Читать онлайн Энн в Инглсайде, автора - Монтгомери Люси, Раздел - Глава двадцать седьмая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Энн в Инглсайде - Монтгомери Люси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 0 (Голосов: 0)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Энн в Инглсайде - Монтгомери Люси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Энн в Инглсайде - Монтгомери Люси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Монтгомери Люси

Энн в Инглсайде

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава двадцать седьмая

— А я знаю секрет… а ты не знаешь… а ты не знаешь… а ты не знаешь, — напевала Дови Джонсон, раскачиваясь на цыпочках на самом краю причала.
Наступил черед Нэнни попасть в хронику чрезвычайных событий в Инглсайде. И Нэнни до конца своих дней будет краснеть при воспоминании о том, какой она была доверчивой дурой.
Нэнни с трепетом смотрела, как качается Дови — вот-вот упадет! — но одновременно это зрелище ее захватывало. Она была уверена, что когда-нибудь Дови та-ки упадет — и что тогда? Но Дови не падала. Ей везло.
Все, что делала Дови — или о чем она рассказывала, хотя это, наверное, было не одно и то же, — захватывало Нэнни. Ей, воспитанной в Инглсайде, где никто никогда не говорил неправды, не приходило в голову усомниться в словах Дови. Дови было одиннадцать лет, она всю жизнь жила в Шарлоттауне, и знала, и видела гораздо больше, чем Нэнни, которой было только восемь. Дови утверждала, что только жители Шарлоттау-на знают жизнь. А что можно знать, живя в этой дыре Глен Сент-Мэри?
Дови приехала на каникулы в Глен к своей тете Элле, и они с Нэнни очень подружились, несмотря на разницу в возрасте. Может быть, потому, что Нэнни признавала превосходство Дови, считая ее почти что взрослой, и восхищалась ею, как мы всегда восхищаемся совершенством — или тем, что мы принимаем за совершенство. А Дови нравилось, что вокруг нее, как вокруг солнца, вращается маленькая, исполненная обожания планета.
— Нэнни — неплохая девчонка, — сказала она своей тете Элле, — только чересчур слабохарактерная.
Внимательный взор взрослых обитателей Инглсайда не обнаружил в Дови ничего предосудительного, не считая того, что ее мать была в родстве с Пайнами из Эвонли. В общем, они не препятствовали дружбе Нэнни с Дови, хотя мисс Бейкер с самого начала испытывала недоверие к зеленым, как крыжовник, глазам Дови с белесыми ресницами. Но сформулировать своих возражений она не могла: Дови была воспитанной девочкой, всегда чистенько одета и не болтала без умолку, как некоторые. Когда начнется учебный год, Дови уедет домой, так что не стоило уж чересчур придирчиво приглядываться к ней.
Нэнни проводила очень много времени с Дови на пристани, где почти всегда стоял на якоре корабль со спущенными парусами, и в это лето Долина Радуги ее почти не видела. Другим детям Блайтов Дови не очень нравилась. Она как-то довольно зло разыграла Уолтера, чем вызвала гнев Дианы, которая сказала ей «пару теплых слов». Дови вообще любила устраивать розыгрыши. Наверное, поэтому другие деревенские девочки не стремились с ней дружить.
— Какой секрет, скажи! — просила Нэнни. Но Дови только хитро подмигнула и заявила, что ей еще рано знать такие секреты. Нэнни еще больше заело любопытство.
— Ну, Дови, ну скажи!
— Не могу. Мне самой это по секрету рассказала тетя Кейт, а она уже умерла. Теперь я — единственный человек на свете, который про это знает. Я ей обещала, что никому не скажу. А ты обязательно не удержишься и разболтаешь.
— Не разболтаю, честное слово, не разболтаю!
— Говорят, вы в Инглсайде все друг другу рассказываете. Сьюзен тут же выманит у тебя этот секрет.
— Нет, не выманит! Я много чего знаю, о чем никогда не говорила Сьюзен. Я тебе тоже расскажу секрет, если ты расскажешь мне свой.
— Зачем мне секреты маленькой девочки?
Как это обидно! Нэнни считала, что знает замечательные секреты… про дикую вишню, которую она нашла в полном цвету в еловом лесочке позади сарая мистера Тейлора… про крошечную белую фею, которая ей привиделась на листе водяной лилии в пруду… про приснившийся ей парусник, который привела в гавань на буксире из серебряных цепей упряжка белых лебедей… Да мало ли чего еще! Нэнни обожала свои прекрасные волшебные секреты, и потом, подумав, решила, что хорошо сделала, не рассказав их Дови.
Но что же такое знает подружка про нее, чего она сама не знает? Любопытство зудело, как комар.
На следующий день Дови опять заговорила про секрет:
— Знаешь, Нэнни, я подумала и решила, что, пожалуй, надо тебе его рассказать — ведь он касается тебя. Наверное, тетя Кейт не имела тебя в виду, когда велела мне никому его не рассказывать. Вот что: я тебе расскажу этот секрет, если ты отдашь мне своего фарфорового оленя.
— Нет, Дови, это невозможно. Этого оленя мне подарила на день рождения Сьюзен. Она страшно обидится.
— Ну и пожалуйста. Если тебе олень дороже секрета, пусть остается у тебя. Мне все равно. Я вообще не люблю рассказывать секреты: мне нравится знать то, чего не знают другие. Это придает мне значение в собственных глазах. В воскресенье я погляжу на тебя в церкви и подумаю: «Если бы ты только знала о себе то, что знаю я, Нэнни Блайт!» Вот будет весело!
— А это хороший секрет?
— Он очень романтичный… вроде того, о чем пишут в книжках. Но какая разница? Ты же не хочешь его узнать.
К этому времени Нэнни просто умирала от любопытства. Надо узнать таинственный секрет во что бы то ни стало! Вдруг ее осенило:
— Дови, я не могу отдать тебе оленя, но если ты расскажешь мне секрет, я отдам тебе свой красный зонтик.
Зеленые глаза загорелись: зонтик был предметом жгучей зависти.
— Тот самый красный зонтик, который тебе на прошлой неделе мама привезла из города?
Нэнни кивнула. Она тяжело дышала. Может, теперь Дови расскажет секрет?
— А твоя мама позволит его отдать? — спросила та. Нэнни опять кивнула, хотя с некоторым сомнением.
Она не была полностью уверена, что мама не будет возражать.
Дови почувствовала это сомнение.
— Вот когда принесешь зонтик, тогда и скажу, — твердо сказала она. — Не будет зонтика — не будет и секрета.
— Завтра принесу, — торопливо пообещала Нэнни. Все что угодно — лишь бы узнать секрет.
— Ну, ладно, я подумаю, — протянула Дови. — Но ты не очень-то надейся. Может, я все равно не расскажу. Мала ты еще — я уж сколько раз тебе это говорила.
— Но за эти дни я выросла, — взмолилась Нэнни. — Слушай, Дови, не вредничай!
— Это мой секрет — хочу говорю, хочу нет. Ты матери расскажешь…
— Я же тебе обещала, что не расскажу ни одной душе.
— Дай клятву, что никому не расскажешь.
— Клянусь!
— Нет, всерьез.
Нэнни не знала, куда уж быть серьезнее.
— Скажи: честное-пречестное, провалиться мне сквозь землю на этом самом месте.
Нэнни повторила эти слова.
— Приноси завтра зонтик, тогда посмотрим, — сказала Дови. — Что делала твоя мама до того, как вышла замуж?
— Она преподавала в школе… была очень хорошей учительницей.
— Так я и думала. Моя мама считает, что твой отец зря на ней женился. Никто ведь не знает, кто были ее родители. Мама говорит, что за твоего папу пошла бы любая девушка. Ну, я пошла. Оревуар.
Нэнни знала, что это слово значит «до свидания». Она очень гордилась подругой, которая умела говорить по-французски. После ухода Дови Нэнни еще долго оставалась на пристани. Девочка любила сидеть на причале и смотреть, как причаливают и отчаливают рыбачьи суда. А иногда ей удавалось увидеть отплытие большого корабля, отправлявшегося в дальние края. «В дальние края…» — с удовольствием повторила Нэнни вслух. Какие волшебные слова! Как и Джим, она часто воображала, как уплывает на корабле по голубой бухте, мимо косы с дюнами, мимо высокого мыса, на котором стоял маяк, и дальше, дальше — в голубую дымку залива, к заколдованным островам в южных солнечных морях. Сидя на старом причале, Нэнни облетала на крыльях воображения весь свет.
Но сейчас девочка могла думать только о секрете, который ей обещала рассказать Дови. Расскажет ли? Что это за секрет? Что она знает? И что это она сказала про «любую девушку», которая пошла бы за папу? Нэнни часто задавала себе вопрос: что бы было, если бы папа женился на другой девушке? Тогда она была бы ее мамой. Но другой мамы быть не может! Это просто немыслимо!
— Дови Джонсон хочет рассказать мне секрет, — призналась девочка Энн, когда та пришла поцеловать ее на ночь. — Но мне нельзя будет рассказать его даже тебе, мамочка. Я обещала никому не говорить. Ты не обидишься?
— Конечно, нет, — с улыбкой ответила Энн.
На следующий день Нэнни взяла на пристань зонтик. «Это мой зонтик, — говорила она себе. — Мне его подарили, и я могу сделать с ним все, что захочу». Успокоив свою совесть этим сомнительным рассуждением, она ушла из дома так, чтобы ее никто не увидел. Девочке было жаль расставаться со своим хорошеньким ярким зонтиком, но жгучее желание знать секрет пересиливало все остальные чувства.
— Вот зонтик, Дови, — сказала Нэнни, запыхавшись — она бежала всю дорогу до пристани. — А теперь расскажи мне секрет.
Дови очень удивилась. Она не думала, что дело зайдет так далеко… не верила, что мать разрешит Нэнни отдать зонтик. Она поджала губы.
— Боюсь, что этот оттенок красного мне не пойдет. Очень уж он кричащий. Нет, не стану я тебе ничего рассказывать.
Но Нэнни тоже была с характером, и несправедливость всегда приводила ее в бурное негодование.
— Нет уж, Дови Джонсон, порядочные люди не нарушают уговор. Ты сказала: зонтик за секрет. Вот тебе зонтик, и изволь выполнить свое обещание!
— Ну, ладно, — нехотя согласилась Дови.
Все вдруг затихло. Перестал дуть ветер, вода не плескалась у свай пристани. По спине Нэнни пробежал холодок счастливого ожидания. Наконец-то она узнает секрет Дови!
— Ты знаешь Джимми Томаса, что живет на мысу? — спросила Дови. — Его еще кличут «Шестипалый Джимми Томас».
Нэнни кивнула. Конечно, она знала Томаса… Шестипалый Томас иногда наведывался в Инглсайд со своим фургоном, предлагая рыбу. Сьюзен говорила, что рыба у него бывает не такой уж свежей. Нэнни этот человек не нравился. У него была лысина с пушком кудрявых светлых волосков по краям и красный горбатый нос. Но при чем тут Томас?
— А Касси Томас ты знаешь? — продолжала Дови.
Нэнни видела Касси Томас один раз, когда та сидела в фургоне Шестипалого Джимми. Касси была примерно того же возраста, что и Нэнни. Копна рыжих волос и наглые зеленые глаза. Она тогда еще показала Нэнни язык.
— Ну, так вот, — Дови глубоко вздохнула, — слушай же: на самом деле ты Касси Томас, а она — Нэнни Блайт.
Нэнни непонимающе смотрела на Дови. В ее словах не было никакого смысла.
— Как… как это?
— Очень просто, — ответил Дови со снисходительной улыбкой. Раз уж Нэнни хочет узнать так называемый секрет, то надо ее как следует ошарашить. — Вы с Касси родились в одну ночь. Томасы тогда жили в Глене. Акушерка отнесла Касси в Инглсайд, а тебя — к Гомасам и положила им в колыбель. Она и Ди отнесла бы, но не посмела. Она ненавидела твою мать и решила таким образом расквитаться с ней. Так что на самом деле ты — Касси Томас, и тебе следовало бы жить там, на мысу, а бедной Касси полагалось бы жить в Инглсайде, а не получать колотушки от своей мачехи, Мне ее очень жаль.
И Нэнни поверила этой дурацкой выдумке — от первого до последнего слова. Ей никогда в жизни не лгали, и ей даже в голову не пришло усомниться в достоверности истории, рассказанной подругой. Девочка не могла себе представить, чтобы кто-нибудь, тем более ее обожаемая Дови, стал бы такое выдумывать. Нэнни глядела на Дови страдающим взглядом.
— А как… как про это узнала тетя Кейт? — пересохшими губами спросила она.
— Акушерка призналась ей перед смертью. Наверное, ее мучили угрызения совести. Тетя Кейт никому, кроме меня, про это не говорила. А когда я приехала в Глен и увидела Касси Томас… то есть Нэн Блайт… то убедилась, что все это правда: у нее такие же глаза, как у твоей матери, и такие же рыжие волосы. А у тебя темные глаза и волосы. Вот поэтому ты и не похожа на Ди, а близнецы всегда похожи. И у Касси такие же уши, как у твоего отца — плотно прижатые к голове. Не знаю только, что теперь можно сделать. Но мне всегда казалось, что это несправедливо: ты как сыр в масле катаешься, а бедная Касси… то есть Нэн… ходит в лохмотьях и часто ложится спать голодная. А Шестипалый Джимми бьет ее, когда приходит домой пьяный. Ну, чего ты на меня вытаращилась?
У Нэнни душа разрывалась от горя. Теперь все ясно. Их знакомые всегда удивлялись, почему они с Ди не похожи. Так вот почему!
— Зачем ты мне это рассказала, Дови Джонсон? Та пожала плечами:
— Я же не говорила, что тебе этот секрет должен понравиться. Ты сама ко мне пристала. Куда ты?
Белая как мел, Нэнни, шатаясь, встала на ноги.
— Домой. Пойду скажу маме, — со слезами в голосе прошептала она.
— Не смей! Ты обещала никому не рассказывать — забыла, что ли?
Нэнни смотрела на Дови. Верно, она обещала не проболтаться. И мама всегда говорит, что обещания надо выполнять.
— Я, пожалуй, тоже пойду, — сказала Дови, которой не понравилось выражение лица Нэн.
Она схватила зонтик и убежала, мелькая полными голыми икрами. А несчастная девочка, маленький мирок которой превратился в руины, осталась стоять на пристани. Но Дови на это было наплевать. Эта Нэнни верит каждому слову. Ее даже обманывать неинтересно. Конечно, она все расскажет матери и узнает, что Дови ее провела.
«Хорошо, что в воскресенье я уезжаю домой», — подумала Дови.
А Нэнни долго-долго сидела на пристани, раздавленная отчаянием, ослепшая от горя. Она не мамина дочка! Она дочка Шестипалого Джимми… Шестипалого Джимми, которого она всегда в глубине души побаивалась за то, что у него шесть пальцев. Ей не место в Инглсайде, ее не должны любить мама и папа. Девочка жалобно застонала. Если папа с мамой узнают об этом, они перестанут ее любить. Они полюбят Касси Томас.
Нэнни обхватила голову руками.
— Как все ужасно, — проговорила она.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Энн в Инглсайде - Монтгомери Люси


Комментарии к роману "Энн в Инглсайде - Монтгомери Люси" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100