Читать онлайн Волны любви, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Волны любви - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.22 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Волны любви - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Волны любви - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Волны любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Капитан Джек Хэммонд с женой устраивали званый ужин, на который в числе прочих гостей пригласили и Марианну. И вот она стоит, разодетая в пух и прах, перед зеркалом в спальне и с пристрастием рассматривает платье, которое купила специально для такого торжественного случая.
Оно влетело ей в копеечку, но Марианна решила не скупиться. Известная в городе портниха, миссис Бидл, уверила Марианну, что платье это – последний писк моды.
Критически оглядев себя с ног до головы, Марианна пришла к выводу, что выглядит очень даже неплохо. Платье, сшитое из кремового газа и нежнейшего голубого атласа, имело скромное декольте. Лиф, отделанный тончайшим кружевом, плотно облегал тонкую талию Марианны, а юбка, посаженная на кринолин, казалась еще шире, чем была на самом деле. Волосы, уложенные в замысловатую прическу – впереди коротенькие локоны, а сзади толстая коса, закрученная на затылке в тугой узел, – Марианна украсила венком из голубых незабудок с коричневыми бархатными лепестками.
В общем, по мнению Марианны, выглядела она просто великолепно.
Мег Манди одолжила ей совершенно обворожительную накидку, отороченную муслином и кружевом, и Марианна, набросив ее на плечи, вихрем закружилась перед зеркалом, так что взметнулись юбки. Да она просто красавица! Пусть-ка капитан Адам Стрит на нее сегодня полюбуется!
Марианна попыталась улыбнуться и изобразить на своем лице выражение, с которым прошествует в зал, однако все никак не могла подобрать подходящего. А ей непременно нужно это отрепетировать, ведь все присутствующие, включая и Адама, наверняка обратят на нее внимание. То, что Адам Стрит тоже есть в числе приглашенных, Марианна знала: капитан Хэммонд сказал ей об этом. Понимала она также и то, что сама приглашена лишь из-за дружеского к ней расположения капитана и наверняка вопреки воли его жены. А посему Марианна твердо решила завоевать расположение миссис Хэммонд, да и других дам из высшего света тоже. И показать, на что она способна, капитану Стриту.
Подумать только! Ведь она приехала в Сэг-Харбор только ради него, потому что он запомнился ей добрым человеком и ей захотелось быть к нему поближе. А он? Да как он только посмел разговаривать с ней в таком тоне! Ах, если бы Филип был сейчас здесь...
Марианна замерла, и на глаза у нее навернулись слезы. Где сейчас Филип? Жив ли, нет? Почему не написал, не прислал ей ни единой весточки, пока она еще жила в Бостоне?
Мучительно сжалось сердце, и все хорошее настроение как рукой сняло. Если бы Филип мог видеть ее сейчас, он наверняка бы ею гордился.
Марианна отвернулась от зеркала, вспоминая ночи, которые провела без сна, представляя себе, что рядом лежит Филип. Он обещал вернуться к ней, а сам не сдержал своего слова, да Марианна на это и не надеялась, но для себя решила, что никогда больше не полюбит ни единого мужчину, не позволит никому обнимать и целовать себя, а самое главное – ни с кем не станет заниматься любовью. Так какая разница, понравится она капитану Стриту или нет? У нее теперь своя собственная жизнь, и по-своему очень даже неплохая. Так что не нужен ей никакой Адам Стрит. И все-таки, если бы он извинился за свою грубость, если бы увидел, как увиваются за ней другие мужчины, если бы заметил, что она не простая официанточка, а настоящая леди, ничем не хуже других, ее уязвленная гордость наконец-то успокоилась бы.
Мысли эти промелькнули у Марианны в голове, в очередной раз подтвердив ее решение: да, она пойдет на вечер, который устраивает капитан Хэммонд, и станет царицей бала, а Адам Стрит горько пожалеет, что разговаривал с ней в таком тоне.
Выходя из спальни, Марианна еще раз вскользь подумала о Филипе, но тут же попыталась спрятать грустное воспоминание о нем в самый дальний уголок памяти. Неужели настанет время, когда при мысли о Филипе она перестанет испытывать боль?
* * *
Когда Филип Котрайт очнулся на полубаке брига под названием «Сирена», куда после похищения его бросили два дюжих молодца, ему сначала показалось, что он попал в ад. По стенам и потолку пробегали призрачные желтоватые тени, отбрасываемые коптящей керосиновой лампой, подвешенной к потолку. Отчаянно качаясь из стороны в сторону в такт движению корабля, лампа освещала тела распростертых на полу людей. По стенам прыгали их причудливые длинные тени.
Мерзко пахло рвотой, ромом, потом и экскрементами. Откуда-то из темноты, куда не доходил свет лампы, до Филипа донесся неприятный звук – кого-то вырвало, – после чего раздалось грубое ругательство, и все стихло.
Голова у Филипа просто раскалывалась от боли, и, коснувшись пальцами виска, он почувствовал что-то влажное – кровь! В первые самые ужасные мгновения Филип никак не мог понять, где он и как сюда попал, однако через некоторое время память вернулась к нему. Он вспомнил тех негодяев, которые его похитили, и мало-помалу страшная догадка зародилась у него в голове: да ведь его, вколов ему какую-то дрянь и пользуясь его беспомощностью, затащили на корабль, вероятно, затем, чтобы отправить служить матросом! И теперь корабль этот наверняка находится где-нибудь в открытом море. Филип понятия не имел, куда следует судно, но был уверен, что оно отправляется в дальнее плавание. А в том, что он попал на этот корабль не случайно, Филип не сомневался.
Превозмогая страшную головную боль и позывы рвоты, Филип осторожно сел.
Полубак оказался битком набит людьми. Все койки были заняты, да и на полу повсюду лежали люди.
Филип судорожно сглотнул, и отчаяние охватило его. Надо же так попасться! А ведь он уже почти завершил свои поиски, вот-вот готов был добраться до негодяев, очернивших доброе имя отца. А Марианна? Он поклялся вернуться к ней, а теперь их встреча откладывается еще на многие месяцы, а может быть, даже и годы.
Филип едва сдержался, чтобы не закричать от отчаяния и боли. Ну почему ему вечно так не везет? Неужели удача навсегда отвернулась от него? Нет, быть этого не может! Он все равно доберется до виновников смерти своего отца, пусть даже потребуется потратить на их поиски всю жизнь! Им его не сломить!
Очень скоро Филип понял, что судну нужно было дать название не «Сирена», а «Сцилла» или «Харибда». Капитан его, Джонатан Райкер, человек жестокий и властный, заботился лишь о своей выгоде, а жизнь своих моряков ни в грош не ставил.
Платить им жалованье Райкер считал излишним, а посему, понимая, что по доброй воле никто на его корабль наниматься не станет, он поручал надежным людям находить молодых мужчин и, опоив их, грузить на корабль. Естественно, большинство членов команды сбегало с судна в первом же порту, но капитана Райкера это мало волновало: он пополнял свою команду все тем же проверенным способом. Не обремененный такими понятиями, как угрызения совести и забота о ближнем, Райкер считал свой метод идеальным.
Филип, решив сначала поведать капитану свою печальную историю, вскоре отказался от этой мысли, поняв, что тому абсолютно безразлично, как именно рабочая сила оказывается на борту его корабля. Его волновало только одно – если уж того или иного парня угораздило сюда попасть, он должен хорошо выполнять то, что от него требуется, и помалкивать. И Филип решил, что для него выгоднее всего работать как можно лучше, чтобы на него поменьше обращали внимание.
Сначала ему пришлось нелегко: к тяжелому физическому труду он не привык, да и кормили так плохо, что от голода у Филипа частенько кружилась голова.
Кроме того, общество, в которое он попал не по доброй воле, оставляло желать лучшего: команду корабля обычно набирали, рыская по трущобам. В общем, долгие месяцы, которые Филипу пришлось провести на корабле, оказались самыми худшими в его молодой жизни.
Но время шло, и постепенно Филип привык к отвратительной пище и изнуряющему труду. Он заметно возмужал и окреп, и телом и духом, и надежда, что он в конце концов все равно отомстит убийцам своего отца, не только не угасла, но разгорелась с новой силой.
Когда «Сирена» добралась наконец до порта прибытия, Гонконга, команда корабля сократилась почти на треть. Многие погибли от цинги, воспаления легких, ножевых ранений. Но Филип выжил. И на берег сошел уже не мальчишка, а зрелый мужчина, много повидавший и выстрадавший. Но прежде чем, покинуть судно навсегда, Филип пробрался в капитанскую каюту и стащил оттуда несколько украшений, около трехсот фунтов наличными и парочку тяжелых позолоченных канделябров. Сделать это оказалось проще простого, поскольку капитан был занят разгрузкой корабля и до всего остального ему не было никакого дела. Филип пошел на этот не очень красивый поступок, справедливо рассудив, что если уж капитан бесплатно пользовался его трудом в течение нескольких месяцев, то должен предоставить за это хоть какую-то компенсацию. Попав на берег, Филип быстренько продал ворованные вещи, а на вырученные деньги купил билет на первое попавшееся судно, направлявшееся в Бостон.
Во время долгого обратного путешествия – теперь уже в качестве пассажира – он наслаждался вынужденным отдыхом и думал, думал, думал. Однако большим разнообразием мысли его не отличались. Во-первых, Филип вынашивал планы мести убийцам своего отца, а во-вторых, мечтал о том дне, когда после долгой разлуки встретится наконец с Марианной. Чего ему хочется больше, Филип и сам не смог бы сказать. Днем он думал лишь о том, как отомстит братьям Барт, а ночью во сне видел Марианну, ее лицо, ее тело. Она приходила к нему каждую ночь, маленькая и нежная, теплая и желанная, и его изголодавшееся по любви тело отвечало ей с такой страстью, что утром, проснувшись и вспомнив свой сон, Филип краснел от стыда.
После таких снов он чувствовал и облегчение, и одновременно острое ощущение вины, поскольку считал, что эти греховные видения отвлекают его от главной цели – праведного возмездия.
В целом возвращение домой оказалось долгим и утомительным, и когда наконец корабль прибыл в Бостон, больше года спустя после вынужденного отъезда, Филип сошел на берег похудевшим и несколько постаревшим: вокруг рта залегли горькие складки, у глаз появилась сеточка морщин. Теперь бы никто не назвал его мальчишкой.
Филип подходил к тетиному дому со смешанным чувством радости и печали. Год назад, покидая этот гостеприимный дом, он дал Марианне обещание вскоре вернуться и уже больше никогда ее не оставлять, в полной уверенности, что слово свое сдержит. Но вышло так, что не сдержал, хотя и не по своей вине. И теперь ему предстоит неприятная миссия: сообщить тете Пруденс и Марианне, что ему опять предстоит уехать, и очень скоро. При мысли о Марианне сердце Филипа забилось с удвоенной силой. Господи, ну почему ему опять придется ее бросать?
Подойдя к дому, Филип не сразу его узнал, и не потому, что давно его не видел. Просто дом стал каким-то чужим, незнакомым, только почему это произошло, Филип сначала не сообразил. Лишь вглядевшись внимательнее, понял, в чем дело.
Во-первых, сильно изменился садик вокруг дома. Теперь кустики были аккуратно подстрижены, цветочки на клумбах выстроились один к одному, как солдатики. Раньше маленький садик казался несколько запущенным, зато милым и каким-то домашним, а тецерь ухоженным, но чужим и чересчур строгим. Во-вторых, дом выкрасили свежей краской, а цвет оконных рам и наличников стал другим.
Филип, нахмурившись, ускорил шаг, внезапно почувствовав что-то неладное.
На его стук дверь открыла женщина в скромном сером платье, такая же аккуратная и чопорная, как и садик.
– Что вам угодно? – спросила она, окинув Филипа холодным взглядом.
Внезапно Филип почувствовал робость, хотя и не понимал, что это с ним такое происходит.
– Я разыскиваю свою тетю, Пруденс Котрайт, хозяйку этого дома. Меня зовут Филип Котрайт, – с трудом проговорил он.
Женщина сурово сжала губы.
– Этот дом принадлежит теперь нам с мужем, – с вызовом произнесла она. – Мы купили его совсем недавно.
Самые худшие опасения Филипа подтвердились.
– Тогда, быть может, вы подскажете мне, где я могу найти свою тетю? – как можно более вежливо осведомился он.
Строгое лицо женщины смягчилось.
– Бедняжка, так вы ничего не знаете? Право, кто-нибудь должен был вам сообщить! Что ж, придется это сделать мне. Ваша тетя умерла. Примите мои самые искренние соболезнования.
Филип, чувствуя, как силы покидают его, с трудом удержался на ногах.
– А молодая девушка, которая жила с ней? – тихо спросил он. – Мисс Марианна Харпер?
Женщина покачала головой:
– К сожалению, мне о ней ничего не известно. Мне рассказывали только про вашу тетушку. По-видимому, она была очень хорошей женщиной.
Филип печально вздохнул:
– Это верно.
Он никак не мог поверить в то, что тети Пруденс больше нет. А где теперь Марианна?
Как же он устал! Филип даже не представлял себе насколько. А теперь ему предстоит разгадывать еще одну загадку, преодолевать еще одно препятствие.
– Может быть, зайдете в дом, сэр? – прервала его размышления новая хозяйка дома. – Выпьете чего-нибудь холодненького... Вы плохо выглядите.
Филип покачал головой. Нет, не может он больше зайти в этот дом. Увидеть в знакомых до боли комнатах чужую мебель, чужих людей... Это свыше его сил.
– Я очень признателен за вашу доброту, но, к сожалению, меня ждут неотложные дела.
Он вежливо поклонился и направился было к калитке, но на полдороге остановился и, обернувшись, спросил:
– А не могли бы вы сказать мне фамилию стряпчего, занимавшегося продажей дома? Быть может, он мне подскажет, куда уехала мисс Харпер.
Женщина кивнула:
– Ну конечно. Его зовут Александр Стимсон. Теперь, когда вы о нем упомянули, припоминаю, что он говорил о племяннике, с которым никак не мог связаться, и попросил нас, если вы вдруг сюда придете, сказать вам, чтобы вы к нему непременно зашли.
Она начала было закрывать дверь, но тут же снова распахнула ее.
– Желаю вам удачи, мистер Котрайт. Вы такой приятный юноша!
Филип с трудом выдавил из себя:
– Благодарю вас, мадам, за ваше доброе пожелание. Уж что-что, а удача мне никак не помешает.
Выйдя на улицу, Филип, побрел прочь от бывшего тетиного дома. Внезапно ему пришло в голову, что одной удачей никак не обойтись. Теперь перед ним стоят две задачи. Первая – наказать этих негодяев, братьев Барт, за все их злодеяния. А вторая – отыскать Марианну и сказать ей, что он жив и по-прежнему любит ее. Боже милостивый! Какая сложная штука – жизнь! Почему ему непременно нужно выбирать, что сделать сначала? Ну почему нельзя одновременно заниматься и тем, и другим?
Остановившись, Филип обернулся и бросил прощальный взгляд на дом. Потом закрыл глаза и с минуту постоял, собираясь с силами. Когда Филип пошел дальше, он уже знал, что ему делать в первую очередь.
* * *
Вечер, устроенный четой Хэммондов, обернулся для жителей Сэг-Харбора грандиозным событием, и все приглашенные ждали его с нетерпением.
Хэммонды тоже не собирались ударить перед горожанами в грязь лицом и как следует подготовились к встрече почетных гостей. Лужайку перед домом – внушительных размеров, усаженную деревьями и цветущим кустарником, – украсили китайскими фонариками. Да и сам дом, высокий, просторный, выстроенный из белого камня в греческом стиле, был ярко освещен изнутри: из окон и из распахнутых дверей лился золотистый свет.
Казалось, дом просто напоен красотой и весельем, и Марианна, подходя к нему рука об руку с Билли Уилксом – молодым юношей, первым помощником капитана, который первым из многочисленных желающих попросил разрешения ее сопровождать, – почувствовала, как поднимается у нее настроение. Она взглянула на Билли: тот тоже улыбался.
– Какой громадный дом, правда? – спросил он, сжимая ее локоток.
– Да, – кивнула Марианна. – И похоже, все здесь собрались.
– Все, кто что-то собой представляет, – весело заметил Билли.
От его слов Марианна так и просияла. Если то, что он говорит, правда, то она и в самом деле что-то собой представляет, по крайней мере в глазах капитана Хэммонда, который ее пригласил. О, как ей, наверное, сейчас завидуют девушки-официантки из таверны Мег! Что ж, пускай. А она намерена повеселиться на славу.
И Марианна снова улыбнулась Билли, приятному молодому человеку, которому в один прекрасный день предстояло стать капитаном одного из многочисленных кораблей отца. Хотя Билли не мог похвастаться ни высоким ростом, ни привлекательностью, не было в городе ни одной девушки на выданье, которая не посчитала бы его самой выгодной партией. Именно поэтому да еще потому, что он оказался первым, Марианна и выбрала его в сопровождающие. Пускай Адам Стрит посмотрит, какой мужчина за ней ухаживает!
Они поднялись по ступенькам. В дверях их встречали капитан Хэммонд с женой.
Марианна с самым что ни на есть скромным выражением лица присела в реверансе, все еще держа свою левую руку на руке партнера, и застенчиво потупила взор. Но через секунду, подняв голову, смело посмотрела своими темными глазами в лицо хозяйке, после чего, слегка улыбнувшись, произнесла слова отрепетированного заранее приветствия и добавила, обращаясь исключительно к миссис Хэммонд, что чрезвычайно благодарна ей за столь любезное приглашение.
Миссис Хэммонд, протягивая Марианне карточку, в которую надлежало записывать танцы, несколько секунд молчала, не зная, видимо, что сказать.
Наконец, повернувшись к мужу, восторженно воскликнула:
– Она очаровательна, Джек, просто очаровательна!
Капитан так и просиял.
– Я же тебе говорил, любовь моя. Прошу вас, входите в дом и отведайте моего пунша. Я в него кое-чего добавил, если понимаете, что я имею в виду, – весело сказал он и подмигнул Марианне с Биллом.
Они не заставили себя дважды упрашивать и вошли в дом, уступив место следующей паре.
– Я ей понравилась! – радостно воскликнула Марианна.
– Ну конечно, – улыбнулся Билли. – Почему вы должны были ей не понравиться? – Он остановился. – А вот и чаша с пуншем. Принести вам стаканчик?
Марианна рассеянно кивнула, а сама уже разглядывала просторную гостиную и собравшихся в ней гостей, особенно присутствующих здесь дам. И с радостью убедилась, что портниха не обманула: ни у одной из них не было такого красивого платья, как у нее.
Потом взор ее перекинулся на мужчин. Какие они все элегантные и в то же время мужественные. Совсем как... Где же он? Марианна говорила себе, что вовсе не ищет среди них Адама Стрита, но когда взгляд ее случайно упал на него – его высоченный рост лишь облегчил задачу, – сердце ее забилось с удвоенной силой. Интересно, с кем он пришел на этот званый вечер? И тут же разозлилась на себя за чрезмерное любопытство.
Когда Билли вернулся со стаканом пунша, изготовленного по рецепту капитана Хэммонда, он заметил, что щеки Марианны горят лихорадочным огнем, а в глазах появился странный блеск.
– С вами все в порядке, Марианна? – обеспокоенно спросил он.
Марианна, решительно вздернув подбородок, залпом – чего ни одна приличная дама себе не позволит – осушила стакан и вернула его Билли.
– Конечно, все в порядке, мой мальчик. А почему, собственно, вы об этом спрашиваете? Ну да ладно. Давайте с вами пройдем вон в тот конец зала. – И Марианна ткнула пальцем туда, где стоял, возвышаясь над остальными гостями, Адам Стрит. – Я вижу там одну знакомую, с которой мне хотелось бы поговорить.
Билли, выпив свой пунш, поставил стаканы на ближайший столик и, взяв Марианну под локоток, осторожно повел сквозь толпу приглашенных.
Когда они были всего в нескольких метрах от Адама, Билли остановился.
– Так где та дама, с которой вы хотите поговорить?
Марианна чертыхнулась про себя и растерянно огляделась по сторонам.
– О Боже, она уже куда-то испарилась.
И вот долгожданный миг – они с Билли стоят рядом с Адамом Стритом. Марианна, которая заранее подготовилась к этой встрече, одарила капитана своей самой обаятельной улыбкой.
– Господи! Да ведь это капитан Стрит! Вот уж кого не ожидала здесь увидеть!
Адам удивленно обернулся, однако уже в следующую секунду в глазах его вспыхнуло восхищение. И непонятно было, чем он восхищается: ее красотой или ее нахальством.
– Неужели это вы, мисс Харпер? – Он натянуто улыбнулся Марианне, однако, видимо, взяв себя в руки, тоже одарил Марианну обаятельнейшей улыбкой. – Вот уж сюрприз так сюрприз!
Марианна потянула за рукав Билли, скромно стоявшего в сторонке, чтобы тот приблизился к ним.
– Капитан Стрит, разрешите представить вам Билли Уилкса. Он служит первым помощником капитана на судне «Бриджет». Но быть может, вы с ним уже знакомы? Отец Билли, Уильям Уилкс, – известный в городе судовладелец.
Адам прищурился и с улыбкой взглянул на Билли.
– В сущности, я довольно хорошо знаком с мистером Уилксом. Как поживаешь, Билли?
– Отлично, сэр, просто отлично. – Билли ухмыльнулся и замотал головой, прямо на глазах превращаясь из неглупого молодого человека в желторотого туповатого мальчишку.
Марианна раздраженно поджала губы. Неужели так будет всегда? Неужели всякий мужчина рядом с этим гигантом будет казаться неразумным младенцем?
– Вечер просто очаровательный, вы не находите, капитан? – мило спросила она, пытаясь скрыть раздражение.
– Вы совершенно правы. А кстати, разрешите представить вам Мэри Тиммс. Мисс Тиммс, мисс Марианна Харпер.
Когда знакомая капитана, стройная блондинка с пышной грудью и округлыми бедрами, подошла к ним, Марианна почувствовала, как сердце ее мучительно сжалось, однако ничем не выдала обуревавших ее чувств. Изящным движением протянув Мэри Тиммс руку, она улыбнулась невинной улыбкой, но глаза ее сверлили знакомую Адама, словно два буравчика.
Если женщина и обиделась, заметив злобный взгляд Марианны, она ничем не выдала своих чувств. Ее серые глаза безмятежно смотрели на Марианну, и вообще весь ее облик выражал полнейшее спокойствие. От Марианны не укрылось, что гладкую кожу мисс Тиммс прорезало уже несколько морщинок. Значит, Мэри старше ее, обрадовалась Марианна, хотя, без сомнения, хороша собой. На ней было бледно-розовое шелковое платье с пышной юбкой, плотно облегающим лифом и глубоким вырезом, открывавшим белоснежные точеные плечи.
– Очень рада с вами познакомиться, мисс Харпер, – проговорила Мэри Тиммс хрипловатым голосом.
Марианна с трудом изобразила на лице улыбку. Черт бы побрал эту девку! Даже голос у нее, и тот обворожительный!
– Я тоже, – ответила она радушным голосом, с удовольствием отметив, что ничем не выдала охвативших ее чувств.
– Ну, мы пойдем дальше, – небрежно проговорила она. – Думаю, Билли с удовольствием выпил бы еще пунша.
И она незаметно подтолкнула его, надеясь, что тот поймет намек и уведет ее подальше от капитана Стрита и его знакомой, но тот все стоял, глуповато улыбаясь.
– Постойте, Марианна, – проговорил Адам. – Сначала дайте мне вашу карточку. Уверен, что, когда начнутся танцы, для меня в ней не останется места.
Марианна, застигнутая врасплох, машинально протянула Адаму свою карточку, в которой пока был отмечен лишь один танец, первый, и предназначался он Билли. Адам, слегка улыбнувшись, записал в ней свое имя. Марианна так и не поняла, смеется он над ней или нет.
– Ну вот, теперь пятый танец мой, – заметил он, возвращая карточку Марианне, коснувшись ее руки, отчего дрожь пробежала по ее телу.
Поспешно отдернув руку, она проговорила:
– Благодарю вас, капитан.
И коснулась руки Билли, давая ему понять, что готова идти дальше.
Они спустились вниз и смешались с яркой толпой гостей, которые, потягивая пунш, шутили и сплетничали. Внезапно, перекрывая шум голосов и звонкий смех, раздались звуки музыки, и толпа на первом этаже сразу заметно поредела. Марианна вопросительно взглянула на Билли.
– Где это играют?
Он улыбнулся ей – улыбка у него была приятная, хотя и немного глуповатая.
– Наверху. В танцевальной зале. Танцы начинаются.
Марианна кивнула, как будто все это само собой разумеется. На самом же деле она немного испугалась и растерялась. В Бостоне она была на нескольких приемах, но там почти никогда не танцевали. И хотя Пруденс Котрайт заставила Марианну выучиться танцевать, применить это свое умение на практике ей никогда не доводилось.
– Поднимемся наверх? – спросил Билли.
Марианна снова кивнула. Почему бы и нет? Среди гостей, все еще находившихся в гостиной, Адама Стрита и его приятельницы она не видела, и это означало, что они, по всей вероятности, уже поднялись в танцевальную залу. Если она хочет продемонстрировать капитану, как за ней будут увиваться мужчины, ей тоже необходимо отправиться туда. Но конечно, сначала нужно позаботиться о том, чтобы заполнить свою танцевальную карточку. Однако Марианна не сомневалась, что это не составит никакого труда.
То, что танцевальная зала окажется такой огромной и элегантной, Марианна никак не ожидала. Впрочем, размеры ее могли бы впечатлить кого угодно: она занимала весь второй этаж. Стены были отделаны зеркалами, а с потолка свисали три огромные хрустальные люстры. Несколько музыкантов, облаченных в обтягивающие бриджи пурпурного цвета, сюртуки в талию и ослепительно белые гофрированные рубашки со стоячими воротничками, играли довольно сдержанно: видимо, еще не разошлись. Марианне музыка показалась просто восхитительной, и она не могла сдержаться, чтобы не притопывать в такт.
С заполнением танцевальной карточки и в самом деле не возникло никаких проблем: лишь только Марианна вошла в зал, как к ней тут же устремилась целая толпа молодых людей, уже успевших заметить внизу эту хорошенькую леди.
Разрумянившаяся, счастливая, Марианна раздавала танцы направо и налево, а когда карточка была заполнена, очень мило посочувствовала тем, кому танца не досталось. Она надеялась, что Адам Стрит в этот момент смотрит на нее, однако, когда суматоха с заполнением карточки закончилась, Марианна, отыскав его глазами, обнаружила, к своему величайшему разочарованию, что все это время он стоял к ней спиной. Они с Мэри Тиммс находились уже в центре зала и ждали, когда начнется первый танец.
Поскольку первый танец был записан для Билли, Марианна несколько снисходительно взглянула на юношу.
– Ваш танец, я полагаю? – спросила она, несколько смягчив свой взгляд улыбкой.
Билли кивнул и увлек ее в центр зала. Оркестр заиграл быстрый вальс, они с Билли закружились в танце, и скоро Марианна забыла обо всем на свете, отдавшись пленительным звукам музыки.
Хотя ей никогда прежде не доводилось танцевать с Билли, он оказался превосходным танцором, вел ее легко и непринужденно, и Марианна, у которой к танцам тоже обнаружились способности, чувствовала каждое его движение, словно они были партнерами уже много лет.
Увлеченная танцем, Марианна, однако, успела заметить восхищенные взгляды, которые бросали на нее окружающие, надеясь, что и Адам их тоже заметит.
Один за другим к ней подходили ее партнеры, и вскоре лицо Марианны раскраснелось, на лбу выступили капельки пота. Молодые люди, с которыми она танцевала, оказывали ей всевозможные знаки внимания: приносили пунш, в короткие перерывы между танцами увлекали за собой на террасу и нашептывали на ушко комплименты. Марианна очень мило флиртовала с ними со всеми, не забывая тем не менее считать, сколько танцев прошло. Неужели уже четыре? Внезапно она увидела, как к ней, возвышаясь над всеми толпившимися вокруг нее молодыми людьми, направляется Адам Стрит. На его обычно суровом лице играла легкая улыбка.
Хотя Марианна и ждала этой минуты, она почему-то почувствовала панику. А вдруг у нее растрепалась прическа или слишком горят щеки? Еще подумает, чего доброго, что она хватила лишнего! Поспешно вытащив из кармана носовой платочек, Марианна провела им по лбу и по щекам.
А капитан Стрит был уже рядом.
– Надеюсь, это мой танец? – спросил он, слегка наклонившись к Марианне с той же легкой улыбкой на губах.
– По-моему, да, капитан Стрит, – холодно кивнула ему Марианна.
Оркестр заиграл очередной вальс, на сей раз медленный, и Марианна пришла в отчаяние: если бы танец был быстрым, не было б нужды разговаривать, а так придется искать какие-то темы для общения.
Взяв ее руку в свою и обхватив другой за талию, согнувшись при этом в три погибели, Адам закружил Марианну в вальсе. Глаза ее при этом оказались как раз на уровне его груди, так что жилет с кармашком для часов она могла рассматривать сколько угодно. Только сейчас сообразив, какую смешную пару они с Адамом представляют, Марианна вспыхнула. Она встала на цыпочки, чтобы казаться хоть немного выше, однако вскоре поняла, что выглядит еще более нелепо. Адам вообще был похож на крючок, но даже и в такой позе рука его лежала не на талии Марианны, а на ее плечах.
Запрокинув голову, Марианна взглянула Адаму прямо в глаза: они так и искрились весельем.
– Боюсь, сэр, мы с вами абсолютно не подходим друг другу, – проговорила она как можно спокойнее и, высвободившись, зашагала с танцевальной площадки.
Адам пошел следом за ней, хотел было взять ее за руку, но, видимо, передумав, положил ей руку на плечо.
– Полагаю, вы имеете в виду танцы? – весело спросил он.
– И все остальное! – отрезала Марианна, однако стряхивать его руку со своего плеча не стала.
– Думаю, вы ошибаетесь, – ласково проговорил он. – И поскольку этот танец по праву принадлежит мне, придется вам терпеть мое общество до тех пор, пока он не кончится.
Марианна пожала плечами:
– Ну, если вы так настаиваете, сэр... Мне все равно.
– Отлично! Тогда давайте выйдем в сад, там прохладнее.
Марианна позволила вывести себя в сад, располагавшийся за домом. Там и в самом деле оказалось прохладнее. Воздух был напоен ароматом летних цветов, и ей вспомнился другой сад в другом городе и другой мужчина. Филип, где же ты сейчас?
– Ты о чем-то задумалась? – послышался голос Адама.
– Да, – вздохнула Марианна, пытаясь незаметно смахнуть непрошеные слезинки.
– Марианна, я хочу извиниться перед тобой за свое поведение в тот вечер в таверне. Я не должен был разговаривать с тобой в таком тоне. Единственным моим оправданием служит то, что ты, похоже, обладаешь сверхъестественной способностью выводить меня из себя. Ты простишь меня?
Хотя Марианна весь сегодняшний вечер добивалась именно того, чтобы Адам извинился за свое пренебрежительное к ней отношение и посмотрел, с каким уважением относятся к ней другие, одержанная победа почему-то показалась ей совершенно ненужной и ничего не стоящей, как зола.
И тем не менее она кивнула и тихо проговорила:
– Да. И вы меня простите. Я знаю, что и сама время от времени могу ляпнуть все, что угодно. Когда-то, когда мне очень нужна была помощь, вы мне ее оказали. Я этого не забыла.
– Я хочу, чтобы мы снова стали друзьями, – искренне проговорил Адам. – Можно мне как-нибудь зайти к тебе? Быть может, ты не откажешься со мной поужинать?
– Конечно, нет. Я буду очень рада, – безразлично ответила Марианна.
Филип, милый Филип, увидимся ли мы еще? Тоска навалилась с новой силой.
– Думаю, нам пора возвращаться в зал, – добавила она и повернулась, чтобы идти.
– Марианна, подожди!
В голосе Адама послышалась такая страсть, что Марианна удивленно обернулась, и в ту же секунду он стремительно – так, что она не успела отпрянуть – обнял ее и жарко поцеловал. Как это ни странно, в этот миг Марианна не почувствовала ничего, кроме удивления. Его крупные, сильные руки крепко, но бережно обнимали ее за плечи. Она не предпринимала никаких попыток высвободиться, просто стояла как каменная. Этот поцелуй для нее ничего не значил, ведь она поклялась никогда больше не принадлежать ни одному мужчине.
Наконец Адам оторвался от ее губ, однако Марианна не произнесла ни слова.
– Прости, Марианна, – покаянным голосом произнес Адам. – Я и сам не знаю, почему это сделал. Обычно я начинаю ухаживать за девушкой лишь тогда, когда уверен, что мои ухаживания будут приняты с благосклонностью. Не хочется так скоро снова просить у тебя прощения, однако ничего не поделаешь. Ты простишь меня?
Марианна пожала плечами:
– Если вы пообещаете больше этого не делать. Буду с вами откровенна, капитан Стрит. Видите ли, я вовсе не против того, чтобы быть вашим другом, но дала себе клятву не принадлежать больше ни одному мужчине.
– Ты это серьезно? Но Боже правый, почему? – изумленно воскликнул Адам.
Выражения его лица Марианна не видела: было слишком темно.
– Никакого счастья мне это не принесло, – проговорила Марианна ровным голосом. – Любовь в конце концов приносит одну лишь боль. Когда я это поняла, то поклялась никогда больше не позволять мужчине к себе прикасаться.
– Но ты еще слишком молода для таких клятв! Кроме того, неужели ты считаешь, что сдержать ее так уж легко?
В голосе Адама прозвучали веселые нотки, и Марианне вдруг очень захотелось увидеть выражение его лица.
– Да! – выкрикнула она. – Конечно, если вы сочтете невозможным встречаться со мной на таких условиях, я на вас не обижусь.
– Но ведь я тебе уже сказал, что хочу быть твоим другом и никем больше. Ты что, подозреваешь меня в каких-то гнусных намерениях? – насмешливо поинтересовался Адам.
– Но вы же сами полезли ко мне с поцелуями, – парировала Марианна, и Адам, кажется, смутился.
– Верно, – шутливо отозвался он и уже серьезно добавил: – Что ж, мой маленький друг, я согласен встречаться с тобой на таких условиях и обещаю, что приложу все усилия, чтобы сдержать свои самые низменные чувства.
Марианна коснулась его руки.
– Я все же надеюсь, что мое самое первое впечатление о вас оказалось верным. Что вы и в самом деле хороший, добрый человек.
Адам размышлял над ее последними словами и по дороге домой, и дома, однако нельзя сказать, чтобы они слишком уж его обрадовали. Идиотская клятва Марианны действовала ему на нервы, хотя почему, он никак не мог понять. Да и сама Марианна вызывала у Адама самые противоречивые чувства: и восхищение, и раздражение. И какого черта он полез к ней с поцелуями? Мало ли чего ему захотелось? Ведь надо понимать, когда можно, а когда нет. Обычно Адам отлично чувствовал такие вещи, но на сей раз чутье его подвело. И ведь как откликнулась на его поцелуй Марианна... Она не разозлилась, не отстранилась, но и не ответила на него, осталась безразличной и холодной.
Что ж, хоть извинился за свое дурацкое поведение и то хорошо, успокаивал себя Адам, хоть одну умную вещь сделал. Он понимал, что самое лучшее – это забыть о Марианне, выбросить ее из головы, поскольку ничего хорошего от нее все равно не дождешься. Жизнь его уже устоялась – охота на китов приносит очень неплохой доход, в свободное время можно развлечься с Мэри Тиммс, да и, кроме нее, найдется немало красоток провести с ним часок-другой, – так зачем все портить, связываясь с какой-то строптивой девчонкой, от который всякий раз не знаешь, чего ожидать?
Однако Адам на следующий же день после вечеринки заявился в пансион, где проживала Марианна. Ее хозяйка, миссис Гродин, прежде чем сходить за ней наверх и позвать ее, подозрительно оглядела его с головы до ног.
В отличие от Адама, который не спал почти всю ночь, Марианна казалась свежей и хорошо отдохнувшей.
Одета она была в бледно-бежевое закрытое домашнее платье с длинными рукавами и маленьким, аккуратным воротничком, в котором походила на скромную молодую учительницу, а никак не на девушку, работавшую в таверне. Адам, слегка поклонившись, попытался придумать хоть какое-то оправдание своему визиту.
– Я ведь говорил тебе, что как-нибудь зайду, – робко, словно школьник, проговорил он, ненавидя себя в этот миг за свою робость.
– Верно, но я не ожидала, что это произойдет так скоро, – слегка улыбнувшись, ответила Марианна. – Не присядете ли, капитан Стрит?
Адам примостился на краешке дивана. Марианна села напротив. И какого черта он сюда притащился, ругал себя Адам. Плевать она на него хотела! И, откашлявшись, нерешительно произнес:
– Может быть, пойдем погуляем? Погода просто чудесная, а по дороге можно зайти в кафе и съесть мороженого.
Марианна очень мило нахмурила бровки.
– Я не против. На работу мне к шести, так что, думаю, времени на прогулку у нас хватит.
– До шести еще уйма времени, – мрачно заметил Адам.
Боже правый! Неужели они весь день будут разговаривать друг с другом таким сдержанным и натянутым тоном, словно совершенно незнакомые люди? С ума сойти можно!
– Только поднимусь наверх за шляпкой и сумочкой, – объявила Марианна и ушла, оставив после себя нежный аромат сирени.
Адам сидел прямо, словно аршин проглотил, и нетерпеливо ждал возвращения Марианны.
«И зачем я только сюда притащился? – в очередной раз с горечью подумал он. – Мог бы пойти сейчас к Мэри или к Грете, все лучше, чем сидеть с этой злюкой!»
Вспомнив, что к Грете он вообще еще ни разу не удосужился зайти, Адам тяжело вздохнул.
В этот момент в гостиной появилась Марианна, и Адам забыл обо всем на свете. Она переоделась в ярко-голубое платье – шляпка и сумочка были того же цвета – и была в этом наряде такой хорошенькой, что у Адама захватило дух. Пруденс Котрайт, похоже, отлично над ней поработала: девчонка вдобавок к красоте приобрела еще и светский лоск.
– Я готова, – проговорила Марианна, скромно опустив глаза, чем привела Адама в восхищение.
Ну чем не актриса! Причем не какая-то там третьесортная, а отличная: превосходно знает, когда какую роль нужно играть. Покачав головой, Адам встал и подал Марианне руку. Что ж, сыграем в юную леди и ее обожателя. И они вышли на улицу, где вовсю светило яркое солнышко.
Они направились к морю, вдоль по Мэдисон-стрит до пересечения ее с Главной улицей. Не спеша шли они по улице, и долго-долго ни один из них не проронил ни слова.
Странное чувство овладело Адамом. Как, оказывается, приятно молча бродить по городу! Когда рот у Марианны закрыт, можно подумать, что она вообще пай-девочка. И все-таки не могут же они весь день идти по улице, словно воды в рот набрав! Нужно придумать хоть какую-нибудь тему для разговора. И Адам решился.
– Какой приятный ветерок, – начал он, глядя на макушку Марианны: лица ее ему видно не было. – Ты не находишь?
Марианна вскинула голову, и на лице ее мелькнула легкая улыбка.
– О да. Совершенно с вами согласна. Ветерок и в самом деле приятный.
Адам вспыхнул. Естественно, фразу эту нельзя отнести к разряду чересчур остроумных, но ведь он пытается хоть как-то развлечь эту строптивую девчонку! Черт бы ее побрал, пускай теперь сама ищет тему для разговора!
Через некоторое время они добрались до перекрестка Мейсон-стрит с Главной улицей. Впереди Адам заметил кафе.
– Может быть, зайдем съесть мороженого? Или на обратном пути?
Марианна снова вскинула голову.
– На обратном пути, если не возражаете.
– Ничуть не возражаю, – проговорил Адам, пожав плечами.
Они пошли дальше. Здесь, в центре города, прохожих с каждой минутой становилось все больше и больше. Навстречу Марианне с Адамом спешили куда-то по своим делам ремесленники, шли с корзинками за покупками женщины, но больше всего было матросов, самых разных национальностей и всех цветов кожи.
Громкий цокот копыт по булыжной мостовой, крики лоточников и уличных торговцев, пронзительные вопли детей, лай собак, шум разговора – вся эта какофония казалась Адаму сладкой музыкой, так непохожей на ту, что ему доводится слышать в море: хлопанье паруса, когда судно набирает ход, потрескивание деревянной обшивки корабля, жалобные крики чаек, неистовое завывание ветра в такелаже. Однако звуки эти никогда не сливались, как в городе, в один сплошной гул.
Внезапно он почувствовал, как кто-то дернул его за рукав, возвращая к действительности: Марианна стояла рядом и вопросительно смотрела на него.
– О чем это вы так задумались?
Первым побуждением Адама было скрыть от Марианны свои мысли, выдумав что-нибудь, чтобы она от него отстала, однако он все-таки решился сказать ей правду, чувствуя себя при этом круглым дураком и ожидая, что она поднимет его на смех.
Однако, к его удивлению, Марианна радостно улыбнулась и крепко сжала его руку.
– Как это здорово и как верно! Ведь и правда, все, что в жизни происходит, можно сравнить с той или иной музыкой.
Вскоре взору их открылась длинная пристань, и толпа с каждой минутой становилась все гуще, а шум все яростнее, однако Марианна, к удивлению Адама, болтала все оживленнее, словно наконец-то прорвалась давно сдерживаемая плотина и хлынул поток слов.
Адам в восторге от произошедшей в ней перемены с радостью поддерживал разговор. Когда они добрались до «Викинг Куин», Адам пригласил Марианну подняться вместе с ним на борт, где проверил, как идут ремонтные работы, а потом они вернулись в центр города и зашли в кафе, где съели по две порции клубничного мороженого.
Когда Адам привел Марианну домой (она уже опаздывала на работу), он решил, что очень неплохо провел сегодняшний день. Они с Марианной прекрасно пообщались, в течение всего дня между ними не произошло ни единого спора, так чего еще желать? Кроме того, Адам Стрит начал немного разбираться в тех чувствах, которые испытывал к Марианне. Похоже, они и в самом деле смогут стать друзьями.
Так оно и вышло. Их послеобеденные прогулки превратились в ежедневные, равно как и ужины в кафе в те дни, когда Марианна не работала. Адам показал ей свой маленький домик, который она сочла очаровательным, и несколько раз прокатил по заливу в шлюпке, которую одалживал на время у своего приятеля.
Эта новая дружба много значила для Марианны, поскольку давала то, чего ей прежде никогда не доводилось испытывать: бескорыстное внимание к себе мужчины. В отличие от Джуда и Филипа Адам и в самом деле ничего от Марианны не требовал. Отношения Марианны с Джудом можно было назвать вынужденным рабством, с Филипом – обыкновенной физической связью, которую дружбой назвать язык не повернется, а вот с Адамом Марианна впервые познала настоящую дружбу, которая иногда случается между мужчиной и женщиной.
Нельзя сказать, чтобы Марианна, несмотря на свою клятву оставаться к мужчинам равнодушной, не чувствовала к Адаму физического влечения – стройный капитан кому угодно способен был вскружить голову. Кроме того, она чувствовала, что и Адаму она тоже небезразлична. Однако он ни разу не выдал себя ни словом, ни жестом, и Марианна тоже не собиралась ничего говорить.
Она не понимала, что с ней творится, но постоянно ощущала в его присутствии какое-то приятное волнение и легкую дрожь.
Кроме того, когда она появлялась с Адамом на улице, в кафе или в каком-нибудь другом месте, то замечала, что женщины не сводят с нее завистливых глаз, и это тоже согревало Марианне душу. Правда, в бочке меда всегда есть ложка дегтя, и этой ложкой дегтя для Марианны стали неприятные мысли о том, что в недалеком будущем Адам снова уйдет в море. Однако она всегда старалась выбросить их из головы. Помимо всего прочего, со временем она все меньше и меньше вспоминала Филипа, хотя и сама не могла бы сказать, хорошо это или плохо.
Прошло около месяца с тех пор, как Адам вернулся домой – и месяц этот он почти целиком провел с Марианной, – когда произошло событие, перевернувшее их жизни.
Случилось это холодным туманным вечером, когда осень давно уже вступила в свои права и зима была не за горами. У Марианны выдался свободный вечер, что бывало в последнее время не так уж часто.
Они с Адамом решили посетить методистскую церковь, где им показали представление с волшебным фонарем и накормили вкусным ужином.
Представление оказалось интересным, об Индии, которая казалась Марианне чем-то очень далеким и красивым, да и ужин – выше всех похвал. Усталая и сонная, Марианна медленно шла рядом с Адамом по улице.
Туман между тем становился все гуще. Казалось, он заполнил весь город, забрался во все его закоулки, скрыл своей плотной завесой одни здания, а другим придал какие-то жуткие, фантастические очертания.
В порту раздался приглушенный колокольный звон. Обычно звонкий, сегодня он звучал глухо и зловеще.
Адам и Марианна совсем заблудились в этой густой пелене и медленно брели по улице. Вдруг Адам остановился, повернулся и, взяв Марианну под руку, провел ее через какую-то железную – на ощупь – калитку. В пансионе, где жила Марианна, такой калитки не было.
– Где мы, Адам? – удивленно спросила она. – Куда это мы пришли?
Они поднялись по ступенькам.
– В этом молоке совсем ничего не видно. Посидим, пока немного не прояснится. Я весь промок и продрог до костей, да и ты наверняка тоже.
– Но где мы? – не отставала Марианна.
– У меня дома. Я узнал свой железный забор, когда мы проходили мимо.
Марианна ничего не сказала, хотя на языке у нее вертелось множество весьма нелестных замечаний. Но она молчала, ощущая, как внутри нарастает приятное волнение, и вдруг остро почувствовала прикосновение теплой руки Адама к своему плечу.
– Выпьем по стаканчику горячего пунша у камина, съедим по тосту, немного согреемся, а потом я провожу тебя домой, – тем временем говорил Адам.
Марианна хотела было запротестовать, но и на сей раз промолчала, вспомнив про миссис Гродин, которая, конечно, будет вне себя от возмущения, если ее постоялица вернется домой так поздно. А вот если посидеть немного в гостях у Адама, быть может, старуха отправится спать и тогда удастся проскользнуть незамеченной.
– Давай помогу тебе раздеться, – сказал Адам, когда они вошли в дом.
Марианна позволила ему снять с себя тяжелую накидку и шерстяную шаль, промокшие насквозь.
В маленькой гостиной в камине уже были аккуратно сложены поленья, и, сбросив пальто, Адам присел на корточки и поднес спичку к растопке. И тут же взметнулись вверх яркие язычки пламени, и уже через минуту огонь весело полыхал в камине. Марианна подошла поближе и протянула руки.
– Как тепло, – проговорила она, застенчиво улыбаясь Адаму.
Он улыбнулся ей в ответ, и сердце у Марианны вдруг затрепетало, как пойманная птичка. Марианна не понимала, что с ней творится, лишь чувствовала, что должно произойти что-то необыкновенное, очень важное. Она одновременно и хотела этого, и боялась.
– Садись вон в то большое кресло у камина, а я пока принесу нам чего-нибудь согреться. Что ты хочешь? Ром, бренди, горячий сидр?
– Сидр, пожалуйста, – ответила Марианна, опускаясь в глубокое кресло.
Чувствовалось, что оно у Адама самое любимое.
Не прошло и нескольких минут, как Адам вернулся с подносом, на котором стояли две большие кружки с сидром, сдобренным корицей и сахаром. Поставив поднос на каминную решетку, Адам наклонился и сунул в огонь кочергу. Когда она раскалилась докрасна, он быстро опустил ее сначала в одну кружку, потом в другую.
По комнате тотчас поплыл густой аромат корицы, и Марианна с наслаждением вдыхала его. Она согрелась, тело охватила блаженная истома, и в то же время странное напряжение не покидало ее. Ей казалось, что сейчас что-то случится. Но что?
Взяв у Адама дымящуюся кружку, она сжала ее обеими руками, чтобы согреть их. Адам, как она заметила, сделал то же самое. Потягивая горячее сладкое питье, они поглядывали друг на друга из-за краев кружек и счастливо улыбались.
Ни один из них не проронил ни слова, пока сидр не был допит до конца, до последней капли.
– Марианна... – прошептал наконец Адам, поставив свою кружку на пол.
Подойдя к Марианне, он взял ее за руки и потянул к себе. Глаза у него сияли.
Марианне казалось, что этот завораживающий взгляд проникает в самое сердце. Он притягивал ее, словно магнит, и не было ни сил, ни желания противиться ему. Что будет, то будет.
Адам крепко обнял ее, а через секунду, не успела Марианна опомниться, ухватил за талию и поставил на скамеечку, стоявшую перед креслом. Теперь их лица находились более-менее на одном уровне. Ласково улыбнувшись Марианне, Адам нежно и в то же время требовательно прижался губами к ее губам. Марианна тихонько вздохнула и закрыла глаза. Поцелуй заворожил ее. Тело затрепетало от блаженства. Марианну уже так давно никто не целовал, что она и забыла, как это чудесно.
Руки Адама заскользили по ее спине, потом коснулись ее груди, и Марианна, задохнувшись от избытка чувств, забыла обо всем на свете. Какое это, оказывается, счастье – чувствовать его ласковые прикосновения. Огонь желания пробежал по ее телу, с каждой секундой разгораясь все сильнее и сильнее.
Душа ее кричала: «Я хочу тебя, Адам! Возьми меня! Быстрее!»
Но в этот миг Адам, оторвавшись от ее губ, хрипло застонал и принялся своими большими, грубыми руками – руками моряка – расстегивать ей платье, путаясь в крошечных пуговицах. Марианна совершенно машинально пришла ему на помощь, думая лишь о том, чтобы побыстрее сбросить одежду. У нее больше не было сил ждать, хотелось лишь одного – почувствовать каждой клеточкой его сильное мужское тело. Еще не видя его, она уже не сомневалась, что красивее его нет ничего на белом свете.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем вся ее одежда была наконец расстегнута и снята, и Марианна стояла теперь перед Адамом обнаженной.
Тело ее, неожиданно ставшее чувствительным, словно усики насекомого, было объято яростным огнем. Она возвышалась на скамеечке, словно на пьедестале: сравнение, сразу пришедшее ей на ум, тем более что Адам, издав страстный стон, опустился перед Марианной на колени и обнял ее.
Марианна затрепетала от восторга и желания. Адам, окинув жадным взглядом ее стройное тело, прошептал:
– Какая ты красивая!
Поспешно поднявшись, он тоже принялся сбрасывать с себя одежду.
Вскоре взору Марианны предстала его загорелая грудь, покрытая курчавыми темными волосами, сильные, мускулистые руки, плоский живот. Он и в самом деле оказался на удивление хорош собой. Именно таким Марианна себе его и представляла. Однако в отличие от Филипа, обладавшего еще несовершенной, какой-то мальчишеской красотой, Адам был уже зрелым мужчиной, и красота его была красотой сильного мужского тела. Марианна поспешно выбросила все мысли о Филипе из головы.
Адам между тем расстегнул ремень брюк, и они упали к его ногам.
Марианна опасливо перевела взгляд с его груди на талию, а потом ниже. Вид его восставшей плоти заставил ее вспыхнуть от смущения. Она показалась ей настолько огромной, что у Марианны перехватило дыхание.
Вспомнив Джуда и его грозное орудие, причинявшее ей острую боль, Марианна вздрогнула от страха, однако тут же взяла себя в руки. Ведь Адам не Джуд, и его член не уродливая, а прекрасная, совершенная часть тела, пусть даже и кажется несколько великоватой.
Но в это мгновение размышления ее были прерваны: Адам легко, словно перышко, подхватил Марианну и вынес из гостиной.
Прижав ее к своей широкой груди, Адам поднялся на второй этаж и вошел в комнату у лестницы.
Марианна, приподняв голову с его теплого плеча, обвела взглядом комнату, освещенную мерцающим пламенем свечи. Обставлена она была довольно просто – чувствовалось, что здесь живет мужчина, – но уютно. На миг Марианна удивилась, когда это он успел зажечь свечу, но тут же решила, что, наверное, когда поднимался за сидром. Но через секунду все мысли вылетели у нее из головы: Адам опустил ее на кровать и лег рядом. Он крепко обнял ее одной рукой, а другой нежно провел по груди и животу.
Марианна ощутила, как блаженная волна желания подхватила ее и понесла, как на крыльях. Кровь застучала в висках, тело наполнилось приятной истомой. Казалось, каждая клеточка его отзывается на ласки Адама.
Она видела, как велико его желание овладеть ею немедленно, однако он сдерживался изо всех сил, все лаская и лаская ее. Наконец Адам приподнялся на локтях и умоляюще взглянул на Марианну глазами, темными от переполнявшей их страсти.
И тихонько застонав, Марианна позволила ему войти в себя. На краткий миг она почувствовала боль, которая, однако, очень скоро переросла в острое наслаждение.
Он обладал ею спокойно и уверенно, словно своей женой, тело которой было знакомо ему до мельчайших деталей. И Марианна впервые в жизни почувствовала, что имеет дело с настоящим мужчиной, отдаваясь которому, испытываешь неземное блаженство.
И когда наконец тело ее содрогнулось в экстазе, Марианне показалось, что она больше не выдержит эту сладкую пытку. Она вскрикнула и словно издалека услышала свой собственный голос, хриплый и страстный. И в этот миг Адам застонал и выкрикнул ее имя.
Несколько минут оба они лежали рядышком, прерывисто дыша, после чего снова последовали нежные поцелуи и ласковые прикосновения. А потом Марианна погрузилась в сладкую дрему, и когда снова открыла глаза, то увидела, что Адам посапывает рядышком, обняв ее за талию и прижавшись лицом к ее плечу.
Марианна тихонько лежала, боясь пошевелиться. Мозг, уже не затуманенный страстью, работал четко и ясно. Как внезапно у них с Адамом все получилось, размышляла Марианна. Чем все это кончится? Противоречивые чувства охватили ее: она ощущала в теле приятное томление и легкость – как же хорошо ей было с Адамом, и зачем только она так долго отказывала себе в подобном удовольствии! – и терзалась чувством вины, потому что, уступив Адаму, предала Филипа; и злилась на себя за то, что не смогла сдержать клятву верности, которую дала себе после отъезда Филипа. Однако Марианна вынуждена была признать, что давно уже не чувствовала себя такой счастливой. Адам научил ее снова радоваться жизни.
Но любит ли она его? Если да, то почему она все никак не может забыть Филипа?
Адам пробормотал что-то сквозь сон и прижал ее к себе еще крепче.
Марианна, вздохнув, поуютнее устроилась в его объятиях и погрузилась в глубокий сон, так и не ответив на терзающий ее вопрос.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Волны любви - Мэтьюз Патриция

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Часть вторая

Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Часть третья

Глава 14Глава 15Глава 16

Часть четвертая

Глава 17Глава 18Глава 19

Ваши комментарии
к роману Волны любви - Мэтьюз Патриция



Очень понравился роман! Читала с удовольствием! Советую! 10
Волны любви - Мэтьюз Патрицияс
6.07.2013, 16.29





дерьмо...!!!
Волны любви - Мэтьюз Патрициятори
6.07.2013, 17.53





Класный роман)))
Волны любви - Мэтьюз ПатрицияАлина
22.08.2013, 17.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100