Читать онлайн Лето перемен, автора - Мэйджер Энн, Раздел - ГЛАВА ПЯТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лето перемен - Мэйджер Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.31 (Голосов: 36)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лето перемен - Мэйджер Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лето перемен - Мэйджер Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэйджер Энн

Лето перемен

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЯТАЯ

В старших классах Фэнси Харт была настоящей занозой, сплошной головной болью. Во всяком случае, для Джима.
Другие девчонки бегали за ним, а Фэнси неустанно колола ему в глаза его недостатками. И все же этой тощей зубрилке в нелепых платьях и с длинными рыжими косами, с которой у Джима не было ничего общего, удалось в конце концов проникнуть к нему в душу, как не удавалось никакой другой девчонке. Пусть она и вела себя надменно и холодно, словно лучше ее в целом свете не найти, он уловил в ней уязвимую струнку гордого одиночества – и навсегда отдал ей сердце. Она только и делала, что насмехалась над ним, но он не обращал внимания на ее оскорбления и относился к ней по-рыцарски, защищая от других ребят… когда усмирял свой вспыльчивый нрав.
В отличие от него Фэнси даже не пользовалась особенным успехом у сверстников – может, потому, что была единственным избалованным ребенком, может, потому, что ее считали чересчур заумной, может, из-за ее странных нарядов, но скорее всего, потому, что она никогда не старалась подделаться под окружающих.
В то время как остальные ребята в животноводческих кружках кормили кроликов, поросят и телят, она играла на пианино и от корки до корки штудировала энциклопедии. Задрав нос, она обычно дефилировала по школьной сцене, получая очередную награду за очередной конкурс. Пару раз она даже выискивала его среди зрителей в зале и дарила горделивой, издевательской улыбкой, пока директор школы вручал ей приз.
А ее манера ездить верхом! Все остальные надевали обычные джинсы, ботинки и ковбойские шляпы и подражали героям вестернов. Фэнси же красовалась в галифе и высоких сапогах и брала уроки английской верховой езды. Тогда-то к ней и прилепилась кличка «Фэнси» – из-за ее экстравагантных диковинных брюк.
На переменах ее одноклассники как угорелые гоняли в футбол, а она уютно устраивалась где-нибудь в тенечке, расправив подол причудливого платья, и читала толстые книжки, причем не «Трех мушкетеров», а такие, каких и в программе-то не было. Или же заполняла альбомы набросками своих первых моделей. Наброски эти она даже посылала в Нью-Йорк, а потом пару раз хвасталась полученными премиями.
Училась она только на «отлично». Даже точные науки не составляли для нее особого труда, как для многих других девчонок. Сам Джим не блистал нигде, кроме футбола, но она футболистов ни в грош не ставила. И вечно она хвасталась, а ему чаще всего – как будто его это волновало, – что наступит день, когда она уедет из Парди, станет богатой и знаменитой и больше никогда-никогда не вернется в эту глушь.
В подарок на шестнадцатилетие и в награду за отличную учебу родители купили ей симпатичную миниатюрную английскую спортивную машину, и Фэнси стала еще надменнее и несноснее. Как-то раз – примерно через неделю после появления автомобиля – хулиганистые ребята из ее класса сыграли с ней злую шутку.
Машина была настолько маленькой, что десяти самым старшим футболистам не составило никакого труда поднять ее по длинной лестнице и взгромоздить на крыльцо спорткомплекса. Девочки как раз принимали душ после урока физкультуры. Прозвенел последний звонок, и Фэнси вылетела из дверей школы. На ней было белое платьице с кружевами, рыжие косы уложены вокруг головы и завязаны белыми накрахмаленными бантами.
При виде своей машины она остановилась как вкопанная, глаза у нее от ужаса округлились, потом наполнились злыми слезами. Ребята гоготали, любуясь этим зрелищем.
Она резко крутанулась в их сторону:
– Ну вы, футболисты чокнутые! Кто из вас это сделал?! – Затем она устремила взгляд на Джима, сузила глаза, словно прицеливаясь к главному виновнику. Он вспыхнул. Она еще больше уверилась в своей правоте. – А ты, Джим Кинг, среди них – главный недоумок!
Ребята так и покатились со смеху, поскольку Джим в этом вовсе не участвовал. Фэнси переводила взгляд с одного нахального лица на другое, но никто не отвечал ей, и она разъярилась до такой степени, что стала грозить им кулаками и уронила ключи.
Лучший друг Джима, Бо-Бо Джонсон, мгновенно схватил ключи и забренчал ими у нее над головой:
– Ну, так кто из нас чокнутый?
– Ты! Ты… дубина… тупоголовая…
– А ключи-то у меня, задавака! – Бо-Бо швырнул их друзьям поверх ее головы.
Мальчишки начали перебрасывать ключи из рук в руки, глумясь над ее отчаянными попытками поймать их. Когда наконец она стала вся красная как рак и даже разорвала рукав платья, потому что слишком высоко задирала руки, Джим решил, что игра зашла слишком далеко. Он опередил Бо-Бо и поймал ее летающие по кругу ключи.
Она и не подумала поблагодарить лучшего футбольного защитника Парди за его усилия. Нет. Она приблизилась к Джиму настороженно, как будто ждала, что и он швырнет ключи над ее головой, как его криками подначивали друзья. Она подняла на него взгляд. Глаза у нее покраснели, а распухшее от слез лицо стало почти уродливым, но Джим вдруг почувствовал в ней одиночество и уязвимость… И не бросил ключи, а аккуратно вложил их в ее протянутую ладонь. На какую-то долю секунды их пальцы соприкоснулись, и он ощутил безумную тягу к ней… как будто между ними существовала невидимая связь.
А потом Бо-Бо громким стоном выразил свое недовольство, и ее пальцы сжались в кулак, а ногти вонзились в ладонь Джима. Она сверкнула гневным взглядом и выпалила:
– Я тебя ненавижу, ненавижу! Тебя – больше всех! Строишь из себя невесть что, потому что девчонки за тобой бегают, а на самом деле ты – просто здоровая футбольная дубина. Ты еще глупее, чем Бо-Бо!
– Эй, я-то тут при чем? Я и пальцем не тронул твою дурацкую машину! – возмутился Джим.
Он ринулся за ней, но она запрыгнула в машину – и прищемила бы ему дверцей пальцы, не отдерни он руку буквально за миг до этого. Он стоял на крыльце, уставившись на свою руку, и думал о том, что если бы не его хорошая реакция, то она – пусть даже ненарочно – раздробила бы ему кисть и на футболе можно было бы поставить крест.
Побледнев от ярости, он следил, как она съезжает с крыльца: колеса неуклюже подпрыгивали на каждой ступеньке, а в самом низу раздался еще и лязг металла о бордюр.
Такой злости он не испытывал еще ни к одной девчонке… даже к ней. Взбешенный, он вскочил в свой пикап и бросился за ней в погоню. Заметив в зеркальце его машину, она нажала на газ.
Чем окончательно вывела его из себя. Как безумный, он вдавил в пол педаль газа.
Через несколько минут таких гонок она свернула на проселочную дорогу, надеясь вытрясти из него боевой дух. Тут-то Джим и понял, что достанет ее, поскольку какая-то там надутая зубрилка не знала так хорошо, как он, проселочные дороги вокруг Парди. Сколько вечеров они колесили по этим дорогам вместе с Бо-Бо – и не сосчитать. Ездили часами, а потом останавливались на обочине, пили пиво и перебирали сальные подробности насчет девчонок.
Для этой песчаной дороги она ехала слишком быстро. Ему и самому следовало бы сбросить скорость, но ярость ослепила его, затуманила сознание – и он забыл о том опасном месте, где колея глубоко уходила в глинистую жижу, смешанную с песком.
Вот почему все, что тогда случилось, лежало на его совести.
Когда он доехал до крутого поворота, ее уже несло юзом по скользкой грязи. Он нажал на тормоза в тот самый миг, когда ее крошечная красная машина подпрыгнула, перевернулась вверх колесами и съехала в кювет.
Последняя отчаянная мысль промелькнула у него – что она погибла, погибла наверняка. Потом он навалился грудью на руль, сильно ударившись лбом о приборный щиток.
От удара он очень долго не мог даже пошевелиться. Первое, что он увидел, разлепив наконец залитые кровью веки, были длинные рыжие косы Фэнси.
Они свисали из-под дверцы ее машины. Один из белых бантиков развязался и трепетал на ветру.
Больше он ничего не смог увидеть.
Боже милостивый.
Если она погибла, то только по его вине, и тогда он тоже не хочет жить. Он подумал о том, что это единственное дитя Хейзл, вспомнил, как соседи шепотом рассказывали, что до Фэнси все ее дети погибали при родах и поэтому Хейзл, во всем остальном такая разумная и уравновешенная, баловала Фэнси, словно та принцесса.
Джим с трудом выбрался из кабины и чуть не упал, наступив на вывихнутую лодыжку. До Фэнси ему пришлось добираться вприпрыжку на одной ноге. Но он забыл о собственной боли, увидев эти холеные яркие косы в жидкой глине и грязи, с мокрыми, жалкими ленточками, вздрагивающими на ветру.
От ужаса у него подогнулись колени, а кровь с такой силой застучала в висках, что он едва не потерял сознание.
Одно из колес еще крутилось. От запаха бензина тошнота поднялась к горлу.
– Фэнси? – шепнул он, молясь в душе, чтобы машина не взорвалась прежде, чем он вытащит ее оттуда.
В ответ – ни звука. Лишь огромное пустое небо над головой и тишина.
Он заглянул в машину. Она скорчилась в кабине в безжизненной, неестественной позе.
Он тяжело, шумно выдохнул. Он боялся вытаскивать ее – и боялся оставить внутри.
Он присел, очень осторожно взял ее за плечи и потянул на себя.
Глаза у нее были закрыты, а тело казалось вялым, расслабленным… бесконечно хрупким. Сейчас она нисколько не походила на ту несносную упрямую задаваку, какой он привык ее видеть. Дрожащими пальцами он прикоснулся к ее лицу. Кажется, никогда в жизни он не дотрагивался до чего-то столь же нежного и теплого, как ее щека. Он поразился, почему до сих пор не замечал, какая она хорошенькая.
Потому что она держалась с ним дерзко и нахально – вот почему.
– Фэнси! – выкрикнул он.
Она лежала у него на руках как тряпичная кукла. Гладкая кожа отсвечивала восковой бледностью. Губы побелели.
Он стал трясти ее, прижимая к себе и умоляющим голосом повторяя ее имя. Но она не стонала, не шевелилась… даже не вздрогнула. Ему не верилось, что человек может быть таким бледным и безжизненным – и все-таки живым.
Потом он увидел, что платье у нее на груди все залито кровью. Вспомнив, как их тренер, старина Хэнке, учил их оказывать первую помощь, Джим опустил ее на землю и принялся расстегивать крошечные белые пуговички платья.
Даже насквозь пропитанный кровью, ее лифчик был самой прелестной, самой кружевной вещицей из когда-либо виденных им. Он в душе обозвал себя последним мерзавцем за то, что обратил на это внимание, за то, что заметил, какая у нее высокая восхитительная грудь, – и это в то мгновение, когда она, возможно, уже умирает! Он оторвал рукав от своей рубашки, чтобы остановить кровь, струившуюся из рваной раны чуть выше ее правого соска.
Господи, хоть бы появилась какая-нибудь машина! Хоть бы кто-нибудь проехал мимо!
Рана оказалась совсем не такой глубокой, как он решил вначале, и кровь перестала течь практически сразу. Он вздохнул спокойнее. Его ладонь лежала на шелковом, теплом полукружье ее груди. Чувство вины, восторг от запретного и смятение от того, что он прикасается к ее обнаженной плоти, на секунду отвлекли его. А потом пришло ощущение ровного, глубокого ритма, пульсирующего под его пальцами.
Ее сердце.
Она жива.
Он ее все-таки не убил.
В огромном синем небе, прямо у них над головой, парил ястреб. Это был самый счастливый миг в его жизни.
– Открой глаза, малышка, – шепотом взмолился он.
Она лежала неподвижно, упрямая как всегда.
– Черт бы тебя побрал, Фэнси Харт, прекрати издеваться надо мной и открой глаза сейчас же!
– Нечего ругаться, – надменно и протяжно промурлыкала она, и густые каштановые ресницы вспорхнули вверх. – Терпеть не могу, когда ребята ругаются. Это глупо.
Он даже не заметил оскорбления. Он впервые увидел, что у нее самые прекрасные зеленые глаза на свете.
– Думаешь, ты умнее всех, – буркнул он почти нежно.
– Уж по крайней мере умнее тебя.
– Чего ж ты тогда перевернулась, раз такая умница?
– А ты за мной гнался. Ты меня столкнул.
– Неправда!
Но тут Джим виновато опустил голову и увидел свою темную от загара ладонь на ее белоснежной груди. О Боже. Он судорожно сглотнул, едва не поперхнувшись застрявшим в горле комом. И отпрянул, в совершеннейшем ужасе от того града колкостей, который должен был сию минуту обрушиться на него за его дерзость. Что она с ним сделает? Кому нажалуется на то, что он расстегнул ее платье и запустил свои ручищи, куда не следует?
– В чем дело? – Она поразила его, одарив нежнейшей, почти обольстительной улыбкой. – Ты как будто струсил? А мне казалось, что такие сильные, крутые футболисты ничего не боятся. Мне казалось, что вы все на свете знаете про девчонок.
– Помолчи-ка лучше и не двигайся, – рявкнул он, ожидая, что она в любую минуту набросится на него.
– Ну не могу же я лежать тут целый день полуголой и смотреть, как ты меня лапаешь… еще проедет кто-нибудь мимо и застанет нас в таком виде.
Она попыталась подняться, но, громко застонав, снова упала на землю. Ее мучительный стон пронзил его в самое сердце, словно это не она, а он сам испытывал такую боль. Он быстро наклонился, подсунул руки ей под спину, помог подняться и хотел было отстраниться, но она его не отпустила.
– Кто-нибудь и вправду может проехать мимо и увидеть нас, – хриплым шепотом предупредил он Фэнси, которая все цеплялась за его плечи и льнула к нему.
Она подняла на него глаза, но не произнесла ни слова. Молчание длилось несколько бесконечно долгих минут.
– А мне вообще-то все равно, – наконец сказала она певучим голоском и прижалась щекой к его широкому плечу. – Ты спас мне жизнь. – Ее теплое дыхание ласкало ему шею. Густые рыжие завитки щекотали грудь.
От жара ее обнаженной плоти у него пересохло во рту. Он чувствовал, что растворяется в ее нежности. Он понимал, что нужно подняться, нужно уехать отсюда, но сила воли почему-то напрочь отказала ему. Он опустил глаза и снова вобрал в себя неземную красоту ее груди.
Она так прекрасна, так чертовски прекрасна. Зачем она так прекрасна? На него вдруг навалилась усталость. Слишком всего было много – сначала ужас, а потом это необъяснимое, запретное влечение к самой несносной девчонке в мире.
– Нужно отвезти тебя домой, – прохрипел он в отчаянии.
Но она не отрывалась от него, как будто чувствовала свою власть над ним.
– Нет. Не сейчас. Я до ужаса перепугана. – Обычно такой резкий, сейчас ее голосок казался слаще меда. – Подержи меня еще чуть-чуть. Когда ты меня обнимаешь, у меня совсем не кружится голова.
Никогда и ни с кем он не чувствовал себя таким сильным, таким мужественным.
Она зарылась ему в шею и доверчиво вздохнула, а он… от изумления у него перехватило дыхание, когда ее ладонь легла на его бедро.
Он постепенно успокаивался – потому что она осталась в живых. И в то же время возбуждался – потому что держал ее, полуобнаженную, в объятиях, а ее пальцы скользили по его бедру. Его озарила неожиданная догадка: вместо того чтобы винить его в этом происшествии, она видела в нем героя. Фэнси прижалась к нему еще теснее. Девичья неопытная ладонь блуждала по джинсам, словно ее вел извечный женский инстинкт. Жаркая волна желания прокатилась по его телу.
– Прости, что назвала тебя недоумком, – прошептала она спустя какое-то время. – Я всегда специально заставляла себя думать, будто тут все глупее меня, а особенно ты… потому что мне не хотелось, чтобы меня хоть что-то привязывало к этому месту. – Фэнси взглянула на него сквозь полуопущенные ресницы.
У него екнуло сердце, когда он увидел этот устремленный на его губы взгляд.
– Почему?
– Потому что Парди – это не весь мир, а мне хочется увидеть как можно больше. А родители выезжают отсюда, только если им понадобилось купить новый насос, косилку или новый нож для трактора. Для них самое большое развлечение – прокатиться на нашем дряхлом пикапе и пообедать в закусочной «Бургер-Бой».
– Держу пари, что остальные города мало чем отличаются от нашего. Я, например, люблю Парди.
Она продолжала неотрывно смотреть на его рот. В нежном зеленом свете глаз читался откровенный сексуальный призыв. А в тихом, нежном голосе больше не было привычной издевки.
– И в Парди тебя тоже любят. Но я сюда не вписываюсь.
– Только потому, что не пытаешься. А мне ты нравишься, Фэнси.
– Тебе любая девчонка подойдет. – Она облизнула губы.
– Теперь – нет.
– Неужели?
– Ты особенная. – Он улыбнулся.
– Ты тоже, – мягко отозвалась она.
Он поднял ладонь к ее лицу и накрутил рыжий завиток на палец.
– У тебя самые красивые волосы на свете. Такие густые и мягкие. И вообще ты… очень красивая… когда не злишься.
– Может, я просто боялась быть с тобой доброй.
– Ты мне нравилась… даже когда злилась.
– Ты мне тоже.
Это был для него очень странный разговор, потому что обычно он не отличался многословием.
Она потянулась к нему с изысканной нежностью и поцеловала в губы, и эта внезапная жаркая сладость ее рта и легкая дрожь, пробежавшая по ее телу, когда он машинально ответил на поцелуй, ошеломили их. Оба на секунду онемели. И снова он готов был отстраниться, но ее руки обвились вокруг него, и она прижалась к нему с такой силой, что казалось: еще чуть-чуть – и жар ее тела расплавит их, сольет в единое целое. Его язык осторожно прикоснулся к кончику ее языка, и Фэнси в яростном порыве прильнула к нему еще теснее. Она была такой естественной, стонала и вздыхала, чуть ли не мурлыкала с самого начала поцелуя – во всяком случае, с ним. И поцелуй этот длился бесконечно долго, пока оба не начали задыхаться.
За несколько следующих недель он привык после школы и тренировок заезжать к ним на ферму, чтобы узнать, как ее здоровье. Он даже взял в библиотеке пару книг и прочитал их до последней страницы – просто для того, чтобы произвести на нее впечатление. Но она сама глотала по книжке в день, и упражнения в поцелуях ей нравились куда больше.
– Читать я могу и в одиночку, – однажды мудро заявила она и захлопнула его книгу. А потом провела его за угол веранды и прижалась к губам пылким поцелуем. – А… а этим в одиночку я заниматься не могу. И не хочу, даже если бы и могла. И ни с кем другим не хочу… – жарко выдохнула она.
Окрепнув после аварии, она стала придумывать причины для поездок в город. Дорога вела мимо фермы его отца, где Джим, как она и рассчитывала, работал на тракторе. Он махал ей, а она съезжала на обочину, останавливалась и наблюдала за ним.
Рядом с ней все остальные девчонки стали казаться ему слишком простыми, слишком скучными.
И он еще очень не скоро осознал, что сделал страшную ошибку, безумно влюбившись в девушку, которая отличалась от него как день от ночи, которая верила в мечты, а не в реальность, которая тосковала по звездам и луне в небе, в то время как ему нужна была лишь она одна.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Лето перемен - Мэйджер Энн

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Эпилог

Ваши комментарии
к роману Лето перемен - Мэйджер Энн



Очень реалистичная история захватывает и увлекает.
Лето перемен - Мэйджер ЭннСветлана
23.10.2013, 17.46





прелесть!!!! наконец то г.гня не сомневается и выпендривается, она поняла что хочет и не гнет пальцы веером, не ноет а добивается, г.герой тоже вредный мужик но смог признать что все тут неспроста. и все без много много многодневных хождений вокруг да около. очень приятный роман)
Лето перемен - Мэйджер ЭннАннабелька
23.10.2013, 20.17





Эмоционально, романтично, страстно. Остальное узнаете сами, прочитав!
Лето перемен - Мэйджер ЭннЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
14.11.2015, 0.41





Приятный роман.
Лето перемен - Мэйджер ЭннЕлена
14.11.2015, 10.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100