Читать онлайн Графиня-бесприданница, автора - Мэйкпис Джоанна, Раздел - Глава седьмая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.92 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэйкпис Джоанна

Графиня-бесприданница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава седьмая

Войдя в алтарную часть приходской церкви, Филиппа опустилась на колени у могилы дедушки и положила букет роз на каменное надгробие. Она не осмелилась дополнить букет белыми розами, чтобы обитателей Греттон-Мэнера не обвинили в верности покойному королю, на гербе которого была белая роза.
Филиппе хотелось побыть у могилы в полном одиночестве. Она все еще продолжала считать себя главной виновницей смерти дедушки, хотя понимала, что он был тяжело болен и что его смерть не была неожиданностью. Но ее твердый отказ от предстоящего брака, который дедушка приветствовал всей душой и на котором настаивал, ускорил роковой конец. Произнеся молитву, она поднялась с колен и, прежде чем уйти из церкви, поставила зажженную свечу за упокой души новопреставленного.
Вдруг она услышала звук шагов по каменному полу. Несомненно, вошедшие были рыцарями, так как каждый их шаг сопровождался тихим звоном шпор.
Один из вошедших заговорил, и Филиппа узнала голос Риса Гриффита.
– Миссис Уэстон! Вот не ожидал вас здесь увидеть. Прошу нас извинить, если мы помешали вам молиться.
– Я уже помолилась и собралась уходить.
– Позвольте вам представить сэра Хауэлла Проссера, соседа вашего дедушки, который только что услышал о его смерти и пришел со мной, чтобы помолиться о его душе.
Незнакомец был немного моложе ее матери, высокий, красивый, отлично сложенный мужчина, с открытым мужественным лицом.
Филиппа похолодела от страха. Несомненно, этот человек мог знать, что Крессида вышла замуж за графа Роксетера. Интересно, за какие заслуги этот Хауэлл возведен в рыцари? Не за верную ли службу нынешнему королю Генриху? Если так, то она в его присутствии должна обдумывать каждое свое слово.
– Леди Греттон будет рада принять вас в своем доме. Разумеется, она все еще в глубоком трауре, но она всегда рада друзьям. Мы с мамой приехали к ней ненадолго, но отложили свой отъезд, чтобы поддержать и утешить ее, – сказала Филиппа.
– Смерть сэра Дэниела меня очень опечалила. Когда я был ребенком, то часто прибегал в Греттон-Мэнер поиграть с Крессидой. Сэр Греттон был очень добр ко мне, – грустно сказал Хауэлл. – Я останусь в церкви, чтобы помолиться за упокой души сэра Греттона, – обращаясь к Рису Гриффиту, проговорил Хауэлл. – Миссис Уэстон, передайте леди Греттон, что я заеду к ней в Греттон-Мэнер, чтобы выразить свои соболезнования, – сказал Хауэлл, повернувшись к Филиппе.
Поскольку Рис направился к выходу, ей пришлось уйти вместе с ним. День клонился к вечеру, и Филиппа вдруг с сожалением подумала, что скоро наступит осень и им с матерью придется отправиться в обратный путь в Бургундию. Деревенская церковь, сложенная из местного камня, рядом несколько домиков, зеленые холмы, синее небо – все это радовало глаз, и Филиппа почувствовала, как к горлу подкатил ком: она вынуждена все это бросить и вернуться во Францию.
– Я должна поблагодарить вас, сэр, за вашу доброту, проявленную в эту тяжелую для нашей семьи минуту. Я надеюсь, что вы будете навещать леди Греттон и после нашего отъезда, когда моя бабушка будет еще сильнее нуждаться в вашей помощи…
– А вы нет? – спросил он.
Она посмотрела на него своими грустными зеленовато-голубыми глазами.
– Да, сэр Рис. Я благодарна вам за все, что вы для нас сделали.
– Я не могу оказывать на вас давление, но знайте, что я испытываю к вам более сильные чувства, чем уважение, Филиппа. Я не сдамся. И обязательно увижусь с вами перед вашим отъездом. Думаю, за это время вы немного успокоитесь и примете мое предложение.
Она покачала головой и отвернулась.
– Мне показалось, что, когда мы встретились в Ладлоу, вы были довольно холодны со мной, – продолжал сэр Рис. – Поймите, только мое имя служит вам надежной защитой, а не Эллард и Мэйнард!
Она кивнула.
– Вы появляетесь на людях с этим Эллардом! Он прощен, но навсегда останется под неусыпным надзором. Он это знает не хуже меня, – раздраженно проговорил сэр Рис.
– Но мистер Мэйнард скоро уедет из Ладлоу, и мы с ним больше не увидимся, – попыталась оправдаться Филиппа.
– Да, и я нисколько не сожалею об этом, – возразил ей он. Вдруг сэр Рис остановился. – Не буду утомлять вас своим присутствием, поскольку ваш дом в нескольких шагах отсюда и ваши слуги не дадут вас в обиду.
Он вежливо поклонился и пошел к забору, где были привязаны кони – его и сэра Хауэлла. Она печально смотрела ему вслед. Ее пугали противоречивые чувства. Когда он вскочил в седло и обернулся, она заставила себя ему улыбнуться и медленно пошла к дому. Она надеялась, что они больше не встретятся. Ей будет нелегко вновь встретиться с ним. Пока она жила в Греттон-Мэнере, она изнывала от постоянного страха, что их с матерью – а теперь и отца – сэр Рис выдаст властям. А тут появился еще и этот Хауэлл!
Когда Филиппа рассказала о своей встрече с ним, бабушка и мать очень расстроились.
– Мама, он сразу узнает тебя! Я задрожала от страха, когда вспомнила, что мы с тобой очень похожи. Я боялась, он догадается, что я твоя дочь и что мы здесь, в Греттоне.
– Хауэлл был нашим хорошим другом, – задумчиво проговорила Крессида. – Он даже просил у отца моей руки, но тот отдал предпочтение графу Роксетеру.
– Твой отец не выбирал тебе жениха, Крессида, – возразила леди Греттон. – Жениха тебе выбрал сам покойный король.
– И я ничуть не жалею об этом, – ответила с улыбкой Крессида. – Я всем сердцем люблю своего Мартина, но в детстве мне Хауэлл очень нравился. Именно он помог мне уехать из Англии, когда Мартина изгнали из страны. Я не верю, что он может выдать нас. Это на него не похоже.
Филиппу не убедили слова матери.
– Мне кажется, нам надо спрятаться, когда Хауэлл придет к нам в дом. Мы здесь под вымышленными именами, и это может навести его на мысль, что мы приехали сюда втайне от властей. Он может кому-нибудь проговориться, – предостерегла Филиппа.
И бабушка и мать согласились с ней.


Сэр Хауэлл приехал к ним вечером того же дня. Крессида с дочерью ушли в свои комнаты и сидели там, пока он не уехал. Спрашивал он о Крессиде или нет, леди Греттон им не сказала.
К счастью, на следующий день сэр Рис в Греттон не приехал. Филиппа занялась сборами в обратную дорогу, так как считала, что их присутствие в Греттоне слишком затянулось. Питер уехал в Ладлоу, чтобы встретиться с Ричардом Эллардом и узнать какие-нибудь новости о графе.
Шел четвертый день после похорон сэра Греттона. Женщины были в комнате леди Греттон, когда услышали громкие голоса, доносившиеся со двора. Филиппа выглянула в окно и увидела пять вооруженных всадников.
Они спешились и стояли, держа своих коней под уздцы. Их предводитель направился прямо к крыльцу усадебного дома, где уже стоял дворецкий леди Греттон. Приглядевшись к всадникам, Филиппа похолодела от ужаса: это были королевские стражники.
– Что нам делать? – прошептала она, рассказав об увиденном матери и бабушке.
– Мы ничего не сможем предпринять, пока не узнаем, чего они от нас хотят, – спокойно сказала графиня. – Нам нет никакого смысла прятаться, так как все слуги знают, что мы гостим здесь уже несколько дней. Нам надо спуститься в холл и ждать, пока все выяснится.
Женщины сняли фартуки и пригладили складки на юбках. Филиппа увидела, что у бабушки дрожат губы, как, впрочем, и у нее самой. Нельзя сказать, что появление королевских стражников было для них неожиданным – они это предвидели. Женщины обменялись взглядами, поддерживая и ободряя друг друга, и стали медленно спускаться в холл, чтобы приветствовать непрошеных гостей.
В холл вошел сержант, громко топая тяжелыми сапогами по каменному полу. Перепуганный дворецкий остался стоять у двери.
– Миледи, – вежливо поклонившись, обратился сержант к леди Греттон, – мне сообщили, что у вас остановилась миссис Уэстон с дочерью.
– Как видите, мои родственники действительно здесь, – ответила леди Греттон ледяным тоном. – Они приехали ко мне в связи с болезнью моего мужа, сэра Греттона. Не думаю, что их присутствие опасно для королевских чиновников, тем более что мои родственники скоро уезжают в свое имение под Бристолем.
– Чего вы хотите от нас? – спросила графиня.
– Вы должны следовать за мной, не задавая никаких вопросов, – приказал сержант тоном, не терпящим возражений. – Ясно?
– Куда уж ясней, сержант, – сказала бабушка недрогнувшим голосом, хотя ее глаза были полны тревоги. – Насколько я поняла, мои родственники арестованы? Если так, то я должна знать, в чем их обвиняют!
– Разве я сказал, что они арестованы? Просто я получил приказ взять их под свою ответственность.
– И куда же вы их повезете? – допытывалась бабушка, не обращая внимания на явную неразговорчивость сержанта.
– Я не уполномочен вам это сообщать, – отрезал стражник.
– И когда вы привезете их обратно в Греттон? – не унималась бабушка.
Сержант пожал плечами.
– Может, скоро, – неуверенно произнес он. – Обещайте, миледи, что вы никому не скажете, что здесь произошло, – сказал сержант, обращаясь к леди Греттон.
– Мама, – сказала графиня, – мы скоро вернемся. Передай Питеру, чтобы он не волновался и ждал нашего возвращения.
Мертвенно-бледная леди Греттон кивнула, и женщины обнялись.
– Леди понадобятся плащи с капюшоном, так как они могут вернуться, когда станет прохладно, – обратился сержант к дворецкому. – Распорядитесь, чтобы слуги принесли их верхнюю одежду.
«Нас посадят в тюрьму!» – с ужасом подумала Филиппа. Она стояла не двигаясь, пока перепуганная Гвенни не принесла требуемую стражником одежду. Филиппа закуталась в плащ и накинула на голову капюшон не потому, что было холодно, – она хотела поскорее закрыть свое лицо от пристального взгляда сержанта.
Под его конвоем женщины прошли мимо бледного, с трясущимися губами дворецкого и, спустившись по ступенькам крыльца, очутились во дворе. Сержант помог графине подняться в крытую повозку и занять место на одной из деревянных скамеек. Филиппа присоединилась к матери без посторонней помощи и села напротив графини. Сержант задвинул кожаный занавес, заменявший дверь, и в повозке стало темно. Привыкнув к полутьме, Филиппа взглянула на мать и увидела, что та молится, беззвучно шевеля губами. Филиппа быстро отвернулась, чтобы мать не видела, что дочь вот-вот заплачет. Когда один из мужчин забрался на козлы, повозка покачнулась и медленно поехала. Сержант приказал своим людям оседлать коней, и процессия двинулась в путь. Дочь и внучку лишили возможности бросить прощальный взгляд на леди Греттон и перепуганных слуг, стоявших на крыльце усадебного дома.
Крессида и Филиппа молчали, так как боялись, что возничий их может подслушать. Каждая была занята своими мыслями. Куда их везут? Известны ли их подлинные имена? Похоже, известны, потому что каких-нибудь бедных родственниц леди Греттон арестовывать не стали бы. Будут ли их допрашивать, стараясь что-нибудь выведать о графе Роксетере? При этой мысли Филиппу охватил леденящий душу страх. Их взяли в заложники, чтобы заставить графа добровольно сдаться властям! В самом деле, если граф узнает, что его жена и дочь арестованы, он, не задумываясь, придет им на помощь. По тому, как их повозка перестала раскачиваться из стороны в сторону, Филиппа поняла, что они выехали на широкую дорогу, скорее всего ведущую в Ладлоу, так как там есть тюрьма, где содержат всех подозреваемых.
Вооруженные всадники, сопровождавшие их повозку, ехали молча. Очевидно, им запретили разговаривать, чтобы пленники не узнали, куда их везут и за что арестовали. Тишина, нарушаемая лишь цокотом копыт, полумрак внутри повозки и полная неизвестность с каждой минутой становились все более гнетущими. Филиппа нашла руку матери и слегка сжала ее. Филиппа молилась, чтобы у отца хватило здравого смысла не покидать своего убежища. Если они с матерью не скажут, что граф в Англии, их отпустят. Вдруг она вспомнила, что, когда Ричарда Элларда содержали в лондонском Тауэре, его пытали. Рассказывали, что пытали даже женщин.
Чтобы прогнать столь ужасные мысли, Филиппа стала перебирать в уме, кто мог их выдать. Сэр Хауэлл Проссер? Но они разговаривали в полутемной церкви, а графиню он вообще не видел. Может, это молодой коммерсант Мэйнард? Но он не знал их подлинных имен. Несомненно, это сэр Рис! Не зря ее не покидала мысль, что именно он их и выдаст! Он так взбешен ее отказом, что решил отомстить!
Похоже, они приехали в какой-то город. Может, это Ладлоу? Шум становился все громче, и повозка несколько раз останавливалась: судя по окрикам сопровождавшего их сержанта, улицы были запружены телегами и колясками.
Их повозка снова остановилась, затем стала медленно продвигаться вперед, причем одной своей стороной за что-то задела, и Филиппа не сомневалась, что они въехали в ворота.
Теперь городской шум сменился другими, такими знакомыми ей звуками: клекотом хищных птиц, хлопаньем крыльев и томными голосами сокольничих, успокаивавших своих питомцев, тяжелыми ритмичными ударами кузнечного молота, конским храпом и стуком копыт в конюшне. Их куда-то привезли. Если они действительно в Ладлоу, то находятся во дворе замка!
Сержант велел остановиться и спешиться. Как только повозка остановилась, возничий тяжело спрыгнул с облучка. Кожаные занавески раздвинули, и Филиппа зажмурилась от непривычно яркого солнечного света. Она огляделась и поняла, что была права: они находились во внутреннем дворе замка – достопримечательности города Ладлоу. Сержант помог графине выйти из кареты, а затем и Филиппа, опершись на его руку, вышла из повозки по складной лесенке.
Им разрешили немного осмотреться, и Филиппа сразу узнала церковь, стоявшую во дворе замка. Затем их повели в самую охраняемую и укрепленную часть замка, где они снова оказались в полутьме, и снова их охватил щемящий душу страх.
Сержант и двое из сопровождавших их в пути всадников довольно долго вели своих пленников по мрачным сырым коридорам, пока они не попали в большую, залитую солнечным светом комнату. На тяжелом резном стуле с высокой спинкой сидел мужчина, который при их появлении быстро встал и обернулся. Было видно, что он ждал их. Филиппа вскрикнула от изумления и гнева, но только она собралась дать отповедь Рису Гриффиту, как стражники с алебардами в руках, стоявшие у дубовой резной двери, по приказу сержанта опустили свое оружие, дверь открылась, и к ним вышел паж. Мальчик, одетый в шелковую ливрею, которую носили только при дворе нынешнего короля Генриха, пригласил их пройти во внутренние покои.
Филиппа решила, что их ведут на допрос, и усилием воли заставила себя идти за пажом, который привел их в залитую солнцем комнату.
Филиппа обвела ее взглядом и поразилась роскоши, с какой комната была обставлена. На полу лежал мягкий, с длинным ворсом ковер, в центре стояли большой дубовый стол и тяжелые стулья с высокими резными спинками, стены были украшены дорогими гобеленами и полками с серебряными и латунными блюдами, которые поблескивали в лучах солнечного света, лившегося из застекленных окон.
Женщина, сидевшая у окна в мягком кресле, поднялась и медленно пошла им навстречу.
Крессида радостно вскрикнула и бросилась в ее распростертые объятия.
– О, ваше величество, это такая честь для меня. Я и не надеялась, что когда-нибудь увижу вас.
Филиппа радостно заулыбалась, узнав в женщине королеву Елизавету. Все трое обнялись.
– Проходите, посидите со мной. Я приказала затопить камины, так как вечерами становится довольно прохладно.
Королева села в мягкое кресло у камина и жестом предложила Крессиде сесть на стоявший рядом стул с высокой спинкой. С другой стороны села Филиппа.
Королева носила траур по своему первенцу, Артуру, принцу Уэльскому. На ней было черное бархатное платье, а золотой кулон на груди и сплетенный из золотой тесьмы головной убор дополняли ее строгий наряд.
От перенесенных страданий ее лицо избороздили морщины и в золотистых волосах появилась ранняя седина.
Крессида тяжело вздохнула, и Филиппа поняла, что мать тоже заметила, как неутешное горе состарило королеву.
– Примите мои соболезнования в связи с кончиной вашего первенца и наследника, – тихо проговорила Крессида.
– Это был ужасный и, что самое страшное, неожиданный удар, – ответила королева. – Генрих очень добр ко мне, – продолжала она. – Когда мы узнали, какая тяжелая утрата нас постигла, он пришел, чтобы утешить и поддержать меня. Я приехала в Ладлоу, чтобы посетить те места, где Артур провел большую часть своей жизни, – печально добавила королева. – Вы знаете, как редко я видела его. Такова участь королевы – слишком рано разлучаться со своими детьми.
Филиппа вспомнила, что дочь королевы – принцесса Маргарет – была замужем за королем Шотландии и что даже юная Мэри-Роз скоро покинет родительское гнездо, так как выходит замуж за принца другого королевства. Филиппа поняла, что дети королевы все больше отдаляются от матери и она чувствует себя одинокой и покинутой.
– Как Роксетер, Крессида? – неожиданно спросила королева. – И прими мои соболезнования в связи с кончиной твоего отца. Я понимаю, как тебе тяжело, а Мартин не может тебе ничем помочь, – проговорила королева, тяжело вздохнув.
– Мне тяжелее вдвойне, так как я не могу остаться в Англии, чтобы успокоить и поддержать свою мать. Мы понимали, что сэр Греттон тяжело болен и в любую минуту может умереть, но надеялись, что он оправится после первого удара и еще поживет, радуясь приезду своей единственной внучки. Но этому не суждено было случиться… – печально проговорила Крессида.
– Филиппа, ты увиделась с дедушкой только сейчас? Твои родители были вынуждены уехать из Англии, а то бы я представила двору твоих дедушку и бабушку. – Королева закрыла глаза, вспомнив, как внезапно две ее юные фрейлины – Энн и Филиппа – покинули двор. Она улыбнулась. – Я очень рада, что Энн и Ричарду разрешили вернуться на родину. Я слышала, что у них родилась дочь. Полагаю, ты не виделась с ними. Я уверена, что ты будешь сожалеть об этом. – Королева пристально посмотрела на Филиппу, и девушка опустила глаза, чтобы королева не догадалась, что она недавно встречалась с Ричардом в Ладлоу. Им всем бы угрожала опасность, если бы королева догадалась, что Ричард здесь, совсем близко от тайного пристанища графа Роксетера.
– Нет, я с ними не виделась, – ответила Филиппа. – К сожалению, я лишилась своих верных друзей.
– Я верю, что наступит такой день, когда невзгоды нас минуют и мы сможем встретиться со старыми друзьями, – со вздохом проговорила королева. – Вы мне ничего не рассказали о Роксетере. Как он? – неожиданно спросила королева.
– В битве при Редмуре он был тяжело ранен и до сих пор тяжко страдает от полученных ран. – Крессида помолчала, затем добавила: – Он служит у герцогини Бургундской.
– Вы должны знать, Крессида, что это меня очень расстраивает, – сказала королева. – А когда я узнала, что вы в Англии, я еще больше расстроилась: вдруг Мартин поедет вслед за вами! Это очень опасно и для него, и для всей вашей семьи.
– Ваше величество, почему вы за нас боитесь? У вас есть сведения, что нас выдали? Вы не могли бы сказать, кто нас выдал? – спросила Филиппа.
Близорукие глаза королевы с удивлением уставились на юную девушку.
– Ну, это сильно сказано, Филиппа! Никто не выдавал вас. Сэр Рис Гриффит…
– Я так и думала, – процедила Филиппа сквозь стиснутые зубы, гневно сверкнув глазами. – Кто еще мог выдать нас! Ведь никто не знает, что мы здесь! Сколько ему обещали за это?
– Ты ошибаешься, Филиппа. Я хорошо знаю сэра Риса. Два года назад, после смерти его отца, он был представлен ко двору. Узнав о моем горе, он проявил такое искреннее сочувствие…
– Ваше величество, как бы он не предал вас, – перебила ее Филиппа.
– Дитя мое, почему вы с такой горячностью выступаете против этого человека? Я приехала в Ладлоу, чтобы быть ближе к Артуру. Он так долго жил в этом замке! Сэр Рис отнесся к моему желанию с полным пониманием. Справедливо считая, что встреча с дорогими моему сердцу друзьями успокоит и поддержит меня, он под строжайшим секретом рассказал мне, что вы в нескольких милях от Ладлоу, и распорядился, чтобы вас – опять-таки тайно – привезли сюда. Вас отвезут в Греттон под охраной того же командира и его людей, которые беззаветно преданы мне. Если я когда-нибудь и расскажу о нашей с вами встрече, то только самым надежным друзьям. Неужели вы думаете, что я способна навредить вам или подвергнуть вас неминуемой опасности? – спросила королева, обращаясь к Крессиде.
– Разумеется, нет, ваше величество.
– Я думала, что ты уже замужем, Филиппа, как Анна, но, кое-что узнав, пришла к выводу, что это к лучшему, – с улыбкой сказала королева и вдруг повернулась к своей подруге: – Крессида, ты не могла бы подойти к окну и позвонить в серебряный колокольчик, чтобы пришла леди Хардинг?
Крессида встала и пошла к окну, и Филиппа поняла, что королева хочет поговорить с ней с глазу на глаз.
– Я заметила, что ты испытываешь неприязнь к сэру Рису Гриффиту и судишь о нем очень уж строго. Поверь мне, он заботится только о вашем благополучии. Он признался мне, что очень любит тебя и с нетерпением ждет твоего согласия стать его женой. – Королева наклонилась к Филиппе и сказала с легкой усмешкой: – Ты покраснела, дитя мое! Неужели Рис Гриффит так тебе отвратителен, что ты отвергла его предложение руки и сердца? А какой прекрасной парой вы бы стали!
– Я видела сэра Риса, когда нас только что привезли сюда. Я посмотрела на него с таким презрением, что, боюсь, теперь его отношение ко мне резко изменилось, – немного замявшись, тихо проговорила Филиппа.
– Филиппа, ты его любишь?
– Да, ваше величество, – немного помолчав, ответила она.
– Тогда сейчас же иди к нему и признайся ему в любви, пока Крессида будет беседовать со мной и леди Хардинг. Воспользуйся этой возможностью.
Филиппа поднялась и, сделав реверанс, с поклоном попятилась к двери. Выходя из комнаты, она сомневалась, что найдет Риса Гриффита, но он стоял у окна и наблюдал, что делается во дворе. С минуту помешкав у двери, она решительно направилась к нему. От быстрой ходьбы ее платье шуршало при каждом шаге, и сэр Рис обернулся.
– Сэр Рис, – смиренно проговорила она, – королева объяснила нам, почему вы распорядились тайно нас сюда доставить. Мы у вас в долгу, теперь уже навсегда.
Он сделал шаг ей навстречу и остановился, чтобы перевести дух от волнения.
– Но вы, как обычно, подумали обо мне, что я вас предал, – возразил он довольно резко.
Филиппа попятилась к двери, так как впервые за время их знакомства по-настоящему испугалась Риса Гриффита. Догадавшись, что она собирается уйти, он крепко схватил ее за руку.
– Почему, что бы я ни делал для вашей же пользы, вы все воспринимаете с холодным презрением? Я видел, с какой ненавистью вы посмотрели на меня, когда приехали сюда, так как решили, что я предал и вас, и графиню за вознаграждение! Да будет вам известно, миледи, что я очень хорошо осведомлен о пребывании вашего отца в Англии. Мне известно буквально все о нем с той самой минуты, как он высадился на английский берег, и что Ричард Эллард встретил его там и привез сюда, а потом отвез его в усадьбу сэра Оуэна, где он сейчас и находится. Неужели вы считаете, что я способен на такое гнусное предательство?
Услышав, что он все знает о ее отце, Филиппа вскрикнула от ужаса и закрыла лицо рукой.
– Да, – не спеша продолжал он, – с самого начала безопасность всей вашей семьи в моих руках. У меня собственная сеть агентов, потому что есть веская причина, которая обязывает меня быть хорошо осведомленным. Я люблю вас, леди Филиппа, и ваша неприкрытая неприязнь ко мне не изменила моего отношения к вам, я мечтаю, чтоб вы стали моей женой. Скажите, неужели вы думаете, что я причиню вред тем, кого вы любите? Но всякому терпению приходит конец. Я понял, что не вправе рассчитывать на вашу любовь и что вы никогда не избавитесь от недоверия ко мне. Так что нам не суждено быть вместе. Я желаю вам встретить более терпеливого и покладистого человека, которого вы полюбите и которому будете доверять больше, чем мне. Я буду молиться, чтобы вы были с ним счастливы. Я же лишен такого счастья, но пусть это вас не беспокоит… Теперь о деле. Как только закончится ваша аудиенция у королевы, вас под охраной доставят обратно в Греттон, и, уверяю вас, я не появлюсь там до вашего отъезда в Бургундию. С моей стороны вашему отцу ничего не грозит, если только он не станет жертвой собственной неосмотрительности. Прощайте, миледи. Может быть, когда-нибудь, в далеком будущем, вспомнив ваше посещение Греттона, вы вспомните человека, который любил вас всей душой и будет любить до конца своих дней.
И прежде чем она смогла вымолвить хоть одно слово в свое оправдание, Гриффит отпустил ее руку и направился к выходу. Уже с порога он поклонился на прощание и вышел, захлопнув за собой дверь.
– Нет! – крикнула она. – Не уходите! Пожалуйста, вернитесь! Все не так, как вы думаете! Я…
Но было напрасно просить его вернуться, и она поняла это. Он ушел.
Филиппа опустилась на каменный пол и заплакала. Она только сейчас поняла всю глубину постигшей ее потери, потому что любила Риса Гриффита. Ее неприязнь к нему была обычной защитной реакцией, так как она всю жизнь прожила в постоянном страхе за свою семью и привыкла никому не доверять. Ее беда в том, что она не смогла преодолеть годами выработанную привычку быть скрытной и осторожной.
Где он сейчас? Все еще в замке? Она должна найти его и сказать, что любит его. Не может же он уехать, не получив разрешения у королевы! Филиппа встала и вытерла слезы, надеясь, что ее веки не очень покраснели и стража не будет спрашивать, что случилось. Но она тут же тряхнула головой, будто прогоняя эту мысль: не все ли равно, как она выглядит! Ей надо во что бы то ни стало найти Риса Гриффита, пока силы не покинули ее. Иначе она вернется в Греттон глубоко несчастной и уедет из Англии, так и не узнав, была ли у нее возможность найти свое счастье, которое сэр Рис хранит в своем сердце?
Она подошла к двери и приоткрыла ее. Стражники тут же отдали ей честь и опустили алебарды.
– Сэр Рис… – неуверенно начала она, – рыцарь… куда он пошел, выйдя из покоев королевы?
Стражники с любопытством посмотрели на нее, и один, откашлявшись, проговорил:
– Сэр Рис Гриффит сказал, что отлучится на время в город и вернется, чтобы попросить разрешения у королевы уехать в свое имение после вашего отъезда домой.
– Понятно, – проговорила Филиппа упавшим голосом. – У меня есть дела, из-за которых я должна срочно с ним связаться. Я постараюсь найти его. Вы не могли бы сказать моей матери, что я скоро вернусь? Я хорошо знаю город… Королева велела мне… Вы не могли бы проводить меня до ворот замка и выпустить отсюда?
Стражники переглянулись, не зная, как им поступить. Но тот, что повыше ростом, решил, что раз королева разрешила девушке уйти из замка, то порученное ей дело важное и неотложное. Он поклонился Филиппе и, кивнув своему напарнику, повел ее к главным воротам замка, где ее выпустили в город, взяв обещание, что она скоро вернется.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоанна



Хорошая история, добавить бы романтики... К слову-всего два поцелуя в 10 главе
Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоаннаелена:-)
9.02.2014, 8.52





Скучно,сухо, героиня дура полная,герой тюфяк.Интереса 0
Графиня-бесприданница - Мэйкпис Джоаннас
20.12.2014, 0.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100