Читать онлайн Навстречу счастью, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.33 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Навстречу счастью

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Джемайна почувствовала необычайную радость при виде Оуэна. У нее даже слегка закружилась голова. Девушка едва удержалась от того, чтобы не броситься в его объятия. Стараясь придать голосу спокойный тон, она проговорила:
– Какой сюрприз, Оуэн! Я думала, ты вернешься из Калифорнии к концу лета.
Он смотрел ей прямо в лицо.
– Я тоже так думал, но обстоятельства изменили мое решение. Кроме того, я пришел к выводу, что написал почти все о золотых приисках. Как поживаешь, Джемайна?
Джемайна начала торопливо стягивать перчатки.
– Спасибо, хорошо.
– Твоя тетя говорит, что ты совсем недавно вернулась из Парижа. Должно быть, это была приятная поездка.
– Да, очень. Хестер живо вставила:
– У меня дела, я оставлю вас, молодые люди.
– Нет-нет, тетя. Не уходите.
– Пустяки, детка. Я уже достаточно наговорилась с молодым человеком, к тому же, думаю, он пришел сюда не для того, чтобы болтать со старой женщиной.
Хестер вышла из комнаты. Джемайна с тревогой посмотрела ей вслед, избегая взгляда Оуэна.
– Боишься остаться со мной наедине, Джемайна? – тихо спросил Оуэн.
Она нехотя повернулась к нему.
– Конечно, нет!
– Тебе отлично известно, что меня нечего бояться. Ты получила мои письма?
– Да, они ждали меня, когда я вернулась из Европы.
– Значит, знаешь, как сильно я скучал по тебе. Ты не догадываешься, что произошло после последнего моего письма. Это событие заставило меня изменить… ну, если не все мое сознание, то по крайней мере отношение к Этте Логан. Я хотел бы рассказать тебе об этом, но не через всю комнату. Сядь сюда. – И он указал рукой на диван.
После недолгого колебания Джемайна подошла и села. Оуэн присел на почтительном расстоянии и поведал ей о Джоне Райли.
В конце рассказа он добавил:
– Хотя мне по-прежнему кажется справедливым наказание Этты, теперь я лучше могу понять твое отношение к ней. Я считаю, Джон Райли тоже должен был заплатить за свое преступление. Хорошо помню, как писал тебе, что мужчина на месте Этты также понес бы наказание. Случай с Райли не совсем похож на случай с Эттой, но между ними много общего, поэтому мне близка твоя точка зрения.
Оуэн замолчал, выжидательно глядя на Джемайну.
– Чего ты ждешь от меня, Оуэн? – спросила девушка. – Для Этты все уже кончено.
– Джемайна… – Он развел руками. – Даже если бы я согласился помочь Этте в свое время, ничто не изменило бы результата. Разве ты не понимаешь этого?
– Наверное, ты прав, – нехотя молвила она. Он вздохнул.
– Слава Богу, с этим разобрались. Теперь… могу я пригласить тебя на ужин? Я знаю, что ты еще не ела после работы.
– О, я не могу, Оуэн! Мне надо умыться и…
– Хорошо, я подожду, – предложил он, пожав плечами.
– Но тетя Хестер уже готовит ужин.
– Нет. Я предупредил ее, что мы поедим в другом месте.
– Вижу, ты ничуть не изменился, – сказала она, вспыхнув. – По-прежнему делаешь необоснованные предположения.
Он улыбнулся:
– Ты в самом деле рассчитывала, что я изменюсь? – Лицо его вдруг сделалось серьезным. – Дорогая Джемайна, мы не виделись полгода. Что плохого в том, если мы вместе поужинаем?
– Полагаю, особого вреда не будет. – Она пристально посмотрела на него. – Встретимся как друзья?
– Конечно, как друзья, – заверил ее Оуэн.
– Потому что, если ты думаешь снова войти в мою жизнь… – Джемайна почувствовала, что краснеет под его взглядом, и вскочила. – Хорошо! Но придется подождать, пока я буду готова.
Оуэн откинулся назад, положив ногу на ногу.
– Сколько угодно, теперь я не спешу. Я торопился последние несколько недель. Думал, что установлю рекорд скорости путешествия от Калифорнии до Филадельфии. Я страдал от непогоды, жажды, голода, диких индейцев и загнал двух лошадей, чтобы поскорее добраться сюда.
Джемайна почувствовала слабость.
– И все это ради меня, Оуэн?
– Какая же еще могла быть причина? Разволновавшись, она хотела выйти, затем вернулась.
– Постараюсь приготовиться как можно быстрее. Может быть, выпьешь чего-нибудь, пока ждешь? Правда, у нас нет ничего крепче портвейна.
– Спасибо, портвейн – это хорошо.
Выйдя из гостиной, Джемайна увидела в коридоре Хестер, и у нее возникло подозрение, что тетя подслушивала.
– Я ухожу ужинать с мистером Тэзди.
– Знаю. – Хестер широко улыбнулась племяннице.
– Мне надо помыться и сменить одежду. Не отнесешь ли ему портвейна? – Затем язвительно добавила: – Или, может быть, ты уже слышала об этом?
Хестер обиженно отступила назад.
– Я никогда не подслушиваю!
– Извини, тетя Хестер! – Джемайна порывисто обняла ее. – Он вел себя, как грубиян, и мне не следовало бы радоваться его возвращению. Но я рада!
Хестер похлопала ее по спине.
– Джемайна, все мужчины порой ведут себя грубо. – Она отстранилась. – А теперь иди и занимайся своим туалетом, я же буду развлекать молодого человека в твое отсутствие. Была бы я лет на тридцать моложе… – Хестер комично закатила глаза.
Рассмеявшись, Джемайна поспешила в свою спальню. Таз был уже наполнен горячей водой. Спасибо тете Хестер!
Девушка разделась и умылась. Затем постояла некоторое время, раздумывая, какое выбрать платье. Она привезла два комплекта одежды из Парижа, но оба относились к осеннему сезону. Тем не менее она выбрала один из них, игнорируя погоду: шелковое платье светло-зеленого цвета, украшенное яркими лентами. К нему она подобрала одну из своих новых модных шляпок.
Джемайна встала перед стенным зеркалом, поворачиваясь то влево, то вправо. Удовлетворившись своим видом, она сделала шутливый реверанс своему изображению и спустилась в гостиную.
Хестер и Оуэн болтали, как старые друзья. Когда Джемайна вошла, Оуэн только что закончил рассказывать какую-то историю и Хестер разразилась смехом.
Оуэн увидел Джемайну, и глаза его расширились. Он вскочил на ноги и грациозно поклонился.
– Дорогая Джемайна, ты просто видение, настоящее видение в зеленом!
– Надеюсь, я не очень задержалась?
– Ничуть, – сказал он галантно. – Ради такой картины стоило подождать.
Он подошел к ней и протянул руку. Затем проговорил через плечо:
– Рад был познакомиться с вами, дорогая Хестер. Вы просто очаровательная женщина. Теперь мне понятно, почему Джемайна не познакомила нас раньше.
К удивлению Джемайны, тетушка покраснела.
– Мне было с вами приятно, сэр. Надеюсь увидеть вас снова.
На улице, пока Оуэн пытался остановить экипаж, Джемайна прошептала:
– Кажется, ты покорил тетю Хестер.
– Я не лукавил. Твоя тетя действительно очаровательная леди.
Оуэн привез Джемайну во французский ресторан – единственный в городе, насколько ей было известно.
– Я подумал, ты, должно быть, скучаешь по Парижу, – с улыбкой предположил Оуэн. – Я сам испытывал подобное чувство после короткого путешествия туда.
Ресторан был переполнен, и люди ждали, когда освободятся столики. Оуэн взял Джемайну под руку и уверенно прошел сквозь толпу к метрдотелю.
– Я не заказывал заранее столик, Андре, – тихо сказал он.
Джемайна увидела, как Оуэн протянул руку, в которой блеснула золотая монета. Метрдотель проворно взял ее и заявил достаточно громким голосом, чтобы ожидающие могли слышать его:
– Ваш столик ждет вас, мистер Тэзди.
Пока они шли в сопровождении метрдотеля через зал, присутствующие в ресторане замолкали и поворачивали вслед им головы. Мужчины разглядывали Джемайну с явным восхищением, а женщины – с едва скрываемой завистью. Она чувствовала легкое головокружение, оттого что снова была рядом с Оуэном в центре внимания в таком чудесном ресторане.
Меню было напечатано по-французски.
– Как у тебя с французским языком, Джемайна? – поинтересовался Оуэн.
– Неважно. Я выучила всего несколько фраз, находясь в Париже.
– Ладно, посмотрим. Ты можешь сделать заказ для нас?
Джемайна засомневалась.
– Хочешь рискнуть? Трудно сказать, чем все это кончится.
– В этот вечер еда не самое главное, – проговорил он с неопределенным жестом, пристально глядя ей в лицо. – Достаточно только любоваться тобой.
Джемайна засмеялась:
– Калифорния повлияла на тебя удивительным образом, Оуэн. Сегодня ты постоянно делаешь мне комплименты.
– В этот вечер ты особенно заслуживаешь комплиментов, дорогая.
Покраснев, Джемайна спрятала лицо за большим меню и начала изучать его. Она остановилась на том, что, по ее мнению, было самым безопасным, и заказала на закуску креветки, затем бульон и бифштекс из говяжьей вырезки со свежими овощами.
Когда подошел официант, она, запинаясь, сделала заказ по-французски, затем Оуэн заказал бутылку лучшего французского шампанского.
Джемайна напряженно ждала, пока Оуэн разливал вино, размышляя, какой тост он предложит на этот раз.
Оуэн поднял свой бокал:
– За встречу старых друзей!
– Думаю, на это нечего возразить. – Выпив вино, Джемайна попросила: – Расскажи мне о Калифорнии, Оуэн, Судя по твоим письмам, там, наверное, очень интересно. Сара сохранила для меня газеты с твоими статьями, но я пока не нашла времени прочитать их.
Весь ужин Оуэн развлекал ее рассказами о том, что видел и пережил в Калифорнии. Он был остроумен, и Джемайна все время смеялась.
Покончив с десертом – клубникой с мороженым, – она задумчиво сказала:
– Все это очень интересно. Как бы я хотела побывать там с тобой!
Оуэн покачал головой:
– Тебе бы не понравилось, Джемайна. Условия там очень плохие, еда скудная, отели дорогие. В лагерях старателей девяносто процентов женщин являются проститутками.
– Я не такая уж неженка, Оуэн, – возразила девушка. – Подожди, скоро и женщины станут полевыми корреспондентами.
Он снисходительно улыбнулся:
– Очень сомневаюсь, что кто-нибудь из нас доживет до этого дня. Возможно, это и произойдет, когда страна станет более цивилизованной. Большинство женщин даже не мечтают о таких заданиях.
– Я не такая, как все! Тебе уже следовало бы знать об этом.
– О, я знаю. Еще как знаю! В этом твое главное очарование, дорогая.
Она не нашла ответа на последнее его замечание. Они вышли из ресторана и наняли экипаж. Когда карета тронулась, Оуэн повернулся к ней и робко произнес:
– Помню, я обещал, что этот вечер будет просто встречей старых друзей, однако подумал… Ты действительно хочешь сразу поехать домой или сначала заедем ко мне?
Наверное, он все же изменился к лучшему, решила Джемайна. Прежний Оуэн не стал бы проявлять такую нерешительность.
К своему удивлению, она согласилась:
– Пожалуй, я могла бы заехать к тебе ненадолго. Сара дала мне новое задание. Надо написать еще несколько очерков об известных женщинах в истории Америки. Я могла бы воспользоваться твоей библиотекой.
Он не сделал попытки поцеловать ее, лишь взял за руку и нежно пожал. Джемайна почувствовала знакомую слабость и поняла, что пропала…
Оуэн постучал тростью в крышу экипажа и, когда кучер заглянул к ним, сообщил ему новый адрес.
Откинувшись назад, Оуэн предложил:
– Можешь пользоваться моей библиотекой в любое время и, если хочешь, работать там, как прежде.
– Какое у тебя следующее задание, Оуэн?
– Даже не представляю. Пока у меня нет работы. – В свете мелькающих уличных фонарей она увидела, что он улыбается. – Я вернулся назад по собственной инициативе и еще не видел Каррузерса. Приехал прошлой ночью и проспал почти целый день. Когда он узнает, что я здесь без его разрешения, то может выгнать меня из газеты.
– Разве Каррузерс не ценит тебя? Оуэн рассмеялся:
– Джемайна, пора бы знать, что журналисты никогда не ценятся. По крайней мере редакторами и издателями. Но это меня не очень беспокоит. Я всегда найду работу. Я давно уже подумывал о переходе в газету Хораса Грили.
– В Нью-Йорке?
– Да, в случае, если надоем тебе. – Он мягко улыбнулся. – Однако сомневаюсь, что Каррузерс уволит меня. Такое бывало и прежде. Покричит, поворчит и вскоре все забудет.
Экипаж остановился перед домом Оуэна. Пока он помогал Джемайне выйти и расплачивался с кучером, девушка смотрела на окна квартиры на первом этаже. В них не проглядывал свет сквозь закрытые шторы.
Оуэн заметил направление ее взгляда.
– Кажется, там никто не живет, – сказал он. – Во всяком случае, я не замечал никаких признаков жизни.
Джемайна обхватила себя руками, несмотря на теплый вечер. В ее воображении дух Этты Логан продолжал витать в квартире на нижнем этаже.
– Что теперь будет с этим домом? Оуэн пожал плечами:
– Не представляю. По-моему, у Этты не было родственников. Полагаю, дом вернется государству, а затем будет продан.
Он протянул Джемайне руку, и они поднялись на крыльцо. Войдя внутрь, Джемайна бросила взгляд на закрытую дверь.
– Я думал, может быть, купить этот дом?
– Не надо, Оуэн! – Девушка вздрогнула. – Я знаю, привидения не существуют, но в моем воображении Этта всегда будет посещать меня.
Он пожал ей руку.
– Я несерьезно. У меня нет средств на такую покупку. К тому же кто будет следить за домом в мое отсутствие?
Хотя Джемайна с радостью вернулась в знакомую обстановку, она не могла не заметить, что комнаты были запущены и повсюду царил затхлый запах.
– Надо проветрить помещение, – проворчал Оуэн. – Вчера я приехал и сразу ушел, открыв лишь окно в спальне.
Он быстро прошелся по комнатам и пооткрывал все окна, чтобы впустить свежий воздух. Когда Оуэн вернулся, Джемайна по-прежнему стояла посередине комнаты, где он оставил ее. Он зажег лампу на камине и подошел к девушке.
– Знаешь, Джемайна, со мной произошло что-то странное прошлой ночью. – Он коснулся пальцами ее подбородка. – Войдя сюда, я ощутил ужасное одиночество, которого прежде никогда не испытывал. Я всегда считал себя вполне довольным тем, что живу один. Ты все изменила. Теперь… – Он криво улыбнулся. – Теперь, когда ты здесь, я не чувствую себя одиноким.
Теплая волна прокатилась по всему телу Джемайны.
– А разве в Калифорнии у тебя не было женщин? – поинтересовалась она с насмешливой улыбкой.
Он не отвел взгляда.
– Не стану врать, была одна.
– Хорошенькая? – спросила Джемайна.
– Да, ничего, но до тебя ей далеко. – От волнения голос его сделался хриплым.
Он обнял ее, и она не сопротивлялась, когда его губы приникли к ее губам. Джемайна позабыла обо всем на свете, не заметив, как они очутились в спальне, срывая с себя одежду.
Молодые люди упали на кровать, сжимая друг друга в объятиях, и Джемайна вновь познала сладостный экстаз.
Буря утихла, а они лежали, довольные и счастливые. Голова Джемайны покоилась на плече Оуэна, в то время как он нежно гладил ее волосы.
– Путешествуя по стране, – тихо говорил он, – я пришел к решению, Джемайна, что хочу жениться на тебе.
У нее перехватило дыхание. Она лежала спокойно, хотя мысли бешено крутились в голове.
– Джемайна? Ты слышишь меня?
– Да, Оуэн, слышу. – Голос ее звучал приглушенно. – Это так неожиданно…
– Разве? Насколько я помню, мы говорили об этом перед моим отъездом в Калифорнию.
– Да, но я не уверена, что готова к замужеству.
– Ты же говорила…
– Я никогда не говорила, что хочу выйти замуж прямо сейчас. Речь шла о будущем, да и ты разве не был против брака?
– Проклятие! – Он привстал, опустив ее голову со своего плеча. – Ужасная женщина!
Она тихо засмеялась:
– Нет, ты и в самом деле ничуть не изменился, не так ли, любовь моя? Внезапно решаешь жениться и думаешь, что я должна безоговорочно согласиться.
– Ты даже не представляешь, сколько я передумал, прежде чем пришел к такой мысли! – В голосе его звучал гнев.
– Давай не будем ссориться из-за этого, Оуэн. Есть много проблем, которые надо решить.
– Знаю, но я хочу иметь возможность решать их.
– Даже если наш сын однажды узнает, что его отец незаконнорожденный?
– Я много думал об этом и в конце концов пришел к выводу, что если я мог жить с этим, то и наш ребенок сможет.
Джемайна немного помолчала, затем предложила:
– Давай не будем принимать решение сию минуту, хорошо?
– Согласен, – угрюмо ответил он.
– Оуэн, ты любишь меня?
– Конечно, черт побери, люблю!
– Ты никогда не говорил мне об этом.
– Не думал, что об этом надо говорить.
Неожиданно Джемайна вспомнила Уоррена Баррикона. Она живо представила тот вечер в Париже и его сердечное признание в любви.
Рано утром Оуэн направился в кабинет Томаса Каррузерса, неся под мышкой несколько страниц рукописи.
Услышав звуки его шагов по твердому полу, Каррузерс поднял голову, глядя сквозь густые клубы сигарного дыма. Он откинулся назад.
– Тэзди! Ради всех святых, что ты делаешь здесь? Ты должен быть в Калифорнии.
Оуэн присел на угол письменного стола.
– Я решил, что пора вернуться домой.
– Ты решил! Сколько раз говорить тебе, что только я определяю, когда следует закончить работу?
– Она закончилась, Томас, поверь мне. Я описал все стороны жизни на золотых приисках. Здесь еще четыре статьи, которые я привез с собой, так как знал, что прибуду сюда раньше почты. – Он положил рукописи на стол.
Каррузерс нахмурился и потрогал их своим толстым указательным пальцем.
– Возможно, все это так, но порой ты заходишь слишком далеко, Тэзди. Твое счастье, что я в хорошем настроении, иначе уволил бы тебя.
– В хорошем настроении? Ты? – Оуэн всплеснул руками. – Когда наступит такой день, на снежных сугробах вырастет трава.
Каррузерс проигнорировал последнее замечание, пыхтя сигарой.
– Однако хорошо, что ты вернулся. Оуэн подозрительно посмотрел на него:
– К чему это?
– Вероятно, ты прав, наши читатели, должно быть, уже насытились рассказами о лагерях золотоискателей. Теперь ты нужен мне здесь.
– Здесь? В Филадельфии?
– Не совсем здесь, но в этой части страны. Не думаю, чтобы ты слышал о совещании шестидесяти девяти членов конгресса в декабре прошлого года, вскоре после твоего отъезда?
– Новости медленно доходят до Калифорнии, и я не помню, чтобы читал об этом в присланных мне номерах «Леджер».
– Скорее всего эти номера я и не посылал.
– И какова же цель совещания?
– На нем был предложен новый закон, запрещающий рабство в федеральном округе Колумбия. Доклад делал сенатор Джон С. Колхаун, который способствовал многим, как он называет, агрессивным действиям Севера против законов Юга, например, таких, как отмена рабства на многих территориях, а также воспрепятствование возвращению беглых рабов их хозяевам и тому подобное.
– И каков же был результат совещания?
– Не очень значительный. Они собирались еще два раза в январе этого года, но в конце концов протест против существующих законов, разрешающих рабство, подписали только сорок членов конгресса.
Оуэн пожал плечами:
– Обычная пустая болтовня политиканов.
Каррузерс покачал головой:
– Не согласен с тобой. На этот раз было не только сотрясание воздуха, но и, я думаю, возможен нежелательный резонанс в стране.
– Почему ты так думаешь?
Каррузерс откинулся назад с важным видом.
– Закон о рабстве становится серьезной проблемой, Тэзди. По-моему, дело идет к расколу страны и войне между Севером и Югом.
– Ты уверен в этом, Томас?
– Да, и многие согласны со мной. Ты долго отсутствовал и не знаешь, что здесь происходит.
– Это верно, – медленно сказал Оуэн. – Неужели гражданская война? В это трудно поверить.
– Ты прав, но я убежден, что она надвигается, – мрачно заявил Каррузерс. – Может быть, война разразится через пять, десять лет, но рано или поздно она начнется, так как некоторые горячие головы решительно ведут к ней. И когда это произойдет, для страны наступят печальные дни. Мы же здесь, в Пенсильвании, окажемся в гуще событий. Тебе известно, что мы граничим с Мэрилендом и находимся недалеко от Виргинии? Оба эти штата рабовладельческие. Таким образом, война затронет и нас.
Оуэн помрачнел от слов Каррузерса. Он часто не соглашался с редактором, но научился уважать его мнение о текущих событиях.
– Допустим, ты прав, чего ты хочешь от меня?
– Две вещи, Тэзди. Во-первых, материал о подпольной железной дороге, по которой тайно переправляют рабов с Юга на Север и даже в Канаду. Эта система активно действует и в Пенсильвании. Я хочу, чтобы ты занялся ею.
Оуэн вопросительно приподнял бровь.
– Но если мы опубликуем сведения о подпольной железной дороге, разве это не повредит людям, действующим в этой системе?
– О, я не имел в виду публиковать имена и конкретные данные. Я хочу рассказать о ней в общем.
Оуэн усмехнулся:
– Зачем, Томас? Не думаю, что угрызения совести заставят тебя отказаться от публикации интересных сведений. К тому же я не уверен, есть ли у тебя совесть.
– Я против рабства, как любой северянин, Тэзди, – проворчал Каррузерс. – Просто хочу поместить в газете статью об истории подпольной железной дороги как основу для другого материала.
– Какого именно?
– Это второе дело. Я хочу иметь представление, о чем думают на Юге. Возьми несколько недель или сколько потребуется и отправляйся в путешествие по Югу. Поговори с рабовладельцами, плантаторами и рабами. Разузнай, насколько глубока враждебность южан по отношению к сторонникам отмены рабства. Однако советую не раскрывать, что ты корреспондент газеты. Представься кем-нибудь другим. Если станет известно, что ты журналист с Севера, твоя жизнь окажется в опасности.
– О нет, думаю, ты преувеличиваешь, Томас! Я бывал на Юге и знаю там многих. Не такие уж они злодеи. Ко мне относились очень доброжелательно, дружественно и гостеприимно.
– В основном так. Но есть и горячие головы. Мне кажется, ты не совсем понимаешь, как рабовладельцы относятся к проекту нового закона.
– Хорошо, можешь не беспокоиться. – Оуэн встал. – Я знаю, как защитить себя. Не раз бывал в опасных местах.
Джемайна весело напевала себе под нос в квартире Оуэна, работая над статьей о мадам Роланд. К своему удивлению, она обнаружила новый материал об этой женщине в двух книгах Оуэна. После прошлой ночи у нее была причина чувствовать себя счастливой. Оуэн любит ее! Девушка не могла поверить, что он предложил ей выйти за него замуж.
Услышав шаги на лестнице, Джемайна перестала писать. Оуэн! Выйдя из-за письменного стола, она быстро осмотрела себя в зеркале над камином. Поправила несколько прядей на голове, одернула одежду тут и там и улыбнулась, когда он вошел. Тэзди держал за горлышко бутылку вина и широко улыбался.
– Итак! – сказала Джемайна. – По твоему виду можно сказать, что тебя не уволили.
– Не только не уволили, но и дали новое задание. Она ощутила легкий испуг.
– О нет! Ты не уедешь опять!
– На этот раз я буду недалеко от дома, любовь моя. И всего несколько недель. – Он поднял бутылку. – Я принес вино, чтобы отпраздновать это событие. Пока мы будем пить, расскажу тебе все по порядку.
Оуэн пошел на кухню и вернулся с двумя бокалами, затем разлил вино, они сели рядышком на диван, и он рассказал ей о новом задании.
Джемайна поведала ему:
– Ты знаешь, когда я была вблизи Аллентауна, занимаясь исследованиями для моей статьи о сельских женщинах, в одной семье я кое-что слышала о подпольной железной дороге. Неподалеку от этого места находится город Квакертаун, входящий в систему переправки рабов.
Оуэн кивнул:
– Да, знаю. Это одно из тех мест, куда я собираюсь поехать.
– Думаю, люди там не станут разговаривать на эту тему, опасаясь повредить налаженному делу.
– Наверное, будет нелегко, но других заданий пока нет. Придется действовать крайне осторожно. Никаких имен не будет опубликовано. Каррузерс дал мне слово. Он хочет, чтобы в нескольких статьях проблема рабства была освещена с двух сторон: со стороны рабовладельцев и со стороны противников рабства.
– Все это звучит очень интересно, – вздохнула Джемайна с некоторой грустью. – Гораздо интереснее, чем писать о давно умерших людях…
Она замолчала, так как Оуэн встал, чтобы зажечь лампу на камине. Пока они разговаривали, уже стемнело.
– Боже милостивый! – воскликнула Джемайна. – Я и не заметила, что уже так поздно. Тетя Хестер ждет меня. Если я опять задержусь, то не знаю, что она подумает.
Оуэн быстро подошел к ней, когда она встала.
– Думаю, твоя тетя обо всем догадывается. Еще рано уходить.
Он обнял Джемайну, и при первом же прикосновении его губ к ее она перестала сопротивляться. Оуэн повел ее в темную спальню, и вскоре они слились в единое целое: грудь к груди, бедра к бедрам.
А потом они долго лежали рядом в темноте, не произнося ни слова.
Первой заговорила Джемайна:
– Твое новое задание, касающееся закона о рабстве, напоминает мне проект, о котором я давно думаю. Помнишь Лестера Гилроя, владельца фабрик по производству одежды?
– Конечно, помню! – усмехнулся Оуэн. – И горжусь тем, что моя статья способствовала бегству его из Филадельфии.
– А знаешь, я встретила его в Нью-Йорке, пока ожидала отплытия корабля во Францию.
Джемайна почувствовала, как Оуэн напрягся.
– В самом деле? Надеюсь, он не узнал тебя. Мне кажется, он может быть очень опасным.
– О, я не встречалась с ним лицом к лицу, однако видела его.
Девушка рассказала о своем приключении в Нью-Йорке и о работнице, с которой удалось поговорить.
– Знаешь, Оуэн, то, что она поведала мне, ужасно. Несчастные женщины и дети работают в невероятных условиях.
– Да, Гилрой настоящий негодяй.
– Однако надо что-то делать с такими людьми, как он. Со слов Мэриголд я поняла, что и на других фабриках работницы так же страдают.
– Вероятно, это правда. – В его голосе прозвучала насмешливая нотка. – Кажется, Джемайна Бенедикт начинает новый поход за справедливость?
– Думаю, пора открыть людям глаза на то, как производится дешевая одежда. Я намерена написать серию статей об этом! – Джемайна встала, увидев улыбку на его лице. – Эти несчастные работницы страдают от своеобразной формы рабства! Они попадают в ловушку, из которой не могут выбраться.
– Не буду спорить с тобой. Но что ты собираешься делать со статьями, которые намерена написать?
– Конечно, опубликовать их.
– Где?
– В «Ледиз бук».
Оуэн засмеялся:
– Джемайна, ты грезишь! «Бук» не касается этой темы.
– Но ведь «Леджер» публикует статьи о рабстве, а это гораздо более спорная тема.
– «Леджер» – газета, а «Гоудиз ледиз бук» – журнал для женщин, и ты прекрасно знаешь, что Луис Гоуди избегает полемики. Можешь ли ты сказать, какую позицию занимает журнал в вопросе о рабстве: за или против? Нет, и Гоуди никогда не выскажет ее, даже если начнется гражданская война, которую предрекает Томас Каррузерс. «Ледиз бук» читают как рабовладельцы, так и сторонники отмены рабства, и если принять чью-то сторону, то другие обидятся.
– Я знаю из напечатанного, что Сара боролась с фабрикантами в Бостоне, когда была там редактором журнала «Ледиз мэгэзин». Уверена, она сочувствует работницам.
– Она, может, и сочувствует, но никогда не пойдет против Луиса Гоуди.
– Тем не менее я хочу попытаться.
– Не сомневаюсь, – сказал он смеясь. – Если ты что-то задумала, ничто не может разубедить тебя. Знаешь, кто ты, дорогая Джемайна? – Он притянул ее к себе. – Ты Дон Кихот в женском обличье, борец с ветряными мельницами.
– Разве это плохо?
– В некотором отношении, возможно, нет. Но с другой стороны, это дело грозит тебе неприятностями и может обернуться даже опасностью. Особенно если ты свяжешься с таким человеком, как Гилрой. Я чувствую, он опасен, как ядовитая змея, когда наступаешь ей на хвост.
– Он не причинит вреда женщине, Оуэн!
– Не уверен в этом. Ты говорила, он лично выставил работницу на улицу, а ведь она – женщина.
Джемайна задумалась, затем рассеянно ответила:
– Но он все-таки не причинил ей вреда.
– Однако мог, если бы сильно разозлился.
– Твое новое задание, Оуэн… когда ты уезжаешь?
– Я уезжаю в Квакертаун рано утром.
– Могу я в твое отсутствие пользоваться этой квартирой?
– Конечно. Мне будет даже спокойнее, если ты поработаешь здесь. А так как я буду отсутствовать дней десять или более, мы должны сейчас наверстать упущенное.
Он притянул ее к себе. Она смеясь запротестовала:
– Оуэн, я должна идти домой.
Но ее протесты скоро заглушили его поцелуи.
* * *
В течение всей следующей недели Джемайна напряженно работала. Она хотела поскорее закончить статьи о мадам Роланд и об Абигейл Адаме, о которой, к счастью, в библиотеке Оуэна оказался обширный материал.
Статью, посвященную мадам Роланд, девушка закончила за три дня и начала писать об Адаме:
Абигейл Адаме была замечательной, леди, которая как нельзя лучше подходила в качестве жены знаменитому президенту Джону Адамсу. Читателям известно, что он являлся одним из авторов Декларации о независимости и был среди тех, кто подписал этот документ…
В пятницу рано утром Джемайна с готовой рукописью подошла к кабинету Сары и постучала в дверь. Услышав приглашение, девушка вошла и остановилась – Сара была не одна, напротив нее сидела женщина. Она повернулась, и Джемайна, узнав ее, радостно воскликнула:
– Мисс Блэквел!
– Теперь уже доктор Блэквел, – с гордостью поправила Сара. – Первая женщина в Соединенных Штатах, получившая медицинскую степень, к тому же высшую.
Джемайна подошла поближе.
– Поздравляю, доктор Блэквел.
– Благодарю, мисс Бенедикт. – Доктор Блэквел любезно поклонилась и посмотрела на Сару. – Без огромной помощи Сары я вряд ли добилась бы успеха. Буду вечно благодарна вам. – Она снова взглянула на Джемайну. – Хочу также поблагодарить вас, мисс Бенедикт, за прекрасную статью, которая к тому же оказалась очень своевременной.
Джемайна слегка покраснела.
– Я рада, что статья вам понравилась. Вы собираетесь практиковать здесь, в Филадельфии?
Лицо мисс Блэквел помрачнело.
– Боюсь, что нет. Мне необходимо сначала поработать два или три года в больнице, но ни в одной больнице здесь, у нас, меня не принимают. Поэтому я вынуждена уехать в Париж, где женщина может работать врачом. Отплываю на следующей неделе, но сначала решила заехать сюда – попрощаться со знакомыми, особенно с Сарой.
Внезапно Джемайна подумала, что может быть…
– Я знаю женщину здесь, в Филадельфии, которая была бы счастлива, если бы вы осмотрели ее – сказала она взволнованно.
Доктор Блэквел покачала головой: – Боюсь, не получится, мисс Бенедикт. У меня нет практики, и я не имею права лечить больных.
– Но это женщина, а вы говорили, что одной из причин, по которой вы выбрали специальность врача, явилось желание вашей умершей подруги, которой очень хотелось, чтобы ее лечила женщина-врач. – Джемайна посмотрела на Сару, в глазах которой читался вопрос. – Я имею в виду жену Уоррена. Другие врачи не способны помочь ей. Они даже не могут установить диагноз.
Сара пристально посмотрела на Джемайну, затем медленно кивнула:
– Пожалуй, ваше вмешательство не причинит ей вреда, Элизабет. Я знаю, эта женщина находится в очень плохом состоянии. – Она слегка улыбнулась. – Вы могли бы посоветовать что-нибудь новенькое.
– Хорошо, думаю, мой визит действительно не повредит ей, – предположила доктор Блэквел. – Но вы должны понять, что я не могу обнадеживать ее.
– Пойдемте со мной, – предложила Джемайна. – Ее муж работает у нас. Я представлю вас ему.
Она вышла вместе с доктором Блэквел из кабинета Сары и только в холле вспомнила, что так и не обсудила с редактором принесенные рукописи. Но это потом. Сейчас важнее решить вопрос о жене Баррикона.
Уоррен был один в своем кабинете. Она постучалась в открытую дверь.
– Уоррен, я хотела бы познакомить тебя с Элизабет Блэквел. Доктором Блэквел, – многозначительно добавила Джемайна. – Она готова осмотреть твою жену, если ты не возражаешь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 10Глава 11

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Глава 18Глава 19Глава 20Глава 21Глава 22Эпилог

Ваши комментарии
к роману Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция


Комментарии к роману "Навстречу счастью - Мэтьюз Патриция" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100