Читать онлайн Блаженство страсти, автора - Мэтьюз Патриция, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4.75 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Патриция

Блаженство страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Мария положила руки на поясницу и откинулась назад, пытаясь унять боль, которая становилась все сильнее.
День был просто изнурительный. Как только объявили, что войска отплывают на Кубу на следующее утро, городом овладело настоящее безумие. Девушка была рада, что ее смена закончена и можно идти домой. Сумятица в отеле была просто невыносима.
Сняв форменное платье и надев свою обычную одежду, Мария подумала о том, как отбытие войск повлияет на затею с благотворительными балами. Конечно, хотя войска скоро окажутся на Кубе, деньги для них по-прежнему нужно будет собирать, но, интересно, не приведет ли отбытие армии к уменьшению энтузиазма жертвователей?
Переодевшись, Мария вышла из кухонного помещения и стала спускаться по ступенькам. Ее голову занимали совсем другие дела, и поэтому она не замечала Брилла Крогера, пока он не прикоснулся к ее руке.
Боже, подумала она в смятении, только не сегодня. Она слишком устала, чтобы опять сопротивляться ухаживаниям этого типа.
Крогер широко улыбнулся:
– Ах, мисс Мендес. Какая это удача! Да, именно так! Я как раз случайно шел мимо. Могу я иметь честь проводить вас домой?
Мария почти не раздумывала. Теперешнее положение вещей было не совсем таким, как в предыдущий раз. Теперь Крогер был знаком с ней и ее родителями, и девушка вспомнила о своем решении не ссориться с этим человеком. Но все же она не испытывала ни малейшего желания находиться в его обществе и, уж конечно, вовсе не хотела, чтобы ему показалось, будто она поощряет его ухаживания.
Вежливо улыбнувшись в ответ, она слегка покачала головой.
– Благодарю, вы очень любезны, мистер Крогер, но в этом нет необходимости. Я сегодня очень устала, и мое общество ни для кого не может быть интересно.
– Ах нет, я настаиваю, – возразил Крогер, и его улыбка стала еще шире.
Мария не могла отделаться от мысли, что зубы Крогера, белые и ровные, придают его лицу хищное выражение.
– Обещаю, что не стану докучать вам разговорами, если таково ваше желание, но мне очень нужно повидаться с вашим братом, просто необходимо, и мы можем добраться до вашего дома вместе.
Мария глубоко вздохнула. Настойчивость этого Крогера злила ее, и девушка почувствовала, что если она поддастся на его уговоры, это будет означать, что он в каком-то смысле победил. Час от часу не легче! И она опять покачала головой.
– Нет, мистер Крогер, – твердо сказала она. – Я не хочу быть невежливой, но мне не нужно сейчас ничье общество. Может быть, в другой раз.
Улыбка Крогера не исчезла, но выражение лица его чуть-чуть изменилось – и Мария прекрасно поняла, как он раздосадован.
– Почему вы так холодны со мной? – спросил он. – Я всего лишь хочу побыть в вашем обществе. Вы красивая женщина, а красивая женщина должна быть рядом с мужчиной. Да, именно так!
Говоря это, Крогер положил руку Марии на плечо и довольно сильно сжал его. Девушке стало больно, но она решила не доставлять ему удовольствие, показав это.
– Пожалуйста, уберите руку, сеньор Крогер, – холодно проговорила она. – Я помолвлена, а вам должно быть известно, что кубинские женщины не поощряют проявлений внимания к себе, если они помолвлены.
Улыбка Крогера превратилась в ухмылку.
– Вот как? Странно. Я наводил справки и узнал, что вы совершенно свободны. Зачем же вы лжете? – И он больно завернул ей руку.
Мария почувствовала, что вся дрожит от гнева. Как он смеет? С чего он взял, что имеет право задавать ей вопросы о ее личной жизни? И несмотря на решение не противиться этому человеку, она была уже готова бросить непоправимые слова, когда вдруг заметила, что к ним кто-то приближается. Это был молодой человек, лейтенант в форме «Лихих ковбоев». Он был высокого роста, светловолосый; на его тонком лице с высокими скулами читалось неодобрение. Мария поняла, что он может подумать о происходящем, и вся вспыхнула от сердитого смущения.
Офицер подошел ближе, и Крогер, рассмотрев его, отпустил руку девушки и отступил от нее на шаг. На лице его появилось добродушное выражение – показное, потому что выражение глаз не изменилось.
– С вами все в порядке, мисс? – спросил лейтенант, глядя то на Марию, то на Крогера.
– С этой молодой леди все в порядке, – тут же ответил Крогер. – Вам не о чем беспокоиться, лейтенант.
Офицер нахмурился.
– Боюсь, что вопрос задан не вам, сэр. Я обратился к молодой леди.
Крогер проговорил надменно:
– Я же сказал вам, с ней все в порядке, не так ли? Можете не беспокоиться. Поберегите вашу отвагу для будущих сражений.
Офицер натянуто улыбнулся:
– Я вижу, вы не в военной форме, сэр. Полагаю, дело в непригодности к службе. Мне бы очень не хотелось ударить человека, не годного к военной службе, но если вы не позволите этой молодой леди ответить на мой вопрос самой, я преодолею свое нежелание.
Лицо Крогера потемнело от злости, а лейтенант опять обратился к Марии. Та все еще дрожала от перенесенного унижения. Проклятый Крогер! Как смеет он ставить ее в такое положение?
– Вы хотите, чтобы этот человек ушел, мисс? – любезно спросил лейтенант.
Она молча кивнула, будучи слишком не в себе, чтобы говорить.
Лейтенант повернулся к Крогеру:
– Теперь, сэр, я полагаю, вы удалитесь, прежде чем произойдут неприятности.
Казалось, Крогер вот-вот взорвется от злобы, и у Марии упало сердце. Они подерутся из-за нее здесь, где все могут это увидеть! Девушка пришла в такую ярость, что не могла выговорить ни слова; но Крогер, очевидно, поняв, что взывают к его благоразумию, резко повернулся на каблуках и медленно пошел прочь. Спина у него была жесткой, прямой, как доска. Мария поняла, что нажила себе серьезного врага, но в то же время обрадовалась, что теперь ей больше не придется быть притворно-вежливой с этим человеком.
Молодой офицер слегка поклонился, держа в руке широкополую шляпу.
– Лейтенант Том Фэррел, к вашим услугам, мэм. – Он замолчал выжидающе, и Мария поняла, что молодой человек хочет услышать ее имя.
– Мария Мендес, лейтенант, – быстро ответила она. – И я очень благодарна вам за помощь, хотя, право же, не стоило беспокоиться. Я могла справиться и сама.
Он покачал головой.
– Может, смогли бы, а может, и нет. Вы не знаете людей такого сорта, мисс Мендес, а я знаю. Я уже встречал таких, и это всегда были весьма опасные люди. Я видел, как этот вот, Брилл Крогер, ходил, крадучись, вокруг отеля, деловитый, как бобер, и ловкий, как лисица. Признаюсь, я был озадачен. Что у него с вами общего?
– На самом деле – ничего, сэр, – вздохнула Мария. – Я слишком устала, чтобы обсуждать это теперь, лейтенант. Мне нужно идти домой. Может быть, в другой раз.
Он внезапно усмехнулся, и от широкой улыбки лицо его стало совсем молодым.
– Я понимаю, мисс Мендес, но не кажется ли вам, что этот Крогер может перехватить вас, так сказать, по дороге к дому? Я буду счастлив подвезти вас. Моя лошадь привязана с другой стороны отеля.
Мария чувствовала себя подавленной и какой-то разбитой после стычки с Крогером. К тому же она испытывала симпатию к этому молодому человеку с вежливыми манерами и красивым лицом.
– У меня есть мой собственный конь, – медленно проговорила она, – но если вам нетрудно проводить меня...
Его лицо просияло.
– Господи, да я буду чувствовать себя куда лучше, если смогу увериться, что вы благополучно добрались до дому.
Он прошел вместе с ней до того места, где был привязан Мигелито, помог девушке усесться в седло, а потом обвел Мигелито вокруг отеля туда, где была привязана его лошадь.
По дороге к дому Мендесов лейтенант Фэррел говорил очень мало, но молчание его не было напряженным: присутствие молодого человека и в самом деле действовало на Марию успокаивающе.
Когда они наконец добрались до ее ворот, Мария еще раз поблагодарила лейтенанта за любезность; казалось, ему не хочется уходить, и он стоял, вертя шляпу в руках. Мария вдруг поняла, о чем он хочет ее попросить, и, как ни странно, ей это было приятно.
– Я не хочу брать на себя смелость, – начал он. – То есть я не хочу, чтобы вы подумали, будто я такой же, как Крогер. Однако... ну, мне хотелось бы еще раз увидеть вас, мисс Мендес. Возможно ли это?
Мария подумала, прежде чем ответить. Ее потянуло к этому светловолосому американцу, и инстинкт подсказывал девушке, что его бояться нечего. Это был хороший человек, но все же он не принадлежал к латинской расе: ее семья и друзья, конечно, не одобрят никаких отношений между ними.
В то время как девушка размышляла, он бросил на нее удрученный взгляд, и глаза его помрачнели. Мария поняла, что он готовится с твердостью принять ее отказ.
– Да, – быстро проговорила она. – Завтра, после того, как я закончу работу, если хотите. – А потом добавила, вспомнив: – Но разве вы не отбываете на Кубу? Я думала, что «Лихих ковбоев» уже отправляют. Эту новость знают все в отеле.
Том отвел глаза, и девушка заметила, как он напрягся.
– Кое-кто из наших отбывает, это верно. – Голос молодого человека звучал подавленно. – Генерал Шефтер решил, что на пароходах хватит места только для трех четвертей наших людей. Я не попал в число отобранных.
Хотя Мария и почувствовала облегчение, услышав эту новость, она не могла не заметить, как он разочарован.
– Это, наверное, настоящий удар для вас, – сказала она сочувственно.
Том кивнул и посмотрел на нее.
– Да, это так. Но даже те, кто отбывает, будут разочарованы. Генерал Шефтер объявил также, что на пароходы не возьмут лошадей, за исключением лошадей старших офицеров. Представляете? Ну и дела. Кавалеристы без коней. – Он потряс головой и слегка улыбнулся. – Что ж, по крайней мере, не попав на борт, я получил возможность познакомиться с вами и теперь буду с нетерпением ждать завтрашнего дня. – Том Фэррел застенчиво теребил в руках шляпу. – Доброй ночи, мисс Мендес.
Нахлобучив шляпу, лейтенант вскочил в седло и, держась очень прямо, уехал.
Мария постояла немного, глядя ему вслед. Какие странные эти мужчины! Как рвутся они в бой, к славе, к опасности!
Войдя в дом, Мария еще с порога услышала громкие голоса спорящих. В гостиной девушка заметила братьев и Карлоса Чавеза, увлеченных разговором. Сердце у нее упало, когда она поняла, что они обсуждают тактику, к которой нужно прибегнуть, чтобы отомстить за нападение на штаб клуба и за гибель Сергио.
Мужчины, занятые разговором, почти не обратили внимания на Марию, когда она проходила через комнату. Опять насилие и кровопролитие, подумала девушка. Разве недостаточно, что Сергио умер? Неужели нужно усугублять положение, чтобы пролилось еще больше крови?
Мария поздоровалась с матерью, хлопотавшей на кухне, прошла в свою комнату и закрыла дверь, чтобы не слышать возбужденных мужских голосов. Девушка прилегла немного отдохнуть, но сразу же уснула. Когда она проснулась, в доме было тихо; только в воздухе носились аппетитные запахи стряпни миссис Мендес.
Плеснув на руки и лицо холодной водой, Мария причесалась и пошла на кухню взглянуть, не нужно ли помочь матери.
Раскрыв кухонную дверь, она с удивлением увидела, что у обшарпанного деревянного стола сидит Карлос Чавез и разговаривает с ее матерью. Увидев Марию, он улыбнулся и встал.
– Мария! Я поджидал тебя.
Заметив понимающую улыбку матери, девушка вспыхнула.
– Как это мило с твоей стороны, Карлос. Ты и братья были так увлечены разговором, когда я вошла, что, кажется, даже не заметили меня.
Его улыбка стала шире.
– Нет, я заметил тебя, Мария. У моей матери не было слепых сыновей. Глупые, может, и есть, но не слепые.
Мария не могла не засмеяться; она отдохнула, и к ней вернулись ее обычная энергия и добродушие. Карлос умел общаться с людьми, умел поднять им настроение. Карлос и лейтенант Фэррел – хорошие люди, и конечно, этих двоих более чем достаточно, чтобы примириться с существованием дурных людей, таких как Брилл Крогер.
– Скажи-ка, – продолжал Карлос, – не хочешь ли ты пройтись со мной, а, Мария? – И, заметив, что та бросила быстрый взгляд на мать, добавил поспешно: – Я уже спросил у твоей мамы. Правда, мамочка?
Инес Мендес покраснела, потом добродушно рассмеялась:
– Да, да! Пойдите прогуляйтесь вдвоем и не мешайте мне готовить. Возвращайтесь через час, к тому времени обед будет готов. Ты поешь с нами, Карлос, да?
– С удовольствием. Пойдем, Мария. Давай не будем терять время.
Рассмеявшись, Мария позволила Карлосу взять себя за руку и увести из кухонной жары на улицу, обвеваемую прохладным вечерним ветерком.
Мария и Карлос рука об руку пошли по улице. Близость Карлоса рождала ощущение настоящего покоя и безопасности. Мария ощущала его особенный мужской запах, но еще сильнее она ощущала тепло руки, которой Карлос удерживал ее рядом с собой.
– Ах, Мария, – сказал он, обратившись к ней лицом и улыбаясь, – как хорошо. Как спокойно. Если бы я знал, что ты превратилась в такую замечательную красавицу, я бы вернулся гораздо раньше. Честное слово.
Эти с легкостью произнесенные лестные слова почему-то не смутили девушку. Они даже как-то согрели ее. Она улыбнулась шаловливой улыбкой.
– Я приятно удивлена, Карлос. Кто бы мог подумать, что этот ужасный мальчишка, который когда-то дразнил меня и вечно бряцал под окнами на своей гитаре, превратится в такого обаятельного мужчину, который к тому же прекрасно играет на гитаре?
Карлос добродушно рассмеялся:
– Обаятельного – и только-то? Но ты, конечно, права. Ты должна послушать, как я теперь играю. Скоро такая возможность представится. Моя группа, «Лос Компаньерос», нашла работу. Начнем завтра вечером. Может, захочешь прийти нас послушать? Со всей семьей. Я договорюсь с хозяином ресторана «Лас Новедадес». Хочешь, Мария?
Девушка кивнула:
– Будет справедливо, если мы дадим тебе возможность показать нам, чего ты достиг. Но только не завтра вечером, Карлос. На завтра я уже условилась о встрече.
Он посмотрел на нее, не скрывая разочарования, но ни о чем не стал спрашивать, за что Мария была ему благодарна. Карлос был джентльменом – еще одна черта, делавшая ему честь.
Они прохаживались и болтали в течение всего отведенного им часа, а потом опять направились к дому Мендесов.
Когда они почти уже подошли к дому, Карлос неожиданно замедлил шаги и повлек Марию под нависшие ветви раскидистого дерева, росшего на пустыре.
– Что ты делаешь, Карлос? – спросила девушка, чувствуя вдруг накатившее на нее волнение; сердце ее забилось.
– Я хочу тебя поцеловать, Мария, – спокойно ответил молодой человек, притягивая ее к себе, пока она не почувствовала, что ее груди прикоснулись к ткани его куртки, пока не ощутила тепло его дыхания на своем лице и жар его тела.
У Марии было достаточно времени, чтобы воспротивиться или протестовать, если бы она хотела, но она не хотела. Девушка позволила Карлосу обнять себя, и он обнял ее так, что она чуть не задохнулась. Его губы припали к ее губам со страстью и одновременно очень нежно, и Марии показалось, что ее душа с этим поцелуем устремилась к Карлосу.
Поцелуй длился долго, и наконец Мария высвободилась; не потому, что ей так хотелось, но потому, что она испугалась – что же будет дальше, если поцелуй продлится?
– Мария, – прошептал Карлос ей в волосы. – Мария, я, наверное, заговорил слишком рано, но я должен сказать тебе, что я чувствую. Я люблю тебя, Мария. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, стала моей женой. Я не требую, чтобы ты отвечала мне прямо сейчас, сию минуту. Я понимаю, что для тебя это неожиданность. Но ты обдумаешь мое предложение? Ты подумаешь о нем?
Он немного отстранился от нее, и девушку охватили противоречивые чувства. Ей нравился этот сильный, добрый, красивый человек. Но выйти за него замуж? Ведь брак – это навсегда. Любит ли она его? В душе Марии царила полная сумятица, и девушка сама никак не могла понять, что чувствует. Но Карлос ведь и не требовал ответа прямо сейчас, он просил только, чтобы она согласилась подумать. Да разве сможет она не думать об этом!
– Да, Карлос. Ты прав. Это очень неожиданно, слишком неожиданно, чтобы я успела разобраться в своих чувствах. Но, вне всяких сомнений, я серьезно подумаю над твоим предложением.
Он широко улыбнулся, и от глаз его сразу разбежались морщинки.
– Ах, Мария, любовь моя! – Он порывисто прижал ее к себе. – Это все, о чем я сейчас прошу тебя.
Мария чуть не задохнулась в его пылких объятиях. Она улыбнулась: несмотря на смятение, она была очень счастлива.
Рука об руку вернулись они домой.
Пробудившись от беспокойного сна, Джессика сначала не поняла, где находится, но потом, почувствовав, что ее одежда полна колких песчинок, все осознала. Она быстро повернула голову, чтобы взглянуть на Нейла, который все еще спал подле нее на одеяле.
Так много, так много ей нужно было вспомнить – все, что случилось вчера днем и вчера ночью, все, что закончилось ее близостью с Нейлом, близостью, которая, конечно, изменила ее жизнь навсегда.
Она одновременно и обрадовалась, и испугалась. Испугалась того, что скажут ее родители, – она ведь провела целую ночь с Нейлом. Впервые в жизни Джессике придется солгать им, потому что она ни за что не признается в происшедшем. Но они поймут, они должны понять – Нейл не виноват в том, что им пришлось заночевать на острове; она, разумеется, тоже в этом не виновата. С каждым порой происходят всякие неожиданности.
Она повернулась на бок, чтобы получше разглядеть лицо спящего Нейла. Во сне его лицо смягчилось: оно казалось более молодым, более незащищенным и очень красивым. Сердце ее было переполнено, и огромная нежность охватила девушку. Если бы только ему не нужно было уезжать! При мысли о том, что его могут ранить, слезы обожгли ее глаза. Но не надо думать об этом, решила она, надо думать только о том, что все будет хорошо, как только Нейл вернется.
А потом в голову Джессики закралась другая, неприятная мысль. Что подумает о ней Нейл теперь, после того, что они сделали? Не разлюбит ли он ее, не утратит ли к ней уважение?
Не желая дальше размышлять на эту тему, Джессика поднялась, стряхнула сыпучий песок с платья и белых чулок. И тут, посмотрев на море, она заметила лодку, приближавшуюся к острову. Наверное, это ее родители или по крайней мере спасательная группа, отправленная на поиски ее и Нейла.
Сердце Джессики забилось, она наклонилась и потрясла Нейла за плечо.
– Нейл! Нейл! Проснись! К нам идет лодка!
Молодой человек невнятно пробормотал что-то и перевернулся на живот. Ей пришлось еще какое-то время трясти его и расталкивать, прежде чем он проснулся. Когда он наконец пришел в себя, то посмотрел на Джессику с улыбкой, от которой сердце ее подпрыгнуло в груди. Все сомнения относительно его чувств исчезли от одной этой улыбки.
– Джесси, – прошептал Нейл. – Это все было на самом деле или мне приснилось?
Джессика почувствовала, что лицо ее жарко вспыхнуло, и она не могла заставить себя встретиться с ним глазами.
– Лодка подходит, – прошептала она, словно их кто-то мог услышать. – Наверное, это ищут нас.
Нейл пришел в себя окончательно.
– Я считаю, лучше бы они вообще не появлялись, Джесси, и мы могли бы остаться здесь навсегда. – Он говорил вполне серьезно, и его взгляд при этом не отрывался от ее лица.
– Я тоже хотела бы этого, Нейл, – отозвалась она. А потом, чтобы все стало на свои места, добавила: – Хотя, наверное, мы бы скоро начали испытывать голод и жажду. Любовью сыт не будешь.
Он усмехнулся и вскочил на ноги.
– Ладно, если это едут за нами, нам лучше привести себя в приличный вид, насколько это возможно. – Он взял ее за руку. – Прежде чем нас спасут, я должен сказать тебе: я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Как только война на Кубе закончится, я вернусь. Ты ведь обязательно выйдешь за меня, Джесси, правда же?
Девушка кивнула; говорить она не могла, потому что Нейл заключил ее в объятия.
– Что же касается этой ночи – я знаю, что твои родители огорчатся. То есть из-за того, что мы были здесь ночью одни. И все такое. Наверное, лучше сказать им, что мы хотим пожениться. Может, от этого им станет легче.
Джессика изо всех сил прижала Нейла к себе, ей страшно хотелось, чтобы она могла всю жизнь держать его так, чтобы не было никакой войны, чтобы никакая лодка не приближалась к ним так неотвратимо.
– Они поймут, – проговорила она с уверенностью, которой отнюдь не ощущала. – Я хорошо их знаю.
Нейл покачал головой.
– Я не уверен, Джессика. Родители, особенно отцы, к таким вещам относятся странно. Я только надеюсь, что они не станут особенно усложнять тебе жизнь. Боже мой! Как мне не хочется уезжать! Как вспомню, как я жаждал оказаться среди тех, на кого падет выбор...
Джессика улыбнулась в ответ, чтобы успокоить и его, и себя, а затем принялась разглаживать свою юбку и приводить в порядок волосы при помощи расчески Нейла.
Когда лодка подошла к прогнившему причалу, Джессика и Нейл выглядели настолько аккуратно и прилично, насколько это было возможно после ночи, проведенной на берегу. А потом отец Джессики, с бледным лицом, взъерошенный, пошел по причалу к ним навстречу, и девушка пробормотала коротенькую молитву, прося, чтобы отец не очень гневался и не оскорбил Нейла. Главное, о чем она просила Бога, чтобы отец не сказал, что его дочь уже не совсем та, какой была, когда уходила из дома.
Сцена, разыгравшаяся на берегу, была и тяжелой, и неловкой, но не такой ужасной, как опасалась Джессика.
И Уингейт Мэннинг, и Ройс Лейтон, владелец яхты, которую он одолжил Нейлу, смотрели на молодого человека сурово, а на Джессику укоризненно, но, получив объяснение, судя по всему, успокоились, хотя оба время от времени странно поглядывали на Нейла.
Ройс горестно запричитал, услышав о том, что его яхта затонула.
– Она была в прекрасном состоянии, когда я ее одолжил вам. Не понимаю, что могло случиться, лейтенант Дансер. Я пошлю двоих своих людей поднять лодку. Тогда мы увидим, в чем дело. У вас будут неприятности с командованием, лейтенант?
Нейл вздохнул.
– Не знаю, сэр. Вероятно. Мы отплываем сегодня, и я должен был быть в лагере как можно раньше, чтобы успеть собрать свои вещи. Надеюсь, ко мне отнесутся с пониманием, когда я объясню, что случилось.
– Что ж, постараемся вернуться как можно скорее, – сказал Уингейт Мэннинг, ведя дочь к лодке. – Джессике необходимо поехать домой, принять горячую ванну, а потом лечь. – Он тяжело вздохнул. – Один Бог знает, что она могла подцепить, проспав всю ночь на берегу.
Джессика не поднимала глаз, надеясь, что отец не заметит румянца, появившегося у нее на щеках.
– Я хорошо себя чувствую, папа. Правда. Было вполне тепло, а еды и питья мы взяли с собой достаточно.
Отец, не обратив внимания на ее слова, торопливо усадил дочь в лодку, закутал в одеяло, что показалось Джессике совершенно излишним: утро было уже теплым и влажным. Но она поняла, что отцу необходимо позаботиться о ней, и не возражала.
Обратный путь продолжался, кажется, целую вечность; в лодке царило неловкое молчание, которое девушка не решалась нарушить. Она даже не решалась взглянуть на Нейла, поскольку и отец, и Лейтон, не сводили с них глаз, как хищные птицы. Хотя оба мужчины держались вполне доброжелательно, все же в их поведении чувствовалась легкая подозрительность, и она сильно действовала на Джессику.
По дороге домой она едва смогла улучить мгновение, чтобы проститься с Нейлом. А ему удалось, отведя ее в сторону, спросить потихоньку:
– Я буду писать как можно чаще, Джесси. Ты будешь меня ждать?
Она успела только кивнуть и ободряюще улыбнуться, прежде чем отец взял ее за руку и поспешно увел в дом. На веранде она обернулась, чтобы бросить последний взгляд на уходящего Нейла. На глаза ее навернулись слезы при мысли о том, что она, быть может, видит его в последний раз, если Бог и судьба не будут к ним милосердны.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Блаженство страсти - Мэтьюз Патриция



Затянуто страшно... а это раздражает, знаете ли. Не смогла дочитать.
Блаженство страсти - Мэтьюз ПатрицияКсения
2.06.2014, 10.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100