Читать онлайн Оазис, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Оазис - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.71 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Оазис - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Оазис - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Оазис

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Охваченный волнением, Джеффри лежал на койке без сна, когда во всей Клинике уже воцарилась ночная тишина. К счастью, Рем спал как убитый, правда, с той разницей, что громко и беспрерывно храпел. В первую же ночь, которую им пришлось провести в одной палате, Рем похвастался, что в отличие от большинства алкоголиков, которые в трезвом виде испытывают проблемы со сном, он всегда спит крепко, независимо от того, трезв он или пьян.
Спустя несколько минут после того, как часы пробили полночь, Джеффри откинул одеяло и встал с постели. Он был полностью одет, за исключением ботинок. Все на нем было черного цвета – свитер с высоким воротом, брюки и даже носки. Натянув на ноги темные кеды, он бесшумно направился к двери.
Приоткрыв ее на дюйм, Джеффри осмотрелся по сторонам. Коридор был пуст. Тогда он вышел, затворил за собой дверь и быстро проследовал по коридору к служебному входу.
Во время первой беседы с Лоуренсом доктор Брекинридж сказал ему:
– Вы вольны покинуть нас в любое время, когда вам угодно, и я не стану вас останавливать, так же как и никто другой в Клинике. Вы должны оставаться здесь по своей воле, в противном случае весь курс лечения окажется бесполезным. Если кто-либо из пациентов нас покидает, он освобождает место, крайне необходимое тому, кто действительно желает избавиться от недуга.
Однако Джеффри не хотел, чтобы его заметили на входе или на выходе. Если он сейчас попадется кому-нибудь на глаза, ему придется вернуться к себе в палату. Скоро все узнают, что драгоценности Лейси пропали, и если кто-то вспомнит, что видел в ночь происшествия Джеффри входящим в Клинику или выходящим из нее, то рано или поздно подозрение неминуемо падет на него.
Он приехал сюда из Лос-Анджелеса во взятом напрокат «кадиллаке», который оставил припаркованным в дальнем конце небольшой автостоянки, примыкавшей к подъездной аллее Клиники. В запертом багажнике машины хранилась небольшая сумка с инструментами для взлома. Он был признателен судьбе за то обстоятельство, что площадка не слишком хорошо освещалась. Хотя автомобиль стоял здесь уже в течение десяти дней, мотор завелся сразу, и Джеффри облегченно вздохнул.
Прежде чем покинуть стоянку, он быстро осмотрелся. Пока что все в порядке. Его не заметили.
Джеффри выбрался на скоростную автостраду, проложенную через город. Он вспомнил, что проезжал мимо мотеля «Холидей инн» по пути в Клинику. Но, оказавшись на автостраде, сразу же свернул в сторону центра города и вскоре притормозил возле автобусной станции, на пересечении Бродвея и автострады. Здание станции было ярко освещено изнутри, там на жестких скамьях дремали трое пассажиров, однако касса не работала и дежурного на месте не оказалось.
Выйдя из автомобиля, Джеффри направился к ячейкам автоматической камеры хранения, расположенным вдоль одной из стен, опустил в прорезь две монеты по двадцать пять центов и закрыл ячейку.
Затем он поехал к мотелю «Холидей инн» и оставил машину в одном из прилегавших к нему переулков. Теперь Джеффри предстояла самая сложная часть дела, для успеха которой понадобится определенная доля везения.
На территории мотеля Джеффри увидел двухэтажное здание в форме подковы, плавательный бассейн и площадки для парковки автомобилей вокруг него. Площадки были наполовину заполнены.
К счастью, имелся обходной путь к автостоянкам – мимо холодильной установки и автомата с прохладительными напитками. Джеффри потихоньку пробрался через служебный вход и, стараясь оставаться в тени, окинул взглядом нужную ему площадку.
Шел уже второй час ночи, и если не считать ярко освещенной конторы, свет горел только в двух комнатах, да и те находились на втором этаже. Нетрудно было заметить среди автомобилей белый «роллс» Лейси – он оказался третьей по счету машиной от того места, где притаился Джеффри, и стоял вплотную к стене здания. Яркий свет фонаря, прикрепленного под балконом второго этажа, падал прямо на «роллс». Без сомнения, именно комнату под фонарем, расположенную на первом этаже, занимал шофер Лейси.
Джеффри глубоко вздохнул. Это дело было самым рискованным из всех, за какие ему когда-либо приходилось браться. Если он издаст хотя бы один неосторожный звук, то привлечет внимание шофера, и тот сразу же бросится сюда – разумеется, с оружием в руках. Да шофер и сам может выглянуть в окно и застать Джеффри прямо на месте преступления.
«Обладай я хотя бы малейшей долей здравого смысла, – подумал Джеффри, – то просто потихоньку сел бы в «кадиллак» и укатил обратно в Лос-Анджелес». Но это невозможно – он по-прежнему был должен сорок тысяч долларов, а Берни – безжалостный кредитор. И тут Джеффри почувствовал то особое возбуждение, которое испытывал всякий раз, когда приходилось сталкиваться с невыполнимой на первый взгляд задачей. Соблазн был слишком велик.
Он побежал к своей машине, достал сумку, натянул пару хирургических перчаток и вернулся к «роллсу».
Одного беглого взгляда по сторонам было достаточно, чтобы убедиться: вокруг все по-прежнему тихо. Даже два окна на верхнем этаже теперь погрузились в темноту. Цепляясь за стену, Джеффри неслышно подобрался к выступу балкона.
Тут он обнаружил, к своему немалому облегчению, что прямо к опоре для фонаря прикреплен изолированный пластиком провод. Джеффри стал аккуратно снимать с помощью резака изоляционную прокладку, чтобы обнажить провод. Это было очень рискованно: либо шофер, либо дежурный в конторе могут заметить отсутствие света, однако Джеффри предпочитал действовать в темноте.
Быстрым движением он перерезал провод, и фонарь, мигнув, погас. Площадка, где стоял «роллс», погрузилась в относительную темноту. Джеффри затаил дыхание, переводя взгляд от конторы к комнате шофера и обратно. Прошло несколько секунд, однако он не заметил никаких признаков тревоги.
Джеффри подошел к автомобилю сзади и опустился на колени перед багажником, ища с помощью карманного фонарика выключатель системы сигнализации. Вот он – в правом нижнем углу. Пока все шло как по маслу. Он попробовал несколько ключей из своей связки. Некоторые даже не входили в замочную скважину. Но вот наконец один из них подошел без труда. Почти не дыша, Джеффри осторожно повернул ключ. Раздался слабый щелчок. Теперь ему оставалось только надеяться, что в автомобиле нет дублирующей системы, установленной где-то еще.
Джеффри осторожно подошел к месту для шофера и снова принялся возиться с ключами. Система сигнализации, судя по всему, была установлена в Соединенных Штатах, тогда как дверные замки – в Англии, где был произведен сам «роллс», и потому на этот раз удача ему не сопутствовала. В течение пятнадцати минут он перепробовал все ключи, а дверь так и не открылась. Джеффри выругался про себя. Придется пойти на крайние меры.
Он перешел на другую сторону автомобиля и присел на корточки. В этот час на автостраде не было большого движения, однако время от времени проезжал какой-нибудь случайный грузовик. Он вынул кернер
type="note" l:href="#n_11">[11]
и молоток, поместил кернер как можно ближе к замочной скважине и стал ждать. Наконец до него донесся рев мотора. Он выбрал момент, когда грузовик оказался почти напротив мотеля, и ударил по кернеру обернутым в войлок молотком – раз, другой – и вот все готово.
Тут Джеффри снова замер, напрягая слух и бросая взгляды то на окно шофера, то на контору. Удача пока не изменяла ему.
С помощью изогнутого прута он обследовал внутреннюю часть дверной панели, нашел ручку и осторожно потянул за нее. Теперь настал самый критический момент. Если в автомобиле есть дублирующая система сигнализации, вся его затея рухнет. Но дверь открылась легко и без единого звука.
Протянув руку, Джеффри открыл заднюю дверь и проскользнул на сиденье. Он понимал, что именно здесь логичнее всего было разместить сейф. Во всяком случае, внутри автомобиля он сам меньше бросается в глаза.
Задняя часть «роллса» поражала своими размерами и роскошью. Здесь имелся небольшой бар с подбором первоклассных вин, а также телевизионная панель, встроенная с обратной стороны переднего кресла.
Прежде всего Джеффри откинул подушку сиденья. Пусто. Затем тщательно осмотрел бар. Там тоже ничего не оказалось. Наконец он переключил внимание на телевизионную панель. Он нажал на кнопку, однако экран не осветился. По-видимому, телевизор работал только при включенном зажигании.
Джеффри осмотрел каждый дюйм на корпусе телевизора с помощью карманного фонарика. С чувством нарастающего волнения он обнаружил, что корпус представляет собой отдельную секцию, удерживаемую на месте болтами, расположенными с трех сторон.
Джеффри вынул из кармана ножик и принялся отвинчивать болты, их было всего шесть. Работа казалась ему ужасно нудной, и он проклинал себя за то, что не прихватил из «кадиллака» набор отверток. Ему не хотелось возвращаться к своей машине, а между тем его время стремительно истекало. Он пробыл здесь почти целый час, однако везение не могло длиться до бесконечности. Рано или поздно кто-нибудь обратит внимание на то, что фонарь погас, и решит проверить, в чем дело.
Джеффри показалось, что прошла целая вечность, прежде чем ему удалось снять все болты. Было более чем вероятно, что система сигнализации срабатывала при попытке удалить корпус телевизора, – если только сейф действительно спрятан за ним. Еще один риск, на который ему придется пойти.
Чуть дыша, он приподнял корпус. Это оказалось легким делом. И там, на месте проводов и ламп телевизора, Джеффри увидел сейф.
Он сделал несколько глубоких вдохов и какое-то мгновение сидел неподвижно, откинувшись на спинку кресла и разминая онемевшие пальцы.
В памяти промелькнул обрывок одного из бесчисленных поучений его наставника Мейсона Богарда:
«Люди обычно крайне глупо подбирают комбинации цифр для сейфов. Они используют свою дату рождения – год, месяц и число; номера страховых свидетельств или что-нибудь еще в этом роде, что легко запомнить…»
Изучая прошлое Лейси Хьюстон, Джеффри запомнил дату ее рождения. Когда его пальцы снова обрели чувствительность, он медленно набрал год ее рождения, месяц и день. Ничего не произошло.
Он набрал те же цифры в обратном порядке и спустя мгновение услышал слабое щелканье тумблеров. Джеффри повернул ручку, и дверца сейфа распахнулась. При свете фонарика он увидел три футляра с драгоценностями.
Дрожащей рукой Джеффри вынул футляры и, установив их в ряд на полу машины, благоговейным жестом открыл крышку первого. Сияние камней, отразившееся в луче фонарика, походило на звездную россыпь. Он быстро открыл остальные футляры, и сердце его учащенно забилось от волнения.
Бриллианты, словно высыпавшиеся из рога изобилия, – бриллианты в кольцах, браслетах и ожерельях, не говоря уже о множестве неоправленных камней. Да ведь это же целое состояние! Он не отрывал от них взгляда, совершенно загипнотизированный ослепительным блеском…
Тут Джеффри очнулся, и у него вырвалось короткое восклицание. Пора сматываться отсюда. Он закрыл сейф и снова установил на место корпус телевизора. Кража и так будет обнаружена довольно скоро, и ему незачем торопить события, оставляя лишние улики.
Достаточно было бегло осмотреться по сторонам, чтобы убедиться: до сих пор ему удалось остаться незамеченным. Прижимая одной рукой к груди футляры с драгоценностями, Джеффри выскользнул из автомобиля, поспешил под прикрытие балкона и, прокравшись через служебный выход, устремился к своему «кадиллаку». Заведя мотор, тут же рванул с места и вздохнул свободно, лишь когда его отделяли от мотеля несколько кварталов.
Он направился через деловой центр города в сторону автобусной станции. Уложив футляры с драгоценностями в холщовую сумку, вышел с ней из автомобиля и пошел на станцию, с облегчением обнаружив, что она теперь совершенно пуста. Джеффри поместил сумку в ячейку камеры хранения и опустил в прорезь автомата еще пару монет из того запаса, который всегда имел при себе, когда шел на дело. Каждой монеты хватало ровно на сорок восемь часов, а это значило, что ему придется приходить сюда через день и опускать новые монеты, пока он не выберется из города. Впрочем, если на этот раз ему удастся незамеченным проникнуть обратно в палату, это не должно доставить ему особых хлопот, независимо от того, как долго он решит оставаться в Клинике.
Джеффри уже подумывал о том, чтобы этой же ночью вернуться в Лос-Анджелес, однако предпочел задержаться тут до тех пор, пока страсти после обнаружения кражи не улягутся. Но, отъехав от станции, Лоуренс задал себе прямой вопрос: кого он, собственно, пытается обмануть? Все, что от него теперь требовалось, – это вернуть взятый напрокат «кадиллак», уладить дела с Берни, поторговаться с ним насчет цены за украденные ценности и исчезнуть, взяв себе новое имя.
Нет, единственной причиной, по которой он хотел остаться, была Лейси, хотя сам Джеффри не представлял себе, к чему могут привести их отношения. Разумеется, у них нет никакого будущего. Даже если она ответит ему взаимностью, из этого ничего хорошего не получится. Прославленная кинозвезда и вор? Нет, только не это. И все же ему хотелось быть с нею, видеть ее рядом, и как можно дольше.
Он вернулся к себе в палату без особых приключений. Рем все еще громко храпел и, судя по всему, даже не заметил отсутствия соседа.
Джеффри быстро и беззвучно разделся и залез в кровать. Однако ему не спалось. Обычно после успешного дела он чувствовал себя настолько утомленным, что сразу же засыпал. Но этой ночью он лежал без сна до тех пор, пока первые лучи солнца не проникли в палату. Где же то чувство торжества, которое он обычно испытывал после подобных ночей?


– Я полагаю, сегодня ваша очередь, Лейси, – сказал Ноа.
Лейси вздрогнула и посмотрела на него.
– Что вы имеете в виду?
– Вы еще не принимали участия в наших небольших психодрамах, Лейси. Сейчас самое время. Давайте сделаем вас звездой.
Лейси окинула взглядом лица, выжидательно смотревшие на нее.
– Это так необходимо?
– Да. – Ноа откинулся на спинку кресла. – Из наших бесед с глазу на глаз, а также из того, о чем вы говорили в присутствии группы, следует, что вы утратили доверие к людям, начиная с вашей собственной матери. Вы считаете, что все они так или иначе пытались вас принизить и в конечном счете умудрялись причинить вам вред. Поэтому вы утратили доверие к себе и стали сомневаться, что кто-то способен полюбить вас ради вас же самой. Вы ведь так на это смотрите?
– Ну… я не думаю, что все так уж плохо. – Она нервно рассмеялась. – Я все же доверяю некоторым людям.
При этих словах Лейси посмотрела на Джеффри, а тот беспокойно зашевелился в кресле. Он чувствовал себя неловко под взглядом ее сияющих глаз, светившихся доверием.
– Например, – продолжала она, – я доверяю вам, доктор.
– Речь не обо мне, – улыбнулся Ноа. – Ваш врач в расчет не идет. Как вы думаете, хотя бы один из присутствующих здесь любит вас? Есть ли здесь кто-нибудь, кому вы можете доверять?
– Я не уверена в этом. – Ее взгляд снова обратился к Джеффри. – Вряд ли кто-нибудь здесь любит меня.
– Вы думаете, что кто-нибудь здесь ненавидит вас?
– Ну… – Она явно колебалась. – Наверное, «ненависть» – слишком сильное слово…
Ноа окинул взглядом группу:
– Есть ли среди вас кто-то, кто ненавидит Лейси?
– Нет! – ответили хором все, за исключением Билли.
– Я думаю, что все здесь любят и понимают вас, Лейси, – сказал Ноа. – По моему мнению, это главная составная часть вашей проблемы. Я знаю, у вас было трудное детство. Вы убеждены, что ваша мать вас предала, так же как и трое ваших мужей. Разве это неправда?
– Правда! – К своей глубокой досаде, Лейси почувствовала, как у нее защипало глаза и по щекам потекли слезы. – Все, кого я искренне любила в жизни, в конце концов предавали меня!
– Тогда вам придется снова научиться доверять людям. Вы должны понять, что люди принимают вас такой, какая вы есть, без всяких оговорок. И мы приступим к этому прямо сейчас.
Из своего «дипломата» Ноа вынул большой белый платок.
– Прошу всех встать и собраться вокруг Лейси.
Актриса поднялась первая, остальные окружили ее.
– А теперь я должен завязать вам глаза, Лейси.
Она отступила на шаг.
– Завязать мне глаза?
– Обещаю, что от этого не будет никакого вреда.
Тихо вздохнув, она утвердительно кивнула, и Ноа завязал ей платком глаза.
– Вы видите что-нибудь, Лейси?
Она покачала головой:
– Нет, ничего.
Он взял ее руки в свои и произнес спокойным голосом:
– Лейси, теперь слушайте меня внимательно. Вы никогда не были слишком высокого мнения о себе – это верно?
Она слабо кивнула, по ее лицу все еще текли слезы.
– Но мы все считаем вас прекрасным человеком. У вас много достоинств. Вы по натуре добры и сердечны и много работали, чтобы добиться успеха. Быть может, у вас и есть кое-какие недостатки, но они присущи всем, и в этом отношении мы ничем не лучше вас. Мы все любим вас – не правда ли, друзья?
– Да!
– Мы любим тебя, Лейси, любим от всей души, – добавила Бетель.
– И мы хотим вам помочь. Не так ли, друзья? – спросил Ноа.
– Да!
– А вы любите нас, Лейси?
– Я… я хотела бы так думать.
– Вы доверяете нам?
– Я… – Она замолчала, глотая слезы.
– И вы готовы довериться нам?
– Ну… ну, хорошо.
– Если я попрошу вас упасть назад, вы уверены в том, что они подхватят вас прежде, чем вы упадете на пол и причините себе боль?
Лейси медленно кивнула.
– Хорошо, тогда я начинаю считать до трех. При счете «три» вы падаете прямо на спину. Вы готовы?
Лейси, всхлипнув, снова кивнула.
– Раз, два… три!
Какое-то мгновение Лейси стояла не двигаясь, сжав опущенные руки в кулаки. Затем она резко подалась назад, стараясь держать тело прямым, как доска.
Джеффри стоял за ее спиной. Когда она стала падать, он протянул руки и подхватил ее. И еще несколько пар рук устремились к ней, чтобы удержать от падения. Билли Рипер протолкнулся мимо Джеффри и тоже протянул руки, при этом постаравшись коснуться пальцами ее грудей. Увидев, что Лейси крепко держат, Джеффри схватил Билли за запястья и оттащил его в сторону. Они стояли друг против друга так близко, что Джеффри почувствовал зловонное дыхание певца.
Выпученные глаза Билли горели от ярости.
– А ну отстань от меня, парень, или я разорву тебя на части!
– Только попробуй, подонок, – отрезал Джеффри. – Я видел, как ты пытался ее лапать. Мне следовало бы переломать тебе руки…
Тут Ноа встал между ними.
– Я видел, что ты хотел сделать, Билли. Сейчас же уходи отсюда к себе в палату. Я разберусь с тобой после.
Билли гневно глядел на Брекинриджа, его костлявое тело напряглось, губы шевелились, у краешков рта выступила слюна.
Затем он, похоже, сдался. Развернулся и вышел из комнаты, волоча ноги.
Вспомнив о Лейси, Джеффри повернулся в ее сторону. С нее как раз сняли повязку. Теперь она плакала не таясь, но глаза ее светились счастьем.
– Я люблю вас! Я люблю вас всех!
Она пожимала руки то одному, то другому. Наконец осмотрелась, отыскивая взглядом Джеффри, направилась было к нему, но вдруг остановилась.
– Джеффри?
– Он был там, Лейси, – вмешался Ноа. – Джеффри стоял как раз позади вас, и он первый вас подхватил.
– О Джеффри! – Она бросилась к нему и с жаром обняла.
Джеффри обвил ее руками, сердце его отчаянно билось. Он поймал на себе пристальный взгляд Ноа поверх головы Лейси. В глазах врача застыл вопрос.
В это самое мгновение раздался сигнал переносного телефона на поясе у Ноа. Он подошел к столу, поднял трубку, молча что-то выслушал и спустя минуту снова ее опустил. С озадаченным лицом он направился туда, где стояли рядом Джеффри и Лейси.
– На сегодня это все, друзья. Не могли бы вы задержаться на минуту, Лейси?
Когда все, кроме актрисы и Лоуренса, ушли, Брекинридж сказал:
– Здесь полиция, Лейси, и с ними ваш шофер.
Лейси вздрогнула и схватила за руку Джеффри.
– Что случилось? Неужели Теодор попал в беду?
– Не имею ни малейшего понятия. Вы, наверное, хотите их видеть?
– Разумеется.
– Если вам угодно, я могу прислать их прямо сюда.
– Буду вам очень признательна.
Джеффри, лучше всех понимавший, чем вызвано появление полиции, хотел было уйти вместе с Ноа.
Лейси крепче сжала его руку.
– Нет, Джеффри. Пожалуйста, останься.
Тот внутренне словно съежился. Он никак не ожидал, что ему придется присутствовать при том, как Лейси сообщат о пропаже ее драгоценностей.
– Я не представляю, что могло случиться. Теодор – прекрасный человек, он вполне надежен и никогда не попадал ни в какие истории. Конечно, я знаю, что в таком небольшом городке Юга, как Оазис, довольно мало чернокожих, а те, что есть, находятся под пристальным надзором полиции. Вероятно, они просто хотят удостовериться в том, что Теодор действительно работает на меня.
Джеффри стоял в угрюмом молчании. Он не мог сказать ничего, что не выглядело бы явной и откровенной ложью.
Спустя несколько минут дверь открылась, и в комнату вошли двое мужчин. Один из них был высокий негр, а другой – коренастый, средних лет белый, с циничным выражением глаз.
– Мисс Лейси Хьюстон? – спросил второй.
– Да, это я.
Он показал Лейси свое удостоверение.
– Я – Райли Бенсон из отдела по расследованию краж и грабежей. – Его тонкие губы изогнулись в улыбке. – По сути, весь отдел состоит из меня одного. Этот человек работает на вас?
– Разумеется. Его имя Теодор Уилсон, и он служит у меня шофером. В чем дело, Теодор?
– Мне очень жаль, мисс Лейси, – сказал Теодор, – но ваши драгоценности пропали. Примерно час назад я обнаружил, что кто-то вломился в ваш «роллс». Сейф оказался пустым – ваши драгоценности украдены.
– О! – Глаза Лейси расширились, однако она не обнаружила никаких других признаков расстройства.
Райли Бенсон удивленно уставился на нее:
– Насколько я понял из слов вашего шофера, принадлежащая вам коллекция драгоценностей стоит огромных денег.
– Да, конечно, но она застрахована. – Лейси рассмеялась. – Пожалуй, со стороны это может показаться ужасным, но я гораздо больше опасалась, что Теодор попал в какую-нибудь беду.
– И не без оснований. В данный момент он, безусловно, находится под подозрением.
– О нет! – воскликнула Лейси. – Теодор не способен украсть, а тем более у меня. Я знаю его уже десять лет. Он все равно что член моей семьи.
– И прежде случалось, что члены семьи оказывались грабителями, – сухо заметил детектив. – И ведь ваш шофер знал, что драгоценности находятся там.
– Так же, как и многие другие. Всем известно, что Лейси Хьюстон никуда не выезжает без своих драгоценностей.
– Не было ли слишком легкомысленно с вашей стороны оставлять целое состояние в автомобиле, припаркованном на стоянке мотеля?
– Да, пожалуй. – Лейси попыталась принять удрученный вид. – Но мне не позволили оставить их здесь при себе. – Тут ее лицо прояснилось. – К тому же они хранились в сейфе.
– Проникнуть в который оказалось не таким уж сложным делом. И вот еще что… Ваш шофер знает код к сейфу?
– Разумеется, знает. Если автомобиль вдруг попадет в аварию или загорится, а меня не будет рядом, Теодору нужно каким-то образом добраться до содержимого сейфа. И это лишний раз доказывает, что Теодор не причастен к краже. Разве не понятно? – спросила она с торжеством в голосе. – Ведь сейф взломали? Так вот, Теодору не было никакой необходимости это делать. У него ведь есть ключи и код.
– В таком случае у него могло хватить ума подстроить все так, чтобы со стороны казалось, будто это сделал кто-то другой.
– Нет, – твердо произнесла Лейси. – Только не Теодор. Я готова поручиться за него головой.
Детектив насмешливо приподнял брови:
– Головой – может быть, а вашими драгоценностями?
– И ими тоже. – Лейси взяла Теодора за руку и посмотрела ему прямо в глаза. – Ответь этому человеку, Теодор. Ты украл мои драгоценности?
Ее пристальный взгляд нисколько не смутил шофера.
– Нет, мисс Лейси. Если бы даже мне пришла в голову такая мысль, за последние несколько лет у меня для этого было много других возможностей, и куда более благоприятных.
– Вот видите, детектив Бенсон? – Она бросила торжествующий взгляд на офицера.
Бенсон пожал плечами:
– Нам еще предстоит как следует разобраться с этим делом, и мы не можем исключить из числа подозреваемых и вашего шофера. Таков обычный порядок. А вам пока что придется поехать в участок и составить заявление, чтобы мы могли как можно скорее приступить к расследованию.
– Нельзя ли сделать это здесь, офицер? – Лейси развела руками. – Нам не позволяют покидать это здание. Полагаю, в подобных случаях может быть сделано исключение, хотя мне и не хотелось бы просить для себя особых привилегий без крайней необходимости.
Детектив какое-то время колебался, затем медленно произнес:
– Пожалуй, мы можем сделать исключение из правил и составить заявление для полиции прямо здесь.
– Отлично! – На лице Лейси появилась ослепительная улыбка. – Но для начала не могли бы мы немного побеседовать с вами наедине? Ты не будешь возражать против этого, Джеффри?
– Нет, конечно. В любом случае у меня назначена на три часа встреча с доктором Брекинриджем. Мы увидимся позже. Мне очень жаль, что твои драгоценности пропали, Лейси.
Она только пожала плечами, и Джеффри поспешно покинул «Змеиное логово».


Зоя была в приподнятом настроении, когда Сьюзен высадила ее у порога дома.
– Я не останусь у тебя на ночь, – сказала Сьюзен чуть виновато. – Жди меня завтра утром.
Зоя догадалась, что девушка собиралась провести вечер с Ноа, и потому ответ ее прозвучал лукаво:
– Желаю тебе спокойной ночи, дорогая.
Она стояла возле дома, провожая взглядом маленький автомобиль Сьюзен, который удалялся, отчаянно пыхтя мотором. Вечер был жарким, как обычно, однако небо, усыпанное мириадами звезд, выглядело необыкновенно ясным, и полная луна стояла высоко. Зоя запрокинула голову, вдыхая сухой воздух. На душе у нее было радостно.
Митинг прошел удачно во всех отношениях. Она могла признать без лишней скромности, что ее речь на этот раз оказалась особенно зажигательной. Почти три сотни человек собрались в парке возле здания муниципалитета на ее выступление. Среди слушателей на сей раз было много мужчин; негодующие возгласы раздавались в самые подходящие для этого моменты.
После митинга группа женщин расхаживала перед зданием муниципалитета в течение целого часа, держа плакаты с надписями: «Застройщики, убирайтесь домой!», «Нет – дальнейшему росту Оазиса!», «Оазис достаточно велик!», «Саквояжники, вон из города!».
На солнце было слишком жарко, чтобы Зоя в ее годы могла маршировать с пикетчиками, и потому она вместе со Сьюзен стояла в тени трибуны, наблюдая за ними.
Один раз она заметила на ступеньках здания муниципалитета мэра Уошберна, который, положив руки на пояс, перебрасывался колкими репликами с участницами пикета. Зоя не видела Отто Ченнинга, однако знала, что мэр непременно расскажет ему обо всем.
Позже она, Сьюзен и несколько их сторонниц обедали в ресторане «Эмберс», обмениваясь впечатлениями от главных событий минувшего дня…
Полюбовавшись звездным небом, Зоя направилась к дому. Дверь, ведущая на кухню, оказалась, к ее досаде, открытой. Хотя Оазис славился сравнительно низким уровнем преступности и многие из горожан хвастались тем, что оставляют двери незапертыми, она всегда запирала дом на ключ, следуя своей давней привычке. По-видимому, на этот раз она допустила по рассеянности недосмотр.
Войдя в кухню, Зоя сразу поняла, что в доме кто-то побывал. Сначала это было лишь предчувствие, потом она уловила слабый запах купороса.
С криком отчаяния она бросилась в атриум, включила свет. И тут ее глазам предстало чудовищное зрелище.
Все птичьи клетки были открыты, здесь и там лежали легкие яркие перья, плитки пола были забрызганы кровью.
Тельца птиц, растерзанные с нечеловеческой жестокостью, валялись повсюду. Зоя металась от клетки к клетке: все они были пусты. «Боже праведный, кто мог оказаться способным на такое зверство?» – спрашивала она себя. Наконец она опустилась в кресло и горько зарыдала. Ей казалось, что кто-то убил всех ее детей.
Тут какой-то звук заставил ее вскинуть голову. Он доносился из-за куста гортензии, росшего в углу. Поспешив туда, она раздвинула ветки и обнаружила Мадам, забившуюся в угол и испуганно сжавшуюся в комочек. Глаза птицы блестели в тусклом свете.
Присев, Зоя протянула ей руку:
– Иди ко мне, Мадам. Теперь уже все в порядке. Ты в безопасности.
Зое пришлось еще какое-то время уговаривать птицу, прежде чем та наконец осмелилась выбраться из-за куста и вскарабкаться на руку хозяйки. Гладя одной рукой взъерошенные перья, Зоя отнесла Мадам к столу и сама уселась в кресло вместе с ней.
У Зои появилась смутная мысль позвать полицию, но она еще долго сидела, ласково гладя ладонью перепуганную птицу и утешая ее тихим, мягким голосом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Оазис - Мэтьюз Патриция


Комментарии к роману "Оазис - Мэтьюз Патриция" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100