Читать онлайн Навстречу счастью, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.33 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Навстречу счастью

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Едва поезд тронулся, как Джемайна погрузилась в чтение истории Элизабет Блэквел. В издательстве хранились многочисленные подшивки газет и журналов, и девушка с помощью Клары нашла необходимый материал.
Она внимательно изучала записи, сделанные накануне ее аккуратным наклонным почерком.
– Привет!
Джемайна вздрогнула и подняла голову, инстинктивно прикрыв ладонью листы. Рядом, глядя на нее, стоял Оуэн Тэзди, держа в одной руке шляпу, в другой – трость.
– Мистер Тэзди! Какой сюрприз.
– Да. – Улыбка его была теплой и дружеской. – Я узнал вас со своего места в конце вагона, но не был до конца уверен. Хотелось убедиться. Могу я сесть? – Он указал тростью на свободное место рядом с ней.
Джемайна на мгновение заколебалась, недовольная тем, что прервали ее чтение. Однако в этом мужчине было столько обаяния и магнетизма, что она не смогла отказать. Джемайна подвинулась к окну.
– Конечно, мистер Тэзди. Пожалуйста.
– У вас передо мной некоторое преимущество, – сказал он.
– В чем именно, сэр?
– Вы знаете мое имя, в то время как я в полном неведении относительно вашего.
– О! Я Джемайна Бенедикт.
– Джемайна, – задумчиво повторил он. – Мне нравится это имя. Но откуда вам известно мое?
– Мне сообщила его Сара Хейл.
– А-а, вспомнил – вы работаете в «Гоудиз ледиз бук»!
– Да.
– Странно. Я часто захожу туда, мы с Сарой старые друзья, однако никогда не встречал вас там, за исключением того злополучного столкновения у двери. – На губах его промелькнула улыбка, он посмотрел на нее быстрым оценивающим взглядом. – Не понимаю, как мог пропустить вас. Я сразу замечаю хорошеньких женщин.
– Да, Сара говорила мне об этом, – сказала Джемайна холодным тоном. – Я только недавно начала работать в издательстве.
– Тогда понятно. Что еще Сара рассказала вам обо мне?
– Она предупредила меня относительно вас, причем очень строго. – Джемайна улыбнулась своей колкости.
Лицо его приняло печальное выражение.
– Саре надо верить. Ее предупреждение испугало вас, Джемайна?
– Конечно, нет. Чего мне бояться? – Она вызывающе посмотрела на него.
Оуэн небрежно пожал плечами:
– Разумеется, на это нет причин. Я же не чудовище. – Его взгляд упал на листки бумаги на ее коленях. – Вы пишете что-то для «Гоудиз ледиз бук»? Поскольку вы работаете в такой обстановке, могу предположить, что вы – автор статей.
– Да, я – редактор-корреспондент, – уклончиво ответила Джемайна.
– Всегда считал, что в словосочетании пишущий редактор есть некоторое противоречие. По моему глубокому убеждению, редактор и писатель – антагонисты. Сама суть редактирования прямо противоположна результату писательской деятельности.
– Мне кажется, это довольно спорное мнение, и Сара, боюсь, не согласилась бы с вами.
– Возможно, работа в журнале отличается от работы в газете. Писать для газеты, чем я и занимаюсь, означает писать то, что важно и интересно, и я всегда в ссоре с редакторами, которые правят мои статьи.
Джемайна возмутилась:
– «Бук» также публикует статьи и рассказы о людях и событиях, которые представляют интерес!
– Но в журнале не отражаются текущие события, то, что произошло сегодня и, самое позднее, вчера. – Он едва скрывал свое презрительное отношение к журналам.
– Газеты также публикуют статьи о людях и событиях прошлого.
– Я не пишу такие вещи. Нет ничего более волнующего, чем писать о текущем моменте. Во всем остальном уже нет новизны.
– Не согласна с вами. Мне кажется, читателям нравятся глубокие статьи о выдающихся личностях, когда автор уделяет достаточно много места анализу и может высказать свое мнение по тому или иному вопросу.
Оуэн махнул рукой.
– Мое дело – сообщать новости, а не читать полученный материал. Это работа редактора. Именно этим вы и занимаетесь, не так ли? Вы ведь редактор?
Уязвленная, Джемайна не могла не возразить:
– Возьмем, например, ваш глаз. Оуэн недоуменно посмотрел на нее:
– Мой глаз?
– Тот, что с повязкой. – Несмотря на все усилия, Джемайна ловила себя на том, что время от времени посматривала на его повязку. – Объективное изложение событий, что бы ни случилось, заняло бы всего несколько строчек: как это произошло и когда. Возможно, указали бы еще причину, хотя скорее всего – нет. Но читателю любопытно было бы знать, не только почему это произошло, но и что вы чувствовали при этом и как потеря повлияла на вашу дальнейшую жизнь. Как писательнице, мне это было бы чрезвычайно интересно.
Оуэн вдруг побледнел, и на мгновение Джемайна испугалась, что зашла слишком далеко. Он выглядел разъяренным. Ей даже показалось, что он сейчас набросится на нее. Но, к удивлению девушки, Оуэн откинул голову назад и разразился громким смехом.
– Должен заметить, вы довольно наглая девица, – проговорил он, задыхаясь. – Мало кто из мужчин, а тем более женщин осмелился бы даже намекнуть на повязку на моем глазу.
– Я не хотела обидеть вас. Извините, – быстро проговорила она. – Очень жестоко с моей стороны касаться этой темы.
Оуэн махнул рукой.
– Я не обиделся, не беспокойтесь. Полагаю, Сара поведала кое-что об этом?
– Лишь мельком упомянула, – робко призналась Джемайна. – Из ее слов я поняла, что никто толком не знает, как вы потеряли глаз, и что вы сами рассказываете об этом по-разному.
– Предположим, что это случилось на дуэли с редактором из-за разногласий по моей статье. Вы поверите в это?
– А я должна верить? – холодно спросила Джемайна.
Он безразлично пожал плечами и отвернулся.
– Меня не волнует, во что вы верите, мисс Бенедикт.
В его голосе прозвучали нотки горечи, и Джемайна решила, что его очень волнует данная тема, если и не сама потеря глаза, то по крайней мере причина, по которой это произошло.
Они сидели некоторое время молча. Мерное покачивание вагона и стук колес действовали почти гипнотически.
– В любом случае наш спор бесполезен, – наконец произнес Оуэн. – Сомневаюсь, что вам когда-нибудь придется редактировать мои статьи. Сферы интересов наших печатных органов далеки друг от друга.
– Вам когда-нибудь приходилось брать интервью?
Он с удивлением посмотрел на нее:
– Конечно.
– Тогда я не уверена, что мы так уж далеки друг от друга. В данный момент я еду взять интервью у… очень известной особы. – Это было необдуманное заявление, и Джемайна тут же пожалела о нем.
– Вы действительно хотите сравнить «Бук» с моей газетой? – недоверчиво спросил Оуэн.
– Ну да, некоторым образом. Правда, есть существенные отличия, но цель обоих изданий – рассказывать правду.
– Правду! – Тэзди засмеялся. – Вы знаете, как Эдгар Аллан По несколько лет назад назвал «Гоудиз ледиз бук» в обозрении, которое он озаглавил «Литература наших журналов»? «Умный журнал для развлечения дам»!
– И тем не менее он публикуется в «Бук».
– Только потому, что нуждается в деньгах. Я считаю По гением, но, к несчастью, его талант остается неоцененным. Поэтому бедняга вынужден продавать свои труды куда только возможно.
– Что ж, по крайней мере мы хоть в чем-то нашли согласие, – горячо сказала Джемайна. – Я имею в виду талант мистера По.
Разозлившись, она отвернулась и смотрела невидящим от негодования взором на мелькающий за окном пейзаж. Этот мужчина просто невыносим! Высокомерный, чрезмерно самоуверенный, считающий, что женщина ни в коем случае не может конкурировать с ним.
– Джемайна… – Он коснулся ее руки. – Вы злитесь на меня. Приношу свои извинения.
Девушка неохотно повернулась к нему. Тэзди дружелюбно ей улыбнулся.
– Знаю, меня порой заносит. Должен признаться, я в чем-то старомоден. Все еще придерживаюсь мнения, что место женщины – в доме, а профессиональная деятельность прежде всего для мужчин. – В его улыбке чувствовалось явное сожаление. – Полагаете, я боюсь, будто женщины составят мужчинам конкуренцию? Некоторые опасаются именно этого.
Его тон и манеры полностью обезоружили ее.
– Вам нечего опасаться. – Она неожиданно улыбнулась. – Тем более меня, мистер Тэзди.
– Джемайна…
Он коснулся пальцами ее руки. Его прикосновение словно обожгло ее, девушка неожиданно ощутила его близость: его бедро касалось ее бедра, она почувствовала запах рома, исходящий от Оуэна.
– Чтобы искупить свою вину, буду рад пригласить вас на ужин, когда мы окажемся в Нью-Йорке. А возможно, в театр.
– Боюсь, не смогу принять ваше приглашение. Я должна буду сразу же, как только выйду из поезда, отправиться дальше.
– А далеко вы едете?
– В… – Она замолчала. – Извините, не могу сказать.
– Почему? – Его любопытный взгляд сменился пониманием. – О Боже, вы боитесь проговориться, думаете, я узнаю, к кому вы едете, и первым возьму интервью!
Джемайна почувствовала, что краснеет.
– А вы бы открылись мне, если бы направлялись к кому-то за интервью?
– Это не одно и то же, и уж, конечно, я бы не стал бояться вас. О, не могу поверить! – Он засмеялся, постукивая тростью по полу. Затем, глядя на ее расстроенное лицо, вдруг посерьезнел. – Ну вот, снова обидел вас. Прошу прощения. Однако вам не стоит беспокоиться, у меня это не рабочая поездка. Я в отпуске. – Он заговорил более мягким тоном: – Может быть, вы все же останетесь на одну ночь в городе и поужинаете со мной?
– Не могу, мистер Тэзди, – холодно отказалась Джемайна. – Уверена, вы найдете с кем поужинать.
Оуэн оценивающе посмотрел на нее.
– Никто из них не хорош так, как вы, Джемайна. Уверяю вас…
* * *
Прибыв в полдень в Джениву, расположенную на северо-западном берегу озера Сенека, Джемайна сняла номер в отеле. Приведя себя в порядок после долгого и утомительного пути, она присела отдохнуть и постаралась припомнить все, что ей известно о Дженивском колледже. Он был основан в 1822 году, а через пять лет, в 1827-м, в нем появился медицинский факультет. После того как выдающимся врачам было отказано в возможности преподавать в штате Нью-Йорк, Дженивский колледж единственный открыл перед ними свои двери.
Этот колледж отличался и другими нововведениями. Например, первым в стране принял в число студентов медицинского факультета женщину.
К вечеру Джемайна подходила к пансиону мисс Уоллер, где жила Элизабет Блэквел. В воздухе повеяло прохладой – здесь температура была гораздо ниже, чем в Филадельфии.
Здание пансиона находилось в очень хорошем состоянии. Стены снаружи были свежевыкрашены, внутри царила чистота. Девушку проводили в гостиную, где ее ждала мисс Блэквел. Джемайна знала, что ей двадцать шесть лет, но выглядела она старше. Видимо, из-за серьезного выражения лица, решила девушка. Мисс Блэквел не была красавицей – щеки у нее слишком худы, подбородок квадратный, голубовато-серые глаза глубоко посажены под низкими густыми бровями. Однако во всем ее облике чувствовались воля и ум. Она какое-то время изучала Джемайну холодным внимательным взглядом. Соломенного цвета волосы ниспадали прямыми прядями.
Затем радушно приветствовала гостью:
– Добро пожаловать, мисс Бенедикт. Как поживает дорогая Сара?
– Хорошо. Занята, как всегда. Мисс Блэквел кивнула.
– Без поддержки Сары меня вряд ли приняли бы в колледж. Однако должна признаться: я в некотором замешательстве. У меня не брали интервью, но, по-моему, «Гоудиз ледиз бук» уже собирался однажды опубликовать статью обо мне.
– Решили не печатать ее. По мнению Сары, статья оказалась непригодной, – поспешно сказала Джемайна. Она огляделась и попыталась сменить тему разговора: – У вас хорошее жилье. Вам повезло.
– Повезло – не то слово, – проговорила мисс Блэквел сухим тоном. – Найти жилье в пансионе было так же трудно, как поступить в колледж.
Джемайна достала блокнот и перо.
– Вы имеете в виду нехватку комнат?
– О, свободные комнаты были. Я обошла пять пансионов, и везде висели объявления о сдаче комнат, но мне отказывали. Одна из хозяек доверительно сообщила мне, что не может сдать комнату женщине, желающей стать врачом. Наконец я встретила родственную душу в лице мисс Уоллер.
– Хорошо, что вам удалось найти колледж, который принял вас. Какими же прогрессивными должны быть руководители факультета, чтобы пойти против традиций!
– Прогрессивными? О, моя дорогая! – Мисс Блэквел громко рассмеялась. – Разве Сара не рассказывала вам, как я попала в Дженивский колледж?
– Нет.
– Я несколько раз пыталась поступить на медицинский факультет колледжа. Сара помогала мне чем могла, но все двери передо мной закрывались. Затем ей удалось убедить уважаемого филадельфийского врача написать письмо сюда и рекомендовать меня в качестве студентки – я изучала медицину в его клинике, чего, конечно, было недостаточно, чтобы квалифицировать меня как врача. Доктор Уоррингтон письмо написал. Получив его, на факультете не знали, что делать. Не хотелось обидеть хорошего врача, и потому там пошли на хитрость, чтобы снять с себя ответственность за отказ. Было решено обсудить этот вопрос со студентами. Если те единодушно согласятся принять меня, я смогу посещать колледж. Конечно, при этом не имелось в виду, что студенты примут положительное решение.
Джемайна деловито делала записи, но при последних словах подняла голову:
– Почему?
– Дело в самих студентах. На факультете учится около ста пятидесяти человек, в основном молодых людей из соседних городов. Это сыновья фермеров, торговцев и тому подобное. Их мало интересует медицина. Они предпочитают больше развлекаться, чем учиться. Среди местных жителей бытует мнение: даже ни на что непригодный парень всегда может стать врачом. Многие студенты ведут себя так буйно, что горожане требуют исключить их или вообще закрыть колледж.
– Однако студенты, очевидно, все-таки проголосовали за то, чтобы вас приняли.
– Да – ради развлечения. Джемайна снова оторвалась от записей.
– Ради развлечения?
– Ну да. Как я уже говорила, это буйные, непокорные парни. Им стало известно, что руководство факультета рассчитывает на отрицательный результат голосования. Поэтому из чувства противоречия они проголосовали «за». Кроме того, им было очень интересно – иметь в своих рядах единственную женщину. Как я узнала позже, многие также полагали, что меня все равно не внесут в списки, а если даже это произойдет, то я не выдержу и одного семестра.
– Вам очень мешали? Я имею в виду студентов.
– Странно, но они досаждали мне гораздо меньше, чем я ожидала. Нашлись, конечно, пакостники, но большинство вело себя достаточно прилично. – Мисс Блэквел улыбнулась. – В конце концов один из докторов, мистер Ли, пришел к заключению, что мое присутствие в аудитории оказывает явно положительное воздействие на хулиганов. – Лицо ее приняло серьезное выражение. – Печальнее другое: горожане отнеслись ко мне более враждебно, чем студенты.
– О чем вы?
– Когда я впервые появилась в городе, стоило мне выйти на улицу, как люди собирались, чтобы поглазеть на меня, будто на диковинное животное. Вскоре я узнала: горожане искренне считают, что я либо шлюха, либо сумасшедшая. Поэтому я редко выхожу куда-нибудь. – Мисс Блэквел пожала плечами. – Я нахожусь либо в пансионе, либо в колледже. Это не так уж обременительно, поскольку учеба занимает все мое время.
– Что касается учебы… – Джемайна замолчала в нерешительности. – Не находите ли вы требования слишком высокими для вас?
– Да, некоторые вещи даются мне с трудом, особенно в анатомическом классе, где мы делали первое вскрытие трупа, а также когда начали изучать репродуктивные органы. – Мисс Блэквел мрачно улыбнулась. – Как только мы дошли до изучения этого предмета, доктор Вебстер потихоньку разрешил мне не посещать занятия. Но я решила пройти через все, с чем может столкнуться будущий врач. И выдержала, хотя сначала и была шокирована. Некоторые студенты краснели, другие хихикали, многие украдкой поглядывали на меня. Мне стоило больших усилий сохранять самообладание.
– Скажите, мисс Блэквел, что заставило вас принять решение стать врачом, несмотря на все трудности?
– На то несколько причин. – Мисс Блэквел задумчиво посмотрела на Джемайну. – Мой отец умер ужасной смертью, как и тетя, и я всегда думала о том, что они не скончались бы так преждевременно, если бы получили необходимую медицинскую помощь. Но окончательно на мое решение повлияла близкая подруга нашей семьи Мэри Дональдсон. – Немного помолчав, мисс Блэквел продолжила: – Ужасно умирать от рака. Болезнь измучила ее. Она откровенно рассказывала мне, как ей тяжело. Но больше всего она страдала оттого, что ее обследовал и лечил мужчина. Умирая, Мэри Дональдсон посоветовала мне попытаться стать врачом. Меня поразила эта идея, но Мэри заставила пообещать, что я по крайней мере подумаю об этом.
С того дня мысль стать врачом не выходила у меня из головы. Конечно, я считала ее бредовой. Женщина-врач – небывалое в истории событие! Я слышала о мадам Рестел из Нью-Йорка, которая называла себя врачом, о ней писали все газеты. На самом же деле она всего лишь делала подпольные аборты, приобретя известность и богатство благодаря своей более чем сомнительной практике…
Вернувшись в Филадельфию, Джемайна очень много работала над статьей. Наконец, добившись удовлетворительного результата, она с трепетом направилась к Саре Хейл. От Клары девушка узнала, что Сара не спрашивала о ней в ее отсутствие.
Когда Джемайна вошла в кабинет Сары, та подняла голову и улыбнулась ей.
– Дома все в порядке, Джемайна? Ты ведь знаешь, я не очень строго отношусь к подчиненным. Если тебе крайне необходимо было поработать дома, ты могла бы спросить разрешения непосредственно у меня, а не действовать через Клару. Клара сказала мне, что все произошло довольно неожиданно, но даже в этом случае…
Джемайна с внутренней дрожью стояла перед столом главного редактора, прижимая к груди рукопись.
– Это ложь, Сара. Я не должна была втягивать в это дело Клару. Я поступила очень малодушно.
Сара нахмурилась. – Ложь? Не понимаю.
– Я ездила в Джениву, взяла интервью у Элизабет Блэквел и написала статью о ней. – Джемайна положила рукопись перед Сарой. – Вот она.
В гневном порыве Сара подалась вперед, глаза ее сверкали.
– Ты занималась этим, не спросив у меня разрешения? Я же предупреждала, что такие материалы должны делаться только по заданию.
– Я боялась, что если приду к тебе… Сара пристально посмотрела на нее.
– Боялась! Мне кажется, ты слишком нахальна, девочка! Сколько ты работаешь здесь? Три месяца? И уже совершаешь подобные вещи?
– Была причина, по которой я не могла прийти к тебе, – еле слышно выдохнула Джемайна. – Думала, что ты не разрешишь мне взять это интервью.
– И не ошиблась! – Сара стукнула ладонью по столу. – Я бы так и поступила…
– Пожалуйста, Сара, – прервала ее Джемайна. – Не предпринимай ничего, пока не прочитаешь статью. А потом я приму любое твое решение.
– Какая наглость! За все годы работы редактором я никогда… – Она посмотрела на рукопись, и помимо ее желания рука сама потянулась к ней.
Сара подняла голову. Ее гнев немного спал.
– Хорошо, я прочитаю статью. А сейчас тебе лучше оставить меня, девочка, пока я окончательно не вышла из себя.
Облегченно вздохнув, Джемайна повернулась, чтобы уйти.
– Джемайна?
Девушка обернулась, вопросительно взглянув на Сару.
– Как Элизабет отнеслась ко всему этому? Ты не… – Сара подозрительно сузила глаза. – Надеюсь, ты не сказала ей, что это я прислала тебя?
– О нет! Я только сообщила, что работаю в «Гоудиз ледиз бук». Мисс Блэквел была более чем любезна.
Сара облегченно кивнула головой. Она подождала, пока за Джемайной закрылась дверь, затем откинулась в кресле, не отрывая от нее взгляда. Первоначальный приступ гнева прошел, но настроение было испорчено. Такое поведение непростительно даже для тех, кто уже давно работает в журнале, а тем более для новичка.
Вдруг ни с того ни с сего Сара тихо рассмеялась. Сколько раз она говорила Луису, что ей нужны энергичные, инициативные, а также одаренные редакторы и писатели? Так вот, эта девочка, несомненно, очень энергичная и инициативная!
Ближе к концу дня Джемайну позвали в кабинет Сары. Она шла будто на гильотину. Первый взгляд на начальницу не принес успокоения – она была сурова и сдержанна.
– Садись, Джемайна, – коротко бросила Сара. Когда Джемайна присела на кончик стула, та продолжила: – Я никак не могла решить, что мне делать с тобой. Ты произвела на меня очень хорошее впечатление за то короткое время, что проработала с нами. Ты очень старательная и трудолюбивая сотрудница и хорошо проявила себя в учебе. И тем не менее могу ли я оставить такой поступок без наказания?
Джемайна сидела, вся напрягшись и не осмеливаясь говорить.
– Только что ко мне приходила Клара и призналась, что в значительной степени повлияла на тебя в принятии этого безответственного решения.
Джемайна наконец решила, что необходимо высказаться:
– Да, она предложила написать такую статью, но вся ответственность за поступок лежит на мне, а не на ней.
– Верность подруге – весьма достойное качество. Одобряю. Однако…
Джемайна не могла больше ждать.
– А как статья, Сара? Она ужасна?
Сара пристально посмотрела на нее, затем засмеялась.
– Это единственное, что беспокоит тебя, не так ли? Если бы не статья, я бы, наверное, уволила тебя.
Джемайна затаила дыхание.
– В действительности… – Сара еще больше смягчилась. – Для новичка это прекрасно сделанный материал. Ты уловила сущность Элизабет Блэквел, какой я знаю ее. Ты нарисовала прекрасный портрет пером и чернилами, Джемайна.
Джемайна почувствовала, что начинает краснеть.
– О, благодарю, Сара!
– Не стоит. Я не скуплюсь на похвалы, когда работа заслуживает этого, – молвила Сара немного саркастически. – Теперь вопрос: что делать с ней?
– Разумеется, опубликовать, если ты считаешь ее достаточно хорошей.
– Если бы все было так просто, – со вздохом сказала Сара.
– Боюсь, я не понимаю, в чем дело.
– Возможно, ты не знаешь, но у меня уже есть статья, посвященная Элизабет.
– Клара упоминала об этом, но, как она говорила, материал недостаточно хорош, чтобы печатать его.
– Действительно, ниже среднего уровня, но я бы использовала его. Однако Луис считает, что написанное об Элизабет отдает политикой. А поскольку статья к тому же не очень хороша, я не стала отстаивать ее.
Джемайна наклонилась вперед.
– А моя?
Сара с усмешкой посмотрела на девушку.
– Ты хочешь бороться с Луисом за публикацию своей статьи?
– Бороться с мистером Гоуди? Не знаю, я… – Джемайна выпрямилась. – Да, если ты считаешь, что это необходимо.
– О, конечно, необходимо. Возможно, нам вместе удастся убедить его. Я попросила Луиса прийти в мой кабинет в четыре. – Сара посмотрела на старинные часы в углу комнаты. Они показывали без пяти четыре. – Обычно он очень пунктуален.
Как бы в подтверждение ее слов раздался стук в дверь. Сара откинулась назад с улыбкой на лице, и Джемайна поняла, что ей доставляет удовольствие мысль о предстоящем сражении.
Вошел Луис Гоуди и остановился, увидев Джемайну.
– Луис, – начала Сара, – ты помнишь Джемайну Бенедикт?
– Конечно. Как поживаете, мисс Бенедикт? – холодно спросил он, затем повернулся к Саре: – В чем дело, Сара? Ты говорила, что надо обсудить нечто важное.
– Именно так. Но прежде… – Она взяла рукопись Джемайны и протянула ему через стол. – Думаю, тебе следует прочитать это.
Гоуди осторожно взял листы и, усевшись в кресло рядом с Джемайной, стал читать. Дойдя до конца первой страницы, он сердито поднял голову:
– Так это опять о Блэквел!
– Пожалуйста, Луис, прочитай все до конца, – настоятельно попросила Сара.
Пожав плечами, он продолжил чтение. Джемайна сидела очень тихо и мысленно уже готовила доводы в защиту своей работы.
Наконец издатель поднял голову, взглянув сначала на Сару, затем на Джемайну.
– Поскольку здесь стоит ваша подпись, мисс Бенедикт, полагаю, это написано вами. Прекрасная работа!
Джемайна воспарила, окрыленная надеждой, затем снова насторожилась, когда Гоуди сказал Саре:
– Кажется, у нас уже была статья на эту тему.
– Прежде всего ты должен признать, Луис, что эта намного лучше предыдущей.
– Очевидно. Однако меня беспокоит не ее качество, а сама тема.
К своему ужасу, Джемайна услышала, как неожиданно для себя произнесла:
– А что плохого в этой теме, сэр? Гоуди внимательно посмотрел на нее.
– Юная леди, не ваше дело решать, что публиковать в моем журнале!
– Кому же, как не автору, отстаивать свою статью? – поддержала Сара. – Не сдавайся, Джемайна, – добавила она с одобрительным кивком.
Дело обернулось так, что дискуссия развернулась теперь между Луисом Гоуди и Джемайной.
– Моя позиция заключается в том, чтобы избегать политической полемики, мисс Бенедикт, – объяснил Гоуди.
– Не вижу в этой теме никакой политики, – возразила Джемайна. – Мисс Блэквел не стремится к общественной деятельности, а просто пытается стать врачом.
– Однако многие политические деятели были против ее поступления в медицинский колледж.
– Уверена, что многие мужчины были против этого, – сказала Джемайна, делая ударение на слове мужчины. – Но насколько я помню, вы не принадлежали к их числу, мистер Гоуди. Именно вы разрешили Саре оказать поддержку мисс Блэквел. Элизабет говорила, и я процитировала ее высказывание в статье, ее никогда не приняли бы в медицинский колледж без поддержки «Бук».
– Верно, и она вскоре станет доктором. Элизабет достигла того, чего хотела, зачем же снова возбуждать общественное мнение, публикуя эту статью?
– Мне казалось, наш долг – научить женщин добиваться своего.
Гоуди закрыл глаза.
– Что-то очень знакомое…
– Я цитирую то, что писала Сара в «Бук», – напомнила Джемайна.
Сара нетактично фыркнула.
– Попался, Луис!
– Но это только подтверждает мою позицию: материал публиковался до того, как Элизабет Блэквел приняли в колледж.
– Сара также писала, что веками в обязанности женщин входило заботиться о больных в доме. Почему же не дать им медицинское образование, чтобы они усовершенствовали свои знания и могли бы стать настоящими врачами? Даже такая выдающаяся личность, как доктор Оливер Вендел Холмс, согласился с тем, что женщинам надо разрешить посещать лекции по медицине.
– Юная леди, все это мне хорошо известно, – раздраженно молвил Гоуди. – Однако не доказывает необходимость публикации вашей статьи.
– А как же остальные?
– Что вы имеете в виду?
– Статья могла бы поддержать тех, кто хочет последовать примеру мисс Блэквел. Она как раз и говорит о том, что решительные женщины могут добиться своей цели.
– Я не намерен предлагать им такую поддержку, – проворчал Гоуди. – Моя цель – развлекать их.
– А также информировать и образовывать. Могу процитировать ваши же слова по этому поводу…
– Не стоит. – Гоуди поднял руки, прерывая Джемайну. Лицо его сделалось красным. – Я не хочу слушать свои собственные слова из уст дерзкой молодой женщины!
– Дерзкой, Луис? Я бы назвала ее смелой и решительной, – возразила Сара, забыв, что совсем недавно сама посчитала Джемайну чрезвычайно нахальной. – Сколько раз ты говорил мне, что хочешь иметь сотрудников именно с такими качествами, а не льстецов и подхалимов?
– Ты тоже очень дерзкая, Сара. Впрочем, ты всегда была такой. – Гоуди слегка улыбнулся, затем вскинул руки, как бы сдаваясь. – Хорошо! Публикуйте эту дважды проклятую статью! Она обязательно вызовет бурю протеста, но я не раз в прошлом выдерживал такое. – Он встал. – Ты преждевременно сделаешь меня стариком, Сара. А что касается вас, юная леди… – Он повернулся к Джемайне. – Когда в следующий раз вы решите написать статью, подобную этой, буду очень признателен, если вы сначала проконсультируетесь со мной.
Печально покачав головой, издатель быстрым шагом вышел из кабинета.
Джемайна была удивлена его столь неожиданной капитуляцией и в растерянности посмотрела на Сару.
Та улыбалась, как всегда, чувствуя эмоциональный подъем после победоносного завершения спора с Луисом.
– Разве я не говорила, что вместе мы имеем хороший шанс на победу?
– Спасибо за поддержку, Сара, – горячо поблагодарила Джемайна.
– Я всегда поддержу тебя, если посчитаю, что ты права. Однако, как и Луис, должна предупредить: в следующий раз посоветуйся сначала со мной.
Джемайна быстро кивнула:
– Хорошо, Сара.
– Мне кажется, твое журналистское будущее – именно в такого рода статьях, а не в беллетристике и поэзии.
– Клара сказала мне то же самое. Сара кивнула:
– Клара – очень хороший редактор. Так что, думаю, тебе следует сосредоточить усилия именно в этом направлении. У меня уже есть для тебя задание.
Джемайна нетерпеливо подалась вперед.
– С некоторых пор я подумываю организовать здесь, в Филадельфии, женское миссионерское медицинское общество, – продолжила Сара. – Это сложное дело, совершенно новое по своей идее, и налаживание его потребует много сил и времени. Поскольку речь идет о врачах, люди полагают, что миссионерская деятельность касается исключительно мужчин. Цель общества, как я ее себе представляю, – в распространении медицинских знаний среди жен миссионеров или одиноких женщин-миссионеров. Гигиена, санитария и другие области медицины, от которых зависит здоровье людей, должны стать достоянием жителей других стран.
– Я и не подозревала, что существуют женщины-миссионеры.
– Пока их нет. – Сара улыбнулась. – Но надеюсь, что помогу исправить это упущение. Твоя задача – написать статью, возможно, даже серию статей, на основе которых я могла бы развить свою деятельность…
Джемайна была вне себя от радости, у нее даже голова пошла кругом: не только ее статья о Блэквел будет опубликована, но она также получила первое задание!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 10Глава 11

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Глава 18Глава 19Глава 20Глава 21Глава 22Эпилог

Ваши комментарии
к роману Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция


Комментарии к роману "Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100