Читать онлайн Ты будешь моей, автора - Морленд Пегги, Раздел - ГЛАВА ТРЕТЬЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ты будешь моей - Морленд Пегги бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.55 (Голосов: 42)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ты будешь моей - Морленд Пегги - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ты будешь моей - Морленд Пегги - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Морленд Пегги

Ты будешь моей

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вудроу вернулся в дом, когда уже почти стемнело. Он с шумом вытер ноги о железную решетку перед дверью, свистнул Блю и, громко топоча, вошел внутрь. И, только со стуком захлопнув дверь, он вспомнил о докторше. Ругаясь про себя, Вудроу подошел к спальне, желая узнать, проснулась она или нет. Она по-прежнему лежала на его кровати, свернувшись калачиком, и одеяло, которое он набросил на нее, отправляясь выгуливать Блю, похоже, осталось на том же месте.
Один только вид Элизабет вызвал у Вудроу головную боль. Какого черта я связался с ней? -спрашивал он самого себя.
Вудроу, нахмурившись, отвернулся.
Потому что я всегда был простофилей, вот почему.
Он злился на Эйса за то, что тот втянул его в это дело.
Нет, так нельзя. Нужно быть честным. Надо признать: Эйс совсем не виноват в том, что докторша оказалась в моей постели. И она далеко не первое заблудшее существо, которое я приютил у себя дома. Я много раз подбирал на улице еще более несчастных и заброшенных существ, которые после поправки всегда покидали мой дом и шли своим путем.
Одним он находил хозяев, а другие — такие, как Блю, например, - решали бросить якорь в его жилище.
Вудроу подумал о том, как же поступит Элизабет.
Шумно вздохнув, он сел на диван и скинул ботинки.
Черт возьми, эта докторша — не какой-нибудь потерявшийся щенок, который нуждается лишь в нескольких мисках еды и теплом коврике перед камином! Она — человеческое существо. Женщина. Ей нельзя здесь оставаться. Оправившись после приступа плача, она решит, как ей поступить с ребенком, затем отправится в Даллас, в свой большой неуютный дом, который стоит в тесном окружении таких же больших неуютных домов. И как только можно жить в огромном городе, где, если кто-нибудь чихнет, то сразу же заразится весь квартал?
Расстегнув рубашку, Вудроу плюхнулся на софу и стал смотреть в открытую дверь на худенькую женщину, изогнувшуюся под одеялом.
Она психованная. Несомненно. Комок нервов. Женщина на грани помешательства...
Он задумчиво прищурился.
Может, она уже свихнулась? Я никогда не видел, чтобы кто-то плакал так сильно и так долго.
Вудроу не мог забыть того, с каким отчаянием она цеплялась за него, как душераздирающе молила его остаться с ней, когда он положил ее на кровать. Вудроу потер рукой грудь — там, где билось сердце, - и почувствовал тупую боль, которая жила в нем долгие годы. Давно уже никто в нем не нуждался, а он совсем отвык от того, чтобы откликаться на чьи-то мольбы о помощи.
Элизабет пошевелилась под одеялом, оно соскользнуло на пол, и взгляду Вудроу предстало ее стройное бедро. Он тотчас вспомнил о том, как она лежала, прижавшись к нему. Это было такое сладкое ощущение! Нежность, хрупкость, тепло... Он давно не делил постель с женщиной, не прикасался к нежной горячей коже, не целовал мягких губ... Внезапно его захлестнула волна желания.
Вудроу заставил себя отвести взгляд от этой приманки. Я просто устал, сказал он себе. Морально и физически. Так или иначе, он не должен допускать никаких эротических мыслей по поводу докторши. Единственное, что ему сейчас нужно, — это хорошенько поспать. Он взглянул на софу и едва сдержал стон. Вудроу понимал, что все равно не сможет на ней выспаться, потому что она слишком мала для его огромного тела. Он снова посмотрел на свою кровать. Она большая, очень большая, сказал он себе, и на ней, совершенно не мешая друг другу, могут поместиться два человека. В любом случае он проснется прежде, чем докторша.
Решившись, Вудроу стянул с себя рубашку и бросил ее на пол, направляясь к своей спальне. Подойдя к кровати, он расстегнул ремень, снял джинсы и, присев на краешек матраса, собрался снять и трусы, но призадумался. Лучше этого не делать. Нет нужды расстраивать докторшу, если она проснется первой.
Вздохнув, Вудроу откинулся на спину и прикрыл рукой глаза. Еще два вздоха - и он крепко заснул.


Элизабет спала восемнадцать часов подряд. Ей не снились сны, и это казалось невероятно странным. Обычно ее сон был наполнен ночными кошмарами — возможно, именно поэтому она страдала бессонницей. Когда Элизабет пошевелилась, ей показалось, что она очнулась после наркоза: ее спина онемела, руки и ноги затекли, а веки были тяжелыми, как камни. И хотя она вроде бы проснулась, соблазнительная темнота грозила вновь ее поглотить. Когда сознание Элизабет снова померкло, она почувствовала себя словно в коконе: запеленатой, защищенной. Или, скорее, она была ложкой. Она увидела себя аккуратно засунутой в ящик, а совсем рядом с ней лежала другая ложка.
Но что это за тяжесть, которая так давит на меня в районе талии?
Еще не проснувшийся ум Элизабет пытался осознать происходящее. Внезапно рядом с ней раздался тихий стон, и она почувствовала возле уха теплое дыхание. В этот момент Элизабет явно ощутила руку, лежащую поперек ее живота, и пальцы, вцепившиеся в округлость ее ягодицы. Каждый палец был настолько горячим, что буквально прожигал ее кожу. Осознав это, она наконец-то смогла, полностью проснуться.
Вудроу.
И тогда Элизабет поняла, что она не ложка и лежит вовсе не в ящике кухонного стола, а в кровати, а именно в кровати Вудроу, а рядом с ней лежит сам Вудроу, а не какая-то другая ложка. Она широко открыла глаза, и каждый нерв в ее теле напрягся.
Вудроу лежит со мной в кровати, обнимает меня? Но... почему?
Впрочем, неважно, почему, сказала себе Элизабет и с облегченным вздохом снова закрыла глаза. Это так приятно — когда тебя кто-то просто обнимает! Ей было тепло и спокойно оттого, что он рядом с ней, и она хотела насладиться этим ощущением сполна. Но внутри нее росло желание, и оно отвлекало ее. Сила его рук, обнимающих ее, мускулистая грудь, прижимающаяся к ее спине...
На Вудроу нет рубашки, внезапно поняла Элизабет, и от этой мысли у нее перехватило дыхание. Она осторожно вытянула свою ногу вдоль его ноги.
На нем нет и штанов.
Сердце Элизабет забилось еще быстрее.
Может, он вообще голый?
Вудроу говорил ей, что обычно спит голышом. Взволнованная вопросом, голый он или нет, она прижалась бедром к его паху. Прикосновение хлопчатобумажной ткани к ее льняным слаксам убедило ее в том, что он хотя бы частично одет. Она не была уверена, какое именно чувство она при этом испытала — разочарование или облегчение.
Почему он обнимает меня? И как долго мы так лежим?
Элизабет смутно припоминала то, как просила Вудроу остаться с ней, когда он положил ее на кровать. Она взглянула в окно и удивилась, что на улице так темно. Неужели я спала целый день? — растерянно подумала она.
Элизабет попыталась присесть на кровати и посмотреть на часы, стоявшие на тумбочке, но пальцы, лежавшие на ее животе, напряглись и удержали ее на месте.
- Стой, — сонно пробормотал Вудроу. — Расслабься.
Широко раскрыв глаза и едва сдерживая желание немедленно вскочить с кровати, она снова улеглась и опустила голову на подушку. Вудроу снова прижался к ней сзади своими мускулистыми бедрами и удовлетворенно вздохнул. Она ощутила его теплое дыхание на своей шее, его вздымавшуюся и опускавшуюся грудь, и поняла: он крепко спит.
Мысль о том, что Вудроу лежит позади нее и прижимается к ней всем телом, привела Элизабет в полное смятение. Неужели они спали вместе целый день? Как ни старалась, она не могла вспомнить ничего после того момента, как он опустил ее на свою кровать.
Нет, подумала Элизабет, судорожно переводя дыхание. Она помнит некоторые вещи. Она помнит, как Вудроу медленно поглаживал ее по спине, пытаясь успокоить. Она помнит мягкую нотку, звучавшую в его низком хрипловатом голосе, когда он бормотал ей какие-то утешительные слова. Она помнит, как ей было хорошо и уютно в его руках.
Он был таким огромным и казался таким грубым! И все-таки он обращался с ней невероятно нежно и заботливо.
Смущенная этим противоречием, Элизабет стала перебирать в памяти все подробности. У Вудроу замечательные руки. Даже когда его пальцы лишь слегка касались ее живота, она ощущала их силу. А какие у него глаза, подумала она. Она зажмурилась и представила их синеву. При первой встрече его глаза показались ей жесткими, даже холодными. Но когда он наклонился над креслом-качалкой и снял с нее очки, она увидела в его глазах нежность, и это зачеркнуло ее первое впечатление о нем.
Так какой же он на самом деле? — спросила Элизабет саму себя. Ее снова охватило смятение. Грубый или нежный? И почему он был так добр к ней? Он ведь совсем ее не знает, никак не связан с ней, не имеет перед ней никаких обязательств...
Элизабет почувствовала, как руки Вудроу крепче прижались к ее животу, его дыхание стало чаще и горячее. Ее щеки вспыхнули, тело налилось жаром.
Всего двадцать четыре часа назад, если бы Элизабет проснулась и обнаружила рядом с собой незнакомца — даже такого красивого и сильного незнакомца, — она бы в страхе выпрыгнула из кровати. Но по какой-то странной причине сейчас она не испытывала никакого страха, и не потому, что не боялась Вудроу. В этот момент она не чувствовала ничего, кроме... удовлетворенности? Вполне вероятно. Удовольствия? Да, и это тоже. Желания? Сладострастно содрогнувшись, она всем телом прильнула к Вудроу. О, да! Конечно, желания.
Подтянув одеяло к подбородку, Элизабет закрыла глаза и... уснула.


Когда Элизабет снова проснулась, на кровать падал солнечный свет. Не чувствуя тепла, которое грело ее всю ночь, она протянула руку назад, надеясь прикоснуться к Вудроу, но нащупала лишь холодные простыни.
— Я здесь.
Приподнявшись на локте, Элизабет взглянула через плечо и увидела Вудроу, сидевшего в кресле. Он смотрел на нее, в руках у него была чашка с кофе, над которой поднимался пар.
Перевернувшись на бок, она устремила на него изумленный взгляд.
— Вы спали со мной, — прошептала Элизабет.
Вудроу усмехнулся.
— Именно спал, ведь об этом вы беспокоитесь, не так ли?
Элизабет прижала руку ко лбу и села на кровати. Она замотала головой.
— Нет, нет. Я думала, вы... были сном.
Он встал, отодвинув стул.
— Лучше быть сном, чем ночным кошмаром.
Она подняла лицо, не отводя от Вудроу взгляда.
Воспоминания о прошедшем дне потоком хлынули в ее сознание. Вероятно, когда она увидела и взяла на руки свою племянницу, у нее произошел нервный срыв. Вудроу отнес ее в свой грузовик и отвез к себе домой. Она лежала вместе с ним, убаюканная на его груди. Через несколько часов она проснулась и поняла, что он держит ее в объятьях.
К лицу Элизабет прихлынула кровь. Боясь, что Вудроу заметит это, она прижала руки к щекам.
— Я... я прошу прощения. Должно быть, вы все приняли меня за сумасшедшую.
Он глотнул кофе, затем покачал головой.
— Не стоит извиняться. Вам надо было выплакаться. Есть хотите? — спросил Вудроу. — Я сделал сэндвичи. Они еще теплые.
Элизабет встала с кровати и направилась в ванную. Она была невероятно благодарна ему за то, что он, казалось, не помнил ночных событий.
— Очень кстати. Такое ощущение, будто я не ела много дней.
— Судя по вашей худобе — много месяцев.
Элизабет взглянула на Вудроу, ожидая увидеть на его лице отвращение или по меньшей мере, неодобрение, но она увидела... Что? И прежде чем она смогла понять его чувства, он отвел взгляд.
— Поторопитесь, — сказал он. — Сэндвичи остывают с каждой минутой.


После завтрака Элизабет настояла на том, чтобы убраться на кухне, заявив: мол, это самое малое, что она может сделать. И хотя Вудроу привык делать это сам, он подумал: пусть убирается, может, это отвлечет ее от переживаний.
Элизабет совсем не выглядит изнуренной, решил он, глядя на нее. Если учесть все, что она перенесла за прошедшие двое суток, то она выглядит чертовски привлекательной. Прежде чем пойти завтракать, Элизабет причесалась, уложила волосы в маленький аккуратный пучок и переоделась в свежую одежду — бежевые брюки и белую блузку с длинными рукавами. Она все еще была слаба — казалось, могла упасть от легкого толчка, — но сон сделал свое дело: круги под глазами стали меньше, а на щеках появился легкий румянец.
Городская жизнь, подумал Вудроу и удрученно покачал головой. Каждый день толкаться среди людей и вдыхать испорченный воздух... Ей просто необходимо месяцок пожить в деревне, где много солнца и свежего воздуха.
Он закатил глаза, удивляясь собственной глупости. Какую жизнь выберет докторша — не его дело. Его делом было, во-первых, найти ее и, во-вторых, убедить ее передать свои права на ребенка Эйсу и Мэгги. Он выполнил первую часть, а теперь ему следует позаботиться о второй.
— Вы не собираетесь пойти сегодня утром к Эйсу и Мэгги? — спросил Вудроу.
Элизабет вся сжалась при этом вопросе, затем, вздохнув, принялась мыть чашку.
— Нет, — сказала она, покачав головой, и потянулась за полотенцем. — Но мне бы хотелось посетить могилу сестры. Вы знаете, где она похоронена?
Застигнутый ее вопросом врасплох, он замешкался с ответом.
— Нет. Но я могу выяснить у Мэгги.
При упоминании Мэгги Элизабет опустила глаза и принялась теребить полотенце.
— Я ей не понравилась.
— Мэгги? — спросил Вудроу, хотя он сразу же понял, о ком идет речь. — Мэгги — золото, и сердце у нее огромное, как Техас. Вы не могли ей не понравиться, просто она чувствует некую угрозу.
Элизабет подняла глаза, лоб ее наморщился.
— От меня? Но почему?
Не зная, как ответить, Вудроу встал, отодвинул стул и решил говорить напрямик.
— Она боится, что вы не дадите разрешения на усыновление ребенка. — Он подождал секунду, затем нерешительно произнес: — Как насчет этого?
Она некоторое время неподвижно смотрела на него, затем аккуратно сложила полотенце и положила на край раковины.
— Я не знаю. Это все случилось так неожиданно. — Опустив голову, Элизабет добавила: — Я не смогу принять решение насчет ребенка, пока не переживу смерти своей сестры. — Она подняла руку, затем обессилено уронила ее, и на глаза ее навернулись слезы. — Я так и не попрощалась с ней.


Грузовик Вудроу свернул на проселочную дорогу и вскоре остановился возле кладбища. Он взглянул на докторшу. Весь путь до Киллина она хранила молчание, а сейчас сидела, отвернувшись к окну, за которым виднелся длинный ряд надгробных камней.
Подавив тяжелый вздох, Вудроу махнул рукой в их сторону.
— Номер могилы — 49. — Он заметил, как она кивнула. — Мне пойти с вами?
Элизабет покачала головой и потянулась к ручке двери.
— Нет. Я справлюсь.
Вудроу видел, как она медленными шагами, почти неохотно направилась к могиле. Ветер трепал ее волосы, бросая их на лицо. Она остановилась перед могилой, затем, постояв, опустилась на колени — так легко и изящно, как падающий лист. Трепещущей рукой дотронулась до таблички с надписью и замерла, тихо поглаживая пальцами имя своей сестры.
Вудроу вздохнул.
Надо ли мне подойти к ней? Или остаться в машине и дать ей побыть одной?
Он увидел, как Элизабет уронила голову на грудь, плечи ее сгорбились, И тогда он рывком открыл дверь.
Всего пять шагов — и Вудроу склонился над ней, положив руку ей на плечо. Он не сказал ей ничего, лишь бережно сжал ее плечо, молча желая отдать ей то, что в достатке было у него, — свою силу.
Через несколько секунд Элизабет глубоко вздохнула, подняла голову и взглянула на небо.
— Боже, я ненавижу это! — сказала она сдавленным голосом. — Я имела дело со смертью сотни раз, и даже как доктор несколько раз ее побеждала, но я никогда этого не пойму. Никогда!
Вудроу утешающее сжал ее плечо.
— Я думаю, никто не поймет.
— Это несправедливо, — произнесла Элизабет, устремив взгляд на могилу. - Она была такой молодой! У нее все было впереди. — Она взглянула на него, и на ресницах ее, как бриллианты в солнечном свете, блеснули слезы. — А вы теряли кого-нибудь, кто был близок вам, Вудроу?
Он не хотел об этом говорить. Он много сил затратил на то, чтобы не поддаваться боли утраты. Нахмурившись, он взял Элизабет за руку и потянул к себе, поднимая на ноги.
— Мало кому удается прожить без потерь.
Она повернулась, взглянув на могилу, и голова ее поникла,
— Я всех потеряла. Отец умер, когда я была еще ребенком. Матери не стало пять лет назад. Рене приезжала домой на ее похороны. Это был последний раз, когда я ее видела.
— И вы не поговорили серьезно? — спросил Вудроу, затем покачал головой. — Простите, это меня не касается.
Элизабет мягко улыбнулась.
— Да нет, все в порядке. Да, мы поговорили. Но, знаете, в последнее время, если мы находились в одной комнате более пяти минут, мы тут же начинали спорить. — Ее взгляд устремился мимо него, словно обращаясь в прошлое. — Мы были очень разными. Я всегда была старательной, целеустремленной. С самого детства я мечтала стать доктором. А Рене хотела...
Она замолчала, и Вудроу спросил ее:
— Чего?
Элизабет снова взглянула на него, затем с печальной улыбкой произнесла:
— Не знаю. Всего, я думаю. Рене была очень красивой и... испорченной. — Отняв у него свою руку, она опустила глаза, будто стыдясь плохо говорить о своей умершей сестре. — Я знаю, это звучит жестоко, особенно если учитывать, что она... ушла. Но это правда. И самое печальное: я помогла ее испортить.
Вудроу не хотел испытывать к Элизабет жалость, он вообще не хотел испытывать к ней никаких чувств, но он не мог равнодушно смотреть на то, как она укоряет себя за события, которые были ей совершенно не подвластны. Ее необходимо отвлечь, понял он, переключить внимание на что-нибудь простое и занимательное.
— Вы когда-нибудь ходили на рыбалку?
Элизабет заморгала, смущенная неожиданной сменой темы.
— Что?
— На рыбалку, — повторил Вудроу. — Давно я не ел жареного сома! Я знаю отличное местечко, где можно поймать пару штук.


Элизабет брезгливо сморщила нос, когда из коробки, поставленной между нею и Вудроу, донесся запах куриных потрохов. Она никогда в жизни не ходила на рыбалку, и ей совсем не хотелось идти.
Но она не могла отказаться от предложения Вудроу, особенно после того, что он для нее сделал.
Решив быть примерной ученицей, Элизабет расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке и засучила рукава до локтей. Взглянув на мерзкую приманку, она почувствовала легкую тошноту. Преодолев отвращение, она спросила:
— Это действительно необходимо нацеплять на крючок?
Вудроу занимался своей удочкой.
— Да, если вы хотите поймать рыбу. — Он взглянул на нее. — И помните, вы должны проткнуть наживку два раза, как я вам показывал, иначе она сразу же, как только вы забросите удочку, соскользнет с крючка.
Закрыв глаза, Элизабет засунула руку в коробку, затем отдернула ее обратно.
— Я не могу, — жалобно промолвила она.
Вудроу посмотрел на нее и нахмурился, увидев ее несчастное лицо. Покачав головой, он зажал свою удочку между коленей и потянулся к ее крючку.
— Неженка, — пробормотал он.
Элизабет отвернулась, не в силах смотреть, как он насаживает наживку.
- Вот, — сказал Вудроу, закончив дело. — Может, мне и удочку закидывать вместо вас?
Решив показать, что она не «неженка», Элизабет широко размахнулась удочкой.
— Нет, я справлюсь сама. — Крючок с наживкой исчез под водой, оставив на поверхности бело-красный поплавок. — А что теперь? — воскликнула она, переводя дыхание.
— А теперь ждите.
Подчинившись приказу, Элизабет уселась на берегу, поджав под себя ноги и держа обеими руками удилище. Ей очень скоро наскучило смотреть на медленно качавшийся поплавок, и она стала обозревать окрестности.
Озеро, на которое они приехали, было большим, с двух сторон от него высились скалы. В расщелинах росли кедры и дикие травы, на окрестных пастбищах паслись коровы и козы.
— И это все ваше? — с изумлением спросила она.
— Что? — не понял Вудроу.
— Вот это, — проговорила Элизабет, делая широкий жест рукой.
— Семьсот акров земли. — Он поднял руку, указав вдаль. — Вы видите те ворота? Вон там, наверху.
Элизабет всмотрелась в точку на вершине холма.
-Да.
— Та изгородь — это северная граница. — Он оглянулся через плечо. — Вы не увидите отсюда южной границы, она за деревьями, примерно на таком же расстоянии, как это место от северной границы. Мой дом находится в центре.
Она удивилась, что не видно других домов.
— И вы не чувствуете себя одиноким?
Вудроу смотрел на поплавок.
— Нет.
— Но вы, наверно, общаетесь с братом?
— С Эйсом? — Он фыркнул, взглянул на нее, затем снова стал смотреть на озеро. — Эйс здесь обычно не живет. У него дом в Керрвилле.
Элизабет удивилась.
— Вы говорили, у вас есть другие братья. Они живут по соседству?
— Нет. Рай обитает в Остине, он хирург. Рори, младший брат, вечно в разъездах, у него несколько магазинов, но дом у него в Сан-Антонио. Вит, мой сводный брат, живет совсем недалеко, в двадцати милях от меня, но мы редко видимся.
— Почему?
Вудроу пожал плечами.
— У него своя жизнь, у меня — своя. — Он нахмурился и стал смотреть на поплавок еще пристальней. — Вы пришли сюда удить рыбу или разговаривать?
Элизабет поняла, что он больше не хочет отвечать на ее вопросы, и стала смотреть на огромные дубы, которые росли справа от нее.
День был необычно теплым для сентября, а она не привыкла находиться на улице в такую жару. Она взглянула на Вудроу, не зная, беспокоит ли его жара или он уже давно к ней привык.
Он сидел в широкополой ковбойской шляпе, и Элизабет едва сдержала вздох, желая, чтобы он немедленно отдал эту шляпу ей. Кожа ее была довольно нежной, и она знала: она может сгореть на солнце.
Вудроу тоже жарко, подумала Элизабет, глядя на его голую спину, по ней стекала тоненькая струйка пота и исчезала под ремнем его джинсов. Элизабет сглотнула. Он очень хорошо сложен, отметила она. Ей с трудом удалось отвести взгляд от его торса. Широкие плечи, узкие бедра...
- У тебя клюет, — внезапно крикнул Вудроу.
Пораженная своими крамольными мыслями, Элизабет перевела взгляд со спины Вудроу на его лицо.
-Что?
Он указал на ее поплавок.
— У тебя клюет.
Она взглянула на воду и увидела: поплавок то исчезает, то появляется вновь. Почувствовав, как у нее перехватило дыхание, она вскочила на ноги.
— Что мне делать? — в панике вскричала Элизабет.
Вудроу отложил свою удочку в сторону и отошел подальше, предоставляя Элизабет полную свободу действий.
— Подтягивай постепенно к себе.
Она стала крутить катушку изо всех сил, но рыба была такая тяжелая, что ей показалось, будто она поймала кита. Рыба сопротивлялась, била хвостом, снова уходила в глубину.
— Она большая, да? — спрашивала Элизабет, глядя на смутные контуры подслоем воды.
— Достаточно большая. — Вудроу склонился над мостками и, потянув за ее удочку, поднял в воздух большого сома. — Три фунта, — гордо произнес он.
Широко раскрытыми глазами, словно зачарованная, она смотрела, как он вытаскивает крючок изо рта рыбы. Положив ее в ведро, он вытер мокрые руки о джинсы и подмигнул ей.
— Хорошая работа.
Элизабет зарделась от похвалы Вудроу. Это глупо, она понимала, но его одобрение было лучше всех наград и премий, которые она получала за всю свою жизнь.






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Ты будешь моей - Морленд Пегги

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Эпилог

Ваши комментарии
к роману Ты будешь моей - Морленд Пегги



Роман понравился, вообще люблю читать о ковбоях, часто внешне грубоватые, но благородные и сильные парни....
Ты будешь моей - Морленд ПеггиЛиля
15.09.2011, 14.34





Ничего такой, но на мой вкус слабоват. 6 из 10-ти
Ты будешь моей - Морленд ПеггиЮлия
15.09.2011, 16.53





С юмором,один раз можно прочитать!!!
Ты будешь моей - Морленд ПеггиВера Яр.
16.08.2012, 23.29





Мне не понравилось! Всё скомкано, а главная героиня вообще никакая. 3 из 10.
Ты будешь моей - Морленд ПеггиЛАУРА
7.01.2015, 18.49





Давно читала этот роман, хороший , приятный. Все романы автора хороши.
Ты будешь моей - Морленд ПеггиВикушка
14.12.2015, 23.34





Впечатление неоднозначное,чего-то не хватило.9/10.
Ты будешь моей - Морленд Пеггилана
16.12.2015, 8.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100