Читать онлайн Блаженство страсти, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4.75 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Блаженство страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Было одиннадцать часов вечера, и в военном лагере царил хаос. Люди суетились, крики солдат и ржание лошадей наполнили ночь режущей ухо какофонией.
На Нейла, поспешно укладывавшего в походный мешок одежду и прочие вещи, все это действовало тем сильнее, что он только наполовину был занят сборами, а другая половина его мыслей была занята Джессикой Мэннинг и событиями предыдущей ночи.
– Чертов приказ! – возмутился Прайс, швырнув свой мешок на койку. – Они что, считают, что я смогу запихнуть все свои шмотки в этот клятый мешок? Я, значит, должен бросить свои бутылки, книги о Диком Западе и вообще все любимые вещи?
Кейдж отозвался на эту вспышку раздражения смехом, похожим на ржание, но на этот раз его смех не вызвал у Нейла раздражения. Он понимал, что оба его соседа находятся во взвинченном состоянии.
Он кончил собирать мешок, когда, откинув завесу, заменявшую дверь, появился Том Фэррел с удрученным лицом.
Прайс обернулся к нему:
– Привет, Фэррел! Жаль, что ты не попал в число отбывающих. Вот не повезло-то!
Тот уныло кивнул:
– Угу. Я зашел пожелать вам всего наилучшего, ребята. Разделайтесь за меня с парочкой испанцев, ладно?
– Разумеется, compadre, – отозвался Прайс, жестом изобразив, что отражает удар и делает смертоносный выпад штыком.
Фэррел подошел к Нейлу.
– Хочу проститься, Нейл.
Тот кивнул и несколько смутился, заметив растерянность в глазах Тома.
– Понимаю, что ты чувствуешь, и представляю, что чувствовал бы я, если мне пришлось остаться.
И в то же время Нейл понимал, что лжет. Всего несколько дней тому назад ему страстно хотелось отправиться на Кубу, но теперь все изменилось. Теперь, окажись он перед выбором, он счастлив был бы никуда не ехать и остаться подле Джессики. Однако он понимал, что не должен распространяться на эту тему – товарищи посмотрели бы на него с подозрением, а про себя решили бы, что он трус.
Фэррел пожал плечами, уныло улыбнувшись.
– Я в полной форме, – он указал на свой мундир, – а пойти некуда.
Нейл хлопнул Тома по плечу.
– Мне будет не хватать тебя, Том. Ты славный человек. Я был бы счастлив, если бы мне довелось сражаться рядом с тобой.
Фэррел посмотрел на свои сапоги. – Ну, если мы не встретимся на Кубе, Нейл, давай не терять друг друга из виду. У тебя есть мой нью-йоркский адрес. Когда война закончится, может, мы с тобой сойдемся поближе. Нейл улыбнулся: – Я бы с радостью, Том. А ты будь осторожен.
Фэррел помахал рукой и вышел.
Нейл, повернувшись спиной к своему мешку, размышлял, встретится ли он с Томом после войны? Будет ли он, Нейл, в живых, а если и будет, то не станет ли калекой?
При мысли о том, что его могут изувечить, может быть, отнять ногу или руку, Нейл болезненно сглотнул. Если случится что-то подобное, как отнесется к этому Джессика? Будет ли он по-прежнему ей желанен, захочет ли она выйти за него замуж?
«Боже милостивый, – подумал Нейл, – я должен оставить эти черные мысли. Надо поторапливаться со сборами, думать только о том, что требуется делать в данную минуту».
В палатку просунул голову капитан Тэннер. – Побыстрей, ребята! Пошевеливайтесь! Нейл взял свои вещи и вместе с Прайсом и Кейджем отправился на место сбора, где они должны были ждать поезда для отправки в порт. Там их погрузят на пароход и отправят на Кубу.
В полночь Нейл среди других «Лихих ковбоев», готовых к отплытию, все еще стоял у железнодорожных путей в ожидании поезда.
Теперь, когда возбуждение улеглось, большинство принялось ворчать и жаловаться. Некоторые, вскрыв колоды карт, составили импровизированные партии; несколько офицеров, собравшись небольшой группой, пытались с чувством петь старинные песни.
Нейл сидел на своем походном мешке, пребывая в состоянии дремотной скуки. Куда, к чертям, подевался поезд? Может, он хочет чересчур многого, но хорошо бы хоть что-нибудь произошло и поезд прибыл как можно скорее.
Сидевший рядом с ним Прайс ворчал:
– То пошевеливайтесь, то ждите! То пошевеливайтесь, то ждите! Вот из чего состоит история чертовой армии под командованием этого человека!
Кейдж, тоже сидевший поблизости, поедал большую плитку ирисок, при виде которой у Нейла вдруг проснулся аппетит. Ужинал ли он сегодня? Он не мог вспомнить. Проклятие, мозги у него совсем размягчились.
Опустив голову на скрещенные руки, он постарался отгородиться от шума вокруг и принялся размышлять о Джессике. Чем она занята сейчас? Думает ли она о прошлой ночи? Боже, прошлая ночь! Какое чудо! И вот сейчас – опять ночь: ожидание на железнодорожных путях с толпой усталых и сердитых людей; они ждут поезда, который, кажется, никогда не придет.
Прошел уже битый час, а поезда все не было. Потом наконец раздался приказ перейти на другой путь, неподалеку от первого.
Воспрянув духом от возможности наконец-то уехать, все подхватили свои мешки и промаршировали на другой путь, но и там не было никакого поезда, и опять они безропотно уселись и стали ждать.
Нейл, совсем засыпая, свернулся клубочком на траве возле насыпи и положил голову на вещмешок. Проснулся он час спустя от шума возмущенных голосов. Поезда не было.
Уже почти светало, когда наконец показался, пыхтя, паровоз состава. Солдаты закричали «ура!», которое тут же перешло в общий разочарованный вздох – они поняли, что это не их поезд, а всего лишь паровоз с вереницей угольных платформ.
Нейл поднялся со своего «ложа» и, покачивая головой от возмущения, стал наблюдать за происходящим. Что за комедия ошибок! Если боеспособность этой армии такая же, как ее организованность, их ждало веселое времечко.
А потом он услышал отрывистый голос полковника Рузвельта, перекрывший все другие голоса, и увидел самого полковника, высовывавшегося из кабины машиниста.
Спустя мгновение он уже вышел из кабины, остановился на ступеньках паровоза и поднял руки, требуя внимания.
– Лихие ковбои! – закричал он. – Я реквизировал этот состав. Он грязный, но он послужит нашему делу. На погрузку – марш!
«Лихие ковбои» яростно вскричали «ура!» и с энтузиазмом принялись грузиться.
Нейл бросил вещмешок на одну из черных от угля платформ и перелез через борт. При этом он потерял равновесие, и когда ему наконец удалось встать, он с ног до головы был покрыт угольной пылью.
Как ни странно, он оказался рядом с Билли Мак-Джинти, плотным низкорослым уроженцем юго-запада.
Из-за множества людей, забравшихся на платформу, Нейл оказался притиснут вплотную к Мак-Джинти, и коротышка ухмыльнулся, увидев его.
– Хэлло, лейтенант. Надо же, где встретились!
Нейл ответил ему такой же ухмылкой и потряс головой.
– Тут что-то с вагонами, Билли, – они как будто нарочно сталкивают нас.
Тот загоготал.
– Вроде того! Хотя я не уверен, что этот ящик для угля можно назвать вагоном. – Придвинувшись к Нейлу, Билли показал рукой, что хочет сказать ему кое-что на ухо, и Нейлу пришлось наклонить голову. – Я не хочу говорить ничего такого громко, чтобы не огорчать ребят, но вы случайно не заметили, лейтенант, что этот так называемый поезд вслед за паровозом пойдет вовсе не туда, куда надо? И как, по-вашему, Тэдди с этим управится?
Нейл, которого уже тошнило от усталости и раздражения, разразился не то смехом, не то мычанием, и стоявшие рядом с ним изумленно глянули на него и отодвинулись.
– Боже мой! Вы правы! – сказал он, разинув рот от удивления.
В этот момент поезд тронулся, и Мак-Джинти сразу получил ответ на свой вопрос – паровоз дал задний ход, вместо того чтобы двинуться вперед.
– Всемогущий Боже! – закричал Мак-Джинти. – Вот Тедди-то учудил! Заставил машиниста пройти весь путь Тампы задним ходом.
Именно так и поступил Рузвельт. Паровоз медленно толкал вереницу угольных платформ к Тампе, и наконец, проделав девять миль, «Лихие ковбои», черные от угля, но исполненные отваги, прибыли в порт.
Пристань уже была переполнена солдатами, ожидающими посадки на пароходы, и через каждые несколько минут прибывали новые части, пока настил пристани не начал стонать под их общей тяжестью.
Нейл насчитал тридцать транспортных пароходов, занятых погрузкой продуктов и снаряжения, но насколько он мог судить по разговорам, никто не знал, на какой именно пароход будет грузиться то или иное подразделение.
Нейл оглядел людей, стоящих вокруг. Вид у них был весьма комичный. Угольная пыль покрывала их лица, руки и одежду, и от этого они казались негритянской актерской труппой, изображавшей солдат. Но Нейлу было не до смеха: он слишком устал и был сердит. Во всем происходившем было что-то от фарса. Неужели вся война будет такой же?
Невдалеке, среди толпы, он заметил Прайса и Кейджа и с трудом пробрался к ним.
Прайс горестно покачал головой:
– Боже, мы еще ни на йоту не приблизились к Кубе, а я уже вымотался!
Нейл про себя улыбнулся. Наверное, так оно и есть, потому что на этот раз Прайс отказался от своей ужасной манеры подражать в разговоре выходцам с Запада.
– Все это смешно, – проворчал Кейдж. – Почему, черт возьми, мы стоим здесь? Почему не можем сесть на борт?
Прайс прорычал:
– Потому что не знаем, на какой именно пароход садиться! Они, как всегда, здорово напортачили. Насколько я понимаю, здесь никто ничего не знает.
В этот момент Нейл с высоты своего роста разглядел, что на краю пристани стоят Вуди и Рузвельт и о чем-то разговаривают. Потом они разошлись в разные стороны.
– Вот пожалуйста вам, – сказал Нейл. – Я только что видел полковников Вуди и Рузвельта, они совещались. Теперь они разошлись в разные стороны. Может быть, сейчас все наладится.
– Очень надеюсь на это, – брюзгливо сказал Прайс. – Я хочу есть, я устал и зол как черт. Я вступил в армию этого человека, чтобы воевать, а не плясать на какой-то треклятой пристани.
Прошел еще один томительный час; к уже переполненной пристани прибывали все новые и новые солдаты; и тут наконец Нейл, который оказался уже у самого края причала, увидел, как полковник Вуди прыгнул в моторную лодку. Лодка, взревев, умчалась по направлению к большому пароходу, как раз в это время входившему в гавань. Нейл рассмотрел его название – «Юкатан», – написанное на борту, и задался вопросом, что намеревается сделать полковник Вуди.
И тут он услышал знакомый голос полковника Рузвельта:
– «Лихие ковбои»! Слушай мою команду! Разберись по подразделениям! Быстрее, ребята!
Быстро, насколько позволяла переполненная пристань, «Лихие ковбои» выполнили приказ. Наконец, когда они были в полной готовности, полковник Рузвельт строем подвел их к краю пристани. Оказавшиеся у самого края с трудом удерживались, чтобы не упасть в воду.
Нейл, чья усталость совершенно прошла под воздействием всеобщего напряженного ожидания, следил за тяжеловесным «Юкатаном», входящим в порт. Пароход причалил, спустили трап, и полковник Рузвельт приказал своим «ковбоям» грузиться. Нейл с товарищами поспешил выполнить приказание. Когда все оказались на борту, Рузвельт велел поднять трап.
Нейла удивила эта поспешность, но он скоро получил ответ на этот вопрос: на причал ворвался какой-то офицер и закричал Рузвельту:
– Сэр, вы ошиблись! Этот пароход предназначен для Второго регулярного пехотного полка и Семьдесят второго полка нью-йоркских добровольцев.
Нейл видел, как Рузвельт ухмыльнулся и на лице его появилось победоносное выражение.
– Я страшно извиняюсь, старина, – прокричал он в ответ, – но ведь мы вроде как захватили его, не так ли?
Офицер на пристани в бессильной ярости потрясал кулаками, лицо его побагровело. Но очень скоро ему пришлось ретироваться вместе со своими солдатами, на которых градом посыпался уголь: «Лихие ковбои» брали его из бункеров «Юкатана».
Полковник Рузвельт повернулся к своим людям.
– Ну вот, «Лихие ковбои», у нас есть пароход, – заявил он.
Вокруг раздались одобрительные возгласы, и тут внимание Рузвельта привлекло что-то происходящее на пристани. Нейл подошел ближе к поручням посмотреть, что там случилось. На пристани среди солдат он увидел двоих людей в штатском, рядом с ними стояла огромная тренога и камера.
Рузвельт перегнулся через поручни:
– Ребята, что вы тут делаете?
Один из них, сложив ладони рупором, крикнул:
– Мы из компании «Витограф», полковник Рузвельт. Мы хотим отправиться на Кубу и снять фильм о войне.
Рузвельт махнул рукой:
– Тогда давайте оба сюда!
Снова спустили трап, и Нейл вместе с остальными «Лихими ковбоями» в изумлении наблюдал, как операторы волокли на борт свое оборудование.
Когда Рузвельт и вновь прибывшие проходили мимо, Нейл услышал, как полковник, усмехнувшись, сказал:
– С целой армией мне, наверное, не справиться, но еще с двумя как-нибудь управлюсь.
Кейдж, стоявший рядом с Нейлом, восхищенно покачал головой:
– Не знаю, каким командиром Тедди будет в бою, но как добиться популярности – в этом он понимает.
Полковник Рузвельт и операторы прошли дальше на палубу, и Нейл услышал клич полковника: – Вперед, ребята, на Кубу!
Очнувшись, Джессика ощутила сильную боль и увидела, что находится в незнакомой комнате. Сначала ей показалось, что это сон, и ее охватило то особенное чувство растерянности, которое всегда появляется у человека, внезапно проснувшегося в незнакомой обстановке.
Она сделала глубокий вдох и попыталась сесть, но тут же почувствовала сильнейшую боль в голове. Испустив громкий стон, она упала навзничь. Где она? Что она здесь делает? И как сюда попала? Странно, но никаких подробностей она не помнила.
Услышав громкий стон Джессики, какая-то молодая женщина с лампой в руках вошла в комнату. Джессика прикрыла глаза от света. Женщина была ей незнакома.
– Где я? – слабо спросила Джессика.
– Ш-ш-ш, не нужно разговаривать. – Незнакомка поставила лампу на туалетный столик, и Джессика увидела, что комната маленькая, но опрятная и приятно обставленная, и что молодая женщина хорошо одета и очень привлекательна.
Джессика опять заговорила:
– Как я сюда попала? Что со мной случилось? Молодая женщина присела на кровать рядом с Джессикой.
– А разве вы не помните? Вы ушиблись во время пожара. Сорвавшаяся с привязи лошадь сбила вас с ног и ударила по голове.
Джессика попыталась вспомнить. Пожар? Сорвавшаяся лошадь? Почему она ничего не помнит? Ей стало страшно.
Должно быть, смятение выразилось на ее лице, потому что молодая женщина взглянула на нее с тревогой.
– Вы совсем ничего не помните? – ласково спросила она.
Джессика осторожно кивнула.
– Но меня-то вы помните? Я – Мария Мендес. Мы познакомились на балу в отеле «Залив Тампа». По вине вашего спутника я пролила стакан пунша на ваше платье.
Джессика почувствовала, что на глаза ее навернулись слезы, и попыталась сморгнуть их. Как только она пробовала что-либо вспомнить, ее мысли словно погружались в густой туман.
– Сейчас придет доктор, – сказала Мария. – Не бойтесь. Мы ваши друзья. Вы у нас в доме, в Айбор-Сити. Мой брат со своим другом привезли вас сюда, потому что мы живем неподалеку от того квартала, где был пожар. Из-за этого пожара электричество выключено во всем Айбор-Сити, и телефоны не работают. Но мы послали записку вашим родителям. Они, наверное, скоро будут здесь. – Девушка внимательно посмотрела на Джессику. – Вы ничего не помните о пожаре?
Джессика еще раз отрицательно покачала головой.
– А что вы помните?
– Я... я помню, кто я, я помню родителей. – Джессика отчаянно обшаривала свою память, стараясь вспомнить что-нибудь еще, что можно было бы использовать как зацепку, и, к своему ужасу, не могла вспомнить ничего.
Что она делала до того, как начался пожар? Что она делала за последние дни? Бал, о котором упомянула эта молодая женщина, – да, теперь она смутно припоминает тот бал и саму Марию. И что-то еще – красивого молодого офицера... Воспоминание мелькнуло и тут же исчезло.
Она медленно проговорила:
– Бал я помню. И вас я теперь вспомнила. Но я все-таки никак не могу вспомнить, что со мной произошло ночью, и вообще ничего из того, что было за последние дни. Что со мной случилось?
Джессика почувствовала, что предательские слезы опять навернулись на глаза, и, забыв о боли, быстро отвернулась. И опять ее пронзила боль – такая сильная, что девушка вскрикнула.
Наклонившись к ней, Мария, принялась вытирать ей лицо влажной салфеткой. Прикосновение прохладного полотна было приятно, но оно не прогнало страх, который нарастал в душе Джессики.
Дверь опять открылась, и вошли двое молодых людей. Один из них, стройный, темноволосый, смуглый красавец, был очень похож на Марию, и Джессика вспомнила, что она познакомилась с Рамоном, братом Марии, ночью на балу. Почему же, если она помнит такие отдаленные во времени вещи, она не помнит ничего из последних событий?
Второй вошедший был более плотного телосложения, чем Рамон, и, вероятно, немного старше. Он заговорил с Марией:
– Ну и как себя чувствует наша хорошенькая гринга? Доктор Веласкес скоро придет. Он был занят – помогал пострадавшим на пожаре.
Оба молодых человека стояли и смотрели на Джессику. Та смутилась: наверное, она представляет собой необычное зрелище.
– Она не помнит пожара, – проговорила Мария. – Она ничего не помнит о последних нескольких днях. И конечно, это ее огорчает; к тому же у нее болит голова.
Джессика, полежав мгновение с закрытыми глазами, вновь открыла их и взглянула на мужчин. Даже несмотря на боль и смущение, девушка не могла не заметить, что брат Марии очень хорош собой и что он смотрит на нее с нескрываемой тревогой.
– Спасибо вам, что вы принесли меня сюда и ухаживаете за мной, • сказала она. – Ваша сестра рассказала мне обо всем.
Рамон улыбнулся, глядя на нее сверху, и его лицо удивительно преобразилось. Казалось, что в глубине его глаз зажегся свет. Почему-то Джессике подумалось, что он не принадлежит к тем людям, которые часто улыбаются, и от этого его улыбка была еще обаятельнее.
– Это самое малое, что я мог сделать для вас после того, как вы вели себя столь героически.
– Я? – Джессика почувствовала, что страх опять нарастает в ее душе. Что он имеет в виду? Что она сделала?
– Вы не помните? – мягко спросил он. Она задумчиво покачала головой.
– Очень жаль, мисс Мэннинг, потому что вы держались отважно. Вы спасли маленького мальчика, которого придавило тяжелой балкой.
. Джессика недоверчиво посмотрела на Рамона. Как же она смогла поднять тяжелую балку?
– Ну, я немного помог вам с этой балкой. – И молодой человек махнул рукой, словно преуменьшая свои заслуги. – А потом, когда мальчик уже был в безопасности, нас сбила с ног испуганная лошадь. Довольно обескураживающий способ увенчать человека за героизм. Сказала ли вам Мария, что мы послали за вашим отцом?
Джессика слабо кивнула.
Мария отвела прядку волос со лба Джессики. Пальцы у нее были мягкие, прохладные и успокаивающие.
– А теперь вы оба ступайте. Пусть мисс Мэннинг отдохнет, пока не придут ее отец и врач.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция



Затянуто страшно... а это раздражает, знаете ли. Не смогла дочитать.
Блаженство страсти - Мэтьюз ПатрицияКсения
2.06.2014, 10.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100