Читать онлайн Встретимся в полночь, автора - Нейвин Жаклин, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Встретимся в полночь - Нейвин Жаклин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.25 (Голосов: 59)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Встретимся в полночь - Нейвин Жаклин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Нейвин Жаклин

Встретимся в полночь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Хоуксхед оказался красивым городком с узкими мощеными улочками и домами времен королевы Елизаветы, красиво расположенными относительно друг друга. Темные деревянные балки на фоне беленых стен заставляли вспомнить другую эпоху, и Джулия во все глаза рассматривала эти очаровательные картины. Фаэтон поместили в трактирном каретном сарае, лошадей напоили и задали им овса, и теперь Джулия шла по живописным улицам, заходя в одну лавку за другой. Как чудесно было провести день вдали от угрюмых стен Гленвуд-Парка.
Жители сердечно приветствовали ее появление. У здешнего населения она вызывала любопытство, это не подлежало сомнению. Все подходили к ней с улыбками и предложениями, словно она была самой принцессой, решившей пройтись по здешним улицам.
Джулия не смогла пройти мимо лавки, похваляющейся выразительным названием «Хранилище искусств», где содержалось заманчивое собрание картин, скульптур и прочих произведений искусства, используемых для украшения интерьеров. Джулия неторопливо рассматривала их, а потом зашла в трактир, где и перекусила под неусыпным оком веселого трактирщика.
По дороге домой ей было о чем подумать. «Хранилище» подарило ей несколько идей насчет того, как привести дом в порядок. Джулия не собиралась брать на себя задачу заново переоборудовать Гленвуд-Парк. В конце концов, она всегда считала, что живет здесь временно. Но все-таки пока они здесь, им следует устроиться как можно удобнее в этом старом, продуваемом сквозняками доме. Она поговорит об этом с мистером Конрадом. Прежде чем что-то покупать, надо посмотреть, что лежит на чердаке – если там вообще что-то лежит.
Она вышла из фаэтона во дворе перед домом и велела дворецкому позвать конюха, чтобы тот отвел экипаж в каретный сарай. Когда им не хватало прислуги, она делала это сама, но теперь они наняли нескольких человек, и Джулия радовалась, что порядок в доме налаживается.
Развязав ленты шляпки, она направилась к лестнице и застыла на месте, увидев в холле знакомое лицо женщины.
Графиня Уэнтвурд улыбнулась:
– Вижу, я вас удивила. Разве вы не получили моего письма?
– Нет. К сожалению, почта здесь работает гораздо хуже, чем в Лондоне. Ах, как я рада вас видеть! – И Джулия порывисто бросилась к графине. Она протянула руки к старой женщине, и та не задумываясь по-матерински обняла ее. – Как хорошо, что вы приехали, – прошептала Джулия.
Голос графини звучал сдавленно.
– Вы заговорите по-другому, когда узнаете, что я сделала. – Отодвинувшись, она взяла жену своего внука под руку и повела ее в парадную гостиную. – Вероятно, нам нужно поговорить. Я понимаю, вы, очевидно, устали, но поговорить нам нужно немедленно.
– Что такое? Что-то случилось? – Джулия замерла на месте, охваченная жарким страхом. – С Рафаэлем? Что-нибудь случилось… что-нибудь случилось с ним?
Графиня удивилась:
– Нет, дитя мое. С ним все в порядке. Он в библиотеке с… О Боже мой! Давайте сядем, и я вам все объясню.
Подчинившись, Джулия сидела одеревенев, пока старая дама устраивалась на недавно вычищенном диване.
– Должна сказать, Джулия, вы совершили с домом чудеса за такое короткое время. Я поинтересовалась этим домом сразу же после того, как вы выбрали его, и сильно сомневалась, что его можно превратить в пригодное жилище.
Слишком встревоженная, чтобы воспринимать комплименты, Джулия быстро пробормотала что-то в знак благодарности и сказала:
– А теперь, пожалуйста, скажите, что произошло. Графиня сложила руки перед собой и некоторое время рассматривала их.
– Джулия, дорогая, я привезла с собой кое-кого. – Грудь ее приподнялась, когда она глубоко вздохнула. – Я не знаю, рассказывал ли вам Рафаэль о своей семье. О своей матери, моей дочери.
– Конечно, я знаю о ней, хотя Рафаэль мало о ней говорил. Она живет во Франции, и он редко с ней видится.
– Это так. Они далеки друг от друга. Вежливые чужаки – вот и все. Думаю, что произошло нечто – я не знаю, что именно, – образовавшее между ними незарастающую трещину. Полагаю, что именно такое положение дел во многом влияет на дурное настроение моего внука. Заметьте, я не оправдываю его поведение, но могу допустить, что в юности на него произвело неизгладимое впечатление нечто ужасное. – В глазах у нее появилась грусть, и она медленно покачала головой. – Он приехал ко мне, как потерявшийся щенок, внешне очень гордый и холодный, но, повторяю, совсем как щенок, если посмотреть ему в глаза. Со временем он научился скрывать и это; я предоставила ему дом и терпела его все эти годы – из-за этого выражения его глаз.
– Да. Я тоже это замечала. Графиня словно бы удивилась:
– Вот как? Тогда вы видели больше, чем все остальные, потому что он превратился в жесткого человека. Эта дуэль… она еще больше все испортила, не правда ли? Я сужу по вашим письмам, хотя вы и стараетесь казаться веселой.
– Рафаэль тяжело переживает свое теперешнее состояние… Джулия осеклась, потому что графиня замахала на нее рукой.
– Я прекрасно знаю своего внука и знаю, что он вел себя с вами совершенно безобразно. А теперь выслушайте меня, дитя мое, ибо я боюсь, что может быть еще хуже. Моя дочь написала мне этим летом, узнав о том, что произошло, и настаивала на том, чтобы приехать повидаться с сыном. Я удерживала ее от этого под разными предлогами, даже при помощи лжи, понимая, что если она явится, это не приведет ни к чему хорошему. На прошлой неделе она приехала в Лондон и потребовала отвезти ее сюда. Если бы я ей отказала, она приехала бы без меня.
– Его мать здесь? – Джулия не понимала, почему у нее появилось явное ощущение страха.
Графиня кивнула:
– Здесь. В библиотеке. Ей хотелось поговорить с сыном наедине.
Женщины обменялись тревожными взглядами, и Джулия спросила:
– Вы ничего не слышали?
– Нет. Там совершенно тихо. – Графиня бросила взгляд на дверь. – Я ожидала, что будет такой шум, что мертвые пробудятся.
Джулия проследила за направлением взгляда графини и поежилась. Мать Рафаэля здесь! Это звучало устрашающе. Он всегда избегал разговоров о своих родителях, упоминая и мать и отца только изредка и в самых резких тонах. Джулия вспомнила, что однажды даже неправильно истолковала его слова, решив, что мать Рафаэля умерла, а потом поняла, что он имел в виду – умерла для него. Ей, конечно, было любопытно, но касаться этой темы она не решалась.
По скудным сведениям, полученным от графини, и по ее предостерегающему тону Джулия поняла, что назревает взрывоопасная ситуация. Но она не жалела об этом. Монотонность и неподвижность последних недель угнетающе действовали на нее.
Графиня предложила:
– Почему бы нам не велеть подать чай? Это нас подбодрит и поможет скоротать время ожидания.
Джулия позвонила, вовсе не будучи уверенной, что сможет проглотить хоть кусочек.
К представлению, устроенному матерью, Рафаэль отнесся совершенно не так, как ожидал. Когда она приехала, он чуть было не выгнал ее и позвал слуг, чтобы они отвезли его обратно в спальню. Инстинкт говорил ему, что нужно скрыться от этой женщины с ее чрезмерной склонностью к сценическому искусству. Подумать только, Виолетта Жискар, именно она, входит в эту дверь! Разве недостаточно он уже вынес? Но конечно, он не мог ее остановить. Телесная немощь, не позволяющая ему двигаться, лишала его всяких преимуществ. Он угрюмо сдался, кипя все то время, пока ждал, когда же мать начнет свое представление.
Она начала очень спокойно, проговорив все то, что полагается говорить матери. Это было в порядке вещей. Все это Рафаэль знал и без нее – как она переживала, узнав о дуэли, как волнуется о его здоровье, но надеется, что он выздоровеет, – но все это его не очень-то волновало.
Потом тон ее изменился. Поначалу слегка. Маркиза сказала, что когда она получила сообщение о его ранении, какое-то время не было известно, выживет ли он, она вдруг словно прозрела. Виолетта начала говорить так, как никогда еще не говорила с сыном, и… заплакала. Не тем театральным плачем, который у него всегда ассоциировался с ее эмоциональными всплесками. На этот раз она совершенно утратила контроль над собой. Глаза у нее распухли, щеки пошли пятнами. Нос покраснел, ей потребовался носовой платок, и ему пришлось дать ей свой, потому что своего она не могла найти. Хотя Рафаэлю хотелось посмеяться над этим представлением, он против воли был очарован, слушая, как она говорит о своей слабости, своих ошибках и сожалениях. Мать призналась, как она жалеет, что отняла у него отца, поддавшись мгновенному порыву и высказавшись с ненужной откровенностью. Всего вероятнее, он все же сын Марке. Если бы она сохранила свою тайну про себя, она не разорвала бы их связи.
Она именно так и выразилась – она не разорвала бы их связи. Впервые Рафаэль слышал, чтобы его мать брала на себя ответственность за что-то. Похоже, она говорила искренне. Рафаэль отметил это с некоторым замешательством.
Он никогда не думал, что его мать страдает из-за того, что он считал лишь своей личной потерей.
Старые демоны ожили, беспокойно забормотали, что мать откровенничает с какой-то целью. Цинизм потлел немного, вспыхнул и погас. По какой-то причине звери, живущие в его душе, не подняли своих голов.
Приезд сюда ничего не даст ей. Ему от нее ничего не нужно, так что она не сможет использовать его никоим образом, и он не понимал, что она приобретет, получив его прощение.
Излив свои чувства, Виолетта зашмыгала носом, пытаясь взять себя в руки. Рафаэль прервал молчание, предложив:
– Я налью вам мадеры.
И услышал, что голос у него звучит гораздо мягче, чем ему хотелось.
Виолетта посмотрела на него, заморгала и нерешительно улыбнулась:
– Спасибо.
Однажды в чайной лавке городка Джулия столкнулась с миссис Пивенстовер – Евлалией, как та поправила ее с мягким упреком. Эта леди была в нервном возбуждении – приближался танцевальный вечер, который устраивался здесь. Она настаивала, чтобы Джулия посетила его и познакомилась с остальными выдающимися обитателями здешних мест.
– К сожалению, это невозможно, – ответила Джулия, улыбнувшись. – Вы знаете, мой муж нездоров. А за приглашение спасибо.
– Конечно, дорогая, но в деревне мы гораздо более снисходительны, чем в городе. Вам не к чему сидеть дома. И он, конечно же, не станет возражать. Я уверена, что он отпустит вас на пару часов.
Джулия с тоской подумала, что Рафаэль не задумываясь отпустил бы ее и на гораздо больший срок.
– Наверное.
– Я бы сказала, что вам следует почаще ходить куда-нибудь. Ваш дом… он не очень-то веселый, дорогая моя. Я не хочу вас обидеть.
– Дом просто ужасен.
– Вот именно. Вы еще молоды, и вам не повредит, если вы будете иногда бывать в обществе. Если я оповещу всех, что вы придете, билетов будет продано больше. Да, говорила ли я вам, что деньги от продажи билетов пойдут на дом квакеров? Они идут на нужды молодых женщин, живущих в этом доме.
Заинтересованная, Джулия подалась вперед.
– Вы не сказали, что это благотворительный вечер. Я с удовольствием помогу.
Это начинание окрылило Джулию. По дороге домой она строила разные планы. Рафаэль великодушно предложил ей пользоваться деньгами. Значительную сумму он хранил в сейфе в библиотеке. Он сказал ей, что она может просто брать оттуда, сколько ей нужно, только оставляя записку, сколько она взяла, для его расчетов. Пока что она брала из этих денег совсем немного, даже если учесть, что на обновление дома ушла некоторая сумма. В голове Джулии возникали разные варианты. Она любила делать пожертвования, коль скоро эти деньги шли на благотворительные цели.
Вечером за ужином она заговорила о своих идеях с графиней и матерью Рафаэля.
– Мне кажется, это довольно интересно, – сказала маркиза.
Голос ее звучал равнодушно. И вид у нее был совершенно не заинтересованный.
С самого начала их знакомства Джулия поняла, что у нее нет ничего общего со свекровью. Враждебности между ними не было, но не было и ничего, что могло бы стать основой для дружбы.
– А что, Рафаэль ужинает? – рокочущим голосом спросила графиня. – Если он считает неудобным есть вместе с нами, я хочу хотя бы быть уверенной, что он питается чем-то, кроме виски.
– Да, он ест, – сказала маркиза, не поднимая глаз.
Она отрезала кусочек мяса у себя на тарелке. Как правило, Виолетта пила чай в библиотеке вместе с сыном. Джулии казалось удивительным, что тот терпит ее присутствие. И еще она немного ревновала. Сама она видела мужа по утрам, только если заставляла себя присутствовать при массаже. Когда же она проделывала упражнения с его ногами, они вообще не разговаривали.
– Ну ладно, проследи, чтобы он ел что-то кроме конфет и джема с хлебом, хорошо, Виолетта? Если уж ты – единственная, кого он допускает до себя, значит, это твое дело.
Графиня говорила повелительным голосом, но это не помогало ей скрыть тревогу. Она держалась от Рафаэля на расстоянии, но когда они случайно встречались, на лице у нее неизменно появлялось выражение, очень походившее на тоску. Джулия всегда отворачивалась, видя это. Она очень хорошо понимала чувства графини.
Чтобы внести разнообразие в разговор, Джулия рассказала о танцевальном вечере, который намечался на начало года.
– О, я скорее всего вернусь к тому времени домой, – беззаботно сказала Виолетта. – Но я считаю, дорогая, что вам следует пойти. А вы, мама, будете сопровождать ее?
– Виолетта, я еду в Инвернесс с Хендриксами. Ты же знаешь, мы всегда проводим февраль в Шотландии. Отдыхаем в блаженном покое перед тем, как ринуться в Лондон на очередной сезон.
Присутствие маркизы не вызывало у Джулии никаких возражений, но все же она почувствовала облегчение, узнав, что та вскоре уезжает. Но вот отъезд графини ее огорчил. Ей нужно было чем-то заняться, чтобы не сойти с ума, когда дамы уедут, и она снова останется одна с Рафаэлем. Она сказала задумчиво:
– Пожалуй, я займусь этим домом квакеров, который меня приглашают посетить. Наверное, будет хорошо, если деньги Фонвийе пойдут на оказание помощи несчастным.
Джулия не хотела сказать ничего обидного. Но едва слова эти были произнесены, она встревожилась. На лице графини была улыбка, у маркизы улыбки не было.
Виолетта наклонила голову и надменно произнесла:
– Именно так, дорогая. Именно так.
Джулия совершенно не понимала, что она имеет в виду, но постаралась сохранить спокойствие и откланялась сразу же после окончания трапезы. У себя в комнате она взялась за письма, на которые давно уже следовало ответить. К началу рождественского светского водоворота ее семья вернулась в Лондон, собираясь затем снова уехать в деревню, что полностью соответствовало кочевому духу высшего общества.
Джулия написала письма, но это ее не успокоило. Она решила пойти в библиотеку и взять какую-нибудь книгу.
В библиотеке было тихо, низкое пламя в камине отбрасывало тени на стены. Другого огня в комнате не было. Рафаэль сидел в своем кресле, придвинутом к огню. Казалось, он спит. Под ногой у Джулии скрипнула половица, и он резко вскинул голову.
– О, вы меня испугали, – сказала молодая женщина.
– А, это вы крадетесь. – Голос его звучал мягко, без всякой враждебности. Он занял прежнее положение, словно забыв о ней.
Джулия думала, что он закричит и выгонит ее. Ее удивило, что он не злится.
– Вообще-то я искала вас, – сказала она.
Глаза под тяжелыми веками посмотрели на нее, потом скользнули в сторону. Вид у Рафаэля был рассеянный, словно он размышлял о чем-то важном, когда она вошла.
– Извините меня, Рафаэль. Я, кажется, помешала вам.
– Нет, – ответил он, махнув рукой. – Вы мне не мешаете. Джулии было не по себе; она пыталась понять, в каком он настроении, чтобы решить, остаться или уйти. Ей хотелось остаться, хотя она и не могла бы объяснить почему.
Рафаэль немного оживился и посмотрел по сторонам:
– Лампы еще не зажгли.
– А вы только сейчас это заметили? – Джулия потянула за ленту звонка. Она волновалась, однако движения ее были точны. Какое странное сегодня у них настроение. Странное и интересное. – Я велю Дорис прийти и зажечь.
Он наклонил голову, потом спросил:
– Для чего вы хотели меня видеть?
– Я не могла понять, куда вы исчезли. – Джулия села рядом с ним и вымученно улыбнулась. – Когда вы не появились вчера за ужином, а потом я не увидела вас за завтраком, я не знала…
Бросив на нее проницательный взгляд, он сказал:
– И вы не пришли заниматься упражнениями.
– Я подумала, что вам, вероятно, не хочется.
– Мне никогда не хочется.
Да, но это другое. Джулия начала терять уверенность, ясность цели. Она пропустила упражнения, потому что ей стало трудно встречаться с ним каждый день; ей мешали чувства, которые она все еще испытывала к этому человеку. Гораздо легче было поручить его матери, а самой спрятаться в собственном мире, который быстро пополнялся новыми друзьями и делами. Это ее отвлекало. А отвлечься ей было просто необходимо.
– Вот и Дорис! – воскликнула она, обрадовавшись, что приход служанки прервал неловкую паузу.
– В этой комнате очень уютно по вечерам. – Рафаэль говорил негромко, пока Дорис выполняла указания хозяйки. – Вы можете приходить посидеть со мной, если хотите.
– Спасибо, – сказала она.
Она-то думала, что найдет его в самом худшем настроении, беснующимся и в хандре. Но это… Джулия никак не ожидала, что он окажется задумчивым, мягким, приближающимся к самому краю того, что пугающе походило на нежность, и это ее насторожило.
– Это почта? – спросила она, подходя к письменному столу. Интересно, видно ли по ней, как она нервничает?
Рафаэль снова впал в задумчивое состояние.
– Что? – Он устремил на нее взгляд, словно прикоснулся к ней, потом отвел глаза.
Джулия вздрогнула. Происходящее заинтересовало ее. Что это с ним сегодня такое?
Она просмотрела пачку писем. Там были письма от ее сестер, от матери, от герцога. При виде всех этих знакомых почерков она на время забыла о Рафаэле. Она бросилась в кресло, уже освещенное лампой, стоявшей рядом, и сломала печать на одном из писем.
Она по ошибке выбрала письмо от герцога, намереваясь взять письмо от Лоры. Но, прочитав короткое послание, Джулия поймала себя на том, что задумчиво улыбается, погруженная в нежные воспоминания об этом человеке.
«… больше всего вас не хватает в библиотеке. Никто не ставит книги на место, никто не пугает меня до смерти, когда я вхожу и вижу, что в старом кожаном кресле кто-то сидит».
Молодая женщина громко рассмеялась, подумав, что именно такое произошло сегодня, когда Рафаэль испугал ее. Должно быть, такое уж свойство у библиотек.
– Что-нибудь забавное? Джулия подняла глаза.
– Это от герцога Крейвенсмура. – Она не собиралась делиться с Рафаэлем своими мыслями, особенно сегодня, когда какое-то ирреальное настроение витало в воздухе. Джулия сложила письмо. – Я пользовалась его библиотекой. И теперь он пишет, что ему меня там не хватает.
Рафаэль же поймал себя на том, что выбрался из нагромождения своих мыслей и чувствовал теперь себя так, словно его вытащили из-под огромного камня. И сделала это ее улыбка. Он давно уже не видел, чтобы Джулия так улыбалась. А тем более смеялась.
Он не стал просить ее рассказывать, что именно заставило ее улыбаться. Он просто смотрел на нее и любовался, точно картиной. А это вызвало в памяти лондонский музей, где они вместе осматривали выставку, обсуждали ее. На мгновение он ощутил боль утраты, такую мимолетную, что он почти ее и не заметил, потому что Джулия была снова здесь, сидела рядом с ним и почему-то сегодня не казалась такой далекой.
Она читала, и он заметил, что глаза у нее широко раскрылись, а рука, свободная от письма, поднялась к изумленно открывшемуся рту.
Любопытство взяло верх.
– Что такое?
Неужели это его голос звучит так мягко? Она покачала головой, еще немного почитала, потом улыбнулась:
– Моя сестра Лия слишком уж умна себе во вред. Кажется, она опять навлекла на себя неприятность!
Рафаэль заметил, что уголки ее губ приподнялись, и сказал:
– Но вас, кажется, это забавляет.
– Она позвала с собой двух дочерей графа Мессинга, чтобы наблюдать за… эээ… неприличным поведением слуг на конюшне. – Глаза Джулии блеснули – он и забыл, что это бывает, когда она чему-то радуется. – Это, наверное, что-то вроде того, чем вы занимались в детстве. Но только Лия не так склонна к авантюрам. Она, как и наша мать, обладает тем природным здравомыслием, которого у меня никогда не было. Интересно, почему вдруг она стала такой мятежницей.
«Чем вы занимались в детстве». Он шел за отцом во флигель для прислуги и видел там все варианты «неприличного поведения». Почему ему не стало больно при воспоминании об этом? Он скорее отреагировал на ее признание, что она далека от своей матери. Он вспомнил, как смотрел на нее в театре.
– Вы похожи на отца. Джулия кивнула.
– Добившись успеха, он стал гораздо более занятым человеком, чем когда работал в банке. Теперь он занимается капиталовложениями некоторых своих бывших банковских клиентов. Это отнимает у него все время, и я никогда его не вижу. А раньше мы с ним, бывало, играли в шахматы, иногда он брал меня в свои поездки.
– Это он поощрял вашу любовь к чтению?
– Угу. Он почти никогда не спорит с мамой, но в этом он был на моей стороне. Три года подряд на Рождество я получала от него книги. Мама хмурилась, но разрешала, поскольку о своей любви к чтению я вслух не говорила. – Она снова улыбнулась. – Лия, сестра, попавшая в неприятное положение, всегда была самой отъявленной ябедой. Я ходила в библиотеку и украдкой брала там книги, а она рылась в моей комнате, находила их, а потом торжествуя шествовала в семейную гостиную. Ах, какой она была негодницей, но я всегда полагала, что она считает меня своей соперницей и потому отчаянно стремится получить одобрение мамы. А Мария так сердилась на нее! – Джулия вдруг замолчала, вспыхнула и выпрямилась, чтобы придать себе уверенности. – Вы, наверное, думаете, что с моей стороны довольно глупо продолжать в том же духе. Наша семья несколько эксцентрична.
Рафаэлю потребовалось сделать над собой усилие, чтобы заговорить.
– Все это звучит так… нормально.
О его семье уж никак нельзя было так отозваться. Что подумает Джулия, если узнает о его детстве? О его родителях с их очаровательной манерой отрезать друг от друга по кусочку при помощи оскорблений, острых, как стилет, не стесняясь присутствия сына. Господи, это вызовет у нее отвращение, и она будет права. Рядом с милыми капризами членов ее семьи и легкими наказаниями, под которыми скрывалась любовь – любовь, отражавшаяся сейчас в ее янтарных глазах, – безобразие, царившее в его доме, покажется просто кошмаром.
Его переполнял жгучий стыд. Какая ирония – он всегда раньше смеялся над семьей, потешался над налагаемыми ею узами и прославлял свободу. Но вот теперь он не мог даже скривить губы, чтобы не отогнать впечатление человеческой близости, которое принесла с собой Джулия.
«Наверное, нужно что-то сказать», – подумал он.
– Вы, вероятно, скучаете по ним.
Прекрасная улыбка исчезла, молодая женщина кивнула, не встречаясь с ним глазами:
– Да. Ужасно.
– Вам следует съездить навестить их.
Глаза ее сверкнули, и она подняла на него блестящий взгляд.
– Это тоже входит в ваш план заставить меня уехать? Захваченный врасплох, Рафаэль ответил:
– Нет, я просто подумал, что вам, естественно, хочется с ними повидаться. Вы ведь не собираетесь на всю жизнь зарыться в этой дыре, ни с кем больше не встречаясь и не показываясь в свете?
Джулия успокоилась.
– Наверное, стоит об этом подумать.
– Может быть, в начале следующего сезона? Припоминаю, что эта Лия в таком возрасте, что ей предстоит выезжать в этом году.
Рафаэль не понимал, откуда взялись эти слова. Однако как это хорошо – не спорить с Джулией. Но нельзя, чтобы было слишком хорошо.
Он ходил по лезвию ножа, и наконец у него сдали нервы, и он переменил тему разговора:
– Есть ли здесь философские сочинения? Или исторические? Посмотрите, пожалуйста.
Джулия встала и взяла лампу, чтобы посветить себе. Ему нравилось, как она двигается – по-женски плавно. Внимательно вглядываясь в полки, она сморщила нос.
– Биография пятого графа Уэнтвурда. – Она рассмеялась и сняла книгу с полки. – Времена Елизаветы. Вас интересуют ваши предки?
Рафаэль взял у нее книгу, подумав, что это единственные предки, в которых он может быть уверен, – предки по материнской линии. Его охватила жалость к себе.
– Я имел в виду не такую личную историю. Слишком много привидений.
И он положил книгу на столик рядом с собой, даже не взглянув на нее.
– Ну ладно. О, вот повествование о войне Алой и Белой розы. – Она вынула книгу и начала листать. – А Уэнтвурды были на чьей стороне?
– Почему все только об истории моей семьи? Я не знаю.
– Это всего лишь вопрос. Но судя по тому, как вы ощетинились, можно подумать, что вы все еще опасаетесь, как бы Ричард III не пришел снять с вас голову.
Рафаэль ничего не мог поделать – ему это показалось страшно смешным, и дерзкий тон, которым это было сказано, заставил его рассмеяться. Он покачал головой, поняв, уже не в первый раз, что эта женщина может быть совершенно невыносима. Она дразнила его – его, мастера дразнить.
– Остроумно, – пробормотал он, стараясь говорить шутливо. – Вы неисправимы.
– Я научилась у вас, – возразила она, вздернув подбородок. Но при этом улыбка не сходила с ее лица.
– Тогда вам следовало бы знать, что мастера не стоит искушать.
Джулия сделала к нему несколько шагов, и он заметил, что бедра у нее покачиваются довольно дерзко.
– А вы никогда не слыхали об ученике, который превзошел учителя?
Господи, да ведь они флиртуют!
Грудь у него пылала. Ему страшно хотелось протянуть к ней руку; он представил себе, как хватает ее за запястье и сажает к себе на колени. И целует. Господи, как ему хотелось поцеловать ее!
Она явно почувствовала опасность и отвернулась, все еще довольная, но между ними уже не было этого потрескивающего напряжения. И Рафаэль был ей благодарен. Она вела себя мудрее, чем он.
Джулия села и снова принялась за письма. Некоторое время они молчали. Он делал вид, что не замечает, что она то и дело украдкой бросает на него взгляды. Вдруг она спросила:
– Рафаэль, зачем ваша мать приехала сюда?
Он удивился, как это она посмела задать ему такой вопрос. Неужели она не понимает, что сейчас он отхлещет ее своим языком? Неужели у нее нет ни здравого смысла, ни страха?
Конечно, понимает, и даже лучше, чем кто-либо. И ей вовсе не все равно. Хитрое выражение на ее лице сказало ему, что она готова к его реакции, но все же она задала этот вопрос. Почему же это не вызвало у него раздражения?
Наверное, потому что он многое знал об этой смелой женщине. Она не всегда была такой. Он помнит, что она чуть было не вступила в брак с человеком, который с милой улыбкой похоронил бы ее заживо в мире формальностей, сплетен и жалких мыслишек. Он имел некоторое отношение к тому, что она избежала этой участи, и сознание этого согревало душу.
Но Джулия ждала его ответа.
– Нам нужно было уладить одно старое недоразумение, которое все еще стоит между нами.
Господи! Зачем же он сказал так много! Она нахмурилась. Ему захотелось провести кончиком пальца по милой морщинке у нее на лбу.
– Наверное, ее визит увенчался успехом, – задумчиво сказала Джулия. – Вы кажетесь совсем другим. Пожалуй, более спокойным.
– Уверяю вас, ничто в моей матушке не может даровать мне покой. «Разве только если она вернет мне отца», – подумал он.
Но… разве ему нужен Марке? Все это теперь казалось ему таким далеким.
– Наверное, мне не стоило спрашивать. Это не мое дело. – И она отвернулась.
Рафаэль почувствовал, что его пульс отозвался на этот жест, который он так любил.
– Просто я любопытна. Вы так мало рассказывали мне о себе.
Когти. Рвущие когти. Он скрипнул зубами, словно получил удар стальным предметом. Он хотел избавиться от этого.
– В нашей семье есть вещи, – медленно проговорил он, – которые вас шокировали бы. Вряд ли вы вообще могли бы понять их.
Джулия нахмурилась.
– Я бы не стала говорить плохо о нашей семье, но и у нас не все ладно. Может быть, я сумела бы понять ваши проблемы лучше, чем вам кажется, Рафаэль.
Его вдруг охватила невероятная надежда, и на один роковой момент он оказался во власти этих золотистых глаз. Он сказал:
– Моей матери необходима чья-то преданность. Это для нее как воздух. Она вышла замуж за волокиту. К его увлечениям она отнеслась как к полному разрыву их брака. – Он провел пальцем по подбородку, его голос превратился в шепот: – Что они делали друг с другом – это просто невозможно описать.
– А что они сделали с вами? – еле слышно спросила она. Рот его скривился.
– Творцы чудовищ. Помните?
– Рафаэль. – Ее чудные очи стали печальными. – Вы не чудовище.
– Я им был. Посмотрите, что я сделал с вами. Вы можете это простить?
Она прищурилась:
– Я этого никогда не прощала.
– Да? Вот милая девочка.
– Хорошо, что вы мне рассказали. Мне бы хотелось… – Она замолчала, и он увидел, что она обдумывает, можно ли сказать то, что у нее на уме.
– Говорите же, – подстегнул он, желая знать все.
– Почему… почему вам было важно доказать, что любви не существует?
Ах, какой неприятный вопрос! Рафаэль даже слегка рассердился. Он ничего не мог сказать такого, что не походило бы на жалость к самому себе. А этого нельзя было допустить.
И Рафаэль замкнулся в себе. Откровенное настроение этого вечера иссякло. Это все. На большее он не был способен.
– Меня это забавляло, – сказал он. Но голос его звучал так ровно, что вряд ли она ему поверила.
С инстинктивной чувствительностью, которая считается присущей женщинам, но доказательств чему он никогда в жизни не встречал в других представительницах женского пола, Джулия опустила ресницы и сказала:
– Полагаю, мне следует пожелать вам доброй ночи.
– Доброй ночи. – Ответ прозвучал слишком быстро, слишком горячо. У Рафаэля был вид человека, доведенного до отчаяния.
– Увидимся утром.
И поскольку он всегда на это отвечал одно и то же, он ответил и сейчас:
– Не приходите.
Джулия улыбнулась, словно считала это простым ритуалом. Словно она знала – упаси Боже! – что он будет ее ждать. И будет разочарован, если она его послушается.
Они расстались очень мило, но не прошло и нескольких минут, как Рафаэль пожалел о том, что так распустился. Началось все с ощущения униженности – сначала с легких покалываний, которые потом переросли в мучения, когда он повторил мысленно все, что наговорил.
Проклятие! Он совсем раскрылся. Но он не станет просить ее о понимании. Он же не стал умолять ее о прощении ради ее…
Ради нее?
Ради ее любви?
Боже мой!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Встретимся в полночь - Нейвин Жаклин



сайт мне нравиться
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинирина
7.10.2011, 2.18





Ещё одного перевоспитали! А такой был хороший!
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинольга
28.01.2012, 14.48





Сам сюжет книги понравился,а вот как преподнесено не очень.Нет в ней полноты целостности не раскрыта,конец вообще скомкан.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинЕВГЕНИЯ
18.05.2012, 18.55





Роман можно поделить на 3 трети.1-я треть -изумительна. 2-я - похуже, но занимательна. 3-я сплошная слащавость и банальный хеппи-энд. Ну не захотела автор оставлять ГГ парализованным, хотя свинцовая пуля осталасть на месте.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинВ.З.,64г.
7.09.2012, 14.14





Уф! Ну че так затянули середину? Ничешный в принципе романчик. Героиня одекватная, герой конечно своеобразный, но иначе и истории не было бы. 7/10
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинмарина
22.05.2013, 19.14





неплохой роман !!! и в наше время такое может случится!!! не жалею что прочитала.
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинвэл
29.12.2013, 17.49





Замысел интересный, но много лишнего.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинКэт
4.05.2014, 10.14





Лично я не понимаю прикол в гг-ях, которые весь роман ведут себя как подлецы,лгут,оскорбляют, а в последних абзацах снисходят до признания в любви.Детские комплексы не дают право отвратительно вести себя с окружающими людьми. Сам роман очень неплохо написан и легко читается, но типаж гг-я не мой)Оценка-7.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинОльга)
7.10.2014, 20.10





Хм...Двояке відчуття...З однієї сторони начебто й не так погано, але чогось катастрофічно не вистачає..6/10
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинВалерія
7.10.2014, 23.03





Хм...Двояке відчуття...З однієї сторони начебто й не так погано, але чогось катастрофічно не вистачає..6/10
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинВалерія
7.10.2014, 23.03





чем больше читаю ,тем больше понимаю, что у каждого свое мнение, свой типаж ,свое мировоззрение .мне роман очень понравился.не согласна с тем что затянут.как раз каждое событие дает четкое представление как и откуда звродилась любовь героев.любовь героини понятна изначально как правильно заметил Рафаэль каждая девушка любит тайны - полувзляд полуулыбка это манит.а то как нглавный герой изменился и почемувот это важно и хорошо описано.советую читать прочувтвовала их переживания на себе.а это со мной редко бывает.
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинперси
15.11.2014, 21.25





чем больше читаю ,тем больше понимаю, что у каждого свое мнение, свой типаж ,свое мировоззрение .мне роман очень понравился.не согласна с тем что затянут.как раз каждое событие дает четкое представление как и откуда звродилась любовь героев.любовь героини понятна изначально как правильно заметил Рафаэль каждая девушка любит тайны - полувзляд полуулыбка это манит.а то как нглавный герой изменился и почемувот это важно и хорошо описано.советую читать прочувтвовала их переживания на себе.а это со мной редко бывает.
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинперси
15.11.2014, 21.25





очень понравилось
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинмила
14.11.2014, 8.29





очень понравилось
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинмила
14.11.2014, 8.29





В общем не плох роман.хотя конец получился скучным. У меня вопрос к автору. Что стало с пулей в теле гг. Рассосалась сама с собой?))))
Встретимся в полночь - Нейвин Жаклинмарина
19.02.2015, 0.42





Ах, родители, родители. Как же некоторые из вас калечат жизнь своим детям. Задумайтесь над этим хотя бы на секунду.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинДетенок.
4.03.2016, 22.56





Роман понравился, хотя, местами чуть-чуть затянут. Насчет пули автор, конечно, "загнула", но... мой дядя вернулся с войны с осколком и прожил с ним до 80 лет и, наверное, таких осколочников было немало.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
5.03.2016, 20.55





После прочитанных романов Макнот,этот не произвел впечатления.Советую всем "Само Совершенство",единственное произведение такого жанра,которое хочется перечитывать снова и снова.rnЕще лет 5 назад прочла книгу автора не помню, но название было что то типа ворон,(но автор не смолл) там гг вместе с гл геройней искали убийцу ее отца,роман исторический,помогите найти!
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинДиана
18.03.2016, 13.45





Не захватил. Сюжет не плох.оценка 7.
Встретимся в полночь - Нейвин ЖаклинЛариса
30.10.2016, 13.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100