Читать онлайн Только для мужчин, автора - Мэтьюз Артур Клейтон, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Только для мужчин - Мэтьюз Артур Клейтон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.14 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Только для мужчин - Мэтьюз Артур Клейтон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Только для мужчин - Мэтьюз Артур Клейтон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэтьюз Артур Клейтон

Только для мужчин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

После публикации первой части «Манифеста» – Алекс в конце концов решил печатать его по частям – количество проданных экземпляров «Мачо» резко возросло. Когда же была опубликована третья, заключительная часть, это количество вплотную подступило к двухмиллионной отметке. К тому времени Алекс уже заполучил для «Мачо» нового распространителя. Бен Поуг скрежетал зубами и сыпал угрозами, обещая всем рассказать о вероломстве Марка.
Казалось, росту тиража «Мачо» не будет предела. Кроме розничной продажи, росло и число подписчиков. Рекламодатели ожесточенно боролись за место. Девушки считали большой честью сфотографироваться на разворот журнала – даже большей, чем стать «Мисс Америка».
Известнейшие писатели отдавали в «Мачо» свои лучшие произведения. Алекс платил хорошие деньги. Через пять лет после выхода первого номера гонорар в «Мачо» стал выше, чем в любом другом журнале.
Тираж продолжал расти. В тот месяц, когда журнал отмечал свой пятый день рождения, уровень продаж достиг отметки в пять миллионов экземпляров.
В издательской среде об успехе «Мачо» говорили с нескрываемой завистью.
Конечно, были и проблемы, в первую очередь с цензурой. Несколько раз в год редакция «Мачо» привлекалась к суду. Предвидя это, руководство журнала заключило постоянный договор с одной из адвокатских фирм. Обычно удавалось найти респектабельных литераторов, готовых засвидетельствовать, что публикации «Мачо» имеют «непреходящую литературную ценность» и не нарушают «общепринятых моральных норм».
В худшем случае журнал штрафовали. В нескольких городах на юге был наложен запрет на его продажу. Но каждый раз, когда журнал привлекали к суду или запрещали продавать, его тиражи резко подскакивали вверх.
Именно в эту пору Алекс наконец понял, о чем говорила Эллен в тот памятный вечер.
Алекс переживал своего рода «золотой век», вполне довольный как своей личной жизнью, так и профессиональной карьерой. Эллен оказалась прекрасной женой. У них было двое детей – мальчик и девочка, трех и четырех лет, и они всерьез подумывали о третьем ребенке.
Алекс не мог представить себе лучшей работы и отдавал ей всю свою энергию. А вот Марка, как замечал Алекс, журнал удовлетворял все меньше и меньше. Он становился все более беспокойным.
Однако до тех пор пока Марк как-то не забежал к нему в офис, Алекс не представлял себе степень этого беспокойства.
За минувшие пять лет Марк сильно изменился. Не физически – он по-прежнему оставался худым, как жердь. Все объяснялось тем, что он разбогател. Алекс знал – кстати, неизвестно откуда, должно быть, кто-то ему об этом рассказал, – что Марк уже больше года как стал миллионером.
Он, что называется, пообтесался, одевался с иголочки, переехал в роскошную квартиру близ Центрального парка, да и во всем остальном вкусы у него стали гораздо более изощренными. Кроме еды. Алекс знал, что Марк по-прежнему готов неделями питаться одними хот-догами и безалкогольным пивом. В одном отношении Марк не изменился ничуть: его сексуальный аппетит нисколько не притупился. Алекс знал, что Марк считал большой неудачей, если ему не удавалось переспать с «сеньоритой месяца», снимок которой помещался на развороте журнала. Марк по-прежнему был одинок, и Алекс подозревал, что так будет всегда. Конечно, теперь, когда Марк стал богатым и знаменитым, вокруг него постоянно вились ж…лизы, но как ни любил Марк быть в центре внимания, как ни льстило ему их подобострастие, ни с кем из них он не водил дружбы. То же и с женщинами. В большинстве случаев связь с ними длилась всего одну ночь.
В тот день заглянувший к Алексу Марк беспокойно вышагивал по кабинету.
– Поговорим немного, Алекс? – предложил он.
– Конечно, дружище. Что за вопрос? – Алекс откинулся в кресле и закурил сигару. – О чем ты думаешь?
– Я собираюсь затеять парочку новых проектов и хотел бы узнать твое мнение.
– Валяй!
– Прежде всего я хочу построить собственное здание…
Алекс присвистнул:
– Это влетит в копеечку.
– Не скажи. Я уже все просчитал. Моих собственных денег понадобится совсем немного. Видишь ли, в финансовом мире есть одно правило. Если у тебя есть деньги, ты можешь занять столько, сколько тебе надо. Вот если у тебя нет денег, а они тебе действительно нужны, то ты ничего не получишь. «Мачо» будет финансовым обеспечением…
Алекс в тревоге привстал с кресла:
– Ты ведь не собираешься заложить журнал?
– Нет-нет. В этом нет необходимости. Я создаю корпорацию «Мачо энтерпрайзиз». Журнал станет ее дочерней компанией – конечно, ведущей, но все же дочерней компанией, поскольку у меня есть и другие проекты. Нам нужно иметь собственное здание, Алекс.
– Против этого я ничего не могу возразить. И какое же здание ты собираешься построить?
– Большое, – довольно ухмыльнулся Марк. – В пятьдесят этажей.
– Пятьдесят?
– Да, пятьдесят. Большую часть его займет редакция «Мачо», остальное сдадим в аренду другим фирмам. Верхний этаж – пентхаус – будет полностью моим. – Помолчав, он с вызовом добавил: – Вероятно, кто-то решит, что я страдаю манией величия. Может быть, и так. Но я считаю, что это мне идет.
– Я бы сказал, что ты имеешь право строить подобные планы. Если ты действительно так хочешь… – Алекс развел руками. – Это ведь твои деньги.
– Я так хочу.
Алекс видел перед собой нового Марка Бакнера и не мог понять, когда в нем произошли эти перемены. Возможно, они произошли внезапно, но, скорее, накапливались постепенно, просто Алекс, слишком поглощенный заботами о журнале, не обращал на них внимания. Прежде Марк радовался тому, что есть деньги, чтобы заплатить за квартиру, а теперь он говорит о миллионных расходах.
– Должно быть, ты потратил немало времени на изучение этого вопроса, – сухо сказал Алекс. – Я никогда не считал тебя финансистом.
– Я не финансист. Просто если у тебя есть финансовая база, всегда можно найти того, кто все за тебя сделает. – Усмехнувшись, Марк устроился в кресле. – Тут нужно учесть еще вот что. Эта затея с пентхаусом пойдет на пользу «Мачо». У меня должен быть определенный имидж. Тем, кто покупает и читает «Мачо», я должен казаться сибаритом. Я должен жить так, как они мечтают жить…
– Ты хочешь сказать – как мечтают жить дураки.
– И они тоже. У меня будет круглая кровать, зеркальный потолок, сауна, плавательный бассейн прямо в квартире – в общем, весь набор сибарита.
Алекс засмеялся:
– Да, ты прав. Тот, кто будет покупать «Мачо», скажет себе: вот парень, который умеет жить. – Он выпустил облако дыма. – Ну а во-вторых?
– Что во-вторых?
– Ты говорил о двух проектах.
– Ах, да! – Марк снова принялся расхаживать по комнате. – Я собираюсь создать по всей стране сеть частных клубов. Первый из них разместится в новом здании. Я их назову «кантинами "Мачо"». Сеньориты будут подавать напитки и вообще все будет в мексиканском стиле – как в кантинах в Старом Мехико. Чтобы туда не ходил кто попало, мы установим высокую входную плату и большие членские взносы. Конечно, это будут заведения только для мужчин. И я найму лучших шеф-поваров, чтобы они готовили лучшие блюда. Тогда мы смело сможем принимать посетителей.
Алекс с задумчивым видом курил.
– Что ж, из этого может выйти толк, – наконец кивнул он. – Если эта затея удастся, она пойдет на пользу журналу. Одно меня смущает… Почему только для мужчин? Женщины поднимут шум. Они уже сейчас недовольны тем, что есть клубы и бары, куда не пускают женщин.
Марк покачал головой:
– Имидж «Мачо» требует, чтобы это были заведения только для мужчин. Разве ты этого не понимаешь? О, я уверен, в будущем нам придется работать и для женщин. Сексуальная революция, которую начал «Мачо», принесет пользу и женщинам. Но не надо спешить.
Алекс в душе улыбнулся, вспомнив замечания Эллен по поводу «сексуальной революции»; он хорошо представлял себе, какова будет реакция, когда Эллен узнает о новом проекте.
А вслух сказал:
– Ну, у тебя сегодня полно идей.
Марк нервно расхаживал по комнате.
– У меня такое чувство, что я топчусь на месте. Под твоим руководством «Мачо» живет и здравствует. Не думай, что я ревную, Алекс. Это твой журнал. Все справедливо. Если честно, мне кажется, что я ужасно скучал бы, если бы только редактировал журнал. Не будь такого успеха, тогда, быть может, я чувствовал бы себя по-другому.
– Я помню времена, когда единственной целью твоей жизни было сделать «Мачо», каким ты желал его видеть.
– Это было давно, пять лет назад. – Марк неопределенно махнул рукой.
– Тогда чего же ты хочешь от меня? – Алекс испытующе посмотрел на него. – Моего одобрения? Мне кажется, что ты в любом случае пойдешь дальше.
– Ну да… Но я ценю твое мнение. – Марк замолчал. – К тому же я подумал, что ты захочешь принять в этом участие. Я подумал, может, ты захочешь стать вице-президентом «Мачо энтерпрайзиз».
– О нет, дружище. Делай что хочешь, но без меня. Сейчас я счастлив, как ребенок, который получил новую игрушку. – Алекс наклонился вперед. – Только вот что… Выполняй какие хочешь проекты, но не подвергай опасности «Мачо». В этом журнале теперь вся моя жизнь. – Он вдруг рассмеялся. – Как видишь, мы поменялись ролями! Раньше ты был одержим «Мачо», а теперь я.
– Не беспокойся, Алекс. – Марк рубанул ладонью по воздуху. – Неужели ты думаешь, что я когда-либо пойду на это? «Мачо» значит для меня так же много, как и для тебя. Помни, что это и мое детище. Ребенок вырос. Тем не менее если возникнут проблемы, в любое время обращайся ко мне.
Алекс хотел было сказать: «Большое спасибо, дружище», – но в последний момент передумал.
– Спасибо, что дал мне возможность изложить свои идеи, Алекс. Весьма тебе признателен, – сказал Марк.
Он уже подходил к двери, когда Алекс тихо позвал его:
– Марк!
Тот обернулся:
– Да?
– Каково чувствовать себя крупным магнатом, а не рядовым издателем?
Марк сначала злобно зыркнул на Алекса, но затем неуверенно улыбнулся.
– Пошел ты, дружище!
И, погрозив пальцем, вышел из кабинета.


На самом деле в реализации своих планов по созданию «Мачо энтерпрайзиз» Марк зашел гораздо дальше, чем сообщил Алексу, поэтому он чувствовал себя несколько виноватым. Юридические проблемы по большей части были решены, место для строительства Дома «Мачо» было выбрано, финансовые вопросы проработаны. Проектирование здания шло полным ходом.
После этой беседы Марк с головой окунулся в осуществление новых проектов. Разговор с Алексом сыграл свою роль – теперь Марк чувствовал себя вправе посвятить все свое время строительству Дома и созданию «кантин "Мачо"». Он практически не занимался журналом, принимая участие только в ежемесячных собраниях редакции, проявляя активность лишь в тех случаях, когда между редакторами возникало серьезное расхождение во взглядах на редакционную политику. В штате «Мачо» теперь было много сотрудников. Алекс любил превращать такие собрания в открытый форум и выслушивать всех. Однако окончательное решение всегда оставалось за ним – конечно, если не было вето со стороны Марка. Впрочем, Марк почти всегда его поддерживал.
В разгар работ по строительству здания Марк перестал посещать даже собрания редакции. Журнал теперь окончательно отошел для него на второй план. Как и предполагал Марк, со стороны Алекса на это не последовало никакой реакции. Да и почему, собственно, она должна была последовать? Захваченный работой, его главный редактор, вероятно, был только рад, что Марк не вмешивается в его дела. К тому времени когда здание было построено и готово принять «Мачо», журнал вошел в первую десятку крупнейших журналов Соединенных Штатов.
Само здание несколько опередило свое время. Казалось, оно стремительно возносилось в небо – такие сооружения вошли в моду только через несколько лет. Кроме того, здание, сделанное, что называется, из стекла и бетона, было угольно-черным – даже окна из затемненного стекла.
Дом «Мачо» скоро стал объектом многочисленных шуток.
– Он похож на член ниггера, – посмеивались в издательском мире, – впрочем, это вполне подходит самому непристойному из журналов. Если Бакнер решит скруглить верхние этажи, то лучше символа и не придумаешь!
Когда эти шуточки достигли ушей Марка, он только пожал плечами. Прошли те времена, когда они могли бы привести его в бешенство. Он знал, что эти остроты объясняются обыкновенной завистью. А кроме того, не стоит забывать старую поговорку, в которой много правды: «Лучше дурная слава, чем никакой».
Когда журнал переехал в новое здание, работа над «кантиной "Мачо"» на первом этаже и пентхаусом на пятидесятом еще не была завершена. Марк собирался открыть и то, и другое в один вечер – сначала провести в пентхаусе вечеринку (вход будет строго по приглашениям), затем все желающие спустятся вниз, чтобы принять участие в торжественном открытии «кантины "Мачо"». В первый и единственный раз в «кантину "Мачо"» можно будет войти, не имея членского билета.
Марк разослал двести приглашений, попросив заранее подтвердить свое участие, и никто из приглашенных не отказался.
Нет, одно исключение все-таки было. Алекс, по такому случаю одетый в смокинг, пробормотал Марку на ухо:
– Эллен шлет свои извинения, дружище, но в последнюю минуту она… ну, она ведь беременна, ты же знаешь.
Марк, вероятно, даже не смог бы припомнить, как выглядит Эллен. Единственное, что он помнил, – он ей не нравится. От каждой из их немногочисленных встреч осталось ощущение тщательно завуалированной враждебности.
Строго одетые гости прибывали группами. Женщины в блестящих платьях, в драгоценностях, зачастую специально купленных, чтобы надеть на эту вечеринку.
Спустя годы, когда требования этикета уже не обязывали жестко соблюдать формальности, Алекс со смехом говорил Марку:
– А помнишь то первое празднество, дружище? Сейчас любая баба может появиться на вечеринке в чем мать родила, и никто и не заметит.
Марк пригласил на торжество множество репортеров и телевизионщиков и был уверен, что назавтра газеты и телевидение обязательно уделят этому событию внимание.
Дюжина «сеньорит», в основном бывших «сеньорит месяца», сновали по помещению, разнося закуски и напитки. Позднее они будут работать внизу. Разноцветные блузки и длинные юбки, в которые Марк одел «сеньорит», напоминали национальные костюмы старой Мексики. Однако у блузок было глубокое декольте, так что каждый раз, когда девушки наклонялись, их большие груди едва не вываливались наружу. А юбки сшиты из полупрозрачного материала, позволявшего хорошо разглядеть и длинные ноги в черных чулках, и белизну бедер между чулками и поясом для чулок.
Как и предвидел Марк, многие были шокированы. Особенно женщины. Раздавались возмущенные возгласы. Кое-кто грозился уйти, но ушли лишь очень немногие. Гости специально приехали в эту обитель греха и не собирались покидать ее до тех пор, пока не удовлетворят свое любопытство сполна. Все двери жилища были распахнуты настежь, все комнаты открыты для обозрения.
«Грандиозный пентхаус Марка Бакнера на крыше нового Дома «Мачо», – писал на следующий день один из обозревателей; отличается своей расточительностью, иногда вульгарностью, а зачастую и просто дурным вкусом. Однако, положа руку на сердце, спросим себя: какой нормальный мужчина иногда не мечтал о том, чтобы оказаться в таком месте?»
Квартира располагалась в двух уровнях; большая, богато обставленная гостиная находилась собственно на крыше. Остальную часть крыши занимали сад с деревьями в кадках и цветущими клумбами, плавательный бассейн с подогретой водой и бар на открытом воздухе с двумя усатыми барменами латинского происхождения.
Вечер еще не начался, когда Марк понял, что допустил одну серьезную ошибку. После продолжительных поисков – он даже не представлял себе, как трудно отыскать их в Нью-Йорке и насколько дороги их услуги – Марк нанял троих марьяче, музыкантов в национальных костюмах, которые должны были, прохаживаясь по саду, играть и петь. Однако эта музыка совершенно не соответствовала той изысканной, чувственной атмосфере, которую он хотел создать. Марьяче не только не гармонировали с этой атмосферой, но, напротив, напрасно отвлекали внимание гостей. Что ж, Марк получил определенный урок. Он рассчитывал использовать марьяче в своих «кантинах», теперь же было ясно, что номер не пройдет.
Наибольшее внимание гостей привлекали две комнаты на пятидесятом этаже: главная спальня и то, что Марк впоследствии назвал игровой комнатой. Это была, без сомнения, самая большая комната из всех, где располагались небольшой плавательный бассейн, сауна, небольшой гимнастический зал, теннисный корт, маленький кинотеатр и, наконец, уменьшенная копия «кантины».
В спальне стояла чудовищных размеров круглая кровать, потолок и стены были зеркальными. В ванной было установлено биде.
Марк улыбнулся, услышав, как кто-то сказал:
– Этот Бакнер ничего не прячет, все выставляет напоказ, как будто без того не ясно, что он собирается водить сюда женщин… Хотя, может быть, он просто не знает, что это такое, и принимает за разновидность мужского писсуара?..
Самое забавное заключалось в том, что еще недавно Марк действительно не знал, для чего нужно биде.
Наконец, в квартире имелись четыре комнаты для гостей и просторный, очень удобный кабинет, откуда можно было управлять системой селекторной связи, динамики которой находились во всех помещениях, включая сад на крыше.
В одиннадцать часов, когда вечеринка была в разгаре, Марк объявил по селектору:
– Все желающие могут спуститься вниз, чтобы принять участие в торжественном открытии «кантины "Мачо"»! Тем, кто беспокоится насчет еды и выпивки, сообщаю, что сегодня ночью там будут угощать бесплатно. Однако уже завтра в «кантине» за все нужно будет платить. Даже за стакан воды – если я найду способ брать за это деньги. – Сделав паузу, чтобы слушатели могли посмеяться над этой маленькой шуткой, Марк продолжал: – Я хотел бы также объявить почтенной публике, что это лишь первая из множества «кантин "Мачо"». Скоро они откроются во многих крупных городах по всей стране.
Гости бросились к установленным в фойе скоростным лифтам. Оба лифта, предназначенные только для обслуживания пентхауса, не делали по пути остановок.
Марк не спешил, понимая, что потребуется некоторое время, чтобы доставить вниз двести с лишним человек. Сидя за своим письменным столом, он просматривал подготовленные ему на подпись соглашения об аренде. Фирмы спешили занять оставшиеся свободными помещения в Доме «Мачо». Через месяц свободных площадей уже не останется. Предложений было так много, что Марк смог устроить своеобразный конкурс, отобрав прежде всего фирмы, торгующие товарами для мужчин, то есть те, что серьезно зависели от рекламы в его журнале. Марк проинструктировал брокера, занимавшегося сдачей помещений в аренду, не заключать соглашений с другими издательствами или журналами. Как ни странно, несколько издателей все же просили сдать им помещения – видимо, надеясь, что близость к чужому успеху поможет и им увеличить тираж, холодно подумал Марк.
Услышав, что дверь кабинета открылась, он недовольно посмотрел на вошедшего.
На пороге стоял Алекс со стаканом в руке и дымящейся сигарой в зубах. Алекс слегка покачивался, и по его остекленевшему взгляду Марк понял, что тот напился.
– Ты прекрасно смотришься за этим столом. Прямо-таки образец делового человека.
– Алекс, ты пьян.
Алекс недоуменно уставился на свой стакан.
– Знаешь, возможно, ты прав, – сказал он и допил все, что там оставалось.
Марк не мог припомнить Алекса пьяным – без всяких последствий тот мог выпить очень много. Чуть-чуть навеселе – да, это бывало, но такого, как сегодня, – никогда. Вдобавок сейчас он был в воинственном настроении. Надо с ним помягче, решил Марк.
– Может, сядешь? А то ведь можешь упасть. – И он жестом указал Алексу на кресло.
– Только не надо покровительственного тона! – Алекс злобно сверкнул глазами.
– Черт побери, Алекс, нет у меня никакого покровительственного тона! – разозлился Марк. – Ты пьян. Сейчас же сядь!
– Так точно, сэр! – с неожиданной готовностью ответил Алекс и медленно опустился в стоявшее перед столом большое кожаное кресло. Попытавшись отхлебнуть из своего стакана, он с удивлением обнаружил, что там остались только кубики льда.
Взмахом руки Марк указал на лежащие перед ним договоры об аренде помещений:
– Ты знаешь, Алекс, что у нас уже практически не осталось свободных помещений? Черт возьми, я мог бы построить семидесятипятиэтажное здание, и все равно бы оно не пустовало!
– Если ты считаешь себя не только домовладельцем, то это ровным счетом ничего не значит, – пробормотал Алекс. – Сначала ты хотел издавать крупнейший в мире журнал для мужчин. А теперь… – Он беспомощно махнул рукой. – Посмотри, что делается! Неужели ты этим доволен, дружище? Сегодня тебя окружает толпа лизоблюдов, законченных льстецов и подхалимов. Теперь они будут следовать за тобой, как шакалы.
Марк слегка пожал плечами.
– Это признак успеха. А вообще, Алекс, я тебя не понимаю. – Внезапно разозлившись, Марк наклонился вперед. – Какая муха тебя сегодня укусила? Я знаю, что дело не в зависти, это не в твоем характере. Тогда в чем же? У тебя есть журнал, твоя «игрушка». Она и вправду твоя. Я обещал тебе не слишком вмешиваться и держу свое слово.
– Дело в тебе, дружище. Ты изменился. Ты стал не таким, каким я тебя знал.
– Конечно же, я изменился. В этом мире, не изменяясь, не проживешь. Я предпочитаю думать, что вырос. И должен сказать тебе, Алекс, я только начал…
– Не знаю, Марк. Может быть, это просто пьяная болтовня. – Алекс как-то сразу сдал. – Господи, кажется, меня сейчас вырвет. – Он схватился рукой за горло и наклонился вперед.
Марк быстро встал и обошел вокруг стола.
– Может, довести тебя до ванной?
– Нет, со мной все будет в порядке. Ты знаешь, что у меня железный желудок.
Алекс выпрямился. Он был бледен, весь в поту, но как будто враз протрезвел.
– Пожалуй, мне лучше поехать домой, пока я не натворил глупостей.
Марк помог ему встать. Алекс неловко похлопал его по плечу:
– Забудь, что я тебе наговорил, старик. Может быть, ты и прав. Человек должен меняться, расти, как ты выражаешься. Может, это со мной что-то не так. Возможно, я просто не способен расти.
Отказавшись от помощи Марка, Алекс неуверенной походкой двинулся к двери. Прислонившись к косяку, он обернулся.
– Твоя шикарная кровать… Ты ею еще не пользовался?
Сразу почувствовав облегчение, Марк усмехнулся. Это уже было похоже на прежнего Алекса.
– Еще нет.
– Но сегодня ночью, наверно, собираешься воспользоваться.
– Я надеюсь.
– Ну, у тебя не будет проблем. Я уверен, здесь найдется не один десяток женщин, готовых немедленно снять перед тобой трусы. Если, конечно, они их носят. – Он внимательно посмотрел на Марка. – Я только сейчас кое-что понял. Ты очень одинок, верно, Марк?
Марк замер.
– И что из этого следует?
– Столько лет я этого не замечал. О, я знал, что ты одиночка, что ты ни с кем не сближаешься. Вот почему ты проводишь с женщиной не больше одной ночи. Когда-то мы были близки, по крайней мере я хотел бы так считать. Ты вот говоришь, какая муха меня сегодня укусила. Может быть, все дело как раз в этом. Готов поспорить, что, когда ты входишь в женщину, в этом участвует только твой отросток, и больше ничего.
Марк двинулся было на него, но, сделав шаг, остановился.
– Алекс, я думаю, тебе стоит поступить так, как ты сам решил, и уехать отсюда.
Алекс вскинул руки:
– Ухожу, ухожу!
* * *
Когда Марк спустился в «кантину», там стоял такой шум, что он чуть не ретировался. Пьяные разговоры его раздражали. Тем не менее гости как будто были очень довольны. А ведь именно этого он и хотел, не так ли?
В следующий миг его заметили, и теперь уходить было уже поздно. Вокруг Марка тут же собралась толпа.
– Наверху была прекрасная вечеринка, Бакнер, но эта «кантина» – просто блестящая идея.
– Поздравляю, Бакнер. Вы теперь на коне.
– Мне нравится этот клуб, старик. Можете считать меня одним из его основателей.
– И меня тоже.
– Да, черт возьми, я вступаю. Здесь мужчина может скрыться от ворчливой супруги и расслабиться.
Когда поздравления и рукопожатия пошли на убыль, чей-то хриплый голос прошептал ему на ухо:
– Бог с ними, с вашими «кантинами». А вот та кровать наверху… Я от нее просто тащусь.
Обернувшись, Марк встретил страстный взгляд голубых глаз незнакомой брюнетки, почти такой же высокой, как он сам. Длинное платье плотно облегало ее худощавую, но стройную фигуру.
Пухлые губы улыбались, при этом самый кончик языка выглядывал наружу.
– Нас не представили друг другу. Я-то, конечно, знаю, кто вы. А вот меня зовут Энджи Бернс.
– Привет, Энджи Бернс. Как самочувствие?
– Сейчас – превосходное. Но потом… – Ее голос стал еще более хриплым. – Потом мне будет одиноко.
Марк вспомнил замечание Алекса о том, что круглая кровать сегодня не будет пустовать. Он уже решил, что больше не станет вступать в сексуальные отношения ни с кем из сотрудниц «Мачо», включая «сеньорит», большинство из которых Марк уже попробовал. Теперь он был администратором, главой корпорации «Мачо энтерпрайзиз». Ему не пристало трахать своих служащих. И потом, это все же немного смахивало на принуждение: из страха потерять работу они не станут ему отказывать. Вспомнить опять же, что произошло с Энид.
– И почему же вам будет одиноко? – спросил Марк. – Очевидно, вы пришли не одна?
Она сделала гримасу.
– Конечно, я пришла с парнем. Но он так наклюкался, что лыка не вяжет. Как только мы ляжем в постель, он сразу захрапит!
– Не обещаю, что не буду храпеть, – улыбнулся Марк.
– Ну, против легкого храпа я не возражаю. – Ее голубые глаза затуманились. – Я против несвоевременного храпа.
– Насчет своевременности… – Он огляделся по сторонам. – Я ведь хозяин. Я должен занимать гостей.
– Пока не уйдет последний?
– Пожалуй, не так долго. Еще час, может быть, меньше. К тому времени гости обо мне забудут.
– Тогда у меня есть время, чтобы засунуть моего храпуна в такси.


Час спустя они уже входили в скоростной лифт. Едва двери лифта захлопнулись, Энджи прижалась к Марку, с плотоядностью каннибала впившись в него губами. Ее руки блуждали по его телу. Нащупав «молнию» на брюках Марка, Энджи поспешно расстегнула ее и просунула пальцы внутрь.
– Ты не твердый! – сказала она, оторвавшись от его рта, и недовольно надула губы. – Это нечестно!
Марк уже и сам это понял, и в его душе шевельнулось смутное беспокойство. Неужели нотации Алекса испортили ему вечер? Через силу улыбнувшись, он небрежно обронил:
– В лифте у меня никогда не бывает эрекции.
– Я знала одного парня, который мог заниматься этим только в лифте, – сказала Энджи. – Конечно, это странно, даже очень, однако несколько раз мы с ним неплохо развлеклись.
Марк не мог взять в толк, врет ли она, пытаясь таким образом его возбудить, или говорит правду.
– Должно быть, вы шокировали этим немало лифтеров, – сухо заметил он.
– Это происходило в автоматических лифтах. Правда, один раз мы сделали это в присутствии лифтера, но он был очень старый, почти слепой, и вряд ли понял, что происходит. Я бываю немного шумной, когда кончаю, и слегка вскрикнула, и тогда лифтер сказал: «Некоторые плохо переносят подъем на лифте. Держитесь, леди, мы скоро приедем на ваш этаж».
Они добрались до верхнего этажа, а Марк все еще продолжал смеяться. Нажав специальную кнопку, он блокировал лифт до утра. Они вышли из кабины и двинулись вперед, однако, услышав доносившуюся из сада музыку марьяче, Марк затормозил.
– Что за дьявольщина? – с недоумением спросил он и направился к ступенькам, ведущим наверх.
– Я буду в спальне, милый, – сказала ему вслед Энджи.
Не отвечая, Марк только махнул ей рукой.
Когда он вышел на крышу, его взору предстало поистине удивительное зрелище. Марк думал, что обнаружит здесь хотя бы несколько оставшихся гостей, однако, кроме музыкантов, в саду никого не было. Марк решительно направился к ним, жестом предложив замолчать.
– Какого черта вы тут делаете, ребята? – спросил он. – Ведь никого из гостей не осталось.
– Никто не скасал нам перестать, сеньор Бакнер, – ответил ему руководитель, коренастый мужчина средних лет с усами, как у бандита.
– Господи, это просто невероятно! – Марк провел рукой по лицу. – Но зачем же вы играете, раз никого нет?
– Ви саплатили са всю ночь, сеньор. Она ечо не кончилась, – сверкнув белозубой улыбкой, сказал усатый. – Ми думали, сто кто-нибудь ечо вернется.
Марк пристально посмотрел на него. В облике этого человека было что-то знакомое… Теперь он вспомнил. Музыкант очень походил на отца Хуана Морено. Конечно, это не он, но сходство поразительное. Почувствовав, как в нем закипает гнев, Марк с трудом овладел собой.
На несколько секунд воцарилось молчание, и Марк наконец понял, что к чему. Он ведь уже отдал чек руководителю группы, ему пришлось это сделать для того, чтобы они сюда пришли. Марк вздохнул и сунул руку в карман. В последнее время он постоянно имел при себе несколько сотен долларов – своего рода компенсация за те времена, когда в карманах у него гулял ветер.
Вытащив сотню, он подал ее человеку с чудовищным акцентом. На самом деле, как подозревал Марк, этот тип прекрасно говорил по-английски.
– Можете ехать домой, – распорядился он. – Здесь недалеко стоянка такси.
– Грасьас, сеньор Бакнер. Грасьас, – кланяясь, зачастил усатый.
Уловив насмешку, Марк едва удержался, чтобы не дать ему по морде. Но вместо этого он повернулся и сказал:
– Пойдемте, я вас выпущу.
Он проводил музыкантов до лифта, подождал, пока они спустятся и, подняв кабину наверх, заблокировал на ночь.
Только повернувшись, чтобы выйти из холла, Марк вспомнил об Энджи и поспешил в главную спальню.
Дверь была открыта, полыхал верхний свет. Посередине круглой кровати на черных атласных простынях, раскинувшись, лежала Энджи. Это было соблазнительное зрелище – белизна тела на черном фоне. Черный треугольник у основания бедер гармонировал по цвету с простынями. На маленьких, но крепких грудях подобно розовым бутонам торчали твердые соски.
Марк автоматически отметил про себя, что это был бы идеальный снимок для разворота, конечно, если прикрыть все запрещенное цензурой. Нужно предложить это Алексу.
– Я думала, что ты забыл обо мне, милый, – сказала Энджи.
– Едва ли. Но даже если так, увидев тебя, я сразу вспомнил.
Она улыбнулась и раздвинула ноги.
– Тебе нравится?
– Нравится.
Он торопливо сбросил с себя одежду и лег рядом с ней. Эрекция была довольно слабой, и Марк снова занервничал. Энджи повернулась к нему, слегка царапая, провела указательным пальцем по животу и нащупала пенис.
– Мы ведь уже не в лифте, – приуныла она.
Марк прибегнул к старому, как мир, оправданию:
– Сегодня был очень напряженный день. Не беспокойся, сейчас все будет в порядке.
– Напряженный – это как раз то, что сейчас нужно. – Энджи захихикала. – Знаешь, есть шутка насчет моего имени – Энджи Бернс. Так вот, сейчас Энджи действительно будет как огонь.
type="note" l:href="#n_2">[2]
Увидишь!
Она была уже на нем, ощупывая его тело губами, языком и руками. Теперь Марк понимал, что она его не обманывала. Энджи действительно горела. Окутав Марка теплом, она медленно разжигала в нем пламя жизни.
Марк лежал неподвижно, стараясь забыть о насмешках Алекса и сконцентрироваться на сегодняшнем триумфе. Это действительно был триумф. Вечеринка имела ошеломляющий успех, а «кантина» удостоилась всяческих похвал. Это послужит на пользу журналу. Публикации в прессе дадут возможность каждому читателю перенестись в пентхаус, прямо в эту спальню, что позволит успешно стартовать кампании по созданию «кантин».
Деньги притекают и притекают, до могущества рукой подать…
– Господи, женщина, если ты не остановишься, я скоро кончу!
Он схватил ее за волосы и с усилием оторвал от своего набухшего члена. Глаза ухмылявшейся Энджи затуманились, рот казался непомерно большим.
– Поедем на лифте, милый?
Он перевернул ее на спину и прижал к постели. Энджи подняла ноги и сцепила их у него за спиной.
– Давай, милый, давай!
Одним решительным движением Марк вошел в женщину, глубоко вдавив ее ягодицы в матрац.
Почти сразу же у Энджи наступил первый оргазм, она начала, как и обещала, «шуметь», и не сказать, чтобы немного – содрогаясь всем телом, она пронзительно закричала.
Не прекращая двигаться, Марк старался удовлетворить любое ее желание. Задрав голову вверх, Энджи наблюдала за их отражением в зеркале.
– Знаешь, я никогда раньше не видела себя со стороны. – Слова вырывались у нее, словно рыдание. – С ума сойти, просто с ума сойти!
Марк ликовал, чувствуя, что может продолжать так хоть всю ночь напролет. Однако после второго оргазма Энджи его движения начали ускоряться. Марк начал терять над собой контроль.
– Подожди, подожди немного…
Они кончили одновременно, под яростный крик Энджи. Застонав, Марк без сил рухнул на нее.
Тело Энджи некоторое время еще содрогалось. Когда она наконец успокоилась, Марк скатился с нее. Тяжело дыша, он лежал, глядя на их обнаженные тела, отражавшиеся на потолке.
– С ума сойти, Марк Бакнер. Так здорово у меня никогда еще не было.
– Готов поспорить, что ты всем это говоришь.
– Неправда, вовсе даже неправда!
Энджи протянула руку к валявшейся на полу сумочке и достала сигарету. Закурив, она предложила пачку Марку.
Марк покачал головой:
– Я не курю.
– Я заметила, что ты и пьешь мало.
– Да, немного.
– Но одну вещь ты делаешь действительно хорошо – трахаешься, милый. Ох, как ты трахаешься! – Она повернулась к нему. – Ты любишь трахаться – просто трахаться и все?
– Ну… Прости за нескромность, но, кажется, я уже дал тебе неплохой ответ.
– Я знаю. Разве я против? Но ты всегда так?
– Должно быть, я чего-то не понимаю. К чему ты клонишь?
– Встречаются двое – хрен и дырка, сходятся, но у них-то любви никакой нет. Только соединяются, и все. Вот я к чему клоню. Ты тоже такой, да, Марк Бакнер?
Марк, вспомнив заключительное замечание Алекса, начал смеяться.
– Что я такого сказала смешного, а? – не обижаясь, спросила Энджи. – Что я такого сказала?
Не отвечая, Марк продолжал смеяться. Тогда Энджи стряхнула пепел со своей сигареты и слегка прикоснулась зажженным концом к его животу. Марк вздрогнул и сердито посмотрел на нее:
– Какого черта?!
Теперь смеялась уже Энджи, указывая пальцем на его пах.
– Смотри, смотри, как он подпрыгнул, когда я так сделала!
– Просто рефлекс, – проворчал Марк.
– Это от боли? – с интересом спросила она. – Я слышала, что у повешенных в последний момент бывает эрекция. Как ты думаешь, это правда?
– Мне как-то не хочется это выяснять.
– Посмотрим насчет рефлекса. – Обеими руками Энджи погладила его пенис, и тот сразу стал твердеть.
Марк повернулся на бок. Энджи, не выпуская член из рук, направила его в себя. Она приподняла одну ногу, положила ее на Марка, и они принялись не спеша, с наслаждением совокупляться. На этот раз Энджи двигала только бедрами.
Когда наступил оргазм, она слегка вскрикнула, отвалилась от Марка и почти сразу же уснула, слегка похрапывая.
Марк отправился в ванную и долго лежал в горячей воде. Когда он вернулся и лег рядом с Энджи, она, не просыпаясь, что-то недовольно пробормотала.
Повернувшись на спину, Марк лежал в темноте, глядя на потолок, на свое призрачное отражение в зеркале.
Хотелось спать, но неприятные мысли не давали ему уснуть. Слова Алекса и ноющая боль от сигареты, которой обожгла его Энджи, открыли шлюзы горьких воспоминаний, которые Марк привык отодвигать в самые дальние уголки своего сознания.
Мысли его кружились, как стервятники над добычей, возвращаясь к тому позорному дню в Мехико…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Только для мужчин - Мэтьюз Артур Клейтон

Разделы:
Пролог

Часть первая

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18

Часть вторая

Глава 19Глава 20

Ваши комментарии
к роману Только для мужчин - Мэтьюз Артур Клейтон



Кто писал аннотацию?Фривольное априори не может быть изысканным,как и наоборот.
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонГандира
24.04.2013, 10.37





Фривольное- слегка легкомысленное, чуть- чуть нарушающее нормы поведения. Изысканное- не тривиальное, не простое. Почему же журнал не может быть изысканным, игривым, потакающим эротическим фантазиям богатых и успешных мужчин?
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонЛора
24.04.2013, 11.13





Ну да,конечно,если учесть,что фривольный-(французский)-глупый и пустой,от латинского-пошлый.
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонГандира
24.04.2013, 11.45





Фривольный- не вполне пристойный, нескромный, легкомысленный. Это определенный стиль в искусстве и литературе. Было бы странно определять его, как пошлый.Что касается латыни. Frivolus- ломкий, незначительный, ничтожный.
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонЛора
24.04.2013, 12.27





Ах ах ах! Умные девочки... Это их мир, и им выбирать как жить и за что платить! Если автор хотел рассказать о такой "трудной" жизни людей большого бизнеса. Я думаю, что это еще мягко обрисовано. Неинтересно
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонСеньора
2.05.2013, 6.47





Мир чувственный, прекрасный, мир умных девочек и сильных мужчин. Как это сексуально.
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонЯна
27.05.2013, 12.56





Роман о мужском шовинизме. Повествование - сухое изложение фактов. О том, ка ГГ-ой начиная с нуля основал свою империю, о том как не гнушался любыми способами к достижению своей цели. Есть постельные сцены, в т.ч. гомосексуальные, но все сухо, без страсти и чувств, жестко и откровенно. Любовью тут и не пахнет. Макс - сексуальная машина без сердца. После прочтения - разочарование. Для романтичных дамочек - не рекомендую.
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонТ
25.08.2015, 10.43





Не соглашусь с Т: тема мужского шовинизма если и присутствует, то она лишь для создания акцента, не более того. А главный лейтмотив - нравственный выбор и его последствия во всех аспектах, от моральных до физических. Что же касается любовных сцен, то их тут нет вовсе, для автора это лишь фон, на котором разворачиваются события. И, вообще, этот роман не имеет никакого отношения к т.н. любовным романам. Одно из двух: либо администратор сайта плохо разбирается в теме, либо наоборот - попытался приобщить нас, дур похотливых, к серьезному чтению. И потом, автор - мужчина. А мужской взгляд кардинально отличается от женского. В любом случае, один раз почитать стоит!
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонЛюдмила
26.08.2015, 18.06





Он писал эротические детективы, как Чейз, у Чейза тоже была сухая эротика, но любви не было. Это развлекательное чтиво, но как любая хорошая беллетристика, представляет собой интересный "срез" с общественных нравов. Админ точно что-то попутал, так как Артур - это имя одного из соавторов Клейтона - Артура Мура, а у Клейтона второе имя - Хартли.
Только для мужчин - Мэтьюз Артур КлейтонДюдюка
26.08.2015, 18.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100