Читать онлайн Графиня-бесприданница, автора - Мэйкпис Джоанна, Раздел - Глава девятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.92 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэйкпис Джоанна

Графиня-бесприданница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава девятая

Когда на следующее утро в ее каморку вошел, не постучавшись, Хильярд, Филиппа вдруг ясно представила себя со стороны: платье измято, волосы растрепались. Она заплела их в косу, которую спрятала под льняной чепчик, закрепив его шпильками, затек пригладила складки траурного черного платья и, гордо вскинув голову, смело взглянула в глаза своему похитителю.
Он небрежно поклонился ей и отправил часового на кухню, чтобы принесли завтрак для миледи.
– Вот видите, леди Филиппа, как я о вас забочусь. Мы не допустим, чтобы вы здесь умерли с голоду, – самодовольно улыбаясь, проговорил Хильярд.
– А если я объявлю голодовку? – выпалила она.
– Мы вам этого не позволим, – ответил он, благодушно улыбаясь. – Вы даже представить себе не можете, какая важная роль отведена вам в задуманной мною игре. Перестанете есть – мы заставим вас есть насильно. Но, похоже, до этого дело не дойдет, поскольку ваш отец сам сдастся мне, как только получит мою записку.
Филиппа быстро опустила голову, чтобы Хильярд не заметил, насколько потрясла ее эта новость.
– Как вы пошлете ему записку, если не знаете, где он? – спросила она, стараясь говорить как можно уверенней.
– Не знаю?! – переспросил он. При этом его серые глаза торжествующе засверкали. – Напрасно вы считаете меня глупым. Разумеется, я не такой опытный в этом деле, как ваш отец, который создал обширную сеть осведомителей при покойном убийце, провозгласившем себя Ричардом Английским. Конечно, моя сеть гораздо меньше, но зато хорошо работает. Я знаю, кто спрятал у себя заклятого врага короля. Это сэр Оуэн, бывший сквайр сэра Гая. Ваша лучшая подруга Энн Эллард случайно ему не дочь? И не с вами ли разговаривал Ричард Эллард, когда вы недавно приехали в Ладлоу с Питером Фиэрли, бывшим сквайром вашего отца? И я спросил себя, зачем приехал в Ладлоу мистер Эллард, если имения его отца и тестя находятся далеко отсюда? Ясно, что он прибыл сюда неспроста. Может, для того, чтобы встретить и охранять графа Роксетера? Поскольку его жена и дочь остановились в Греттоне, то и граф захочет быть рядом с ними, тем более что графиня сейчас в глубоком трауре и ей нужна поддержка и забота.
Он понял по выражению лица Филиппы, что абсолютно прав. Она низко опустила голову и крепко сжала губы.
– Вы дьявольски догадливы, мистер Хильярд, – едва слышно прошептала Филиппа.
– Мне доверительно сообщили, что в последнее время сэра Оуэна стали посещать сторонники династии Йорков. Выяснилось, что такое оживление связано с тем, что в его доме остановился один благородный гость. Вот я и послал к нему своего гонца с сообщением, что его дочь у меня в заложницах. В той же записке я подробно описал, как найти дом, где мы с вами сейчас находимся. Не сомневаюсь, что он тотчас бросится на помощь своей единственной дочери.
Филиппа ничем не выдала своих чувств, так как не хотела, чтобы этот негодяй увидел ее слезы и то отчаяние, в которое ее повергли его откровения.
– Позвольте вам сказать, что сэр Оуэн всегда сражался на стороне нынешнего короля – как при Редмуре, так и при Стоуке. Он преданный королю человек, и мой отец никогда не стал бы просить его о помощи, – уверенно проговорила Филиппа, гордо вскинув голову и смело глядя на Хильярда.
– Поживем – увидим, – насмешливо проговорил он, зловеще улыбаясь. – Если я рассуждаю неправильно, то мы установим слежку за домами других джентльменов, сочувствовавших покойному, возомнившему себя королем. Но я рассчитал все правильно. Сегодня вечером или в крайнем случае завтра утром граф будет здесь.
Вернулся часовой, и Хильярд ушел, едва ей поклонившись и еще раз предупредив часового, чтобы тот не спускал глаз с заложницы.
Филиппа села на топчан спиной к двери, чтобы страж не видел, в каком она состоянии. Сердце у нее бешено колотилось, к глазам подступили слезы. Весь вечер она прождала Риса Гриффита, ни на минуту не сомневаясь, что он, как всегда, придет ей на помощь. Но, спасая ее, не попадется ли он сам в ту же ловушку? Ослепленный любовью, не совершит ли он необдуманных поступков, подвергнув себя смертельной опасности?
Когда пришел солдат и принес поднос с чашкой разбавленного водой вина, куском черного хлеба и медом, Филиппа заставила себя все это съесть. Она понимала, что ей понадобятся и выносливость, и стойкость, чтобы выдержать долгие часы ожидания.


Рис Гриффит поднялся, поздоровался с графом и предложил ему сесть.
– Я рад приветствовать вас в моем доме, милорд, но хотелось бы, чтобы это произошло при более счастливых обстоятельствах, – сказал Рис.
Граф жестом велел хозяину сесть, пододвинул стул к столу и сел между Питером и Ричардом.
– Надеюсь, что я своим появлением не навлеку на вас подозрение в измене нынешнему королю, – сказал граф, доставая сложенный лист бумаги. – Кажется, я рассердил вашего дворецкого своим нежеланием ждать, пока обо мне доложат, но я решил, что вы должны срочно прочесть эту записку.
Рис строго посмотрел на своего дворецкого, когда тот приоткрыл дверь и заглянул в комнату.
– Сэр, этот человек… – начал было дворецкий.
– Все хорошо, Кроули, – ответил ему Рис. – Проследите, чтобы все слуги были заняты и не судачили о том, что происходит в доме.
– Слушаюсь, сэр, – коротко ответил дворецкий и закрыл дверь.
– Я получил эту записку сегодня утром, вскоре после отъезда Ричарда, как оказалось, к вам домой. Он уехал, даже не сообщив мне, куда направляется. Я же решил, что в записке содержатся важные сведения, – сказал граф.
– Позвольте мне взглянуть, милорд. – Рис прочел записку. – Мы были правы, – обратился Рис к Питеру и Ричарду. – Леди Филиппу похитил тот самый Мэйнард. Этот негодяй потребовал, чтобы граф ему немедленно сдался. И вот что интересно: записка подписана Хильярдом, а не Мэйнардом.
– Хильярд?! – удивленно воскликнул Ричард, и все посмотрели в его сторону.
– Ричард, вы знаете этого человека? – спросил его граф.
– Я знал Джона Хильярда, бывшего телохранителя нынешнего короля. Он гнался за нами, когда я сопровождал вашу дочь на пути в Милфорд-Хейвен. В завязавшейся перестрелке он был убит.
– Значит, теперешний Хильярд его родственник и вознамерился отомстить за его гибель, – сказал граф, наблюдая, как Рис водит пальцем по карте, которую Хильярд нарисовал, чтобы граф нашел дом, где томится в заключении его дочь. – Сэр Рис, вы знаете этот дом? – спросил граф.
– Я знаю это место. Это пригород Ладлоу.
– Тогда надо подкрасться к этому дому и захватить его, – предложил Ричард.
– Но пока мы будем сражаться с охраной, Хильярд убьет леди Филиппу! – возразил Питер.
– Верно, – согласился граф.
Рис тихо застонал, и граф повернулся к нему.
– Я знаю, вы относитесь к моей дочери с глубоким уважением, сэр Рис, но вы многое потеряете, если пойдете освобождать Филиппу вместе с нами.
– Я буду сражаться за ее освобождение до последней капли крови. Вы в этом сомневаетесь, милорд?
– Нет, не сомневаюсь, но вы окажетесь в невыгодном положении, если присоединитесь к нам, – настаивал на своем граф.
– Это неважно. Самое главное, что мы теперь знаем, где Филиппа, и мы освободим ее, – уверенно проговорил Рис.
– Интересно, сколько вооруженных людей находится в этом доме? – спросил Питер.
– Дом небольшой, – сказал Рис. – Вероятно, там находится пять-шесть солдат, не считая Хильярда. Я полагаю, джентльмены, что все мы готовы пожертвовать собой ради спасения леди Филиппы.
Все в один голос согласились с ним.
– Я предлагаю напасть на этот дом сегодня ночью, – сказал Рис.
– Нападение на дом опасно для Филиппы, – возразил граф. – Я предлагаю, джентльмены, выполнить все, что требует Хильярд: я еду туда и сдаюсь.
– Ради бога, не делайте этого, милорд! – в один голос воскликнули Ричард и Питер.
– А ведь граф прав, – возразил им Рис. – Представьте, лорд Мартин добровольно сдается солдатам, их внимание целиком будет занято графом, и это даст нам возможность незаметно подойти к дому и окружить его. Нас будет четверо, и мы…
– Нас будет пятеро, если вы согласитесь взять меня с собой, – раздался с порога юношеский голос.
Рис поднял голову и улыбнулся своему кузену и сквайру Дэвиду: юноша был одет и вооружен, как опытный воин.
– Я считаю, что ты достаточно подготовлен, чтобы присоединиться к нам, Дэвид. Действуй, как я тебя учил, – поддержал юношу Рис.
– Вот вам мое слово, – сказал Дэвид, улыбаясь. – Думаю, леди Филиппа скоро станет моей хозяйкой, так что я сочту за честь принять участие в ее освобождении.
– На все воля Божья, – произнес Рис и пристально посмотрел на графа.
Когда Питер и Ричард ушли готовиться к предстоящему захвату дома, где прятали Филиппу, Рис решил отправить Дэвида в Греттон, чтобы сообщить графине, что она очень скоро увидится с дочерью. Об участии графа в освобождении дочери Рис предусмотрительно не написал.
– Пусть это останется между нами, – сказал граф Рису.
– Дэвид, отдашь это графине лично или в крайнем случае леди Греттон, – сказал Рис, передавая письмо молодому человеку.
Тот кивнул и ушел. С минуту граф и Рис молчали, потом Рис спросил:
– Почему вы так уверены, что нам удастся освободить леди Филиппу?
– Я считаю, что мы смелее и опытнее людей Хильярда. К тому же они служат ему за деньги и не станут проявлять чудеса самоотверженности и храбрости, – сказал граф.
– Да, вы правы, – согласился Рис.


Когда наступил вечер, пятеро товарищей по оружию были полностью готовы осуществить задуманное. Они оседлали своих коней и выехали из усадьбы Риса Гриффита.
Подъехав к особнячку, где томилась Филиппа, всадники осмотрелись. В доме была только одна дверь и три окна, причем третье, закрытое ставнями окно, было в самой дальней части дома.
– Они держат Филиппу именно там, – сказал Рис.
Все пятеро спешились и бесшумно подкрались к дому.
Было темно и холодно, тонкий серп нарождавшегося месяца заволокло облаками.
– Клянусь всеми святыми, я освобожу тебя, Филиппа, – прошептал Рис.


Филиппа приподнялась на своем топчане, когда за дверью ее каморки раздались громкие голоса. Часовой, сидевший у двери, прислушался, но даже не шевельнулся, продолжая следить за пленницей. Шум нарастал. Филиппа знала, что двое солдат, которых Хильярд послал, чтобы пополнить запасы продовольствия, давно вернулись. Все люди Хильярда были в сборе. Она похолодела от ужаса, когда представила, что произошло то, чего она больше всего боялась.
Вдруг за дверью раздался голос Хильярда, приказавшего открыть дверь каморки. Часовой поднялся и открыл дверь. На пороге появился Роджер Хильярд с горящей свечой в высоко поднятой руке. Филиппа вдруг поняла, кого он старался осветить, и вскрикнула. Хильярд улыбнулся, довольный впечатлением, какое он произвел на свою пленницу.
– Вот видите, миледи, я был прав. Милорд граф не мог допустить, чтобы его единственная дочь томилась в неволе. Он сдался с единственной просьбой позволить ему увидеть дочь и поговорить с ней. Естественно, я не мог отказать ему в этой просьбе, но встреча будет короткой, всего несколько минут. – Хильярд повернулся к часовому. – Оставь их вдвоем. Граф совершенно безопасен, так как я велел разоружить его.
Филиппа бросилась к отцу, и когда Хильярд и солдат вышли, граф крепко прижал ее к груди и шепнул на ухо:
– Успокойся, дитя мое. Мы освободим тебя. Рис с тремя храбрыми воинами притаился во дворе и ждет условленного сигнала. Перестань плакать и делай то, что скажу тебе я или Рис.
Филиппа побледнела, понимая, какой смертельной опасности подвергают себя ее освободители.
– Дочь моя, в эту решающую минуту ты должна быть сильной и смелой, – ласково сказал ей отец, почувствовав, как она дрожит. – Не бойся за меня. Со мной ничего не случится. – Она снова заплакала, и граф громко проговорил: – Не упрекай меня, Филиппа. Не мог же я оставить тебя в этой каморке!
Она вытерла слезы и стала говорить нарочито громко, чтобы ее слова мог расслышать Хильярд, стоявший за дверью:
– Зачем ты пришел сюда? Ты попал в западню! Неужели ты думаешь, что Хильярд сдержит слово и отпустит меня? Как ты мог поверить ему?
– Думаю, он не настолько опустился, чтобы полностью утратить понятие о чести и достоинстве. Он дал мне слово…
Вдруг где-то затрещали доски и раздались крики людей. Почти одновременно в каморку ворвался солдат, стороживший Филиппу, и, бросившись к графу, оттолкнул его от дочери. Схватив ее, солдат приставил к горлу Филиппы свой кинжал. Почувствовав прикосновение холодной стали, Филиппа поняла, что теперь отец не сможет ей ничем помочь. Она беспомощно озиралась по сторонам, сдерживая подступившие к глазам слезы и моля Господа о помощи.
И словно в ответ на ее мольбы, рядом раздался знакомый голос. Это Питер, сорвав ставни, разбил окно каморки.
– Тронешь ее – и ты покойник, – крикнул он солдату, вскочив на подоконник.
За стенами каморки раздавались крики, топот, выстрелы. Но в крошечной тюрьме никто даже не шевельнулся.
Граф не спускал глаз с солдата, захватившего его дочь в заложницы. Питер, стоявший за спиной негодяя, замер как изваяние. Она уже хотела крикнуть, чтобы они бросили ее и шли на помощь сражавшимся, но отец взглядом велел ей хранить молчание. Солдат повернул голову на шум, поняв, что за стенами каморки идет настоящий бой, рука его дрогнула, и Филиппа почувствовала, как по ее груди стекает струйка крови, хотя боли она не ощущала.
Вдруг кто-то всем телом навалился на дверь, она открылась, и появился Роджер Хильярд, медленно пятившийся внутрь каморки. Сделав шаг-другой, он повернулся, поводя обнаженным кинжалом, словно ожидая нападения. Солдат, державший Филиппу, был настолько поражен видом начальника, что отпустил свою жертву, и Филиппа упала бы на пол, если бы ее не подхватил подбежавший отец. Питер воспользовался замешательством солдата и с размаху вонзил кинжал ему в спину. Солдат застонал и замертво повалился к ногам графа.
Вдруг отец схватил Филиппу и оттащил в сторону, расчищая место для схватки между двумя воинами: Роджер Хильярд отчаянно защищался, но Рис Гриффит наседал и загонял своего противника все дальше в каморку.
Филиппа в ужасе наблюдала за ними. Сначала она решила, что Хильярд хуже владеет шпагой, но потом поняла, что ошиблась. Видно, состоя на королевской службе, Хильярд прошел хорошую школу фехтования. К тому же он выглядел менее усталым, чем Рис.
Филиппа посмотрела на отца – он следил за поединком с мрачным выражением лица, так как его разоружили и он не мог помочь Рису. Питер тоже стоял в стороне, считая, что сейчас лучше не вмешиваться, хотя держал свою шпагу наготове.
Филиппа с замиранием сердца наблюдала за боем, моля Бога, чтобы Рис, уже довольно уставший, не совершил какую-нибудь ошибку, которая могла бы стать роковой. Словно в ответ на ее мысли, Рис закачался и упал на одно колено, зажав свободной рукой запястье правой руки. Роджер Хильярд наклонился, чтобы нанести своему противнику смертельный удар, и Филиппа в ужасе вскрикнула. Рис Гриффит все же вскочил на ноги и, отразив удар Хильярда, пронзил его своим клинком. Хильярд захрипел и упал навзничь.
– Сэр Рис, вы тяжело ранены? – подойдя к нему, спросил Питер.
Рис зажал рану. Филиппа, словно пробудившись от долгого сна, бросилась к любимому.
– О, сердце мое, – шептал Рис, гладя ее волосы цвета спелой ржи и не обращая внимания, что рука у него в крови. – Наконец-то вы и ваш отец спасены.
Она оторвала полоску ткани от своей нижней юбки и туго перевязала ему рану, чтобы остановить кровотечение.
Рис наклонился к ней и заглянул ей в глаза.
– Эти мерзавцы приставали к вам?
– Нет, меня унижали и оскорбляли, но не приставали, потому что Хильярд пригрозил им, что повесит каждого, кто хоть пальцем тронет меня, – ответила Филиппа.
– Сэр Рис, я перед вами в вечном долгу, – тихо проговорил граф, подойдя к ним.
– Тогда позвольте мне просить руки вашей дочери, – сказал с улыбкой Рис. – Если бы не ее молитвы, я бы не выдержал и погиб.
– Вам еще жить да жить, – сказала Филиппа и вдруг зарыдала. – Когда вас ранили, я думала, это конец!
– Сердце мое, я уже видел себя у врат рая или ада, – с мрачной усмешкой проговорил Рис. – Но я не открыл их, потому что Господь услышал ваши молитвы.
Хотя Филиппа все еще не оправилась от навалившихся на нее потрясений, она подошла к телу Хильярда и опустилась перед ним на колени. Его большие голубые глаза были открыты и слепо смотрели куда-то вверх. Сейчас он был похож на простого коммерсанта, каким он ей представился сначала, и она тяжело вздохнула, осознав, что из-за него чуть не утратила доверие ко всему человечеству. Она закрыла Хильярду глаза, но тут подошел Рис и стал равнодушно разглядывать своего поверженного врага.
– Не жалейте его, дорогая. За деньги он упрятал бы в тюрьму любого. Сомневаюсь, что он отпустил бы вас, хотя дал честное слово вашему отцу. Скорее всего, вы бы закончили свои дни в Тауэре только за то, что хотели спасти своего отца.
Она встала, и Рис прижал ее к себе. Она заплакала так же, как в тот день, когда умер дедушка.
– Сэр Рис, есть ли здесь более подходящее помещение, чем эта каморка? Я хотел бы увести Филиппу отсюда, – сказал граф, подходя к ним.
Рис вопросительно посмотрел на Ричарда.
– По-моему, кухня сейчас самое приличное место во всем доме, – ответил Ричард.
Граф повел свою дочь в дальнюю часть дома и обрадовался, увидев камин и рядом с ним стул. Граф бережно усадил Филиппу, видя, что она в полуобморочном состоянии.
– Милорд, что делать с телами убитых? – спросил Ричард с порога кухни.
Пришел Рис и, взглянув на Филиппу, нахмурился. Его лицо приобрело тревожное выражение.
– Она в шоке от всего пережитого, но у нее сильная воля и твердый характер. Через некоторое время, и она придет в себя, – сказал граф. – Сэр Рис, вы хорошо знаете эти места. Как вы считаете, что делать с телами убитых? – спросил граф.
– Думаю, их лучше оставить там, где они лежат. Нужно обыскать весь дом и тела убитых и уничтожить все найденные документы. – Он замолчал и, подойдя к Филиппе, взял ее за руку. – Я сейчас вернусь, только отдам необходимые распоряжения.
Филиппа проводила его взглядом и посмотрела на отца.
– Я недаром молилась – никто из нас не погиб.
– Филиппа, у меня не будет другой возможности поговорить с тобой, так как, только мы уйдем отсюда, мне придется снова искать убежище у надежных людей. Ты понимаешь, что я имею в виду?
Она кивнула, с трудом сдерживая слезы.
– Передай маме, что я люблю ее и, Бог даст, мы с ней скоро увидимся в Малинэ.
– Она всем сердцем будет стремиться к тебе, потому что беззаветно любит тебя. Папа, ради всего святого, береги себя! – взмолилась Филиппа.
– Я сказал Рису Гриффиту, что разрешаю ему обвенчаться с тобой, но ты должна сама решить, выходить ли тебе за него замуж или отказать. Я убедился, что он будет тебе хорошим мужем, потому что любит тебя всей душой. Полюбишь ли ты его в ответ?
– Я полюбила его всем сердцем, только…
– Только что?
– Я боюсь, что если мы с ним обвенчаемся, то отношение к нему при дворе изменится и он впадет в немилость. Рис не должен жениться на дочери изгнанника.
– Он сам выбрал тебя, Филиппа, и дело теперь только за тобой: или ты принимаешь его предложение, или отказываешь ему. Я не тороплю тебя с ответом, но… – Он помолчал, о чем-то размышляя. – Мне будет спокойнее, если ты будешь рядом с Греттоном. Ты всегда сможешь навестить бабушку, успокоить и поддержать ее, и… если что-нибудь со мной случится, мама приедет к тебе сюда, и Гриффит примет ее с подобающими почестями.
– Я должна подумать, что лучше для Риса, потому что я люблю его и не хочу навредить ему.
– Пора ехать, милорд, – входя в комнату, сказал Рис.
Когда они вышли, Филиппа обернулась, чтобы в последний раз посмотреть на дом, в котором она столько пережила, не надеясь, что они с отцом останутся в живых. Мужчины оседлали коней. Питер наклонился и, подняв Филиппу, посадил ее к отцу. Всадники пришпорили коней и выехали на дорогу, ведущую в город.


– Мне кажется, милорд, что сейчас самое время вам с Эллардом расстаться с нами, и я бы посоветовал вам не возвращаться к сэру Оуэну, – почтительно проговорил Рис, когда они достигли окраины Ладлоу и остановились в небольшой рощице.
– Мой друг, мы пришли к такому же решению, так как Хильярд мог сообщить властям, у кого я скрывался. Но за нас не волнуйтесь. Мы найдем себе новое убежище.
– Если бы мистер Эллард приехал в «Золотое руно» через два дня, скажем, в полдень, то я бы прислал ему записку, где сообщил бы, как дела в Греттоне. А теперь, милорд, позвольте мне взять у вас бесценную ношу и доставить ее в Греттон-Мэнер. Если вы не возражаете, мистер Фиэрли поедет с нами.
Граф спешился и взял Филиппу на руки. Она обняла его за шею и крепко прижалась к его груди. Когда отец поцеловал ее, она не выдержала и заплакала. Отец передал ее Рису, и тот бережно взял ее из рук графа и посадил перед собой. Она до тех пор смотрела вслед удалявшимся всадникам, пока их не поглотила предрассветная мгла. Когда Рис выехал из рощи, Филиппа пододвинулась к нему поближе, положив голову ему на грудь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна



Хорошая история, добавить бы романтики... К слову-всего два поцелуя в 10 главе
Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоаннаелена:-)
9.02.2014, 8.52





Скучно,сухо, героиня дура полная,герой тюфяк.Интереса 0
Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоаннас
20.12.2014, 0.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100