Читать онлайн Продавец швейных машинок, автора - Морган Стенли, Раздел - Глава одиннадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Продавец швейных машинок - Морган Стенли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Продавец швейных машинок - Морган Стенли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Продавец швейных машинок - Морган Стенли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Морган Стенли

Продавец швейных машинок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава одиннадцатая

Среда.
В первой же поездке меня подстерегала неудача. Мало того, что я не продал "макси", так мне ещё едва удалось отбиться от разьяренного мужа разьяренной клиентки, которые требовали, что я продал им "мини"! Вернувшись к машине, я дрожал, как осиновый лист. Муж грозил пожаловаться на меня в Палату коммерции, в министерство торговли, в ООН и Бог знает куда еще. Отвратительный тип. Хорошо бы прострочить кончик его детородного органа.
Словом, звоня в дверь крупного особняка возле Стэнли-Парка, я чувствовал себя не в своей тарелке.
Дверь открыл приятный сухонький старичок. Мистер Эйнсворт. Он так мило улыбнулся, что на душе у меня потеплело. А потом, увидев его жену, совершенно очаровательную старушку, божий одуванчик, я окончательно пришел в себя.
Меня тут же усадили пить чай, расспросили о том, о сем, после чего я лихо прогарцевал к машине и принес "мини". Лица у старичков вытянулись. Неужели опять провал, подумал я.
Мистер Эйнсворт произнес:
— Не сочтите меня невежливым, мистер Тобин, но мне кажется, что моя милая жена предпочла бы что-нибудь э-ээ… более основательное. Вы понимаете, что я имею в виду?
— Основательное? — переспросил я, не веря своим ушам.
— Да, — кивнул он. — И… подороже.
Ха! Я побил все рекорды, вихрем пронесясь к "хиллману" за "макси" и примчавшись обратно в дом.
— О, совсем другое дело! — воскликнул мистер Эйнсворт, тогда как миссис Эйнсворт уставилась на машинку, как зачарованная.
— Э-ээ, сколько она стоит, мистер Тобин?
Наступил самый щекотливый момент. Дело в том, что нам разрешено запрашивать за "макси" сколько душе угодно, в зависимости от обстановки. Единой розничной цены не существовало, потому что кроме "Райтбая", этой моделью не торговал никто. Если же нам удавалось продать её более, чем за пятьдесят фунтов, половина разницы выплачивалась нам как премия.
— Семьдесят фунтов, — небрежно бросил я.
Я прекрасно знал, что загнул, но всегда мог скостить цену, вспомнив про "исключительное предложение". Зато в случае удачи я получал дополнительно целую десятку премиальных, а старичок, судя по всему, не слишком стеснялся в средствах.
— Да, то, что надо, — повторил мистер Эйнсворт. — Она смотрится раз в десять лучше, чем эта малышка.
Он махнул рукой в сторону "мини", которая, казалось, совсем увяла и съежилась от его слов, потом лукаво взглянул на жену.
— Хочешь?
— О, Генри, она такая замечательная!
Старые лапочки так меня умилили, что я решил плюнуть на премиальные и сделать им подарок.
— У меня для вас ещё сюрприз! — услышал я свой голос как бы со стороны. — Сегодня у нас на неё особая, уникальная скидка — сегодня её цена не семьдесят, и даже не шестьдесят, а… — меня уже понесло, — всего сорок девять фунтов и десять шиллингов!
Они пооткрывали рты. Первым опомнился мистер Эйнсворт. Он сказал:
— Что ж, моя дорогая, тогда уж думать нечего. Хорошо, мистер Тобин, мы её берем. Чек вас устроит?
Еще бы, черт возьми!
Я выписал квитанцию и начал показывать миссис Эйнсворт, как пользоваться дополнительными приспособлениями, когда в дверь позвонили.
— Я открою, — сказал старичок.
Я услышал, как он с кем-то поздоровался в прихожей, а вскоре он вернулся в гостиную в сопровождении пожилой женщины.
— Машинка просто потрясающая, — говорил он ей. — Э-ээ, познакомьтесь, мистер Тобин. Наша дочь, миссис Рейдок.
Я учтиво поклонился, а миссис Рейдок присоединилась к компании пылких поклонников "макси".
Чувствовалось, что дочь отчаянно завидует матери.
— Да, нужно мне тоже купить новую машинку, — вздохнула она. — При одном виде моей каракатицы, у меня портится настроение. Пусти, мам, дай я попробую.
Миссис Эйнсворт подвинулась и миссис Рейдок принялась усердно строчить какой-то замысловатый узор.
— Фантастика! — воскликнула дочка.
Старички переглянулись, а мистер Эйнсворт подмигнул мне.
— А такая тебя не устроит, доченька? — спросил он.
Воцарилось такая тишина, что было бы слышно, как чихнула муха.
— О, папочка, я не смела… — ошарашенно пролепетала миссис Рейдок. Ты уже и так столько для нас сделал…
— Ну, а для чего ещё деньги? — развел руками мистер Эйнсворт. — Ведь ради этого мы и играли в лотерею.
О чем это он?
_ Да, конечно… — кивнула дочка.
— Мистер Тобин, вас не затруднит доставить ещё одну такую же машинку моей дочери? Она живет в доме напротив.
— Конечно, нет, сэр! — гаркнул я, с трудом подавив в себе желание броситься ему на шею. — У меня в машине как раз есть ещё одна.
Я уже выходил вместе с дочкой, когда мистер Эйнсворт, вынув из шкафа листочек бумаги, протянул его мне.
— Вот, посмотрите, — сказал он. — Вы славный молодой человек, и мы хотели бы поделиться с вами своей радостью. — Он расхохотался. — А заодно поймете, как вам удалось продать целых две машинки.
Я посмотрел на бумажку. Это был заверенный чек от "Объединенных лотерей", выписанный мистеру Х. Эйнсворту.
На семьдесят восемь тысяч четыреста семнадцать фунтов, восемнадцать шиллингов и четыре пенса!
В пятницу днем я ехал, весело насвистывая. За неделю я продал восемь машинок, заработав, таким образом, сорок фунтов, и чувствовал себя на седьмом небе.
Я заехал пообедать в более приличную забегаловку, чем обычно, и размечтался о предстоящем уик-энде. Нужно непременно отпраздновать окончание первой рабочей — и к тому же удачной! — недели в "Райтбае". Какую представительницу прекрасного пола мне лучше осчастливить? Глорию? Саманту? Принцессу Бали?
Потом, запустив зубы в сандвич с яйцом, я задумался уже не о том, с кем… а — как? Как и на что мне лучше потратить эту баснословную сумму? Может, махнуть в круиз? На Ямайку! Нет, на Багамы!
И тут я вспомнил про чек на семьдесят восемь тысяч фунтов стерлингов. Семьдесят… восемь… тысяч… фунтов… стерлингов. Как ни произноси, быстро ли, медленно — все равно получается что-то сногсшибательное. На такую сумму можно купить… А что, кстати, можно купить на семьдесят восемь тысяч? Я вытащил карандаш, бумагу, и взялся за подсчеты.
3120000 пакетиков жевательной резинки по 6 пенсов за штуку.
78 автомобилей "воксхолл креста", да ещё на бензин останется.
312000 яиц с чипсами по 5 шиллингов.
857 лет ежедневных походов в кино по 5 шиллингов за сеанс.
428 лет и 6 месяцев того же самого, но с подружкой, за которую вы платите.
520000 презервативов по 3 пенса.
— Вы не против? — прервала поток моих мыслей официантка, забирая у меня со стола меню. — Вы здесь не один, между прочим.
Волосатые ноги и глаз косит — вот откуда дурной нрав. Q.E.D..
l:href="#n_2" type="note">[2]
Так что же мне делать?
Пробило два часа, а я так и не решил. Ладно, подождем, авось, само решится.
Я кинул взгляд на бумажку с последним сегодняшним заказом. Миссис Стэндиш, Нотти Эш, Брэнстон Мэншенз, квартира 12. Что ж, миссис Стэндиш, держитесь, к вам едет лучший продавец "Райтбая"!
Я оставил мохнатой официантке шестипенсовик на чай, чтобы лечилась от косоглазия, и был таков.
Денек выдался хоть куда. В воздухе впервые запахло весной. Люди уже жадно предвкушали, как проведут очередное промозглое лето. Я опустил стекло и всю дорогу до Нотти Эша напевал себе под нос.
Брэнстон Мэншенз меня поразил. Дух покоя и богатства витал над домом, как густой утренний туман. Он ощущался за добрый квартал. Да, тут уж без дураков.
Пройдя через двойные двери, я поднялся на один этаж по лестнице, застланной ковром, в ворсинках которого заблудилась бы стая черепах. Перед дверью с номером двенадцать я остановился и позвонил. Внутри мелодично залились колокольчики. Достаток жильцов ощущался даже в коридоре, словно консьерж поливал его французскими духами. Я сразу вспомнил Саманту. "Саманта, я тебя люблю", — мысленно пропел я.
Дверь распахнулась, я увидел миссис Стэндиш, и тут же позабыл про Саманту. В жизни не видел более соблазнительной и лакомой красотки! Лет двадцать пять, среднего роста, с идеальными выпуклостями и впадинами именно в тех местах, где я бы и сам их расположил. На ней были белые брючки, столь обтягивающие, что я разглядел очертания родинки на правом бедре, и голубой свитер, который, должно быть, подпрыгнул при покупке, увидев, на что его наденут. Смахнув со лба выбившуюся прядь пепельно-пепельных волос, она медленно улыбнулась, и я сразу понял, что мы станем очень добрыми друзьями.
— Привет! — сказала она, ухитрившись одним коротким словом погладить меня от головы до коленок.
— Миссис Стэндиш? — спросил я.
— Нет, — сказала она. — Я её позову.
И исчезла в квартире.
Эх…
Ура — мы опять живем! Подружка оказалась её вылитой копией; волосы только каштановые, брючки желтые, а свитер белый.
— Добрый день, — сказала она.
Чуть более формально, но для знакомства даже лучше.
— Миссис Стэндиш, — снова произнес я, готовый откусить себе правое ухо, если и эта конфетка заявит "нет, я её позову".
— Да.
Я представился, а она шагнула в сторону, впуская меня в квартиру.
Как будто я оказался в дорогом парфюмерном магазине. Запах стоял умопомрачительный, порождая сразу полный набор неприличных мыслей. А квартирка! На китайском ковре расположилась софа фунтов эдак за двести, да и остальная обстановка была под стать.
Блондинка сидела на софе, подобрав под себя ножки и собираясь закурить сигарету фута в два длиной.
— А это моя подруга, миссис Ван-Хайс, — представила миссис Стэндиш. Она живет в соседней квартире.
Еще бы, подумал я. Но на кой черт таким сумасшедшим штучкам швейные машинки?
Блондинка ещё раз улыбнулась. У меня в горле застрял комок размером с баскетбольный мяч.
— Мне пора, ангел, — пропела она. Потом грациозно, как бело-голубая пантера, соскользнула с софы и проплыла к двери, обдав меня шлейфом дорогих духов.
— До скорого, милочка, — попрощалась она, открывая дверь, и я едва удержался, чтобы не сказать "о'кей, крошка".
Белокурая соседка вышла, а миссис Стэндиш, бросив на меня странный взгляд, пригласила сесть на софу.
— Красивая, да? — спросила она вдруг.
— А? Э-ээ… да.
— Красивее, чем я?
Мне показалось, что я ослышался. Я уставился на нее, открыв рот.
— Да или нет?
— Э-ээ… нет.
— Как вас зовут?
— Тобин.
— Я знаю, что Тобин — вы мне представились. Я имею в виду ваше имя.
— Рассел… э… Расс.
Она улыбнулась. Точь-в-точь, как блондинка.
— Прелестно.
Секунд десять она поедала меня взглядом, и я понял, что вся моя одежда сейчас лежит в куче у моих ног.
— Что вы для меня припасли, Расс?
Я потряс головой, отгоняя прочь правдивый ответ, уже готовый сорваться с губ.
— Швейную машинку, да?
— А… э… да. У вас есть стол побольше, чем этот? — я указал на крохотный зеркальный кофейный столик, стоявший перед софой.
Миссис Стэндиш возвела глаза к потолку. Я привстал. Она улыбнулась и остановила меня движением руки.
— Это мы ещё успеем. Хотите выпить?
Не дожидаясь ответа, она соскочила с софы и прошагала к стоявшему у стены столику на колесиках, уставленному всевозможными напитками. И вдруг я сообразил, что и она и её подружка были под мухой — я, должно быть, прервал их послеобеденный коктейль. Вот почему мне показалось, что они так странно смотрят.
— Водка? — предложила она.
А, понятно. Поэтому и запаха нет.
— Спасибо, самую каплю…
Она наполнила водкой два стакана размером с цветочную вазу и поставила их на кофейный столик вместе с бутылочкой лимонного сока.
— За тебя, Расс Тобин, — провозгласила она, поднося к губам стакан.
— За вас, миссис Стэндиш.
А какого черта, решил я. Пятница, последний визит…
— Хелен! — повелительно сказала она.
— За тебя, Хелен.
— За нас!
Мы выпили, пожирая друг друга глазами. Опасная штука — водка. Без цвета и запаха, да и без особого вкуса. Пьешь себе пьешь, а потом она вдруг как врежет тебе под дых!..
— Расскажи мне про себя, Расс, — попросила Хелен.
— Про что?
— Про все. Например, как ты провел прошлогодний отпуск?
Что за странная женщина!
— У меня не было отпуска.
— А у меня был.
— И куда ты ездила?
— Мы путешествовали на машине.
— Да?
— У меня есть фотографии. Хочешь посмотреть?
— Очень.
Хелен проплыла к длиннющему серванту, выдвинула ящик и вынула пачку фотографий. Усаживаясь на софу, она плюхнулась почти ко мне на колени и протянула верхнюю фотографию. Мне понадобилась вся моя воля, чтобы заставить себя оторваться от неё и взглянуть на снимок.
На фотографии был увековечен довольно симпатичный пейзаж. Лесное озеро, окаймленное изрезанной горной грядой.
— Уиндермир, — пояснила Хелен.
— Прекрасно.
Она вручила мне второй снимок. Гора крупным планом, а у подножия голубая палатка. Возле палатки походная плитка, шашлыки, раздвижные стулья, надувной матрас…
— Очень красиво, — пробормотал я, пытаясь отвлечься от её задика, елозившего по моей ляжке.
— Палатка замечательная, — сказала она мне в самое ухо. — Страшно удобная.
Следующая фотография. Тот же вид, только рядом с палаткой торчит какой-то тип. Невысокий, лысоватый, с толстым пузом, лет пятидесяти-пяти, а то и больше.
— Мой муж, — вскользь обронила Хелен. — Он… немного старше, чем я.
Она потянулась за своим стаканом, чисто случайно прижавшись упругой грудью к моему колену.
— Давай тяпнем, — предложила она. Мы молча выпили.
— А это я, — сказала она, протягивая следующий снимок. — Жарко было, как в сауне.
Опять тот же вид, но толстопузого благоверного заменила Хелен. Фотография едва не обожгла мне руки. За исключением зеленого листочка, который она шутливо держала перед библейским местом, Хелен была в чем мать родила! Я судорожно глотнул и потянулся к водке.
Хелен радостно закудахтала мне в ухо.
— Это Чарльз придумал, — похвасталась она. — Он назвал этот снимок "Ева в палатке". Красиво, да? Тебе нравится, Расс?
Я замычал.
— Я тебе нравлюсь, Расс? — с придыханием спросила Хелен. — Я красивая?
— Да… очень…
— А вот снова я.
Снятая крупным планом, Хелен нагишом лежала на надувном матрасе, закинув руки за голову, и улыбалась в объектив.
В следующий миг чья-то повелительная рука туго стиснула голову стоявшего по стойке "смирно" Фридриха, а чьи-то жаркие губы зашептали мне в ухо:
— Поцелуй меня.
Я медленно повернулся и наши уста сомкнулись. Несколько минут мы барахтались, жадно ощупывая и лаская друг друга; я только начал сожалеть о том, что у меня не восемь рук, как у осьминога, когда Хелен, оттолкнув меня, оправила одежду и зашагала к двери. В течение нескольких страшных мгновений я с замиранием сердца думал, что меня собираются спутить с лестницы, но потом я услышал сладостное клацание замка, запираемого на два оборота. Хелен между тем вернулась, сладострастная и завлекательная, присела на корточки перед кофейным столиком, вручила мне мой стакан, а сама поднесла к губам свой.
— У тебя сегодня много работы? — спросила она.
Я помотал головой.
— Нет, это последняя поездка.
Хелен улыбнулась, словно приняла решение, потом вдруг резко вскочила и вышла из гостиной. Я сперва подумал, что она пошла в спальню, но минуты две спустя услышал плеск воды в душе.
— Расс! — позвала моя нимфа.
Я одним глотком осушил стакан и поднялся, с сожалением думая, что это только сон, и Мики-Маус вот-вот разразится звоном, который выведет меня из оцепенения.
Войдя в ванную, я увидел задернутую занавеску, а на стуле возле ванны желтые брючки, белый свитер, кружевной лифчик и крохотные желтые трусики.
— Никак до спины не достану, — пожаловалась Хелен. — Помоги мне, пожалуйста…
Honni soit qui mal y рense. Да устыдится тот, кто об этом дурно подумает.
* * *
Часа в четыре Хелен разбудила меня, зажав мне ноздри кончиками пальцев.
— Просыпайся, соня, — потребовала она, лаская спящего Фридриха. Какой ты у меня большой мальчик! Должно быть, много молока пьешь, да?
Она принялась тереться о меня всем телом. Фридрих затрепетал.
— О, я вижу, ты ещё растешь, — захихикала Хелен. — Ах, проказник, ты меня опять хочешь!
Внезапно она одним прыжком оседлала меня и, запрокинув голову назад, закрыв глаза и закусив губы, принялась скакать вверх-вниз.
— Ооо-оо! Аа-ааа! — стонала она, а я гордо ухмылялся — приятно все-таки чувствовать, что доставляешь женщине такое удовольствие.
Когда час назад Хелен попросила меня потереть ей спинку, я сперва решил, что ослышался, но уже в следующий миг она подтвердила серьезность своих намерений, лихо отдернув занавеску и представ передо мной в столь полюбившемся мне костюме Евы.
Потом мы отправились на скачки. Наездницей Хелен была поистине неутомимой. Она загнала подряд двух или трех жеребцов, прежде чем я провалился в блаженное небытие.
— Аа-ааа! О, Рассел Тобин…! — кричала она, скача во весь опор на моем взмыленном мустанге. — Боже, как замечательно! Ох, он меня проткнет!
В следующий миг она испустила вопль, который, должно быть, услышали на Северном полюсе, и распласталась на мне в полном изнеможении.
Я довольно расхохотался.
Пару минут спустя Хелен пришла в себя, жалобно простонала, открыла глаза и поцеловала в шею. Следующий поцелуй пришелся в сосок, следующий в пупок, а ещё следующий…
Недоуменное поначалу выражение на её лице сменилось недоверием, перемешанным с благоговейным ужасом, а потом — восхищением.
— Ты женат? — внезапно спросила она.
Я покачал головой.
— Зря, — сказала она. — Ты ужасно жесток по отношению к какой-то бедной девушке.
Я рассмеялся.
— А почему ты вышла замуж? — в свою очередь, поинтересовался я.
Хелен сразу посерьезнела.
— Для страховки. — Чуть помолчав, она добавила. — Хотя, наверное, зря.
— Он хоть тебя любит? — спросил я.
— Его никогда нет дома. Вот и сейчас он в Аргентине. Я его уже больше трех месяцев не видела.
— А чем он занимается?
— Строит. Сейчас возводит какой-то мост. И всегда в самых Богом забытых местах.
— А ты не можешь ездить с ним?
— Нельзя. Компания не разрешает. Слишком опасно.
Она нежно погладила меня по щеке.
— Ты даже не представляешь, Рассел Тобин, что ты для меня сделал. Я уже на стенку лезла!
Я, в свою очередь, поцеловал её и сказал:
— Я очень рад, что подвернулся вовремя.
— Не думай, я не какая-нибудь нимфоманка, — поспешно добавила Хелен. Просто стало совсем невмоготу, а тут пришел ты, такой высокий, красивый…
Я стиснул её в объятиях.
— Это просто из-за погоды.
— Нет уж! — глаза Хелен заблестели. — Если мне нужен мужчина, он должен стать моим. — Ее рука метнулась вниз и сграбастала Фридриха. Желательно, вот такой…
Я рассмеялся, прижал её к себе, и некоторое время мы просто лежали и молчали.
Внезапно она подняла голову и недоуменно посмотрела на меня.
— Слушай, а как ты вообще здесь очутился?
Я расхохотался.
— Я собирался загнать тебе дорогую швейную машинку.
Хелен нахмурилась.
— Я бы не сказала, что пять фунтов это очень дорого.
— О, это только для прикрытия. Я хотел продать тебе совсем другую машинку — роскошную и дорогую. Она у меня внизу, в автомобиле.
— А сколько она стоит?
— Пятьдесят фунтов.
— Что!
— Да, пятьдесят фунтов.
— Как, черт побери, ты намеревался раскошелить меня на пятьдесят фунтов?
— А вот как…
Вообразите себе: мы лежим с клиенткой нагишом, она играется со всеми частями моего тела, которые попадаются ей под руку, а я излагаю основные достоинства и преимущества "макси".
Когда я закончил, она спросила:
— И много тебе удается таким образом их продать?
— Миллионы!
Хелен глубоко вздохнула, словно борясь сама с собой.
— Что ж, в таком случае, мне, пожалуй, тоже стоит приобрести её.
Я удивленно вскинул голову.
— Ты не шутишь?
Она неохотно кивнула, потом улыбнулась и схватилась за Фридриха.
— Я, безусловно, её куплю, но при одном условии…
Я подозрительно посмотрел на нее.
— Каком же?
— Если ты поклянешься, что приедешь и сам покажешь, как она работает.
— Разумеется, мэм. Может быть, внести вас в список на еженедельное обслуживание?
— Ты можешь обслуживать меня ежедневно, — прыснула она. — Каждый день и с утра до вечера.
Я почувствовал, как заколотилось её сердце. Хелен нагнулась, чтобы пошептаться с Фридрихом, а минутой спустя она уже снова скакала во весь опор, пришпоривая меня так, будто за ней гналась целая свора собак Баскервиля.
— Аа-ааа! Оо-ооо! О, мой прекрасный, мой замечательный, мой огромный… продавец швейных машинок!
Хелен пришла к финишу первой. Когда её взвесили и объявили победителем, я сказал:
— Мне пора.
Она застонала.
— Может, останешься на ночь? Я приготовлю замечательный ужин.
Я покачал головой и поцеловал её.
— Я на работе. Мне ещё нужно отчитаться в штабе.
Хелен с нескрываемой неохотой выпустила меня из постели и мы вместе приняли платонический душ. Затем я спустился к машине и принес "макси".
— Ох, какая хорошенькая! — воскликнула Хелен, без особого, впрочем, восторга. — Что ж, Расс, я возьму её.
— Откровенно говоря, я не очень представляю, на кой черт тебе сдалась швейная машинка, — сказал я, оглядывая роскошную квартиру.
Хелен пожала плечами.
— Захотелось вдруг. Мы с Крис решили, что займемся шитьем — чтобы избавиться от скуки.
— Крис?
— Да, ты её знаешь. Она тебя впустила.
— Ах, да.
Значит, блондиночке тоже можно предложить машинку!
— А ей, кстати, не нужна швейная машинка? — с деланным безразличием спросил я.
Однако провести Хелен мне не удалось. Она метнула на меня понимающий взгляд.
— Возможно… — протянула она. — Но это все, что ты ей загонишь, мой сладкий барашек.
Я принял такой невинный вид, что, происходи дело в Голливуде, режиссеры передрались бы, наперебой предлагая мне умопомрачительные контракты.
— И покажешь ты ей свою машинку в моем присутствии, — подчеркнула Хелен.
Я попытался рассмеяться.
— Не думаешь же ты, что я…
— Она столь же изголодалась, как и я, — с негодованием произнесла Хелен. — Девять месяцев в году её благоверный дрыхнет в самолетах. Дважды в неделю он ей звонит из Гонолулу, Нью-Йорка, Афганистана, Харакири…
— Пусть зайдет сюда, — предложил я. — Я покажу вам вместе.
Хелен рассмеялась и обняла меня.
— Что-ты, глупый, я пошутила. Можешь её трахнуть, если хочешь.
Я прикинулся умеренно обиженным.
— Как можно? Не думаешь же ты, что я соблазняю женщин, чтобы они купили у меня…
Хелен, звонко хохоча, шагнула к двери.
— Не думаю, дорогой. Но я абсолютно уверена, что большинство женщин мечтают соблазнить тебя, чтобы ты им продал! Я сейчас вернусь.
Она исчезла за дверью, а я распаковал "макси" и установил её на столе. Едва я закончил, как из коридора донеслись голоса. Не успев войти, блондинка смерила меня многозначительным взглядом. По времени, которое я провел в квартире Хелен, она уже, безусловно, догадалась, чем мы там занимались, и голубые глаза взирали на меня с нескрываемым любопытством. Крис приблизилась ко мне и склонилась над столиком, заглядывая через мое плечо.
— Хелен сказала, что вас может заинтересовать такая машинка, произнес я, наслаждаясь ароматом её духов.
На губах Крис появилась озорная улыбка.
— Вполне… возможно, — игриво сказала она.
— Ну… — мне пришлось прокашляться, чтобы избавиться от застрявшего в горле комка. — Тогда я готов показать вам, какова она в деле.
Я быстрехонько продемонстрировал, на что способна "макси". При этом я ни на секунду не мог отделаться от ощущения, что меня не слушают.
— Ну как, Крис? — спросила Хелен, когда я закончил.
Я повернулся и посмотрел на блондинку, глаза которой уже откровенно раздевали меня.
— С удовольствием куплю, — сказала она. — Когда вы можете её доставить, мистер Тобин?
— Сейчас же. У меня внизу в машине есть ещё одна.
— Так приносите! — рассмеялась Крис.
У меня закружилась голова. Десять машинок в первую же неделю, а ведь впереди ещё было субботнее утро! К "хиллману" я спускался, как в тумане.
Сидя в машине, я уточнил время. Половина седьмого. Остаться ли на ночь у Хелен? Когда-нибудь мне все равно придется заехать домой, чтобы переодеться и побриться. Может, заскочить домой сейчас, а потом вернуться? Я даже не мог понять, хочу ли этого. Фридрих после пяти заездов здорово вымотался…
Когда я поднялся по лестнице, Крис встретила меня в коридоре. Значит, Хелен осталась в квартире.
— Вид у вас довольно измученный, Расс, — многозначительно произнесла Крис и улыбнулась. — Вот сюда.
Она отомкнула дверь и посторонилась, пропуская меня вперед.
Ее квартира по роскоши и убранству не уступала апартаментам Хелен. Забавно — такая богатая обстановка, а две замужние красотки, купаясь в деньгах, сохнут от скуки, не зная, как убить время. Правы, значит, эти парни, которые проповедуют, что главное в жизни любовь и дружба. Если бы их мужья побольше сидели дома, вместо того, чтобы мотаться по всему шарику, этим цыпочкам я был бы так же интересен, как мне — наш молочник. Старый, вечно небритый ирландец. Или я неправ? Не уверен.
— Проходите сюда, мистер Тобин, — певуче позвала Крис.
Я проводил глазами её потрясающую попочку, затянутую в белые брючки, и поставил "макси" на стол.
Крис приблизилась ко мне вплотную.
— Я чувствую себя обманутой, — сказала она, надувшись.
— Да?
— Да… Вы целых четыре часа убеждали Хелен купить эту машинку, а на меня потратили всего пять минут.
Я закашлялся.
— Вы считаете, что это справедливо?
Я засмеялся.
— Я… э-ээ… нет, конечно.
— И вообще, мистер Тобин, я уже не уверена, что куплю её. Вы взяли меня наскоком, а я хочу, чтобы вы меня как следует поуговаривали, прежде чем я выпишу вам чек.
— Э-ээ… это не совсем просто… Я хочу сказать…
Я опасливо оглянулся на дверь, которая осталась открытой.
— Из-за Хелен? — в упор спросила Крис.
Я кивнул. Крис понимающе улыбнулась.
— Хелен не станет возражать, мистер Тобин, ведь как-никак, я — её лучшая подруга.
Она прошагала к двери, медленно, упиваясь каждым движением, закрыла её и заперла на два оборота.
— У нас с вами… — тихо прошептала она, приближаясь ко мне, состоится долгая… — она обвила руками мою шею, — и очень приятная беседа…
* * *
— Чуть повыше, милый, — простонала она. — Самую лопатку.
Я водил мерно жужжащим электрическим массажером по её белоснежной спине. Обнаженная Крис извивалась и трепетала, упиваясь сладостными ощущениями.
— О-оо… какое блаженство, — промурлыкала она.
Я снова провел резиновым конусом по её копчику. Крис содрогнулась, и по всему её телу тут же побежали мурашки.
— О, Расс! Еще… не останавливайся!
— Перевернись! — повелительно приказал я.
Она хихикнула и перевернулась на спину, а я начал выводить небольшие круги на её плоском и упругом животике. Хотя мы ещё не успели остыть после очередного любовного акта, я не мог не залюбоваться её телом.
Радиус кругов начал увеличиваться. Крис подтянула коленки к животу.
— Осторожнее, — хихикнула она. — Я тебя изнасилую.
Мне пришлось ответить смехом.
Она опустила ноги, потом соскочила с кровати.
— Дай теперь я, — сказала она, отнимая у меня вибратор.
Я послушно улегся на живот.
Ощущение было и в самом деле необыкновенное. Меня никогда прежде не массировали такой штукой — Крис ещё не успела начать, а я уже понял, как много потерял в жизни. Всю мою усталость сразу как рукой сняло.
— О, дьявол…
— Нравится? — засмеялась она.
Вверх-вниз… из стороны в сторону…
— Теперь перевернись, — хихикнула Крис.
— Только поосторожнее, мы устроены не так, как вы, дамочки…
— Неужели? Ну-ка, проверим!
Мне стало так щекотно, что сперло дыхание. Я кубарем скатился с кровати.
— Хватит… Больше не могу!
Крис выключила вибратор и увлекла меня в постель. Мы лежали, медленно лаская друг друга и обретая дыхание.
— Как мне с тобой хорошо, — прошептала она. — Никогда такого не было.
— Мне тоже, — сказал я.
Она вздохнула и устремила взгляд в потолок.
— Тебя хоть совесть мучает?
Я приподнял брови.
— Ты имеешь в виду Хелен?
Крис кивнула.
— Нет, не особенно.
Я нисколько не покривил душой. Для меня правило, начертанное золотыми буквами. Если после близости с женщиной вам обоим хорошо, и вы никого не обидили, значит, овчинка выделки стоила. Вы можете возразить, что пострадали отсутствовавшие мужья, но это вовсе не так. Лично я уверен, что здорово помог обоим рогоносцам. Вместо остервеневших от безделья и недостатка мужского внимания фурий, они застанут, вернувшись домой, довольных и счастливых женушек.
Я начал восторгаться собственным человеколюбием.
— Меня тоже совесть не гложет, — сказала Крис. — Это ужасно, да?
Я покачал головой.
— По-моему, ничуть.
Она посмотрела на меня с нежностью.
— Ты ещё приедешь ко мне?
— Всенепременнейше.
Она чуть замялась.
— А Хелен?
Теперь замялся я.
— Я ведь обещал…
Крис свернулась калачиком, опустив голову на мой живот.
— Не волнуйся, я вовсе не претендую на единоличное владение тобой… И твоим… мальчиком, — добавила она, игриво лизнув Фридриха. — Тем более, что купон отправила Хелен.
Я расхохотался.
— Вы и в самом деле верные подруги. Одна за всех, а все за одну. Но… э-ээ…
— Да, милый?
— Не могли бы вы назначать для встреч разные дни? — попросил я. — Я совершенно вымотался.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Продавец швейных машинок - Морган Стенли

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Ваши комментарии
к роману Продавец швейных машинок - Морган Стенли


Комментарии к роману "Продавец швейных машинок - Морган Стенли" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100