Читать онлайн Лето перемен, автора - Мэйджер Энн, Раздел - ГЛАВА ШЕСТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лето перемен - Мэйджер Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.31 (Голосов: 36)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лето перемен - Мэйджер Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лето перемен - Мэйджер Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэйджер Энн

Лето перемен

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Кормушка, которую Хейзл подвесила для птиц, раскачивалась на ветру. Фэнси должна быть в доме. Джим еще раз стукнул по входной двери и, упрямо набычившись, затоптался на крыльце. Первым делом он выяснит, намерена ли Фэнси продать ему ферму. А затем раз и навсегда покончит с этим наваждением между ним и Фэнси.
Так чего ж она не облегчит ему эту пытку и не откроет дверь? Горлан, этот никчемный пес, наскакивал на машину Джима, лаял до хрипоты, пока вконец не измотался. После чего виновато поджал хвост и улегся на подстилке у двери, словно по-прежнему дожидался Хейзл.
Джим снял свою неизменную ковбойскую шляпу и рукавом вытер капельки пота со лба. Он так долго и так упорно тарабанил в эту дубовую дверь, что чуть не разбил костяшки пальцев.
Он не сдержал протяжного раздраженного вздоха. Отступив от двери, взглянул на острые носы своих ковбойских, заляпанных грязью сапог. Он испачкался, пока чинил испорченный насос в одном из резервуаров.
Спустившись на одну ступеньку, Джим принялся счищать присохшую грязь. Затем вернулся к двери и снова постучал. Наконец, приник к высокому окну и, обмахиваясь шляпой, стал всматриваться сквозь занавески в сумрак дома.
Походив взад-вперед по крыльцу, он снова остановился перед окном. В самой темной части веранды виднелось любимое кресло-качалка Хейзл, напомнившее Джиму о тех вечерах, когда Фэнси усаживала его в это самое кресло, и они потягивали холодные напитки, болтали и перешептывались в промежутках между поцелуями.
Сладкий запах клевера, прогретого солнцем сена и созревающей ежевики словно приоткрыл дверцу в его сознании и выпустил воспоминания о том счастливом, безмятежном времени. Фэнси, конечно, не особенно интересовалась спортом и практически не общалась со сверстниками, но ее страсть к чтению отточила в ней богатейшее воображение. Она горела желанием побольше узнать о жизни вообще и о сексе в частности; она хотела испробовать с ним то, о чем писали в ее книжках. Ее чувственность проявилась уже с самого начала и очень быстро разгорелась до истинно женской сексуальности. Это-то и заставило его в конечном счете тоже пристраститься к чтению.
Веранда окружала дом с трех сторон, и Джим, громко окликая Фэнси, обошел ее из конца в конец. Никакого ответа – лишь нежное позвякивание колокольчиков Хейзл. Она любила эти колокольчики, подвешенные на разной высоте и отвечающие мелодичным звоном на малейшее дуновение ветерка.
Несмотря на молчание, Джим и не подумал уйти. Ведь машина-то, которую Фэнси взяла напрокат в Парди, так и стоит у въезда, рядом с древним «доджем» Хейзл!
Наконец, не выдержав, он изо всех сил толкнул дверь и вошел внутрь. Без напоминания Хейзл он, конечно, забыл вытереть при входе ноги. И вспомнил гораздо позже, когда заметил на полу комья засохшей грязи от своих сапог. Но дом без Хейзл показался ему холодным, темным и безжизненным, и он решил, что чистота, пожалуй, теперь не имеет значения.
Картины уже были сняты со стен и аккуратной стопкой сложены на полу. Тут же громоздились коробки со старыми джинсами, ботинками и любимыми широкополыми соломенными шляпами Хейзл.
Высокие каблуки его сапог вызывали гулкое эхо, когда он проходил по просторным, с высокими потолками комнатам. В гостиной он остановился, вынул из раскрытой коробки изумрудно-зеленую вазу и поднес ее к свету. Щелкнув по ней ногтем, прислушался к чистому хрустальному звону. Эта его привычка выводила Хейзл из себя: где бы она ни была в тот момент, она всегда летела к Джиму и отбирала у него вазу.
На окне затрепетала занавеска, и Джим улыбнулся, словно приветствуя дух Хейзл. Снаружи раздался какой-то звук, и внимание Джима привлекла прекрасная всадница с развевающимися темно-рыжими волосами, которая гарцевала на вороном жеребце в самом дальнем конце пастбища.
Джим с такой силой опустил вазу на кленовый обеденный стол, что едва не расколол ее. И тут же рядом с новеньким факсом заметил стопку листочков с эскизами моделей одежды – по-видимому, Фэнси набросала их уже дома. Джим не смог удержаться, чтобы не взглянуть на них, а потом просмотрел и шесть-семь факсов от какого-то истеричного типа по имени Клод с настоятельными требованиями к Фэнси немедленно вернуться в Нью-Йорк. На одном из факсов Фэнси размашисто перечеркнула рисунок черного вечернего платья с кожаными тесемками, подписанный Клодом.
Секунду спустя взгляд Джима упал на три восхитительных наброска углем. На всех трех Оскар и Омар забавлялись с Горланом у ветряной мельницы – там, где Хейзл посадила чудесные примулы. А еще на одной акварели близнецы наслаждались кока-колой на крылечке дома, рядышком с развалившимся псом.
Рисунки так понравились Джиму, что у него сжало горло. Но он тут же, выругавшись про себя, швырнул их обратно на стол. Фэнси пробралась ему в тыл и нарочно завела дружбу с его детьми. Непонятно, к чему ей такие хлопоты? Она ведь всегда утверждала, что не хочет иметь детей.
Он вытащил из кармана документы относительно продажи фермы, развернул их и положил рядом с акварелью Фэнси. И вышел из дома – в еще большей ярости, чем прежде. Гнев до такой степени ослепил его, что он попал прямиком в сети колокольчиков Хейзл. Несколько секунд ушло на то, чтобы выпутаться.
Близился вечер, и белые доски крыльца там, где до них добирались косые солнечные лучи, окрасились в розовый цвет. А длинные тени от старого амбара на другом конце пастбища стали почти лиловыми.
Он и забыл о привычке Фэнси упражняться в этот час в верховой езде. Признаться, зрелище красивой женщины верхом на отличной лошади доставило ему удовольствие. А лучше Фэнси не ездил никто в целом городе. Наверное, потому, что никто не мог себе позволить столько дорогих уроков.
Джим направился на пастбище, старательно обходя глубокие глинистые канавы, поросшие чертополохом. Вслед за ним от самого дома трусил Горлан.
С одной стороны поле было огорожено аллеей из тополей и кедров, а с другой заканчивалось бесплодной солончаковой пустошью. Далеко впереди, окутанные фиолетовой дымкой, простирались те самые изобильные пастбища, которые он облюбовал для своего молочного стада. Пара канюков лениво парила в небе, словно следя за тем, как он шагает по тропинке вверх, на небольшой пологий холм.
Фэнси не сразу их увидела, а заметив, на скаку натянула поводья. Джим остановился посреди поля.
Двое под бездонным синеющим небом долго смотрели друг на друга.
Джим вдруг ощутил эту тишь, это ужасающее безмолвие. Опасное предвестие чего-то нового, огромного.
Фэнси, казалось, заполняла собой необъятную пустоту ландшафта; необъятную пустоту его жизни. Над ее английскими жокейскими сапогами и излюбленными бриджами полоскалась на ветру ярко-красная мексиканская шаль, то вздуваясь вокруг ее стройного тела, то окутывая его причудливыми складками. В руке Фэнси держала хлыст. Под ней был породистый вороной жеребец, любимец Хейзл, небольшой и приземистый, – из тех, что появились в Новой Англии вместе с конкистадорами.
Фэнси, коротко вскрикнув, стегнула лошадь и понеслась как сумасшедшая – прямо на Джима. Горлан пулей сорвался с места.
У Джима заколотилось сердце; он и сам бы отскочил вслед за Горланом, если бы это был кто-то другой, а не Фэнси. Но это была она – и Джим лишь упрямо наклонил голову, глядя, как она летит к нему по полю.
Она пропустила последний миг, когда еще можно было успеть натянуть поводья. Джим не сомневался, что она решила затоптать его насмерть. Но все равно, поглубже вдавив каблуки в землю и стиснув зубы, он заставлял себя не двигаться с места. Она рывком натянула поводья, и жеребец, вскинув передние ноги, остановился и замер в нескольких сантиметрах от Джима.
Она всегда была великолепной наездницей и вытворяла в седле настоящие чудеса. Такой и осталась.
А вот у него дрожали колени, и тошнота поднималась к горлу.
Джим почувствовал, как жаркое дыхание жеребца обожгло его побелевшую щеку, а по спине покатились капельки холодного пота. Сердце колотилось с бешеной скоростью. Пережитый смертельный ужас сменился волной неизбывной ярости.
Этот зрелищный трюк входил в программу родео, и Фэнси выучилась ему в Перу, куда Хейзл отправила ее на каникулы. Она и раньше его демонстрировала, но никогда не доводила до подобного драматизма. И никогда не позволяла себе рисковать его жизнью.
Усилием воли он усмирил судорожную дрожь во всем теле, но, когда поднял взгляд на Фэнси, его бешенство лишь возросло.
Не отдавая отчета в своих действиях, он резко подался вперед, обхватил железными пальцами ее запястья и рванул с лошади вниз.
Ее нога запуталась в стремени, но он не остановился, а дернул еще сильнее. А потом выхватил у нее хлыст, в ярости разломал его пополам и швырнул на землю.
– Какого черта ты собиралась сделать – убить меня?
Розовые, безупречно обведенные контуром губы искривились. Она горделиво и надменно вскинула подбородок. И очень долго не отвечала. А когда ответила, то ее медовый голосок прозвучал тихо и холодно:
– А ты бы это допустил?
– А ты бы меня убила?
Она устремила на него упрямый взгляд, а потом начала небрежно расстегивать длинные жокейские кожаные перчатки.
– Вот уж чего мне меньше всего хотелось.
– В таком случае, что именно ты пыталась доказать?
– Думаю, ты и сам прекрасно знаешь, – шепнула она вдруг охрипшим голосом, опустив изящные, мягкие ладони на его пылающие щеки. – Мне необходимо было понять, как далеко ты зайдешь, чтобы доказать мне свою силу. Мне необходимо было понять, остался ли ты тем несносным, упрямым, несгибаемым идиотом, в которого я когда-то влюбилась.
– И что?
– Ты стал еще хуже! Дурак упрямый, тебе надо было убежать!
Значит… значит, она издевалась над ним, подначивала, чтобы он вышел из себя; значит, она играла с ним, словно он по-прежнему был ее игрушкой!
– Ты всегда умела вытащить на свет Божий мои самые худшие качества. – Он рванул ее на себя. – Я сам готов убить тебя сейчас!
– Мне кажется, убить друг друга было бы слишком простым выходом для нас.
– То есть?
– Почему ты оскорбил меня на похоронах, а потом удрал как трус?
Трус. Его рот сжался в тонкую линию.
– Грейси прислала меня извиниться, – буркнул он.
Фэнси снова скривила губы.
– Ты не поэтому приехал.
– Ну, да, ты ж у нас всегда все знаешь.
– Я знаю то, что знаю. Из нас двоих именно ты боишься признать правду.
Его глаза сузились.
– То есть?
Она прильнула к нему. И прежде, чем он смог возразить ей или оттолкнуть, ее сочные губы оказались на его губах – горячие, ищущие, голодные и такие прекрасные, что все его возражения рухнули под натиском тех безумных страстей, которые возродил ее поцелуй.
– Мне не хватало тебя, не хватало вот этого, – жарко выдохнула она. Похоже, ее нисколько не смущала ни дневная щетина у него на подбородке, ни слабый запах пота, пыли и навоза, пропитавший его одежду.
Потрясенный наплывом нежеланных чувств к ней, Джим, и без того немногословный, почти потерял дар речи. Он выдавил хрипло:
– Проклятье, ты сама оставила меня. Если тебе меня не хватало, какого черта ты не вернулась?
– Я сожалею и об этом, и обо всем остальном. – Она попыталась снова поцеловать его. – Но теперь-то я здесь.
– Ты не могла не приехать, – буркнул он, отталкивая ее. – И кроме того, мы оба знаем, что тебя никакими силами не удержать здесь надолго. Возвращайся в Нью-Йорк, Фэнси. Чем скорее, тем лучше.
Он вздрогнул, увидев ее ответный взгляд – словно ее душа выплеснулась на него из бездонных огромных зеленых глаз.
– Ты так же упрям, как и я, думая, что знаешь все на свете. – Ее тон был неестественно спокоен, и его это почему-то потрясло. – Ладно, Джим, мне нужно позаботиться о лошади: она вся в мыле.
Джим был почти уверен, что, когда она отвернулась, в глазах у нее стояли слезы; почти уверен, что ее худенькие плечи вздрагивали, когда она тихим, протяжным свистом подозвала к себе вороного жеребца.
Джим смотрел, как она поправила стремя, любовно похлопала жеребца по крупу и, подхватив поводья, повела его к конюшне. До сих пор ему не приходилось видеть, чтобы ее плечи были так горестно опущены.
Наверняка это ее очередная уловка. И все же он подумал о том, что Хейзл умерла и что Фэнси, должно быть, действительно очень одиноко здесь – без друзей, в пустом доме, среди вещей, напоминающих о матери… Он должен был сказать ей хоть что-нибудь нежное, утешающее. Но его слишком страшили собственные опасные чувства; он слишком сильно боялся, что ей как-нибудь да удастся уговорить его признать то, что он признавать не желал.
А потому он лишь холодно бросил ей в спину:
– Если ты решишь продать ферму – все бумаги я оставил на столе в гостиной. Хейзл уже согласилась…
– Я их просмотрю и дам тебе знать… позже, – бросила в ответ Фэнси, но голос у нее был безжизненным, словно она, так же как и он, изо всех сил гнала от себя прочь свои чувства.
Опять игра? Разве могут у подобной женщины быть настоящие чувства?
Его так отчаянно тянуло к ней, что мышцы сводило судорогой.
С гримасой отвращения он пнул носком сапога сухой ком земли. Потом еще один. Здравый смысл твердил ему, что нужно покончить со всем этим здесь и сейчас; что она была величайшей ошибкой его жизни; что со временем он забудет ее – если только она продаст свои земли и уедет навсегда.
– Да, еще одно, – крикнул Джим ей вслед. Фэнси обернулась. – Горлана я не возьму.
– Но Омар и Оскар его очень любят.
– Не пытайся встать между мною и моими детьми.
– Я и не пыталась, – стала оправдываться она. – Я… мне просто очень хотелось побыть с ними. Они напоминают мне тебя в том же возрасте. Ты так же хулиганил, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание, – пока не увлекся футболом.
– Я сказал, держись от них подальше, черт возьми.
Лицо у нее побелело и помертвело, даже глаза, кажется, из зеленых стали бесцветными.
Закусив губы, она молча смотрела, как он развернулся и угрюмо зашагал к дому.
Но с каждым победоносным шагом, уносившим его прочь от нее, его сапоги все тяжелее ступали по пересохшей земле, а на душе становилось все чернее. Неровные толчки сердца словно рвали грудь изнутри.
До него уже доносился нежный звон колокольчиков с веранды дома, но тут он как безумный развернулся в обратную сторону.
Однако Фэнси исчезла за стенами обветшавшей, покосившейся конюшни, которую Хейзл, несмотря на все его уговоры, так и не приказала починить. Громила в кои-то веки спокойно жевал траву в одном из загонов.
Джим почувствовал страшное одиночество. Фэнси дала ему свободу. Он выдержал и не показал ей, как сильно все еще любит ее. Он может спокойно отправляться назад, к Грейси, к их идеальному семейному счастью.
Но, устремив отчаянный взгляд в простор темнеющего неба и представив себе это идеальное будущее, он ощутил такую пустоту и безнадежность, каких до сих пор еще не знал.
Время для него остановилось. Страсть и тоска по Фэнси бурлящим потоком понеслись по венам, обожгли нервы, наполнили все его существо нестерпимой болью. Перед его взором как будто простерлись годы его жизни. Без Фэнси одна его половина умрет.
Как может он жениться на Грейси, если все его мысли занимает одна Фэнси?!
Словно потеряв последние капли разума, он приставил сложенные рупором ладони ко рту и выкрикнул имя Фэнси, обращаясь к небесам. Ко всему миру. Он выкрикивал его снова и снова, и теплый ветер уносил эти тоскливые, мучительные, сами собой рвущиеся из его груди возгласы.
Фэнси победила. Он проиграл.
Но он все-таки сможет еще хотя бы раз прижать к себе ее обнаженное тело, он сможет окунуть свою твердую плоть в ее жаркую влагу. Он будет целовать ее, ощущать на губах ее дивный вкус. Он будет наслаждаться ею с такой безумной страстью, что отпечатки его любви навечно останутся на ее теле.
И вот он уже шагает наверх по пологому холму, ненавидя себя, не разбирая дороги, спотыкаясь и проваливаясь в каждую встречную борозду. Увидев, что она ведет жеребца на дальний выгул, он опустился на колени, спрятался в высокой траве и поднялся, только когда увидел, что она вместе со своим любимцем исчезла во мраке конюшни.
Если раньше она была его бедой, то сейчас – еще хуже.
На карту поставлено счастье его детей, да и его собственное тоже. Жизни всех близких ему людей висят на волоске.
Но он ее получит – чего бы ему это ни стоило.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Лето перемен - Мэйджер Энн

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Эпилог

Ваши комментарии
к роману Лето перемен - Мэйджер Энн



Очень реалистичная история захватывает и увлекает.
Лето перемен - Мэйджер ЭннСветлана
23.10.2013, 17.46





прелесть!!!! наконец то г.гня не сомневается и выпендривается, она поняла что хочет и не гнет пальцы веером, не ноет а добивается, г.герой тоже вредный мужик но смог признать что все тут неспроста. и все без много много многодневных хождений вокруг да около. очень приятный роман)
Лето перемен - Мэйджер ЭннАннабелька
23.10.2013, 20.17





Эмоционально, романтично, страстно. Остальное узнаете сами, прочитав!
Лето перемен - Мэйджер ЭннЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
14.11.2015, 0.41





Приятный роман.
Лето перемен - Мэйджер ЭннЕлена
14.11.2015, 10.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100