солгала Ванесса. – Что касается меня, все это было ужасной ошибкой. Хорошо, в вашей постели оказалась я и делала все, что только вы скажете. Теперь, когда вы заполучили это проклятое признание, покончим с этим раз и навсегда, – проскрежетала она.
– Если только вы не беременны.
– Что? – резко вскричала Ванесса, остановившись как вкопанная посреди танцевального зала и недоверчиво уставившись на него. – Вы хотите сказать, что мы не?.. Вы даже не?.. – Рот у нее передернулся от ужаса. – О Боже, нет, я не верю этому! – Ей не приходило в голову, что такой осторожный человек, как Бенедикт Сэвидж, не примет все меры предосторожности… и вот тебе!
– Из чего я заключаю, что вы не пользуетесь противозачаточными таблетками, – серьезно пробормотал Бенедикт, слегка подтолкнув ее и возобновляя танец.
– Конечно нет! – Она тихо простонала, и ее тело стало податливым, когда на нее свалилось это совершенно невероятное открытие.
– Никаких «конечно». Многие женщины предпочитают брать ответственность на себя…
– Но той ночью я ведь за себя не отвечала! – неистово твердила она. – Вы ведь знали, что не отвечала!
– Каким образом? Было темным-темно и то, что вы прошептали мне на ухо, совсем не располагало к разумной беседе…
– Вы что, не ощущали запах вина? – поспешно проговорила Ванесса, не желая слышать собственных слов.
– Запах – нет, не почувствовал, а вот вкус – да. Но ведь вы вся были так восхитительны на вкус, что, когда я добрался до вашего рта, я сам уже был здорово пьян…
Ванесса почувствовала, что ее с головы до пят обдало жаром, и поспешила вернуться к главному.
– Как вы могли пойти на такой риск с совершенно незнакомой?..
– Но ведь Дэйн заверил меня, что вы освидетельствованы.
– Дэйн – что? – Тут она наступила ему на ногу, и он поморщился от боли.
– Оказалось, он имел в виду автомобиль, помните? Ведь тогда, видите ли, я думал, Дэйн говорит о вас, так что…
– Так что вы ничем не воспользовались! Как вы могли? Разве вы не подумали, что я могу… могу…
– Забеременеть? Боюсь, я был так ошеломлен, когда забрался в постель и обнаружил, что меня ждет теплое податливое тело, я совершенно потерял голову. А вы, конечно, даже не дали мне возможности вежливо извиниться…
– О Боже мой! – Она уткнулась лбом в его плечо. Поддерживая ее трепещущее тело, Бенедикт еще крепче сжал его в своих руках. Единственное, что утешало, – малая вероятность забеременеть в тот день. Все же теперь ей предстоит еще несколько недель ужасной неизвестности.
– Если вы беременны, думаю, Уэллс настоит на том, чтобы вы прошли тесты…
– Что? – Она опять вздернула голову.
Бенедикт улыбнулся, глядя в ее бледное, нахмуренное лицо.
– Чтобы узнать, его это ребенок или мой. В конце концов, думаю, никто из нас не захотел бы предъявить права на чужого ребенка. Давайте спросим, что он думает, когда вернемся к столику.
Ее непослушные ноги заплелись в его ногах, и на этот раз он наступил ей на ногу. Бенедикт остановился.
– Простите. Довольно танцев? Вернемся к Уэллсу? – Он хотел было вежливо высвободиться, но Ванесса тут же прореагировала.
– Нет! – Она чуть ли не повисла на нем и бессознательно вновь повела его в танце, где чувствовала себя в большей безопасности. Сейчас она не могла взглянуть Ричарду в лицо, особенно после того, как без удержу флиртовала с ним сегодня. При мысли а «том, что Ричард обнаружит, что она переспала с кем-то, хотя все это время вела себя с ним как нервная девственница, в желудке у нее тяжелым камнем переворачивалась вся съеденная еда. – Нет… музыка еще играет…
Бенедикт безропотно следовал за ней, не делая попыток скрыть, что это его забавляет.
– Бедная Ванесса разрывается между двумя любовниками…
– Мы не любовники! – автоматически отрицала она.
– Тогда как же нас назвать?
– Не нас! – в замешательстве выпалила она. К сожалению, его интуиция была не меньше ее замешательства. Он мгновенно понял то, что она не хотела ему открыть.
– Бог мой! Так жеребец все еще не проявил себя?
– Он не жеребец! – огрызнулась она.
– Очевидно, нет. – Бенедикт произнес это так самодовольно, что ей захотелось ударить его. – И кто же воздерживается – вы или он?
– У нас с Ричардом вот уже два года прекрасные отношения, – резко произнесла Ванесса. – Если они не основаны на сексе, так это не значит, что они прохладные…
– М-м-м, должно быть, все же прохладные, – бойко ответил он, и Ванесса с трудом удержалась от крика. Она пыталась не замечать, что его ладонь медленно скользит от лопаток вниз по позвоночнику. Только когда его рука коснулась того места, где начинаются ягодицы, она обрела дыхание, чтобы ответить.
– Мы оба осторожные люди, – произнесла она и тут же отбросила всякое благоразумие. – Мы, вероятно, поженимся в не столь отдаленном будущем!
Несколько напряженных секунд они двигались молча. Ванесса чувствовала, как его глаза обшаривают ее профиль.
– Он просил вас стать его женой?
Девушка закусила губу.
– Еще нет, но…
– Так как вы переспали со мной, вы чувствуете себя виноватой, что не спали с Ричардом, и решили, что настало время придать некоторую пикантность вашим «прекрасным отношениям» и проверить, достаточно ли вы подходите друг другу в сексуальном отношении, чтобы выйти за него, если он вас попросит, – догадался он с дьявольской точностью. – Поэтому вы надели сегодня такое сексуально-волнующее платье? Молчаливый знак того, что вы наконец не против? А как же тогда со мной? Думаю, мне уготована роль «возбудителя», хотя, я всегда считал, их больше используют для возбуждения нерешительных жеребцов, а не сопротивляющихся кобыл.
– Как вы смеете? – прошипела она, испытывая к нему жгучую ненависть за то, что все ее проблемы он изложил по аналогии с конюшенной терминологией.
– Совершенно спокойно, моя дорогая Флинн, – протянул Бенедикт. – Просто подумайте о том, что я сэкономил вам уйму энергии. Если до сих пор между вами и Ричардом не произошло самовоспламенения, ничто не в силах раздуть пропавшую искру.
– Вы говорите о сексе, а не о любви…
– Так вы его любите?
Она не удостоила ответом его нахальное удивление и решительно уставилась вдаль.
– Ванесса, посмотрите на меня. – Он отпустил ее руку, неприятно крепко взял за подбородок и повернул ее лицо к себе. – Вы любите его? – потребовал Бенедикт, с выражением такой напряженной озабоченности, что она на мгновение была ошеломлена.
– Я… да.
Она боялась, что колебание выдало ее, и, чтобы скрыть его, добавила агрессивным тоном:
– Думаю, вы хотите сказать, что если б я любила его, то никогда не предала бы и не стала бы заниматься сексом с вами, как бы пьяна ни была?
Мягкой подушечкой большого пальца он погладил уголок ее рта.
– Нет, не хочу, – мягко проговорил он. – Не думаю, что должен говорить вам что-то о ваших чувствах к Уэллсу, чего вы сами в глубине души уже знаете. Настоящее предательство не в том, что вы могли или не могли делать со мной, а в том, насколько сильны ваши собственные сомнения…
– И вы, конечно, думаете, что настолько хорошо меня знаете, – сказала она с довольно неуверенным сарказмом.
– Я знаю, вам нужно, чтоб вас любили безрассудно и беззаветно, а Уэллс не склонен к безрассудности и, как я заметил, к беззаветной любви. Он слишком ручной для вас. Он разочарует вас, Ванесса, и не только в постели.
– Какого черта, что вы о себе возомнили? Не желаю ничего слышать! – сердито прошептала Ванесса, обескураженная той легкостью, с которой он проник в ее тайные мысли.
– Думаете покинуть меня, Флинн? – спросил он, когда музыка смолкла. – Я бы вам не советовал.
Ванесса с вызовом вскинула голову.
– Почему бы и нет?
– Потому что, если вы это сделаете, я уж позабочусь о том, чтоб у вас не было возможности убежать к вашему прирученному Ричарду, – заявил он с вкрадчивой угрозой. – Думаю, ему еще меньше, чем мне, понравится, чтобы из него делали дурака.
Ванесса побледнела.
– Значит, вы бы сказали ему?
– Не только ему. Моя дорогая, как говорится, у лжи короткие ноги, но скандал разносится на крыльях ветра. Могу только представить, какие щекотливые заголовки придумают в газетах, если узнают, кем было сладострастное привидение в Уайтфилд-хаусе. У нас дела пойдут в гору, а вы будете в центре внимания прессы. Может, вернемся теперь к вашему пылкому обожателю? Вижу, он беспокойно поглядывает в нашу сторону, а я не хотел бы, чтобы у него сложилось неверное представление, а как вы?..




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Секрет Златовласки - Нейл Долли

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Секрет Златовласки - Нейл Долли



неплохо можно отдохнуть читая очередную историю любви разочаровавшейся героини и главного героя который неожиданно встретил свою любовь боль и недоверие позади и Ванесса может вздохнуть с облегчением - впереди счастливая семейная жизнь с человеком который не предаст и будет заботиться о своей любимой женщине
Секрет Златовласки - Нейл Доллинаталия
7.07.2013, 11.26





Местами очень нудно. И таких мест очень много
Секрет Златовласки - Нейл Доллизлой критик
26.05.2015, 9.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100