Читать онлайн Мечты сбываются, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мечты сбываются - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.14 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мечты сбываются - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мечты сбываются - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Мечты сбываются

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Громкие голоса внезапно ворвались в сладостные сновидения о Котти. Хоуп попыталась удержать приятный сон, но шум стал таким громким, что она окончательно проснулась и, приподняв голову, увидела, что мать тоже не спит.
– Что это, мама?
– Не знаю, но, пожалуй, следует выяснить. – И Фейс, выбравшись из гамака, стала одеваться.
Хоуп, все еще находясь во власти сна, последовала ее примеру, и только Чарити продолжала спать, не потревоженная криками.
Было прохладное раннее утро, солнце только что взошло, но когда Фейс и Хоуп вышли, они увидели толпу. Люди стояли перед соседней хижиной, принадлежащей Котти. Большую часть пришедших составляли жившие неподалеку осужденные. Пока мать и дочь проталкивались сквозь толпу, люди поворачивали к ним рассерженные лица и выкрикивали оскорбительные замечания. Пробившись в первые ряды, Хоуп увидела Джона Майерса, с отсутствующим видом сидевшего на корточках возле хижины.
– Что здесь происходит? – потребовала объяснений Фейс.
– У кого есть глаза, тот видит, Фейс Блэксток! – выкрикнула стоявшая впереди женщина и указала на Джона зажатой в руке дымящейся короткой трубкой. – Среди нас появился чернокожий!
– Ну и что, Бетси Энрайт, в этом страшного?
– Мы не хотим, чтобы они жили среди нас! – топнула ногой Бетси.
– Я не очень понимаю, какие у нас могут быть к ним претензии.
– Мы не нуждаемся в твоих речах, – усмехнулась другая женщина, обнажив гнилые зубы. – Он черный, и ему не место среди нас!
– Аборигены жили здесь задолго до нашего появления, и, по-моему, они имеют гораздо больше прав на эту землю, чем мы.
– Именно это мы и обсуждали перед твоим приходом, Фейс Блэксток, – громко сообщила другая. – Ты одна виновата в том, что он оказался здесь!
– Не стану этого отрицать. Хулиганы избили парня, он умирал от голода, ему нужно было где-то спать, и Котти Старк разрешил мальчику переночевать в своей старой хижине.
– Все равно, мы требуем, чтобы он немедленно убрался отсюда!
– Я уйду. – Джон поднялся. – Не стоит нарываться на неприятности.
– Ты останешься, Джон, – жестом остановила его разозленная Фейс. – Не позволяй этому сброду запугать себя!
– Послушай, Фейс Блэксток, – Бетси Энрайт угрожающе шагнула к Фейс, – не воображай, что ты можешь командовать всеми остальными только потому, что теперь стала свободной. Мы знаем свои права, и нам самим решать, кто может жить среди нас, а кто нет!
– Эта хижина принадлежит Котти, и только он один может решать, кому в ней жить! – Лицо Фейс исказилось от гнева.
– Что бы ты ни говорила, этому дикарю не место среди нас, вот и все!
Толпа плотным кольцом с угрожающим видом окружила Фейс и Хоуп.
– Оставьте мою мать в покое! – Хоуп заслонила собой Фейс и оттолкнула Бетси Энрайт.
– Не смей толкать меня, юная мисси! – заорала Бетси.
– Что здесь происходит? – раздался громкий голос.
Люди неохотно расступались, давая проход Котти, и он, с трудом пробравшись вперед, стал рядом с Хоуп.
– О Котти, как хорошо, что ты пришел! – с облегчением вздохнула Хоуп и взяла его за руку.
– В чем дело?
Хоуп быстро обрисовала ситуацию.
– Люди добрые, – Котти повысил голос, – у вас нет причин для возмущения. Джон не останется жить среди вас, так что ваши страхи напрасны. – В его тоне звучала издевка.
– Котти, мы не можем вот так выгнать его умирать от голода! – пришла в ужас Хоуп.
– Я и не собираюсь этого делать. – Котти с улыбкой взглянул на нее. – Он может перебраться в мой старый чуланчик при «Короне» и зарабатывать свой хлеб и кров, помогая в таверне.
– Только хлеб и кров? Ты должен ему платить!
Котти насмешливо, но как-то по-новому посмотрел на Хоуп и отметил, что она быстро взрослеет.
– Не бойся, Хоуп, – успокоил он ее, – я буду ему платить, потому что не признаю рабского труда.
Обернувшись, он перехватил обращенный на Хоуп взгляд Джона – в черных глазах мальчика светилось преклонение. «Ого-го, – подумал Котти, – он, кажется, сражен наповал!» От этой мысли ему стало немного грустно: он прекрасно понимал, что в этом смысле Джона ожидало только страдание. Снова повернувшись к толпе, Котти увидел, что его заявление возымело действие: волнение улеглось, и народ стал постепенно расходиться.
– Я очень удивился, что ты так рьяно бросилась на защиту туземца, – заметил Котти Хоуп.
– А что тебя так удивило? Это просто по-христиански, ведь он не сделал этим людям ничего плохого.
– Но я же не сказал, что не одобряю твоего поведения. Наоборот, горжусь тобой, Хоуп. – И он погладил Хоуп по голове.
– Вот как! – Она отскочила от него. – Иногда, Котти Старк, ты просто приводишь меня в бешенство! – Она повернулась и бегом помчалась в хижину, а Котти, застыв, недоуменно смотрел ей вслед.
– Что с ней творится?
– Все дело в том, – усмехнулась Фейс, – что она превращается из ребенка во взрослую женщину.
– Я не додумался бы до такого объяснения, – покачал головой Котти.
– Додумался бы, если бы сам был старше.
– Я в этом очень сомневаюсь.
– Ты пришел сюда, чтобы отвести Джона в «Корону»?
– А заодно проводить туда вас с девочками. Помните, вы обещали привести в порядок кухню? Теперь у вас будет еще один помощник – Джон может работать вместе с вами. – Котти замолчал, глядя куда-то вдаль, и вздохнул.
– Что случилось, Котти? Я никогда не видела тебя таким мрачным.
– Этой ночью убили Джейсона Фаулера. – Котти мало рассказывал Фейс о своих делах, но она знала о существовании его питейной лавочки. И вообще он подозревал, что Фейс знает о нем чуточку больше, чем когда-либо давала повод думать.
– О Котти, сочувствую тебе! Как это случилось? – всплеснув руками, спросила Фейс.
Котти колебался, стоит ли поднимать эту тему, но все-таки рассказал, как был убит Фаулер.
– Боже, я всегда боялась, что тебя убьют, поймав на контрабанде рома. Или, во всяком случае, арестуют.
– Значит, все это время вы знали?..
– Конечно, Котти. Я, возможно, старая и дряхлая, но я не дурочка.
– Да уж, конечно, – улыбнулся он.
– Надеюсь, теперь, когда у тебя есть собственная таверна, ты бросишь эти глупости?
– Все зависит от того, Фейс, насколько строгие ограничения введут власти на ввоз спиртных напитков, – задумчиво ответил Котти. – Вначале-то я стал заниматься контрабандой рома только потому, что это был единственный способ заработать на жизнь. Только таким путем я мог как-то прокормить себя.
– Но теперь у тебя нет в этом необходимости, – заметила она. – Уверена: твоя таверна будет пользоваться большой популярностью.
– Я тоже на это рассчитываю, но если нельзя будет доставать достаточное количество спиртного для моих посетителей легальным путем, придется продолжать заниматься контрабандой. Я не смогу получать доход, не имея товара для продажи.
– Но, Котти, это опасно! Смерть Джейсона служит тому подтверждением.
– Посмотрим, Фейс. За все это время со мной ничего не случилось, так что перестаньте волноваться. – Он наклонился и поцеловал ее в щеку. – А теперь вы с девочками собирайтесь и пойдем работать.
– Мы только сперва позавтракаем. Не составишь нам компанию?
– С удовольствием.
Фейс пошла к своей хижине, а Котти обернулся к Джону, все еще сидевшему на корточках у двери.
– Знаешь, я должен извиниться перед тобой, Джон. Не посоветовавшись с тобой, я сам за тебя все решил. Если то, что я предложил, тебя не устраивает, говори, не стесняйся.
Мальчик легко вскочил, и его лицо озарилось счастливой улыбкой.
– Вы очень хорошо все придумали, господин Котти!
– Не «господин», Джон, – нетерпеливо перебил его Котти, – называй меня просто Котти.
– Котти, – несмело повторил Джон. – Я буду счастлив работать у вас, иначе я умру от голода.
– Ну, мы позаботимся, чтобы этого не случилось. – Котти положил руку мальчику на плечо и слегка сжал его. – А теперь пойдем, позавтракаешь с нами.
Присев на корточки перед костром, Котти пошевелил угли, раздул огонь, и к тому времени, когда Фейс с девочками принесли продукты, костер уже разгорелся вовсю.


Позавтракав, они все вместе направились в «Корону». Хоуп шла чуть позади всех и пыталась разобраться: как же она относится к тому, что будет жить в одном доме с Котти Старком? С одной стороны, она мечтала быть все время рядом с ним, с другой – если он по-прежнему будет обращаться с ней как с младшей сестрой!..
– Госпожа… – Джон подошел к ней и робко улыбнулся. – Я хочу сказать вам спасибо. Вы вступились за меня перед другими людьми. Я вам очень благодарен.
– Не стоит, Джон. Я только хочу, чтобы ты знал: не все белые люди такие, как эти. Это просто подонки! – У нее неожиданно резко изменилось настроение, и она весело окликнула мать.
– Что, милая? – оглянулась шедшая впереди Фейс.
– Я нашла тебе ученика. – Она дотронулась до локтя Джона. – Ты должна научить Джона читать и писать.
– С удовольствием, – согласилась Фейс. – Джон, а ты знаешь буквы?
– Отец учил меня. Я умею немного читать, а пишу очень плохо.
– Ну что же, мы это скоро исправим, – смеясь пообещала Фейс. – Я уже соскучилась по урокам.
Подойдя к таверне, они прошли вдоль стены и остановились у пристройки, в которой когда-то жил Котти.
– Входи, Джон, я покажу тебе твое жилище.
Через вымощенный булыжниками двор Фейс с дочерьми направилась к кухне. Второй этаж основного здания уже слегка возвышался. Там рабочие укладывали кирпичи, что-то распиливали и приколачивали. Кухня была построена из камня, чтобы ее стены толщиной в два фута помогали в летнее время сохранить прохладу. Сразу бросалось в глаза, что кухней давно не пользовались. Все в ней покрылось слоем пыли, по углам висела паутина. Когда Хоуп вошла внутрь вслед за матерью, в нос ей ударил запах старого жира и горелой пищи.
– Мама, – с отвращением воскликнула Чарити, – и мы должны все это отчистить? Здесь столько грязи, что мы никогда с ней не справимся!
– Это самое малое, чем мы можем отблагодарить Котти за то, что он дал нам работу и приличное жилье. Мы должны привести кухню в порядок к июлю, чтобы посетители могли закусить во время праздников. – Говоря это, Фейс уже открывала ставни и распахивала окна. – Ничего страшного, тяжелая работа вовсе не позорна. Самую тяжелую работу нам поможет выполнить Джон, поскольку, кроме Котти, он тут единственный мужчина.
– Мужчина! – фыркнула Чарити. – Он еще мальчишка, и к тому же чернокожий.
– Чарити, попридержи язык! Чтоб я больше не слышала от тебя ничего подобного!
– Но это же правда, он всего лишь…
Прежде чем Чарити успела закончить фразу, Фейс размахнулась и дала ей пощечину. Щека мгновенно покраснела, слезы навернулись Чарити на глаза, и она попятилась, ошарашенно глядя на мать.
Хоуп наблюдала эту сцену не веря собственным глазам – совершенно небывалый случай, чтобы Фейс наказала младшую дочь! По правде говоря, Хоуп не могла припомнить, чтобы мать когда-либо отшлепала Чарити.
– Прости меня, Чарити, – вздохнула Фейс, – мне очень стыдно, но ты это заслужила. Я избаловала тебя, и ты стала капризной, но если я когда-нибудь услышу, что ты снова говоришь про Джона подобные вещи или еще как-нибудь оскорбляешь его, тебя ждет более строгое наказание, я тебе обещаю. А теперь, – решительно сказала она, – пора за работу!


Котти показал Джону его новое жилище и заглянул в кухню, чтобы узнать, как там идут дела, а затем по строительным лесам поднялся на второй этаж – посмотреть, насколько продвинулись там работы. Возглавлявший бригаду плотников Алекс Стаффорд был толстым жизнерадостным человеком с румянцем от изрядного потребления рома.
– Все идет нормально, господин Старк, мы закончим к Рождеству, – сказал он Котти.
– Отлично, Алекс! – Котти похлопал плотника по плечу. – Вы хорошо работаете, я это ценю и хочу, чтобы вы об этом знали.
– Приятно, когда тебя ценят, – кивнул плотник. – А то у многих здесь, в Сиднее, не хватает времени на такого рода вещи, как благодарность. От них слышишь только одно: быстрее, быстрее, быстрее!.. – проворчал он.
Котти рассмеялся и двинулся дальше, а закончив проверку и удовлетворенный ее результатами, спустился по лесам вниз и тут снова вспомнил о смерти Фаулера. Его приподнятое настроение мгновенно улетучилось. Нужно было подготовить все необходимое для похорон: Котти не мог допустить, чтобы Фаулера похоронили в могиле для бедняков. У Джейсона в Сиднее не было ни семьи, ни родни, ни вообще кого-либо, кто оплакивал бы его безвременную кончину. Джейсон умер, выполняя задание Котти, поэтому именно Котти должен организовать ему достойные похороны.
Внутри у Котти все так и клокотало от гнева. Кого он мог призвать к ответу за смерть Фаулера? Джейсон работал на Котти и был убит во время контрабандной перевозки рома, поэтому, пожалуйся Котти губернатору, тотчас же возникла бы масса серьезных вопросов, да и все равно это бы мало помогло.
Хотя военные власти и губернатор находились не в лучших отношениях, никаких действий по поводу смерти контрабандиста никто бы не стал предпринимать. Что с того, что Котти подозревал Макартура в косвенной причастности к убийству? Подозрение вряд ли является весомой уликой в деле. Увы, Котти остается только оплакать Джейсона, устроить ему достойные похороны и постараться выбросить все это из головы. Просто в будущем ему придется быть вдвое осторожнее.
Конечно, он мог послушаться Фейс и отказаться от незаконного промысла, однако это могло отразиться на будущем его таверны. Пока таверна будет обслуживать посетителей только по вечерам, а вот когда кухня вновь заработает, Котти станет открывать пораньше и подавать не только обеды, но, возможно, и завтраки.
Время близилось к полудню, но Котти не ощущал голода, он чувствовал только усталость – прошлой ночью, узнав о смерти Джейсона Фаулера, так и не смог уснуть. Придя к себе в спальню, он снял сапоги и растянулся на узкой кровати, намереваясь немного поспать.
Когда он проснулся, день уже давно перевалил за середину и лучи солнца падали в комнату с западной стороны. Котти быстро сел, мысли о гибели Джейсона Фаулера по-прежнему не оставляли его. Натянув сапоги и умывшись холодной водой, Котти вышел на улицу через парадную дверь, так как был расстроен и не хотел никого видеть.
Питейную лавку пришлось пока закрыть. Нужно было подыскать человека, который торговал бы там вместо Джейсона. Совершенно не зная, чем заняться, Котти брел по улице глубоко задумавшись, пока не налетел на кого-то. Не поднимая головы, он пробормотал извинения и хотел было двинуться дальше, но его остановил возмущенный возглас:
– О, господин Старк, вы даже не хотите сказать мне «здравствуйте»? По-моему, это верх невежливости!
Котти остановился и, подняв голову, встретился со взглядом приветливых карих глаз Пруденс Уилкс.
– Пруденс! – воскликнул он и оглянулся в поисках Элис Коэн, но Пруденс была одна. – Бога ради, что вы делаете здесь одна?
– Мне захотелось немного прогуляться, а Элис на этот раз оказалась занята.
– Скалы вряд ли подходят для таких одиноких прогулок, – нахмурился Котти.
– Ерунда! – беспечно возразила она. – Средь бела дня, когда кругом столько людей, что может случиться?
– Все что угодно, Пруденс. Мужчины из района Скал – грубый народ и частенько пристают к женщинам.
– Но пока я шла от дома, а это довольно большое расстояние, со мной никто даже не заговорил, – упрямо сказала она, надув губки.
– Все равно не стоит этого делать.
– По правде говоря, сэр, я надеялась встретить вас. – Пруденс дерзко взглянула на Котти. – Сегодня судьба, должно быть, благосклонна ко мне.
– И чем могу вам услужить, дорогая? – помедлив с ответом, усмехнулся Котти, а за те мгновения, что он молча смотрел на девушку, он понял, что инстинкт не обманул его, – эту женщину так же притягивало к нему, как его к ней.
– Вы могли бы предложить леди чего-нибудь выпить?
– С превеликим удовольствием, Пруденс, – расшаркался Котти.
Ему ничего не оставалось, как предложить ей руку и повернуть обратно к «Короне», где в эту летнюю жару можно было найти приятную прохладу. Разве кто-нибудь мог себе представить, что когда-нибудь Котти Старк будет расшаркиваться перед леди? Конечно, Фейс обучала его хорошим манерам, но, даже усвоив их, он никогда не предполагал, что ему когда-нибудь пригодятся эти знания.
– У меня есть бутылка хорошего французского вина, как вы на это смотрите? – предложил он, подойдя к бару, когда они вошли в таверну.
– Это будет восхитительно, Котти! – откликнулась Пруденс без всякого смущения.
Взяв бутылку и два стакана, Котти понес их к ближайшему столику, а когда обернулся, Пруденс все еще стояла у стойки.
– Пруденс?
– Думаю, вы могли бы показать мне свои апартаменты.
У него учащенно забилось сердце, но ему удалось сохранить самообладание.
– Боюсь, это покажется слишком дерзко с моей стороны.
– Об этом не беспокойтесь. – Она дразняще улыбнулась. – Или, быть может, вы меня считаете развязной?
– Вовсе нет. Честное слово, Пруденс. – Он взял бутылку и стаканы. – Однако моя комната – это комната одинокого мужчины и совсем не подходит для леди.
– Убеждена, что она ничуть не хуже, чем та квартира, в которой живем мы с Элис. – Она скорчила гримасу. – В Лондоне даже уличные нищие живут в лучших условиях.
– Сидней не Лондон. Быть может, когда-нибудь он и станет таким, но этот день еще очень далеко, – просто ответил Котти, немного удивившись, откуда ей известно, как живут лондонские нищие.
В его комнате, кроме узкой кровати, стояли комод для белья, небольшой стол и единственный стул, к которому Котти и подвел Пруденс. Сам же он сел на кровать, испытывая некоторую неловкость оттого, что это моментально вызвало в его воображении вполне определенные картины. Тем не менее почему именно его это должно беспокоить? Она сама напросилась.
– За что выпьем, Пруденс? – Налив вина, он поднял свой стакан.
– Ну, – она изогнула дугой бровь, – конечно же, за нас, сэр! За наше знакомство! – Они чокнулись и выпили. – Хорошее вино! – удивилась Пруденс. – Я не ожидала найти в колонии такое отличное вино.
– Таких бутылок отыщется немного, – усмехнулся Котти. – Мне повезло, и я год назад купил ящик. – Он не счел нужным пояснять, что это контрабандный напиток.
– Никак не пойму, как человеку вашего возраста удалось стать владельцем такой большой таверны, – заявила Пруденс, внимательно разглядывая Котти.
– В этих условиях взрослеют быстро, – небрежно заметил Котти. – Без этого не обойтись, если человек хочет выжить.
– Нам всем приходится делать множество всяческих вещей, чтобы выжить, сэр. – На мгновение ее лицо омрачилось, но тут же просияло чарующей улыбкой. – Но давайте не будем обсуждать серьезные проблемы.
– А как поживает ваш молодой офицер из Парраматты? Вы уже виделись с ним? – спросил Котти, удивившись, как быстро от выпитого вина у Пруденс запылали щеки и засверкали глаза.
– О, Ричард подождет!.. – в свою очередь, небрежно бросила она. – Как я уже сказала вам вчера вечером, мы с ним не помолвлены. Откровенно говоря, это просто предлог для моей поездки в Сидней.
Интуитивно Котти почувствовал, что в Лондоне ее, должно быть, преследовала полоса неудач и поездка сюда, вероятно, была чем-то вроде изгнания, постоянного или временного, до той поры, когда дома что-то произойдет и все встанет на свои места.
– Не будем говорить о Ричарде, – добавила Пруденс.
– Тогда о чем же нам говорить?
Она протянула руку через разделявшее их узкое пространство и нежно коснулась кончиками пальцев его щеки. Его сердце бешено застучало, во рту пересохло, и Котти почувствовал, как его с ног до головы обдало жаром. Котти не был девственником, первой его женщиной стала осужденная вдвое старше его. Это случилось, когда Котти стукнуло шестнадцать. Он был красивым, мужественным и хорошо одевался, так что при желании и наличии свободного времени не испытывал недостатка в женском обществе. Но партнершами его становились преимущественно доступные женщины с соответствующими манерами, и среди них, естественно, не было ни одной, кого он мог бы поставить рядом с Пруденс – на вид настоящей леди. Хотя сейчас она вела себя так же развязно, как любая проститутка из Скал.
Но стоит ли над этим задумываться? Главное – не упускать представившийся шанс! Это правило верно служило ему в деловых отношениях, так почему бы не применить его и к данной ситуации? Но прежде чем Котти четко сформулировал свою мысль, она уже потеряла актуальность. Осушив свой стакан, Пруденс подошла к кровати и, сбросив шляпу, наклонилась и поцеловала Котти. Ее черные волосы опутали его лицо ароматной сетью, а ее губы, хранившие терпкий вкус вина, были теплыми и мягкими, и его руки непроизвольно потянулись к ней и привлекли поближе. А еще через секунду Котти почувствовал под одеждой упругость ее груди. Желание как лихорадка охватило Котти, и его поцелуи становились все более жадными.
– Мне нравится заниматься любовью, – шепнула ему на ухо Пруденс, оторвавшись от его губ, – я скучала по этому занятию долгих восемь месяцев. Все мужчины на корабле были грубыми сквернословами, и от них дурно пахло. Знаю, это может показаться непристойным, но я стала мечтать об этом мгновении, как только увидела тебя, Котти, вчера вечером.
Отстранившись от него, Пруденс встала и без всякого стеснения начала раздеваться. Котти же остался сидеть неподвижно, наблюдая за ней, несколько шокированный ее бесстыдством. Когда она, улыбаясь, наконец сбросила последнее, ее тело оказалось гибким, а кожа гладкой и розовой. Так зачем же медлить? Котти вскочил, торопливо освободился от одежды, и через несколько мгновений они уже лежали рядом на узкой кровати. Пруденс оказалась страстной любовницей, ее ничто не сдерживало, и она вела Котти со знанием дела, а он, боясь, что его опыт слишком ограничен, с радостью подчинялся.
– О любовь! Как я тосковала по ней все эти месяцы! – простонала Пруденс, прильнув к Котти и наконец слившись с ним в единое целое, а когда их страсть достигла наивысшей точки, у нее вырвался громкий торжествующий крик.
Немного спустя, почувствовав, как им овладевает усталость, Котти высвободился из ее объятий, лег на спину и погрузился в глубокий сон. Проснувшись, он не сразу вспомнил, что произошло, и на мгновение растерялся, увидев спящую у него на плече женщину. Взглянув в открытое окно, он обнаружил, что солнце уже почти зашло и скоро пора открывать таверну.
– Пруденс… – Котти погладил ее по щеке, – тебе нужно уходить – время открывать «Корону». К тому же не стоит, чтобы все видели, как ты выходишь из моей комнаты, – это может отразиться на твоей репутации.
– Любовь моя, – Пруденс открыла глаза и улыбнулась ему, – со своей репутацией я распрощалась еще в Лондоне.
– Но здесь Новый Южный Уэльс, и, я думаю, ты приехала сюда, чтобы начать все сначала. Как отнесется к этому твой офицер, если слухи дойдут до его ушей?
Затаив дыхание, он ждал ее ответа. Развлекался он с ней с удовольствием, но надеялся, что у Пруденс нет насчет него серьезных намерений и она не попытается привязать его к себе. Поэтому он вздохнул с огромным облегчением, когда она в тревоге вскочила.
– Ты прав! Ричарду не следует знать о моем поведении. Ведь я надеюсь выйти за него замуж. – Пруденс рассмеялась, заметив, что эти слова обрадовали Котти. – Вам, сэр, этого бояться не следует. От вас мне нужно только одно – чтобы вы получили удовлетворение. – Она коснулась губами его щеки. – У меня нет желания обручиться с хозяином таверны. Пусть Ричард всего лишь офицер, но он происходит из богатой семьи, и в один прекрасный день это богатство перейдет к нему.
Пруденс выбралась из постели и принялась одеваться. Надев сорочку и натянув чулки, она замерла и вопросительно взглянула на Котти.
– Мы можем как-нибудь повторить, если тебе захочется.
– А как же Ричард? – рассмеялся Котти, натягивая бриджи.
– Ерунда!.. То, чего он не знает, его не касается. А кроме того, Ричард, если только он не изменился со времени нашего знакомства в Лондоне, в некотором смысле формалист, для него постель – это всего лишь средство делать сыновей.
– В этой постели тебе всегда будут рады, Пруденс, – тихо произнес Котти.
Одевшись, Котти вышел из комнаты, окинул взглядом зал, желая убедиться, что там никого нет, и уже повернулся, чтобы вывести из комнаты Пруденс, когда услышал, как его окликнули:
– Котти?
Резко обернувшись, он увидел Хоуп, которая с подоткнутой юбкой и босиком неслышно выходила из-за прилавка.
– Котти, мама спрашивает… – У нее перехватило дыхание, и, не договорив, она уставилась куда-то за его спину.
Не оборачиваясь, Котти понял, что за ним на пороге его комнаты стоит Пруденс. Хоуп побледнела, с ужасом взглянула на него, повернулась и убежала.
– Проклятие! – пробормотал Котти, провожая ее растерянным взглядом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мечты сбываются - Мэтьюз Патриция



Роман классный и действительно исторический. Есть ошибка в аннотации, ГГ не предпочитал младшую сестру
Мечты сбываются - Мэтьюз ПатрицияЭля
20.02.2014, 6.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100