Читать онлайн Мстительное сердце, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мстительное сердце - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.23 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мстительное сердце - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мстительное сердце - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Мстительное сердце

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Бесс могла и не видеть запятнанную кровью простыню Стрича, чтобы понять, что Ханна была девственницей. Когда служанка, в чьи обязанности входило прибираться наверху, хихикая, подошла к стряпухе с простыней в руках, Бесс цыкнула на нее:
– Не твое это дело, девушка! И не лезть куда не надо, не болтать об этом никому!
Бесс знала, что предупреждение ни к чему не приведет. Пустоголовая девица мигом пойдет нашептывать о случившемся всем и каждому.
По правде говоря, Бесс никогда не понимала, почему белые с таким трепетом относятся к девственницам. Свою невинность она утратила в двенадцать лет почти при таких же обстоятельствах – попав в руки жестокого белого человека.
Но Бесс понимала, что у белых людей невинность высоко ценится и молодой девушкой, и мужчиной, который первым овладевает ею.
На следующий день Бесс всячески избегала Стрича, боясь, что наговорит ему лишнего, но она хорошо себе представляла, как он ходит с самодовольным видом, гордый, точно петух в курятнике.
А Ханна… Бедная девочка не проронила ни слова о том, что произошло. На щеке у нее синел кровоподтек размером с куриное яйцо; ходила она, опустив глаза, унылая, как в воду опущенная.
Бесс страшно хотелось сказать что-нибудь утешительное этому несчастному ребенку, но она чувствовала, что делать этого не следует. Она лишь намеком дала понять девушке, что ей известно о происшедшем.
Когда Ханна появилась внизу, Бесс выставила всех, кроме Дикки, из кухни, и те расположились во дворе, но не возражали, поскольку там было прохладнее.
В тот вечер, когда Ханна и Дикки сидели за столом, причем девушка просто рассеянно ковырялась в тарелке, Бесс принялась рассказывать какую-то бессвязную, не относящуюся к делу историю.
– А знаешь, старый черт Стрич – злой человек, по правде злой. На всякое черное дело способен. Когда он купить меня, примерно десять лет назад, меня сперва поставить в судомойки. В то время у него не было устройства вращать вертел. Он использовать для этого такс-вертельщиц. Ты знать, что такое такса-вертельщица, золотко?
Ханна ответила чуть слышным безжизненным голосом:
– Нет, Бесс.
И равнодушно подумала – к чему это стряпуха клонит? Ханне не хотелось ни говорить, ни слушать, ею овладела апатия, странное бесчувствие, она словно опустилась на самое дно унижения и несчастья.
– Ну так вот, если бы ты увидеть такую собаку, которая долго вертеть вертел, ты бы все понимать. Они длинные, лапы у них кривые, как у кроликов. И таксу-вертельщицу ставить в колесо, колесо прикреплять к вертелу, и пока эта собачонка бегать на месте, вертел поворачиваться. А чтобы собака перебирать лапами, под колесо класть горячий уголь. Если такса-вертельщица останавливаться, она обжигать себе лапы…
У Ханны хватило сил ужаснуться:
– Какой кошмар!
На губах Бесс промелькнула улыбка.
– Старый Стрич способен на любое зло. Во всяком случае, эта собачонка скоро выучить свой урок. Работа тяжелая, ведь мясо на вертеле иногда весить в два раза больше, чем собака, а жарится оно, бывать, целых три часа. Конечно, нет-нет, а вдруг такая собачонка взять да спрятаться где-то, когда нужно жарить мясо, ее и не найти. Тогда я должна вертеть этот чертов вертел по три часа. Наконец я уговорить старого Стрича поставить машину. Вы знаете, ребятки, как я это сделать?
На вопрос отозвался Дикки.
– Как, Бесс?
– Через его кошелек. Только так можно пронять старого Стрича. Я говорить ему: кормить этих собак дороже, чем купить механический вертел. – Она раскатисто захохотала. – Ясное дело, я малость приврать. Собачки эти обычно получать объедки, но старый Стрич иногда такой глупый, почти такой же глупый, как злой.
И вдруг Ханна расплакалась. Захлебываясь от рыданий, она вскочила и выбежала из кухни.
Бесс горестно посмотрела ей вслед. Дикки удивленно разинул рот.
– Что случилось с мисс Ханной?
– Тебя не касаться, мальчуган. Ты не понимать, ты ведь мужчина. То есть почти мужчина.
Ханна пробежала через пустой зал трактира и поднялась наверх, в свою каморку на чердаке. Она ни за что не хотела, чтобы кто-то видел, как она плачет. В чердачной каморке было душно и почти так же грязни, как в тот день, когда девушка впервые вошла сюда. Она и не старалась навести здесь чистоту. Зачем, если сама она живет в грязи? Нет ничего грязнее того, что случилось с ней прошлой ночью. И следующей ночью повторится, а потом еще и еще раз…
Ей представлялось, что существуют два выхода из этого положения. Можно убежать – но ведь ее, конечно же, поймают и вернут обратно, и в результате ей станет еще хуже. Если она убежит домой и спрячется там, Квинт изобьет ее и опять притащит к Стричу. Стало быть, никакого выхода нет. Нужно оставаться здесь и терпеть. И девушка вытерла слезы тыльной стороной ладони.
Но, угрюмо решила Ханна, так просто она не сдастся. Старому черту Стричу нравятся девушки с норовом; что ж, она покажет ему свой норов!
Ночью, когда трактир закрылся, Стрич опять приказал ей принести ужин в его комнату. Заметив, что Нелл наблюдает за ней и понимающе хихикает, Ханна вспыхнула.
Поднимаясь наверх с тарелкой в руках, Ханна вспоминала о том, что произошло минувшей ночью после того, как Стрич все-таки добился своего. Он выкарабкался из постели и, нарочито не обращая никакого внимания на девушку, навалился на простывающую еду, как истинный обжора. Ханна чувствовала себя ужасно – она ощущала себя тряпкой, которую использовали для какой-то мерзкой цели, а потом отшвырнули за ненадобностью.
И опять Стрич отпер ей дверь в ночном колпаке и рубашке, и опять запер, когда она вошла. И опять Ханна заставила его побегать по комнате – не для того, чтобы подразнить и разжечь его, а просто чтобы он поистратил силы; она надеялась, вопреки всему, что он устанет и оставит ее в покое, а если нет, то его, может быть, хватит удар.
Но в конце концов она снова оказалась привязанной к кровати, и ее извивающееся тело открылось его похотливому взгляду. Стрич тяжело дышал от изнеможения.
– Клянусь, девчонка, – прорычал он, – я выбью из тебя твой норов, непременно выбью. Ей-богу!
Но даже будучи связанной, Ханна сопротивлялась. Но когда Стрич, как и прошлой ночью, добился своего, она подняла голову и плюнула ему прямо в лицо. Стрич обмяк и скатился с нее.
– Видит Бог, я в жизни не встречал такой девки. Это просто какое-то дьявольское отродье! Вон отсюда, вон с глаз моих!
– Не могу, – спокойно проговорила Ханна. – Пока вы меня не отвяжете.
Стрич отвязал одну ее руку, а потом опять плюхнулся на постель.
– Остальное сделаешь сама. Не будь я слаб, как хнычущий младенец, я избил бы тебя так, что ты пошевелиться не могла бы, черт возьми! Как пить дать, избил бы!
Ханна поспешно развязала свои путы, быстро оделась и ушла. За дверью всхрапел Стрич.
Можно ли надеяться, что на этом все кончится? Что она победила?
На другой вечер ее надежда окрепла – когда настало время закрывать трактир, Стрич не сказал ей ни слова.
В эту ночь она спала крепко, без снов. Наутро Бесс удивилась и обрадовалась, заметив, что Ханна принялась за работу, что-то мурлыча себе под нос. Ханну так и подмывало рассказать все Бесс, но она еще чувствовала мучительный стыд от того, что ее подвергли такому унижению. Может, пройдет какое-то время, и она сможет говорить об этом.
Но на следующую ночь ее надежды рухнули. Когда все посетители ушли, Стрич повернулся к ней, вид у него был угрожающий.
– Я хочу поужинать наверху, девочка. И поторапливайся. Сегодня будет то, что будет!
К большому неудовольствию Ханны, она не сумела сдержать дрожь в руках, ставя тарелку на стол возле кровати. Когда хозяин запер дверь и направился к ней, она быстро обошла кровать и стала по другую сторону ложа Стрича.
Он остановился, растянув толстые губы в жестокой улыбке.
– О нет, красавица, этого сегодня не будет. Сегодня мы получим кое-какой урок.
Он неторопливо двинулся к комоду, стоящему у стены; Ханна со страхом следила за ним. Она уже знала, что в комоде Стрич хранит ремни, которыми привязывает ее к столбикам балдахина. Но вынул он из среднего ящика длинную толстую узловатую палку и сжал ее в руках, улыбаясь все той же злобной жестокой улыбкой.
– А теперь, девочка, мы увидим, кто здесь хозяин, а кто – служанка. Когда я разделаюсь с тобой, ты будешь стоять на четвереньках и умолять о том, чтобы я позволил тебе лечь со мной в постель!
Он двинулся к Ханне; дрожа от страха, она смотрела на него. На мгновение ее решимость дрогнула – все в ней восстало, призывая ее разум склониться пред его волей. Ну что с того, что еще раз возьмет ее? Он все равно уже нанес ей непоправимый вред. Девушка съежилась в ожидании удара этой чудовищной палки.
Но тут же Ханна выпрямилась. Лучше уж умереть и гореть в аду вечном, но не подчиниться его мерзким желаниям!
Когда Стрич подошел, она бросилась в сторону, чтобы проскочить мимо него, но не успела. Палка со свистом рассекла воздух и опустилась на ее плечо. Ханна закричала от боли и споткнулась, а Стрич, подбежав к ней, снова и снова обрушивал удары на ее плечи, спину и ягодицы. Она упала на колени, почти теряя сознание от боли. Он ударил ее еще раза два по спине, заставив опустить голову на пол.
Стрич, тяжело дыша, отступил и оглядел девушку. Ее платье было разодрано в клочья, спина кровоточила. «Теперь, – удовлетворенно подумал он, – теперь ты моя со всеми потрохами! Больше не будешь царапаться, как кошка, и плеваться!» Избивая Ханну, он возбудился, он был готов.
– На постель, девка, – резко приказал он. – На постель быстро, на спину!
Его голос доносился до Ханны сквозь красный туман боли. Инстинктивно она подчинилась его приказу; то был инстинкт животного, избитого с такой жестокостью, что у него не осталось сил на сопротивление, животного, способного только подчиняться.
Она едва дотащилась до кровати и присела на нее. Стрич даже рукой не пошевелил, чтобы помочь ей. Он ждал, пока она ляжет на спину. Тогда он залез на кровать, подняв ночную рубашку. Раздевать Ханну не стал, слишком торопился. Он просто задрал ей платье, разорвал нижнее белье, а потом взял ее.
Все это Ханна едва осознавала. Она чувствовала, как ее придавила его тяжелая туша; от каждого движения всю ее пронзала боль. Но в последний момент, когда Стрич издал свистящий звук удовлетворения, она собралась с силами и подняла голову. Накопив побольше слюны в своем пересохшем рту, она плюнула ему в лицо.
А потом, вспомнив, что руки у нее свободны, Ханна впилась ногтями ему в щеку; они вошли в его плоть, как в густое тесто, и, рванув, Ханна оставила на щеке четыре параллельные царапины. Из каждой брызнула кровь.
– Иисусе сладчайший! Боже, Боже, – гневно бормотала Бесс, осторожно втирая Ханне в спину какую-то едкую мазь. – Вот свинья, вот змея, ну прямо дьявол из преисподней, этот старый Стрич. Господи, детка. Бедная спинка! Я убить этого человека, и Господь простить меня!
– Нет, Бесс, – слабо возразила Ханна, – если ты это сделаешь, тебя повесят.
– Но я все равно сказать ему, что я об этом думаю.
– И этого не нужно делать. Ты же знаешь, что тебе за это будет. Он изобьет и тебя тоже. А за заботу спасибо, Бесс. – Она погладила стряпуху по руке. – Ты – единственная, кто обо мне заботится, кроме мамы и… и папы. Такая уж у меня доля – как-нибудь выдержу. – Ханна мрачно улыбнулась. – Я еще не покорилась мистеру Стричу.
Но сможет ли она и дальше выдерживать его издевательства? Сколько еще унижений и жестокости придется ей вынести?
Она рассказала Бесс об избиении. Другого выхода у нее не было. Всю ночь ее истерзанная спина кровоточила и болела, не давая уснуть. Ханна знала, что может начаться заражение, если раны не обработать, а сама она не могла этого сделать.
Поэтому она и пришла к Бесс. Та сказала:
– Но, золотко, нельзя так продолжать! Нет, я не говорить о том, что он с тобой спать. Это ерунда, женщина всегда выдержать, пока мужчина не истощится, пока его штучка не захотеть больше вставать. Но сопротивляться, царапаться, плеваться… тогда он забить тебя до смерти, этот старый черт. – Потом она усмехнулась. – Но Господи Боже, я бы хотеть посмотреть это, правда, хотеть. Я бы так радоваться! Старой Бесс хватить на всю жизнь!
Тут в кухню вбежал Дикки и вдруг замер на месте, увидев полуобнаженную Ханну. Бесс быстро прикрыла девушку.
– Чего это ты врываться сюда, мальчишка? – заворчала стряпуха. – Разве я не запретить тебе это? В другой раз сначала предупреждать.
– А что случилось с мисс Ханной?
– Не твое дело. Ну, что у тебя за дело?
Дикки на минуту задумался. Потом его лицо посветлело.
– Люди Черной Бороды в городе, они идут прямо по улицам.
– Господи Боже! – прошептала Бесс.
– Кто это – Черная Борода? – спросила Ханна.
– А это, детка, Тич, пират. Черная Борода – так его прозвать. Он убивать и грабить людей на всем побережье. Злой как черт, так рассказывать.
– Как же они могут открыто появляться в городе?
– Понятия не иметь, да и кто их остановить? Разве губернатор созывать ополчение. А за это время они быть далеко. Ты же быть осторожней сегодня вечером в трактире. Эти пираты, ведь они не боятся ни Бога, ни человека. Напиться здесь, у старого Стрича, и делать что хотеть! – Стряпуха презрительно хмыкнула. – Закон запрещать продавать им и обслужить их. Сегодня почти все заведения закрываться. Но старый Стрич на все готов, лишь бы набивать свою мошну. Он обслужить самого дьявола, если тот ему заплатить!
Эймос Стрич был озабочен до последней крайности.
Он постарался приготовить бар к приему посетителей, заставив работать там всех, кроме Черной Бесс. Этой ночью люди Черной Бороды сделают его богачом. Только его трактир будет открыт сегодня для них. Он не боялся того, что могут натворить эти люди; они напьются, будут шуметь, но особого вреда не принесут. В этом он был уверен, и не без основания: ведь им захочется, чтобы в следующий раз их приняли так же хорошо.
Заметив, что в бар вошла Ханна и что держится она очень прямо, Стрич довольно ухмыльнулся, вспомнив, как избил ее. Потом нащупал пальцами зудящие царапины на щеке, и глаза его грозно сверкнули.
Это из-за нее он был так раздражен! Из-за этой сучки! За всю свою жизнь он не встречал такой упрямицы. Он-то уверен был, что побоями сломит ее. А потом, в самый разгар страсти, она опять влепила ему в лицо целый сгусток слюны, а в придачу еще и расцарапала лицо!
Целый день ему задавали двусмысленные вопросы. Он отмахивался, говоря, что кошка прыгнула на него в темноте.
Проклятие! Должен же быть способ, чтобы сломить ее дух. Никогда еще ему не приходилось столько возиться с бабой. У него даже появилось искушение отослать эту строптивицу домой, но черт бы его побрал, если он позволит себе отступить перед какой-то девчонкой!
Вдруг он поднял голову, услышав, как на улице два человека поют:
Это дерево вовек не зацветет,Эта птица никогда не упорхнет,Это судно никуда не уплывет,Эта кружка никогда не подведет. 
Песня кончилась, и кто-то прокричал грубым голосом:
– Это здесь, ребята. «Чаща и рог». Старый Стрич хорошо нас примет!
Люди Черной Бороды! Широкая ухмылка растянула рот Стрича, потому что в его хитрой голове возникла некая идея и теперь он знал, как сломить Ханну! После этой ночи она будет рада быстро, как блоха, запрыгнуть к нему в постель всякий раз, когда он ее захочет. Конечно! Так и будет!
Он поспешил к ней через бар. Взял за руку и сказал тихим приятным голосом:
– Пойдем со мной, девочка!
И, не дав ей опомниться, потащил к лестнице. На полпути наверх она уперлась.
– Не сейчас, сэр, прошу вас. У меня страшно болит спина…
– Это не то, дурочка. Я делаю это для твоего же блага. – Он притворился, что встревожен. – Пираты Черной Бороды были в море долгие месяцы совсем без женщин. Когда они как следует выпьют и увидят такую хорошенькую молодую девушку, как ты, то утащат тебя с собой и набросятся на тебя. А я бы этого не хотел.
Ханна недоверчиво посмотрела на него. Неожиданная забота выглядела неубедительной, но все же Ханна пошла за Стричем. Наверху он втолкнул ее в свою комнату и закрыл дверь.
– А теперь снимай с себя все.
Девушка отпрянула.
– Нет! Вы же сказали…
– Не ради этого, глупышка, – проговорил Стрич отечески вкрадчиво. – Я должен быть внизу, в баре. А ты с твоим норовом возьмешь и выскочишь из комнаты. – Он улыбнулся так, словно отдавал дань восхищения этому ее норову. – Давай мне свою одежду, а я верну тебе все, когда люди Черной Бороды уйдут. – Он поднял руку: – Клянусь тебе!
Ханна бросила на него еще один недоверчивый взгляд, но в конце концов повернулась к Стричу спиной и разделась. Схватив ее одежду, Стрич быстро вышел. Он запер дверь и сунул ключ в карман, не обращая внимания на крики девушки. Швырнув ее одежду на подоконник лестничного окна, он улыбнулся. Какой умный план он придумал!
Довольно потирая руки, Стрич поспешил вниз и занял место за стойкой. Теперь в баре стало оживленно, посетителей набилось много – то были моряки, люди в коротких куртках и расширяющихся книзу штанах, сшитых из обычной парусины, плотно пропитанной дегтем, чтобы защитить от ударов палаша и даже от острия шпаги. Пираты выглядели странно: многие носили бороды и длинные спутанные волосы; на головах надеты колпаки либо треуголки; у некоторых в ушах висели золотые серьги.
Многие лица были обезображены шрамами; речь перемежалась крепкими ругательствами. Поскольку здесь находились выходцы из всех частей света, говорили они на разных языках; у них были деньги, с которыми пираты обращались весьма свободно. На стойку Стрича ложились золотые и серебряные монеты чеканки самых разных государств. Он принимал все, и делал это с радостью.
Сегодня в трактир не пришли обычные посетители, но, как подумал Стрич, это и к лучшему: они вернутся, когда Черная Борода со своей бандой уйдет в море.
Стрич внимательно присматривался в поисках подходящего человека. И наконец, когда в баре уже стоял густой дым и было шумно от голосов, он увидел его. Высокий, крупный, но стройный, вдетый с утонченностью, присущей джентльмену, он время от времени окидывал зал величественным взглядом; ноздри его дрожали, словно он находился в зловонном хлеву. У него была густая борода, черная как ночь, в ухе красовалась золотая серьга, в которой поблескивал какой-то драгоценный камень. Одетый в тонкое сукно, панталоны до колен, в башмаках с пряжками, он был без шпаги, но Стрич не сомневался, что этот человек прячет где-то на себе кинжал.
Стрич подумал, что это не сам Черная Борода, хотя борода его очень походила на бороду Тича.
Сейчас этот человек пробирался через толпу к стойке. По уважительным взглядам, которые бросали ему вслед пираты, Стрич понял, что это важная персона, может быть, один из ближайших помощников Черной Бороды. Он двигался с какой-то кошачьей грацией, необычной для столь высокого человека, и держался так надменно и презрительно, словно остальных просто не существовало.
– Хозяин! У тебя есть французское бренди? – Голос у пирата был глубокий, густой, манеры – образованного человека.
Стрич знал, что нередко люди из господ становятся пиратами. Когда-то ходили слухи о том, что сам губернатор Спотсвуд составил себе состояние в основном благодаря связи с пиратами…
– Ты что, оглох, хозяин?
Стрич опомнился.
– Прошу прощения, сэр, – проговорил он с раболепным видом. – Французское бренди? Да, конечно, есть!
– Мне нужно самое лучшее, а не какое-нибудь пойло.
– О, бренди очень хорошее, недавно привезли из Франции.
Стрич налил ему. Бородач взял стакан, понюхал, потом кивнул и выпил. Он не ушел, а продолжал стоять, опершись с небрежным видом о стойку и презрительно оглядывая бар.
Стрич выждал немного, потом пригнулся к нему и прошептал:
– Не угодно ли джентльмену девушку, сэр?
Блестящие черные глаза обратились на Стрича.
– Девушку, говоришь? Что-нибудь вроде уличной девки да еще с французской болезнью?
– О нет, сэр, – торопливо заверил его Стрич, – девушка молоденькая, ничем не больная, клянусь вам. Сочная, с норовом и свежая, как розовый бутон.
Бородач долго молчал, тщательно обдумывая предложение. Наконец он произнес:
– Я не привык получать удовольствие за деньги. Впрочем, я слишком долго не сходил на берег.
– Вы получите огромное удовольствие, сэр. Клянусь вам.
– В таком случае я покупаю милости твоей девицы.
Стрич осторожно заметил:
– Поскольку она свежа и очень хороша собой, это будет стоить недешево.
Бородач опустил руку в карман, вынул крупную монету и небрежно швырнул ее на стойку.
– Хватит за твою девушку, хозяин?
Стрич схватил монету дрожащей рукой. Испанское золото! Его так и подмывало попробовать деньгу на зуб, но он удержался и сказал:
– Вы очень щедры, благодарю вас.
– А за бренди? – Бородач допил свой напиток. – Этого достаточно и за девушку, и за бренди?
Стрич заколебался, думая, не запросить ли больше. Но суровый взгляд черных глаз остановил его, и он торопливо проговорил:
– О да, этого достаточно.
– И где же девушка, чьи прелести ты так восторженно воспеваешь?
Стрич вынул из кармана латунный ключ и протянул бородачу:
– Поднимитесь наверх по этой лестнице, первая дверь направо, сэр. Вот ключ.
Пират с подозрением уставился на него.
– Что же это за особа, если ее нужно держать под замком, как дикого зверя в клетке?
– Как я уже сказал, сэр, она с норовом. Но я уверен, что такой человек, как вы, легко с ней справится.
– Мне нравится, когда девочка с огоньком, и могу заметить, что мне не раз случалось управляться с норовистыми девицами.
Взяв ключ, бородач направился к лестнице.
Ханна, сидя в комнате Стрича, слышала шум, доносящийся снизу. Пожалуй, ей даже хотелось быть там, внизу, – она никогда не видела пиратов. Должно быть, это интересно – обслуживать пиратов. Но ведь Стрич сказал, что это опасные люди.
Заботливость Стрича казалась ей очень странной. Так не похоже на него – тревожится о ее благополучии.
В замке лязгнул ключ, и Ханна повернулась лицом к распахнувшейся двери.
В комнату вошел незнакомый высокий человек с черной бородой. При виде обнаженной девушки он остановился. Его черные глаза вспыхнули – он дерзко оглядел ее с головы до пят. Ханна почувствовала, что краснеет.
– Кто вы, сэр?
– Меня именуют Танцором, мадам. – Он изящно поклонился, на губах его появилась насмешливая улыбка.
– Но как вы достали ключ?
– Ваш хозяин отдал мне его за испанское золото. Он продал мне ваши милости на целый час.
– Господи, нет, нет! – Ханна закрыла лицо руками и повернулась к бородачу спиной.
Тут она услышала, как он ахнул.
– Боже правый, девушка, что с вашей спиной?
Ханна не отвечала.
– Это сделал ваш хозяин?
Ханна молча кивнула.
– Я сразу же понял, что он негодяй. Так и оказалось – невероятный негодяй!
Ханна услышала, что он подходит к ней, и напряглась, готовая броситься прочь.
– Не бойтесь, мадам. – В его низком голосе слышалось сочувствие, и он осторожно прикоснулся к ее плечу. – Я не причиню вам вреда. Не трону вас. Я был бы подлецом, если бы стал принуждать вас, когда вы в таком состоянии. Желаю вам доброй ночи, мадам.
С огромным облегчением Ханна слушала, как удаляются его шаги и закрывается дверь. Ей и в голову не пришло подивиться, почему какой-то пират отнесся к ней с подобным участием.
Мысли ее были заняты вероломным Стричем. Она считала, что достигла дна унижения и жестокости. И вот теперь оказывается, что это не все, что ее ждет нечто еще более страшное.
Теперь Стрич принялся торговать ею прямо за стойкой! Она стала таким же товаром, как… пиво и вино!
Пират, назвавшийся Танцором, задержался, выйдя в коридор. Он раздумывал, нужно ли запирать дверь или оставить ее открытой, чтобы девушка смогла убежать, если захочет.
Он был охвачен страшным гневом. Человек, который так жестоко обращается с женщиной, – не важно, шлюха это или нет, – такой человек просто чудовище! Ему хотелось спуститься вниз и проткнуть этого типа шпагой. Тут он вспомнил, что сошел на берег, не взяв никакого оружия, кроме кинжала, спрятанного на поясе. И все же он не станет делать ничего подобного, хотя этот мерзавец вполне заслуживает наказания. Ему нужно стараться не привлекать к себе внимания этой ночью. В скором времени ему предстоит важное свидание, и если он влипнет в какую-нибудь скандальную историю, то не только эта встреча окажется под угрозой, но и он сам может попасть в крайне сложное положение.
Вздохнув, он повернул ключ в замке.
– Прошу прощения, мадам, – пробормотал он еле слышно, – но как бы плачевно ни было положение, в котором вы оказались, вы не можете не быть хотя бы отчасти в этом виноваты.
Он еще немного постоял на площадке, чтобы не вызвать подозрений у хозяина, затем спустился вниз. Там он подошел к стойке, швырнул ключ Стричу и проговорил, не сумев напоследок удержаться от замечания:
– Ты ошибся, хозяин. Я видывал котят, у которых было больше характера, чем у этой девицы.
И вышел из бара.
Стрич глядел ему вслед, остолбенев от изумления. Как это он управился так быстро? Неужели она ему не оказала сопротивления? Или она поддалась ему, потому что он хорош собой и выглядит как джентльмен?
«Ну ей-богу, ты у меня попляшешь!» – подумал Стрич.
Зажав ключ в руке, он обвел бар испытующим взглядом, отыскивая среди посетителей того, у кого был самый угрожающий вид.
Дверь со скрипом отворилась, и Ханна резко повернулась. Поначалу она решила, что человек по прозвищу Танцор передумал.
Но тут же увидела, как ужасно ошиблась, и сердце у нее почти перестало биться.
На пороге стоял самый огромный человек, какого Ханна когда-либо видела. Он заполнил собой весь дверной проем, а лицо его было просто ужасно. Шрам от пиратской сабли пересекал лицо извилистой линией, словно зигзаг молнии. Тот же удар сабли срезал часть носа и разрезал верхнюю губу, так что наружу выступали обломки черных зубов.
И он был здорово пьян. Уставясь на ее обнаженное тело налитыми кровью глазами, пират закричал:
– Так ты и есть девка, которую продал мне мистер Стрич! А ты хороша, что и говорить!
Вследствие увечья он слегка шепелявил, но шепелявость вовсе не позабавила Ханну, – из-за нее пират казался еще страшнее.
Он устремился к ней, так громко хлопнув дверью, что все в комнате задрожало. Ханна, охваченная паническим страхом, попятилась от него.
– Но где же, девка, твой норов, о котором говорил Стрич? Ты больше похожа на испуганную мышь! Ну да наплевать, ты и так хороша. Сейчас я потешу себя, клянусь Тичем, потешу!
Пират был так близко, что Ханна ощутила исходивший от него запах. Наверное, он мылся в последний раз не один месяц назад. Вонь от его тела не мог пересилить даже запах спиртного.
Ханна старалась увильнуть от его жадных рук, но пират оказался проворен, хоть и пьян. Он схватил своей ручищей ее за плечо и толкнул к кровати, а сам бросился за ней, гогоча и показывая целый рот гнилых сломанных зубов.
Ноги Ханны подломились у края кровати, и девушка упала на спину. Пират тут же навалился на нее, придавив как огромное дерево; она задыхалась под его тяжестью и от его зловонного запаха.
Сопротивление было бесполезно. Словно железным обручем стиснул он одной рукой ее горло, не давая дышать, другой возился со своими штанами. Ханна потеряла сознание.
Когда она пришла в себя, рука насильника уже не лежала у нее на шее, но тяжелое тело все еще вдавливало ее в пуховик. Он спал и храпел, а храп напоминал ослиный крик.
Собрав все силы, Ханна попыталась выбраться из-под этой гадкой туши. В отчаянии она подумала, что ни когда не сможет сдвинуть великана с места, но все же ей удалось столкнуть его с себя. Он перекатился на спину и оказался на другом краю кровати. Храп не прекращался ни на минуту.
Измученная, охваченная отвращением к вонючему мужлану, Ханна немного полежала в ожидании, когда силы вернутся к ней.
И вдруг вспомнила: дверь! Он же не запер ее на ключ! Мгновенно вскочив, она подбежала к двери. И в самом деле – ручка повернулась! Приоткрыв щелку, Ханна выглянула в коридор. На площадке никого не было. Она заколебалась, взглянув на свое обнаженное тело, потом осторожно вышла из комнаты, тихо закрыв за. собой створку.
И – ну не чудо ли! На подоконнике валялось ее платье. Она стала торопливо одеваться, и руки ее задрожали. Бар внизу все еще гудел от пьяного веселья. Сколько времени будет выжидать Стрич, прежде чем отправится в свою комнату посмотреть, куда делся пират?
Ханна на цыпочках спустилась по узкой лестнице, неся башмаки в руках. Внизу повернула направо. Она не хотела выходить через центральную дверь, иначе ей пришлось бы пройти мимо открытой двери бара. Поэтому юркнула через пустой зал, где посетителей обслуживали днем, а потом через черный ход на улицу. Там она некоторое время постояла в нерешительности, глядя на кухню. Не поговорить ли с Бесс?
Нет, Бесс только попытается разубедить ее, а она решилась окончательно.
Она убежит отсюда. Ужас от того, что пришлось пережить этой ночью, был сильнее того, что она могла вынести; оставаться здесь она больше не в состоянии. Да, она убежит. Сюда ее вернут только в цепях! Но даже если ее действительно воротят, она найдет способ расстаться с жизнью.
Ночь была теплая, но Ханна обливалась холодным потом. Инстинктивно беглянка направилась на юг, по той дороге, по которой они с матерью приехали в Уильямсберг. Она все еще несла башмаки в руках – привыкла ходить босиком, и подошвы ее загрубели. Без башмаков шаг был быстрый и почти бесшумный. Держалась она подальше от Глочестер-стрит, на которой все еще прохаживались пираты, и не боялась, что ее заметят. Все дома в округе стояли темными и были наглухо заперты. Очевидно, люди спали либо в испуге сидели впотьмах.
Ханне показалось, что она вышла из города очень быстро; она двинулась по большаку, ведущему на юг, сквозь темную, безлунную ночь, опасаясь идти под густыми деревьями, которые росли вдоль дороги.
Один раз она бросилась в сторону в траву и лежала там, дрожа, пока не проехала карета, запряженная четверкой лошадей. Час спустя она опять услышала стук копыт и пряталась в высокой траве, пока лошадь и всадник не исчезли вдали.
К этому времени она просто валилась с ног от усталости. Не имея ни малейшего представления о том, как далеко ей удалось уйти, – может, на несколько миль от города, – она стремилась вперед, спотыкаясь на каждом шагу. Ноги онемели, и только неистовое желание стать свободной заставляло ее продолжать путь. Иногда Ханна падала, но всякий раз поднималась и брела дальше.
Потом она споткнулась о какой-то камень и осела в дорожную пыль почти в полуобморочном состоянии. На этот раз она сдалась – свернулась калачиком и уснула.
Она не слышала ни приближения красивой коляски, ни цокота копыт впряженных в нее двух гарцующих лошадей. Коляска была обшита древесиной кофейного дерева с живописной росписью и резьбой, а перед у нее был застеклен. Единственное сиденье внутри, рассчитанное на двух персон, расшито серебряной нитью и украшено бахромой. На нем сидел человек; он опирался на набалдашник трости.
На высоко поднятом сиденье, отделенном от кузова коляски, расположился кучер-негр. На передних углах коляски помещались два стеклянных шара, в каждом, мерцая, горела огромная свеча.
Внезапно кучер что-то тихо пробормотал и, натянув поводья, остановил захрапевших лошадей.
Человека, сидевшего в коляске, бросило вперед, и он громко спросил:
– Что, черт подери, случилось, Джон?
– На дороге тело, масса. Вроде бы женщина.
Это неожиданное приключение оживило того, кто сидел в коляске.
– Ну так спустись и посмотри, жива ли она. Если жива, перенеси ее сюда.
Ханна проснулась от легкого покачивания. Она осторожно открыла глаза и поняла, что находится в каком-то экипаже, который вовсю мчится куда-то. Неужели ее уже поймали?
Взглянув влево, она увидела, что рядом с ней сидит какой-то человек. Одет он был прекрасно – дорогой камзол с прямыми полами, атласный жилет поверх батистовой рубашки с гофрированным воротником и манжетами, узкие панталоны до колен. В синих чулках со стрелками. Чуть ниже колен – бархатные подвязки, застегнутые на маленькие серебряные пуговицы; пряжки на башмаках, судя по всему, тоже серебряные. На джентльмене был напудренный парик с пышными длинными локонами по бокам и длинной косицей сзади.
Услышав, что Ханна пошевелилась, джентльмен обратил к ней лицо; она увидела, что он немолод, что лицо его испещрено морщинами и очень печально. И еще она заметила, что он очень худ, почти истощен.
Слабое подобие улыбки тронуло его губы.
– Я очень рад видеть, моя дорогая юная леди, что вы вернулись в наш мир.
– Кто вы, сэр?
– Малкольм Вернер, мадам. К вашим услугам.
Ханна испуганно оглядела коляску.
– Куда вы меня везете?
– Ну конечно, в «Малверн», дорогая. На свою плантацию.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мстительное сердце - Мэтьюз Патриция

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Часть вторая

Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Часть третья

Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18Глава 19Глава 20

Часть четвертая

Глава 21Глава 22Глава 23Глава 24

Ваши комментарии
к роману Мстительное сердце - Мэтьюз Патриция



ХОРОШИЙ РОМАН)))))))
Мстительное сердце - Мэтьюз ПатрицияКАТЯ
29.05.2012, 18.20





На один раз
Мстительное сердце - Мэтьюз ПатрицияОльга
14.03.2013, 13.03





отличный роман мне очень понравилс
Мстительное сердце - Мэтьюз Патрициягуля
19.10.2013, 11.30





для оччень долгой дороге и если другого что по лучше читать нет
Мстительное сердце - Мэтьюз ПатрицияИра
19.10.2013, 15.39





Слишком реально, слишком...
Мстительное сердце - Мэтьюз Патрициямолодая
20.10.2013, 20.45





да уж....намудрила автор с рассказом..rn.все как то ляпами, кусками...мне не понравился роман..
Мстительное сердце - Мэтьюз ПатрицияКати
9.11.2013, 0.41





Некоторые персонажи - чудо! И очень мне понравился Майкл. Но, боже мой, как тяжело было читать обо всех ужасах тогдашней жизни. Конечно, нищету и грязь тех дней мы все знаем из истории. Но роман предоставляет возможность увидеть это глазами тех людей. Читала не отрываясь.
Мстительное сердце - Мэтьюз ПатрицияЛюдмила
6.01.2014, 20.48





Роман хороший. Для тех, кто любит читать, как ггероиня выбирается из нищеты, преодолевая жестокие удары судьбы. Действительно, очень реалистичный. Но это же Мэтьюз. У нее почти во всех романах присутствует жестокость. Роман "танцовщица грез" - продолжение этого романа. И еще: описание романа не соответствует содержанию.
Мстительное сердце - Мэтьюз ПатрицияКнигоманка.
28.03.2016, 17.10





Роман действительно не соответствует аннотации.Малкольм отец того,кого любит героиня.у неё не один любовник,три случайных связи и два изнасиловавших Ее. Жалко Ее,ожесточилась она. Больше всего желала быть хозяйкой поместья и никому не принадлежать.а для любви мало места осталось.автор очень честный роман написала.нет скрытых истин.
Мстительное сердце - Мэтьюз Патрициякристина
4.08.2016, 16.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100