Читать онлайн Чудесная реликвия, автора - Мэллори Тэсс, Раздел - ГЛАВА 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Чудесная реликвия - Мэллори Тэсс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Чудесная реликвия - Мэллори Тэсс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Чудесная реликвия - Мэллори Тэсс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэллори Тэсс

Чудесная реликвия

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 16

– У тебя все будет в порядке. Тебе сейчас нужно только отдохнуть, и твое тело само вылечит себя. – Осмотрев рану на груди Джейка, доктор Гамильтон выпрямился и покачал головой. – Так и не понял, как тому доктору удалось закрыть рану. Поразительная техника.
– Поразительнее то, что нам удалось вернуться сюда, – сказала Торри. – Я боялась встречи с динозаврами и пещерными людьми. – Она повернулась к Камерону. – Как, по-твоему, чем это путешествие отличалось от остальных?
Они очутились на окраине Ричмонда, в том же самом месте, куда прибыли в 1941 году. К счастью, в 1863 году там еще ничего не было. Хотя это место и находилось совсем недалеко от временного жилища доктора Гамильтона, Джейк и Торри шли, затаив дыхание и опасаясь попасться кому-нибудь на глаза.
Они не только попали в тот же самый год, но и в днях разница оказалась совсем небольшой – всего несколько дней. Доктор сообщил, что, когда началось сражение у Ченслорсвилля, поиски Джейка прекратились. Сражение произошло в тот же самый день, когда Монтгомери ранил Джейка.
Джейк Камерон приподнялся на локтях.
– Я думал об этом. Мне кажется, такой точностью мы обязаны тому, что объединили наши энергии и мысленно сконцентрировались именно на этом годе и этом месяце.
Их взгляды встретились. Торри вспомнила объединение энергий и почувствовала, как в ней разгорается знакомое пламя. Девушка удивлялась, как она могла позволить Монтгомери даже дотронуться до нее? После возвращения в 1863 год, когда доктор Гамильтон вышел из комнаты, Джейк объяснил, что Монтгомери дал ей сильный наркотик, который и вызвал у нее такую реакцию. Торри с огромным облегчением узнала, что действовала в ту ночь не по своей воле.
– Но вспомни, когда я попыталась перенестись в будущее… когда ты умирал… мы оба думали о 1994 годе, – напомнила она ему, – а очутились в 1941-м.
– Извини, котенок, но я потерял сознание еще до начала путешествия. Так что последнее путешествие было первым, в котором мы объединили нашу энергию. – Джейк Камерон откинулся на подушки. Они вернулись прошлой ночью, и с тех пор он лежал в этой комнате. Так потребовал Рандольф Гамильтон.
Большая часть ночи ушла на подробное объяснение доктору Гамильтону. Торри рассказала Рандольфу, что ей поведал дедушка, и то, как его упрятали в санаторий. Еще она рассказала о Кмере и Монтгомери. Выслушав прапраправнучку, доктор Гамильтон поведал историю своего отца. Оказалось, что на смертном одре старший Гамильтон рассказал сыну странную историю о незамужней тете, которая путешествовала во времени и оставила дневник. Он велел Рандольфу прочитать дневник, когда придет время, но доктор Гамильтон воспринял рассказ старика как бред умирающего.
К огромному облегчению Торри, как только доктор услышал всю историю и пообещал побыстрее прочитать дневник, он изменил свое отношение к Джейку. Рандольф даже понял, почему Джейк так вел себя с Торри в их брачную ночь. Они кивали друг другу, как старые друзья, а девушка смотрела на них и возмущенно качала головой.
Однако Торри не позволила возмущению омрачить радость. Ведь Джейк остался жив. Она была так счастлива, что не могла долго дуться.
Была ли его теория насчет точности путешествия во времени правильной? Или Джейк с самого начала лгал о неточности УПВ, чтобы задержать ее в 1863 году, пока не сможет сам воспользоваться кулоном?
Торри убрала с затылка волосы. Ей было жарко, и она устала размышлять над тонкостями путешествий во времени и решила довериться Джейку.
Торри повернулась и увидела, что Джейк Камерон наблюдает за ней. В его взгляде она заметила настороженность. Неужели он заподозрил, что она сомневается в нем?
– У него действительно все будет в порядке? – обратилась Торри к доктору. – Меня тревожит, что между окончанием операции и путешествием прошли считанные часы.
– Все будет отлично, – заверил ее Гамильтон. – Но только при одном условии. Какое-то время он должен лежать и вести себя спокойно.
– Перестаньте говорить обо мне так, будто меня здесь нет! – сердито отозвался Джейк.
– Тебя бы здесь действительно сейчас не было, если бы ты сделал то, что собирался. Понятно? – Она скрестила руки на груди и бросила на него уничтожающий взгляд.
Джейк был очень бледен, несколько секунд он смотрел в потолок, потом попросил воды. Торри принесла стакан и поддерживала его, пока он пил. Потом Джейк, на лице которого застыло решительное выражение, откинулся на подушки.
– Я должен остановить Монтгомери, – сказал он. – Я не могу ждать, пока мне станет лучше.
Торри покачала головой:
– Мы с доктором не позволим тебе сделать этого, правда, доктор? Ты ничем не сможешь помочь полковнику, если будешь мертвым.
– Ты не понимаешь. – Его глаза были сейчас такими холодными, что Торри испугалась. Она придвинулась к нему, взяла за руку и ласково пожала. Он ответил таким же ласковым пожатием, и его взгляд подобрел, хотя морщины стали глубже и заметнее.
– Кмер – мой отец, – едва слышным голосом признался Джейк Камерон.
От изумления Торри открыла рот.
– Твой отец! – медленно повторила девушка и в ужасе уставилась на него. – Значит, это твой отец пытал тебя?
– Да.
Она отпустила его руку и принялась взволнованно мерить комнату шагами. От такой поразительной новости голова у нее пошла кругом.
– Твой отец! – повторила Торри и резко повернулась к нему. – Но это означает… это означает… если Рид умрет… – Она замолчала.
Джейк спокойно кивнул:
– Я умру. Все очень просто, да? Ловко придумано, ты не находишь? С помощью этого хитрого хода подполье убьет сразу двух зайцев. Во-первых, навсегда исчезнет Кмер. Во-вторых, Кмерон, сын, предавший отца, тоже погибнет после того, как докажет свою смелость. Он благородно принесет на алтарь общего дела свою жизнь.
Сколько горечи было в словах Камерона! Только сейчас она поняла, что он вытерпел и что перенес, находясь сначала в руках собственного отца, а потом у людей, которым искренне пытался помочь.
– О, Джейк, эти шрамы на твоей спине… – прошептала она.
– Да, – оборвал он ее. – Но у меня болят не они, а шрамы на моей душе. У меня на глазах Кмер убил моего дядю, своего брата, у меня на глазах! Он пригрозил отречься от меня, если я ему не помогу. Если бы я перешел на его сторону, то он бы сделал меня чем-то вроде наследного принца. – Джейк глубоко вздохнул. – Самое смешное и печальное во всем этом то, что, когда я сбежал из темницы и нашел подполье, мне не поверили. Пять лет я из кожи вон лез, чтобы доказать, что я не шпион Кмера. Потом руководители подполья узнали о том, что дядя, перед тем как нас поймали, успел передать мне свое УПВ, и…
– Значит, они потребовали от тебя совершить самоубийство! – мрачно заметила Торри и стала ходить по комнате, сцепив руки за спиной.
Джейк Камерон закрыл глаза. Воспоминания об отце и пытках были очень болезненными, но воспоминания о Трии и ее людях, об их отказе принять его доставляли не меньшую горечь и боль.
– Теперь ты видишь, что результат не изменится от того, убью я Рида или не убью. В любом случае я погибну вместе со своим родом. Вернее, мы никогда не будем существовать. Я решил, что не хочу сидеть и ждать, когда перестану существовать. По крайней мере, когда наступит время исчезнуть, я буду знать, что сделал это своей собственной рукой. А может, я пытался доказать сам себе, что не боюсь смерти, что я не трус. – Камерон невесело рассмеялся. – Но все, что я сделал, доказывает обратное: я трус и боюсь смерти.
Торри остановилась у кровати и села. Она наклонилась над Джейком и положила руки ему на плечи.
– Почему ты считаешь себя трусом? Потому что отказался убивать невинного человека? – воскликнула Торри. – Потому что хочешь жить? Не смеши меня! – Слезы наполнили ее глаза. – Никакой ты не трус!
– Раньше я не знал, зачем живу. Я не видел перед собой цели. – Джейк протянул руку и осторожно убрал волосы с лица девушки. – Сейчас у меня есть цель, но это не делает меня меньшим трусом, чем раньше.
– Джейк Камерон, тебе никогда не удастся убедить меня, что, если бы не встретил меня, ты бы не пришел к выводу, что тебе есть для чего жить. Ты спасаешь полковника Рида не потому, что хочешь меня. Ты спасаешь его потому, что ты не убийца. – Она нагнулась и нежно поцеловала его. Потом повторила: – Запомни, ты не убийца.
Джейк прижал ее к себе, и Торри почувствовала в его объятии благодарность. Когда их губы встретились, она знала, что Джейк сделал первые шаги на долгом пути обретения веры в себя.
Внезапно из угла комнаты раздался осторожный негромкий кашель. Джейк и Торри вздрогнули. Они совсем забыли о докторе.
Рандольф Гамильтон рассмеялся и весело подмигнул:
– Поеду в лагерь, проверю, как дела у полковника. – Старик посмотрел на Торри. – Я возьму с собой Ханну и Генри, так что вам одной, юная леди, придется присматривать за этим человеком и не разрешать ему вставать с постели. Это приказ.
Доктор вышел из комнаты, и через несколько минут они услышали, как хлопнула входная дверь. Затем послышался негромкий стук копыт. Как только Торри убедилась, что Гамильтон уехал, она подошла к двери, закрыла ее на задвижку и бросила на Джейка соблазнительный взгляд.
– Ну, – сказала она и принялась расстегивать крючки на спине, – слышал: доктор сказал, что это приказ.


Убедившись, что Торри крепко спит, Джейк сел и свесил ноги с кровати. Он осторожно провел пальцем по ее щеке. Когда девушка слегка пошевелилась, убрал руку. На этот раз их любовь была похожа на пламя. Это пламя горело весь вечер и ночь, пока они не уснули от усталости.
Торри несколько раз спрашивала у Джейка, не больно ли ему? Грудь горела, но Камерон в ответ отрицательно качал головой. Он знал, что в последний раз занимается любовью с любимой девушкой.
Джейк оделся, хотя ему и приходилось часто останавливаться, чтобы перевести дух. Он надел брюки, рубашку и сапоги, которые предусмотрительно приготовила Ханна. Они понадобятся «мистеру Джейку, когда он будет чувствовать себя лучше». Свой старый мундир Джейк вынужден был оставить в 1941 году.
Комната была слабо освещена одним лунным светом. Одевшись, Джейк принялся осторожно ходить по комнате. Это продолжалось до тех пор, пока он не нашел то, что искал. Кулон лежал на джинсах Торри, валявшихся на полу. Перед тем как заняться любовью, Торри сняла его, опасаясь, что он поранит грудь Джейку, и беспечно бросила на джинсы. Камерон взял кулон и внимательно посмотрел на сверкавшие в лунном свете камни.
Любовь… Да, он любил Торри, но что хорошего принесла ему эта любовь? Когда он рассказывал об отце, дяде и сопротивлении, к нему вернулись горькие воспоминания, и старая боль вновь ожила. Он как бы потерял «соприкосновение» со своим заданием и в результате заблудился в любви. Его взгляд остановился на спящей девушке. Она была такая красивая и такая юная, что у него защемило сердце. Но ему нужно идти. Он должен остановить Монтгомери. Он не питал иллюзий в отношении собственной непобедимости. Напротив, он может легко проиграть решающую битву. Джейк не боялся смерти, а боялся лишь того, что его смерть может навсегда оставить Торри в прошлом. Джейк закрыл глаза.
«О Господи! Даруй мне силы для последнего и решающего шага, – мысленно обратился он к Богу, в которого давным-давно перестал верить. – Даруй мне силы сделать то, что нужно сделать, совершить правильный поступок».
Торри Гамильтон открыла глаза и увидела Джейка. Он сидел на краю кровати, закрыв лицо руками. Ей снился Натаниэль Гамильтон. Сейчас она лежала с раскрытыми глазами, и у нее промелькнула страшная мысль: каким далеким и нереальным стал казаться дедушка, даже когда она не спала. Возвращение в 1863 год было похоже на возвращение домой. Лицо деда все больше и больше становилось похожим на фотографию. Оно было плоским и каким-то смутным, неразборчивым.
– Джейк? – прошептала она. – С тобой все в порядке?
Он поднял голову, и Торри увидела на его лице старую маску… маску, которую она не видела с той ночи, когда они впервые занялись любовью.
– В чем дело? – спросила Торри, садясь и придвигаясь к нему. – Что происходит?
– Ты должна убираться отсюда, – ответил Камерон.
Сердце Торри будто сжала чья-то холодная рука. Она отпрянула от него, чуть не упав с кровати, схватила простыню и завернулась в нее. На лице Камерона застыло выражение решимости. Он встал и повернулся к ней.
– Нет! – прошептала Торри и бросилась в дальний угол комнаты. Концы простыни волочились за ней. – Я не вернусь в двадцатый век до тех пор, пока не буду уверена, что с тобой все в порядке. Только после того, как ты остановишь Монтгомери…
– А тебе не приходило в голову, что Монтгомери может легко остановить меня? – безжалостно спросил Джейк, пытаясь поймать девушку. – Если я погибну, ты застрянешь здесь навсегда. Я тебе уже говорил об этой опасности, Торри, помнишь? Я тебе говорил, что у нас с тобой нет будущего. Мы оба знали это с самого начала. Мы с тобой принадлежим разным векам.
– Но ты сказал, что любишь меня. – Торри хотела перебежать к двери, но Джейк преградил ей дорогу. Она быстро попятилась назад, прежде чем он смог схватить ее.
– Любовь не имеет к этому никакого отношения.
– Имеет и очень большое! – закричала девушка, спрятавшись за кровать.
– Мы не можем быть вместе.
– Я никогда не соглашусь с этим, Джейк. Джейк остановился и недоверчиво посмотрел на нее:
– Что? Ты знала…
– Мне плевать на то, что я знала… Я участвую в этом не для минутного удовольствия, – с вызовом произнесла девушка. – Как только я узнаю, что ты победил Монтгомери, тогда я, может, и соглашусь отправиться домой. Но ни минутой раньше!
– Постой ты спокойно хоть секунду, – попросил Джейк и бросился к ней.
Девушка ловко увернулась, и Камерон с громким стоном упал на кровать. Она кинулась было на помощь, потом остановилась:
– С тобой все в порядке?
– Пожалуйста, Торри, – пробормотал Джейк, хватая ртом воздух, – позволь мне перенести тебя домой. Я должен знать, что ты в безопасности.
В окно лился лунный свет, отбрасывая причудливые тени. Торри Гамильтон слышала хриплое дыхание Джейка и стук своего сердца. Если она вернется в конец двадцатого века, то больше никогда не увидит Джейка. Она была уверена в этом так же, как и в своей любви к нему.
– Если ты так печешься о моей безопасности, то должен понять и мои чувства, – бросила она ему через всю комнату. – Я тоже хочу знать, что тебе ничто не угрожает.
Джейк Камерон с большим трудом сел, и у Торри защемило сердце – таким слабым он еще был.
– Ты что, ничего не понимаешь? Предположим, я остановлю Монтгомери, предположим, вернусь к Совету. А вдруг их не убедит моя горячая речь и они откажутся оставить Риду жизнь? – Джейк пригладил волосы. – Но и это не все. Существует еще одна возможность. Они могут казнить меня, даже не потрудившись выслушать. – Он устало покачал головой. – Так или иначе, но я уже не жилец на этом свете. Неужели ты и сейчас не понимаешь, что у нас не может быть будущего?
Торри обошла кровать и посмотрела на Джейка, по-прежнему стараясь держаться от него на безопасном расстоянии.
– Если ты перенесешь меня в двадцатый век против моей воли, – негромко предупредила она Камерона, – то это будет таким же насилием над моей личностью, как то изнасилование, которое ты замыслил в нашу брачную ночь. – Произнеся эти резкие и решительные слова, девушка сделала к нему еще шаг. – Я хочу, чтобы мы были вместе, Джейк, и мне все равно, как долго продолжится наша любовь.
– А как же твой дедушка? А Кристина? Как насчет того, чтобы кое-что изменить в недалеком прошлом и попытаться помочь ему?
Торри Гамильтон затаила дыхание.
– Все изменилось, – наконец покачала головой девушка и отвернулась. – Я уже видела, что могут сделать игры со временем… знаю, как это опасно. Сейчас у меня пропало всякое желание манипулировать временем. Мой дедушка… – Она с трудом сглотнула. – У дедушки все будет прекрасно, я уверена.
– А тебе не кажется, что ты ведешь себя довольно бессердечно по отношению к старику?
– Черт бы тебя побрал, Джейк! – выругалась Торри, и по ее щекам потекли слезы. Она порывисто дышала, была охвачена гневом и страхом и стояла, сжав кулаки. – Я тебя люблю! В двадцать пятом веке любовь, может быть, и пустяк, но для меня она значит очень много. Неужели ты не можешь понять, что я скорее предпочту смерть с тобой, чем жизнь без тебя?
Джейк встал и подошел к ней. На этот раз Торри даже не шелохнулась. Правда, она была готова в любой момент обратиться в бегство Девушка посмотрела ему прямо в глаза. Они были темные от боли и нежные от любви. Его взгляд гипнотизировал Торри. Он взял ее за руку. Торри попыталась освободиться, но он только крепче сжал пальцы. Девушка почувствовала, что он вложил ей в ладонь кулон камнями вверх.
– Да, – негромко сказал Джейк. – Это я понимаю.
Торри с рыданием обняла его за шею.
– Держи меня крепче и никогда не отпускай.


В предрассветный час в лагере конфедератов царила тишина. Торри и Джейк украдкой приблизились к лагерю через густой лес, окружавший его по периметру.
После того как Торри уговорила Джейка позволить ей остаться, они согласились, что их главная задача – спасти полковника Рида. Появление Монтгомери можно было ожидать где угодно и когда угодно. И потому они не могли написать Бренту Риду письмо и предупредить о грозящей опасности. Это было слишком рискованно. Скорее всего полковник не обратил бы на него внимания, посчитав шуткой. Лучшим выходом было увезти полковника Рида из лагеря и спрятать где-нибудь в тайном месте. Причем согласие на это Рида не было обязательным. Они были готовы и похитить его.
Джейк и Торри долго и медленно пробирались через густые кусты, потом остановились и стали тихо совещаться, как лучше всего избавиться от часового, охраняющего палатку полковника.
– Пойду на разведку, – прошептал Джейк. – Оставайся здесь, – добавил он и растворился в темноте.
Торри опустилась на корточки и стала ждать. Только сейчас девушка вспомнила, как долго она не мылась, как устала и как голодна. Когда они закончат все дела в девятнадцатом веке и она вернется в свое время, Торри примет горячую ванну, будет долго лежать в ней, потом пойдет в любимый ресторан и потом целую неделю будет отсыпаться.
И все это без Джейка… Она закрыла лицо руками. Сможет ли она оставить его? Но разве у нее есть выбор? Он очень ясно дал понять, что у них нет никакого будущего. Если им удастся спасти Рида, то Джейк вернется в свое будущее. В этом она не сомневалась. Джейк недвусмысленно заявил, что ни при каких обстоятельствах не возьмет ее с собой в двадцать пятый век, где царили ужас и террор. С окончанием дела полковника Рида закончится и их роман. Они с Джейком отправятся каждый своей дорогой, и их любовь скоро превратится в смутные воспоминания.
Ей сжало горло, и Торри заставила свои мысли переключиться на бал у миссис Мерривезер, который должен был состояться следующим вечером. Там они и собирались поставить ловушку Лукасу Монтгомери. Ханна должна была распространить по городу слухи о том, что Торри посетит бал с доктором Гамильтоном и что на ней будут фамильные драгоценности. Если Монтгомери вернулся в прошлое, то обязательно клюнет на такую приманку и появится на балу.
План был простой, но опасный, так как приманкой в этой ловушке будет она, а человек Кмера вел себя непредсказуемо. Торри и Джейк проспорили часа два, прежде чем ей удалось уговорить его согласиться на ее предложение. Правда, Камерон поставил условие: Торри не должна ни на минуту оставаться наедине с капитаном Монтгомери.
Торри поменяла положение и оглянулась через плечо. Доктор Гамильтон ждал с фургоном примерно в полумиле, на дороге, которая вела через лес. Джейк отнесет Рида к фургону, после чего доктор отвезет его в дом на окраине Ричмонда. К счастью, если Монтгомери вернулся в девятнадцатый век, у него не будет ни малейшего представления, как найти дом Рандольфа Гамильтона.
Торри не хотелось вовлекать в эту авантюру доктора, но, как только Рандольф узнал об их плане, он настоял на своем участии.
– Все в порядке, – прошептал Джейк Камерон, бесшумно появившись около нее. – Я убрал одного человека. Сейчас остался только тот, что стоит у палатки.
– Знаю, без этого не обойтись, но хотелось бы, чтобы было поменьше насилия.
Джейк улыбнулся, сунул руки в карман мундира и достал маленькую металлическую банку с тряпкой.
– Никакого насилия… По крайней мере, очень мало. Часовой сейчас спит, как ребенок. Усыпить его оказалось проще простого, потому что он стоял один в лесу. – Джейк кивнул в сторону оставшегося охранника. – С этим проблем больше. Самое трудное – подобраться к нему так, чтобы он меня не увидел.
– Джейк, – воскликнула Торри, которую неожиданно осенила идея, – давай я помогу тебе? Я отвлеку его внимание, а ты тем временем потихоньку подберешься к нему.
– Но как отвлечешь? – прошептал он в ответ.
– Не беспокойся, я знаю, что делать.
– Не думаю… – Джейк замолчал, когда увидел, что девушка вышла из-за кустов и остановилась на открытом месте. – Торри, вернись! Я тебе сказал… – Он выругался про себя, вытаскивая саблю из ножен. От пистолета будет слишком много шума, но если удастся незаметно подобраться к часовому сзади… Его мысли неожиданно прервала Торри, оказавшаяся в поле зрения. От изумления глаза Джейка сузились, а рот открылся.
Торри расстегнула три верхние пуговицы на рубашке, которую взяла у него взаймы, вытащила ее концы и завязала на животе. Она медленно направилась к часовому в джинсах в обтяжку, соблазнительно покачивая бедрами. Джейк угрюмо улыбнулся и сунул саблю обратно в ножны. Он понял план девушки и похвалил ее за сообразительность, но вынужден был признать, что план был очень рискованным. Камерон бесшумно обошел палатку и замер в чаще футах в десяти. Сейчас все зависело от Торри.
Торри нагнулась и взяла с земли пригоршню земли. Закрыв глаза, втерла ее себе в лицо.
Лицо она выпачкала на тот случай, если на посту стоял один из солдат, за которым она ухаживала в госпитале. Если палатку сторожил ее пациент, то будет благоразумнее хотя бы немного изменить внешность. Она видела женщин, которые околачивались в лагере по ночам. Это были грязные проститутки из городских борделей. Они надеялись заманить кого-нибудь из отдыхающих солдат за несколько жалких монет.
Торри вновь двинулась к часовому. Сердце у нее стучало где-то в самом горле. То, что она сделала с одеждой, было грубо, но убедительно, и девушка надеялась, что ее уловка сработает. Она взлохматила волосы и, выставив напоказ ложбинку между грудей, посчитала, что у нее есть хоть какие-то шансы заманить часового в лес и облегчить задачу для Джейка. Доктор предупредил их перед началом операции, что рана Джейка еще далеко не зажила, и он сильно рисковал, отправляясь на это дело. Однако Джейк и Торри понимали, что он еще больше рисковал, если бы сидел сложа руки.
Глубоко вздохнув, Торри покачнула бедрами и решительно вышла прямо к часовому.
– Стой, кто идет? – воскликнул он, наводя на нее винтовку. – Пароль?
– Никто, – ответила Торри, изо всех сил стараясь говорить голосом Скарлетт О'Хары, – кроме меня. И, милок, я не знаю никакого пароля.
– Ну-ка остановись. – В тусклом лунном свете Торри с трудом могла различить часового, который нагнулся и зажег фонарь, стоявший у его ног. Потом накрыл его ведром, после чего остался только круг света. – Ладно, а теперь медленно иди ко мне.
Торри уперла руки в бока и выполнила команду. Она сделала несколько шагов и наконец увидела часового.
– Привет, дорогой! – поздоровалась она соблазнительным голосом. – Кажется, я заблудилась. Может, ты поможешь бедной женщине найти дорогу домой?
Часовой опустил винтовку, и Торри увидела изумленную улыбку у него на лице. Подойдя ближе, она увидела, что он совсем еще мальчишечка, не больше семнадцати лет, и обрадовалась, что было слишком темно и он не увидел румянца стыда, который залил ее щеки.
– Послушай, – обратился он к ней, говоря с сильным южным акцентом, – ты одна из плохих леди?
Сейчас Торри приблизилась вплотную и обняла его за плечи. Парень уставился ей на грудь, и винтовка выпала у него из рук.
– О, милок, – сказала Торри, притягивая его к себе, – я самая плохая из плохих леди.
Торри Гамильтон почувствовала, как он задрожал, прижавшись к ней, потом неожиданно обнял ее своими крепкими руками. Она оттолкнула парня и рассмеялась:
– Только не здесь, милок, не здесь. Кто-то в палатке может нас услышать.
– Там только один полковник. Его так напичкали опием, что он не услышит, даже если к лагерю подойдет генерал Грант.
Юноша резко наклонился, и Торри едва успела уклониться от его влажных губ.
– Нет, нет, мой сладенький, только не здесь. Я не смогу хорошенько тебя развлечь на открытом месте. – Она опустила ресницы. – Пойдем со мной в лес. Обещаю, не пожалеешь. Парень сделал было шаг к Торри, потом остановился:
– Я… я не могу. Не могу оставить свой пост. Меня расстреляют, если полковник узнает.
Торри почувствовала легкий укол вины. Парня отдадут под военный трибунал, если обнаружится, что он покинул свой пост. Но может, позже ей удастся как-нибудь ему помочь? Она прижалась к нему и поняла, что он вот-вот сдастся.
– Как жалко! – прошептала девушка и нежно погладила солдата. – Такой большой и сильный солдатик… Но если не можешь, то, значит, не можешь. Пожалуй, тогда я лучше пойду. – Она отвернулась и пошла от палатки.
– Подожди, – прошептал часовой прерывистым голосом. Торри оглянулась, постаравшись сохранить соблазнительный блеск в глазах. – Наверное, никакого вреда не будет, если я немного передохну. – Он нервно облизнул губы. – Только недолго.
Торри вернулась и ласково погладила его рукой по лицу.
– О, это будет недолго, сладенький мой, совсем недолго.
Торри Гамильтон повела его к лесу и показала узкую тропинку, которая вела на полянку. Она уже собралась было идти за ним, потом оглянулась и увидела, как тень Джейка быстро приблизилась к ее клиенту. Через секунду юноша уже лежал на земле и крепко спал.
– Я пошел за Ридом, – сказал Джейк, – а ты оставайся здесь и смотри в оба.
Через тридцать минут Торри вернулась к фургону вместе с Джейком Камероном. Он, нес полковника Рида, который был без сознания.
– Что с ним? – встревожился доктор Гамильтон, который слез с сиденья, чтобы помочь Джейку поднять полковника на фургон.
– Он спал. Когда я взял его, он проснулся. Так что пришлось использовать хлороформ.
– Часовой сказал, что ему уже дали настойку опия, – шепотом сообщила Торри. – Не опасно смешивать эти два лекарства?
– Сколько ты ему дал? – поинтересовался доктор Гамильтон, проверяя пульс Брента Рида.
– Как вы говорили. Вылил полную крышечку на тряпку, – ответил Джейк и подсадил Торри в фургон, потом повернул к себе и внимательно оглядел ее вызывающий наряд. Насмешливо подняв брови, прижал девушку к себе и осведомился: – Так, значит, одна из самых плохих, да?
Торри покраснела и подняла лицо для поцелуя.
– Да, сладенький мой, – застенчиво кивнула она.
Они спрятали Брента Рида на чердаке в доме доктора Гамильтона. К их приезду Ханна уже приготовила комнатку с низким потолком. Негритянка не задавала никаких вопросов и молча выполняла распоряжения доктора, которому полностью доверяла. Джейк положил полковника на койку, накрытую одеялами, и нахмурился, видя, как тот стонет и мечется во сне.
«Если нам удастся какое-то время прятать здесь Рида, – подумал Джейк Камерон, – может, у меня и появится шанс. Но для чего все это? – напрямик спросил он себя. – Чтобы остаться с Торри?» Нет, это невозможно. Его единственным шансом было убедить Трию и руководителей сопротивления, что должен существовать иной способ покончить с Кмером, а не только убийство невинного человека. Это был его первый аргумент, и, если вдруг свершится чудо и его доводы возымеют действие, он выдвинет второй, который произведет эффект разорвавшейся бомбы.
Лежа в больнице в 1941 году, в те первые полумирные часы, которые ему выпали за последние годы, Джейк Камерон много размышлял и пришел к важному выводу.
Волшебные кулоны необходимо уничтожить.
Путешествия во времени были опасным оружием. Даже если им удастся победить Кмера, никогда нельзя будет исключить возможность, что УПВ попадет в плохие руки. Джейк должен убедить Совет, что устройства для путешествий во времени слишком опасные игрушки, чтобы позволить им существовать. Он не обольщался, что его аргументы будут звучать убедительно. Разве что…
Джейк отвернулся от постели, на которой лежал Рид, и посмотрел в окошко крошечной комнатушки. И в этот миг у него мелькнула мысль. Что, если не убивать агента Кмера, а захватить с собой в двадцать пятый век и представить как доказательство правильности своих слов?
Лукас Монтгомери хвалился, что его устройство может переносить во времени больше одного человека за раз. Если бы Джейк достал УПВ Монтгомери и с его помощью похитил капитана, то он тогда бы доказал сопротивлению, что предан борьбе за Дело. Немаловажным плюсом явилось бы и то, что у них появится важный заложник. Джейк сжал голову руками. Забрать кулон у Монтгомери будет очень трудно и, конечно же, чрезвычайно опасно. Для начала следует разработать надежный план, где постараться предусмотреть все мелочи.
– Джейк? – Торри подошла к Джейку, и дотронулась до спины.
Лейтенант Камерон повернулся, заставив себя ничем не выдать внутреннее волнение от только что пришедшей идеи и непрекращающейся боли в груди.
– Нам нужно поговорить, – спокойно сказал он.


Торри, Джейк и доктор Гамильтон сидели в маленькой гостиной. Ханна заварила прекрасный чай и испекла очень вкусное вафельное печенье.
– Попытка захвата Монтгомери очень опасна, – безапелляционно сказала Торри, попивая чай. – Я думала, что ты собираешься убить его.
Джейк Камерон невесело рассмеялся:
– О, какой кровожадной вы стали, миссис Камерон! Мне кажется, вы сами говорили, будто я не убийца.
Торри опустила глаза, зардевшись от стыда.
– Я не кровожадная. Я просто… – Она посмотрела ему в глаза. – Я просто не хочу, чтобы тебя вновь ранили.
Морщины вокруг рта Джейка немного смягчились.
– Об опасности говорить сейчас вообще бессмысленно, котенок. Независимо от того, какой план мы выберем, риска не избежать. – Джейк взял чашку с чаем, посмотрел в нее и поставил обратно на блюдце.
– Ты не все нам рассказал, – упрекнула его Торри, которая уже научилась распознавать быстро меняющиеся настроения мужа. Значит, это правда, когда говорят, что двое влюбленных становятся одним целым. После близости с Джейком Торри почувствовала к нему такую нежность, что порой ей казалось, будто она может читать его мысли. Сейчас он пытался решить какую-то серьезную проблему, – проблему, которая, очевидно, касалась ее. – В чем дело, Джейк?
Камерон встал и принялся взволнованно ходить по комнате, сунув руки в карманы. Его лицо будто окаменело. Доктор Гамильтон внимательно посмотрел на него и бросил на Торри предупреждающий взгляд. Девушка обеспокоенно встала из-за стола и подошла к Джейку.
– Что случилось? – мягко спросила Торри и взяла за руку. Джейк как-то странно посмотрел на нее. Она увидела в его глазах боль, и ее сердце заныло от дурного предчувствия. – Тебе больно… сядь. Я…
– Торри… – остановил он ее. Спокойный голос оказался эффективнее крика.
И тут Торри догадалась, что ее ждет. Джейк невесело улыбнулся, заметив вызывающий блеск в ее глазах.
– Мы меняем план, – сообщил он. – Ты не пойдешь на бал и не будешь рисковать жизнью, пытаясь заманить в ловушку этого подонка Монтгомери. – Он отвернулся. – Я доставлю тебя домой, Торри.
– Черта с два!
Джейк резко повернулся к ней. Его глаза превратились в острые льдинки. Девушка поняла, что сейчас ей предстоит сразиться в битве, какой еще никогда не было.
– Я не оставлю тебя. Мы уже обсудили это, и я ясно изложила свою позицию.
– Я передумал. У тебя больше нет выбора, – покачал головой Джейк Камерон. Он сел за стол и взял чашку, потом обратился к доктору. – У вас нет ничего покрепче, док?
Рандольф Гамильтон потер подбородок и бросил взгляд на Торри, потом на Джейка.
– Думаю, – кивнул он, вставая, – немного виски пойдет тебе только на пользу. Хоть как-то облегчит боль.
Джейк бросил на него обиженный взгляд.
– Я чувствую себя прекрасно, – решительно заявил он.
– Конечно прекрасно. – Гамильтон покачал головой. – Я знаю, что тебе больно. Грудные раны очень болезненны, и ты уже успел испытать свою выносливость и мастерство доктора, который зашивал тебе рану. – Он потрепал Джейка по плечу и кивнул в сторону Торри. – Советую вам не ссориться. Будет разумнее поберечь силы для настоящей стычки, которая вас ждет впереди.
– Я знаю, что делаю, – проворчал Джейк. Доктор пожал плечами:
– Поступай как знаешь, но только помни, что женщины хитрее мужчин. С самого начала появления человека они водят нас за нос. Знаете, я всегда думал, что, будь у Конфедерации несколько генералов женщин, мы бы уже давно разгромили янки. – Он подмигнул Торри и отправился за виски.
Торри скрестила руки на груди:
– Я останусь здесь.
– Нет, не останешься.
– А я говорю – останусь.
– У тебя нет выбора.
Не в силах сдержать ярость, Торри уперлась руками в стол, который разделял их.
– У меня есть выбор, лейтенант Камерон… или вы опять решили вернуться к играм, принятым среди пещерных людей, и собираетесь гоняться за мной по комнате? Только на этот раз я позову доктора Гамильтона, и он защитит меня.
Джейк отодвинул стул, встал и обошел стол. Он взял Торри за локоть и прижал к себе. Торри затаила дыхание, глядя в его глаза. Пламя, пылающее в них, обожгло ее до глубины души. Он крепко сжал ее руки, потом взял лицо девушки в ладони.
– Я люблю тебя, – прошептал Джейк Камерон, глядя ей в глаза. – Никогда не думал, что изведаю это чувство. Думаешь, я стал бы рисковать твоей жизнью ради чего-нибудь… пусть даже спасения моего мира?
Торри смотрела на него, растерявшись от такого откровения. На душе стало легко и радостно.
– Но Монтгомери…
– Я остановлю Монтгомери, – произнес Джейк, – но это не означает, что я должен подвергать твою жизнь опасности. Достаточно того, что я взял тебя с собой в лагерь, но и тогда я еще пытался бороться со своими чувствами.
Торри дотронулась до лица Джейка, и ее пальцы погладили крошечные морщинки в углах глаз и вокруг рта.
– Никогда не думала, что ты скажешь это, то есть в нормальном состоянии, а не под действием лекарств и анестезии.
Камерон усмехнулся. Сердце Торри затрепетало, когда на какую-то долю секунды он стал счастливым и беззаботным человеком, каким мог бы быть, если бы жил не в такое суровое время, как двадцать пятый век.
– Я сам никогда не думал, что признаюсь в любви, – кивнул он. Потом положил руки на плечи Торри, поднял прядь волос и намотал себе на палец. – Как я ни сопротивлялся, все равно влюбился в тебя, Виктория Гамильтон. И даже несмотря на то, что у нас нет совместного будущего, я хочу знать, что позаботился о тебе, что не бросил тебя, заблудившуюся во времени.
– Почему ты так уверен, что у нас не может быть общего будущего? – спросила Торри, чувствуя растерянность. – Ты мог бы вернуться со мной в двадцатый век… Наконец, мы могли бы остаться в 1863 году. Если ты позаботишься о Монтгомери, мы могли бы жить здесь. Доктор Гамильтон поможет нам устроиться.
Джейк посмотрел на девушку долгим взглядом.
– Не могу, – наконец покачал он головой. – Слишком много нужно сделать в двадцать пятом веке. Я не могу просто так… бежать.
– Но почему? – Торри сердито отодвинулась от него. Он признался, что любит ее сильнее своего Дела, но сейчас заставил усомниться в этом. – Потому что твой мир не выживет без великого Кмерона, который должен все исправить в прошлом и сделать как надо? Потому что ты должен продолжать доказывать свою храбрость и преданность людям, которым наплевать, жив ты или мертв?
Джейк прерывисто вздохнул:
– Торри, попытайся понять. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты была в безопасности. Больше всего на свете я бы хотел провести свою жизнь с тобой, но это невозможно.
– Тогда возьми меня с собой в свое время. Джейк вновь покачал головой:
– Этого я никогда не сделаю.
– Почему не сделаешь? Я могла бы помочь тебе… мы были бы вместе и…
– Ты не понимаешь, о чем говоришь! – яростно прервал ее Джейк и оттолкнул.
Конечно, нельзя исключить и того, что, когда он вернется в двадцать пятый век, Совет с благодарностью примет его «подарок» в виде капитана Монтгомери и одобрит его новый план. Но возможность приговора к смертной казни для него остается – ведь он оставил Рида в живых. Совет наверняка решит, что он преданный сын и все сделал, чтобы отец его продолжал править. Мысль, что Торри в одиночестве придется пытаться выжить в его суровом двадцать пятом веке, просто убивала его. Если он не защитит ее, она окажется в руках Трии и ее банды, члены которой не знали пощады.
– Значит, так ты доказываешь свою любовь? – яростно осведомилась Торри. – «Это было потрясающе, девочка, но наша любовь закончилась! Давай я тебя куда-нибудь сплавлю – и делу конец. Может, еще увидимся».
Джейк Камерон раздраженно покачал головой:
– Но в глубине души мы оба знали, что придет день и нам придется расстаться, поэтому давай не будем делать из этого трагедию! – Он направился к двери и открыл ее.
– Трагедию! – гневно вскрикнула девушка.
– Поспи немного. Нам обоим нужно выспаться. – Джейк прикрыл глаза, борясь с болью и усталостью. – Когда мы проснемся, я переправлю тебя в твой двадцатый век… Тогда я буду уверен, что ты в безопасности. Потом с помощью твоего кулона вернусь сюда.
– А вдруг ты не сможешь вернуться сюда? – Она подбежала к нему, схватила за рубашку и яростно встряхнула. – Без моей жизненной энергии, Джейк, точность твоих путешествий резко уменьшится. Вспомни, мы ведь уже говорили об этом.
– Все решено, – произнес Джейк Камерон не терпящим возражений голосом. – Я отправлю тебя домой. – Он мягко освободил рубашку и устало повторил: – Все решено. – С этими словами Джейк вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, как бы ставя точку в затянувшемся споре.
Торри смотрела на дверь и ничего не видела. Джейк окончательно и бесповоротно решил избавиться от нее, оставить ее в безопасности в двадцатом веке и вернуться в девятнадцатый для решающей схватки с Монтгомери. Он или погибнет в бою, или захватит Монтгомери и вернется с ним в свое время. Торри закрыла лицо руками. Она должна была чувствовать себя на седьмом небе от счастья, ведь он собирался отправить ее домой. Разве в самом начале их знакомства она не умоляла его сделать это? Дедушка нуждался в ее помощи сильнее, чем Джейк Камерон. Джейк мог прекрасно сам о себе позаботиться.
Но она любила его.
Эта мысль как острый нож пронзила ее сердце. Торри сжала кулаки за спиной. Если бы он действительно любил ее, то взял бы с собой в будущее. Она знала, что там их подстерегали опасности, но они были бы вместе, а это было главным. Почему он не хочет понять это? И почему никак не может понять, что их план, по которому она должна была на балу заманить Монтгомери в ловушку, был самым лучшим?
Торри Гамильтон взволнованно ходила по комнате. Если бы она была уверена, что Джейк сумеет целым и невредимым прибыть в свое время и вернуться за ней после того, как все уладит, она бы согласилась подождать, каким бы тяжелым для нее ни было это ожидание. Но никаких гарантий не было. Единственным, в чем она не сомневалась, так это в упрямстве Джейка Камерона. Торри остановилась, на ее лице появилась улыбка, – кажется, она нашла решение.


Торри не стала тратить время ни на переодевание, ни на принятие долгожданной ванны. Только потратила несколько минут, чтобы написать записку. Она знала, что последствия побега окажутся тяжелыми, но это был единственный выход. Другого она не нашла: нужно помочь Джейку и тогда у них будет будущее.
Торри Гамильтон вышла из дома и сразу углубилась в лес. Она надеялась опередить Джейка и попасть в лагерь до того, как он отправится на поиски Лукаса Монтгомери. Если бы она смогла найти Монтгомери и забрать у него УПВ!
Пробираясь через лес к дороге, которая вела в Ричмонд, Торри обдумывала на ходу план. Лукас Монтгомери хотел получить ее УПВ. Она решила ему солгать. Торри скажет, будто Джейк умер во время последнего путешествия во времени и она навсегда застряла в 1863 году. Поверит ли Монтгомери в то, что она в панике и готова сделать все, лишь бы вернуться в свое время?
Конечно, Монтгомери мог убить ее и воспользоваться ее кулоном, но откажется ли он от легкой возможности сначала овладеть ее телом? К тому же у Торри хватило ума не брать с собой УПВ. Она собиралась использовать это обстоятельство как козырь в торге с Лукасом Монтгомери.
Если ей удастся осуществить свой план, Торри надеялась поменяться ролями с агентом Кмера. От одной мысли о том, что ей придется вступить в интимный контакт с этим мерзким типом, бедной девушке становилось не по себе.
Но если это спасет Джейка, если он разрешит ей остаться с ним и – что самое главное – даст Джейку необходимый козырь в разговоре с лидерами сопротивления, то игра стоила свеч.
Торри добралась до Ричмонда на рассвете. Город начал пробуждаться ото сна, и девушка поняла, что рубашка и джинсы привлекут к ней внимание, а этого она хотела меньше всего. Она свернула на боковую улочку и задумалась над неожиданно возникшей проблемой. Сейчас Торри пожалела, что перед выходом из дома не взяла платье. Словно в ответ на свои мольбы, она увидела вывеску на ветхом здании: «Прачечная. Пять центов за лохань белья».
Торри посмотрела по сторонам и, никого не увидев, попробовала открыть дверь. К сожалению, дверь оказалась заперта. Девушка расстроилась и уже собралась было уходить, когда заметила, что одно из окон слегка приоткрыто. Обрадовавшись, Торри открыла окно, надеясь, что протестующий скрип не услышит никто из любителей рано вставать. В прачечной она нашла несколько аккуратно сложенных стопок одежды, но, к своему великому огорчению, обнаружила, что все это была мужская одежда.
Торри уже собиралась ретироваться, когда увидела в углу какой-то узелок. В нем находились грязная юбка и блуза, которые скорее всего оставила одна из прачек. От одежды исходил такой запах, что девушка с отвращением поморщилась, потом решительно вздохнула и даже улыбнулась. Она торопливо переоделась. Со слов капитана Монтгомери она знала, что офицеры из лагеря сдают белье в городскую прачечную. Во время ужина в ресторане отеля «Ричмонд» Лукас Монтгомери пожаловался, что у него в рубашках слишком много крахмала… Итак, подходящую одежду она нашла. Сейчас ей нужно было найти оружие.


Джейк Камерон смотрел на записку, не веря своим глазам. Она ушла. Без единого слова, даже не попрощавшись. Ушла в черную пустоту, которая подарила ей жизнь.
– Что это у тебя, Джейк? – поинтересовался доктор Гамильтон.
Вниз они спустились вместе. После спора с Торри Джейк заснул на ее кровати. Он слишком устал, чтобы ждать, пока она успокоится и присоединится к нему. Рандольф Гамильтон ушел к себе, сославшись на усталость.
Джейк проснулся, чувствуя себя отдохнувшим. Он по-прежнему был настроен решительно. Во что бы то ни стало нужно убедить Торри, что ей будет лучше в двадцатом веке. У него создалось впечатление, что она без его помощи пришла к этому выводу. Но Торри не стала ждать, когда он переправит ее в 1994 год. Она сама отправилась в путешествие во времени.
– Джейк? Что случилось? – настойчиво повторил доктор Гамильтон, заметив его растерянность.
Камерон протянул записку.
– Торри ушла. Она воспользовалась кулоном и сама отправилась в двадцатый век.
– Ушла? Но почему? – Рандольф бегло прочитал записку, и его седые брови нахмурились. – Она пишет, что не может рисковать твоим внезапным возвращением в 1863 год, что неточность УПВ делает такое путешествие в одиночку очень рискованным. – Доктор поднял голову. – Но она ведь пошла на тот же самый риск, правда?
Джейк кивнул и закрыл лицо руками.
– Я хотел только одного, – сказал он, – чтобы она была в безопасности. Сейчас же она может вечно блуждать во времени. А после определенного количества путешествий ее молекулярная структура начнет разрушаться так же, как моя.
– Но ведь у нее есть кулон. Разве с ним она не будет чувствовать себя в безопасности?
– Только на определенное количество путешествий. После того как она перешагнет решающий рубеж… – Он почувствовал, как его охватывает отчаяние. – Торри… что я наделал?


Торри Гамильтон вошла в лагерь одетая в вонючие тряпки прачки. Для того чтобы скрыть свои волосы, она повязала их платком, а лицо предусмотрительно намазала землей. Ей показалось, что на нее вообще никто не обратил внимания. Очевидно, неряшливой прачкой в лагере никого не удивишь. Торри принесла корзину, наполненную чистым бельем, которое она нашла в прачечной. Ей очень повезло: три рубашки принадлежали капитану Лукасу Монтгомери.
Пистолет она достала совсем легко. Торри медленно шла по лагерю и смотрела под ноги. В конце концов она увидела, как какой-то солдат сунул пистолет в седельную сумку. Прозвучал горн, возвещающий о завтраке, и солдат бегом направился в столовую. Торри вытащила пистолет из кожаной сумки и спрятала на дно корзины, под белье.
Спросив направление у солдата, который сморщил нос от неприятного запаха, исходящего от ее одежды, девушка поплелась дальше к палатке капитана Лукаса Монтгомери. Она шла, опустив голову.
У входа Торри остановилась и сделала глубокий вдох. Одеваясь в грязную одежду, она попыталась представить самый худший сценарий развития событий. Если Монтгомери не поверит ей, то для начала надо попытаться отобрать у него страшное оружие и направить его на владельца, потом потребовать УПВ. После этого она собиралась связать Лукаса Монтгомери и вернуться к Джейку с кулоном. Весь вопрос заключался в том, справится ли она с сильным мужчиной даже вооруженная пистолетом? Заставит ли его повиноваться угроза получить пулю в лоб?
Торри Гамильтон сделала еще один глубокий вдох и просунула голову в палатку.
– Белье! – крикнула она с сильным южным акцентом.
Тихий низкий голос велел ей войти, и девушка вошла в палатку. Монтгомери стоял у стола и рассматривал какие-то бумаги. Торри нагнулась над корзиной, сделав вид, будто поправляет верхние рубашки.
– Надеюсь, на этот раз рубашки выстираны как следует? – осведомился капитан Монтгомери, бросая бумаги на стол. – В прошлый раз я… – Он замолчал, когда Торри выпрямилась и смело встретилась с его взглядом. Его лицо расплылось в знакомой противной улыбке. – Да это же мисс Гамильтон, провалиться мне на этом месте!
– Здравствуйте, капитан Монтгомери! – поздоровалась девушка. – Надеюсь, вы извините меня за столь необычный визит. Я не хотела, чтобы кто-то из знакомых доктора Гамильтона увидел меня в лагере.
– Странное желание, моя дорогая. Неужели вы прячетесь от своего драгоценного «дедушки» и любимого муженька? Кстати, где лейтенант Камерон? Его ждет маленький сюрприз – военный трибунал по обвинению в попытке покушения на жизнь полковника Рида.
– Джейк умер во время путешествия из 1941 года, – без промедления ответила Торри. – Он… он был так слаб. – Она посмотрела в сторону, словно подавленная горем. – А я сейчас безнадежно застряла в прошлом.
Монтгомери взял со стола перчатки и неторопливо надел.
– Я… я думала, что Камерон поможет мне, – продолжила девушка, чувствуя, что с каждой минутой ситуация все больше и больше выходит из-под контроля. – Только поэтому я и осталась с Джейком, он обещал отправить меня домой. Сейчас я понимаю, что он солгал.
Торри попыталась произвести впечатление убитой горем женщины, но Лукас Монтгомери не смотрел на нее. Он сунул руку во внутренний карман мундира. Торри моментально напряглась, боясь, что он достанет лазер. Она как бы случайно нагнулась над корзиной, чтобы в любой момент можно было выхватить пистолет.
– Вот как? – задумчиво протянул Монтгомери. Торри расслабилась, когда увидела, что его руки свободны и что он безоружен. – А как же ваш собственный кулон? Почему вы не воспользовались кулоном и не вернулись домой?
Торри сняла платок с головы, и ее волосы каскадом рассыпались по спине. От нее не укрылся интерес, который промелькнул в глазах Монтгомери.
– Я боюсь воспользоваться им, – призналась девушка и сделала шаг к Монтгомери. – Я знаю, что вы подозревали, будто я агент сопротивления, но я никакой не агент. Я вовсе не собиралась путешествовать во времени. Все это произошло чисто случайно.
– Продолжайте.
Набравшись смелости, она подошла к нему и дотронулась до его руки.
– Мне нужна ваша помощь.
– Ну конечно, моя дорогая, – нежно кивнул Монтгомери и обнял ее. – Знаете, я помогу вам… но только за определенную цену.
Он нагнулся, и Торри вздрогнула, когда его губы коснулись ее губ. Потом Лукас Монтгомери прижал Торри к себе. Когда он в конце концов отпустил ее, Торри отвернулась, хватая ртом воздух. У нее перехватило дух от силы его объятия и от своей реакции. Вместо отвращения она почувствовала возбуждение…
Торри Гамильтон резко повернулась и оказалась лицом к лицу с агентом Кмера. Когда нахлынуло уже знакомое чувство вялости, Торри в панике схватилась рукой за горло.
– Вы… вы опять что-то сделали со мной… – в ужасе произнесла девушка. – Опять это лекарство!
Лукас Монтгомери рассмеялся и разжал пальцы. На его перчатках желтели пятна.
– Перчатки теперь придется выбросить, зато они защитили меня от лекарства. Оно впитывается через кожу. На этот раз я использовал другое средство, моя дорогая. То лекарство было, к счастью, бесцветное в отличие от этого. Над этим ученые еще продолжают работать.
– Что это такое? – прошептала Торри, со страхом ожидая ответа.
– Ученые Кмера разработали целый набор подобных средств. Это тоже немного увеличивает сексуальность, но главное его предназначение – выведывание правды. Оно так и называется – «сыворотка правды».
От лица Торри отхлынула кровь. Она развернулась и бросилась к корзине. Добежав до нее, быстро сунула руки в белье. Когда ее пальцы коснулись рукоятки пистолета. Монтгомери ударил ее по запястью. Девушка вскрикнула от боли и упала на колени. Монтгомери схватил ее за руки и сильно встряхнул.
– Кмерон жив. Вы пришли сюда, чтобы заманить меня в ловушку… Вы поступили крайне глупо. А теперь расскажите мне, где он?
– Нет! – крикнула Торри, борясь с чувством вялости, которое охватило все ее тело. Сейчас она была рада, что оставила кулон в доме доктора Гамильтона. – Джейк мертв! Я хочу вернуться домой… это правда!
Его руки погладили ее волосы, потом резким движением Монтгомери заставил девушку встать, и Торри едва не вскрикнула от боли. Запястье у нее ныло, и она громко зарыдала, когда горячее дыхание капитана коснулось ее губ.
– Я хочу знать правду. Вы не можете бороться с лекарством, так что лучше отвечайте. Сейчас лекарство уже попало в ту часть вашего мозга, которая отвечает за принятие решений. Пройдут считанные минуты, и вы расскажете мне все, что я захочу знать… и сделаете все, что я захочу. Полковника Рида похитили. Ясно, что одна вы не могли проделать этот маленький фокус с исчезновением. Не думаю, что и доктор мог придумать такой хитрый план… А сейчас отвечайте, где Кмерон?
Торри Гамильтон потрясла головой, пытаясь прояснить ее. Губы онемели и распухли, и она провела по ним языком. Состояние было таким, как после укола новокаина в кабинете у дантиста. Девушка огляделась по сторонам. Перед глазами все плыло, очень сильно хотелось спать. Потом возникло ощущение невероятной простоты происходящего. На Торри снизошло спокойствие. Она улыбнулась. Паника исчезла, ей было хорошо и покойно. Ей даже показалось, что кости стали хрупкими, какими-то водянистыми, как будто пропитались водой, как будто она находилась в воде. Но вода не могла поддерживать ее тело в вертикальном положении, и она почувствовала, как погружается в нее. Неожиданно погружение остановилось, и ее обняли сильные теплые руки. Девушка прижалась к ним, спрятала лицо на широкой груди.
– Джейк? – тихо произнесла она. – Обними меня крепче, Джейк.
– Конечно, дорогая, – успокоил ее мужской голос, – но сначала расскажи мне, какой план мы с тобой придумали, чтобы помешать Монтгомери?
Почти засыпая, Торри прислонилась к нему.
– Я должна заманить капитана в ловушку, – прошептала Торри Гамильтон, едва шевеля губами. – Должна пойти на бал к миссис Мерривезер, пригласить его на танец и потом выманить на террасу, где ты будешь ждать. – Она вздохнула. – Ты покончишь с ним, и после этого мы с тобой всегда будем вместе. – Торри подняла лицо к его губам. Ее глаза были полузакрыты. – Правда, это будет замечательно, дорогой?
– Это, моя любовь, будет таким же замечательным, как и ты сама, – согласился Лукас Монтгомери и прижался губами к ее губам.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Чудесная реликвия - Мэллори Тэсс



роман немного затянут, гг черезчур наивна.
Чудесная реликвия - Мэллори Тэссмарина
14.10.2012, 13.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100